Научная статья на тему '«Инцидент в Фиуме» — или качество работы историка'

«Инцидент в Фиуме» — или качество работы историка Текст научной статьи по специальности «Общие и комплексные проблемы естественных и точных наук»

CC BY
299
45
Поделиться
Ключевые слова
Документы / рапорт / вахтенный журнал / «Инцидент в Фиуме» / «честь флага» / историческая инсинуация / низкий профессионализм

Аннотация научной статьи по общим и комплексным проблемам естественных и точных наук, автор научной работы — Шпаковская Светлана Вячеславовна

В статье рассматривается так называемый «Инцидент в Фиуме», представляющий собой типичный пример исторической инсинуация и следствие низкого качества работы историка, потому, что на самом деле все было «не так», в то время как масс-медиа, Интернет и популярные издания уже растиражировали не проверенные документами факты несуществующей истории!

FIUMA INCIDENT: THE QUALITY OF THE HISTORIANS WORK?

The description of Fiuma incident is discussed in the article. The topic is popular among modern mass media, Internet and popular science editions. It is a common example of social myth. It is quite clear from the archive records that incident didn’t happen in Fiuma, That fact was a mystification and real event had nothing in common with that historical nonsense and the low level of professional competition.

Текст научной работы на тему ««Инцидент в Фиуме» — или качество работы историка»

«Инцидент в Фиуме» - или качество работы историка

Fiuma incident: the quality of the historians work?

Аннотация

В статье рассматривается так называемый «Инцидент в Фиуме», представляющий собой типичный пример исторической инсинуация и следствие низкого качества работы историка, потому, что на самом деле все было «не так», в то время как масс-медиа, Интернет и популярные издания уже растиражировали не проверенные документами факты несуществующей истории!

Ключевые слова

Документы, рапорт, вахтенный журнал, «Инцидент в Фиуме», «честь флага», историческая инсинуация, низкий профессионализм.

Summary

The description of Fiuma incident is discussed in the article. The topic is popular among modern mass media, Internet and popular science editions. It is a common example of social myth. It is quite clear from the archive records that incident didn’t happen in Fiuma, That fact was a mystification and real event had nothing in common with that historical nonsense and the low level of professional competition.

Key words

Documents, report, log-book, Fiuma incident, flag honor, historical nonsense, professional competition.

Шпаковская Светлана Вячеславовна, к.и.н., доцент. Пензенский государственный университет, кафедра «Коммуникационный менеджмент»

Сегодня различные СМИ могут предоставить нам практически любую информацию в любом объеме. Однако все больше и больше возникает проблема связанная не с количеством информации, а с её достоверностью. Таким образом, получается, что если сегодня что-то и изменилось, так это лишь то, что к тиражированию «басен»

добавился также ещё и Интернет. А ведь в нем теперь ещё и выкладываются произведения так называемой «научно-популярной литературе» - т.е. литературы предназначенной для «массового читателя», но информирующей его «просто и понятно», и «на строго научной основе». На самом деле достоверность сообщаемых в ней сведений по многим причинам остается крайне низкой. Соответственно и СМИ становятся заложниками этой недостоверности, и они это признают.

При этом главная опасность заключается в том, что любая нелепость, появляясь в обществе высоких технологий, тут же многократно тиражируется, в частности, благодаря тому же Интернету, и все чаще случается так, что случайным образом родившаяся дезинформация становится достоянием всего общества и не вызывает у него сомнений. Таким образом, количество недостоверной информации постепенно растет, накапливается и приводит к реальному искажению действительности. Следует отметить, что в такой информационно загрязненной среде очень трудно осуществлять какое бы то ни было обновление общества, поскольку людям приходится иметь дело с искаженной информацией и опираться на недостоверные факты. В тех же случаях, когда правда, так или иначе, но все же становится достоянием общества, последнее перестает доверять и вполне правдивой информации, что приводит к различным формам социального нигилизма.

Наглядным примером подобного явления в области исторического знания, попавшего как в печатные, так и в электронные СМИ, и также в Интернет, может служить история с так называемым «Фиумским инцидентом» (или «Инцидентом в Фиуме»), якобы имевший место в конце августа 1910 г. Причем в нашем отечественном информационном пространстве сегодня утверждается, что он едва не привел к войне между АвстроВенгерской монархией и Россией, однако потом этот факт нашей истории почему-то замолчали.

Достаточно заглянуть на сайт «Военно-морской флот России»1, чтобы получить исчерпывающую информацию об этом событии: «19 августа 1910 года отряд русских кораблей контр-адмирала Н.С. Маньковского в составе линкора “Цесаревич” и крейсеров “Рюрик”, “Богатырь” и “Адмирал Макаров” прибыл на рейд черногорского порта Антивари для участия в праздновании 50-

летнего юбилея царствования короля Черногории Николая I. На борту флагманского линейного корабля “Цесаревича” находился великий князь Николай Николаевич со свитой. После окончания торжеств отряд отправился в обратный путь, в ходе которого зашел в Фиуме (г. Риека, Хорватия). При подходе к крепости, эскадра произвела положенный салют наций, но ответного приветствия из крепости не последовало. Великий князь со свитой сошли на берег и в этот же день на поезде отправились через Австрию в Россию. К вечеру на рейд Фиуме пришла австро-венгерская эскадра под флагом командующего морскими силами вице-адмирала Монтеккуколи. “Цесаревич” опять произвел положенный салют, и снова ответных выстрелов не прозвучало. Контр-адмирал Маньковский отправился к Монтеккуколи с визитом, но у трапа был встречен флаг-капитаном командующего австро-венгерским флотом, который сообщил, что “командующий принять не может, так как у него гости”. При отходе русского адмирала от флагманского корабля полагающегося по международным правилам салюта произведено не было.

Чаша терпения русских офицеров была переполнена. От “Цесаревича” отошел катер с флаг-капитаном Маньковского, который явился за объяснением происшедших “оскорбительных для Андреевского флага случаев”. Австрийцы пытались объяснить все это досадной оплошностью. С русский стороны потребовали, чтобы завтра с подъемом флага и крепость и эскадра произвели положенный салют. В ответ австрийцы заявили, что крепость салют русскому отряду и его адмиралу произведет, но эскадра этого сделать не может, так как в 4 часа утра (до подъема флагов) должна срочно выйти в море. На это последовал спокойный ответ, что русские корабли не выпустят австро-венгерскую эскадру с рейда без салюта.

На русских кораблях была пробита боевая тревога, орудия зарядили и направили на флагманский австрийский корабль. Крейсер “Рюрик” встал на выходе из бухты. Дважды австрийские представители приезжали к “Цесаревичу” с объяснениями необходимости эскадры выйти рано утром, но контр-адмирал Маньковский был непреклонен.

На рассвете австро-венгерские корабли стали разводить пары, чтобы уйти, но, увидев, что русский отряд не намерен уступать, а у готовых к бою орудий стоит прислуга, эскадра с места не

двинулась до 8 часов утра. Когда над кораблями обоих государств были подняты флаги, с крепости и австро-венгерской эскадры был произведен салют русскому адмиралу. Только после этого австровенгерские корабли снялись с якоря и направились к выходу из бухты. Провожая их, на всех русских кораблях матросы выстроились во фронте, а оркестры играли австро-венгерский гимн. В ответ также прозвучал русский гимн.

Достоинство России и честь Андреевского флага были защищены, а инцидент - исчерпан. 4 сентября русский отряд покинул Фиуме. 1 ноября на подходе к Кронштадту контрадмирала Маньковского встречал командующий флотом Балтийского моря Н.О. Эссен. Когда речь зашла об инциденте в Фиуме и риске, которому подверглись русские корабли, Маньковский коротко ответил: “Честь Андреевского флага стоит риска!”»

Как видно из этого сообщения, события на рейде Фиуме действительно имели место поистине драматические, а в целом представлено все в высшей степени патриотично и не может не вызывать определенных положительных эмоций. Кроме этого сайта в Интернете о «Фиумском инциденте» полным-полно сообщений блоггеров. Например, сообщалось, что в книге А.Федечкина и С.Виноградова о крейсере «Рюрик» (со ссылкой на то, что она кем-то выложена в Интернете), также присутствует информация о том, что «на русских кораблях сыграли боевую тревогу, в плутонги подали боезапас, а орудия расчехлили и навели на австрийский флагман». Есть об этом информация и на сайте «Морской редактор»2 и ещё на многих других.

В 1996 г. об этом инциденте написал журнал «Вокруг света» (№7, статья называлась «Под флагом адмирала», автор капитан 1-ого ранга Л.Маковкин), а 5 ноября 2008 г. в Интернете на сайте «Русская жизнь» в статье А.Храмчихина, все то же самое было передано с ещё большим драматизмом и мельчайшими подробностями. Называется она «Г ордый Андреевский флаг» и она присутствует на этом сайте и поныне. Если пересказать её близко к тексту, то картина получается следующая. Летом 1910 г. эскадра Балтийского флота в составе броненосцев «Цесаревич», «Слава», и крейсеров «Адмирал Макаров», «Рюрик» и «Богатырь» под командованием контр-адмирала Николая Степановича Маньковского совершала поход в Средиземное море. На борту

«Цесаревича» находился великий князь Николай Николаевич со свитой, и на мачте броненосца развевался его флаг. 19 августа эскадра (без «Славы», которая из-за поломки машин осталась в Тулоне) зашла в черногорский порт Антивари (ныне — Бар вновь независимой Черногории) для участия в праздновании 50-летия царствования короля Николая I. Торжества проходили в столице страны Цетинье, куда князь и отправился и где королю был вручен российский фельдмаршальский жезл, в результате чего он оказался последним российским фельдмаршалом.

После окончания торжеств эскадра — уже без «Адмирала Макарова», ушедшего на Крит, — отправилась назад в Россию. Великий князь Николай Николаевич по причине неотложных дел на родине решил ехать домой на поезде. Чтобы высадить князя, корабли зашли в принадлежавший Австро-Венгрии порт Фиуме (ныне — Риека в Хорватии). Фиуме был одной из главных баз ВМС Австро-Венгрии с мощной крепостью. Русские корабли пришли туда 1 сентября.

Обязательным ритуалом при заходе боевых кораблей в иностранный порт или при встрече двух эскадр, принадлежащих флотам разных стран, был обмен так называемым салютом наций, состоящим из 21 залпа (для его осуществления на кораблях имелись специальные салютные пушки). Русский отряд был в Фиуме гостем, поэтому первым салютовал он, однако крепость (кстати, ни в одном из туристических справочников в том же Интернете не сообщается, что она там есть, хотя Риека там описана достаточно подробно!) не ответила. Это было тяжелым оскорблением российского Андреевского флага и вообще России. Тем более, что на борту «Цесаревича» находился великий князь. К нему и отправился за консультациями адмирал Маньковский. Однако Николай Николаевич, как это сообщает автор статьи, повел себя в этой ситуации в высшей степени своеобразно. Дескать, оскорбление, нанесенное России, его не задело и он сказал адмиралу, что поскольку после ухода из Антивари «Цесаревич» идет уже не под его флагом, а под флагом адмирала, то, следовательно, ему и разбираться с тем, что произошло, и решать, как действовать. А сам Николай Николаевич сейчас просто частное лицо, которому пора на поезд. И отбыл на берег (плохой князь, что и говорить, не патриот своей Родины! - С.В.), оставив все на усмотрение адмирала.

Почти сразу после того, как великий князь покинул борт «Цесаревича», «отправившись вершить свои великие дела», к Фиуме подошла австро-венгерская эскадра (более 20 броненосцев и крейсеров) под флагом австрийского морского министра и командующего военно-морскими силами страны вице-адмирала Монтеккуколи. Снова был необходим обмен салютом наций. Русские были гостями, кроме того, Монтеккуколи был старше Маньковского по званию. Поэтому вновь первыми салют дали наши корабли. И вновь эскадра, как же, как и крепость и до этого, не стала им отвечать.

Это было уже открытым вызовом. Адмирал Маньковский отправился на австрийский флагман за объяснениями. На трапе австрийского броненосца русского адмирала встретил капитан 1-го ранга («капитан цур зее»), флаг-капитан адмирала Монтеккуколи. При этом он, «как бы стесняясь, сообщил, что у австрийского командующего сейчас гости, поэтому принять Маньковского он не сможет». Это было подряд уже третье оскорбление, нанесенное как нашей стране, так и лично русскому адмиралу. Более того, когда катер с Маньковским отошел от трапа австрийского корабля, ему не дали положенного в этом случае прощального салюта.

Вернувшись на «Цесаревич», Маньковский поинтересовался у минного офицера, в ведение которого входила и радиоаппаратура, есть ли связь с Петербургом или, хотя бы, с Севастополем. Офицер, разумеется, ответил отрицательно, слишком слабыми были в то время приемники и передатчики. Адмирал, впрочем, не огорчился, а даже обрадовался, поскольку теперь он уже точно был сам себе хозяин.

Между тем к трапу «Цесаревича» подошел австрийский адмиральский катер с самим Монтеккуколи на борту. Встретил его лейтенант барон Ланге, младший флаг-офицер Маньковского. Он на безупречном немецком языке сообщил, что командир русского отряда принять его светлость не может, ибо в это время обычно пьет чай. Австрийский катер отправился обратно, при этом русские положенный прощальный салют ему дали. Так, оскорбление нанесенное Маньковскому, было смыто, и по данному пункту стороны теперь оказались квиты. Однако оставалось оскорбление гораздо более тяжкое, нанесенное Андреевскому флагу и, следовательно, России.

Поэтому на австрийский флагман вновь отправился катер с

«Цесаревича». На его борту находился старший флаг-капитан Маньковского, капитан 2-го ранга Русецкий. Он потребовал от австрийцев официальных объяснений по поводу того, почему ни крепость Фиуме, ни австрийская эскадра не отдали русским кораблям положенный салют наций.

Австрийский флаг-капитан, тот самый, что раньше не принял Маньковского, теперь был очень любезен со своим русским коллегой. Он стал ссылаться на некие технические и служебные проблемы и оплошности, ясно давая понять, что очень хотел бы дело замять. Однако Русецкий передал категорическое требование Маньковского: завтра в 8 утра, во время подъема флага на русских кораблях, и крепость, и эскадра должны дать салют наций.

Австрийский офицер в ответ обещал, что крепость салют даст обязательно, а вот эскадра не сможет, так как по плану должна уйти в море в 4 часа утра. Однако Русецкий был непреклонен, и заявил, что ни на какие уступки русские не пойдут, и без салюта её из бухты не выпустят. Австрийский флаг-капитан возразил, что их эскадра не может задерживаться. Русский флаг-капитан ответил, что изменение условий невозможно.

Маньковский, выслушав вернувшегося Русецкого, отдал приказ своим кораблям изменить позицию. «Рюрик» встал прямо посередине выхода из бухты Фиуме, «Цесаревич» и «Богатырь» переместились ближе к берегу. На кораблях была сыграна боевая тревога, орудия расчехлены, заряжены боевыми зарядами и наведены на австрийский флагман.

На австрийских кораблях и на берегу (то есть о происходящем должны были, несомненно, узнать журналисты! - С.В.) все это, разумеется, прекрасно видели и слышали. И понимали, что дело принимает нехороший оборот, которого они не ожидали. До сих пор, мол, сообщает г-н Храмчихин, остается неясно, оскорбили австрийцы русских намеренно или по причине бардака, которого в «лоскутной империи» хватало. Но теперь последствия были налицо.

Дважды катер с австрийским флаг-капитаном ходил на «Цесаревича», объясняя, что австрийская эскадра обязательно должна уйти, и не может ждать до 8 утра. Маньковский каждый раз заявлял, что об уступках и речи не может быть.

При этом русский адмирал, конечно, понимал, что в случае боя между эскадрами никаких шансов у него нет. Что превосходство

австрийцев, с учетом орудий крепости, было примерно 10-кратным (даже если игнорировать тот факт, что к австрийцам быстро могли подойти дополнительные силы, русские же в Средиземном море никакого подкрепления ждать не могли), но, тем не менее, готов был пойти на верную смерть «за честь флага». Скорее всего, не удалось бы потопить даже один корабль противника. К тому же действия русского отряда почти неизбежно становились причиной войны между Россией и Австро-Венгрией. И еще, Маньковский, мол, прямо «подставлял» великого князя Николая Николаевича, который в этот момент на поезде рассекал просторы Австро-Венгрии. Великий князь в случае начала боевых действий в бухте Фиуме автоматически становился заложником, что увеличивало вероятность перерастания инцидента в полномасштабную войну. Впрочем, судьба Николая Николаевича вряд ли волновала Николая Степановича. Возможно, что он, по мнению автора, даже испытывал некоторое удовольствие, подставив лукавого царедворца, столь равнодушно отнесшегося к оскорблению своей державы. Не исключено, что Маньковский вообще не подумал про великого князя. Потому что честь страны и Андреевского флага были для него превыше всего. Офицеров учили, что за нее надо умирать. Вести себя по-другому просто невозможно (да, был уже шестилетней давности позор сдачи адмиралов Рождественского и Небогатова во время Цусимского сражения, но большинство флотских офицеров именно позором его и считали). Поэтому три русских корабля готовились воевать с двумя десятками австрийских, поддержанных вдобавок ещё и мощной крепостью!

Ночью на обеих эскадрах никто не спал. Было видно, как австрийские корабли и крепость активно перемигиваются сигнальными огнями. В 4 утра австрийская эскадра начала разводить пары, из труб повалил дым. На русских кораблях артиллеристы ждали команды на открытие огня. Если бы австрийцы двинулись с места, она бы поступила немедленно. Но только австрийцы не ушли, и даже якоря не подняли. Видимо, они прекрасно осознавали свое подавляющее преимущество в данный момент в данном месте, но понимали, что, по крайней мере, флагмана русские изуродовать успеют. И что начинать войну, причиной которой станет их собственное ничем не объяснимое хамство, вряд ли стоит.

Интересно, кстати, размышляет дальше автор в лучших традициях

альтернативной истории, как бы пошла история, если бы фиумский инцидент действительно стал причиной начала войны между Россией и Австро-Венгрией? Насколько масштабной она бы оказалась и, главное, пришли бы на помощь Австро-Венгрии другие члены Тройственного союза (Германия и Италия), а на помощь России — другие члены Антанты (Великобритания и Франция)? То есть началась бы Первая мировая на 4 года раньше?

И к «настоящей» Первой мировой ее участники были, в общем, не очень готовы, хотя «подготовительный период» между выстрелом в Сараево и началом собственно войны занял больше месяца, а здесь пришлось бы воевать буквально «с колес», поэтому состав участников, течение и исход военных действий были бы совершенно непредсказуемы. А если бы война осталась делом только двух втянутых в нее стран (хотя на нашей стороне с гарантией, близкой к 100 %, воевали бы и Сербия и Черногория), то почти наверняка Россия бы одержала в ней победу. По крайней мере, в ходе Первой мировой русские почти всегда побеждали австрийцев, а уж если бы тем не помогли немцы, то в исходе войны можно и не сомневаться. Причем Австро-Венгрию в этом случае, скорее всего, ждала бы та же судьба, что и в реальном 1918 г., — полная дезинтеграция. В этом случае Первой мировой потом бы просто не было — Германия не смогла бы воевать в одиночку, т. е. вся история человечества оказалась бы совершенно иной, ведь именно эта война, как это сейчас ясно, стала переломным моментом в истории, как минимум, европейской, как максимум — мировой цивилизации, а про российскую историю, мол, нечего даже и говорить!

Впрочем, утром 2 сентября 1910 г. в бухте Фиуме люди на русских и австрийских кораблях оценить это все, разумеется, не могли, заглядывать в будущее ни тогда, ни сейчас никто ещё на Земле не научился. Они просто ждали, начнется ли бой здесь и сейчас.

В 8 утра, как положено, команды были построены на палубах перед церемонией подъема флага. Командиры кораблей отдали команду «На флаг и гюйс! Смирно! Флаг и гюйс поднять!» Правда, в этот раз за командой, если бы австрийцы повели себя так же, как и накануне, могла бы последовать война.

Но этого не случилось. Как только флаги и гюйсы на «Цесаревиче», «Рюрике» и «Богатыре» пошли вверх, загрохотали салютные пушки

крепости Фиуме и всех кораблей австрийской эскадры. «Маньковский считал залпы. Их было двадцать один, полноценный салют наций. Русский адмирал выиграл этот бой. Он одной своей волей отстоял честь Андреевского флага и честь России. Продемонстрировав готовность пролить свою и вражескую кровь, он предотвратил кровопролитие».

Вслед за этим австрийские корабли сразу же начали сниматься с якорей и двинулись в море мимо русского отряда. Маньковский прекрасно знал морские обычаи. Команды «Цесаревича», «Богатыря» и «Рюрика» были выстроены на палубах, оркестры заиграли австрийский гимн. И теперь все было честь по чести. Австрийские команды тоже были построены как положено, а оркестры в ответ заиграли русский гимн. Ссориться с русскими они больше не хотели, слишком дорого это могло бы обойтись. 4 сентября ушли из Фиуме и русские, поскольку их миссия была выполнена. «Их воля оказалась сильнее воли австрийцев».

Впрочем, - делается вывод в статье, может быть, надо пожалеть о том, что тогдашние хозяева Фиуме оказались не только хамами, но и трусами. Как уже было сказано, начнись война — мы бы ее почти наверняка выиграли, предотвратив, таким образом, катастрофу 1917 г. Но, видимо, хамство и трусость неразделимы, поэтому все и пошло так, как и пошло. Затем в ней сообщается, что «Фиумский инцидент» канул в Лету, и его все забыли. Забыли и его главного героя адмирала Маньковского. «Через девять лет, когда не было уже на планете ни Российской, ни Австро-Венгерской империй, а «Цесаревич» (переименованный в «Г ражданина»), «Богатырь» и «Рюрик» гнили в Кронштадте (ни один из этих кораблей в море больше не вышел), в маленьком русском городе Ельце 60-летний вице-адмирал Николай Степанович Маньковский был арестован ВЧК и убит в тюрьме» .

В дальнейшем А.А.Храмчихин, видимо, вставил это сообщение в свою книгу «Русские на войне» (М.: Ключ-С.2010. 256с. «Библиотека русской жизни»), чем вызвал в Интернете следующие лестные отзывы: «честный патриот и справедливый аналитик», «его работу отличает научный подход», он извлекает из пыльного сундука истории забытые факты», за что ему «респект и уважуха». При этом нужно иметь ввиду, что А.А.Храмчихин отнюдь не простой блоггер, а человек, возглавляющий аналитический отдел в Институте политического и военного анализа - т.е. один из

ведущих специалистов по военной истории в современной России.

Впрочем, справедливости ради нужно отметить, что в том же Интернете имел место и ряд высказываний, ставящих все это под сомнение и называвших все вышеизложенное всего лишь красивой легендой4. Однако, судя по всему, проверить подлинность этих заявлений так особо никто не удосужился, хотя там был дан даже номер архивного дела с рапортом адмирала Маньковского из фондов РГАВМФ.

Какими архивными документами по данному вопросу следовало бы воспользоваться в том случае, если бы авторов сообщений об инциденте в Фиуме отличал бы действительно научный подход? Вне всякого сомнения, что это должен быть рапорт самого контрадмирала Н.С. Маньковского, в котором, если мы к нему обратимся, все подробности данного плавания приводятся со скрупулезными подробностями на 13 страницах машинописного (в данном случае это следует подчеркнуть), а не рукописного текста, хотя сам он и отпечатан на пишущей машинке того времени , то есть с ятями и фитой. Следующим по значимости должна была стать копия расшифрованной телеграммы6, посланной им морскому министру по-поводу имевших место событий 28-29 августа (а отнюдь не 1-2 сентября - С.В.) 1910 г., и, наконец - это вахтенный журнал флагманского броненосца «Цесаревич»7, фиксирующий все события, происходившие на борту корабля в указанное время.

Начнем с шифровки, как документа информационно наиболее близкого к теме: «Вчера сделал визит Австрийскому адмиралу Монтекукули (так в тексте - С.В.). Принят не был под предлогом, что у адмирала завтракают гости. При отваливании салюта не получил. Через три часа адмирал отдал визит, я не принял, сказав через флаг-капитана, что меня нет на корабле. Адмирал сообщил, что не салютовал мне вследствие времени отдыха и просил ему не салютовать. Прождав до спуска флага, потребовал салют, который и получил сегодня 8 утра. Подробности Посольской вализой.№137. Маньковский».

В рапорте адмирала событие это изложено несколько более подробно (характерная орфография сохранена - С.В.): «28-ого в 6 час.30 минут утра на рейд пришел Австрийский крейсер «Kaiser Karl VI», под флагом полного Адмирала. В 8 часов обменялся с ним салютом и одновременно послал с поздравлением Флаг-Офицера, который по возвращении донес, что на крейсере находится

Адмирал МОНТЕКУКУЛИ. Через 4 часа на «Цесаревич» прибыл с ответным визитом Австрийский офицер, который сообщил, что Адмирал на берегу и вернется около 10 часов. Так как с 10 часов его не было, а у меня было заранее условлено ехать в это время на берег с визитами, то я с Флаг-Капитаном в сопровождении Консула уехал в город. Посетил... Вернулся я около 11 14 часов. В 12 часов с Флаг-Капитаном и Командиром «Цесаревича» поехал с визитом на австрийский крейсер. На трапе меня встретил Штаб-офицер, который сообщил, что Адмирал принять меня не может, так как он завтракает и у него гости. В это время на шканцах играла музыка, но не марш, а какую-то арию и не прекратила играть даже тогда, когда катер пристал к трапу. Когда я отвалил, салюта мне не произвели. По возвращении на корабль я приказал при ответном визите Адмирала МОНТЕКУКУЛИ сказать, что меня нет дома, музыки не вызывать и салюта не производить. Около 3-х часов к трапу на моторном катере прибыл Адмирал МОНТЕКУКУЛИ. Его встретил на нижней площадке трапа Флаг-Капитан и передал, что меня нет дома. Адмирал просил передать, что он не салютовал мне, так как во время моего визита был отдых и просил ему также не салютовать. Подождав салюта до захода солнца и не получив его и зная, что крейсер ночью собирается уйти, я послал Флаг-Капитана к Командиру его или Флаг-Капитану, если таковой имеется, с заявлением, что я не получил следуемого мне салюта. Флаг-капитан застал крейсер готовым к уходу через полчаса, но Командир был ещё на берегу, а потому передал мое поручение Старшему офицеру с просьбой сообщить о последующем распоряжении через офицера. Через 4 часа с крейсера прибыл офицер и сообщил, что крейсер останется до утра и в 8 часов произведет салют.

29-ого Августа в 8 часов утра австрийский крейсер произвел салют в 13 выстрелов с подъемом русского флага на фор-стеньге, после чего снялся с якоря и ушел» . Вот собственно и весь «инцидент», связанный с исполнением морских традиций и принятым на военных судах того времени обязательным чинопочитанием. А вот в какую «альтернативную историю» стараниями наших «историков» он превратился это очевидно так же, как и многочисленные сделанные ими ошибки. Один единственный крейсер у превратился в эскадру равную чуть ли не всему австро-венгерскому флоту, неверно даны даты, ну и т.д. и т. п.

Подтверждением того, что в действительности все было именно так, а не иначе, является и вахтенный журнал броненосца «Цесаревич» - флагманского корабля российской эскадры. Написано же в нем буквально следующее: «Суббота 28 августа 1910 года на бочке на рейде Фиуме под контр-адмиральским флагом. С полуночи. Случаи.

6 ч.30 м. - Начали утреннюю приборку.

6 ч.55 м. - Пришел с моря и встал на рейд на якорь австрийский крейсер «Kaiser Karl VI».

8 ч.00 м. - Подняли австрийский флаг и произвели 17 выстрелов австрийскому адмиральскому флагу. Австрийский крейсер салютовал 17 выстрелами.

12 ч.00 м. - Вино и обед.

12 ч.5 м. - Произвели салют в 17 выстрелов Австрийскому Губернатору.

1 ч. 30 м. - Чай.

2 ч.00 м. - Произвели салют в 7 выстрелов русскому консулу.

3 ч.55 м. - Окончили дневные работы.(Сигнал) стричься и бриться. Под парами котлы №№6,7.

5 ч.00 м. - Подняли молитвенный флаг. Началось Богослужение (Всенощная).

5 ч.55 м. - Окончили богослужение.

6 ч.00 м. - Вино и ужин.

6 ч.30 м. - Сигнал Адмирала.

7 ч.30 м. - Проветрить палубы. Задраить переборки. Взяли правый якорь нос. клюз (так в оригинале - С.В.).

7 ч. 50 м. - Сигнал Адмирала. Под парами котлы №№6,7.

8 ч. - Молитва, раздача коек.

8 ч.30 м. - Подняли шестерку №1.

9 ч.00 м. - Закрыли камбуз.

11 ч.5 м. - Прекратили пары на катере №1.

12 ч.00 м. - Прекратили пары на катере №3. Под парами котлы №6 и №7.Сего числа принято хлеба белого 36 пудов, картофеля 90 пудов, луку 3 пуда 30 фунтов, капусты свежей 3 пуда, томатов 30 фунтов.

(последняя подпись вахтенного офицера - Лейтенант Барон Мирбах) - в данном случае это важно, поскольку ведь это в его вахту наши матросы «спали, не раздеваясь возле орудий, а в плутонги были поданы боевые припасы». Вот только ни этот

вахтенный, ни оба его предшественника (фамилии их неразборчивы) что-то ничего этого заметить не сумели!

29-ого августа.

8 ч.00 м. - Австрийский крейсер «Kaiser Karl VI» снялся с якоря и ушел в море. Произведено 15 выстрелов.

10 ч.00 м. - Принял на «Цесаревич» командира порта и мэра города.

10 ч.40 м. - Отбыл с «Цесаревича» командир порта. Салют 13

9

выстрелов .

Следует отметить, что записи в судовом журнале наши вахтенные офицеры вели чернилами, притом довольно небрежно, видимо, питая явную неприязнь к «канцелярщине», однако из всего, что они записали ни коим образом нельзя сделать выводов о военных приготовлениях на русских кораблях. Капусту вот, на «Цесаревич» принимали, ну а снаряды как лежали, так все это время и лежали в снарядных погребах!

В заключение следует заметить, что наша российская история, и в том числе и история отечественного военно-морского флота достаточно славна и без того, чтобы дополнять её «легендами», не имеющими под собой ничего, кроме желания иных авторов стереть из нашей истории очередное «белое пятно». Недостоверность публикуемых в СМИ, Интернете и научно-популярной литературе исторических сведений как раз и порождает обывательские разговоры о том, что «реальной истории сегодня не существует и что она переписывается по указке властей». Основывать же любую, в том числе и военно-патриотическую деятельность, следует, опираясь строго на документы, а не на те же мемуары, написанные по принципу «врет, как очевидец», и этим плодить мифы, которых у нас и без этого предостаточно!

Литература и источники

1. Военно-морской флот России. www.navy.su.index.htm

2. Морской редактор. www.russian.kiev.ua/material.php?id=11605030

3. Русская жизнь. www.rulife.ru/mode/article/1002

4. За честь флага (Ник - «Dirk»).www.wap.kortic.borda.ru

5. РГАВМФ. Ф.417.Оп. 1. Д.4002. Л.194-200.

6. РГАВМФ. Ф.417.Оп.1. Д.4002. Л.158.

7. РГАВМФ. Ф.870.Оп.1.Д.42514.Л.71-76.

8. РГАВМФ. Ф.417.Оп.1.Д.4002.Л.199-199об.

9. РГАВМФ. Ф.870.Оп.1.Д.42514.Л. 76.