УДК 343.85
https://doi.org/10.53993/2078-3914/2023/2(55)/112-122
Л. Н. Одинцова, И. А. Пушкарева ИСПРАВИТЕЛЬНЫЕ РАБОТЫ: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ
В статье приведен ретроспективный анализ отечественного законодательства о наказании в виде исправительных работ. Рассматриваются проблемные вопросы исполнения/отбывания наказания в виде исправительных работ в настоящее время. Освещена практика судебных решений в рассматриваемой сфере, выделены существующие проблемы в работе уголовно-исполнительных инспекций. Наряду с этим уделено особое внимание перспективной практике замены неотбытой части исправительных работ на лишение свободы. Проанализированы цели уголовного наказания и уголовно-исполнительного законодательства в части исполнения/отбывания исправительных работ.
Предметом исследования выступили статистические данные об исправительных работах и юридическая литература по вопросам практики и предпосылок назначения, исполнения и отбывания этого уголовного наказания.
Цель и задачи работы — освещение российской практики назначения, исполнения и отбывания наказания в виде исправительных работ, выявление проблем и поиски путей их решений.
Методологическую основу статьи образуют традиционно применяемые в науке общенаучные и частнонаучные методы познания — диалектический, историко-правовой, сравнительно-правовой, анализ, обобщение полученных данных.
На основе анализа статистических данных Судебного департамента при Верховном Суде РФ и специальной литературы авторы обосновывают вывод о необходимости внесения изменений и дополнений в действующее законодательство об исполнении/отбывании наказания в виде исправительных работ. Материалы статьи будут интересны ученым и практикам, занимающимся борьбой с преступностью вообще и альтернативными наказаниями в частности.
Ключевые слова: исправительные работы; наказание; осужденный; средства исправления; труд; уголовно-исполнительные инспекции.
Для цитирования: Одинцова Л. Н., Пушкарева И. А. Исправительные работы: история и современность // Вестник Кузбасского института. 2023. № 2 (55). С. 112-122. https://doi.org/10.53993/2078-3914/2023/2(55)/112-122.
© Одинцова Л. Н., Пушкарева И. А., 2023 © Odintsova L. К, Pushkareva I. 2023
L. N. Odintsova, I. A. Pushkareva CORRECTIVE WORK: HISTORY AND MODERNITY
The article provides a retrospective analysis of domestic legislation on punishment in the form of corrective work. Problematic issues of currently execution/serving the sentences in the form of corrective labor at present time are considered. The practice of judicial decisions in this area was highlighted; the existing problems in the work of Corrective Services were outlined. At the same time, special attention was paid to the promising practice of replacing the unserved part of corrective labor with imprisonment. The goals of criminal punishment and penal law in terms of performing/serving corrective labor were analyzed.
The subject of the study was statistics on corrective labor and legal literature on the practice and prerequisites for imposing, execution and serving of this criminal sentence.
The purpose and objectives of the work are to highlight the Russian practice of imposing, executing and serving sentences in the form of corrective work, identifying problems and finding ways to solve them.
The methodological basis of the article is formed by the general scientific and private scientific methods of knowledge traditionally used in science — dialectical, historical-legal, comparative-legal, analysis, generalization of the data obtained.
Based on the analysis of statistical data of the Supreme Court Justice Department and special literature, the authors justify the conclusion about necessity of adding amendments and supplement to the current legislation on the execution/serving of sentences in the form of corrective labor. The materials of the article will be of interest to scientists and practitioners involved in the fight against crime in general and alternative punishments in particular.
Keywords: corrective labor; punishment; convict; correction means; labor; Corrective Services.
For citation: Odintsova L. N., Pushkareva I. A. Corrective work: history and modernity. Vestnik Kuzbasskogo instituta [Bulletin of the Kuzbass Institute], 2023, no. 2 (55), p. 112-122. https://doi.org/10.53993/2078-3914/2023/2(55)/112-122.
История отечественного уголовного мов, в которых заключенные будут ра-
законодательства о наказании в виде ис- ботать как простые люди» [2, с. 392]. К
правительных работ имеет достаточно сожалению, именно эта часть проекта
глубокие корни. В разное время они фундаментального кодифицированного
назывались по-разному. Так, в проекте свода законов того периода так и не бы-
Уложения о наказаниях уголовных и ис- ла принята.
правительных 1845 г. планировалось Замена лишения свободы обязатель-введение подобного вида наказания, ным трудом без содержания под стражей суть которого в следующем: «Под гу- нашла свое выражение в принятых Со-бернскую пороку, а деньги, заработан- ветским государством важнейших парные в определенном размере должны тийных документах и законодательных уходить на содержание губернских до- актах. В юридической литературе
распространено мнение, что истоки развития законодательства об исправительных работах следует начинать искать в Инструкции Народного комиссариата юстиции (НКЮ) от 19.12.1917 «О рево-лющонномъ трибунале, его составе, де-лахъ, подлежащихъ его ведешю, налага-емыхъ имъ наказашяхъ и о порядке ве-дешя его заседанш». Однако анализ положений названной Инструкции свидетельствует не об исправительных, а об «обязательных общественных работах» без регламентации их сроков и размеров денежного удержания.
Декрет от 20.07.1918 № 3 «О суде» устанавливал правило о замене лишения свободы на срок до трех месяцев общественными принудительными работами без содержания под стражей. Советское государство широко применяло принудительные работы также в качестве дополнительной к лишению свободы меры наказания. Так, в ст. 1 Декрета «О взяточничестве» от 08.05. 1918 говорилось о наказании виновных в виде лишения свободы на срок не менее пяти лет, с принудительными работами на тот же срок. В дальнейшем наказание в виде принудительных работ без лишения свободы было закреплено в п. «м» ст. 25 Руководящих начал по уголовному праву РСФСР от 19.12.1919.
В п. «в» ст. 32 УК РСФСР 1922 г. предусматривались принудительные работы по специальности, при которых осужденный продолжал работать по своей профессии с понижением по тарифному разряду, с обязательными сверхурочными работами и с переводом в другое учреждение или предприятие, или в другую местность либо работы неквалифицированного физического труда.
В исправительно-трудовом законодательстве 1924 г. (ст. 32 ИТК РСФСР)
определился размер удержаний, который составил 25 %, что объяснялось карательной функцией. Данные отчисления шли на оплату деятельности бюро принудительных работ (ст. 34 ИТК РСФСР 1924 г.). По статистике, в период с 1920-х по 1933 г. данный вид наказания стал приоритетным [10].
В ИТК РСФСР 1933 г. исправительные работы стали называться исправительно-трудовыми работами (раздел 1 «Исправительно-трудовые работы без лишения свободы»), размер удержаний из заработка осужденных не мог превышать 25 % (ст. 20 ИТК РСФСР), а сами работы перестали быть приоритетным видом наказания ввиду массового развития системы ГУЛАГ и предполагали заключение в исправительно-трудовые лагеря.
Основы уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик от 25.12.1958 в ст. 25, наконец, предусмотрели вид наказания — исправительные работы без лишения свободы. Они назначались на срок до одного года с отбыванием по месту работы осужденного либо в иных местах в районе его жительства. Удержания из заработка осужденного не могли превышать 20 %.
Принятый 27 октября 1960 г. УК РСФСР предусмотрел исправительные работы именно в том виде, в котором они существуют в действующем уголовном законе: они назначались на срок от двух месяцев до двух лет с удержанием из заработка осужденного 5-20 %. Исправительные работы отбывались по месту работы осужденного либо в иных местах, определяемых органами, ведающими применением исправительных работ, но в районе жительства осужденного (ст. 27).
Анализ ст. 50 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее — УК РФ) говорит о том, что в первоначальной редакции закона до 08.12.2003 исправительные работы назначались лицам, имеющим основное место работы. Некоторые специалисты это связывают с безработицей в стране во второй половине 1990-х — начале 2000-х гг. Представляется, что это не основная причина, по которой содержание нормы об исправительных работах неоднократно изменялось на протяжении 26 лет. Российскому законодателю в принципе свойственно принимать законы о внесении изменений и дополнений в УК РФ, кардинально изменяющие значительную часть статей кодекса, что приводит к ка-зуистичности, нагромождению, сложности в адаптации правоприменителя и реализации их на практике.
С 8 декабря 2003 г по 7 декабря 2011 г. исправительные работы, наоборот, применялись в отношении лиц, не имевших основное место работы.
С 7 декабря 2011 г. по настоящее время рассматриваемое наказание может назначаться осужденному, имеющему основное место работы, а также не имеющему его. В последнем случае он отбывает исправительные работы в местах, определяемых органами местного самоуправления по согласованию с уголовно-исполнительными инспекциями, но в районе места жительства осужденного (ч. 1 ст. 50 УК РФ).
Неустойчива не только законодательная регламентация исследуемого вида наказания, статистика назначения исправительных работ стабильностью также не отличается. Если в советский период, как отмечено выше, исправительные работы имели приоритетный характер в системе уголовных наказа-
ний, то после распада Союза динамика пошла на спад. Так, в 1991 г. осужденных к исправительным работам насчитывалось 21,8 %; в 1995 г. — 19,4 %; в 1996 г. — 8,2 %; в 2000 г. — 5 %; в 2002 г. — 9,2 %; в 2008 г. — 7,3 %; в 2015 г. — 9,6 %, в 2016 г. — 7,2 %; в 2017 г. — 8,2 %; в 2018 г. — 8,4 % [5, с. 49; 10]; в 2021 г. — 5,46 % [9].
Из исследования содержания исправительных работ и практики их исполнения (отбывания) становится очевидным, что данный вид наказания рекомендуется назначать лицам, которые до вынесения приговора имели основное место работы. Это в значительной степени облегчает работу уголовно-исполнительных инспекций с обеспечением осужденного работой, уменьшается вероятность уклонения от этого наказания, а также гарантируется ежемесячное удержание (5-20 %) из заработка нарушителя и отчисление его в казну государства.
Далее рассмотрим аспекты исполнения исправительных работ в отношении осужденных, не имеющих основного места работы. Согласно приказу Минюста России от 20.05.2009 № 142 «Об утверждении Инструкции по организации исполнения наказаний и мер уголовно-правового характера без изоляции от общества» (далее — Инструкция № 142) осуществляется постановка осужденного на учет. В это время (перед исполнением уголовного наказания) уголовно-исполнительная инспекция обязана предоставить осужденному работу, выдав соответствующее предписание. На практике почти все такие работы требуют низкой квалификации, являются малооплачиваемыми и физически тяжелыми. Эти аспекты напрямую способствуют уклонению осужденных от рассмат-
риваемого наказания. Согласно ч. 4 ст. 50 УК РФ возможно заменить исправительные работы на лишение свободы из расчета три дня исправительных работ за один день лишения свободы. Учитывая эту лояльность закона, следует констатировать, что такая альтернатива выгодна осужденным, поскольку, как свидетельствует судебная практика, реальные сроки нахождения в колонии общего режима варьируются от 18 дней до 4 месяцев — это не два года изнурительных работ. Ярким примером являются официальные судебные решения в отношении осужденного Димитровским районным судом г. Костромы Старикова С. Д. по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к одному году исправительных работ с удержанием из заработной платы в доход государства 10 % и осужденного из Алтайского края, которому было назначено наказание в виде исправительных работ в размере 6 месяцев. Осужденным по личному согласию суд заменил исправительные работы лишением свободы сроком на 4 и 2 месяца соответственно [7; 8]. Полагаем, что столь маленькие сроки заключения лишают этот вид наказания его карательной функции.
Нашу позицию разделяет немало специалистов и исследователей. В частности, А. В. Мусалева констатирует, что многие осужденные, являющиеся безработными длительное время и не преследующие цели трудоустроиться, намеренно уклоняются от отбывания назначенного наказания. Автор настаивает на законодательном пересмотре соотношения замены исправительных работ на лишение свободы с увеличением дней последнего [4, с. 80]. Мы полностью разделяем данное предложение.
Поэтому считаем одним из оптимальных вариантов борьбы с таким
«добровольным» отправлением в места лишения свободы назначение исправительных работ только тем подсудимым, у которых есть основное место работы. Данное обстоятельство будет способствовать исполнению социально важной функции, которой является труд, а это одна из первостепенных обязанностей любого осужденного и основное средство его исправления (ч. 2 ст. 9 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, далее — УИК РФ). Кроме того, отчисления в казну государства пойдут с первого месяца осуждения, что в случае с осужденным без основного места работы может растянуться минимум на полгода. На протяжении этого срока гражданин может состоять на учете в центре занятости населения, без учета фактов уклонения от работ в виде больничного листа или умышленного получения травм.
В вопросах исполнения исправительных работ специалисты не случайно обращают внимание на трудовые правоотношения, вытекающие из трудового договора. В этой связи в юридической литературе имеются следующие позиции. Ряд ученых считают, что отношения должны и дальше регулироваться трудовым договором, а удержания должны быть поданы в качестве иска об исполнительном производстве [1, с. 60]. Другие правоведы полагают, что действие трудового договора на период отбывания наказания должно быть приостановлено, а правовые отношения — регулироваться уголовно-
исполнительным законом [3, с. 65].
Позволим не согласиться со вторым суждением и аргументируем свое мнение. Отбывание каких-либо работ (обязательных, исправительных, принудительных, трудовая деятельность осуж-
денного в период отбывания лишения свободы в порядке ст. 103 УИК РФ), если они не общественно полезные, обусловлено прежде всего наличием работника — осужденного, с одной стороны, и работодателя — организации, с другой. Любые трудовые отношения по действующему отечественному трудовому законодательству (Трудовой кодекс Российской Федерации, далее — ТК РФ) обусловливают официальное трудовое соглашение в виде контракта/договора (гл. 11 ТК РФ). Указанное письменное соглашение содержит предмет договора, права и обязанности сторон, порядок оплаты и т. д.
Сложно представить, что наш осужденный отбывает исправительные работы без трудового договора. Возникают вполне справедливые вопросы: на основании чего наш осужденный в принципе будет находиться в указанной организации?; на каком основании ему будут выплачивать заработную плату и делать соответствующие удержания по приговору суда?; как об этом извещать уголовно-исполнительную инспекцию?; соответственно, как инспекция будет сообщать суду об исполнении приговора?; на основании чего привлекать осужденного к гражданской ответственности в случае порчи/утраты вверенного работодателем имущества организации, где он отбывает исправительные работы? и т. д.
Таким образом, мы считаем, что трансформация трудовых правоотношений в уголовно-исполнительные в период исполнения/отбывания исправительных работ невозможна. Последние не могут подменять первые, поэтому исполнение исправительных работ без трудового договора невозможно.
Следующая проблема, возникающая в ходе исполнения наказания, преду-
смотренного ст. 50 УК РФ, ст. 39-46 УИК РФ, заключается в отказе в принятии на работу или увольнении по причине осуждения к этому виду наказания. Правомерное увольнение осужденного к исправительным работам в целом допустимо, когда, например, возникают организационно-штатные изменения. В таких случаях, отмечают специалисты, если планируется увольнение, то предупредить инспекцию об этом необходимо заранее в свободной форме на бланке организации [6, с. 32]. При анализе норм главы 13 «Прекращение трудового договора» ТК РФ несложно заметить: такое основание отсутствует, что делает данные действия работодателя неправомерными. К сожалению, в последнее время сложилась негативная практика отказа в принятии на работу осужденного. В таких случаях уголовно-исполнительная инспекция должна отреагировать по закону, подав информацию в органы прокуратуры (п. 72 Инструкции № 142) с целью вынесения предписания об устранении этих противоправных действий; осуществлять помощь и содействие в поиске нового места работы, беспокоясь о незамедлительном исполнении приговора суда. Однако большая загруженность сотрудников инспекций (средняя загруженность на инспектора составляет 70-80 осужденных, часто доходит до 110-130 личных дел подучетных) затрудняет возможность реализации исправительных работ подучетного лица. Такое фактическое положение дел в плане сверхзагруженности инспекторов на практике явно противоречит нормам постановления Правительства РФ от 16.061997 № 729 «Об утверждении Положения об уголовно-исполнительных инспекциях и норматива их штатной численности»: средняя нагрузка на ин-
спектора не должна превышать 50 осужденных.
Раздел 5 «Исполнение наказаний, не связанных с лишением свободы, проведение мероприятий в целях адаптации освободившихся осужденных в обществе» не утратившей силу Концепции развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 г., утвержденной распоряжением Правительства РФ от 14.10.2010 № 1772-р, ставил задачу о закреплении норматива штатной численности уголовно-исполнительных инспекций и доведения его до 2,1 % среднегодовой численности подучетных осужденных. Положения указанных нормативных правовых актов не соблюдаются.
В этой связи остается верить в то, что положения Концепции развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации на период до 2030 года, утвержденной распоряжением Правительства РФ от 29.04.2021 № 1138-р (гл. XVIII «Совершенствование условий несения службы (выполнение работы)»), действительно создадут инспекторам комфортные условия при нагрузке из расчета на одного инспектора три под-учетных лица. Считаем, что появление службы пробации в стране позволит облегчить выполнение своих функий Федеральной службе исполнения наказаний вообще и уголовно-исполнительным инспекциям в частности.
Одним из видов контроля подучетных инспекциям осужденных согласно Инструкции № 142 является посещение работниками уголовно-исполнительных инспекций предприятия, на котором работает осужденный согласно выданному предписанию либо по ранее имеющемуся месту работы. На практике нередки случаи, когда сотрудников инспекций не
пропускали на территорию предприятия без пропуска, выдаваемого исключительно своим работникам.
Анализ действующего законодательства (Примечания к ст. 285, 318 УК РФ) свидетельствует о том, что инспектора уголовно-исполнительных инспекций («аттестованные» должности) являются должностными лицами, представителями власти. Вытекающие из этого правомочия работников уголовно-исполнительной системы исчерпывающим образом изложены в ст. 14 Закона РФ от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации». Несмотря на эти прямые предписания законов, гражданское население продолжает игнорировать законные требования инспекторов, тем самым препятствуют исполнению уголовного наказания.
В этой связи выходом из сложившейся ситуации представляется внесения дополнений в ч. 1 ст. 43 УИК РФ «Обязанности администрации организаций, в которых работают осужденные к исправительным работам» после слов «настоящим Кодексом» следующего содержания: «обеспечение беспрепятственного входа на территорию производства с целью исполнения уголовного наказания в виде исправительных работ». Представляется, что данное изменение уголовно-исполнительного законодательства будет способствовать более эффективному исполнению наказания в виде исправительных работ.
Считаем необходимым затронуть вопрос и о целесообразности исполнения исправительных работ именно уголовно-исполнительными инспекциями (ст. 16 УИК РФ). Проведем сравнительный анализ рассматриваемого наказания
и штрафа. При назначении наказания в виде штрафа у осужденного есть право на рассрочку данного платежа до пяти лет (ч. 3 ст. 46 УК РФ). Карательная сущность исправительных работ состоит в удержании определенной судом суммы в пользу государства, время отпуска в период их отбывания не засчитывается за отбытие наказания. Если осужденному к штрафу разрешили отсрочку его выплаты, работники Федеральной службы судебных приставов (ФССП России) обязаны через суд получить исполнительный лист и через организацию, в которой работает осужденный, осуществлять отчисление денежных средств из его заработной платы.
Удержание 5-20 % от заработной платы осужденного к исправительным работам в течение двух лет производится также путем передачи исполнительного листа в организацию, где он работает. Обнаружив одинаковую процедуру исполнения этих видов наказаний, можно констатировать, что уголовно-исполнительная инспекция исполняет точно такие функции, что и ФССП России, и это позволяет поставить вопрос о рациональности нахождения данного наказания в ведении ФСИН России. Решением данной проблемы может стать передача исполнения наказания в виде исправительных работ в ведение ФССП России, поскольку именно это ведомство обладает должным количеством рычагов влияния, в отличие от инспекций.
Еще одним существенным упущением законодателя является отсутствие системы поощрений за примерное поведение и добросовестное отношение к труду к лицам, осужденным к анализируемому виду наказания (ст. 45 УИК РФ утратила силу 8 декабря 2003 г. ). Одной из целей уголовного наказания (ч. 2
ст. 43 УК РФ) и целей уголовно-исполнительного законодательства (ч. 1 ст. 1 УИК РФ) является исправление осужденных. Исправить осужденного — значит формировать у него уважительное отношение к человеку, обществу, труду (выделено нами — И. П., Л. О.), нормам, правилам и традициям человеческого общежития и стимулирование правопослушного поведения.
Полагаем, что главенствующим средством исправления в данном случае является воспитательная работа со своими формами и направлениями, включающая систему совокупных мер поощрений и взысканий. Поскольку исследуемое нами наказание — альтернативное лишению свободы, кроме воспитательной работы с осужденным к исправительным работам инспектор уголовно-исполнительной инспекции, пожалуй, не сможет в полной мере реализовывать ни одно другое средство исправления, регламентированное ч. 2 ст. 9 УИК РФ.
Анализ действующего уголовно-исполнительного закона позволяет констатировать, что к лишенным свободы предусмотрены меры поощрений и взысканий (ст. 113 и 115 УИК РФ), к осужденным к ограничению свободы,
принудительным работам и др. таковые
13
тоже предусмотрены (ст. 57, 59, 6013, 6014 и др. УИК РФ).
Мы убеждены и настаиваем на том, что перечень основных средств исправления осужденных предусмотрен и распространяется на осужденных ко всем видам уголовных наказаний (ст. 44 УК РФ). В этой связи остается недоумевать, по какой причине почти две десятка лет назад законодатель исключил из закона систему мер поощрений и взысканий при исполнении исправительных работ, не предусмотрев им замену.
В завершение необходимо сделать хотя и не лишены значительного коли-
вывод о том, что наказание в виде ис- чества проблем исполнения/отбывания в
правительных работ имеет достаточно законе и практике деятельности уголов-
глубокие корни. Благодаря Советам это но-исполнительных инспекций. Выска-
наказание получило свое развитие в занные в работе предложения позволят
ХХ в. и стало таким видом наказания, оптимизировать деятельность уголовно-
каким мы его видим, только во второй исполнительной системы России и уго-
половине ХХ в. Динамика назначения ловно-исполнительных инспекций в
исправительных работ нестабильна, од- частности. нако они остаются востребованными,
Литература
1. Кондратовская, С. Н., Валькова, Е. В. Особенности организации трудовой деятельности лиц, привлеченных к отбыванию наказания в виде обязательных и исправительных работ // Пенитенциарная наука. — 2019. — № 1. — С. 59-63.
2. Латкин, В. Н. Учебник истории русского права периода империи (XVIII и XIX вв.) / под ред. и с предисл. В. А. Томсинова. — Москва, 2004. — 504 с.
3. Мирусин, И. С. К вопросу об основаниях возникновения правоотношений в сфере труда осужденных // Вестник Кузбасского института. — 2017. — № 2 (31). — С. 63-73.
4. Мусалева, А. В. Вопросы трудоустройства осужденных к исправительным работам // Вестник Кузбасского института. — 2019. — № 4 (41). — С. 76-81.
5. Одинцова, Л. Н. Особенности лиц, состоящих на учете в уголовно-исполнительной инспекции: аналитический обзор. — Новокузнецк: ФКОУ ВО Кузбасский институт ФСИН России, 2020. — 52 с.
6. Погорельская, М. Особенности трудовых отношений с осужденными к исправительным работам // Кадровая служба и управление персоналом предприятия. — 2021. — № 3. — С. 29-38.
7. Постановление № 22-370/2022 от 15.09.2022 по делу № 22-375/2022 // Архив Барнаульского городского суда, 2022.
8. Постановление № 22-588/2017 от 29.06.2017 по делу № 22-588/2017 // Архив Костромского городского суда, 2017.
9. Сводные статистические сведения о состоянии судимости в России за 2021 год. Отчет о числе привлеченных к уголовной ответственности и видах уголовного наказания № 10.1 // Официальный сайт Судебного Департамента при Верховном Суде РФ. — URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=79&item=6121 (дата обращения: 23.12.2022).
10. Цанева, А. Н. Возникновение и развитие уголовного наказания в виде исправительных работ // Теория и практика общественного развития. — 2012. — № 5. — URL: http://teoria-practica.ru/rus/files/arhiv_zhurnala/2012/5/yurisprudentsiya/tsaneva.pdf (дата обращения: 23.12.2022).
References
1. Kondratovskaya S. N., Valkova E. V. Osobennosti organizatsii trudovoy deyatel'nosti lits, privlechennykh k otbyvaniyu nakazaniya v vide obyazatel'nykh i ispravitel'nykh rabot [Features of the organization of labor activity of persons involved in serving a sentence in the form of compulsory and corrective labor]. Penitentsiarnaya nauka [Penitentiary Science], 2019, no. 1, p. 59-63.
2. Latkin V. N. Uchebnik istorii russkogo prava perioda imperii (XVIII i XIX vv.) [Textbook of the history of Russian law in the period of the empire (XVIII and XIX centuries)]. Ed. and with preface. V. A. Tomsinov. Moscow, 2004. 504 p.
3. Mirusin I. S. K voprosu ob osnovaniyakh vozniknoveniya pravootnosheniy v sfere tru-da osuzhdennykh [To the question of the grounds for the emergence of legal relations in the sphere of labor of convicts]. Vestnik Kuzbasskogo instituta [Bulletin of the Kuzbass Institute], 2017, no. 2 (31), p. 63-73.
4. Musaleva A. V. Voprosy trudoustroystva osuzhdennykh k ispravitel'nym rabotam [Issues of employment of convicts to correctional labor]. Vestnik Kuzbasskogo instituta [Bulletin of the Kuzbass Institute], 2019. no. 4 (41), p. 76-81.
5. Odintsova L. N. Osobennosti lits, sostoyashchikh na uchete v ugolovno-ispolnitel'noy inspektsii [Features of persons registered with the penitentiary inspection]. An analytical review]. Novokuznetsk, Kuzbass Institute of the FPS of Russia, 2020. — 52 p.
6. Pogorelskaya M. Osobennosti trudovykh otnosheniy s osuzhdennymi k ispravitel'nym rabotam [Features of labor relations with convicts to corrective labor]. Kadrovaya slu-zhba i upravleniye personalom predpriyatiya [Personnel service and personnel management of the enterprise], 2021, no. 3, p. 29-38.
7. Postanovleniye № 22-370/2022 ot 15 sentyabrya 2022 g. po delu № 22-375/2022 [Decree No. 22-370/2022 dated September 15, 2022 in case No. 22-375/2022]. Arkhiv Barnaul'skogo gorodskogo suda [Archive of the Barnaul City Court], 2022.
8. Postanovleniye № 22-588/2017 ot 29 iyunya 2017 g. po delu № 22-588/2017 [Decree No. 22-588/2017 dated June 29, 2017 in case No. 22-588/2017]. Arkhiv Kostromskogo gorodskogo suda [Archive of the Kostroma City Court], 2017.
9. Svodnyye statisticheskiye svedeniya o sostoyanii sudimosti v Rossii za 2021 god. Otchet o chisle privlechennykh k ugolovnoy otvetstvennosti i vidakh ugolovnogo nakazaniya № 10.1 [Summary statistics on the state of criminal record in Russia for 2021. Report on the number of persons prosecuted and types of criminal punishment No. 10.1]. Ofitsial'nyy sayt Sudebnogo Departamenta pri Verkhovnom Sude RF [Official website of the Judicial Department at the Supreme Court of the Russian Federation]. URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=79&item=6121 (accessed 12/23/2022).
10. Tsaneva A. N. Vozniknoveniye i razvitiye ugolovnogo nakazaniya v vide ispravitel'nykh rabot [The emergence and development of criminal punishment in the form of correctional labor]. Teoriya i praktika obshchestvennogo razvitiya [Theory and practice of social development], 2012, no. 5. URL: http://teoria-practica.ru/rus/files/ arhiv_zhurnala/2012/5/yurisprudentsiya/tsaneva.pdf (accessed 12/23/2022).
Сведения об авторах
Любовь Николаевна Одинцова: ФКОУ ВО Кузбасский институт ФСИН России (г. Новокузнецк, Российская Федерация), доцент кафедры уголовно-исполнительного права и криминологии, кандидат юридических наук, доцент. E-mail: lyizka77@mail.ru Ирина Александровна Пушкарева: ФКОУ ВО Кузбасский институт ФСИН России (г. Новокузнецк, Российская Федерация), доцент кафедры гуманитарных, социально-экономических и естественно-научных дисциплин, кандидат филологических наук. E-mail: pushkareva-irina@mail.ru
Information about the authors
Lyubov N. Odintsova: Kuzbass Institute of the FPS of Russia (Novokuznetsk, Russia), associate professor of Penal Law and Criminology Chair, candidate of law, associate professor. E-mail: lyizka77@mail.ru Irina A. Pushkareva: Kuzbass Institute of the FPS of Russia (Novokuznetsk, Russia), associate professor of Human, Social and Economic and Natural science's Chair, candidate of philological sciences. E-mail: pushkareva-irina@mail.ru