Философия и культура
Правильная ссылка на статью:
Грищенко А.П. — Этнографический мотив в декоративно-прикладном искусстве Красноярска. История и современность // Философия и культура. - 2022. - № 4. - С. 126 - 133. DOI: 10.7256/2454-0757.2022.4.37756 URL: https T//nbpublish.com'llbrary_read_article.php?id=37756
Этнографический мотив в декоративно-прикладном искусстве Красноярска. История и современность
Грищенко Анастасия Петровна
ORCID: 0000-0001-8446-6163
аспирант, кафедра Гуманитарных наук и истории искусств, Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Сибирский государственный институт искусств
имени Дмитрия Хворостовского»
660049, Россия, Красноярский край, г. Краснояск, ул. Ленина, 22 И nastugrichshenko@gmail.com
Статья из рубрики 'Традиции и инновации"
DOI:
10.7256/2454-0757.2022.4.37756
Дата направления статьи в редакцию:
28-03-2022
Дата публикации:
01-05-2022
Аннотация: В статье рассматривается профессиональное декоративно-прикладное искусство г. Красноярска с 50х годов ХХ века до современности. Аспектом рассмотрения является использование этнографического мотива Красноярского края и особенности его воплощения в изделиях красноярских художников декоративно-прикладного искусства. На примере творчества Н.В. Касаткиной, А.Г. Ткачева, А.С. Москвитина, А.С. Мигаса, С.Е. Ануфриева и Е.А. Красновой показаны аспекты использования этнографического мотива и их трансформация с течением времени, которое привело к формированию археоарта в современном декоративно-прикладном искусстве и особенности его воплощения в произведениях Основными выводами исследования являются принципы использования, функционирования и трансформации знаков этнографического мотива в произведениях декоративно-прикладного искусства в Красноярском крае. Процесс формирования нового стиля в искусстве происходил от цитирования и простой стилизации отдельных предметов этнографии в произведениях художников к постепенному нарастанию знаков этнографического мотива в творчестве мастеров который привел к формированию нового понимания региона в искусстве. Основное визуальное понятие современного археоарта заключается в представлении Енисейской Сибири как "колыбели человечества". Этнографический мотив, связанный с
историей и мифологией коренных народов, становится отправной точкой в художественном образе, через который происходит возвышение региональных визуальных знаков до символов понятных каждому человеку.
Ключевые слова: искусство, мотив, Красноярск, керамика, археоарт, образование, этнография, Ануфриеф, Ткачев, Мигас
Декоративно-прикладное искусство является одним из важнейших направлений в художественной жизни любого региона. Сохраняя и приумножая традиции старого мастерства, закрепленного в народной художественной культуре, утилитарное искусство выходит за рамки своего прикладного значения и формирует особое поле художественных практик, способных представить весь возможный спектр слияния нового и старого, традиционного и новационного, где эксперименты с техникой, материалами и формами становятся полноценной частью художественного процесса. Понимание внутренних механизмов функционирования и общего развития декоративно-прикладного искусства в регионе поможет представить основные тенденции художественной культуры, формирующие художественный процесс в целом. Для Красноярского края данная тема особенно актуальна: именно здесь, в многонациональном регионе, декоративно-прикладное искусство вобрало в себя все особенности как регионального, так и мирового искусства.
Особенность декоративно-прикладного искусства Красноярского края заключается в том, что, несмотря на большие территории и разнообразие проживающих здесь этносов, профессиональное декоративно-прикладное искусство сложилось во второй половине ХХ века. Первые произведения профессионального ДПИ в Красноярском крае появились в конце 1950х-1960х годов и до 1990х здесь в основном работали приезжие художники, получившие образование в других регионах страны [3, с 62]. Основными, получившими
развитие направлениями, стали: дерево, текстиль, керамика, камень ———2261, в развитии которых наблюдается стремление к привлечению этнографических мотивов Красноярского края.
Если рассматривать становление профессионального декоративно-прикладного искусства на сибирской территории, то главным становятся не столько определенные стили или техники, а художники, в творчестве которых в большей мере проявились особенности «сибирского стиля». Многие исследователи, такие как Ломанова Т.М., Ивлиева М.В., Москалюк М.В., Краснова Е.А^, Гинтер С.М-^ рассматривают сибирское декоративно-прикладное искусство, как продолжение общих тенденций в развитии народного искусства в России, при этом не забывая отмечать уникальные черты, свойственные только сибирскому региону. Особое значение придается творчеству коренных народов, исследование которого можно найти в работах Копцевой Н.П., Пименовой Н.Н., Семеновой А.А., Сертаковой Е.А., Кистовой А.В. и многих других исследователей, сосредоточивших свое внимание на традициях и символизме коренных народов, находящих свое отражение в декоративно-прикладном искусстве. Однако, целью данной статьи является анализ профессионального декоративно-прикладного искусства Красноярского края с целью выявления особенностей воплощения регионального этнографического мотива, что поможет выявить основные закономерности в художественном языке региона. В основе находятся методы исторического анализа общих тенденций развития декоративно-прикладного творчества и искусствоведческий анализ репрезентантов для выявления закономерностей применения этнографических
особенностей в творчестве художников.
Определение изначальной точки развития профессионального декоративно-прикладного искусства достаточно затруднительно, несмотря на имеющиеся традиции как коренных
этносов, так и заселивших эту территорию в 17 веке русских ———Многие исследователи сходятся во мнении о том, что оно зародилось в 1950х-1960х годах и можно выделить наиболее важные вехи в развитии профессионального ДПИ в регионе: с 1950х до 1978 года, с 1978 (открытие Красноярского художественного института) до 1990х годов и с 1990х по настоящее время.
Ивлиева М.В. связывает зарождение декоративного творчества в Красноярске с именем
Н.В. Касаткиной [3, с- 62"", которая в своих вышивках и меховых изделиях повторяла мотивы северных народов. Окончившая Красноярскую художественную школу в 1941 году художница исследовала искусство северных народов и воссоздавала его в своих
текстильных произведениях. Например, в детском гарнитуре «Оленьи рожки» [6, с- 242"" упрощенные изображения и строгий геометрический рисунок подчеркивают обращение автора к традиционному искусству северных народов. Однако, следует отметить «цитатность» ее работ и стилизацию. Здесь, в таком случае, можно говорить не о мотиве как таковом, а больше о подражании, с упрощением заложенных в изначальном орнаменте сакральных значений. [6, с 243"". А вот в работах керамиста Александра
Геннадьевича Ткачева [6, с- 97"", выпускника Ленинградского высшего художественно-промышленного училища им. В.И. Мухиной, нет прямых цитат с произведений сибирских народов. В его работах присутствует именно мотивы Сибири: изображение населяющих территорию животных и рыб, быт народов, даже назначение самих изделий можно отнести к этнографическим особенностям, например, «Набор для строганины» 1962 года. Следует отметить, что А.Г. Ткачев был первым керамистом на территории Красноярского края и создал здесь целую творческую школу. В работе другого известного красноярского художника, стеклодува А.С. Москвитина «Енисей» используется, с одной стороны, прямая цитата географического определителя местности, непосредственное упоминание главной реки Сибири, с другой - создается определенный мотив реки: «рябь» на поверхности стекла и мутность цвета, а также соотношение корабликов на поверхности и самой «реки» позволяют передать глубоководность Енисея и его значение для региона.
Таким образом, можно говорить о том, что на этапе зарождения профессионального декоративно-прикладного искусства в Красноярском крае особенности региона проявляются в работах авторов прямыми цитатами и отсылками к определенным характеристикам: географическим и климатическим особенностям и искусству народов севера.
С семидесятых годов в городе Красноярске возникает вопрос создания высшего учебного заведения в области культуры и искусства, и в 1978 году открыт институт искусств. С этого момента в регионе стали появляться собственные мастера декоративно-прикладного искусства. Основным, на момент открытия института, направлением художественного образования становится керамика. Александр Яковлевич Мигас и Сергей Михайлович Лавренов, приехавшие в Сибирь из Белорусского государственного театрально-художественного института стали первыми преподавателями на этой кафедре. За время своего существования кафедра «Художественной керамики» выпустила более 250 дипломированных специалистов, из них около 80 стали членами Союза художников России. Уже к началу 1990х годов выпускники кафедры, участвовавшие в различных всероссийских выставках,
представили оригинальную «красноярскую школу керамики», значительно отличавшуюся от московской и санкт-петербургской [1, с 3221. Этот период можно назвать становлением самобытного декоративно-прикладного искусства Сибири, поиском новых путей выражения.
В творчестве Алеся Яковлевича Мигаса красной линией проходит обращение к монументальным формам древнего искусства Сибири и Хакассии. Приехавший в наш край мастер, впитал в себя искусство древней Сибири и преобразил его в своем творчестве. Произведения Алеся Яковлевича 80-90х годов ХХ века больше похожи на исследовательские: в основе его обращения к этнографии находится восхищение и переработка увиденного. В произведениях, созданных в это время, этнографический мотив проявляется в монументальности и цитировании, но уже в 2000-х, после поездки в США и знакомства с местными традициями формообразования и стилистики, в частности
индейской керамики с примесью африканской художественной традиции [7, с 1441, автор выходит на новую ступень в своем творчестве. Новый поиск идей не отвлек его от особенностей сибирского региона, но создал новый вектор его развития и интерпретации с точки зрения форм и колорита.
Во время первых лет существования кафедры выпускники института активно вдохновлялись темами Хакасии и Тувы. Среди них Олег Олегович Трухин, в творчестве которого формы древних керамических сосудов, найденных на территории Сибири, находят новое воплощение. Также Машуков Николай Александрович вдохновлялся темами коренных народов и монументальностью древнего искусства. К этому же периоду можно отнести творчество Ирины Филипповны Васильевой, мастера текстиля. В своих произведениях 1980-хх годов она часто обращалась к городу Красноярску и жизни в нем.
Период с момента открытия Института искусств и до 1990х можно назвать «временем поиска» - поиска индивидуальности, поиска возможностей выражения и изображения, это время обучения будущих известных мастеров профессионального декоративно-прикладного искусства. В это время авторы все также вдохновляются региональными особенностями, но на смену прямой «цитатности» начинает приходить нечто новое, происходит переосмысление регионального искусства. Этнографический мотив становится отправной точкой творчества, от которой отталкиваются, а не только воспроизводят в своих работах художники. Можно говорить об этом периоде, как о времени, когда на смену традиционным стилям приходит новый- этноархаика, которая в будущем станет ведущей в декоративно-прикладном искусстве.
Начиная с середины 1990х годов особенностью сибирской школы становится «этноархаика», основанная на обращении художников к наследию архаических культур, памятники которых находятся в Красноярском крае, Тыве и Хакассии. И здесь профессиональное декоративно-прикладное искусство проявило себя в высшей степени мастерства, особенно это проявилось в творчестве выпускников кафедры «Художественная керамика» Красноярского художественного института (1987—2017 гг.), которые в своем творчестве, сохраняя традиции своих учителей, внесли большой вклад в развитие искусства на территории Сибири.
Одним из выпускников кафедры стал Сергей Евгеньевич Ануфриев, академик Российской Академии художеств, заслуженный художник РФ, председатель Регионального отделения УСДВ РАХ. Если рассматривать его раннее творчество, можно обратить внимание на уже развивающиеся в его искусстве основные позиции сибирского археоарта. Например, в работе «Три шамана», можно обратить внимание на следующие моменты:
1 . Обращение к памятникам и традиционным культурам Сибири: трёхчастная система каждого элемента композиции, стилизация масок и фигурки куклы-оберега панё, обращение к шаманизму;
2 . Пирамидальный принцип построения композиции от более крупных к более мелким формам снизу вверх, символизм, трехчастное мироустройство;
3. Обращение к природным элементам: каждая часть условно напоминает собой ствол дерева
Интересна в этом плане работа А.Я. Мигаса «Культурный срез» (2017 г., шамотная глина, флюсные ангобы): изображения наскальных рисунков Хакасии, общепринятый символизм и придание произведению фактуры дерева представляет понятие «культура» как богатство наследия. Таким образом, сибирская архаика становится проводником ко всемирной истории. Художники-керамисты, работающие в русле археоарта, в своем творчестве через региональные особенности показывают Сибирь как колыбель ч е лов е ч е с тв а .
В работах Красновой Елены Анатольевны обращение к культуре малочисленных народов Красноярского края также основывается на идеях шам^изма и мифах северных людей. Декоративная композиция из 17 самостоятельных элементов «Путешествие души» включает в себя элементы мифа о сотворении мира (основной элемент - птица гагара) и атрибуты шамана. Однако, уникальная техника и переосмысление форм все же позволяют говорить о всеобъемлемости представленных событий и возносит композицию от иконографии северных народов до общечеловеческого значения.
Специфика региональной этнографии в данном случае заключается в разработке архаичных форм древних культур, проживающих на территории Сибири. Этнографический мотив в археоарте выражен в использовании художниками в своем творчестве произведений искусства, символизма и шаманизма коренных народов Сибири. Однако декоративно-прикладное искусство не исчерпывает себя только керамикой. Активно в Красноярском крае развивается резьба по дереву, кости, вышивка, в каждом из которых находится отражение региональных особенностей региона.
Основываясь на специфике развития декоративно-прикладного искусства в Красноярске и анализе отдельных произведений, можно сделать следующие выводы, касающиеся развития использования этнографического мотива в декоративно-прикладном искусстве:
1 . Цитирование произведений искусства коренных народов. Такое обращение к этнографическому мотиву характерно в середине ХХ века. Художники вдохновлялись вышивкой, орнаментом и изделиями северных людей и стилизовали свои работы в похожем ключе.
2 . Обращение к этнографическим особенностям, т.е. культурным, климатическим, географическим и социальным маркерам территории. Это проявляется в назначении созданных предметов, использованных материалах, изображениях жизни и быта жителей края, погодных условий. Здесь этнографический мотив становится основным художественным материалом и содержанием произведения искусства.
3 . Отражение региона как колыбели человечества или археоарт. Этнографический мотив, связанный с историей и мифологией коренных народов, становится отправной
точкой в художественном образе, через который происходит возвышение региональных визуальных знаков до символов понятных каждому человеку.
Таким образом, этнографический мотив для развития региональной школы декоративно-прикладного искусства становится важным элементом формирования художественной образности. От самого зарождения и до своего расцвета искусство прикладных изделий формировалось под воздействием региональных особенностей. Отдельные маркеры территорий, воплотившиеся в знаках визуального языка, стали толчком для формирования целого стиля, который постепенно входя в обиход мастеров, становится ведущим и формирует региональную школу, как например, это произошло с красноярской школой керамики.
Красноярское декоративно-прикладное искусство - уникально: оно содержит в себе особое отношение к региональной истории и географии, через которые воспроизводит общечеловеческие смыслы. Это стало возможно благодаря усердному труду нескольких поколений мастеров, воспитавших в стенах художественных школ, училищ и институте искусств художников, не только впитавших традиции прошлого, но и смело импровизирующих, создающих произведения способные выразить всю гамму художественного мастерства.
Библиография
1. Ивлиева М. В. Декоративно-прикладное искусство Красноярского края // Искусство Сибири. Традиции и преемственность: сборник материалов научно-практической конференции, посвященной 75-летию образования Красноярского края /Краснояр. регион. орг. Всерос. творч. обществ. орг. "Союз. худож. Рос.". - Красноярск: КГХИ, 2009. - С. 62-72.
2. Ломанова Т. М. Искусство Красноярска. XX век. Живопись. Графика. Скульптура. Декоративно-прикладное искусство. - Красноярский государственный педагогический университет им. ВП Астафьева, 2013. - 356 с.
3. Краснова Е.А., Окрух И.Г. К вопросу создания ландшафтной керамики в Сибири. Проблемы. Перспективы // Художественные традиции Сибири, Красноярск, СГИИ имени Д. Хворостовского, 2020. - С. 57-63.
4. Гинтер С.М. Проблема изучения, сохранения и интерпретации культурного наследия средствами народного декоративно-прикладного искусства на примере работы кафедры «Народная художественная культура» // Художественные традиции Сибири, Красноярск, СГИИ имени Д. Хворостовского, 2020. - С. 97-99.
5. Ивлиева М. В. Декоративно-прикладное искусство Красноярского края // Искусство Сибири. Традиции и преемственность: сборник материалов научно-практической конференции, посвященной 75-летию образования Красноярского края /Краснояр. регион. орг. Всерос. творч. обществ. орг. "Союз. худож. Рос.".-Красноярск: КГХИ, 2009. - С. 62-72.
6. Ломанова Т. М. Мир, преображенный руками мастеров. Декоративно-прикладное искусство Красноярского края: альбом. Красноярск, Поликор, 2015. - 320 с.
7. Учить творчеству! К истории профессионального образования в области искусства в Красноярске/ Н. П. Алексеева, В. Г. Баулина, Н. В. Бурдуков, О. В. Бурматова и др.-Красноярск: СГИИ им. Д. Хворостовского, 2019. - 388 с.
8. Миркес М. М., Григорьева Т. Ю. Творчество Алеся Мигаса в русле российских керамических традиций (красноярская школа керамики) // Современные проблемы науки и образования. - 2013. - №. 2. - С. 540-540.
9. Филько А. И. и др. Этнокультурная динамика Красноярского края в творчестве
красноярских художников //Журнал Сибирского федерального университета.
Гуманитарные науки. - 2021. - Т. 14. - №. 6. - С. 873-889.
Результаты процедуры рецензирования статьи
В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.
Тема этнонациональных традиций в культуре и искусстве почти всегда, основываясь на соответствующем богатом материале, представляет интерес и с теоретической точки зрения и, конечно же, с практической - в этом смысле необходимость сохранения традиций, часто исконных, может быть выведена на уровень научного исследования. Полагаю, что автор также уловил эту важную составляющую современных подходов и представил свою статью. Речь в ней, судя по названию, идет о локусе Красноярска, однако подозреваю, что полученные результаты вполне могут быть экстраполированы на другие локусы. Кроме того, этнографический мотив является универсальным свойством бытования культуры и искусства, а поэтому вполне подходит для объективного исследования в масштабе не только отдельно взятых культур и видов искусств, «привязанных» к отдельной территории, но и с точки зрения всероссийского контекста. В рецензируемой работе прежде всего обращает на себя внимание достаточно основательное владение исследуемым материалом - автор приводит убедительные доводы в пользу того, что «понимание внутренних механизмов функционирования и общего развития декоративно-прикладного искусства в регионе поможет представить основные тенденции художественной культуры, формирующие художественный процесс в целом». С этим тезисом сложно не согласиться, тем более, что в статье для него находятся подтверждения, позволяющие сделать эвристически значимые выводы и обобщения. Приводимые автором исторические детали становления и развитие ДПИ убедительно демонстрируют правильность и обоснованность предлагаемого автором ракурса исследования. Так, например, автор обращает внимание на появление первых произведений профессионального ДПИ в Красноярском крае, оценивая их значение для идентификации этнографического мотива. Отмечу при этом, что в тексте встречается некоторая небрежность в оформлении мыслей (опечатки или даже ошибки): «Многое исследователи...» и другие случаи. Текст необходимо вычитать и устранить такие оплошности.
Между тем сильной стороной работы можно признать добротный анализ существующего научного дискурса. Правда, здесь автор почему-то ограничил себя региональными учеными, но вряд ли этот момент можно считать пробелом в исследовании, напротив, данный анализ показывает, насколько глубоко и достаточно предметно исследователи регионального уровня обращаются к обозначенной в статье тематике и получают любопытные результаты, которые можно расценивать как заметный вклад в науку. Бесспорно, интерес вызывает и анализ работ конкретных авторов, например, А.Я. Мигаса, О.О. Трухина и других. Персонализм в ДПИ является своего рода традицией, и он обеспечивает преемственность этих традиций и их трансляцию в опыте взаимодействия поколений. Также автор делает акцент на оценке поиска и воплощения новых идей в ДПИ, одна из которых связывается как раз с этнографическими мотивами, подчеркивающими традиционность рассматриваемого культурного пространства. Значимость именно такого ракурса исследования в целом обеспечивает логику научного поиска в статье - она раскрывает авторский подход, обеспечивает целостность всему материалу, дает возможность увидеть некоторые важные закономерности в бытовании искусства.
Подвергается оценке и вклад современных деятелей науки и искусства Красноярска в укрепление имеющихся традиций в ДПИ. Судя по всему, сам автор статьи является тем, кто разделяет убеждения и ключевые позиции представителей красноярской школы исследования культуры и искусства. Это подразумевает глубокое понимание сущности рассматриваемых феноменов. Учитывая данные обстоятельства, нет сомнений в том, что статья может быть опубликована, потому что окажется интересной для читателей и обладает всеми необходимыми признаками научного материала.