Научная статья на тему 'История славянского текста Символа веры через призму истории раскола'

История славянского текста Символа веры через призму истории раскола Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

CC BY
2734
384
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
СИМВОЛ ВЕРЫ / ТЕКСТОЛОГИЯ / БОГОСЛУЖЕБНЫЕ ТЕКСТЫ / РЕФОРМЫ / ПАТРИАРХ НИКОН / СТАРООБРЯДЧЕСТВО / РАСКОЛ / ПЕРЕВОД / РАЗНОЧТЕНИЯ / РУССКОЕ БОГОСЛОВИЕ

Аннотация научной статьи по языкознанию и литературоведению, автор научной работы — Костромин Константин

История славянского текста Символа веры практически не изучена. Единственное исследование А. Гезена было посвящено абстрактной проблеме «восстановления первоначального текста» Символа веры. В данной статье проблема представлена с иного ракурса — история развития текста анализируется на широком историческом фоне, а «точкой отсчета» послужили события раскола ХVII в., когда были созданы неизменные старообрядческая и новообрядческая редакции текста Символа веры. Поскольку причины раскола затрагивали основы церковного мировоззрения русских людей на стыке русского Средневековья и Нового времени, когда Россия стала частью политически единого европейского пространства, в статье делается попытка определить мировоззренческую суть разногласий сторонников старого и нового обрядов на материале истории текста Символа веры.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Похожие темы научных работ по языкознанию и литературоведению , автор научной работы — Костромин Константин

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

History of Slavic Text of the Creed in the Light of History of the 17th Century Schism

The history of the Slavic-Russian text of the Creed has not been studied practically. The only study of A. Hesen was dedicated to the abstract problem of «restoring the original text» of the Creed. In the article the problem is represented from another perspective — the history of the text development is given against a broad historical background and the 17th century schism events served as a «reference point», when the immutable old and new rite text versions of the Creed were created. Since the reasons for the schism concerned the foundations of Russian people’s ecclesiastical worldview during the junction of Russian medieval and modern times, when Russia became a part of a politically united European space, the article attempts to determine the ideological nature of disagreements between the supporters of old and new rites, and uses the material of the Creed text history.

Текст научной работы на тему «История славянского текста Символа веры через призму истории раскола»

Русская Церковь в период патриаршества

Священник Константин Костромин

ИСТОРИЯ СЛАВЯНСКОГО ТЕКСТА СИМВОЛА ВЕРЫ ЧЕРЕЗ ПРИЗМУ ИСТОРИИ РАСКОЛА ХУП В.

История славянского текста Символа веры практически не изучена. Единственное исследование А. Гезена было посвящено абстрактной проблеме «восстановления первоначального текста» Символа веры. В данной статье проблема представлена с иного ракурса — история развития текста анализируется на широком историческом фоне, а «точкой отсчета» послужили события раскола ХVII в., когда были созданы неизменные старообрядческая и новообрядческая редакции текста Символа веры. Поскольку причины раскола затрагивали основы церковного мировоззрения русских людей на стыке русского Средневековья и Нового времени, когда Россия стала частью политически единого европейского пространства, в статье делается попытка определить мировоззренческую суть разногласий сторонников старого и нового обрядов на материале истории текста Символа веры.

Ключевые слова: Символ веры, текстология, богослужебные тексты, реформы, патриарх Никон, старообрядчество, раскол, перевод, разночтения, русское богословие.

Последствия раскола Русской Церкви в середине ХVП в. были весьма противоречивы. С одной стороны, разделение Церкви на две противоборствующие стороны, гонения на старообрядцев и их яростное сопротивление, приведшее к массовым самоубийствам, очевидно, являются крайне негативным следствием неразумно организованных реформ и социально-религиозного вырождения русского общества ХVП в. С другой стороны, литературные памятники, созданные в связи с реформой патриарха Никона, относятся к числу наиболее ценных произведений древнерусской письменности. Как ни странно, споры, связанные с исправлением богослужебных книг и реформой обряда, стимулировали развитие русской богословской, исторической, культурологической, филологической и, в конечном итоге, философской мысли. Противопоставление старорусской культуре старообрядческого извода культуры послепетровского времени в форме синодального новообрядчества привело не только к созданию замечательных уникальных культурных памятников, но даже изменило строй

Священник Константин Костромин — кандидат исторических наук, кандидат богословия, преподаватель, заведующий аспирантурой Санкт-Петербургской православной духовной академии.

мыслей, мировоззрение этих культур. Прежде всего, оно проявлялось в вопросах, связанных с осмыслением веры старообрядцев и новообрядцев. Так, форма обряда в старообрядческой культуре намного теснее связана с содержанием веры, чем в новообрядчестве1.

Как известно, реформы патриарха Никона в значительной степени сопровождались внесением изменений в богослужебные тексты, хотя сама по себе книжная справа не является компонентом именно этих реформ. Исправление богослужебных книг продолжалось в течение всего XVII в. Однако изменения середины XVII в. имели глобальный характер, прежде всего потому, что тогда, благодаря упрощению принципов исправления, изменению подверглись все без исключения богослужебные чины, причем затронуты оказались даже такие ключевые тексты, на исправление которых ранее не решались.

Данная статья посвящена анализу различий, существующих между старообрядческим и новообрядческим текстами Символа веры. Значение и масштаб этих разночтений трудно переоценить. Мало того, что текст Символа веры знает каждый православный христианин с детства, так как он входит в последования всех наиболее часто используемых богослужебных чинов (например, на утренней молитве, в повечерии), мало того что он поется всеми молящимися на литургии (а отсюда перешел во все чины, связанные с причащением — обедницу и чин причащения болящего), в этом тексте официально сформулировано вероучение Церкви. Он освящен наивысшим авторитетом — авторитетом принимавших его Вселенских соборов и всех участвовавших в них святых, любимых православными христианами с детства — святителей Николая Чудотворца, Василия Великого, Григория Богослова (а с ними церковное сознание связывало и Иоанна Златоуста), Афанасия Александрийского и многих других. Внесение изменений именно в этот текст вносит наибольший соблазн в сознание верующих2, особен-

1См.: Михаил (Семенов), еп. Нужны ли догмы и обряды? // Родина. 1990. № 9. С. 19-21; Михаил (Семенов), еп. Апология старообрядчества // Церковь. Старообрядческий церковно-общественный журнал. Кострома, 2002. Вып. 4-5. С. 19-31. Справедливости ради нужно отметить, что иногда и носители новообрядческого сознания склонны оценивать разность старообрядчества и новообрядчества различием веры (См.: Шмеман А., прот. Ответ Солженицыну // Вестник РХД. 1976. I. № 117. С. 129-130).

2Приводит в недоумение, как настойчиво деятели собора 1666-1667 гг. требовали от подсудимых лидеров старообрядческого сопротивления раскаяния в непринятии нового текста Символа веры. Насколько это требование было смущающим, показывают некоторые показания обвиняе-

но если оно никак не аргументируется, тем более что бытует представление о неизменности текста Символа веры, о чем якобы было принято постановление на III Вселенском соборе3.

Обыкновенно авторы, склонные к оправданию старообрядчества, говорят об ухудшении качества текстов после никоновой реформы4. Более того, в старообрядческой среде чаще всего слова «старый текст» и «старообрядческий текст» используются как синонимы. Известно, что в рукописной традиции никогда и никакой текст не может быть статичным. Это ставит перед исследователем двойную проблему. Текст Символа веры как текст дидактико-вероучительный, кажется, не должен иметь даже незначительных разночтений, хотя сравнение старообрядческого и новообрядческого текстов фиксирует их наличие. Если же учесть принцип обязательной текстологической изменяемости текста, нужно признать, что историческое значение текста Символа веры в вероучительном отношении этим несколько нивелируется. Правда, требуется оговорка, что такая постановка вопроса оказалась возможна только в рамках новоевропейской науки, когда противопоставление объекта и субъекта позволило противопоставить отдаленность исторического процесса от имманентного человеческому сознанию религиозного мировоззрения, усваивающегося прежде всего посредством символических доминант, к которым необходимо отнести и Символ веры. Эпоха научного подхода к восприятию Символа веры совпала с периодом его статичности, которая началась в русской письменности с рубежа ХVП—ХVШ вв. Этот принцип и позволил как наделить Символ веры исключительным значением для формулирования нашей веры, так и приравнять понятия «старый текст» и «старообрядческий текст», что, как отмечено выше, характерно для старообрядческого сознания. Более того, научный подход к изучению исторического бытования богослужебных текстов привел к тому, что «старый текст» и «старообрядческий текст» противопоставляются друг другу5.

мых (См.: Материалы для истории раскола за первое время его существования / Под ред. Н. Субботина. М., 1876. Т. 2. Акты, относящиеся к собору 1666-1667 года. С. 107-108 и др.).

3Опровержение этого мнения см.: Карташев А.В. Вселенские Соборы. М., 1994. С. 223.

4Крамер А.В. Причины, начало и последствия раскола русской церкви в середине XVII века. СПб., 2005. С. 124; Кутузов Б.П. Тайная миссия патриарха Никона. М., 2007. С. 232-234.

5См. например: Костромин К., свящ. Смысловые разночтения в старообрядном и новообрядном чинах крещения в свете истории чинопоследования Таинства // Старообрядчество: история, культура, современность: Материалы IX междунар. конф. (Новгород, 30 сентября - 2 октября

Поэтому исследование текста Символа веры должно проходить в двух пластах: историко-текстологическом и семантическом. Историко-текстологический анализ применяется, чтобы выяснить, какую традицию имеет та или иная форма написания текста в древнерусской или греческой письменности. Семантическое значение текста демонстрирует, насколько именно такая форма текста адекватна догматическому осмыслению вероучения Церкви.

В контексте поставленной задачи история формирования и история рукописного текста Символа веры имеют первостепенное значение. Следует иметь в виду, что деяния II Вселенского Собора до нас не дошли, самостоятельное же бытование рукописей Символа веры как соборного постановления шло параллельно с его литургическим использованием. К сожалению, проследить рукописную текстологическую историю текста Символа веры очень трудно, так как почти никто из русских исследователей6 (и почти никто из зарубежных, по крайней мере, до середины XX в.7) этим вопросом не занимался.

С самого начала текст Символа веры подвергался глубокой корректировке. Например, Константинопольский собор 381 г. изменил текст Никейского собора 325 г. Признавая значение IV Вселенского Халкидонского Собора 451 г., мы должны учитывать возможность того, что в текст Символа веры могли быть внесены дополнения, направленные против ересей несторианства и монофизит-ства (об этом говорится в 3 члене Символа веры: Нас ради человек <...> вопло-тившагося от Духа Свята и Марии Девы, и вочеловечшася)9,. В течение 70 лет после II Вселенского собора 381 г. текст Никео-Константинопольского Симво-

2009 г.). / Центр истории и культуры старообрядчества имени боярыни Морозовой. Ред.-сост. В.И. Осипов, Н.В. Зиновкина, Е.И. Соколова и А.В. Осипова. Великий Новгород, 2010. С. 321-330.

6Существует всего лишь одно текстологическое исследование, посвященное тексту Символа веры: ГезенА. Очерки и заметки из области филологии, истории и философии. Вып. 1. История славянского перевода Символов веры. Критико-палеографические заметки. СПб., 1884. Однако мы не дублируем его исследование, целью которого было «восстановить первоначальный текст славянского перевода разных символов веры», а также схематичное изложение «последовавших в этом тексте с течением времени изменений» (ГезенА. История славянского перевода Символов веры... С. 1). Здесь проблема текста рассматривается глазами книжника XVI-XVII веков, апото-му данные по истории текста Символа, о его ранних редакциях и других Символах использованы лишь частично, когда необходимо понять, на каких реальных фактах основан спор книжников XVII в.

7См.: Beck H.-G. Kirche und teologische Literatur im Byzantinischen Reich. München, 1959.

8Ср.: Александр (Семенов-Тян-Шанский), еп. Православный катехизис. М., 1990. С. 27-28.

ла веры еще не осознавался Церковью как неизменный, — наряду с ним еще использовались в разных Поместных Церквях свои Символы веры9. Впервые текст Никео-Константинопольского Символа читается только в Деяниях IV Вселенского Собора10.

Символ веры довольно медленно проникал в общественно-христианское сознание. В Ш-ГУ вв. он играл почти исключительно катехизическое значение, с IV по VI вв. он преимущественно был достоянием богословствующих епископов, с V в. начав постепенно проникать в общественное богослужение. Именно в богослужении Символ веры стал общехристианским достоянием, и за его постоянством стали следить все христиане, знавшие его содержание благодаря чтению его за литургией11. При этом можно видеть следы использования на литургии других, более ранних Символов веры12. Как пишет Хью Уайбру, «Символ веры, читаемый на евхаристическом богослужении, служил мерилом ортодоксальности во времена доктринальных споров»13. Символ веры вводился в литургические чинопоследования постепенно: в чине Крещения он присутствовал изначально, начал использоваться в чине литургии с 518 г., в обеднице, повечерии, полунощнице — с IX в., в исповеди — с сер. XV в., иногда он добавлялся к часам или вечерне, был добавлен к вечерним и утренним молитвам,

9См.: Чельцов Н. Древние формы Символа веры Православной Церкви или так называемые Апостольские символы. СПб., 1869.

10Уайбру Х. Православная Литургия: Развитие евхаристического богослужения византийского обряда. М., 2000. С. 100.

11Арранц М. Исторические заметки о чинопоследованиях таинств по рукописям греческого Евхология. Л., 1979. С. 34-35; Он же. Историческое развитие божественной Литургии. Л., 1978. С. 79.

12См.: Киприан (Керн), архим. Евхаристия. М., 1999. С. 73.

13Уайбру Х. Православная Литургия... С. 102. Автор утверждает, что «являясь вероисповедным текстом, Символ веры в служении Мессы (и Литургии. — К.К.), вероятно, как был, так и будет чужеродным телом. Сама форма текста от первого лица единственного числа («Верую») отличается от литургической формы множественного числа (было бы: «Веруем»), из чего видно, что место Символа веры первоначально было в чинопоследовании таинства крещения» (Уайбру Х. Православная Литургия. С. 102). В древнейшей редакции славянского текста Символа веры (РНБ Q. П. I. 38. XIII в. Л. 1об.; Q. П. I. 57. XIII в. Л. 144) дана форма множественного числа, что говорит о «литургичности» текста Символа (ср.: ГезенА. История славянского перевода Символов веры... С. 46).

чину причащения болящего, но на чтение Символа в этих чинах давалось только сокращенное указание14.

Несмотря на то, что Символ веры очень часто использовался за богослужением (а быть может, благодаря этому), вместо его текста в богослужебных книгах часто давалось лишь краткое указание на то, что здесь Символ веры должен быть прочитан наизусть или по Часослову. Поэтому полный текст Символа почти не встречается в чинах литургии, Исповеди и Крещения, то есть в Служебниках, Евхологиях, Требниках; зачастую он пропускался и в текстах обедницы, повечерия и полунощницы, то есть в Часословах15. Часослов как богослужебная книга появился не ранее VIII в. и не ранее XII в. получил распространение16. Тем не менее, Часословы дают больше всего материала для истории текста Символа. Текст Символа веры часто помещался также в Кормчую книгу, и изредка в списки Пандект и Тактиона Никона Черногорца. Проблема усугубляется также тем, что сохранилось очень мало древних греческих рукописей, содержащих Символ веры17.

Нами было проанализировано 28 рукописей от XIII до первой половины XVII в.:

Кормчие и выписки из них (XIII-XVI вв.): РНБ. Е п. II. 1, XIII в. Л. 12об.-13об.; БАН. Собр. Каликина. 123. 1390 г. Л. 2об.; БАН. 33.10.2. XV в. Л. 224об.; РНБ. Софийское собр. 1173. 2 пол. XV в. Л. 310-311об.; БАН. 32.7.2. кон. XVI в. Л. 425об.; БАН. Собр. Доброхотова. 14. 3 четв. XVI в. Л. 4; РНБ. Собр. Погодина. 270. 1 четв. XVI в. Л. 475-476; Софийское собр. 1418. XVI в. Л. 183об.-188; БАН. 33.4.35. нач. XVII в. Л. 9об.-11.

Часословы (XIII-XVI в.): РНБ. Q.п.I.38. XIII в. Л. 1-1об.; РНБ. Q.п.I.57. XIII в. Л. 143об.-144; РНБ. Собр. Титова, 1467. XIV в. Л. 14-15; РНБ. Софий-

14Диаковский Е.П. Последование часов и изобразительных: Историческое исследование. Киев, 1913. С. 94, 96; Алмазов А.А. Тайная исповедь в православной восточной церкви: Опыт внешней истории. Т. 1. Общий устав совершения исповеди. Одесса, 1894. С. 243-244, 288, 302; Он же. История чинопоследований крещения и миропомазания. Казань, 1884.

15 Скабалланович М. Толковый Типикон. Объяснительное изложение Типикона с историческим введением. М., 1995. С. 424 и сл. 1-й пагинации.

16Арранц М. Как молились Богу древние византийцы. Суточный круг богослужения по древним спискам византийского Евхология. Л., 1979. С. 19-20.

17Один из древнейших греческих текстов Символа дошел до нас на саккосах митрополита Фо-тия, хранящихся в Государственном историческом музее в Москве.

ское собр. 1127. XIV в. Л. 9об.-10об. и 23об.-24об.; РНБ. Софийское собр. 1052. 2 пол. XIV в. Л. 99об.-100; РНБ. Соловецкое собр.. 754/864. XV в. Л. 148-148об. и 161-161об.; РНБ. Соловецкое собр. 1128/1237. 1494 г. Л. 415; РНБ. Софийское собр. 75. XV в. Л. 210-211; РНБ. Софийское собр. 1120. 1480 г. Л. 2об.-3; РНБ. Софийское собр. 1121. кон. XV в. Л. 55об.-56; РНБ. Кирилло-Белозерское собр. 255/512. 1489-1506 г. Л. 83-84; БАН. 21.10.7. XV в. Л. 31-32 (скопировано писцом конца XVII в. на Л. 48об.-49об.); РНБ. Соловецкое собр. 1116/1225. 1564-1568 г. Л. 530; РНБ. Соловецкое собр. 1146/1256. 1566-1569 г. Л. 200об.-201.

Требники (XVI-XVII в.): РНБ. Кирилло-Белозерское собр. 519/776. 1 пол. XVI в. Л. 76об.-77об.; РНБ. Софийское собр. 1066. 1 пол. XVII в. Л. 27об.-28об. (чин исповеди); РНБ. Кирилло-Белозерское собр. 520/777. XVII в. Л. 229об.-230 (чин елеосвящения).

Певческие сборники (XVII в.): РНБ. Собр. Погодина. 380. 1601 г. Л. 140об.-141; РНБ. Собр. Погодина. 417. 1630-е г. Л. 96-96об.

Кроме этого, были учтены 28 списков, опубликованных А. Гезеном18. Ниже для сравнения приводится текст Символа веры в дониконовском (используемом старообрядцами) и послениконовском вариантах по печатным изданиям середины XVII в. Буква «Ъ» заменена на «е». Внутритекстовые знаки воспроизведены в соответствии с особенностями каждого из изданий.

Верую во единаго Бога, Отца Вседержителя, Творца небу и земли, ви-димымъ же всем и невидимымъ. Верую во единаго Бога, Отца Вседержителя, Творца небу и земли, ви-димымъ же всемъ и невидимымъ.

И во единаго Господа Исуса Xри-ста Сына Божия Единороднаго, Иже от Отца рожденнаго прежде всехъ векъ, И во единаго Господа Иисуса Xри-ста Сына Божия, Единороднаго, Иже от Отца рожденнаго прежде всехъ векъ.

18См.: ГезенА. Очерки и заметки из области филологии, истории и философии. Вып. 1. История славянского перевода Символов веры. Критико-палеографические заметки. СПб., 1884.

Света от Света, Бога истинна, от Бога истинна рождена а не сотворена, единосущна Отцу, Имже вся быша. Света от Света, Бога истинна, от Бога истинна. Рожденна, несотворен- на, единосущна Отцу, Имже вся бы-ша.

Нас ради человек, и нашего ради спасения сшедшаго с небесъ и во-плотившагося от Духа Свята. и Марии Девы вочеловечьшася. Нас ради человек, и нашего ради спасения, сшедшаго с небесъ, и во-плотившагося от Духа Свята, и Марии Девы, и вочеловечьшася.

Распятаго за ны при Понтийстемъ Пилате. страдавша и погребена, И воскресшаго в третии день по Писа-ниихъ, и возшедшаго на небеса, и се-дяща одесную Отца, и паки грядуща-го со славою судити живымъ и мерт-вымъ, Егоже Царствию несть конца. Распятаго же за ны, при Понтий-стемъ Пилате: и страдавша и погребена, и воскресшаго в третий день по Писаниемъ. И возшедшаго на небеса, и седяща одесную Отца: И паки гря-дущаго со славою, судити живымъ и мертвымъ, Егоже Царствию не бу-детъ конца.

И въ Духа Святаго Господа истин-наго и животворящаго, иже от Отца изходящаго. иже со Отцемъ и съ Сыномъ съ покланяема и съ славима, глаголавшаго пророки. И в Духа Святаго, Господа, живо- творящаго, Иже от Отца исходяща-го, Иже со Отцемъ и Сыномъ спо-кланяема и сславима, глаголавшаго пророки.

И во едину Святую Соборную и Апостольскую Церковь. Исповедую едино крещение во оставление греховъ. Чаю воскресения мертвымъ, и жизни будущаго века. Аминь19. Во едину Святую Соборную и Апостольскую Церковь. Исповедую едино крещение, во оставление греховъ. Чаю воскресения мертвыхъ: и жизни будущаго века. Аминь20.

Замечены следующие разночтения:

1. Верую <...> в Господа Иисуса Христа, Сына Божия <...> рожденна, а не сотворенна. В синодальном варианте противопоставление с союзом а отсутствует. Имени Исус (Иисус) мы здесь не касаемся.

19Следованная Псалтырь. М., 1653. Л. 150-150об.

20Служебник. М., 1668. Л. 108-109об.

2. Нас ради человек <...> воплотившагося от Духа Свята и Марии Девы, и вочеловечшася. В старообрядческом варианте отсутствует союз и, меняющий тектонику фразы.

Распятаго же за ны. В старообрядческом варианте же отсутствует.

В старообрядческом тексте отсутствует союз и перед словом страдав-

шаго.

3. И паки грядущаго судити живых и мертвых, его же царствию не будет конца. Старообрядцы предлагают вместо будущего времени не будет настоящее несть.

4. И в Духа Святаго, Господа истинного и животворящаго. В синодальном тексте слово истинный отсутствует.

На этих четырех ключевых, отмеченных цифрами разночтениях, необходимо остановиться подробнее.

«Сына Божия... рожденна, [а] не сотворена»

Текстологически трудно обосновать изначальность одного из двух чтений, тем более что в современном греческом тексте Kai elg eva Kupiov I^ctouv XpiöTov... Y£vvr|0evTa, ou noinöevxa противопоставление с союзом Kai отсутствует21 . Во всех же просмотренных нами славянских рукописях ХШ-XVII вв. союз а имеется22. Так же, с союзом а, текст звучит и в Исповедании веры митрополита Илариона23. Важно отметить, что в певческом сборнике РНБ. собр. Погодина. 417 (1630-е гг.). Л. 96об. на союз а дана длинная попевка.

21ЕуксЛлюу ©eiag Легтоируюд. Греческо-русский служебник. Монастырь Параклита (Греция), Оропос Аттикис, 1998. C. 28. — К сожалению, в единственной найденной нами греческой рукописи текста Символа веры с толкованием (РНБ. Софийское собр. 79. XVI в. Л. 6-7) этот фрагмент отсутствует. В служебнике XI-XII века 6eta Лe1тouрYta 'Imüvvou тоб Христосттоцо Ms. Lesbiacus Leimonos 330 Символ веры в последовании Литургии даже не упоминается (Л. 9. URL: http://84.205.233.134/pdfs/2008721103323.pdf (датаобращения: 24.06.2012). В Евхологии XVIвека Еихо^оую Ms. Lesbiacus Leimonos 85 на текст Символа веры есть только указания (Л. 65. URL: http://84.205.233.134/pdfs/200872211429.pdf (дата обращения: 24.06.2012)).

22Только в Рязанской кормчей (РНБ. F. п. II. 1. XIII в. Л. 13) читается: Рождена и не створена. Но к этому добавлено толкование: Роди бо ся Сын а не сътворен бысть. Аналогично, но с союзом а читается текст Символа в аналогичной рукописи: РНБ. Софийское собр. 1418. Л. 96.

23ГИМ. Синодальное собр. № 591. втор. пол. XV в. См.: Библиотека литературы Древней Руси. Т. 1. XI-XII века/Подред. Д.С. Лихачева, Л.А. Дмитриева, А.А. Алексеева, Н.В. Понырко. СПб., 1997. С. 58 (Далее: БЛДР).

Пафос этого союза состоит именно в его созвучности эпохе первых Вселенских соборов, в особенности — Первому. Нужно заметить, что в дошедшем до нас греческом тексте Символа веры Первого Вселенского собора этого противопоставления нет24. Единственный из древних Символов веры, имевший некоторое подобие славянской форме, Символ Антиохийской Церкви, содержал такой текст: «рожденнаго от Него (Отца) прежде всех веков, а не сотворенного», со значением противопоставления25. Противопоставление Рождества Xриста сотворению было свойственно христианской литературе. Напрямую оно читается в исповедании веры в Изборнике 1076 г.: «Сына рожена, а не зъда-на»26. Аналогично оно бросается в глаза в Исповедании веры свт. Афанасия Александрийского: «Яко не трие несозданнии, ниже трие неизмеримии, но ед-инъ Несозданный и единъ неизмеримый Сын от Отца единого есть, не сотворенъ, ни созданъ, но рожденъ»27. Это противопоставление можно встретить и в богословских построениях современных нам церковных авторов: в комментарии на Символ веры святитель Николай Сербский писал: «Небеса и земля, все, что видимо и что невидимо на ней, что вне сущности Бога единого, живого, — все это сотворено. Один только Творец нетварен. И так же как нетварен Отец, так же и Сын нетварен. Он рожден, а не сотворен»28.

Слова диакона Феодора, представителя раннего старообрядчества, ярко свидетельствуют о том, что лидеры сопротивления никоновским реформам прекрасно понимали смысл того, что они отстаивали: «Аз же той в Символе старом во всех словеньских книгах святых неизменно от начала веры, и подобает ему нужно быти ту и неотменено, понеже противу Ария еретика поставлен ту, яко рожен острый, от святых отец наших Перваго Собора Вселеньскаго. Арий бо тварь глаголаше Сына Божия быти, сиречь создана от Бога Отца; святые же от-

24Лебедев А.П. Вселенские соборы IV и V веков. Обзор их догматической деятельности в связи с направлениями школ Александрийской и Антиохийской. СПб., 2004. С. 37-38.

25Челъцов Н. Древние формы Символа веры Православной Церкви. С. 45, 60.

26Изборник 1076 года. М., 1965. С. 207 (Л. 29).

27РНБ. Софийское собр. № 1461. Сборник статей, XVII-XVIII в., л. 245-245об.

28Николай Сербский, свт. Во что мы верим? Объяснение Символа веры. Клин, 2008. С. 34. Ср.: «Собственно, в официальном русском переводе текста Символа веры дано слитное написание: несотворенный. Чтобы, однако, выразить полемическую интенцию речения, необходимо написание раздельное: рожденный, (а) не сотворенный» (Шёнборн К. Бог послал Сына Своего. Xристология / Пер. с нем. Е. Верещагина. М., 2003. С. 83).

цы исповедаша, по Писанию Святому, рожденна от Бога Отца, а не сотворенна. Сия суть сила во азе том содержится»29. Аналогичный текст можно встретить и в Кирилловой книге30. В толковании на Символ веры, помещавшемся иногда в Кормчие книги, противопоставление подчеркивалось: «Роди бо ся Сын, а не сътворенъ бысть»31.

Противопоставление свойственно святоотеческой литературе, это отмечали многие. В целом можно согласиться с высказыванием диакона Валерия Тимофеева об особенности употребления частицы ои: «...Во фразе Y£vvr]0£vтa, ои гсо1Г|0стта для грекоязычного сознания отчетливо выражено решительное противопоставление Y£vvr]0evтa (рожденна) и гсо1Г|0£^та (сотворенна). Следовательно, переводить подобную грамматическую конструкцию необходимо только через а не либо но не. И если не вводить в перевод этих союзов, тогда полностью теряется весь смысл, заложенный в греческом оригинале. Поэтому переводчики греческих текстов, принимая во внимание, что в греческом языке ои отрицает прямо, объективно, фактически и переводится не, нет со смыслом решительного, безусловного, абсолютного отрицания в предложениях со смысловым противопоставлением одной части предложения другой — всегда дают перевод а не или но не. Филологические примеры этого с античных времен вплоть до святых отцов чрезвычайно многочисленны. Смотри, например, у Еврипида (V в. до н.э), Гераклита (кон. VI — нач. V в. до н.э.), Григория Богослова в Слове 35, у Иоанна Дамаскина в Точном изложении православной веры, в письмах Кирилла Иерусалимского, у Григория Богослова и многих других»32.

29Послание диакона Федора сыну Максиму // Христианство и Церковь в России феодального периода (материалы) / Отв. ред. Н.Н. Покровский. Новосибирск, 1989. С. 119.

30Кириллова книга. М., 1647. Л. 122.

31 Рязанская кормчая: РНБ. F. п. II. 1. XIII в. Л. 13; РНБ. Софийское собр. 1418, XVI в., л. 185.

32Тимофеев В., диак. Рассуждение о древнем и новообрядческом текстах Символа веры // URL: http://blogs.privet.ru/community/drevlepravoslavie/59039290 (дата обращения: 10.06.2012).

«Воплотившагося от Духа Свята и Марии Девы [и] вочеловечшася»

Эти слова Символа веры в своей смысловой части довольно сильно зависят от наличия или отсутствия союза и во второй части пассажа33. Существует как минимум четыре устойчивых варианта текста, встречающихся в рукописях:

1. и въплотися от Духа Свята и от прчистыхъ кръвии святыя и Прис-нодевы Мариа и вочеловечшася; встречается только в Кормчих книгах (Рязанская Кормчая. РНБ. F. п. II. 1. XIII в. Л. 13; РНБ. Софийское собр. 1173. 2 пол. XV в. Л. 310об.).

2. и въплъщьшагося от Духа Свята из Мария Девица въчеловечшася; встречается только в Часословах, причем древнейших: РНБ. Q. п. I. 38,

XIII в. Л. 1; РНБ. Q. п. I. 57 XIII в. Л. 143об.; РНБ. Собр. Титова, 1467,

XIV в., л. 14об.; РНБ. Софийское собр. 1052. 2 пол. XIV в. Л. 99об.; РНБ. Соловецкое собр. 754/864. XV в. Л. 148об. и Л. 161об.; РНБ. Софийское собр. 1120. 1480 г. Л. 3; Исповедание митрополита Илариона34.

3. и въплощьшагося от Духа Свята и Мариа Девы въчеловечьшася; древнейший текст — в Кормчей книге: БАН. Собр. Каликина. № 123 (Пандекты). 1390 г. Л. 2об. Однако текст Символа веры вписан писцом конца XVII в. на восполненных листах. Вторая по древности рукопись с таким

33Тот факт, что слова от Духа Свята и Марии Девы добавлены к глаголу вочеловечшася, существующему в тексте вероопределения еще с 325 года, скорее подтверждает идею, что союз «и» привнесен в текст позднее. (См.: Спасский А. История догматических течений в эпоху Вселенских Соборов. Тринитарный вопрос. Сергиев Посад, 1914. С. 587). Греческий текст, известный нам по современным изданиям, соответствует новообрядческому тексту (mi GapK^Bévra ек nvéu|a toç ¿y^ou mi Mapiaç t^ç nap6évou mi èvavBpMnÎCTavra), зато древнейшая редакция славянского Символа веры консонирует с латинским текстом (et incarnatus est ex Spiritu Sancto ex Maria Virgine, et homo factus est). Mansi J.D. Sacrorum Conciliorum Nova et Amplissima Collectio Vol. 3. Ab anno 347 ad annum 409. Florentiae, 1759. Col. 565-566. Ср. слова Епифания Кипрского: mi CTapKtóBevTa, toutbctti Y£vvr|6evTa TeÀeuaç ек t^ç aYiaç Mapiaç t^ç aeinap6evou ôia nveu|aToç aYiou, evav6pianr|<7avTa. S. Epiphanii Ancoratus // Migne J.-P. Patrologiae cursus completus. Series Graeca prior. Vol. 43. S. Epiphanius Constantiensis in Cypro episcopus. Parisiis, 1864. Col. 233. См.: Чельцов Н. Древние формы Символа веры Православной Церкви. С. 83. Есть также вариант без слова вочеловечившагося (Там же. С. 96; Ср. ГезенА. История славянского перевода Символов веры. С. 33-35).

34БЛДР. Т. 1. С. 58.

текстом — Софийское собр. 1127. рубеж ХIV-ХV в. Л. 10 и 24. Эта в будущем старообрядческая формулировка окончательно восторжествовала уже в XVI в.

4. и въплотившагося от Духа Свята и Марии Девы и въчеловечъшася. Судя по рукописям будущий «новообрядческий» текст появился в конце XV в.: БАН. 33. 10. 2 (Тактион). XV в. Л. 224об.; Софийское собр. 1121. конец XV в. Л. 55об.; Кирилло-Белозерское собр. 255/512 (1489-1506 г.). Л. 83.

В конечном итоге, указанные варианты сводятся к двум противопоставленным — новообрядческому и старообрядческому. В первом случае воплощение происходит от двух начал: божественного (от Духа Святаго) и человеческого (Марии Девы), конкретизируясь в форме вочеловечения. Во втором — воплощение зависит от Божества, Которое решило стать плотью, а вочеловечение не могло произойти без участия человека (Марии Девы). Обе формулировки нужно признать догматически верными. Тонкость различия на первый взгляд неочевидна. Однако она есть и заключается в следующем.

В новообрядческом тексте во всем содержании христологической части Символа подчеркивается божественность Христа, которая находится в центре внимания: Сын Божий предвечен, равен Богу Отцу, сошел с небес, воплотился с помощью Марии Девы (она здесь — второстепенное, несколько пассивное, орудие боговоплощения), распялся и воскрес35.

Текст старообрядческого варианта предполагает другую логику. Предвечный несотворенный Божий Сын сошел с неба для воплощения. На земле он вочеловечился благодаря Марии Деве и, будучи рожденным от двух начал — божественного и человеческого — в новом качестве жил, пострадал, умер и воскрес36. Вочеловечение без Марии Девы невозможно, а стало быть, и появле-

35Можно заметить, что эта тенденция была заложена в Изборнике 1076 года, где при исповедании воплощения Богородица даже не упоминается. (См.: Изборник 1076 года. С. 208 (Л. 29об.)). То же можно сказать и об исповедном тексте в Повести временных лет под 988 г. в поучении кор-сунских попов (См.: Повесть временных лет / Подг. текста, перев., статьи и комм. Д.С. Лихачева. Под ред. В.П. Андриановой-Перетц. СПб., 1999. С. 51).

36Христос «был зачат от Духа Святого, родился от Марии Девы» (Иоанн Павел II. Верую в Духа Святого Господа животворящего / Пер. с польск. В. Данилова. М., 1998. С. 206, 335).

ние Бога на земле невозможно без участия Богородицы37. Значение Богородицы часто подчеркивается и в толкованиях на Символ веры: «Проклинаю <.. .> отметающихся и еже от Святыя Девы и Богородицю Марию истиннаго Рождества Господа и Бога и Спаса нашего Исуса Христа»38; «и съданиемь Святаго Духа от девичьскыхъ кровий святыя Богородица и приснодевы Мария въ своемъ ему съставе сущиа»39; «Богъ положивыи честь на роде женьскомь и от Мария плоть приимъ, да Еву от клятвы свободить»40.

Равенство значимости Св. Духа и Богородицы и подчеркивает старый текст Символа. В такой форме учение о боговоплощении берет начало с т.н. Апостольского Символа веры, которым пользуется Католическая Церковь. Раскрытие этой традиции через христологию как часть триадологии и через марио-логию как часть антропологии — основа западного богословия41. Эта разница познается на интуитивном уровне, но для человека, знающего текст наизусть и часто его повторяющего, это важно, так как формирует его религиозное мировоззрение. Для примера приведем слова святителя Николая Сербского: «... и вочеловечшася. Для чего святые отцы Никейские употребили еще и это слово, если раньше уже сказали: воплотившагося? Разве этого слова было недостаточно ясно? ... Во вселенной много всяческих тел. Господь Бог являлся израильтянам в древние времена в виде огненного столпа и облака. Дух Святой явился на Иордане в виде голубя. Необходимо было совершенно определенно сказать, в каком именно теле явился в мир Сын Божий. Он явился в теле че-

37Ср. 4 тропарь 8 песни канона Обрезанию Господню: Неизреченною волею въплъщенаго от Девы Бога Слова и рождена на наше пакибытие... Ильина книга. Рукопись РГАДА, Тип. 131 / Лингв. изд., подг. греч. текста, коммент., словоуказ. В.Б. Крысько. М., 2005. С. 448. Л. 100об. Такое впечатление оставляет изучение евангельской истории по хронографам или Палее, аналогично — по тексту увещания князя Владимира Философом в ПВЛ под 986 годом (Повесть временных лет. С. 47). Надо думать, эта традиция была заложена текстом т.н. Никейского вероисповедания: нас ради человек и нашего ради спасения сшедшаго, и воплотившагося, и вочеловеч-шася, страдавша и воскресшаго... Здесь же встречаемрожденна, несотворенна (Yevvr|9ëvтa, ои лоlr|9ëvтa). Книга правил святых апостол, святых соборов Вселенских и Поместных, и святых отец. М., 1893. С. 3; Лебедев А.П. Вселенские соборы IV и V веков. С. 37-38.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

38БАН. Собр. Доброхотова. 14. 3 четв. XVI в. Л. 6об.-7 (Кормчая).

39Там же. Л. 5.

40Соболевский А.И. Материалы и заметки по древнерусской литературе // ИОРЯС. 1912. Т. 17. Кн. 3. С. 85. Толкование «Григория Богослова».

41 Ратцингер Й., кардинал (папа Бенедикт ХУ1.) Введение в христианство. Лекции об апостольском символе веры. М., 2006. С. 231-232; Шёнборн К. Бог послал Сына Своего. С. 120.

ловеческом...»42 Для старообрядца именно такой смысл текста Символа веры и выражается двуперстием крестного знамения: Божество «приклонилось» до человечества, которые равно проявились во Христе.

В подтверждение того, что эта мысль бытовала в средневековом сознании, можно привести текст из канона Рождеству Христову по Ильиной книге: Се Девица якоже прорече древле въ чревп зачьнъши родила i есть Бога въчелове-чена (0EÔv Evav6pMrcr|CTavTa) и проповnдаiеть двоу iеяже съмирьшеся съ Бо-гомь грпшьници Богородицю въ истинж сжщоу достойно въсх'валимъ43. Еще более наглядно глубина и точность второй формулировки может быть показана на тексте Символа веры уже упоминавшегося Часослова Q.^I^: и въплъщьша-гося отДуха Святаго из (так!) Марта Девицп въчеловпчьшася44 Почти также читается Символ веры и у митрополита Илариона45. Греческий текст соответствует современному тексту (ка! CTapKM0évTa ек rcvéu^aToç aYiou ка! Mapiaç t^ç rcapBévou Kai evavOpMrncavTa), зато древнейшая редакция Символа веры консонирует с латинским текстом: et incarnatus est ex Spiritu Sancto ex Maria Virgine, et homo factus est46.

Но вряд ли это тонкое богословское различие всегда ощущалось русским духовенством. Даже старообрядцы отстаивали букву ради буквы, не вкладывая в нее того значения, которое она на самом деле имела. Так, протопоп Аввакум цитирует этот фрагмент Символа веры без союза «и», но с запятой, что обесце-

42Николай Сербский, свт. Во что мы верим? Объяснение Символа веры. С. 42.

43Ильина книга. С. 386. Песнь 5, тропарь 2, Л. 85.

Тот же смысл содержится в стихире 2 третьего гласа, где Христос evavBpMn^aag, но в греческой параллели вместо «Услышите, горы и холми, и ближняя Иорданова яко Христос прииде к нам вочеловечься, Боже помилуй нас» читается «Приходит Христос да спасет егоже созда человека яко человеколюбец». Перевод греческого текста читается в параллельных древних славянских списках.

44РНБ. Q. п. I. 38. Л. 1. Символ веры по этой рукописи любопытен и в других вариантах: мучена и погребена вместо страдавша и погребена, употреблением множественного числа веруем, исповедуем, чаим въскрпшенша. л. 1об.

45ПЛДР. Т. 1. С. 58.

46Mansi J.D. Sacrorum Conciliorum Nova et Amplissima CollectioVol. 3. Col. 565-566. В православном тексте Символа веры в немецком переводе этот текст звучит аналогично: [Jesus] hat Fleisch angenommen durch den Heiligen Geist von der Jungfrau Maria und ist Mensch geworden (Die Göttliche Liturgie unseres heiligen Vaters Joannes Chrysostomos. Leipzig, 1975. S. 61).

нивает богословский изыск старообрядческого варианта текста по сравнению с новообрядческим47.

Рассуждая далее, осмелимся заметить, что разница значения возрастет, если мы возведем эти разные варианты прочтения смысла к двум разным традициям евангельской вести. Рождество Xриста от Марии Девы довольно подробно описано у евангелистов Матфея и Луки, в то время как именно орудием она предстает в Евангелии от Иоанна, где Богородица упоминается всего дважды. Пасхальный евангельский текст создает впечатление полного торжества Бога над грехом людей, и человек не может играть роли, сопоставимой по своей задаче с предназначением Богочеловека. В то же время рождественский текст, читаемый по синоптическим Евангелиям, передает впечатление старого варианта Символа веры, в котором Бог и человек совместно участвуют в появлении на земле Богочеловека Xриста. Можно высказать предположение (которое, конечно, должно быть проверено на более широком историческом материале), что значение праздника Пасхи, который превалирует сегодня над праздником Рождества Xристова, ранее уступало на Руси величию праздника Рождества. Изменение же текста Символа веры стало как бы запоздалой психологической реакцией на смену мировоззренческого ориентира, произошедшего в более раннее

48

время.

47Житие протопопа Аввакума, им самим написанное и другие его сочинения / Под общ. ред. Н.К. Гудзия. М., 1960. С. 58.

48Ср.: Федотов Г.П. Христианская трагедия // Федотов Г.П. Собрание сочинений в 12 т. Т. 9. Статьи американского периода. М., 2004. С. 325-326. В связи с этой совершенно неразработанной темой можно сделать несколько предварительных замечаний. Во-первых, противопоставление восточной и западной доминант на Рождестве и Пасхе требует как знания традиции оппонента, так и самого по себе осознания традиции Запада, понимавшейся как враждебной и противоположной, то есть глубокого богословского анализа, которого не было на Руси по крайней мере до эпохи создания централизованного Русского государства при Иване III (наиболее последовательным сторонником этого взгляда был прот. Г. Флоровский). Во-вторых, интуитивные доминанты русского богословия могут иметь неожиданную параллель с русским народным язычеством, каким мы его знаем по этнографическим материалам. Аграрная суть народно-языческих увеселений отразилась на праздновании рождественских святок, но никак не затронула празднование Пасхи (См.: Пропп В.Я. Русские аграрные праздники. Опыт историко-этнографического исследования. М., 2006). Ближайшие праздники аграрного цикла приурочивались к Масленице и Троицкой неделе. В-третьих, преломление на Руси византийского агиографического идеала ке-нозиса может быть воспринято скорее как аналогия западноевропейскому акценту на страдании и сопереживании, чем пасхальному торжеству Византии (Ср.: Мурьянов М.Ф. У истоков хри-

Более того, заметим, что такое внимание значению Богородицы в деле боговоплощения не могло не сказаться на характере самого почитания Богородицы, имевшего особое место на Руси с самого появления здесь христианства. Для подкрепления этой мысли упомянем лишь, что первый крупный монастырь, получивший всеобщую известность — Киево-Печерский — был посвящен Богородице. Распространение на Руси праздника Покрова и Владимирской иконы трудно переоценить. Однако, смена такой парадигмы, как текст Символа веры, продемонстрировала постепенно происходившую смену мировоззрения. Время рождения «русского богословия» (по характеристике прот. Георгия Флоров-ского) в конце XVII - начале XVIII в. не привело к появлению мариологии, то есть учения о Богородице как отдельной дисциплины внутри догматического богословия, как это произошло на Западе, где значение праздника Рождества сохранило прежнее значение49. Такое положение продолжается до сих пор и вызывает немалое удивление у западных исследователей восточного богословия, которым не вполне понятен феномен сугубого почитания на Руси Богородицы и отсутствия интереса к ней в русском богословии50. Осмелимся предположить, что при сохранении прежних мировоззренческих ориентиров (то есть если бы текст Символа веры остался неизменен) это вряд ли бы произошло.

«Его же царствию несть / не будет конца»

В этом отрывке текста Символа веры текстологическая проблема становится проблемой адекватности перевода. Считают, что «буквальный перевод оик Eorai теЛод — нет и не будет конца (специфическая грамматическая форма, аналога которой в современном русском языке нет)»51. Б.П. Кутузов указывает, что архим. Амфилохий (Сергиевский-Казанцев) находил примеры руко-

стианства у славян // Мурьянов М.Ф. История книжной культуры России. Очерки. Ч. 1. СПб., 2007. С. 123-134; Петров А.В. К изучению литературных тенденций русской летописной историографии // Проблемы исторического регионоведения: Сб. научных трудов к 70-летию проф. В.И. Xрисанфова. СПб., 2009. С. 19-58).

49Возможно, что этому способствовало подозрение, что Римская церковь связана с еретиком Аполлинарием Лаодикийским, против которого в Символ веры и было внесено уточнение с упоминанием Девы Марии (Лебедев А.П. Вселенские соборы IV и V веков. С. 79, 82, 85).

50Фельми К.Х. Введение в современное православное богословие / Пер. с нем. Е.М. Верещагина. М., 1999. С. 71-78, 97-121.

51Карпец В. Время в старом и новом обряде. URL: http://www.pravaya.ru/faith/15/10872 (дата обращения: 10.06.2012). Ср. ГезенА. История славянского перевода Символов веры. С. 48-49.

писных переводов XI в. греческого со^ь словом есть52 Пример перевода ¿0^1 через настоящее время есть и в Ильиной книге: «аще бо крьщю тя, кл'еветьно ми iесть» (Канон на Крещение Господне (6 января), песнь 4, тропарь 3) — в греческом соответствует кaтr|Yоpоv цоь ¿отта53. Так или иначе, но все просмотренные нами рукописи (в том числе и исповедание митрополита Илариона) одинаково дают старообрядческую форму текста нестъ конца.

Формы будущего и настоящего времени не будет и нестъ в данном случае имеют именно смысловое вероучительное различие. В самом деле, если в тексте читается нестъ конца, то внимание слушателя не фокусируется на начале действия, предполагается отсутствие конца и концентрируется внимание на том, что Царство Xристово уже действует в настоящее время. С другой стороны, выражение не будет конца не акцентирует начала действия и его состояния на настоящий момент, но переносит смысловой центр тяжести на отсутствие концовки.

Евангельский контекст, к которому апеллируют оба варианта текста Символа веры, еще более различен, нежели в случае с Девой Марией. Форма нестъ четко указывает на действие Царства Божия в настоящий момент. В Евангелии Xристос неоднократно подчеркивает: «Царство Божие внутрь вас естъ» (Лк. 17:21), «Я завещаю вам, как завещал Мне Отец Мой, Царство, да ядите и пи-ете за трапезой Моей в Царстве Моем.» (Лк. 22:29-30, ср. 23:42). «Царство Мое не от мира сего, — сказал Xристос в ответ Пилату, — если бы от мира сего было Царство Мое, то служители Мои подвизалисъ бы за Меня, чтобы Я не был предан иудеям, но ныне Царство Мое не отсюда» (Ин. 18:32, ср. Мф. 28:20). Все эти запоминающиеся тексты читаются либо в праздники, либо по воскресным дням, и потому сильно воздействуют на сознание слушающих54.

52Кутузов Б.П. Тайная миссия патриарха Никона. С. 234. Во всех без исключениях вариантах Символа веры, в том числе и древних, стоит ëсттal (Чельцов Н. Древние формы Символа веры Православной Церкви... С. 30, 62 (Cyrillus Hierosolymitanus. Catechesis XV illuminandorum //Migne J.-P. Patrologiae cursus completus. Series Graeca. Vol. 33. Cyrillus Hierosolymitanus. Parisiis, 1886. Col. 869-870; S. Epiphanii Ancoratus //Migne J.-P. Patrologiae cursus completus. Series Graeca prior. Vol. 43. Col. 236)).

53Ильина книга. С. 464-465. Л. 104об.

54Святое Евaнгелие-Aпрaкос, по церковным зачалам расположенное. На церковнославянском и русском языках. СПб., 2007. С. 440-443.

На литургии вневременность присутствия Царства Божия также неоднократно подчеркивается. Царство Божие уже открыто нам в Божественной литургии возгласом «Благословенно Царство Отца и Сына и Святаго Духа ныне и присно и во веки веков». Происходящее на литургии получение от Бога освящения Св. Даров и присутствие в них Самого Господа Христа уже является воплощением Божественного Царства55. Перед пением Символа веры духовенство приветствует друг друга словами: «Христос посреди нас! — И есть, и будет!»56

Напротив, слова не будет конца имеют эсхатологическую перспективу, предполагающую отсутствие Христа сейчас в мире и начало Его царства после Второго пришествия и Суда57. Надо отметить, что к XVII в. мировоззренческая основа изменилась скорее в пользу нового текста. Старообрядцы не менее, а порой куда более новообрядцев были подвержены эсхатологическому ужасу, заставлявшему их оканчивать жизнь в кострах гарей, видеть в господствующей Церкви и государстве торжество антихриста, создавать согласия бегунов и странников. Сама обстановка начала и середины XVII в. характеризовалась сильным эсхатологическим напряжением, как это показал С.А. Зеньковский58. Это стало одной из основных причин распространения крестьянских бунтов в

ХVП-XVШ в., о чем убедительно писали А.М. Панченко, В.И. Буганов и дру-

59

гие .

Возвращение к прежнему ориентиру на литургию как возвещение актуального для верных Царства Христова произошло совсем недавно в лице бо-

55Шмеман А., прот. Евхаристия. Таинство Царства. М., 1992.

56В греческой практике: И был, и есть, и будет! (Печатнов В.В. Божественная Литургия в России и Греции. Сравнительное изучение современного чина. М., 2008. С. 179).

57Отметим, что оппоненты Никиты Добрынина, указывая на эсхатологический смысл этого пассажа Символа веры, ссылались на предшествующие слова Символа о Суде (Румянцев И. Никита Константинов Добрынин («Пустосвят»). Сергиев Посад, 1916. С. 439). В толкованиях этот стих Символа увязывается именно с сюжетом Страшного Суда (См. напр. РНБ. F. п. II. 1. XIII в. Л. 13об. (Рязанская Кормчая)). Такая перспектива опасна (с церковно-догматической позиции) возможностью возрождения осужденного Церковью учения о хилиазме (1000-летнем царстве Христа).

58Зеньковский С.А. Русское старообрядчество. Духовные течения XVII века. М., 1995. С. 144-156.

59Панченко А.М. «Бунташный век» // Панченко А.М. О русской истории и культуре. СПб., 2000. С. 13-54. См.: Буганов В.И. Крестьянские войны в России XVII-XVШ вв. М., 1976.

гословов парижской школы и Американской Православной Церкви (прот. Н. Афанасьев, прот. Г. Флоровский, прот. А. Шмеман, прот. И. Мейендорф)60. В случае данного разночтения можно наблюдать, как изменение текста Символа веры стало симптомом уже свершившегося переворота в сознании.

«В Духа Святаго, Господа [истинного и] животворящаго»

С XIV в. существовало как минимум семь вариантов текста седьмого члена Символа веры:

1. въ Духа Святаго Господа животворящаго; древнейший вариант: РНБ. Е п. II. 1. XIII в.. Л. 13об. (Рязанская Кормчая); РНБ. Q. п. I. 38. XIII в. Л. 1об. (часослов); РНБ. Q. п. I. 57. XIII в. Л. 143; РНБ. Софийское собр. 1173. 2 пол. XV в. Л. 311; РНБ. Софийское собр. 1418. XVI в. Л. 187.

2. въ Духа Святого истинного и животворящаго; древнейшая рукопись: БАН. Собр. Каликина. № 123. 1390 г. Л. 2об. (Пандекты), текст Символа веры вписан писцом конца XVII в. на восполненных листах. РНБ. Собр. Погодина. 270. 1-я четв. XVI в. Л. 475об.; Соловецкое собр. 1116/1225. 1564-1568 г. Л. 530.

3. во Духа Святаго истиннаго Господа и животворящаго: РНБ. Софийское собр. 1052. 2-я пол. XIV в. Л. 100; Собр. Погодина. 380. 1601 г. Л. 141.

4. въ Духа Святаго Господа истиннаго и животворящаго: РНБ. Софийское собр. 1127. рубеж XIV-XV вв. Л. 10 и 24; РНБ. Соловецкое собр. 1146/1256. 1566-1569 г. Л. 201.

5. въ Духа Святаго Господа и животворящаго: РНБ. Соловецкое собр. 1128/1237. 1494 г. Л. 415. Исповедание веры митрополита Илариона61.

60Современные исследователи выделяют в учении Нового Завета два аспекта эсхатологии: «реализованную эсхатологию» — присутствие Бога с верующими в Него и действие Его благодати уже сейчас, и «футуристическую эсхатологию» — наступление конца времен и пришествие Царства Божия в Его полноте и избытствующей благодати (Подробнее см.: Ианнуарий (Ивлиев), ар-хим. Эсхатология в Новом Завете. Темы и проблемы // Xристианское чтение. 2005. 25. С. 67-79.) В таком случае различные славянские редакции Символа веры отдают предпочтение тому или иному аспекту эсхатологии, тогда как греческий текст обнимает их оба. — Прим. отв. ред.

61БЛДР. Т. 1. С. 58.

6. въДуха Святаго Господа истиннаго животворящаго: РНБ. Соловецкое собр. 754/864. XV в. Л. 148об. и 161об.

7. во Духа Святаго истиннаго Господа животворящаго: РНБ. Собр. Погодина. 417. 1630-е гг. Л. 96об.

Такое разнообразие вариантов объясняется следующим образом. В реконструированном греческом тексте Никео-Константинопольского Символа веры текст восьмого члена выглядит следующим образом: ка1 eiç то rcveù|ia то œyiov то KÚpiov ка1 Ztóonoióv62. Разделим фразу на две части; первая часть ка1 eiç то nveù|a то œyiov переводится следующим образом: и в Духа Святого. Определение к слову то rcveü|ia слово KÙpioç имеет несколько значений, среди них:

1. Господь63,

2. законный, узаконенный, действующий, истинный, настоящий64. Следовательно65 , текст можно перевести либо и в Духа Святого, истинного, жи-

62Лебедев А.П. О нашем символе веры. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 62. Епифа-ний Кипрский приводит Символ веры своей церкви, где текст почти аналогичен: mi eiç то nvéu-|а то aYLov KÚpiov Kai Çuonoiov (S. Epiphanii Ancoratus //Migne J.-P. Patrologiae cursus completus. Series Graeca prior. Vol. 43. Col. 232. См. Чельцов Н. Древние формы Символа веры Православной Церкви. С. 68-69).

63Слово KÙpioç как определение лучше переводить словом господственный. В некоторых древних Символах кирюд отсутствовало (Чельцов Н. Древние формы Символа веры Православной Церкви. С. 83. Ср. Гезен А. История славянского перевода Символов веры. С. 37-42).

64Вейсман А.Д. Греческо-русский словарь. СПб., 1899. Стб. 742-743.

Словарь Дворецкого дает 14 вариантов греческих слов, которые могут быть переведены словом «истинный»: aôoÀoç, акрйтод, âÀr|0r|ç, атрекг|д, аитод, à^euSr|ç, yvr|CTioç, yOvqioç, ôimioç, етЕ0д, ёт^тицод, етицод, ôpOôç, стаф|д. Для слова кирюд он дает значения: «Имеющий власть, властвующий, господствующий: узаконенный, законный, сильный, могущественный; главный, основной, важнейший; Повелитель, владыка, господин, хозяин, глава, хранитель, опекун, Господь» (Древнегреческо-русский словарь / Составил Дворецкий И.Х. Под. ред. С.И. Соболевского. М., 1958).

Ср.: «В каком разуме Дух Святой называется Господом? В таком же, как и Сын Божий, то есть: как истинный (курсив мой — К.К.) Бог» (Филарет (Дроздов), свт. Православный Катехизис. СПб., 1995. С. 53).

65Когда слово кирюд выступает в качестве имени прилагательного, оно может быть переведено «господствующий, властвующий», или «имеющий право, возможность», или «узаконенный, установленный, утвержденный» (См.: Кирюд. I // Дворецкий И.Х. Древнегреческо-русский словарь. В 2-х тт. Т. 1. М., 1958. С. 999). Его перевод как «истинный» хотя и имел место в русской традиции (о чем пишет далее автор), не является точной передачей значения этого термина. — Прим. отв. ред.

вотворящего, либо и в Духа Святого, Господа, животворящего. По правилам греческой грамматики все слова с артиклем, стоящие за определяемым словом (то Шеи^) являются определениями, то есть прилагательными66, а прилагательные с артиклем согласуются в роде, числе и падеже с определяемым сло-вом67. Слово кирюд получило вместо артикля мужского рода о артикль среднего рода то, который, следовательно, относится к слову Шеи^. Есть примеры перевода наречия кирюд прилагательным истинныи. В Ильиной книге слово ис-тинныи встречается 9 раз (три раза оно служит переводом слова 6vтыg, по одному приходится на ЛоYlк6g, оЛг]?, aЛr]0n и кирюд). Как прилагательное кирюд стоит в следующем тексте: Тпмже тя истинноу Богородицю славимъ (££стap-кыp.EV0V Л6Yоv... тето^^ ое кирюд 0£от6коv гсоутед еистерйд бо^а^ор.^)68.

Двусмысленность и неопределенность греческой формулировки отразилась на древнерусской рукописной традиции с самого начала. Иногда в одной и той же книге можно было встретить разные варианты чтения седьмого члена Символа веры (например, некоторые экземпляры Кирилловой книги, в творениях прп. Максима Грека69), и разногласий по этому вопросу не было. Можно

66Данное утверждение верно не всегда. Греческое слово о кйрюд хотя и выступает в качестве определения к слову то nveö^a, однако не обязательно должно переводиться прилагательным. Даже слово "господствующий", как вариант перевода, будет выступать в качестве субстантивированного причастия (как например, "заведующий", "управляющий" и т.д.). Подтверждением тому служит пример из того же текста Символа веры. 2-й член гласит: Kai eig eva Küpiov 'Ir|CToöv XpiCTTÖv, tov Ylov тоб веоб tov |ovoYevrj. Очевидно, что слово tov Ylov является определением к Küpiov 'Ir|<7oöv XpiCTTÖv, однако нет основания искусственно придавать ему форму прилагательного или причастия, например, "сыновствующий" и пр. — Прим. отв. ред. и отв. ред.-корр.

67Характерен английский перевод текста Символа веры, в котором равнозначное подчинение указанных характеристик подчеркивается тем, что они обе переведены существительными, что исключает (как в славянском тексте) двусмысленное отношение слова животворящего к слову Господа: And I believe in the Holy Spirit, the Lord and Giver of Life. (Service Book of the Holy Eastern Orthodox Catholic and Apostolic Church / Syrian Antiochian Orthodox Archdiosese of New Jork and All North America. 3rd ed. Brooklyn-New Jork, 1960. P. 110).

68Ср. иной пример с Kuplug. Темже тя истинноу Богородицю славимъ (ZeCTapKM|evov Л6-Yov... тетокад сте Kuplug 0eot6kov rcavTeg eUaeßög So£;&Zo|ev). Ильина книга. С. 238-239. 14 ноября, память апостола Филиппа. Л. 49об. Песнь 9, тропарь 3 (богородичен). Аналогично см.: в ирмосе 9 песни службы Николаю Мирликийскому 6 декабря (Л. 72. С. 332). Также въ истинж в службе Кириллу Философу 14 февраля (песнь 3, тропарь 2, Л. 128. С. 560) и в службе Обретению главы Иоанна Крестителя 24 февраля (песнь 5, тропарь 3 (богородичен), Л. 134. С. 602).

69Максим Грек, прп. Догматическо-полемические сочинения в русском переводе. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1910. С. 129, 310.

думать, что причиной тому — встречающееся в греческом тексте в этом месте разночтение по разным рукописям70. Можно встретить три варианта чтения этого места в греческом тексте: то кирют то то кир1^ ка1

то кuрlov ка1 то £мояо^71. Вопрос о правильности указанных выше вариантов впервые был поднят в середине XVI в. Ученик прп. Максима Грека Зиновий Мних (ум. ок. 1568) в 52 главе своей книги «Истины показание к вопросившим о новом учении» рассматривает проблему так: этот вопрос не принципиален, но предпочтение отдается варианту Господа животворящего без эпитета истинный12. Однако был предложен и другой способ решения проблемы: коль скоро возникает двусмыслица (слова Господь и истинный различны по значению), нужно употребить оба слова для полноты значения, тем более что ущерба для смысла нет. Последним по времени документом, предпочитавшим видеть в тексте только одно слово, был Стоглав, в котором соборные отцы специально оговор Г этот вопрос: «Тако же и Верую во единого Бога суще, и глаголется и в Духа Святаго истинного и животворящего, ино то гораздо. Неции же глаголют: и в Духа Святаго Господа истинного, ино то не гораздо. Едино глаголати или Господа, или истиннаго»73. С середины XVI в. в часословах, затем в Кирилловой книге и других богослужебных книгах, начали печатать оба слова вместе, этот вариант прочтения и сохранился до начала никоновой реформы74. С ее началом присутствовавшие в Москве греки-справщики ( Арсений Грек, Паисий Лигарид), обратив внимание на то, что в этой части славянского Символа веры

70Данная проблема требует отдельного, более детального рассмотрения. — Прим. отв. ред.

71 SchaffP. Creeds of Christendom, with a History and Critical Notes. Vol. 2. The History of Creeds. NY, 1919. P. 57.

12Павел (Леднев), архим. Свидетельства о разностях в чтении Символа веры. М., 1884. С. 17-42. Здесь приводятся также письменные свидетельства трех примеров написания: Духа святаго Господа животворящаго, Господа истиннаго и животворящаго, Духа святаго истиннаго и животворящаго, и предпочтение отдается новообрядческому варианту.

73Емченко Е.Б. Стоглав. Исследование и текст. М., 2000. С. 274.

74Псалтырь следованная. М., 1640. Л. 194; Кириллова книга. М., 1647. Л. 150об.-151; Книга о вере. М., 1651. Л. 43. Никита Добрынин впоследствии, чтобы доказать правильность старообрядческого варианта, ссылался на послание патр. Фотия болгарскому князю Борису, на 9 главу Стоглава, на соборное уложение Михаила Феодоровича и патриарха Филарета Никитича.

вместо одного слова греческого текста стояло целых три, без долгих раздумий

75

выкинули то, что посчитали лишним .

Окончательное закрепление в XVI в. в тексте Символа веры слова истин-ныи было вызвано, надо полагать, тем, что были найдены текстовые параллели как в самом тексте Символа, так и в других богослужебных текстах. Была проведена аналогия и со словами о Xристе в самом тексте Символа веры — Бога истинна от Бога истинна: «Святии же отци съ душьну и умну имуть плоть Господа нашего Исус Xриста быти изв^стивъше. Душю имущю нашимъ душамъ единосущну, и Бога истинна и Господа животворяща Пресвятаго Духа уясни-ша»76. То же можно видеть и в толкованиях на Символ веры: «Македонию же злочестивому умаляющу Духа Святаго. Паки святии отци исповедаша Его единосущна Отцу и Сыну глаголюще: И в Духа Святаго истиннаго и животворя-щаго»77. Параллель была проведена и с одной из наиболее часто используемых стихир: Царю Небесныи, Утешителю, Душе истинныи...78 Эти слова — буквальное повторение текста Ин. 14:16-17 (И Я умолю Отца, и даст вам другого Утешителя, да пребудет с вами вовек, Духа истины...), а также Ин 15:26 и Ин. 16:1379.

75Нельзя отрицать, что греки в силу сложившейся традиции предпочитают видеть в слове кирюд имя существительное, однако до сих пор и они не пришли к единому мнению: и сейчас выходят книги с различным написанием и, следовательно, значением. Аргументацию Симеона Полоцкого и Паисия Лигарида см.: Румянцев И. Никита Константинов Добрынин. С. 423-425.

76РНБ. Рязанская Кормчая. Е. п. II. 1. XIII в. Л. 2. См.: Мельников Ф.Е. Краткая история Древ-леправославной (Старообрядческой) Церкви. С. 25-26.

77РНБ. Собр. Погодина. 270. 1 четв. XVI в. Л. 475об.

78Мельников Ф.Е. Собрание сочинений. Т. 7. История Русской Церкви (со времен царствования Алексея Михайловича до разгрома Соловецкого монастыря). Барнаул, 2006. С. 206.

79Именно эти тексты в старой редакции привел в своей «великой» челобитной священник Никита Добрынин. См.: Материалы для истории раскола за первое время его существования / Под ред. Н.И. Субботина. Т. 4. Историко и догматико-полемические сочинения первых расколоучи-телей. Ч. 1. М., 1878. С. 125 (См. Мф. 25:13, 24:27, 42, Лк. 1:33).

В текстах XI-XVII веков преобладал вариант «истинный»: Архангельское Евангелие 1092 года. Исследования, древнерусский текст, словоуказатели / Л.П. Жуковская, Т.Л. Миронова. М., 1997. С. 72, 78, 241; Остромирово Евангелие 1056-1057 года с приложением греческого текста Евангелий и с грамматическими объяснениями, изданное А. Востоковым. СПб., 1843. Л. 22об., 46об., 50, 166, 170об., 171об.; Мельников Ф.Е. История Русской Церкви... С. 206.

В Архангельском Евангелии стоит «старообрядческое» чтение в текстах Ин. 16:13 (Л. 18об.) и Ин. 14:17 (Л. 100). Зато на Л. 15об. (Ин. 14:17) читается Духъ истовыи. Правда, сам характер этого текста, кажется, указывает, что это иной перевод.

Однако проблема сложнее, чем это представляется на первый взгляд. В греческом тексте и в молитве Царю небесный, и в Символе веры в словах Бога истинна от Бога истинна слову истины/истиныи соответствует не кирюд, а aÀr]0éia, то есть текст имеет несколько иной оттенок, лучше передаваемый синодальным текстом80. В то же время некоторые святоотеческие произведения показывают, что дореформенный текст Символа веры передает смысл не господства, а истинности Бога для человеческого сознания. В качестве еще одного подтверждения того, что к Святому Духу более применимо качество Его истинности, чем господства, можно привести слова свт. Василия о Святом Духе: славимым истинными божественным [Духом]81. Трудность перевода слова кирюд на славянский язык продемонстрировала история реформы патриарха Никона82.

Разочаровавшийся в своей реформе патриарх Никон уже в 1658 г. распорядился напечатать в Иверском монастыре часослов, отменив часть исправлений, в том числе и в Символе веры83. Отстаивая правоту старого текста Символа, в предисловии к своему Житию прот. Аввакум писал: «Потеряли новолюбцы существо Божие испадением от истиннаго Господа, святаго и животворящаго Духа. По Дионисию [Ареопагиту]: коли уж истинны испали, тут и сущаго от-верглися». И далее он говорит, какое исправление приняли бы противники Никона: «Лучше бы им в Символе веры не глаголати Господа, виновнаго имени, а нежели истиннаго отсекати, в нем же существо Божие содержится. Мы же, правовернии, обоя имена исповедаем: и в Духа Святаго, Господа, истиннаго и животворящаго, Света нашего, веруем, со Отцем и Сыном поклоняемаго, за Него же стражем и умираем, помощию Его владычнею»84. Для него слово

80См.: Шахов М.О. Философские аспекты староверия. М., 1997. С. 45-46.

В соответствии с этим были проведены аналогичные исправления (с истинныи на истины) в тексте первой молитвы чина крещения. См.: Кутузов Б.П. Тайная миссия патриарха Никона. С. 218. Ср. Гезен А. История славянского перевода Символов веры... С. 57-60.

81 S. Basilii Magni Contra Eunomium. Lib. V // Migne J.-P. Patrologiae cursus completus. Series Graecaprior. Vol. 29b: S. Basilius Caesariensis episcopus. Parisiis, 1857. Col. 732. Антиохийский собор 341 года исповедал Духа «истинно сущим Святым Духом» (Лебедев А.П. Вселенские соборы IV и V веков... С. 92).

82См. значение слова «истинный»: Словарь русского языка XI-XVII вв. М., 1976. Вып. 6. С. 320-321.

83Зеньковский С.А. Русское старообрядчество. Духовные течения XVII века. С. 242.

84Житие протопопа Аввакума, им самим написанное и другие его сочинения. С. 55.

истинный в приложении к Святому Духу означает то, что Церковь, в которой дышит Святой Дух, есть истинная Церковь. И наоборот, истинная Церковь является свидетельством пребывания в Ней истинного Духа.

Заключение

История бытования текста Символа веры в русской богослужебной и канонической книжности демонстрирует, что он в значительной степени (из-за его высокой важности) был подвержен изменениям, которые, однако, не были стихийными. Не только в результате исправления книг в середине XVII в., но и под влиянием разнообразных традиций и внутренних причин в богослужебный текст Символа веры вносились соответствующие изменения. Мы не имеем возможности проследить аналогичную судьбу греческого текста Символа, однако косвенные данные свидетельствуют, что с XI-XII вв. он оставался практически неизменным. Более удивительным кажется то, что славянский Символ веры, если рассматривать его историко-текстологический контекст, возможно, содержал до справы XVII в. более архаичный текст, чем имеющийся в распоряжении ученых греческий. Более того, отдельные моменты указывают на то, что изначальный славянский текст Символа веры либо происходил не из Византии, а из славянских государств, находившихся в сфере влияния Западной Церкви, либо представлял собой компиляцию, составленную на основе как греческого, так и латинского текстов Символа веры.

Книжная справа середины XVII в., изменив текст Символа веры, затронула отчасти его богословское содержание. Учение о значении Богородице отошло на второй план, было усилено эсхатологическое напряжение. Однако, одновременно эти споры также исчерпывающе охарактеризовали возможности русской богословской традиции XVII в. в решении спорных вопросов как ничтожные. Насильственное внедрение реформы и столь же резкое неприятие ее усугубилось неспособностью к конструктивному анализу и обсуждению сути проблем. Наиболее ярко это демонстрируют дебаты вокруг слова «истинный» применительно к Святому Духу в тексте Символа веры. Если же учесть, что все разночтения в восьмом члене Символа веры, накопленные за XIV-XVI вв., не меняли его смысла, то все попытки церковных деятелей XVII в. решить филологическую проблему оказались тщетны. Более того, споры вокруг реформы способствовали догматизации конкретных текстуальных форм, приведя к появлению

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

двух текстовых традиций — старообрядческой и новообрядческой, что наглядно видно в истории славянского текста Символа веры.

Предложенный анализ текстов приводит нас к однозначному выводу: ни текст старообрядческий, ни текст новообрядческий не противоречат друг другу и не превосходят друг друга по качеству. Новообрядческий текст отличается буквальной текстологической точностью. Старообрядческий текст отражает такие нюансы, которые свидетельствуют о богословской работе мысли в Древней Руси. Анализ текстов показал, что изменение текста Символа веры стало симптомом того, что в русском общественном религиозном сознании произошли глубокие мировоззренческие изменения. Это свидетельствует о колоссальном

значении внесения изменений в текст Символа во втором тысячелетии христи-

85

анства .

Возвращение сегодня к тем богословским парадигмам, которые были более очевидны в русском богословии до Смутного времени и подверглись коррективам в пользу западного богословия в течение XVII в.86, говорит о том, что русское средневековое богословие (до конца XVI в.) — не фикция, а реальность, оказавшаяся куда более живой, чем о ней думали богословы схоластического периода87.

85Xотелось бы поблагодарить д.ф.н. Н.В. Понырко за неоценимую помощь в работе над статьей.

86Успенский Н.Д. Коллизия двух богословий в исправлении русских богослужебных книг в XVII веке // Богословские труды. Т. 13. М., 1975. С. 148-171.

87Ср.: Флоровский Г., прот. Пути русского богословия. Париж, 1937. С. 1-81; Федотов Г. П. Собрание сочинений в 12 т. Т. 10. Русская религиозность. Ч. 1. Xристианство Киевской Руси. X-XIII вв. М., 2001; Он же. Собрание сочинений в 12 т. Т. 11. Русская религиозность. Ч. 2. Средние века. XIII-XV вв. М., 2004.

Источники

1. Cyrillus Hierosolymitanus. Catechesis XV illuminandorum // Migne J.-P. Patrologiae cursus completus. Series Graeca. Vol. 33. Cyrillus Hierosolymitanus. Parisiis, 1886.

2. Die Göttliche Liturgie unseres heiligen Vaters Joannes Chrysostomos. Leipzig: St. Benno-Verlag, 1975.

3. Mansi J.D. Sacrorum Conciliorum Nova et Amplissima CollectioVol. 3. Ab anno 347 ad annum 409. Florentiae, 1759.

4. S. Basilii Magni. Contra Eunomium. Lib. V // Migne J.-P. Patrologiae cursus completus. Series Graeca prior. Vol. 29b. S. Basilius Caesariensis episcopus. Parisiis, 1857.

5. S. Epiphanii Ancoratus // Migne J.-P. Patrologiae cursus completus. Series Graeca prior. Vol. 43. S. Epiphanius Constantiensis in Cypro episcopus. Paris, 1864.

6. Schaff P. Creeds of Christendom, with a History and Critical Notes. Vol. 2. The History of Creeds. NY, 1919.

7. Service Book of the Holy Eastern Orthodox Catholic and Apostolic Church / Syrian Antiochian Orthodox Archdiosese of New Jork and All North America. 3rd ed. Brooklyn-New Jork, 1960.

8. EYKoAmov 0eiag Легтои^юд. Греческо-русский служебник. Монастырь Параклита (Греция), Оропос Аттикис, 1998.

9. EüxoAoyio. Ms. Lesbiacus Leimonos. 85. URL: http://84.205.233.134/ pdfs/200872211429.pdf (дата обращения: 24.06.2012).

10. 0eia ЛElтоupYÍa 'Iwavvou той Христосттоцо. Ms. Lesbiacus Leimonos. 330. URL: http://84.205.233.134/pdfs/2008721103323.pdf (дата обращения: 24.06.2012).

11. Архангельское Евангелие 1092 года. Исследования, древнерусский текст, словоуказатели / Л.П. Жуковская, Т.Л. Миронова. РГБ, Поморский международный педагогический университет им. М.В. Ломоносова. М.: Скрипторий, 1997.

12. Библиотека литературы Древней Руси. Т. 1. XI-XII века / Под ред. Д.С. Лихачева, Л.А. Дмитриева, А.А. Алексеева, Н.В. Понырко. СПб.: Наука, 1997.

13. Житие протопопа Аввакума, им самим написанное и другие его сочинения / Под общ. ред. Н.К. Гудзия. М., 1960.

14. Изборник 1076 года. М.: Наука, 1965.

15. Ильина книга. Рукопись РГАДА, Тип. 131 / Лингв. изд., подг. греч. текста, коммент., словоуказ. В.Б. Крысько. Институт русского языка им. В.В. Виноградова РАН. М.: Индрик, 2005.

16. Кириллова книга. М., 1647.

17. Книга о вере. М., 1651.

18. Книга правил святых апостол, святых Соборов Вселенских и Поместных, и святых отец. М., 1893.

19. Максим Грек, прп. Догматическо-полемические сочинения в русском переводе. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1910.

20. Материалы для истории раскола за первое время его существования / Под ред. Н.И. Субботина. М., 1876. Т. 2. Акты, относящиеся к собору 1666-1667 года.

21. Материалы для истории раскола за первое время его существования / Под ред. Н.И. Субботина. Т. 4. Историко и догматико-полемические сочинения первых расколоучителей. Ч. 1. М., 1878.

22. Остромирово Евангелие 1056-1057 года с приложением греческого текста Евангелий и с грамматическими объяснениями, изданное А. Востоковым. СПб., 1843.

23. Павел (Леднев), архим. Свидетельства о разностях в чтении Символа веры. М., 1884.

24. Повесть временных лет / Подг. текста, перев., статьи и комм. Д.С. Лихачева. Под ред. В.П. Андриановой-Перетц. СПб.: Наука, 1999.

25. Послание диакона Федора сыну Максиму // Христианство и Церковь в России феодального периода (материалы) / Отв. ред. Н.Н. Покровский. Новосибирск: Наука, 1989.

26. Псалтырь следованная. М., 1640.

27. Святое Евангелие-Апракос, по церковным зачалам расположенное. На церковнославянском и русском языках. СПб.: РБО, 2007.

28. Следованная Псалтырь. М., 1653.

29. Служебник. М., 1668.

Библиография

1. Beck H.-G. Kirche und teologische Literatur im Byzantinischen Reich. München, 1959.

2. Александр (Семенов-Тян-Шанский), еп. Православный катехизис. М., 1990.

3. Алмазов А.А. История чинопоследований крещения и миропомазания. Казань, 1884.

4. Алмазов А.А. Тайная исповедь в православной восточной церкви: Опыт внешней истории. Т. 1. Общий устав совершения исповеди. Одесса, 1894.

5. Арранц М. Как молились Богу древние византийцы. Суточный круг богослужения по древним спискам византийского Евхология. Л., 1979.

6. Арранц М. Исторические заметки о чинопоследованиях таинств по рукописям греческого Евхология. Л., 1979.

7. Арранц М. Историческое развитие божественной Литургии. Л., 1978.

8. Буганов В.И. Крестьянские войны в России XVII-XVIII вв. М.: Наука, 1976. (Серия: История нашей Родины).

9. Вейсман А.Д. Греческо-русский словарь. СПб., 1899.

10. Гезен А. Очерки и заметки из области филологии, истории и философии. Вып. 1. История славянского перевода Символов веры. Критико-палеографические заметки. СПб., 1884.

11. Диаковский Е.П. Последование часов и изобразительных: Историческое исследование. Киев, 1913.

12. Древнегреческо-русский словарь / Составил Дворецкий И.Х. Под. ред. С.И. Соболевского. М., 1958.

13. Емченко Е.Б. Стоглав. Исследование и текст. М.: Индрик, 2000.

14. Зеньковский С.А. Русское старообрядчество. Духовные течения XVII века. М.: Церковь, 1995.

15. Иоанн Павел II. Верую в Духа Святого Господа животворящего / Пер. с польск. В. Данилова. М.: Католический колледж им. св. Фомы Аквинско-го, 1998.

16. Карпец В. Время в старом и новом обряде. URL: http://www.pravaya.ru/ faith/15/10872 (дата обращения: 10.06.2012).

17. Карташев А.В. Вселенские Соборы. М.: Республика, 1994.

18. Киприан (Керн), архим. Евхаристия. М., 1999.

19. Костромин К., свящ. Смысловые разночтения в старообрядном и новообрядном чинах крещения в свете истории чинопоследования Таинства // Старообрядчество: история, культура, современность: Материалы IX междунар. конф. (Новгород, 30 сентября - 2 октября 2009 г.). / Центр истории и культуры старообрядчества имени боярыни Морозовой. Ред.-сост. В.И. Осипов, Н.В. Зиновкина, Е.И. Соколова и А.В. Осипова. Великий Новгород, 2010. С. 321-330.

20. Крамер А.В. Причины, начало и последствия раскола русской церкви в середине XVII века. СПб.: Роза мира, 2005.

21. Кутузов Б.П. Тайная миссия патриарха Никона. М.: Алгоритм, 2007.

22. Лебедев А П. Вселенские соборы IV и V веков. Обзор их догматической деятельности в связи с направлениями школ Александрийской и Антио-хийской. СПб.: Издательство Олега Абышко, 2004. (Серия: Библиотека христианской мысли. Исследования).

23. Лебедев А.П. О нашем символе веры. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902.

24. Мельников Ф.Е. Собрание сочинений. Т. 7. История Русской Церкви (со времен царствования Алексея Михайловича до разгрома Соловецкого монастыря). Барнаул: АКООХ-И, 2006.

25. Мельников Ф.Е. Собрание сочинений. Т. 1. Краткая история Древлепра-вославной (Старообрядческой) Церкви. Барнаул: БГПУ, 1999.

26. Михаил (Семенов), еп. Апология старообрядчества // Церковь. Старообрядческий церковно-общественный журнал. Кострома, 2002. Вып. 4-5. С. 19-31.

27. Михаил (Семенов), еп. Нужны ли догмы и обряды? // Родина. 1990. № 9. С. 19-21.

28. Мурьянов М.Ф. История книжной культуры России. Очерки. Ч. 1 / РГБ. Сост. ивступ. ст. Т.А. Исаченко. СПб.: Мiръ, 2007. (Серия: Историякниж-ной культуры России).

29. Николай Сербский, свт. Во что мы верим? Объяснение Символа веры. Клин: Христианская жизнь, 2008. (Серия: Основы православной веры).

30. Панченко А.М. «Бунташный век» // Панченко А.М. О русской истории и культуре. СПб.: Азбука, 2000. С. 13-54.

31. Петров А.В. К изучению литературных тенденций русской летописной историографии // Проблемы исторического регионоведения: Сб. научных трудов к 70-летию проф. В.И. Хрисанфова / Отв. ред. Ю.В. Кривошеев. СПб.: Скифия-принт, 2009. С. 19-58.

32. Печатнов В.В. Божественная Литургия в России и Греции. Сравнительное изучение современного чина. М.: Паломник, 2008.

33. Пропп В.Я. Русские аграрные праздники. Опыт историко-этнографи-ческого исследования. М.: Лабиринт, 2006.

34. Ратцингер Й. (папа Бенедикт XVI.) Введение в христианство. Лекции об апостольском символе веры / Пер. с нем. М.: Духовная библиотека, 2006.

35. Румянцев И. Никита Константинов Добрынин («Пустосвят»). Сергиев Посад, 1916.

36. Скабалланович М. Толковый Типикон. Объяснительное изложение Типикона с историческим введением. М.: Паломник, 1995.

37. Словарь русского языка XI-XVII вв. / АН СССР. Институт русского языка. М.: Наука, 1976. Вып. 6.

38. Соболевский А. И. Материалы и заметки по древнерусской литературе // ИОРЯС. 1912. Т. 17. Кн. 3.

39. Спасский А. История догматических течений в эпоху Вселенских Соборов. Тринитарный вопрос. Сергиев Посад, 1914.

40. Тимофеев В., диак. Рассуждение о древнем и новообрядческом текстах Символа веры. URL: http://blogs.privet.ru/community/drevlepravoslavie/ 59039290 (дата обращения: 10.06.2012).

41. Уайбру Х. Православная Литургия: Развитие евхаристического богослужения византийского обряда. М.: Библейско-богословский институт св. апостола Андрея, 2000.

42. Успенский Н.Д. Коллизия двух богословий в исправлении русских богослужебных книг в XVII веке // Богословские труды. Т. 13. М., 1975. С. 148-171.

43. Федотов Г.П. Собрание сочинений в 12 т. Т. 9. Статьи американского периода. М.: Мартис, Sam&Sam, 2004.

44. Федотов Г.П. Собрание сочинений в 12 т. Т. 10. Русская религиозность. Ч. 1. Христианство Киевской Руси. X-XIII вв. М.: Мартис, Sam&Sam, 2001.

45. Федотов Г.П. Собрание сочинений в 12 т. Т. 11. Русская религиозность. Ч. 2. Средние века. XIII-XV вв. М.: Мартис, Sam&Sam, 2004.

46. Фельми К.Х. Введение в современное православное богословие / Пер. с нем. Е.М. Верещагина. М., 1999.

47. Филарет (Дроздов), свт. Православный Катехизис. СПб., 1995.

48. Флоровский Г., прот. Пути русского богословия. Париж, 1937.

49. Чельцов Н. Древние формы Символа веры Православной Церкви или так называемые Апостольские символы. СПб., 1869.

50. Шахов М.О. Философские аспекты староверия. М.: Третий Рим, 1997.

51. Шёнборн К. Бог послал Сына Своего. Христология / Пер. с нем. Е. Верещагин. М.: Христианская Россия, 2003. (Серия: Amateca. Manuali di Teologia cattolica. Vol. 7).

52. ШмеманА., прот. Евхаристия. Таинство Царства. М.: Паломник, 1992.

53. ШмеманА., прот. Ответ Солженицыну // ВестникРХД. 1976. I. № 117.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.