УДК 159.9:347.96:343.162
ДЕСТРУКТИВНЫЙ СМЫСЛ НЕДОВЕРИЯ В ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ЮРИСТОВ
Наяндин Иван Николаевич, студент, направление подготовки 37.03.01 Психология, Оренбургский государственный университет, Оренбург e-mail: inayandin@mail.ru
Научный руководитель: Болдырева Татьяна Александровна, кандидат психологических наук, доцент кафедры общей психологии и психологии личности, Оренбургский государственный университет, Оренбург e-mail: ttatianna@yandex.ru
Аннотация. Статья посвящена изучению деструктивных аспектов недоверия в деятельности юриста. Межличностное недоверие, которое высоко ценится в профессиональной среде, может оказать дестабилизирующее воздействие на взаимоотношения юриста, происходящие вне рамок делового общения. Правоприменительная деятельность предполагает высокую степень взаимодействия с различными представителями социума, жизненные ситуации которых отражаются в сознании юриста и могут способствовать переходу профессионального недоверия в сферу личных отношений. Такая патологическая форма межличностного недоверия получила название «феномен недоверия». Несмотря на высокую актуальность, феномен недоверия у юристов недостаточно исследован и требует дальнейшего изучения.
Ключевые слова: доверие, недоверие, феномен недоверия, личностная деструкция, профессиональная деформация, психическое здоровье, юрист, юридическая деятельность.
Для цитирования: Наядин И. Н. Деструктивный смысл недоверия в деятельности юристов // Шаг в науку. - 2020. - № 4. - С. 104-108.
THE DESTRUCTIVE MEANING OF MISTRUST IN THE ACTIVITIES OF A LAWYERS
Nayandin Ivan Nikolaevich, student, training program 37.03.01 Psychology, Orenburg State University, Orenburg
e-mail: inayandin@mail.ru
Research advisor: Boldyreva Tatyana Aleksandrovna, PhD in Psychology, Associate Professor, Department of General Psychology and Psychology of Personality, Orenburg State University, Orenburg e-mail: ttatianna73@gmail.com
Abstract. The article is devoted to the study of destructive aspects of distrust in the work of a lawyer. Interpersonal distrust, which is highly valued in the professional environment, can have a destabilizing effect on lawyer relationships that occur outside of business communication. Law enforcement activity involves a high degree of interaction with various representatives of society, whose life situations are reflected in the lawyer's mind and can contribute to the transition ofprofessional distrust to the sphere ofpersonal relations. This pathological form of interpersonal distrust is called the «phenomenon of distrust». Despite its high relevance, the phenomenon of distrust among lawyers has not been sufficiently studied and requires further study.
Key words: trust, distrust, the phenomenon of distrust, personal destruction, professional deformation, mental health, lawyer, legal activity.
Cite as: Nayadin, I. N. (2020) [The destructive meaning of distrust in the activities of lawyers]. Shag v nauku [Step into science]. Vol. 4, рр. 104-108.
Проблема влияния профессии на личность является предметом исследования отечественных психологов и правоведов (Болдырева Т. А., Горобец Т. Н., Климов Е. А., Кузнецов Р. А., Захарцев С. И., Зубова Л. В., Кечил Д. И. и др.). Было зафиксировано, что при длительном выполнении профессиональных обязанностей ценностно-смысловая сфера личности, установки, характер межличностных отношений приобретают разной степени специфичность, релевантную трудовым функциям и задачам.
Тем не менее, данная проблема не является в полной мере изученной. С каждым днем повсеместно растет спрос на ее теоретическое и практическое осмысление.
Во многом это связано с усиливающимся запросом работников правовой сферы на обладание должным уровнем психического здоровья, а также в связи с тем, что все больше возрастает тенденция к «расползанию» рабочего дня на все время суток. Зачастую юрист не может установить границу меж-
ду рабочим временем, а также временем отдыха и несет свои профессиональные качества в бытовую повседневную жизнь, в которой они нередко бывают излишне.
В силу особенностей организации труда юриста, локдаун, имевший место в период начала пандемии, сформировал условия, при которых влияние профессии на личность обрело новый контекст, поскольку наибольший объем работ был перенесен из офисного помещения в обстановку дома и семьи1. Произошло слияние рабочего и домашнего пространства, и те качества, которые были необходимы в профессиональной деятельности юриста, вышли наружу и оказались совершенно ненужными в отношениях с членами семьи.
Одним из таких качеств является межличностное недоверие, которое носит амбивалентный характер. Например, юрист в своей профессиональной деятельности должен проявлять некую степень межличностного недоверия и не верить на слово, а руководствоваться фактами и положениями законодательства. Однако, если такое недоверие выходит за рамки профессиональной сферы, то оно способно причинить существенные трудности в отношениях с окружающими.
К сожалению, в нашей стране динамика межличностного доверия имеет отрицательный характер.
Согласно данным исследования, проведенного Институтом социального анализа и прогнозирования РАНХиГС при Президенте РФ, почти половина граждан, отвечая на вопрос, много ли есть людей, которым они доверяют, указали, что их немного, либо совсем нет. Участники опроса отметили, что стали меньше доверять коллегам (снижение на 25 процентов), друзьям (на 18,2 процента) и родственникам (на 12,6 процента)2.
Чтобы лучше понять недоверие как профессиональную деструкцию необходимо сначала разобраться с тем, что понимается под доверием, поскольку данные понятия дихотомичны.
Доверие представляет собой определенную социальную установку, состоящую из трех взаимосвязанных компонентов: эмоционального, рационального и поведенческого. Природу эмоционального компонента составляет «чувственная» первичная реакция человека на объект доверия. Рациональный (когнитивный) компонент выражается в информированности и внутренней рефлексии человека касательно объекта доверия. Поведенческий компонент
рассматривается как готовность человека взаимодействовать с объектом доверия [2].
Стоит отметить, что такое сложное и неоднозначное явление, как доверие, рассматривают разные науки, и от этого зависит его интерпретация. Так, в частности, представители социальной философии рассматривают доверие как регулятор общественных отношений. Непосредственно в самой философии доверие носит иррациональный оттенок и во многом соотносится с понятием веры. Доверие имеет важное значение для экономической науки. Будучи одним из главных регуляторов экономических отношений, оно обеспечивает уменьшение стоимости издержек на каждом этапе прохождения транзакции. Особенно это характерно для дистанционной торговли, при которой товар, прежде чем попасть к покупателю, проходит некоторое количество распределительных пунктов, и если хотя бы на одном из них произойдет неуспешное действие с товаром (кража, порча, подмена), то весь путь доставки товара будет неуспешен [3].
Отечественная психология также рассматривает доверие под разными углами зрения. Так, в частности, Антоненко И. В. понимает под доверием определенное социально-психологическое отношение, возникающее между субъектом и объектом доверия. В качестве субъекта может выступать отдельная личность, различная по составу социальная группа или весь социум. Объект доверия также рассматривается в разных вариациях, среди которых могут находиться люди, их объединения, общество в целом и различные социальные явления, предметы и информация. Последние три объекта являются по своей природе следствием общественной деятельности, за которой скрываются все те же люди и их объединения. Кроме того, автор указывает на то, что доверие не может ограничиваться одним лишь отношением субъекта к объекту. Доверием также является определенное состояние доверяющего субъекта, реализуемое посредством функционального органа доверия, под которым понимается психическое образование, осуществляющее функцию доверия [1].
Купрейченко А. Б. также исходит из того, что доверие представляет собой психологическое отношение, обязательными составляющими которого должны выступать интерес и уважение субъекта к объекту доверия или партнеру, представления о потребностях, которые могут быть удовлетворены в результате совместного взаимодействия, а так-
1 Малаховский А. Всегда на связи: как юристы работают в карантин [Электронный ресурс]. - Режим доступа: https://pravo. m/story/220006/?descJv_1&fЪdid=IwAR3bYYlVE8K2rARRaFTK5X8N2ZE5raJdvfTYЮGEmdd3Izf97vFYa3Vg (дата обращения: 01.11.2020).
2 Игнатова О. Россияне перестали доверять даже близким родственникам [Электронный ресурс]. - Режим доступа: Шрй:// rg.ru/2019/08/09/rossiiane-perestali-doveriat-dazhe-blizkim-rodstvennikam.html (дата обращения: 01.11.2020).
же эмоции, испытываемые в ожидании результата совместной деятельности [8].
Яхонтова Е. С. пишет, что «доверие - это готовность быть зависимым от других людей в ситуации неопределенности и в ожидании определенной выгоды от этого. Ситуация неопределенности детерминирована отсутствием возможности контроля и опасностью неверного прогнозирования поведения других людей» [12].
Скрипникова Т.П. выделила три основных вида доверия, которые самостоятельны относительно друг друга, но в то же время находятся в тесной взаимосвязи, - это доверие к себе, доверие к другим людям и базовое доверие к окружающему миру [10].
Говоря уже о недоверии, Ениколопов С. Н. и Кузнецова Ю. М. исходят из того, что оно представляет собой ожидание неблагоприятных результатов от взаимодействия с партнером. Такое взаимодействие может представляться в сознании человека как потенциально опасное по причине того, что противоположный субъект воспринимается в отрицательном качестве.
Вопрос о соотношении доверия и недоверия является дискуссионным. В настоящий момент можно констатировать о том, что в отечественной психологической науке сложились две прямопро-тивоположные точки зрения. Одни ученые придерживаются того тезиса, что доверие и недоверие являются разными частями одного целого явления. В противовес им другие ученые утверждают, что доверие и недоверие представляют собой самостоятельные явления. Их легко можно разграничить по выполняемым функциям. Главной функцией доверия является общественное познание и обмен, а для недоверия - обособление и самосохранение [7].
Некоторое время назад доверие рассматривалось с исключительно положительной стороны, а недоверию отводилось роль отрицательного явления, которое способно дестабилизировать внутренние состояние личности. Однако новые исследования внесли определенные корректировки в данное утверждение. Купрейченко А.Б. подчеркивает, что «доверие не всегда приносит благо, а недоверие -зло. Избыток доверия может иногда причинить значительный вред, а оптимальный уровень недоверия - существенную пользу» [9].
Это непосредственным образом относится к юристам. Развивая мысль, высказанную ранее, отметим, что юрист по определению должен относиться с некоторым недоверием к контрагентам, договорам, решениям судов, органов государственной и муниципальной власти и т. д. Такое недоверие помогает критически оценить сложившуюся ситуацию и при должных правовых основаниях оспорить действия контрагента или нормативный документ и изменить исход дела. Недоверие в деятельности юриста является одним из основополагающих
факторов, необходимых для профессионального роста. Принцип «доверяй, но проверяй» является главенствующим в деятельности юриста, которому необходимо проверять законность практически всех документов, начиная от простой доверенности и заканчивая федеральным законом, как, например, судья Конституционного суда РФ, который разрешает дела о соответствии действующего законодательства Конституции РФ.
Однако, если такое недоверие просачивается в сферу отношений, выходящих за рамки профессиональных, то оно способно вызвать существенный дискомфорт, как у юриста, так и людей его окружающих. В этом случае юрист уже не способен взаимодействовать с людьми без определенной доли скепсиса и недоверия. Такой юрист видит в каждом человеке потенциального врага, нуждающегося в тщательной проверке. В этом случае уже говорят о некоторой патологической форме недоверия, которая получила название «феномен недоверия».
Болдырев А. В., Болдырева Т. А., Тхоржевская Л. В. исходят из того, что «феномен недоверия - это профессиональная деструкция личности, которая возникает в специфических условиях осуществления профессиональной деятельности, жестко регламентирующих тип и характер взаимодействия с окружающими. В результате длительного воздействия на личность таких условий труда формируются: стремление избегать общения с людьми, обладающими выраженной готовностью дать совет, оказать помощь; преобладание гипотимического фона в общении с коллегами и людьми, составляющими предмет профессиональной деятельности; ярко проявляющееся стремление и способность развенчивать идеалы и авторитеты с обозначением неблагоприятных мотивов поведения. На уровне поведения перечисленные психологические особенности проявляются в резком сужении круга общения, часто до нуклеарной семьи» [4].
Болдырева Т. А. акцентирует внимание на том, что у людей, подверженных феномену недоверия, отсутствует: конфликтность, специфические поражения головного мозга, искажение ощущений разной модальности, стремление быть первым в отношениях [5]. При этом, тотальное недоверие может стать причиной нарушения психического здоровья. Недоверие как профессиональная деструкция способствует переносу негативных явлений с профессиональной сферы и сферу личных отношений, а также утрате жалости к другим и ужесточению требований и поведения в целом. Чрезмерное недоверие приводит к стереотипизации разных по своей природе ситуаций, потери умения изменять стили поведения и реакцию в зависимости от обстоятельств [11].
Наиболее характерна такая ситуация для сотрудников органов внутренних дел, профессиональная
деятельность которых непосредственно влияет и на другие сферы межличностных отношений [6]. Травматический опыт следователя, приобретенный вследствие ежедневного контакта с результатами делинквентного поведения граждан, может послужить триггером для установления тотального контроля над близкими людьми во имя безопасности их жизни и здоровья. При этом стоит отметить, что не всегда такой контроль объективно оправдан, и поэтому он нередко является причиной личностных разногласий между «контролером и подконтрольными».
Однако и юристы, задействованные в области гражданских и административных правоотношений, также не застрахованы от неблагоприятных изменений личности посредством трудовой сферы. В качестве такого примера можно привести судебные дела. Наиболее показательны в этом плане бракоразводный процесс и дела, возникающие из споров о наследстве.
Расторжение брака помимо юридических последствий несет в себе глубокий психологический и нравственный подтекст, который сказывается не только на участниках бракоразводного процесса (супруги, родители и дети), но и на лицах его непосредственно осуществляющих (судья, помощник судьи, секретарь судебного заседания, судебный пристав, представители сторон). Происходящий на их глазах распад семьи по причине супружеской измены, циничный раздел совместно нажитого имущества и зачастую болезненное для ребенка определение его места жительства могут способствовать переносу рассматриваемого дела на свою семейную жизнь и формированию патологической формы недоверия по отношению к членам своей семьи.
Дела о наследственных спорах также таят в себе деструктивное воздействие на лиц, осуществляющих работу по их рассмотрению. Помимо работников судебной системы, указанных выше, к таким делам могут привлекаться нотариусы, представители юридической службы органов государственной
и муниципальной власти, что расширяет круг лиц, подвергающихся такому воздействию.
Дела, вытекающие из наследственных споров, являются наиболее токсичными из категории гражданских дел. Так, например, если в других категориях гражданских дел истец и ответчик, как правило, не состоят в родственных отношениях друг с другом, то в наследственных спорах стороны связаны узами родства. В некоторой степени это гражданская война и миниатюре, происходящая на глазах у юриста.
Зачастую в судебном процессе поддаются огласке неприглядные подробности личных отношений нескольких поколений семьи. Давние ссоры и обиды между участниками судебного спора нередко сопровождают судебный процесс до момента вынесения решения. Все это не может не сказаться на внутреннем отношении юристов, участвующих в рассмотрении дела, к членам своих нуклеарных и ненуклеарных семей.
Таким образом, можно предположить, что правовая специализация не коррелирует с возможностью формирования у юриста феномена недоверия.
К сожалению, нам не удалось найти публикаций, в которых бы рассматривался феномен недоверия применительно к юристам. Исключение составляют лишь работы Болдыревой Т.А. с соавторами, в которых рассматривается феномен недоверия в контексте деятельности сотрудников пенитенциарной системы.
Полагаем, что рассматриваемая тема недостаточно изучена и нуждается в дальнейшем исследовании. Ее актуальность велика не только для юристов, как людей, подверженных профессиональной деформации, но и для всего общества в целом, в котором деятельность юристов имеет большое значение. Нетрудно догадаться, что юрист с искаженной картиной мира является носителем искаженного правосознания, которое может привести к правоприменительным и правотворческим ошибкам, имеющим самые разные последствия.
Литература
1. Антоненко И. В. Доверие: понятие, генезис, структура // Новосибирского Государственного Университета. - 2015. - Т. 9. - № 2. - С. 34-44.
2. Барановский М. В., Борисов А. В. Кросснациональные социологические исследования межличностного и институционального доверия // Ученые записки Крымского федерального университета имени В.И. Вернадского. - 2020. - Т. 6 (72). - С. 3-14.
3. Бендюков М. А., Кедич С. И. Понимание феномена доверия в отечественной психологии // Ученые записки Забайкальсткого государственного университет. - 2016. - Т. 11. - № 2. - С. 84-91.
4. Болдырев А. В., Болдырева Т. А., Тхоржевская Л. В. Психодиагностические маркеры феномена недоверия у сотрудников уголовно-исполнительной системы // Прикладная юридическая психология. -2016. - № 1 (34). - С. 88-94.
5. Болдырева Т. А. Феномен недоверия: проблемы диагностики и дифференциации // Актуальные проблемы психологии и педагогики: тезис. докл. Междунар. науч. - практ. конф. (Оренбург, 2016 г.). -Оренбург, 2016. - С. 94-100.
6. Зубова Л. В., Тронь О. С. Понятие деформации правосознания и ее специфика у сотрудников орга-
нов внутренних дел // Сборник материалов Всероссийской научно - методической конференции Университетский комплекс как региональный центр образования, науки и культуры: тезис.докл. Всерос. науч.-метод. конф. (Оренбург, 23-25 янв. 2020 г.). - Оренбург, 2020. - С. 3946-3950.
7. Ильин Е. П. Психология доверия: монография. - СПб.: Питер, 2013. - 288 с.
8. Купрейченко А. Б. Психология доверия и недоверия: монография. - М.: Институт психологии РАН, 2008. - 571 с.
9. Купрейченко А. Б. Доверие и недоверие - общие и специфические характеристики // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Психология и педагогика. - 2008. - С. 46-52.
10. Скрипникова Т. П. Проблема доверия в отечественной психологии // Психология общения и доверия: теория и практика: тезис. докл. Междунар. Конф. (Москва, 6-7 нояб. 2014 г.). - Москва, 2014. -С. 48-51.
11. Федорчеко В. Е. Феномен недоверия как профессиональная деструкция личности и психическоое здоровье // Душевное здоровья населения на границе Европы и Азии: тезис. докл. 6-й Междунар. науч. -практ. конф. (Оренбург, 2016 г.) - Оренбург, 2016. - С. 46-49.
12. Яхонтова Е. С. Доверие в управлении персоналом. Зарубежные подходы и отечественный опыт оценки // Социологические исследования. - 2004. - № 9. - С. 117-121.
Статья поступила в редакцию: 10.11.2020; принята в печать: 15.12.2020.
Автор прочитал и одобрил окончательный вариант рукописи.