УДК 81'22
А. А. Нозимов, Х. Ш. Кабиров
Нозимов А. А., доктор филологических наук, профессор; директор филиала Московского государственного университета имени М. Ломоносова, г. Душанбе; e-mail: cis@linguanet.ru
Кабиров Х. Ш., кандидат филологических наук; докторант Таджикского национального университета e-mail: cis@linguanet.ru
ГЕНЕТИЧЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯ ТАДЖИКСКОГО И САРЫКОЛЬСКОГО ЯЗЫКОВ
В статье речь идет о генетической общности языков таджиков и сарыколь-цев, проживающих в этнолингвистическом ареале Восточного Гиндукуша, который охватывает определенные территории Синьцзян-Уйгурского автономного района Китайской Народной Республики. Проводится сопоставительный анализ лексико-семантических особенностей некоторых слов таджикского и са-рыкольского языков, а также приводятся некоторые данные статистического анализа лексики. Отмечается, что сарыкольцы имеют непосредственную лингвистическую и этническую общность с таджиками Таджикистана, о чем свидетельствует проведенный сопоставительный анализ лексики в этих языках.
Ключевые слова: генетическая общность; Сары-кол; этнолингвистический ареал; Восточный Гиндукуш; сравнительный анализ; лексико-семантические особенности; язык; словарный состав языка.
A. A. Nozimov, Kh. Sh. Kabirov
NozimovA. А., Doctor of Philology, Professor;
Director, Branch of Moscow State University
named after M. Lomonosov, Dushanbe; e-mail: cis@linguanet.ru
Kabirov Kh. Sh., Candidate of Philology (PhD); Post-doctoral Scholar,
Tajik National University; e-mail: cis@linguanet.ru
THE GENETIC RELATIONSHIP OF THE SARIKOLI AND TAJIK LANGUAGES
The article focuses on the genetic relationship of the languages spoken by Tajiks in Tajikistan and Chinese Tajiks (Sarikolis) living in the ethno-linguistic area of the Eastern Hindu Kush Range which covers certain areas in the Xinjiang Uyghur Autonomous Region in the People's Republic of China. It provides a comparative analysis of lexical and semantic features of certain Tajik and Sarikoli words and presents some statistical data on the lexicon. The article says that there is a genetic relationship between the two languages and peoples as evidenced by the comparative analysis of the lexicon in these languages.
Key words: genetic relationship; Sarikol; ethno-linguistic area; Eastern Hindu-Kush; comparative analysis; lexical and semantic features; language; the lexicon.
Родство и генетическая связь языков разных народов и народностей является предметом исследования и интерпретации таких наук, как история, антропология, языкознание и культурология. На основе анализа языкового материала исследователями не только выявляется историческое родство нескольких языков, но и определяется генетическая общность разных народов.
Одним из регионов с разнообразными и достаточно сложными ареалами распространения различных языков является регион Восточного Гиндукуша, который И. И. Зарубиным назван «языковым клубком» [2, с. 314]. Данное положение связано со своеобразным географическим положением региона Восточный Гиндукуш.
Известные ученые А. Л. Грюнберг и И. М. Стеблин-Каменский с учетом этнических, языковых, а также диалектологических особенностей проживающих в этом регионе народов классифицировали этнолингвистический ареал Восточного Гиндукуша следующим образом: 1) ареал Восточного Бадахшана; 2) ареал Кафиристана (с 1895 г. по настоящее время Нуристан. - А. Н.; Х. К.); 3) ареал дардских языков [1, с. 276-283].
Таджикский языковед А. Мирбобоев, в течение нескольких лет занимаясь исследованием этнолингвистических особенностей говоров и языков Восточного Гиндукуша, выделяет четыре языковых ареалах данного региона: 1) этнолингвистический ареал Горного Бадахша-на; 2) этнолингвистический ареал Восточного Бадахшана Исламской Республики Афганистан; 3) этнолингвистический ареал Восточного Туркестана (Синьцзян); 4) этнолингвистический ареал Восточного Пакистана, который охватывает памирско-ваханский, сарыколь-ский, а также уйгурский и китайские языки Восточного Туркестана [10, с. 59-70].
Следует отметить, что в Синьцзянском регионе проживают более 40 народов и народностей, а также национальные меньшинства, однако за исключением сарыкольского и ваханского языков все другие языки относятся к неиранской группе. Ввиду того, что влияние уйгурского и китайского языков на сарыкольский и ваханские является значимым, А. Мирбобоев относит уйгурский и китайский языки вместе с вахан-ским и сарыкольским к общему этнолингвистическому ареалу.
На основе языковых особенностей в группе памирских языков сарыкольский относится к шугнано-рушанской подгруппе языков
[4, с. 3], но сарыкольский язык, в ареальном плане отдаляясь от своей подгруппы, постепенно приобретает языковое сближение с вахан-ским языком, в результате чего усиливается взаимовлияние этих двух языков [5; 11, с. 289-293].
Однако при столь обширном спектре языковой и генетической общности сарыкольского языка с другими памирскими языками, на что было указано в некоторых источниках [1, с. 276], за исключением работ А. Мирбобоева, сарыкольский язык не включен не только в языковой ареал Восточного Гиндукуша, но и до последнего времени не был отнесен ни к одной генетической подгруппе памирских языков [6; 7].
С учетом вышесказанного мы попытались проанализировать лексический материал сарыкольского языка в сопоставлении с таджикским языком с той целью, чтобы определить соотношение лексики сарыколь-ского и таджикского языков, учитывая также особенности других па-мирских языков, чтобы исключить некоторые бытующие сомнительные идеи о генетической разобщенности таджикского и памирских языков.
В целях более подробного рассмотрения поставленного вопроса за основу анализа лексического материала взят «Сарыкольско-русский словарь» Т. Н. Пахалиной [5], а также собранный нами материал в объеме более 2500 общеупотребительных и популярных слов сарыкольского языка. В результате статистического анализа данного материала выявлен тот факт, что из общего количества подсчитанных слов около 42 % составляет лексика таджикского языка, и к этой группе мы также отнесли заимствованные из арабского в таджикский язык слова, которые посредством таджикского постепенно вошли в речевой обиход сарыкольского языка.
Исходя из этого можно сделать вывод, что между таджиками, проживающими в Таджикистане, и сарыкольскими таджиками есть много общего как в языковом, так и в этническом и культурном отношении.
Наряду с этим нами был проведен сопоставительный анализ некоторых единиц народной лексики, так как анализ данной группы слов способствует выявлению этнолингвистической близости этих же языков. Поясним это положение на нескольких примерах.
Слово бичак (bicak) в сарыкольском языке - козленок до года. Данное слово в форме бича встречается в юго-восточных говорах таджикского языка Таджикистана с таким же лексическим значением. Слово чапиш (capis) как синоним слова бичак (козленок) также используется в языке сарыкольских таджиков и с таким же значением встречается
в юго-восточных говорах таджикского языка в форме чапишак. Кроме того, в данных говорах таджикского языка это слово используется для обозначения молодых веселых девчонок, сравниваемых с козленком.
Слово пиш (pis - кот, кошка) употребляется как синоним слова гурба (кот, кошка) в сарыкольском языке, а в таджикском языке встречается в форме пишак. Например, во фразеологическом обороте пишакро пиш(т) гуфтан (букв. 'отгонять чью-то кошку', т. е. навредить кому-либо, неполадить с кем-либо), слово пиш(т) употребляется именно в той форме, какую оно имеет в сарыкольском языке.
Слово кампир (kampir - пожилая женщина; старуха) как синоним используемого в литературном языке слова пиразан широко употребляется в разговорной речи, а также во всех говорах таджикского языка. В сарыкольском языке именно с таким значением и в такой форме употребляется данное слово. Но в таджикском языке пиразан используется и в другом значении: вместо слова жена - так пожилые люди зовут своих жен [9, с. 315]. С таким значением данное слово у таджиков Китая не встречается.
Слово адл / адли (adl, adli) встречается в юго-восточных говорах современного таджикского языка со значением «рост», «расо», «бе-хато» («прямо», «ровно», «правильно»): тир адл дар пешониаш зад -пуля попала ему прямо в лоб. С таким же значением данное слово употребляется и в языке сарыкольских таджиков Китая.
В сарыкольском языке также широко употребляется слово гажд (yaxd) со значением грязный, нечистый как синоним словам ифлоси и чиркини (грязь). Слово гажд (yaxd) в такой же форме и с таким же значением широко употребляется в говорах Кулябского района Таджикистана.
Слово сабзи (морковь) в современном таджикском литературном языке употребляется широко и в некоторых северных говорах Таджикистана используется в форме зар(д) чома, а в некоторых южных говорах Таджикистана встречается в форме zardak. Сарыкольские таджики также употребляют слово зардак с таким же значением, как и в южных говорах современного таджикского языка.
Слово калта (kalta - короткий, человек невысокого роста) как синоним в таджикском литературном языке слова кутоп> встречается в разговорной речи и с таким же значением употребляется в языке сарыкольских таджиков. Слово албасти (albasti - ведьма, Баба-
яга) и слово барзанги (barzangi) (дев - человекоподобное существо с ужасной внешностью, страшила) в такой же форме и с таким же значением употребляется в сарыкольском языке.
Слово боца (boja) в таджикской классической литературе встречается со значением равзан, дарича, бодгир (форточка, дверца) [12, с. 209], а в современном таджикском языке используется в измененном значении свояк (муж сестры жены), т. е. в настоящее время оно потеряло свое прежнее основное значение. Данное слово в сарыкольском языке употребляется в форме бацо (baja) (свояк); для обозначения мужа сестры жены (шав/ари хо/ар) употребляется слово язна (шурин), что и встречается во многих говорах современного таджикского языка [5, с. 19]. Слово даррав (darraw) со значением зуд, дархол, фавран (быстро, оперативно) также встречается в южных говорах таджикского языка и в сарыкольском языке.
В южных говорах таджикского языка встречается слово чаппоти, нони чаппоти (лепешка, разновидность лепешки) и данное слово почти в такой же форме чапоти (capati) употребляется в сарыкольском языке.
В сарыкольском языке в качестве синонима слова мах/бус (заключенный, пленник) используется слово банди (bandi), таким же образом в южных говорах Таджикистана вместо книжно-литературного слова ма/бус широко употребляется слово банди. Следует отметить, что в прошлом заключенных держали в цепях или с завязанными руками, исходя из этого слово банди образовано от слова банд - основа глагола завязать в прошедшем времени.
В таджикском языке встречается просторечное слово каштал как синоним употребляемого в литературном языке слова гиребон со значением воротник. В южных говорах Таджикистана слово каштал имеет отрицательный оттенок, особенно в составе такого фразеологизма, как ай каштал гирифтан (взять за шкирку, схватить за воротник, конфликтовать, ссориться с кем-л.). Данное слово в форме кашталък (kastaluk) широко употребляется в сарыкольском языке со значением шарф.
В сарыкольском языке таджикское слово атфол (дети) имеет такие синонимы, как бачкач (backac), балочацо, зудбуд. Если обратить внимание на этимологию данных слов, то можно заметить, что слово балочацо имеет уйгурское происхождение, а слово зудбуд относится к сарыкольскому языку и состоит из двух частей, первая из которых -зуд, возможно, является вариантом таджикского слова зод - основа
глагола родиться в прошедшем времени, а слово буд - основа глагола быть в прошедшем времени. Из данной группы слов слитной формы слово бачкач часто встречается в разговорной речи таджиков, оно образовано от слова бача (ребенок, детеныш) и подражательной формы этого слова кача, так как данное явление часто встречается в таджикском языке в таких структурных формах слов, как чой-пой, цанд-панд, дору-пору, нон-пон.
В настоящее время в современном таджикском языке вместо слова хусур употребляют слово падарарус (свекор, отец мужа), хотя на самом деле слово хусур широко употреблялось в таджикском литературном языке классического периода. Например, в словаре таджикского языка «Фарданги забони точикй» приводится такое описание данного слова: «Хусур - падарзан; падаршуй (хусур - свекор, отец мужа)» и дается пример из «Шахнаме» Абулкасыма Фирдоуси:
Ба дил гуфт: Бо ин сухан чанг нест,
Чу Шангул хусур бошадам, нанг нест [13, с. 511].
Сказал себе: из-за этого слова не стоит ссориться, И если Шангул мой свекор, то я этого не стыжусь.
Также в словаре Хасана Амид слово хусур означает свекра и отца жены - тестя [8, с. 431].
В настоящее время слово хусур также встречается в составе таких сложных слов, как хусурбача, хусурбурда (шурин, брат жены). Данные слова широко употребляются в южных говорах современного таджикского языка [9, с. 778], однако, считая их просторечными, вместо них стали использовать слова падарарус (свекор), додарарус (шурин). Данное исконно таджикское слово классического периода в форме хасур (хазит) в сарыкольским языке сохраняет свои семантические и функциональные особенности.
Таким образом, анализ и интерпретация определенной части слов сарыкольского и таджикского языков свидетельствует о тесной генетической связи и общности. Это также отмечает таджикский лингвист, памировед Б. Лашкарбеков: «.. .встретились как-то один таджик и один ваханец. <.> Далее из рассказа таджика я понял, что речь идет о встрече ваханца с сарыкольцем, и этноним таджик в данном случае у рассказчика ассоциируется с сарыкольцем, соответственно ваханца он исключает из круга своего этноса» [3], и, конечно, не случайно сами сарыкольцы с гордостью называют себя точик (таджиками).
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Грюнберг А. Л., Стеблин-Каменский И. М. Этнолингвистическая характеристика Восточного Гиндукуша // Проблемы картографирования в языкознании и этнографии. - Л. : Наука, 1974. - С. 276-283.
2. Зарубин И. И. Вершикское наречие канджутского языка // Записки коллегии востоковедов при Азиатском музее Российской Академии наук. -Т. 2, вып. 2. - Л. : Российская Академия Наук, 1927. - C. 275-364.
3. Лашкарбеков Б. В поиске памирцев Китая [Электронный ресурс]. - Режим доступа : http://pamirian.ru/29-v-poiske-pamircev-kitaya.html
4. Пахалина Т. Н. Сарыкольский язык: исследование и материалы. - М. : Наука ; ГРВЛ, 1966. - 239 с.
5. Пахалина Т. Н. Сарыкольско-русский словарь. - М. : Наука, 1971. - 312 с.
6. Соколова В. С. Генетические отношения язгулямского языка и шугнан-ской языковой группы. - Л. : Наука, 1967. - 158 с.
7. Соколова В. С. Генетические отношения мунджанского языка и шугнано-язгулямской языковой группы. - Л. : Наука, 1973. - 246 с.
8. Амид Х,асан. Фарханги форсии Амид. - Техрон, чопи шашум, 1351 х. -1688 с. (Словарь Амида. - 6-е изд. - Тегеран, 1351.)
9. Махмудов М., Чураев F., Бердиев Б. (мураттибон). Фарханги гуишхои чанубии забони точикй. - Душанбе, 2012. (= Словарь южных говоров таджикского языка / сост. М. Махмудов, Г. Джураев, Б. Бердиев. - Душанбе, 2012).
10. Мирбобоев А. Назаре ба тахаввули забонхои эронии минтакаи Хиндукуши шаркй // Номаи Пажухишгох. - № 2. - Душанбе, 2002. -С. 59-70. (= Взгляд на процессы становления и развития иранских языков Восточного Гиндукуша // Вестник научно-исследовательского института при Посольстве Исламской Республики Иран в Республике Таджикистан. - № 2. - Душанбе, 2002. - С. 59-70).
11. Нозимов А. А., КабировХ. Ш. Назаре ба сарнавишт ва забони точикони мукими Чин // Паёми Донишгохи миллии Точикистон. - № 8 (72). -Душанбе, 2011. - С. 289-293. (= Коротко об истории и языке таджиков Китая // Вестник Таджикского национального университета. - № 8 (72). -Душанбе, 2011. - С. 289-293).
12. Фарханги забони точикй. - Ч- I. - М., 1969. (= Словарь таджикского языка. - Т. I. - М., 1969). - 700 с.
13. Фарханги забони точикй. - Ч- II. - М., 1969. (= Словарь таджикского языка. - Т. I. - М., 1969). - 780 с.