Научная статья на тему 'Эволюционная концепция В. С. Соловьева'

Эволюционная концепция В. С. Соловьева Текст научной статьи по специальности «Философия»

CC BY
164
24
Поделиться
Ключевые слова
СОЛОВЬЕВ / МЕТАФИЗИКА / СИНЕРГЕТИКА / ДЕТЕРМИНАЦИЯ

Аннотация научной статьи по философии, автор научной работы — Иванов А. В., Артамонова Т. А.

Научные и христианские представления о космической эволюции. Метафизическое содержание философских идей В.С.Соловьева. Подтверждение синергетикой фундаментальности и универсальности феномена «детерминации будущим».

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Текст научной работы на тему «Эволюционная концепция В. С. Соловьева»

ИСТОРИКО-НАУЧНЫЕ ОСНОВЫ ФОРМИРОВАНИЯ КОСМИЧЕСКОГО МИРОВОЗЗРЕНИЯ

13 мая 2003 г.

А.В.ИВАНОВ,

доктор философских наук, профессор Алтайского государственного аграрного университета, Барнаул

Т.А.АРТАМОНОВА,

аспирантка Алтайского государственного аграрного университета, Барнаул

ЭВОЛЮЦИОННАЯ КОНЦЕПЦИЯ В.С.СОЛОВЬЕВА

С именем гениального русского философа и незаурядного поэта В.С.Соловьева не без основания связывают создание

/" и и 1 1 и и

первой самобытной русской философском системы, имевшем общемировое культурное значение и предугадавшей многие ключевые ходы философской мысли ХХ века. Однако отличительная черта гения — быть всегда современным и порождать такие идеи, глубина которых открывается только в свой исторический срок. Важнейшей из таких идей русского философа, не привлекавшей сколь-нибудь серьезного внимания исследователей вплоть до последнего времени и лишь сегодня обнаружившей свою актуальность, является его эволюционная концепция.

Для прояснения сути соловьевских эволюционных идей обратимся к его знаменитой работе «Оправдание добра». Она достаточно подробно проанализирована в историко-философ -ской литературе, но преимущественно в этических, правовых, социологических и историософских аспектах. Метафизическое же содержание этого труда великого русского философа до сих пор остается в тени. Одной из таких важных метафизических идей как раз и является беспрецедентная попытка В.С.Соловьева органически и непротиворечиво соединить научно-эволюционные и христианские представления о космической эволюции. Попытка, которая и сегодня — в эпоху все углубляющегося

диалога науки и религии — будет квалифицирована большинством ученых, богословов и философов как эклектическая. А ведь русский ученый работал на излете самого атеистического века в истории человеческой цивилизации — XIX, в условиях господства материалистических и позитивистских идейных установок! В своем метафизическом дерзании и жажде обретения духовного синтеза отечественный мыслитель опередил не только свое время, но фактически весь ХХ век, хотя во временных рамках последнего и работали мыслители, весьма близкие В.С.Соловьеву по духу. Помимо всей русской традиции «метафизики всеединства» к числу таких идейно близких В.С.Соловьеву мыслителей можно отнести француза П.Тейяр де Шарде-на, англичанина А.Н.Уайтхеда, немца М.Шелера, индийца Шри Ауробиндо Гхоша.

Как же понимает процесс эволюции В.С.Соловьев и в чем он оригинален?

В «Оправдании добра» автор рассматривает эволюцию Космоса как процесс «всемирного совершенствования» [1, с. 267] и выделяет пять царств-ступеней на этой великой лестнице жизни: минеральное, растительное, животное, человеческое и Царство Божие. Каждое из них характеризуется повышением «бытия с точки зрения нравственного смысла, осуществляемого в богома-териальном процессе» [1, с. 267]. «Камни и металлы, — пишет В.С.Соловьев, — отличаются от всего прочего своим крайним самодовольством и консерватизмом; если бы от них одних зависело, природа никогда бы не вышла из непробудного сна, но зато без них ее дальнейший рост не имел бы твердой почвы и опоры. Растения в неподвижных грезах тянутся к свету, теплу и влаге. Животные, при посредстве ощущений и свободных движений, ищут полноты чувственного бытия: сытости, полового исполнения — и радости существования (их игры и пение). Природное человечество кроме всего этого разумно стремится посредством наук, искусств и общественных учреждений к улучшению своей жизни, действительно совершенствует ее в различных отношениях и, наконец, возвышается до идеи безусловного совершенства. Человечество духовное или от Бога рожденное не только понимает умом, но и принимает сердцем и делом это безусловное совершенство как действительное начало того, что должно быть во всем, и стремится осуществить его до конца, или воплотить в жизнь всего мира» [1, с. 268].

В процессе эволюции каждое последующее царство не просто механически сменяет предыдущее, а органически вырастает на его основе, где каждое нижестоящее является материальной базой — как бы несущей основой1 — вышестоящего царства. Так, без минеральной основы не было бы растительности, растительность — основа существования животного мира, животные органы и клетки — необходимые элементы телесной жизни человека. Более того, каждая последующая ступень включает все предыдущие на правах подчиненных моментов. По мысли В.С.Соловьева, почти в полном согласии с диалекти-ко-материалистической концепцией развития происходит процесс «собирания вселенной», где высшая ступень включает в себя все низшие, но сама не сводима к ним. Общая же картина эволюции и здесь и там напоминает конус, имеющий отчетливую направленность к появлению человека. Однако на этом сходства между соловьевской теорией эволюции и марксистской диалектико-материалистической теорией заканчиваются. Если бы великий русский философ ограничился подобным взглядом на сущность эволюции, то был бы даже на порядок ниже марксизма, ибо последний, как известно, сумел вскрыть ряд важных и объективных диалектических закономерностей развития, кстати, не оцененных по достоинству в русской религиозной философии, за исключением разве что А.Ф.Лосева.

Однако В.С.Соловьев развивает подход, имеющий свои несравненные преимущества по сравнению как с марксизмом, так и с общенаучными взглядами на эволюцию как на прогрессивное движение от низшего к высшему. Несмотря на то что высшие формы эволюции действительно организуются на базе низших и появляются в историческом времени вроде бы после них, по В.С.Соловьеву, было бы в корне неверно думать, что низшее порождает высшее, выступает его генетической причиной. С точки зрения русского философа, порядок истинно сущего отнюдь не тождествен порядку явлений, и ничто так часто не обманывает нас, как именно эмпирическая очевидность. На самом же деле именно высшее предшествует низшему и организует его и никогда не может быть объяснено из последнего.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

1 Т.е. то, что способно на себе нечто нести, но само по себе является вторичным и несущественным с точки зрения переносимого содержания.

«Жизнь есть некоторое новое положительное содержание, — замечает В.С.Соловьев, — нечто большее сравнительно с безжизненною материей, и выводить это большее из меньшего — значит утверждать, что нечто в действительности происходит из ничего, т.е. чистую нелепость» [1, с. 272]. Эволюция, феноменально разворачиваясь от простого к сложному, производит материальные условия для организации высших систем, но «собственное положительное содержание высшего типа не возникает вновь из небытия, а существуя от века, лишь вступает (в известный момент процесса) в другую сферу бытия, в мир явлений» [1, с. 274]. Образ высшего, по В.С.Соловьеву, из метафизического — идеального — состояния лишь переходит на проявленный план, до этого активно формируя из будущего свои материальные несущие основы в настоящем. Это подобно тому, как если бы идеальная цель «наводила» материальные причины для того, чтобы реально сбыться.

Так, для своей высшей цели — актуально реализовавшегося Богочеловечества Вселенная должна последовательно пройти через минеральное, растительное, животное и человеческое царства. Именно этой сверхвременной высшей целью космического процесса определяется и общая логика мирового развития, и его конкретные исторические этапы.

Н.О.Лосский, анализируя различные теории эволюции, определяет теорию В.С.Соловьева как супранатуралистическую, учитывающую материальные условия эволюции и добавляющую к ним идеальную основу. Эта теория «берет от естествознания всю фактическую сторону эволюции, но, сверх того, она усматривает в фактах ценностную и смысловую сторону их. Замысел Вл. Соловьева есть одна из попыток идеал-реалистической религиозной философии выработать целостное миропонимание, содержащее в себе синтез науки, философии и религии» [2, с. 326]. Собственный взгляд на развитие у Н.О.Лосского весьма близок к концепции В.С.Соловьева. Он лишь делает больший упор на собственную активность и свободу эволюционирующих монад — основных субъектов космического процесса. В сущности, русские мыслители последовательно экстраполируют принципы целевой детерминации, имеющие основополагающее значение для человеческого бытия, на нижележащие слои мирового целого. В самом деле, если человек твердо поставил себе цель —

скажем, получить высшее образование, то этот идеальный образ будущего будет определять его важнейшие поступки в настоящем (успешная сдача в срок экзаменов, посещение вуза и т.д.), словно наводя движущие материальные причины для своего реального осуществления. Конечно, здесь можно было бы возразить, что образ будущего существует-то в индивидуальной человеческой голове именно в настоящий момент времени, поэтому о будущем здесь можно говорить лишь в виртуальном смысле. Однако этот аргумент убедителен только для того, кто отрицает объективное и непосредственное существование мысли вне индивидуальной человеческой головы, а также возможность обратного детерминирующего влияния этой мысли на индивидуальный творческий процесс. Между тем подобные особенности существования мысли все более признаются современной наукой, в частности физикой, равно как и то, что «пространство мысли» и события, которые в нем происходят, предшествуют событиям в реальном физическом пространстве и времени. Планирующая мысль, таким образом, выполняет функции целевой детерминации, притягивающего «пункта Омега», если воспользоваться выражением П.Тейяр де Шардена, близкого по духу В.С.Соловьеву.

В некотором смысле целевая детерминация, как детерминация будущим, противоположна причинной связи, как детерминации прошлым, а любой момент настоящего времени — всегда точка пересечения двух этих линий детерминации. Показательно, что чем выше эволюционный уровень развития — тем, по-видимому, больший удельный вес и значение в его бытии начинает играть именно целевая детерминация вплоть до Бого-человеческого уровня, когда все действия человека в настоящий момент времени сознательно и свободно подчиняются высшим эволюционным целям Вселенной и, соответственно, находятся «за кругом» необходимого действия причин прошлого (кармы в восточной терминологии).

Возникает естественный вопрос: предоставляет ли современная наука факты для подтверждения справедливости подобных соловьевских супранатуралистических эволюционных идей?

Обратимся к наследию В.И.Вернадского. Он, ссылаясь на открытие американского ученого Джеймса Даны, еще в начале

прошлого века пишет о направленности эволюции живого вещества, которая определяется процессом цефализации, то есть неуклонным и планомерным усложнением и усовершенствованием нервной системы живых организмов, приведшим к появлению разума. Не есть ли это реализация определенной целенаправленно развивающейся программы? Почему эволюция живого вещества действительно не порождает бесконечного множества форм, а направляет это многообразие по определенному руслу? Например, у животных существует определенное число конечностей, а строение скелета, сердечно-сосудистой, пищеварительной систем и т.д. развивается по единому типу фило-и онтогенетического усложнения. Почему существует отчетливая векторизованность процессов антропогенеза с быстрой «выбраковкой» тупиковых форм типа гигантопитека и практически полным отсутствием «промежуточных звеньев» эволюции, где бы были отчетливо видны и типично животные, и типично человеческие черты?

Все это заставляет задуматься о целенаправленном развитии биосферы, которая в недрах своего «сознания» хранит прообраз будущего и с каждым эволюционным витком приближается к нему. Здесь «магнит будущего», существующий в особом метафизическом пространстве, определяет пространственные направления развития в настоящем; идеально-информационное содержание предшествует своему материальному воплощению; высшее структурирует и направляет развитие низшего. Думается, что сегодня наука вплотную подошла к опытному исследованию и теоретическому объяснению реальных механизмов воздействия будущего на настоящее, о которых говорил В.С.Соловьев. Мы имеем здесь дело с классическим случаем философского «забегания вперед», когда наука все более подтверждает правоту интуиций философского гения.

Прежде всего укажем на антропный космологический принцип. В настоящее время в различных формулировках его принимает большинство космологов и астрофизиков. В своей сильной версии он гласит, что Вселенная устроена таким образом, чтобы на определенном этапе ее эволюции появился наблюдатель. Иными словами, базовые структуры и константы мегамира таковы, что с необходимостью приводят к появлению мыслящего существа, способного осуществлять рациональную

реконструкцию ее истории и выступать в роли ее фундаментального сознательного эволюционного фактора. Отсюда вытекает вся современная доктрина так называемого «глобального эволюционизма», где соловьевская идея эволюционного преображения человека и достижение им «богочеловеческого» статуса уже не кажется религиозной утопией. Скорее утопичной становится идея человека как сугубо планетарного и плотского существа, если учесть становящийся все более осмысленным и интенсивным поиск наших собратьев по разуму во Вселенной. По крайней мере сегодня ни один трезвомыслящий человек уже не осмелится безапелляционно заявить, что в Космосе не может быть живых существ, превосходящих современного человека по своему интеллектуальному и духовному уровню.

Весьма мощным подтверждением фундаментальности и универсальности феномена «детерминации будущим» являются также достижения современной синергетики. Она, занимаясь изучением самоорганизации сложных систем, оперирует таким понятием, как «точка бифуркации». Такие точки характеризуются максимальной нестабильностью и неопределенностью. Именно в таких точках происходит ветвление будущих сценариев развития системы, а цели ее эволюции зафиксированы в определенных структурах — «аттракторах» развития. Каждый аттрактор создает как бы «конус притяжения», и, выбирая то или иное направление развития, мы попадаем под притягивающее воздействие его сил. Стоит попасть на аттрактор в точке бифуркации, как процесс развития вновь приобретает линейный и во многом предсказуемый характер.

Авторы синергетических теорий, совершивших буквально переворот в науке, не случайно пишут о том, что «идеальная сторона существует до своего появления в реальном мире, "духовное" определяет развитие "недуховного ". Настоящее определяется не прошлым, а будущим» [3, с. 88]. Для них, как и для В.С.Соловьева, непроявленное, носящее идеально-информационный характер, является внутренним свойством системы, определяющим цели и направление ее развития.

Но есть один принципиальный пункт, в котором приверженцы синергетической картины мира и гениальный русский философ расходятся во взглядах. Этот вопрос — о Первоначале Вселенной, о Высшем принципе, или Первопричине существо-

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

вания нашего мира. Если для В.С.Соловьева «условия явления происходят от естественной эволюции природы, являемое — от Бога» [1, с. 274], то для последователей синергетической парадигмы саморазвитие Вселенной осуществляется «без Бога <...> хотя некое скрытое начало определенно имеется» [3, с. 88].

И все же многие современные ученые, особенно физики, приходят к выводу о том, что логика рассмотрения всех форм эволюции требует наличия Высшего начала, что подтверждает видение Соловьева и близких ему авторов. Так, Г.М.Идлис пишет, что «данная последовательность возможных основных уровней естественной самоорганизации материи имеет исчерпывающий характер и с необходимостью зацикливается на высшем — антропном уровне, где наряду с типичными разумными индивидуумами обнаруживается <...>особо выделенный предельный и вместе с тем исходный элемент с бесконечными интеллектуальными потенциальными возможностями — божественно всемогущий уникальный всеобъемлющий самообусловленный Высший Разум, который, в отличие от обычных конечных элементов материи, заведомо не может быть продуктом ее естественной самоорганизации, а выступает в качестве необходимого всеобщего первоначала и предела, оставаясь — несмотря на две свои ипостаси — принципиально единым, самотождественным, неизменным» [4, с. 47].

Такое сближение научной и религиозно-философской картин мира свидетельствует о том, что они могут реально восполнить друг друга и, возможно, образовать в будущем единое русло познания, подтверждая тем самым еще одно предвидение Соловьева о том, что только синтез науки, религии и философии способен обеспечить «цельное знание» и осуществить «положительное всеединство» и в жизни, и в социальном бытии, и в творчестве человека.

Говоря о принципиальном характере «детерминации будущим» и наличии идеальных сценариев развития в каком-то гипотетическом «информационном пространстве» (в «пневмато-сфере», по выражению П.А.Флоренского, или в «семантическом пространстве», говоря языком В.В.Налимова), отметим роль личностей самих ученых и философов в познании этих «планов будущего бытия». Можно предположить, что идеальный образ будущего, постепенно реализуясь в настоящем,

на первоначальном этапе требует интуитивного восприятия и лишь в дальнейшем получает строгое рациональное оформление. В связи с этим по-новому вырисовывается роль пророков и провидцев: поэтов, художников, духовидцев, как бы низводящих доселе трансцендентное содержание в земные пределы и приоткрывающих перед остальными людьми завесу грядущего. Не серая масса, а гении и духовидцы формируют аттракторы эволюции. И здесь все решает вовсе не количество, а именно качество, прежде всего качество творческой мысли.

Отсюда возьмем на себя смелость также утверждать, что и крупные философы, наделенные высшим даром умозрения, в своих трудах не столько отражают закономерности настоящего и постигают глубинный смысл прошлых событий, но прежде всего пролагают пути в будущее, формируя аттракторы духовного и интеллектуального притяжения народов. Благодаря им образ грядущего становится доступнее для массового осознания и анализа, переходит из области неясных томлений и чаяний в область логического и рационального знания. Философски схваченная и отрефлектированная Идея уже потом обсуждается публицистами, литераторами и политиками, переводится на язык политических лозунгов, находит отражение в художественных образах и научных исследованиях.

Многие великие русские философы наряду с В.С.Соловьевым обладали этим — подлинно метафизическим — даром проникновения в будущее и, что самое важное, собственной жизнью, высокими нравственными принципами, активной гражданской позицией непосредственно старались воплотить провозглашаемые идеи. Будучи личностно воплощенными и подтвержденными, идеи еще активнее формировали и направляли настоящее, придавали ему истинные цели и смысл. Для всех русских мыслителей спасительное будущее было однозначно связано с нравственным и духовным совершенствованием человека или, по выражению В.С.Соловьева, с воплощением Бого-человеческого братства на нашей заплутавшей Земле. Не может быть подлинного развития человечества без сознательной устремленности к нравственному идеалу и совершенству — таков последний и, быть может, важнейший эволюционный завет основателя русской традиции «метафизики всеединства».

Литература

1. Соловьев В.С. Сочинения. В 2 т. Т. 1. М., 1988.

2. Лосский Н.О. Чувственная, интеллектуальная и мистическая интуиция. М., 1995.

3. Синергетика. Интервью с академиком С.П.Курдюмовым // Дельфис. 1996. № 1.

4. Идлис Г.М. От антропного космологического принципа к единому всеобщему разумному первоначалу на высшем уровне самоорганизации материи // Тезисы докладов 1-й Международной конференции «Алтай. Космос. Микрокосм». Барнаул, 1993.