УДК 343 М. С. Десятов
Омская академия МВД России
Факторный анализ закономерностей формирования профессионального правосознания оперативных сотрудников
АННОТАЦИЯ. Введение. Оперативно-розыскная деятельность представляет собой сферу правоприменения, негласно затрагивающую интересы граждан, их права и свободы, что требует от оперативных сотрудников глубокого осознания значимости реализуемых правовых норм. В этом контексте остро стоит вопрос формирования профессионального правосознания оперативных сотрудников, которое происходит под влиянием различных по своей природе факторов.
Методы. Полученные выводы являются результатом использования различных научных методов, таких как анализ и синтез, дедукция и индукция, а также системного метода и метода историзма.
Задачи. В рамках статьи была определена основная цель - формирование представления о механизме развития профессионального правосознания оперативного сотрудника под влиянием различных факторов. Для ее достижения определены такие задачи, как выявление внутренних и внешних факторов, оказывающих непосредственное и опосредованное воздействие на правосознание оперативного сотрудника; выявление их сущностных особенностей.
Результаты. На основе проведенного анализа была дана типология причин, обусловливающих уникальность правоприменительной сферы оперативно-розыскной деятельности, и определены основания классификации факторов, оказывающих влияние на формирование и развитие правосознания оперативных сотрудников, дана их последовательная характеристика.
Вывод. Правосознание оперативного сотрудника как уникального по своей природе правоприменителя находится под постоянным агрессивным воздействием различного рода факторов, каждый из которых требует осмысления и самостоятельного системного исследования в контексте правоприменительной деятельности оперативных сотрудников.
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: оперативно-розыскная деятельность, правосознание, профессиональное правосознание, правоприменение, факторный анализ, оперативный сотрудник.
ДЛЯ ЦИТИРОВАНИЯ: Десятов М. С. Факторный анализ закономерностей формирования профессионального правосознания оперативных сотрудников // Научный портал МВД России. 2020. № 1 (49). С. 73.
M. S. Desyatov
Omsk Academy of the Ministry of Internal Affairs of Russia
Factor analysis of formation regularities of professional legal consciousness of operative employees
ABSTRACT. Introduction. Operational investigative activity is a sphere of law enforcement that secretly affects the interests of citizens, their rights and freedoms, which requires operational staff to be deeply aware of the significance of the legal norms being implemented. In this context, the issue of formation of professional legal awareness of operational employees, which occurs under the influence of various factors by their nature, is acute.
Methods. The conclusions obtained are the result of using various scientific methods, such as analysis and synthesis, deduction and induction, as well as the system method and the method of historicism.
Tasks. The article defines the main goal-to form an idea about the mechanism of development of professional legal awareness of the operative employee under the influence of various factors. To achieve this goal, the following tasks are defined: identifying internal and external factors that have a direct and indirect impact on the legal consciousness of the operative employee; identifying their essential features.
Results. In the course of the study, the typology of the reasons that determine the uniqueness of the law enforcement sphere of operational search activity was determined. On the basis of the analysis, the bases of classification of factors that influence the formation and development of legal awareness of operational employees were determined, and their characteristics were given consistently.
Conclusion. The legal awareness of the operative employee as a unique law enforcement agent is under
constant aggressive influence of various factors, each of which requires independent reflection and systematic research in the context of law enforcement activities of operational employees.
KEYWORDS: operational investigative activities, legal awareness, professional legal awareness, law enforcement, factor analysis, operational officer.
FOR CITATION: Desyatov M. S. Factor analysis of formation regularities of professional legal consciousness of operative employees // Scientific portal of the Russia Ministry of the Interior. 2020. № 1 (49). P. 73 (in Russ.).
Исследование проблем правоприменительной деятельности неизменно сопряжено с изучением вопросов правосознания, эта категория оправданно заняла одно из центральных мест в результатах соответствующих научных изысканий, и это не случайно1 [1; 2, с. 23-25; 3, с. 9; 4, с. 3-5; 5, с. 125; 6, с. 79; 7; 9, 10, с. 24-25; 11, с. 38-46]. Правоприменитель есть не кто иной, как исполнитель воли законодателя, причем в особой форме реализации права, когда участники тех или иных правоотношений не способны или не желают самостоятельно, без участия представителей власти, воплотить норму права. Вместе с тем нужно четко понимать, что правоприменитель - это не техническое устройство, не робот, запрограммированный на безукоризненное выполнение заданных программой функций. Это человек, обладающий как индивидуальными особенностями, так и общечеловеческими свойствами, фактически уравнивающими его с другими членами общества. Более того, это индивид, воспринимающий окружающую действительность абсолютно уникальным образом, что отражается в его сознании в виде неповторимого переплетения эмоций, чувств, образов. В то же время это представитель государства, наделенный властными полномочиями, которые не просто выделяют его из некоторой общности, но наделяют его правом воздействовать на нее. Представляется, что такая двойственность способна детерминировать внутренний конфликт, присущий, пожалуй, в наибольшей степени правоприменителям, что побуждает нас к анализу сущности правосознания. В этом контексте данная правовая категория уже не кажется столь абстрактной. Весьма интересно в свое время по этому поводу высказался известный русский философ И. А. Ильин: «Человеку невозможно не иметь правосознание; его имеет каждый, кто сознает, что кроме него на свете есть другие люди. Человек имеет правосознание независимо от того, знает он об этом или не знает, дорожит этим достоянием или относится к нему с пренебрежением. Вся жизнь человека и вся судьба его слагаются при участии правосознания и
1 См.: Грошев А. В. Профессиональное правосознание сотрудников органов внутренних дел (понятие, функции, проблемы формирования) : учеб. пособие. Екатеринбург, 1995. С. 9.
под его руководством; мало того, жить - значит для человека жить правосознанием...» [3, с. 20].
Применяя озвученные рассуждения к оперативно-розыскной сфере, можно уверенно сказать, что проблемы формирования и развития правосознания в этой области в целом и у участников оперативно-розыскных правоотношений в частности имеют собственную неповторимую природу, требующую осмысления. Причин тому несколько, коротко остановимся на них.
Во-первых, отрицание обществом законности оперативно-розыскной деятельности (далее - ОРД). Консервативность веками сложившегося восприятия государственно-властной деятельности правоохранительных органов как деятельности карательной накладывает отпечаток и на оперативно-розыскные органы, воспринимаемые не столько как охраняющие общество от преступности, сколько надзирающие за ним в поисках таковой. Общественное правосознание не всегда способно воспринимать ОРД как очевидно необходимую, а не вынужденную меру его защиты от противоправных посягательств, а оперативных сотрудников - как юридически грамотных специалистов, наделенных исключительными полномочиями в этой сфере. Однако такое восприятие жизненно необходимо. Выразим солидарность с мнением С. Л. Сергевнина о том, что «как только общество улавливает сигнал, свидетельствующий о слабости государственной власти и ее неспособности обеспечить должное функционирование механизма правового регулирования, причем как собственно в регулятивной, так и в охранительно-репрессивной его части, оно - общество - начинает вырабатывать более эффективные регулятивные и охранительные механизмы» [8, с. 19-20].
Во-вторых, негласность оперативно-розыскных правоотношений, как правило, воспринимается обществом как нечто негативное, не связанное с правом, а значит - и с правосознанием. Основную долю негативного внимания в этом отношении привлекает институт конфиденциального содействия, которое традиционно ассоциируется с предательством, ложью и прочими отвергаемыми обществом явлениями. Вместе с тем лица, оказывающие конфиденциальное содей-
ствие, являясь членами социума, также обладают собственным правосознанием, которое имеет ряд отличительных черт от правосознания правоприменителя, а оперативно-розыскные правоотношения с их участием представляются неотъемлемой частью оперативно-розыскного процесса.
В-третьих, наделение оперативно-розыскных органов правом проводить мероприятия, вторгающиеся в частную жизнь граждан, в рамках предварительной оперативной проверки, т.е. при незначительном объеме и неподтвержденной достоверности первоначальной информации, создает у оперативных сотрудников иллюзорное представление о вседозволенности и даже безнаказанности. Действительно, если говорить об оперативной разработке, предполагающей наличие достоверных сведений о причастности лица (группы лиц) к подготовке и (или) совершению преступлений, то факт проведения каких бы то ни было мероприятий «оправдан» относительно определенной перспективы привлечения виновных лиц к уголовной ответственности или как минимум постановки их на оперативный учет с целью дальнейшей разработки на причастность к другим преступлениям. Иными словами, оперативная разработка оправдана в том случае, когда виновность лица очевидна или близка к этому, необходимо лишь доказать это. В случае с предварительной оперативной проверкой такая уверенность у правоприменителей отсутствует по определению, в то время как возможности проведения всего комплекса оперативно-розыскных мероприятий (в сравнении с оперативной разработкой) практически не ограничены.
В-четвертых, в отличие от производства по уголовному делу работа по делам оперативного учета всегда ведется негласно, что исключает возможность осведомленности лиц не только о проводимых в отношении них мероприятиях, но и самом факте заведения такого дела. Если говорить о проведении оперативно-розыскных мероприятий (далее - ОРМ), ограничивающих конституционные права, можно относительно уверенно заявить о наличии контрольно-ограничительного механизма в форме судебного санкционирования таких ОРМ. Последний призван обеспечить сохранность конституционных прав граждан, однако и здесь есть некоторые извлечения. Прежде всего вызывает интерес подход законодателя к определению перечня защищаемых Конституцией РФ прав и тех из них, ограничение которых требует судебного разрешения. Создается впечатление, что неприкосновенность жилища, тайна переписки и телефонных переговоров - это наивысшая
ценность, в то время как иные конституционные права такой значимостью не обладают и в защите не нуждаются. Что же касается мероприятий, не требующих санкционирования, то нормативно какие-либо ограничения отсутствуют, что вновь актуализирует вопрос значимости правосознания оперативных сотрудников в контексте правоприменения в сфере ОРД.
В-пятых, в орбиту оперативно-розыскных правоотношений вовлечены не только должностные лица, наделенные властными полномочиями в оперативно-розыскной сфере, но и простые граждане, в том числе представители маргинальных слоев общества, ведущие антиобщественный образ жизни, имеющие судимости и пр. Особый акцент необходимо сделать на том, что в отличие от других сфер деятельности государственных органов в рамках ОРД они не только участвуют в проведении отдельных ОРМ, но и, по сути, порой самостоятельно принимают отдельные решения, от которых нередко зависит конечный результат предварительной оперативной проверки или оперативной разработки, например при оперативном внедрении, оперативном эксперименте, проверочной закупке и пр. В этом контексте остро стоит вопрос исследования правосознания таких граждан, что присуще исключительно оперативно-розыскной сфере.
Отметим, что в процессе исследования правосознания в ОРД мы пришли к выводу, что: а) такие изыскания велись достаточно давно (еще во времена существования Советского Союза) и фактически на этапе зарождения оперативно-розыскной науки, что, разумеется, не исключает возможности их использования в современных социально-правовых реалиях, однако результаты, на наш взгляд, существенно устарели и требуют актуализации; б) судя по публикациям современных авторов, вопросам правосознания в ОРД не уделяется должного внимания, в то время как философами, социологами, психологами и прочими представителями других наук активно исследуются проблемы правосознания вообще, а также правосознания правоприменителей в частности. Полагаем, на современном этапе развития оперативно-розыскной науки этого уже недостаточно, что обусловлено активным развитием институтов правоприменения в оперативно-розыскной сфере.
Правосознание формируется и развивается перманентно в течение всей жизни независимо от желания и воли его обладателя. Полагаем, применительно к профессиональному правосознанию оперативных сотрудников этот процесс
напрямую связан с началом службы в правоохранительных органах и исполнением служебных обязанностей. Это может происходить как при осознанном участии третьих лиц, оказывающих влияние на формирование правоприменителя как полноценного участника оперативно-розыскных правоотношений, так и в рамках самовоспитания в духе уважения законов и их соблюдения. Формирование правосознания, на наш взгляд, может также стать продуктом систематического воздействия или разового восприятия того или иного обстоятельства, которое, к слову, может и не восприниматься оперативным сотрудником как формирующее правосознание, что вместе с тем не отменяет факта или возможности оказания влияния на этого сотрудника. Проведенное исследование показало, что процесс формирования и развития профессионального правосознания оперативного сотрудника протекает под влиянием различных факторов. С первого дня вовлечения в правоприменительный оперативно-розыскной процесс (включая подготовку к участию в нем) оперативный сотрудник находится под воздействием множества обстоятельств (факторов), связанных с приобретением профессиональных знаний, получением нового опыта, влияющих на различные характеристики профессионального правосознания оперативного сотрудника. Условно их можно классифицировать по следующим основаниям.
1. По способу воздействия: активные и пассивные. Под активными факторами нами понимаются внешние обстоятельства, целенаправленно воздействующие на правовое сознание оперативного сотрудника. Пассивные факторы отличаются тем, что их воздействие выражено в самом факте существования и отражении в сознании правоприменителя лишь при непосредственном или опосредованном восприятии. В качестве активных факторов нами выделены: положительное или отрицательное воздействие со стороны старших (по возрасту, по должности, по званию, по неформальному статусу в коллективе и т. д.); правовые взгляды, объективируемые в нормах права; общественные процессы, изменяющие сложившиеся общественные отношения как в лучшую, так и в худшую сторону, и др. Пассивными факторами являются: криминализация общества; изменение темпов роста преступности; отсутствие реакции вышестоящего руководства на происходящие события; неразрешенность проблем организационного и правового характера и др. Активные и пассивные факторы могут иметь место одновременно или попеременно, могут осознаваться правоприменителем или суще-
ствовать без его осознанного участия, носить как положительный, так и отрицательный характер, однако вполне очевидно, что при формировании профессионального правосознания степень их влияния следует анализировать и учитывать при определении путей оптимизации этих процессов или корректировки профессионального правосознания оперативного сотрудника.
2. По времени воздействия: разовые, краткосрочные, долгосрочные, постоянные. Под разовыми факторами нами понимаются какие-либо обстоятельства, возникшие ситуативно или под влиянием целенаправленного, но бессистемного воздействия на правосознание оперативного сотрудника (например, личный пример разрешения острой конфликтной ситуации с участием наставника и представителя подразделения собственной безопасности). Краткосрочные факторы, в отличие от разовых, обладают некоторой системностью, но в то же время непродолжительностью существования и соответственно оказания воздействия на правовое сознание правоприменителя (например, во время служебной проверки в отношении оперативного сотрудника по какому-либо основанию такие факторы могут проявляться нерегулярно, однако сам факт проведения проверки, ограниченной определенными сроками, оказывает воздействие на правосознание оперативного сотрудника). Под долгосрочными факторами нами понимаются обстоятельства, сопровождающие оперативного сотрудника на протяжении длительного периода - от одного месяца до нескольких лет, в зависимости от складывающейся оперативно-тактической ситуации (например, проведение оперативной разработки лица или группы лиц). Наконец, постоянные факторы представляют собой статичные элементы, имеющие объективный или субъективный характер (например, уровень воспитания правоприменителя).
3. По характеру воздействия: позитивные и негативные. Вряд ли можно уверенно говорить об однородности факторов с позиции последствий их влияния на правосознание оперативного сотрудника. Так, в качестве примера позитивного фактора может выступать повышение раскрываемости в конкретном оперативном подразделении, воспринимаемое как закономерный результат правомерной деятельности оперативных сотрудников. Негативную окраску имеют факторы, отрицательно влияющие на формирование и развитие правосознания, например работа по «отказным» материалам, воспринимаемая многими оперативными сотрудниками как не всегда законная. Говоря о позитивных и негативных факторах, мы исходим не
только из формы их внешнего выражения, но и из содержания. Так, очевидно, что негативные факторы могут порой положительно повлиять на процесс формирования профессионального правосознания оперативного сотрудника, и наоборот. Например, наблюдаемые оперативным сотрудником факты противоправного поведения других сотрудников могут сформировать негативное отношение к подобному поведению. Однако в этом случае многое зависит от правильной и своевременной трактовки того или иного события со стороны более опытных наставников, способных при наличии у них самих правильно сформированного профессионального правосознания направить развитие правосознания наставляемого в нужное русло. Иного результата можно добиться при сглаживании внешне положительного фактора, который субъективно воспринимается как негативный. Например, в реализации оперативно значимой информации, полученной начинающим оперативным сотрудником, с помощью которой раскрыто резонансное преступление, принимает участие более опытный сотрудник, за что получает поощрение. Инициатор оперативной разработки в силу малоопытности недополучает искомого признания. Тем самым закладывается основа для профессиональной деформации, способной впоследствии трансформировать профессиональное правосознание.
4. По адресату воздействия: общественные, групповые, индивидуальные. В данном случае речь идет о факторах, имеющих некоторую «целевую» аудиторию. Так, под общественными факторами нами понимаются сведения, обстоятельства, действия, доносимые до широкой общественности через средства массовой информации, Интернет. Например, сведения о незаконном задержании журналиста И. Голунова и неправомерных действиях оперативных сотрудников в отношении него вызвали широкий общественный резонанс, воспринимаемый в том числе и оперативными сотрудниками. Под групповыми факторами нами понимаются те же обстоятельства, что и в случае с общественными, с той лишь разницей, что объектом воздействия в данном случае является некая группа, попадающая под влияние того или иного фактора. Например, оперативный состав подразделения стал косвенным свидетелем героического поведения своего сослуживца, который погиб при задержании особо опасного преступника. Индивидуальный фактор отличается от названных выше персонификацией воздействия на правосознание конкретного правоприменителя. Такое воздействие обладает некоторой степенью латентно-сти, поскольку, как правило, не предается огласке,
а иногда даже не воспринимается правоприменителем. Тем не менее, именно индивидуальные факторы, на наш взгляд, в большей степени имеют распространение в современной правоприменительной практике, поскольку в силу профессиональных особенностей выполняемых служебных обязанностей большую часть времени оперативные сотрудники работают, соблюдая принцип конспирации, который становится их «визитной карточкой», но чаще - защитным механизмом, способным оградить от вмешательства извне.
5. По источнику возникновения: внутренние и внешние. Внутренние факторы носят субъективный характер, они могут порождаться другими названными выше факторами или иными, не имеющими прямого отношения к формированию правосознания, обстоятельствами. Однако неизменен их внутренний источник - сознание правоприменителя, моделирующее, адаптирующее, толкующее то или иное явление или событие, трансформируемое в факторы, оказывающие или способные оказать воздействие на правосознание оперативного сотрудника. Внешние факторы, в отличие от внутренних, всегда возникают вне сознания правоприменителя. Даже в тех случаях, когда они являются продуктом сознания другого правоприменителя - «донора» (например, руководителя оперативного подразделения), они носят внешний характер ровно до того момента, пока не будут восприниматься сознанием конкретного правоприменителя - «реципиента» как собственные, «вживленные» в свою систему правовых установок и правил, адаптированные к ней.
Разумеется, степень влияния тех или иных факторов на правовое сознание конкретного правоприменителя различна, многое зависит от его характера, воспитания, психотипа. Более того, названные факторы не ограничены предложенной классификацией, их количество так же трудно измерить, как и сложно представить характер их содержания в постоянно меняющемся объективном мире. Вместе с тем представляется, что факторный анализ процесса формирования и развития профессионального правосознания позволяет выделить общие закономерности этого явления применительно к правоприменению в ОРД.
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
1. Байниязов Р. С. Правосознание и правовой менталитет в России : дис. ... д-ра. юрид. наук. - М., 2006. - 349 с.
2. Валеева Л. К. Правосознание и его основные черты // Научные труды Омской высшей
школы милиции МВД СССР. Вып. 5. - Омск, 1969. С. 23-25.
3. Ильин И. А. О сущности правосознания. -М., 1993.
4. Кудрявцев В. Н. Правосознание юриста // Сов. юстиция. 1974. № 10. С. 3-5.
5. Никитин В. Б. О структуре правосознания // Человек и общество. - Л., 1973.
6. Сапун В. А. Социалистическое правосознание и реализация советского права. - Владивосток, 1984.
7. Сафронов В. В. Правосознание гражданина : дис. ... канд. юрид. наук. - Красноярск, 2004. - 242 с.
8. Сергевнин С. Л. Российское национальное правосознание: некоторые конституционно-правовые проблемы // Журнал конституционного правосудия. 2014.№ 5. С. 19-20.
9. Тапчанян Н. М. Правосознание и правовая культура : дис. ... канд. юрид. наук. - М., 1998. -151 с.
10. Фарбер И. Е. Правосознание как форма общественного сознания. - М., 1963. С. 24-25.
11. Чефранов В. А. Правовое сознание как разновидность социального отражения: Фило-софско-методологический очерк. - Киев, 1976. С. 38-46.
REFERENCES
1. Bajniyazov R. S. Pravosoznanie i pravovoj mentalitet v Rossii: dis. ... d-ra. yurid. nauk (Legal awareness and legal mentality in Russia: Doctor's thesis), Moscow, 2006, 349 p.
2. Valeeva L. K. Nauchnye trudy Omskoj vy-sshej shkoly militsii MVD SSSR (Scientific works of the Omsk Higher Police School of the Ministry of Internal Affairs of the USSR), ussue 5, Omsk, 1969, pp. 23-25.
3. Il'in I. А. O sushhnostipravosoznaniya (About the essence of justice), Moscow, 1993.
4. Kudryavtsev V. N. Sov. yustitsiya (Soviet justice), 1974, No. 10, pp. 3-5.
5. Nikitin V. B. Chelovekiobshhestvo (Man and society), Leningrad, 1973.
6. Sapun V. А. Sotsialisticheskoe pravosoznanie i realizatsiya sovetskogo prava (Socialist justice and the implementation of Soviet law), Vladivostok, 1984.
7. Safronov V. V. Pravosoznanie grazhdanina : dis. ... kand. yurid. nauk (Citizen justice: Extended abstract of candidate's thesis), Krasnoyarsk, 2004, 242 p.
8. Sergevnin S. L. Zhurnal konstitutsionnogo pravosudiya (Journal of Constitutional Justice), 2014, No. 5, pp. 19-20.
9. Tapchanyan N. M. Pravosoznanieipravovaya kul'tura : dis. ... kand. yurid. nauk (Legal awareness and legal culture: Extended abstract of candidate's thesis), Moscow, 1998, 151 p.
10. Farber I. E. Pravosoznanie kak forma obsh-hestvennogo soznaniya (Legal consciousness as a form of public consciousness), Moscow, 1963, pp. 24-25.
11. Chefranov V. А. Pravovoe soznanie kak raznovidnost' sotsial'nogo otrazheniya: Filosofsko-metodologicheskij ocherk (Legal consciousness as a kind of social reflection: Philosophical and methodological essay), Kiev, 1976, pp. 38-46.
Рукопись поступила в редакцию 26.09.2019, принята к публикации 26.12.2019.
ИНФОРМАЦИЯ ОБ АВТОРЕ
Михаил Сергеевич Десятов, кандидат юридических наук, доцент, начальник кафедры оперативно-разыскной деятельности органов внутренних дел федерального государственного казенного образовательного учреждения высшего образования «Омская академия Министерства внутренних дел Российской Федерации» (Российская Федерация, 644092, г. Омск, пр. Комарова, д. 7).
E-mail: desyatovm@gmail.com
Тел.: 8 (3812) 751400
INFORMATION ABOUT THE AUTHOR
Mihail S. Desyatov, Candidate of Juridical Sciences, Associate professor, Head of the Department of operational investigative activities of the Internal Affairs bodies of the Omsk Academy of the Ministry of Internal Affairs of Russia (Omsk, Komarova ave., 7, 644092 Russian Federation).
E-mail: desyatovm@gmail.com
Tel.: 8 (3812) 751400