Научная статья на тему 'Анализ особенностей личности участников массовых беспорядков'

Анализ особенностей личности участников массовых беспорядков Текст научной статьи по специальности «Психологические науки»

CC BY
4442
630
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
МАССОВЫЕ БЕСПОРЯДКИ / ТОЛПА / ДЕСТРУКТИВНОЕ ПОВЕДЕНИЕ / RIOTS / CROWD / DESTRUCTIVE BEHAVIOR

Аннотация научной статьи по психологическим наукам, автор научной работы — Злоказов Кирилл Витальевич

В работе рассматриваются социально-психологические характеристики массовых беспорядков, анализируется поведение участников. Проводится анализ особенностей деструктивности личности в связи с влиянием на поведение толпы в ходе массовых беспорядков.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Похожие темы научных работ по психологическим наукам , автор научной работы — Злоказов Кирилл Витальевич

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Analysis of the characteristics of the individual participants in the riots

The article examines the socio-psychological features of the riots, analyzed the behavior of the participants. Analyzes the characteristics of the destructive of personality of participants and behavior during the riots.

Текст научной работы на тему «Анализ особенностей личности участников массовых беспорядков»

Наука - практике

УДК 159.9.072 К.В. Злоказов*

Анализ особенностей личности участников массовых беспорядков

В работе рассматриваются социально-психологические характеристики массовых беспорядков, анализируется поведение участников. Проводится анализ особенностей деструктивности личности в связи с влиянием на поведение толпы в ходе массовых беспорядков.

Ключевые слова: массовые беспорядки, толпа, деструктивное поведение.

K.V. Zlokazov*. Analysis of the characteristics of the individual participants in the riots. The

article examines the socio-psychological features of the riots, analyzed the behavior of the participants. Analyzes the characteristics of the destructive of personality of participants and behavior during the riots.

Keywords: riots, the crowd, destructive behavior.

Одной из наиболее ранних психологических теорий, описывающих феномен массового скопления людей, является теория «заражения» Г. Лебона. В работе «Психология народов и масс» Лебон писал о том, что люди, составляющие толпу, двигаются, действуют и думают одинаково, поскольку ими владеет единая групповая идея. Б.Ф. Поршнев так иллюстрировал взгляды основоположника социальной психологии: «Толпа - это иногда совершенно случайное множество людей. Между ними может не быть никаких внутренних связей, и они становятся общностью лишь в той мере, в какой охвачены одинаковой негативной, разрушительной эмоцией по отношению к каким-либо лицам, установлениям, событиям. Словом, толпу подчас делает общностью только то, что она "против", что она против "них"» [6, c. 193].

Социально-психологический подход к исследованию поведения масс в XIX - начале ХХ вв. описывал толпу как инстинктивную, подчиненную неосознаваемым стихийным побуждениям общность людей, а причины возникновения и действия объяснял патологическими способностями лидеров. Как уже упоминалось, Г. Лебон, обосновывая идею «группового сознания», описывал подчинение поведения отдельного человека поведению толпы. Он и его последователи указывали на то, что толпа заставляет людей совершать действия, на которые в одиночку они бы не решились. Французский историк И. Тайн, описывая толпу в духе Лебона, метафоричен: «Разъяренное животное уничтожает все на своем пути, пусть даже ценой собственных ранений, с ревом устремляясь к препятствию, которое должно быть устранено. Это происходит из-за отсутствия лидеров и организации, из-за того, что оно всего лишь часть стада» [10, с. 38]. Будучи первой психологической концепцией массового поведения, теория трансформации Г. Лебона оказала значительное влияние на ученых и практиков XX в., несмотря на то, что значительная часть идей была опровергнута отечественными и зарубежными исследователями. С середины ХХ в. по настоящее время разрабатывается теория осознанного поведения больших скоплений людей, участники которых реализуют личные цели и согласуют свои действия [13].

Представители теории конвергенции, сформировавшейся в американской социальной психологии в конце 60-х гг., предполагают, что поведение людей в толпе, наоборот, определяется ее участниками в связи с индивидуальными особенностями и поведением каждого из них. Другими словами, в отличие от теорий «заражения», поведение толпы определено заранее до этапа группирования. Так, Г. Оллпорт указывает на то, что люди, не осведомленные о происходящем, изменили бы свое поведение, если бы обладали информацией, доступной ядру толпы [14, с. 14]. В исследованиях С. Милграма показано, что регуляция поведения толпы возможна за счет активной роли

* Злоказов Кирилл Витальевич, начальник кафедры педагогики и психологии Уральского юридического института МВД России, кандидат психологических наук, доцент. Адрес: Россия, 620057, г. Екатеринбург, ул. Корепина, 66. E-mail: zkirvit@yandex.ru.

* Zlokazov Kirill Vitalievich, Head of the Department of Pedagogy and Psychology of the Urals Law Institute of the Russian Interior Ministry, Ph.D., associate professor. Address: Russia, 620057, Ekatherinburg, Korepin str., 66. E-mail: zkirvit@yandex.ru.

© Злоказов К.В., 2013

отдельных индивидов. Р. Доллард, используя жетонную систему (награждение) добивался снижения группирующих тенденций и увеличения роли индивидуальности в толпе [14, с. 15].

Американские психологии Тернер и Киллиан описывают поведение толпы в соответствии с индивидуально-обусловленными установками. Авторами выделяются несколько типов установок людей, вовлеченных в толпу - эгоистически-замкнутый тип, неуверенный, любопытный, активный [13, с. 16].

Р.В. Броун в качестве массовых видов объединения людей рассматривает толпу и публику [12, с. 47]. Толпа разделяется на четыре вида: агрессивная, паникующая (спасающаяся), аффективная (экспрессивная) и мародерствующая (жадная). Публика, по сравнению с толпой, более пассивна, способна к активным эмоциональным переживаниям, но не действиям. По характеру поведения действующая общность людей может быть агрессивной, спасающейся, стяжательной, экстатической, возникающей, например, в связи с религиозным фанатизмом или безумством поклонников кумира толпы. Как отмечает Ю.А. Шерковин, деление это условно. Один тип толпы может обнаруживать одновременно черты другого и переходить в новую разновидность [8, с. 289-290].

В современной социально-политической реальности внимание социальных психологов сосредоточивается на общностях людей, принимающих участие в массовых беспорядках. Г. Шнайдер условно разделил массовые беспорядки на четыре группы:

- вооруженные (их отличает рациональное планирование, четкая целевая установка, социально-структурная обусловленность);

- экспрессивные (подчеркнуто выразительны, подчинены выражению чувств и мнений);

- беспочвенные (не имеют социально-структурных причин);

- беспорядки переходного типа [11].

Примеры массовых выступлений последних лет, происходившие в Европе, странах Африки, Ближнего Востока модифицируют представление о толпе и публике, заложенное в работах Г. Тарда. Современные события показывают, что различия между толпой на улице и аудиторией стирается средствами технического прогресса. Так, Г. Рейнгольд, разрабатывая идею умной толпы «smart-mob», решающее значение отводит средствам связи - беспроводной коммуникации «многие со многими» [7]. Рейнольд отмечает, что возможность коммуникации обеспечивает информационное поле, вовлекающее в себя множество людей и регулирующее их поведение. Роль средств связи в управлении массовыми беспорядками прослеживается в массовых беспорядках в арабских странах в 2010-2012 гг., приведших к массовым демонстрациям и общенациональному протесту (Тунис, Сирия, Йемен), свержению правительства и смене государственного строя (например, Египет, Ливия). Во всех странах активно применялись современные цифровые и интернет-технологии, что и послужило причиной координации протестных групп населения. Наиболее действенными и широко заимствованными являлись призывы с помощью sms-сообщений или размещение их на популярных сайтах и в социальных сетях. Особая роль в организации толпы отводится ее руководителям - моблидерам, обеспечивающим каналы коммуникации с максимально возможным количеством участников. Для сплочения моблидеры используют технологии флеш-мобов - своеобразных «тренировочных» процедур, что не меняет сущность этого социально-психологического инструмента [1, с. 202-208].

Обобщая теоретическое введение, отметим, что толпа в ситуации массовых беспорядков -иерархически организованная деструктивно-направленная социально-психологическая общность. Организованность участников массовых беспорядков характеризуется распределением функций, осознанием целей, процесса и условий, обеспечивающих согласованность действий. Иерархия определяется наличием руководителей и подчиненных, каналами коммуникации и процедурами взаимодействия. Деструктивность реализуется и руководителями, и простыми участниками как достижением целей, так сопутствующими эффектами - разрушением, присвоением имущества, противодействием силам охраны правопорядка и структурам управления.

Авторов статьи интересует психология рядового участника деструктивной толпы, изначально нейтрального по отношению к социальным и политическим причинам возникновения массовых беспорядков, поскольку удовлетворяемые участниками потребности и определяют основные параметры протестных акций - степень и характер причиняемого ущерба, продолжительность и возобновляемость беспорядков. Так, удовлетворение акцентуированных потребностей (в т.ч. и табуированных) может привести к «самовозобновлению» протестных акций. Например, случаи изнасилования журналисток западных информационных агентств на площади Тахрир в Каире в ходе массовых беспорядков и связанная с этим мифология сексуальной доступности женщин влекут к протестующим тех лиц, удовлетворение сексуальных потребностей которых затруднено. Для моделирования психологических особенностей участников массовых беспорядков авторами был проведен социально-психологический эксперимент, обзор процедуры и некоторых выводов которого является целью данной статьи.

Описание экспериментальных процедур. В основе эксперимента лежат учения, проводившиеся с привлечением сотрудников полиции, курсантов, студентов и слушателей на территории Уральского юридического института МВД России в 2012 и 2013 гг. Согласно фабуле учений выделяются группы курсантов, имитирующие протестующих, а также группы сотрудников полиции, выполняющие задачи по оцеплению, блокированию и рассредоточению толпы. Всего в ходе моделирования массовых беспорядков по итогам четырех учебных эпизодов в течение двух лет были опрошены 186 «демонстрантов» и 294 курсантов «сотрудников полиции».

В группе протестующих во всех эпизодах принимали участие курсанты, проходящие обучение по специальности 030301.65 Психология, которым были поставлены задачи по организации

противодействия сотрудникам полиции на всех этапах пресечения массовых беспорядков - от оцепления до силового противодействия и рассеивания с задержанием. Эта часть выборки была специальным образом подготовлена к выполнению провокативной роли в эксперименте. Группа провокаторов в каждом из эпизодов учений насчитывала не менее 18 человек и управлялась экспериментатором с помощью условных сигналов на протяжении всего времени учений. В задачи провокаторов входило:

- сплачивание незнакомых членов толпы и организация совместных действий;

- оказание психологического воздействия на сотрудников полиции вербально;

- оказание физического воздействия путем нанесения ударов, толкания щитов.

С психологической точки зрения, провокаторы должны были объединить вокруг себя незнакомых по условиям исследования людей, организовать их из диффузного образования в группу более высокого уровня, обеспечить появление лидеров не из числа провокаторов. В терминологии Л.И. Уманского это позволило бы говорить о кооперативной модели малой группы, возникающей непосредственно в ситуации противоправного поведения. Также провокаторы выполняли задачи в зависимости от роли, например, группа психологического воздействия провоцировала вербально, высмеивая и унижая сотрудников полиции по фронту оцепления; группа физического воздействия активно нападала на полицейских, демонстрируя образцы агрессивного поведения соучастникам.

Помимо этого, психологи-провокаторы осуществляли включенное наблюдение, с помощью специально разработанных анкет-самоотчетов фиксировали эмоциональные реакции, вербальное поведение участников беспорядков в различные этапы учений.

Поскольку большинство участников не являлись специально подготовленными, т.е. были просто приглашенными, их вовлечение в массовые беспорядки представляло собой спонтанный характер, наиболее характерный для поведения значительной части участников митингов, шествии, собраний [2, с. 93-104].

Таким образом, в ходе учений был собран эмпирический материал об особенностях индивидуального и группового поведения протестующих, эмоциональных, оценочных и когнитивных составляющих образа массовых беспорядках в сознании участников, а также развития групп протеста. К сожалению, обсуждение всего объема эмпирических данных в рамках этой статьи не представляется возможным, однако его осмысление будет продолжено в наших последующих публикациях.

Определим задачи исследования, затрагивающие изучение личности участников массовых беспорядков.

1. Характеристика психологических особенностей поведения участников массовых беспорядков;

2. Изучение влияния психологических особенностей личности в связи с участием в массовых беспорядках.

Для решения этих задач использовался специально разработанный инструментарий - анкета-самоотчет участника массовых беспорядков, для оценки деструктивных тенденций использовался показатель - «Риск деструкции» рассчитываемый по результатам диагностики испытуемых методикой «Анализ деструктивности личности» [4]. Он описывает асоциальную направленность, готовность к осуществлению деятельности, направленной на причинение вреда окружающим и несущей значительный моральный и материальный ущерб. С психологической точки зрения, деструктивность личности характеризует асоциально-криминальный тип установки антиобщественного поведения.

Для интерпретации результатов применялись математико-статистические методы: корреляционный (по Пирсону) и дисперсионный виды анализа. Расчеты выполнялись в статистической программе Statistica 6.0.

Проведенный корреляционный анализ показателей анкетирования участников протестной толпы позволяет выделить несколько закономерностей восприятия и регуляции поведения участников в ситуации нарушения общественного порядка. Так, сила эмоциональных переживаний и физические травмы, полученные участниками столкновений с полицией, не коррелируют друг с другом (г=-0,46***). Следовательно, интенсивные эмоциональные переживания получили те участники массовых беспорядков, кто не участвовал непосредственно в столкновениях с полицейскими.

Яркие впечатления получили участники, не понимавшие смысла протестных выступлений, либо те, кто не предугадывал развития событий (г = -0,35***).

Интересен психологический портрет «травмированного» демонстранта. К числу качеств личности участников массовых беспорядков, получивших физические травмы в противодействии с полицией, относится «Рассредоточенность» (г = 0,27*), «Нервозность» (г = 0,35***), «Злость» (г = 0,25*). Опрошенные, присваивавшие в самоотчетах высокие значения по этим характеристикам, испытали на себе большее травмирующее физическое воздействие. Тяжесть физической травмы статистически связана с деструктивным поведением участников (г = 0,38***) - вступившие в противостояние с сотрудниками полиции отмечали у себя большее количество синяков и ушибов по сравнению с теми, кто топтал газоны, ломал и переворачивал скамейки.

Индивидуально-психологические особенности личности и поведение в ходе массовых беспорядков. Для изучения толпы в момент их противодействия сотрудникам полиции нами использовался метод включенного наблюдения, который позволил связать состояние толпы и уровень деструктивного поведения. Как уже упоминалось, наблюдение осуществлялось группой «провокаторов», которые одновременно и демонстрировали, и фиксировали состояние участников. Результаты опроса наблюдателей были подвергнуты методам математико-статистической

обработки. Дисперсионный анализ (ANOVA) позволил определить факторы, влияющие на уровень деструктивности поведения толпы: нервно-психическую устойчивость ^ = 3,52, при р < 0,001) (см. рис. 1) и уровень деструктивной направленности ^ = 3,23, при р < 0,001) (см. рис. 2). Показатель нервно-психической устойчивости характеризовал признаки тревоги и страха у испытуемых в протестующей толпе на этапах ее оцепления, блокирования, рассредоточения группами сотрудников полиции.

В целом высокий уровень деструктивности участников в ходе эксперимента обусловливался их нервно-психической неустойчивостью, т.е. большая эмоциональная нестабильность участников приводила к большей деструктивности поведения. Нервно-психическая неустойчивость фиксировалась нами в самоотчетах испытуемых в ходе субъективного шкалирования эмоций на этапе брифинга, после проведения учений. Так, 83 % испытуемых отметили чувство страха, возникшее у них на этапе блокирования, а 89 % опрошенных отметили наличие сильных эмоций различной модальности на этапе рассредоточения и изъятия. Таким образом, эмоциональное состояние участников толпы изменялось как в части его содержания, так и интенсивности переживаний. Проанализируем влияние эмоциональных переживаний участников на поведение в период оцепления и блокирования.

На этапе оцепления испытуемые перешли от диффузного группирования к структурированному, о чем свидетельствовало уменьшение расстояния между членами толпы и появление отдельных микрогрупп. «Провокаторы», не прерывавшие своего общения в тот период, стали центрами микрогрупп и предметом внимания «демонстрантов». Причина этому видится в понимании происходящего у подготовленных заранее участников и ощущении неопределенности у остальных членов толпы. В процессе оцепления поменялась тематика разговоров испытуемых - от разнообразия индивидуально заданных тем коммуникация свелась к одной - обсуждению противодействия полиции. Значительную роль в этом сыграли провокаторы, навязывая участникам толпы идею противостояния.

Рис. 1. Влияние уровня нервно-психической устойчивости (ось OY) на деструктивное поведение (ось ОХ).

Можно предположить, что социальная организация выступила способом снижения внутреннего напряжения у испытуемых. От диффузной толпы и «роения» на первоначальном этапе эксперимента участники перешли к группированию, выделились лидеры, начала формироваться структура микрогрупп. К этапу блокирования можно было наблюдать несколько плотных групп в общей массе членов толпы, собравшихся вокруг своих лидеров. Что повлияло на принятие испытуемыми поведения, демонстрируемого провокаторами? На наш взгляд, провокаторы своими действиями давали испытуемым ощущение реализации потребностей, которые явились дефицитными в ситуации блокирования, а неопределенность ситуации и тревога испытуемых только способствовали ассимиляции навязываемых моделей поведения.

Проанализируем влияние показателя деструктивной направленности толпы на уровень деструктивного поведения участников ^ = 3,23, при р < 0,001) (см. рис. 2.).

Низкий уровень деструктивности (1 балл) свидетельствует о негативизме участников толпы. С появлением провокаторов, лидеров, заставляющих участников скандировать слова «бей», «ломай», уровень деструктивного поведения увеличивается (2-5 баллов). В ситуации, когда провокаторы кидают в группы оцепления бутылки и камни, пинают ногами щиты, т.е. наблюдается демонстрация способов деструктивного поведения, активность толпы возрастает (6-7 баллов).

Рис. 2. Влияние уровня деструктивной направленности (ось OY) на деструктивное поведение (ось ОХ).

Таким образом, призывы к осуществлению противодействия, а также конкретные примеры противодействия способствуют увеличению уровня деструктивности. Однако обсуждаемая тенденция имеет несколько ограничений. Исследование показало, что ограничение территории действий участников толпы на этапе оцепления позволило группе «провокаторов» провести организацию «нейтральных» участников толпы, вводя идею «сопротивления» действиям сотрудников полиции. Поляризация «свой» - «чужой», проводимая среди членов толпы с обесцениванием роли полиции, позволила сохранить структуру групп протеста, сформировав образ врага. Вторым фактором выступили призывы провокаторов к действиям, сопровождаемые конкретным примером - бросанием земли и камней в щиты полицейских, ударами ногами. Участники подражали действиям провокаторов, увлекаясь настолько, что действовали в дальнейшем самостоятельно, без примера. Причем соучастники групп физического и вербального демонстрировали модели поведения провокаторов, не смешивая их. Подобная ситуация наблюдалась во всех четырех сериях проведения эксперимента.

Заключение. Опыт массовых социальных волнений в России и за рубежом последнего десятилетия показывает, что поведение протестующей толпы не всегда остается в рамках закона. Нередки случаи, когда ее участники от выражения собственного неудовольствия переходят к активному противодействию сотрудникам правоохранительных органов. Эксперимент, описанный нами, показывает, что случайные участники, объединенные ситуацией толпы, под воздействием группирующих факторов (призывов к противостоянию, ограничения территории передвижения) способны к асоциальному и деструктивному поведению. Роль провокаторов сводится к демонстрации образа деструктивного поведения, который ассимилируется участниками не только в поведенческом (стиль и модели поведения), но и в аффективно-оценочном и когнитивном компонентах. Успешность ассимиляции связана с нервно-психической неустойчивостью участников и их деструктивной направленностью. Чем неопределеннее воспринимается ситуация протеста, чем более деструктивными являются призывы организаторов беспорядков, тем эффективнее происходит научение поведению протеста и взаимодействуют протестующих.

С практической точки зрения эксперимент показал, что в ситуации массовых мероприятий принципы социально-психологического противодействия должны строиться на принципах:

- снижения уровня тревожности протестующих;

- формирования когнитивного контроля рядовых участников беспорядков;

- развития социальной ответственности;

- снижения уровня деструктивной направленности участников.

Список литературы

1. Давыдова-Мартынова, Е. И. Проблемы экстремизма в виртуальном пространстве сети Интернет // Вестник MTOY Сер. История и политические науки. - 2009. - № 1. - С. 202-208.

2. Сундиев, И. Ю. «Управляемый хаос»: социальные технологии в массовых беспорядках // Свободная мысль. - 2012. - № 7/8 (1634). - С. 93-104.

3. Андреева, Г. М. Психология социального познания. - M.: Аспект Пресс, 2001. - 384 с.

4. Злоказов, К. В. Психологическая диагностика деструктивного поведения : учебно-методическое пособие. - Екатеринбург: Изд-во УрГПУ, 2012. - 192 c.

5. Лебон, Г. Психология народов и масс. - СПб.: Mакет, 1995. - 311 с.

6. Поршнев, Б. Ф. Социальная психология и история / 2-е изд., доп. и испр. - M.: Наука, 1979.

- 235 с.

7. Рейнгольд, Г. Умная толпа: новая социальная революция / пер. с англ. А. Гарькавого. - M.: Фаир Пресс, 2006. - 416 с.

8. Социальная психология. Краткий очерк / под общ. ред. Г.П. Предвечного и Ю.А. Шерковина.

- M.: Политиздат, 1975.

9. Тард, Г. Mнение и толпа // Психология толп. - M.: Институт психологии РАН; Издательство КСП+, 1999. - 416 с.

10. Ginneken, J. V. Crowds, psychology and politics: 1871 - 1899. - Cambridge: Press syndicate of the University of Cambridge, 1991.

11. Шнайдер, Г. Mассовые беспорядки глазами криминолога. - URL http://www.ecsocman.edu. ru /data/530/585/ 1216/4-Gans_ShNAJDER.pdf (дата обращения: 07.07.2013).

12. Durupinar, F. From Audiences to Mobs: Crowd Simulation with Psychological Factors. PhD thesis, Bilkent University, 2010. - URL: www.cs.Ыlkent.edu.tr/tech.../BU-CE-1205.pdíГ(дата обращения: 07.07.2013).

13. Understanding Crowd Behaviours Volume 1 - Practical Guidance and Lessons Identified London: TSO 1161_CB Vol1_Newly Styled.indd 1 6/4/10 12:32:52. - URL http://academia.edu/1108101/Understanding_ Crowd_Behaviours _Volume_2_ Supporting_ Theory_and_Evidence (дата обращения: 07.07.2013).

14. Wijermans, N. (2011). Understanding crowd behavior: Simulating situated individuals. Thesis University of Groningen. - URL http://www.nandawi jermans.nl/wordpress/wp-content/uploads/2012/10/ poster GSCSWijermansS.pdf (дата обращения: 07.07.2013).

Literature

1. Davydova-Martynova, E. I. Problemy ekstremizma v virtual'nom prostranstve seti Internet // Vestnik MGOU. Ser. Istoriya i politicheskie nauki. - 2009. - № 1. - S. 202-208.

2. Sundiev, I. Y. «Upravlyaemyi khaos»: sotsial'nye tekhnologii v massovykh besporyadkakh // Svobodnaya mysl'. - 2012. - № 7/8 (1634). - S. 93-104.

3. Andreeva, G. M. Psikhologiya sotsial'nogo poznaniya. - M.: Aspekt Press, 2001. - 384 s.

4. Zlokazov, K. V. Psikhologicheskaya diagnostika destruktivnogo povedeniya : uchebno-metodicheskoe posobie. - Ekaterinburg: Izd-vo UrGPU, 2012. - 192 c.

5. Lebon, G. Psikhologiya narodov i mass. - SPb.: Maket, 1995. - 311 s.

6. Porshnev, B. F. Sotsial'naya psikhologiya i istoriya / 2-e izd., dop. i ispr. - M.: Nauka, 1979. - 235 s.

7. Reingol'd, G. Umnaya tolpa: novaya sotsial'naya revolyutsiya / per. s angl. A. Gar'kavogo. - M.: Fair Press, 2006. - 416 s.

8. Sotsial'naya psikhologiya. Kratkii ocherk / pod obshch. red. G.P. Predvechnogo i Yu.A. Sherkovina. - M.: Politizdat, 1975.

9. Tard, G. Mnenie i tolpa // Psikhologiya tolp. - M.: Institut psikhologii RAN; Izdatel'stvo KSP+, 1999. - 416 s.

10. Ginneken, J. V. Crowds, psychology and politics: 1871 - 1899. - Cambridge: Press syndicate of the University of Cambridge, 1991.

11. Shnaider, G. Massovye besporyadki glazami kriminologa. - URL http://www.ecsocman.edu.ru / data/530/585/ 1216/4-Gans_ShNAJDER.pdf (data obrashcheniya: 07.07.2013).

12. Durupinar, F. From Audiences to Mobs: Crowd Simulation with Psychological Factors. PhD thesis, Bilkent University, 2010. - URL: www.cs.bilkent.edu.tr/tech.../BU-CE-1205.pdif(data obrashcheniya: 07.07.2013).

13. Understanding Crowd Behaviours Volume 1 - Practical Guidance and Lessons Identified London: TSO 1161_CB Vol1_Newly Styled.indd 1 6/4/10 12:32:52. - URL http://academia.edu/1108101/ Understanding_Crowd_Behaviours _Volume_2_ Supporting_ Theory_and_Evidence (data obrashcheniya: 07.07.2013).

14. Wijermans, N. (2011). Understanding crowd behavior: Simulating situated individuals. Thesis University of Groningen. - URL http://www.nandawi jermans.nl/wordpress/wp-content/uploads/2012/10/ poster GSCSWijermansS.pdf (data obrashcheniya: 07.07.2013).

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.