ВЕСТНИК ИНСТИТУТА
Рис. 1. Емкость поглощения почв
Выводы:
1. Низкую обеспеченность нефтезагрязненных почв основными биогенными элементами необходимо учитывать при разработке мероприятий биологического этапа рекультивации. Недостаток биогенных элементов восполняют путем внесения в почву минеральных и органических удобрений.
2. Содержание легко доступной для растений аммонийной формы азота под люцерной посевной выше, чем под фацелией, как в светло-каштановых, так и в бурых полупустынных почвах, что свидетельствует о том, что люцерна является более эффективным фитомелиорантом при борьбе с нефтяным загрязнением почв.
3. Торф повышает емкость поглощения в обоих типах почвы, по сравнению с минеральными удобрениями и контролем, что способствует наиболее интенсивному процессу обмена солями и играет важную роль в корневом питании растений. 1
1. Даваева Ц. Д. Особенности химического состава почвогрунтов и аккумулирующая способность растений нефтезагрязненных территорий Республики Калмыкия. Автореферат дис.к.б.н. - СГУ, Саратов, 2009. - 20 с.
2. Ринькис Г.Я., Рамане Х.К., Куницкая Т.А. Методы анализа почв и растений. -Рига.: Зинатне, 1987. -174 с.
3. Солнцева Н.П. Добыча нефти и геохимия природных ландшафтов. - М.: Изд-во МГУ, 1998. - 376 с.
НИКИТЕНКО Е.В.
К ВОПРОСУ ИЗУЧЕНИЯ МАКРОЗООБЕНТОСА ПРОЛЕТАРСКОГО ВОДОХРАНИЛИЩА
(НА ПРИМЕРЕ ОЗ. МАНЫЧ-ГУДИЛО)
Пролетарское водохранилище расположено в Кумо-Манычской впадине, которая протянулась с северо-запада на юго-восток от р. Дон на западе и до Каспийского моря на восток. В районе Кумо-Манычской впадины находится ряд искусственно созданных водоемов, локализованных в долинах Западного и Восточного Манычей. К северу от Кумо-Манычской впадины располагается Сало-Манычское поднятие, Ергенинская возвышенность, а к югу - Азово-Манычский водораздел, Ставропольская возвышенность и Терско-Кумская низменность [1].
Западный Маныч, являющийся последним левобережным притоком реки Дон, относится к бассейну Азовского моря, а река Восточный Маныч - к бассейну Каспия. Водораздел между этими бассейнами в пределах впадины находится в районе устья реки Калаус. Особенность этой небольшой реки, стекающей в Кумо-Манычскую впадину со Ставропольской возвышенности, состоит в том, что устье Калауса разделяется на два рукава, дающие начало обоим Манычам - Западному, впадающему в Дон, и Восточному, направляющему свои воды в сторону Каспия. Абсолютная высота местности в районе водораздела составляет 27,4 м [2].
Западный Маныч, хотя и расположен в более благоприятных климатических условиях, чем Восточный, столь своеобразен, что его трудно назвать рекой. Ясно выраженный ток воды в направлении Дона существует лишь на
76
№ 1(20), 2010 г.
участке от истока до озера Маныч-Гудило, а затем вновь возобновляется после впадения крупнейшего левобережного притока Маныча - реки Большой Егорлык. На всем протяжении долины Западного Маныча имеются озеровидные расширения - лиманы. Эти озера-лиманы со стоячей или слабо проточной водой обычно имеют повышенную минерализацию, достигающую на некоторых участках озера Маныч-Гудило океанической солености (35 г/л и выше) [3], в связи, с чем не совсем правильно считать их участками реки. Видимо, поэтому некоторые авторы [1, 4, 5] предлагают сохранить название Западный Маныч только за участком реки от устья Калауса до начала озера Маныч-Гудило, включая озеровидное расширение этого участка - озеро Лысый лиман, а для участка реки, лежащего ниже устья Большого Егорлыка, употреблять название Маныч. Самый крупный водоем, расположенный между указанными участками “Манычей” предлагается назвать озером Маныч-Гудило, как это и делается на большинстве современных карт. На наш взгляд, Западным Манычем следует считать всю западную часть Кумо-Манычской впадины от водораздела до реки Дон. Такой же точки зрения придерживаются В.М.Круглова [6,7], М.И.Кривенцов [3], В.А.Миноранский и Э.Б.Габунщина [8].
В 30-х годах двадцатого века был составлен проект Манычского водного пути из Каспийского в Черное море. Строительство цепи водохранилищ по долине Западного Маныча было начато в 1932 г. При дальнейшей разработке проекта был одобрен вариант создания водного пути только до ст. Дивное. В результате работ в 1932-1936 гг. в долине Западного Маныча был сооружен каскад из трех водохранилищ: Усть-Манычское, Веселовское, Пролетарское. Одновременно (в 1936 г.) было начато строительство Невинномысского канала длиной 44 км [2]. Строительство канала завершилось лишь в 1948 г., после чего водохранилища стали приобретать свой современный облик.
Пролетарское водохранилище представляет собой самое восточное звено каскада на р. Западный Маныч. Оно простирается с северо-запада на юго-восток на 430 км. Основные притоки - Большой и Средний Егорлыки и Калаус впадают в него с южной стороны [2].
В Пролетарском водохранилище можно выделить 3 характерных участка: межплотинный, ограниченный с запада Пролетарской плотиной, а с востока Ново-Манычской дамбой, среднюю часть и район Гудило. Межплотинный участок представляет собой вытянутый плес длиной около 19 км, шириной 1,5-2,5 км, глубины увеличиваются с востока на запад от 2,5 до почти 4 м. От Ново-Манычской дамбы до Гудило выделяется узкий, шириной 1-2 км и длиной 55 км, участок с незначительной изрезанностью берегов; глубины увеличиваются от 1,5 м у Ново-Манычской дамбы до 3 м в восточной части. Район Гудило занимает территорию оз. Маныч-Гудило, имеет глубины до 4,5 м. Берега изрезаны заливами. В средней части расположена группа Чикалдинских островов [9].
В результате мощного антропогенного воздействия, о чем говорилось выше, гидрологический и, соответственно, гидрохимический режим Западного Маныча неоднократно изменялся. Это, в свою очередь, повлекло за собой трансформацию качественного состава всех звеньев пищевых цепей водных биоценозов, в том числе и макрозообентоса, являющегося основной кормовой базой бентосоядных рыб.
Ниже рассмотрена история формирования макрозообентоса Пролетарского водохранилища и приведены современные данные по качественному и количественному составу бентоса соленого участка водохранилища, полученные в ходе бентосных съемок (апрель и май 2009 г.). Пробы отбирались на глубине 1,5-2 метра дночерпателем Боруцкого (площадь захвата грунта 1/100 м2) на трех станциях, по 2 подъема на каждой станции (рис. 1).
Рис. 1. Карто-схема расположения станций (треугольник - прибрежные, звездочка - русловые, 1,2,3 - номера станций) отбора бентосных проб в Пролетарском водохранилище. М.: 1 : 500000.
77
ВЕСТНИК ИНСТИТУТА
Бентос Пролетарского водохранилища в первые годы его существования отличался количественной бедностью. По данным Н.Н.Харина [10], в Гудило встречались личинки хирономид Procladius и Cryptochironomus, и бокоплав Pontogammarus aralensis Uljanin.
Исследованиями В.М.Кругловой [7] установлено, что в 1953-1967 гг. в водохранилище обитало более 80 видов и форм донных организмов. Доминировали личинки хирономид, на долю которых приходилось 46% от общего количества видов. На участках водоема с различной минерализацией массовые формы, составляющие основную массу бентоса, различны. Так, по данным В.М. Кругловой [7], для соленого участка водохранилища характерны Hydrobia ventrosa (Montagu, 1803), Paramysis lacustris kowalewskyi (Czemiavsky, 1882), Corophium sowinskyi (Martynov, 1924), Chironomus f.l. salinarius (Kieffer, 1921), Cryptochironomussp. Lipina, Tanytarsus gr. mancusKieff., Cricotopusgr algarum Kieff., Culicoidessp. Latreille. Для пресноводного участка характерно преобладание олигохет, численность которых может достигать 22 тыс.экз. Солоноватоводный участок характеризуется непостоянством гидрологических и гидрохимических условий, что отражается и на его населении, которое отличается изменениями в составе ведущих форм. Наиболее характерными для этого района являются личинки Chironomus f.l. semireductus и Einfeldia f.l. pagana (Meigen, 1838). Наиболее продуктивным участком является солоноватоводный, на котором средняя многолетняя биомасса бентоса колеблется в пределах 0,8-15,8 г/м2, затем следует соленый участок с колебаниями 0,9-12,1 г/м2 и последнее место занимает пресноводный - 0,9-7,7 г/м2.
В 1956 и 1958 гг. в водохранилище были интродуцированы мизиды из устья Дона. Через четыре года они широко расселились по водоему и прошли на восток, в участки с минерализацией воды до 19 г/л. Наиболее широко распространилась Paramysis lacustris kowalewskyi в значительно меньшем количестве - Paramysis baeri (Czemiavsky, 1882) и Mesomysis intermedia (Czemiavsky, 1882), крайне редко встречается Paramysis ullskyi (Czemiavsky, 1882). Кроме того, в 1959 г. в водохранилище были завезены нереи1дыЛ'гereis diversicolor (O.F. Muller, 1776), единично N. succinea (Frey & Leuckart, 1847) и моллюскAbra ovate (Philippi, 1836) из Азовского моря. В 1962-1963 гг. было проведено вселение полихеты Нураniola kowalewskyi (Czemiavsky, 1882) и кумовых раков из низовьев Дона [7].
В 1972 г. исследовались результаты акклиматизации беспозвоночных в Пролетарском водохранилище. Было показано, что особенно удачным оказалось вселение мизид, что было отмечено В.М.Кругловой уже в 1959-1960 гг. [7]. Из прочих вселенцев на пресноводном участке водохранилища в небольших количествах встречаются кумовые раки и гипаниола, их биомасса в летне-осенний период составляет 0,03-0,08 г/м2.
Биомасса в целом представлена очень низкими значениями. Так, в 1934 г. на оз. Маныч-Гудило биомасса донных организмов изменялась в пределах 0,4-16,12 г/м2, составляя в среднем 4,38 г/м2, несколько выше была биомасса в зарослях - от 5,33 до 23,3 г/ м2. По данным В. М. Кругловой [7,11] биомасса в целом была достаточно низкой (1-10 г/м2), возрастая лишь в заливах (10-51,72 г/м2). На рисунке 2 дана годовая динамика биомассы (г/м2) зообентоса Пролетарского водохранилища на различных участках, а на рисунке 3 показана динамика минерализации воды. Диаграммы составлены нами по данным С.А. Уманского [12] и собственным данным 2009 года.
Какуже говорилось выше, наши исследования проводились на трех станциях (рис. 1.) минерализация которых составляла 22,9 г/л - ст. 1, 30,3 г/л - ст. 2 и 31,8 г/л - ст. 3. в апреле 2009 года. Эти места характеризуются небольшими глубинами, максимальная глубина 3 метра. Берега высокие и крутые, суглинистые, возвышающиеся иногда над поверхностью воды на 3-4 метра (ст. 1), местами понижающиеся до 0,5 м и менее (ст. 2 и 3). Берега не закреплены растительностью и подвержены разрушению в результате действия ветровых волн, чему способствует расположение оси водохранилища вдоль господствующих ветров. Преобладающие грунты - глинистые и илистые (до 30 см). Растительность мелководной зоны -уруть колосистая, рупия морская, занникелия большая.
Биомасса донных организмов на исследуемых станциях в весенний период (средние за апрель и май) 2009 г. колебалась от 4,7 г/м2 на станции 2 и до 8,5 г/м2 - на станции 1, в заливе Лопиловский биомасса макрозообентоса составила 5,4 г/м2. Доминирующим видом на всех станциях был Sphaeromias candidatus (Loew,1856) из подсемейства Ceratopogoninae, количество которого на станции 3 (лиман Лопиловский) достигало 700 экз./м2. Средняя длина массового вида колебалась от 7,5 до 8,8 мм на станции 3 и 2 соответственно. Кроме того на станции 1 и 3 встречаются личинки и имаго жука-плавунца Berosus luridus (Linnaeus, 1761), биомасса которого в среднем составляет 1,1 г/м2.
И западный участок
Ш центральный участок
□ восточный участок
Рис.2. Годовая динамика биомассы зообентоса Пролетарского водохранилища.
78
№ 1(20), 2010 г.
□ западный участок 0 центральный
участок S восточный
участок
Рис.3. Динамика минерализации воды в Пролетарском водохранилище
Таким образом:
1) донная фауна и фауна зарослей водной растительности Пролетарского водохранилища складывается из пресноводных видов, попавших с водами Кубани и Дона, солоноватоводных видов, акклиматизированных человеком, ядро фауны представлено активно расселяющимися насекомыми;
2) весной 2009 г. в соленой части Пролетарского водохранилища наиболее массовым видом на всех трех станциях был Sphaeromias candidatus, число которого достигало 700 экз./м1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12;
3) биомасса макрозообентоса в центральном участке Пролетарского водохранилища изменялась с 4,6 г/м2 в 1951-1963 гг. до 35,8 г/м2 в 1987 году, весной 2009 года составила 6,2 г/м2 .
1. Жирков К.Ф. Манычская ложбина: Автореф. дис.. .канд.геогр.наук. - М.,1952. - 28с.
2. Лурье П.М., Панов В.Д., Саломатин А.М. Река Маныч. Гидрография и сток. - Спб.: Гидрометеоиздат, 2001. - 159с.
3. Кривенцов М.И. Гидрохимия водохранилищ Западного Маныча. - Л.: Гидрометеоиздат, 1974. - 206с.
4. Ресурсы поверхностных вод СССР Т.7. Донской район. - Л.: Гидрометеоиздат, 1973. - 459с.
5. Справочник по водным ресурсам. Т.10. Северный Кавказ. - Л.: ЦУЕГМС, 1936. -1095с.
6. Круглова В.М. Веселовское водохранилище. - Ростов-на-Дону.: Изд-во РГУ, 1962. -116с.
7. Круглова В.М. Пролетарское водохранилище. - Ростов-на-Дону.: Изд-во РГУ, 1972. -180с.
8. Миноранский В.А., Габунщина Э.Б. Уникальные экосистемы: озеро Маныч-Гудило. - Элиста.: «Джангар», 2001. - 239с.
9. Рейх Е.М., Чердынцев Л.М., Столович Т.Г., Ломакина Л.В. Водохранилища бассейна Азовского моря перспективы их рыбохозяйственного использования в условиях возрастающего антропогенного воздействия. Отдел фондов ЦНИИТ ЗИРХ. - Ростов-на-Дону, 1983. - 64 с.
10. Харин Н.Н. Зообентос Манычских водохранилищ// Уч. зап. РГУ Тр. НИБИ. - 1948.- Т.12. - Вып.1.
11. Круглова В.М. Влияние опреснения воды Веселовского водохранилища на кормовую базу бентосоядных рыб//Уч. зап. РГУ Тр. Биол. ин-та, 1955. -Т.29. Вып.2.
12. Уманский С.А. Экологическое состояние озера Маныч-Гудило и воздействие на него коллекторно-дренажных вод Кубань-Егорлыкского водохозяйственного комплекса. - Автореф. дисс. к.б.н. - Калининград, 1999. - 20 с.
79
ВЕСТНИК ИНСТИТУТА
СОЦИОЛОГИЯ
ГОЛЕНКОВА З.Т., ИГИТХАНЯН Е.Д.
ПОТЕНЦИАЛЬНАЯ МИГРАЦИОННАЯ МОБИЛЬНОСТЬ НАСЕЛЕНИЯ РОССИИ (РЕГИОНАЛЬНЫЙАСПЕКТ)1
Трансформационные процессы, происходящие в Российской Федерации, определяют решение целого комплекса социально-экономических, политических и социокультурных проблем. В значительной степени это касается рыночного переустройства общества, всего того, что относится к занятости населения, к возможностям трудовых перемещений для жителей различных населенных пунктов, областей и регионов. Реструктуризация государственной собственности коренным образом преобразила положение классов, социальных групп и слоев, сформировала стратегии их адаптационного ресурса, изменила потенциал мобильности в самом широком смысле слова.
Особый познавательный интерес к данным явлениям определяется тем, что Россия вынуждена их решать в условиях необходимости расширения сфер общения между отдельными группами населения не только в глобальном масштабе, но и внутри страны. И в первом, и во втором случаях речь идет о формировании системы, опирающейся на законы рынка, о смягчении трудностей этого процесса, минимизации его негативных социальных последствий. Совершенно очевидно, что трудовая мобильность обусловлена разницей в уровне жизни и экономических возможностях трудозанятого населения, растущей доходной поляризацией населения отдельных регионов России (когда речь идет об экономической динамике Российского общества). Без всякого преувеличения можно сказать, что подобный анализ в определенной степени, в том числе поможет преодолеть кризисные слагаемые современного состояния российского социально-экономического развития, сформировать оптимальную миграционную политику властей всех уровней (федеральных, региональных, муниципальных), выявить положительные и отрицательные факторы нового типа социальных перемещений и трудовой миграционной мобильности населения.
Общеизвестно, что в современном мире миграционные процессы приобретают особую значимость, они отражают переплетение сложных процессов динамики капитала (прежде всего - человеческого), товаров, услуг, реализуя тем самым своеобразие механизма в трудовой сфере той или иной страны, особенно находящегося в состоянии рыночного транзита.
Проблемам, связанным с социальными процессами миграции, затрагивающими большинство сторон жизнедеятельности общества, посвящено значительное количество научных изысканий. Главным образом исследуются закономерности развития международной трудовой миграции, формирования общемировой системы общественного развития и места в ней России, экономической потребности в использовании иностранной рабочей силы и некоторые другие [1].
Но важной особенностью российской ситуации является тот факт, что процесс модификации социальной структуры в различных регионах страны привел к обострению региональных социальных противоречий. Становление социальноструктурного пространства Российской Федерации интенсифицируется в связи с тем, что общие закономерные процессы «накладываются» на региональные особенности страны. Реорганизация постсоветского пространства, определяемая спецификой развития отдельных регионов страны, их особенными историческими и социально-экономическими условиями, а отсюда - складывающимися своеобразными формами взаимоотношений с федеральным центром, активно влияет на становление собственных социально-структурных и социокультурных элементов, их внутренних и внешних связей. Более того переход к рыночной экономике способствует развитию высокой социальной активности регионального населения в плане изменения своего социального статуса, улучшения материального положения, в целом - условий и качества жизни [2].
В этом положении любой регион существует как система, обладающая специфическими социально-экономическими, в том числе социально- структурными связями и отношениями. Из всей совокупности этих связей и отношений мы можем вычленить наиболее существенные стороны, доминирующие как в социальной жизни страны в целом, так и отдельных ее территорий. Это - формирование рынка труда и занятости населения, как-то: уровень занятости населения и безработицы, уровень жизни и структура доходов населения, его социально-профессиональная и в целом трудовая мобильность и некоторые другие характеристики. Именно в этой среде происходит усиление регионально-особенного и именно от решения этого сложнейшего комплекса проблем зависят степень и успех всех социальных модификаций страны в целом. В последнее время существенное место в социальной жизни регионов стала занимать трудовая миграция, причем значимым вектором явилась интенсификация потоков людей между различными региональными территориальными образованиями; между сельскими поселениями и городскими, между районными центрами и областными, между отдельными регионами внутри России. В этом отношении миграционная мобильность населения направлена на временное или постоянное местожительство внутри данного региона или других регионов страны.
Таким образом, речь в данном случае идет о миграционной мобильности работников, представителей различных социальных групп занятого населения отдельных регионов России, ориентированных на изменение своего поселенческого статуса внутри региона обитания или какого-либо иного российского региона. Можно различать следующие основные типы мобильности. Потенциальный, определяемый внутренними установками, представлениями и убеждениями и ценностными ориентациями субъекта, и реальный, когда его потенции материализуются в определенное действие, ведут к изменению места жительства. В свою очередь, и в том, и в другом случае социальный
1 Статья подготовлена при финансовой поддержке РГНФ. Грант № 08-03-00139а.
80