Научная статья на тему '2010. 01. 036. Пшеничнова Н. Н. Лингвистическая география: (по материалам русских говоров). - М. : Азбуковник, 2008. - 220 с'

2010. 01. 036. Пшеничнова Н. Н. Лингвистическая география: (по материалам русских говоров). - М. : Азбуковник, 2008. - 220 с Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

CC BY
37
6
Поделиться

Похожие темы научных работ по языкознанию и литературоведению , автор научной работы — Атрошенко О. В.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Текст научной работы на тему «2010. 01. 036. Пшеничнова Н. Н. Лингвистическая география: (по материалам русских говоров). - М. : Азбуковник, 2008. - 220 с»

ДИАЛЕКТОЛОГИЯ

2010.01.036. ПШЕНИЧНОВА Н.Н. ЛИНГВИСТИЧЕСКАЯ

ГЕОГРАФИЯ: (По материалам русских говоров). - М.: Азбуковник, 2008. - 220 с.

Монография посвящена вопросам лингвистической географии, которые рассматриваются в рамках лингвогеографической теории Московской диалектологической школы. Ссылаясь на положения, сформулированные Р.И. Аванесовым и позднее развитые его учениками и последователями, автор обращается к двум аспектам предмета лингвогеографии - территориальному и структурно-типологическому - в их взаимосвязи применительно к классификации русских говоров.

Книга состоит из предисловия, трех глав, заключения и приложения.

В главе первой «Предмет и задачи лингвистической географии» рассматривается понятие изоглоссы, на котором основан метод картографирования, используемый в лингвистической географии, и характеризуются ее функции. Изоглосса может показывать противопоставление диалектных вариантов (так, например, противопоставленная изоглосса разграничивает аканье и оканье) или определять ареал одного из членов диалектного различия. В последнем случае не показанный на карте вариант иногда занимает всю территорию за пределами изоглоссы, а иногда сосуществует с вариантом, отмеченным на карте (например, непротивопоставленная изоглосса показывает распространение слова кринка 'глиняная посуда разной формы').

В качестве объекта изучения лингвогеографии рассматривается языковой ландшафт - совокупность изоглосс на территории распространения данного языка. В категориальный аппарат науки входит также понятие «зона»: 1) пространство, характеризуемое общим(и) признаком (признаками) и очерченное приблизительной

границей (переходная зона); 2) в русской диалектологии - единица диалектного членения языка (например, северная зона), выявляемая по пучкам изоглосс (по их сложному переплетению на карте). Как одно из ключевых отмечается понятие «диалектологический атлас» - систематизированное собрание карт, отражающих распространение диалектных особенностей какого-либо языка. Автор подчеркивает особую роль лингвогеографии в решении проблем, касающихся сущности диалекта и диалектного членения языка, важных для описательной и исторической диалектологии.

Главы вторая и третья («Из истории лингвистической географии», «Лингвистическая география русского языка») посвящены становлению лингвогеографии как лингвистической дисциплины. Прослеживается история данной науки с момента ее зарождения на основе диалектологии в конце XIX в., когда на Западе получила широкое распространение «теория волн» (Г. Пауль, П. Майер), а в России сложилось понимание территориального характера диалекта и были выделены некоторые особенности русских говоров (И.И. Срезневский, А.А. Шахматов), до сегодняшнего дня. Автор обращает внимание на существенный вклад Московской диалектологической школы (МДШ) в теорию лингвогеографии. Если в начале XX в. в работах западноевропейских лингвистов под диалектным различием понимался конкретный единичный факт (слово) (Ж. Жильерон, Э. Эдмон), то в лингвогеографической теории МДШ - определенное явление как звено языковой системы (Р.И. Аванесов, С.В. Бромлей).

Н.Н. Пшеничнова отмечает следующие принципы, разработанные Р.И. Аванесовым и легшие в основу современной лингвогеографии: 1) говор - единая и целостная языковая система; описание говора должно заключаться не в выявлении отличий от литературного языка, а в рассмотрении его собственных закономерностей; 2) задача лингвогеографии - изучение особенностей строя языка в территориальном распределении; 3) диалектные различия - это элементы общей структуры языка, которые в отдельных частных диалектных системах (говорах) выступают в соотносительных вариантах (оканье / аканье); 4) разграничение языковых уровней при картографировании диалектных различий (в отличие от западноевропейской теории): например, при картографировании безударного окончания Тв. п. ед. ч. существительных I скл. с осно-

вой на твердый согласный фонетические варианты палкой и палкай объединены в морфологический вариант = /ой/. Указывается, что теория картографирования была реализована сначала в «Диалектологическом атласе русского языка» (ДАРЯ)1, а затем в других атласах (белорусских, украинских говоров и т.д.).

Характеризуется специфика ДАРЯ как фундаментального лингвогеографического исследования, охватывающего территорию древнейшего русского заселения. В ДАРЯ отражены важнейшие звенья языковой системы каждого из говоров, входящих в атлас, в их материальном воплощении и системных отношениях. Атлас воплощает одновременно структурную и лингвогеографическую картины системы русского диалектного языка.

Рассматривая проблему интерпретации лингвогеографиче-ских данных, Н.Н. Пшеничнова отмечает, что если первые классификации русских говоров опирались на исторические факты и не находили отражения на лингвогеографических картах (И.А. Оссо-вецкий, С.С. Высотский), то в работах представителей МДШ диалектное членение проведено по лингвотерриториальным признакам.

Н. Н. Пшеничнова подробно рассматривает две основные классификации русских говоров: диалектную и структурно-типологическую. Обе классификации являются результатом изучения изоглосс, позднее представленных в ДАРЯ, и построены на обширных материалах, отражающих говоры Центра Европейской части России середины XX в. Лингвогеографическим новшеством является структурно-типологическая классификация, разработанная Н.Н. Пшеничновой. В отличие от ареальной классификации (диалектного членения), имеющей дело с лингвотерриториальными единицами (наречиями, группами, подгруппами говоров, зонами), единицами классификации второго типа являются совокупности говоров как частных диалектных систем: однородные группы говоров (по выбранным признакам сравнения говоров), переходные совокупности, смешанные совокупности. Так, в ареальной классификации русские говоры подразделяются на северное, южное наречия и среднерусские говоры. В свою очередь, каждая единица класси-

1 ДАРЯ - Диалектологический атлас русского языка: Центр Европейской части СССР. - М., 1986-1996. - Вып. 1-3.

фикации включает в себя более частные лингвотерриториальные элементы: например, в северное наречие входят Ладого-Тихвин-ская, Вологодская, Костромская группы, а также межзональные говоры (Онежская группа, Лачские и Белозерско-Бежецкие говоры). В схеме, приведенной автором, термином «говоры» обозначены единицы, которые, в отличие от других единиц диалектного членения, не являются группами, так как им присущи сочетания разнодиалектных особенностей.

При рассмотрении диалектного членения русского языка автор приводит фонетические, грамматические, лексические характеристики как для основных (наречий, групп, типов говоров), так и для дополнительных единиц классификации. Например, для северного наречия отмечены следующие явления: 1) фонетические: полное оканье (к[о]рова, гор[о]д), заударное ёканье (по[л 'о], вы[н 'о]с), [г] взрывное и т.д.; 2) грамматические: формы ед. ч. сущ. муж. р. с суфф. -ушк- по II скл. (без дедушка, к дедушку), общая форма Д. и Т. пп. мн. ч. сущ. и прилаг. (с пустым вёдрам, к пустым вёдрам) и т.д.; 3) лексические: распространены слова зыбка 'колыбель, подвешиваемая, к потолку', погода 'плохая погода' и др. Под дополнительными единицами классификации подразумеваются диалектные зоны, имеющие приблизительные границы, в отличие от наречий и групп говоров; при этом говоры зоны в разной степени оказываются охваченными выделяющими эти зоны пучками изоглосс.

Автор представляет структурно-типологическую классификацию русских говоров, разбивая единицы более высокого уровня на их составляющие более низкого ранга; например, классификационные единицы первого уровня обозначаются следующими знаками: С - группа говоров севернорусского диалектного типа (д. т.), Ю - южнорусский диалектный тип, П - переходная совокупность говоров, или среднерусские говоры, Р - совокупность разнородных говоров, западнорусский диалектный тип. Классификационные единицы второго уровня обозначаются двумя знаками, где цифра -номер группы говоров: например, С = {С1, С2... СП1...}, С - группа говоров севернорусского диалектного типа, С1 - группа говоров новгородского диалектного типа. Соответственно, единицы третьего уровня представлены посредством трех знаков, единицы четвертого уровня - четырех (например, С11 - группа говоров новгород-ско-ладожского диалектного, С111 - группа говоров ладого-

тихвинского диалектного типа). Как и при диалектном членении, в данной классификации представлены и однородные группы говоров определенного диалектного типа, и единицы, которые нельзя отнести к какому-либо диалектному типу.

В структурно-типологической классификации говоры классифицируются вне территории, на основании особых признаков, формирующих диалектные типы. Автор отделяет типоопределяю-щие признаки от сопутствующих. Типоопределяющие признаки отличают классификационную единицу какого-либо диалектного типа от других единиц того же разбиения, причем они имеют разную степень распространенности в говорах одних и тех же единиц какого-либо разбиения (например, произношение [е] на месте а в слове оп[е]ть характерно для севернорусского диалектного типа, но частотность этого признака различна в новгородском, вологод-ско-вятском и в других д.т.). Сопутствующие-главные признаки входят в характеристику типа, но не могут его диагностировать, так как являются широко распространенными в говорах других единиц того же разбиения (оканье характерно как для говоров северного диалектного типа, так и для среднерусских говоров). Сопутствующими-эталонными автор называет признаки, являющиеся самыми распространенными в говорах определенной классификационной единицы. В качестве примера приводится структурно-типологическое описание классификационных единиц на примере севернорусского диалектного типа. Называются следующие типоопределяю-щие признаки: 1) фонетические - полное оканье, звук [ф] на месте [в] мягкого на конце слова (любо[ф\) и др.); 2) грамматические -формы ед. ч. сущ. муж. р. с суфф. -ушк- по II скл. (без дедушка, к дедушку) и др.; 3) лексические - слово голбец 'ход в подполье в виде пристройки к печи' и т.д. Сопутствующие-главные признаки: 1) фонетические - оканье, гласный [е] на месте е (из *е и *ь) в 1-м предударном слоге после мягких согласных перед мягкими ([н 'е]си), [г] взрывное и др.; 2) грамматические - форма И. п. мн. ч. местоим. 3 л. оне и др.; 3) лексические - слова зыбка, ухват и т.д. При анализе групп говоров второго, третьего, четвертого рангов автор придерживается той же последовательности в подаче признаков. Например, при описании новгородского диалектного типа сначала приводятся признаки, отличающие в наибольшей степени данную группу от других единиц второго ранга этого разбиения

(вологодско-вятского и др.), а затем сопутствующие-главные признаки.

Указывается, что при отражении результатов данной классификации на лингвогеографической карте можно заметить территориальное объединение некоторых групп говоров (однородные группы - диалектные типы), промежуточное положение говоров переходных совокупностей между ареалами однородных групп, распространение разнородных говоров смешанных совокупностей по периферии однородных групп или вкраплениями на других территориях.

Внимание автора сосредоточено также на сопоставлении двух типов классификаций. В обоих типах различаются два плана исследования: а) собственно выделение диалектов; б) структурно-лингвистическая характеристика выделившихся диалектов. В структурно-типологической классификации, в отличие от диалектного членения, учитывается не значимость выбранных признаков в языковой системе, а их роль в делении. Если задача ареальной классификации - показать, что при наличии расхождений между частными диалектными системами выявляются их территориальные общности, то задача структурно-типологической классификации -определить типологические разновидности диалектного языка. Автор подчеркивает тот факт, что при диалектном членении учитываются не все языковые показатели (как в структурно-типологической классификации), а лишь те из них, которые выделяют четкие ареалы. Так, на картах диалектного членения акцент сделан на дискретности русского диалектного пространства, а на картах второго типа - на его континуальности, на размытости границ между группами на всех классификационных уровнях.

Затрагивается проблема противопоставления русских говоров «центра» и «периферии», выявленного К.Ф. Захаровой и В.Г. Орловой и детально рассмотренного С.В. Бромлей как противопоставление по признаку консонантности / вокальности. Для говоров «центра» характерны языковые черты, совпадающие с особенностями литературного языка. Ни одна из особенностей периферийных говоров не распространена на всей периферии, только в совокупности эти особенности противопоставляют периферийные говоры центральным. Как подчеркивает автор, этот новый этап в исследовании диалектного языка стал возможен благо-

даря созданию ДАРЯ. Языковые черты периферийных говоров носят архаический характер, эти говоры - наиболее вокальные и сонорные (северо-восточная зона). Напротив, центральные говоры характеризуются новообразованиями, возникшими некогда в восточной части восточнославянской территории. Центральные говоры отличаются большим консонантизмом и большей шумностью, что связано с тенденцией к повышению роли согласных в фонетике русского диалектного языка.

В книге имеется приложение «Противопоставление диалектных систем по признаку вокальности / консонантности».

О.В. Атрошенко