Научная статья на тему '«Запаздывание» специфических инвестиций как временной аналог недоинвестирования'

«Запаздывание» специфических инвестиций как временной аналог недоинвестирования Текст научной статьи по специальности «Экономика и бизнес»

CC BY
219
75
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
специфические инвестиции / недоинвестирование / запаздывание / specific investments / underinvestment / delay

Аннотация научной статьи по экономике и бизнесу, автор научной работы — Дзагурова Наталия Борисовна, Невидомская Мария Александровна

В статье предпринята попытка провести аналогии между недоинвестированием в специфические активы и его «временной» модификацией, которая может быть обозначена как «запаздывание». Обсуждаются возможные причины и последствия запаздывания при осуществлении специфических вложений, а также проводится рассмотрение двух вариантов запаздывания в зависимости от того, является ли момент инвестирования наблюдаемым самими участниками сделки. При этом показано, что в качестве базовой модели недоинвестирования, которая может быть использована при построении временной версии в случае ненаблюдаемости инвестиций, может быть использована модель О. Харта, в то время как анализ запаздывания при наблюдаемости инвестиций не имеет прямых аналогов и требует использования аппарата теории игр с неполной информацией.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Похожие темы научных работ по экономике и бизнесу , автор научной работы — Дзагурова Наталия Борисовна, Невидомская Мария Александровна

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

THE “DELAY” OF SPECIFIC INVESTMENTS AS THE TEMPORAL ANALOGUE OF UNDERINVESTMENT

The paper attempts to draw parallels between underinvestment to specific assets and its "temporary" modification, which may be denoted as "delay". It discusses possible reasons and consequences of delay in the implementation of specific investments and considers the two variants of delay depending on whether the time of investment observed by the parties of the transaction. It shown that the basic model of underinvestment, which can be used when building the temporary version if unobserved investment, can be used the model of O. Hart, while the analysis of the delay in the observability of investment hasn’t direct analogues and requires the usage of the theory of games with incomplete information.

Текст научной работы на тему ««Запаздывание» специфических инвестиций как временной аналог недоинвестирования»

JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 7, № 3. 2015

76

www.hjournal.ru

DOI: 10.17835/2076-6297.2015.7.3.076-091

«ЗАПАЗДЫВАНИЕ» СПЕЦИФИЧЕСКИХ ИНВЕСТИЦИЙ КАК ВРЕМЕННОЙ АНАЛОГ НЕДОИНВЕСТИРОВАНИЯ*

ДЗАГУРОВА НАТАЛИЯ БОРИСОВНА,

кандидат экономических наук, доцент, Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», г. Москва,

e-mail: ndzagourova@hse.ru;ndzagourova@gmail.com

НЕВИДОМСКАЯ МАРИЯ АЛЕКСАНДРОВНА,

Федеральная антимонопольная служба, г. Москва, e-mail: nevidomskaya@fas.gov.ru; m.eremeecheva@gmail.com

В статье предпринята попытка провести аналогии между недоинвестированием в специфические активы и его «временной» модификацией, которая может быть обозначена как «запаздывание». Обсуждаются возможные причины и последствия запаздывания при осуществлении специфических вложений, а также проводится рассмотрение двух вариантов запаздывания в зависимости от того, является ли момент инвестирования наблюдаемым самими участниками сделки. При этом показано, что в качестве базовой модели недоинвестирования, которая может быть использована при построении временной версии в случае ненаблюдаемости инвестиций, может быть использована модель О. Харта, в то время как анализ запаздывания при наблюдаемости инвестиций не имеет прямых аналогов и требует использования аппарата теории игр с неполной информацией.

Ключевые слова: специфические инвестиции; недоинвестирование; запаздывание.

THE “DELAY” OF SPECIFIC INVESTMENTS AS THE TEMPORAL ANALOGUE OF UNDERINVESTMENT

DZAGUROVA NATALIYA, B.,

Candidate of Economic Sciences (PhD), Associate Professor, National Research University - Higher School of Economics, Moscow, e-mail: ndzagourova@gmail.com, ndzagourova@hse.ru

NEVIDOMSKAYA MARIA A.,

Federal Antimonopoly Service, Moscow, e-mail: nevidomskaya@fas.gov.ru; m.eremeecheva@gmail.com

The paper attempts to draw parallels between underinvestment to specific assets and its "temporary" modification, which may be denoted as "delay". It discusses possible reasons and consequences of delay in the implementation of specific investments and considers the two variants of delay depending on whether the time of investment observed by the parties of the transaction. It shown that the basic model of underinvestment, which can be used when building the temporary version if unobserved investment, can be used the model of

O. Hart, while the analysis of the delay in the observability of investment hasn’t direct analogues and requires the usage of the theory of games with incomplete information. Keywords: specific investments; underinvestment; delay.

* Статья подготовлена в рамках проекта Программы фундаментальных исследований НИУ ВШЭ в 2015 г.

© Дзагурова Н. Б., Невидомская М. А., 2015

«Запаздывание» специфических инвестиций как временной ...

77

JEL: B52, E22, G11.

1. Вымогательство и недоинвестирование

Обсуждение специфических инвестиций (англ. relation-specific investments), т.е. инвестиций, осуществляемых в рамках сотрудничества экономического агента с определенным партнером и имеющих меньшую ценность при контактах с альтернативными контрагентами, занимает центральное место в неоинституциональных теориях фирмы на протяжении нескольких последних десятилетий. При этом рассмотрение специфических инвестиций традиционно проводится через призму обсуждения проблемы вымогательства (англ. hold-up problem). Вымогательство (или шантаж партнера) представляет собой особую разновидность оппортунистического поведения сторон, обусловленную неконтрактируемостью специфических инвестиций и тем, что сопряженные с ними расходы носят безвозвратный характер (англ. sunk investments). А именно, речь идет о том, что на стадии ex post (т.е. после осуществления специфических инвестиций) инвестировавшая сторона вынуждена мириться с изменениями условий первоначального контракта, навязываемыми ей партнером по сделке, поскольку в противном случае её потери окажутся еще более значительными.

Обычно при моделировании вертикальных взаимодействий в современных неоинституциональных теориях фирмы предполагается, что

• на начальном этапе (стадия 0) партнеры (продавец и покупатель некоего промежуточного товара) заключают первоначальный контракт;

• вслед за этим они осуществляют специфические инвестиции;

• после осуществления вложений стороны вступают в торг и пересматривают условия первоначального контракта (стадия 1);

В результате поставки продукции осуществляются в соответствии с контрактом, заключенным на стадии 1 (см. рис. 1).

Осуществление двусторонних специфических инвестиций:

О 1

Подписание первоначального Пересмотр условий

соглашения первоначального соглашения

Рис. 1. Последовательность событий (англ. timing)

Источник: составлено авторами.

Естественным результатом осознания опасностей, подстерегающих фирму, которая осуществляет вложения в специфические активы, на стадии ex post является сокращение специфических инвестиций (или, иначе говоря, понижение степени специфичности инвестиций) относительно общественно-эффективного уровня или уровня «первого наилучшего (англ. first-best solution)», которое трактуется как «недоинвестирование (англ. underinvestment)». Каноническим примером недоинвестирования является строительство тепловой электростанции в удалении от шахты, снабжающей её углем (вопреки тому, что её приближение к шахте способствовало бы получению экономии на транспортных издержках). Это кажущееся неэффективным решение принимается фирмой именно ввиду отчетливо осознаваемой ею опасности того, что происходящее увеличение расходов,

JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 7, № 3. 2015

JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 7, № 3. 2015

78

Дзагурова Н. Б., Невидомская М. А.

сопряженных с доставкой угля из альтернативных источников в будущем позволит шахте повысить ранее оговоренные цены на топливо.

Специфические инвестиции могут носить различный характер в зависимости от того, в чем проявляется их нацеленность на конкретного партнера. Соответственно этому принято выделять специфичность физического и человеческого капитала, специфичность по местоположению, целевую и временную специфичность и пр.

Иная классификация может базироваться на том, какая из сторон получает выигрыш от специфических инвестиций в случае разрыва контракта между основными партнерами. Специфические инвестиции фирмы, оказывающие позитивное воздействие на outside options (при переводе этого термина на русский язык, видимо, имеет смысл воспользоваться термином «резервная полезность») самого инвестора, носят название эгоистических1. Иная разновидность специфических инвестиций — кооперативные или перекрестные специфические инвестиции, оказывают воздействие на уровень резервной полезности не самой инвестирующей стороны, а её контрагента2.

При этом следует подчеркнуть, что кооперативные специфические инвестиции (в отличие от эгоистических инвестиций) могут в ряде случаев оказывать негативное воздействие на уровень резервной полезности самой инвестирующей стороны, обусловливая тем самым повышенную степень риска, сопровождающего такого рода вложения. На стадии ex post партнер может не только настаивать на изменении предварительно оговоренной цены, стремясь перераспределить в свою пользу получаемый выигрыш, но и счесть для себя более предпочтительным переключение на взаимодействие с иными фирмами3. В последнем случае фирма-инвестор будет нести потери не только от того, что плодами её специфических инвестиций воспользуются (наряду с прежним партнером) её прямые конкуренты, но и от ухудшения собственных альтернативных возможностей вследствие того, что, сконцентрировавшись на взаимодействии с одним из контрагентов, она упустила возможности взаимодействия с иными партнерами4.

Впрочем, обсуждая разновидности специфических инвестиций, следует непременно обратить внимание на то обстоятельство, что само понятие «специфические инвестиции» допускает множественные интерпретации.

«Специфические инвестиции» как издержки инвестирования и как результат осуществляемых вложений Во-первых, под специфическими инвестициями «вертикальных

партнеров» (т.е. продавца и покупателя некоего промежуточного товара, которых мы обозначим S (Seller) и B (Buyer)), могут подразумеваться расходы, которые несет инвестирующая сторона (iS и iB, соответственно). В подобном случае при построении моделей оговаривается вид функции выигрыша от инвестиций V(is, iB), отражающий характер взаимосвязи между инвестициями сторон.

Подобный подход к определению специфических инвестиций используется в (Hart, 1995; Che and Hausch, 1999; Smirnov and Wait, 2003; Zhang and Zhang, 2011 и некоторых др.).

1 Собственно такого рода определение имеет смысл только по отношению к частично специфическим инвестициям, поскольку полностью специфические эгоистические вложения не оказывают воздействие на уровень резервной полезности инвестора

2 Более подробно об этом сказано в статье (Дзагурова и Агамирова, 2014. С. 65-76).

3 Например, поставщик может найти новые каналы сбыта после того, как дилер вложит средства в рекламу и продвижение его продукции.

4 Более подробно этот вопрос освещен в статье (Дзагурова, 2012. С. 31-48).

«Запаздывание» специфических инвестиций как временной ...

79

Во-вторых, можно интерпретировать специфические инвестиции как некий результат, достигнутый в результате понесенных расходов (например, в качестве is может рассматриваться понижение издержек поставщика S, связанных с производством продаваемого им товара, а в качестве iB — повышение выручки покупателя B). Разумеется, подобный подход предполагает введение функций издержек инвестирования @s(is, iB) и @B(is, iB), как это и делается, в частности, в (Segal and Whinston, 2000; de Meza and Selvaggi, 2007; Fumagalli and Motta, 2009). Вид этих функций диктуется характером предполагаемой связи между инвестициями сторон: в случае нейтральности последних эти функции не зависят от инвестиций партнера, при их комплементарности/замещаемости они являются супер/субмодулярными.

2. Запаздывание при осуществлении специфических инвестиций

и его причины

Не предполагая присоединиться к многочисленной группе исследователей, фиксирующих свое внимание на тех или иных аспектах проблемы

недоинвестирования, в этой работе мы хотели бы наметить возможность рассмотрения её «временной» модификации, которую можно обозначить термином «запаздывание» (англ. time delay). Следует подчеркнуть, что обсуждению данной проблемы, зачастую представляющей не меньшую опасность, чем проблема (количественного) недоинвестирования, в экономической литературе не уделяется достаточного внимания.

Собственно, запаздывание уместно было бы определить как динамический аналог проблемы недоинвестирования. К сожалению, термин dynamic hold-up, встречающийся в англоязычной экономической литературе, к настоящему моменту уже оказался закрепленным за теоретическими постановками несколько иного рода. А именно, он обычно сопутствует анализу недоинвестирования (т.е. связан с «количественной», а не «временной» постановкой) в условиях повторяемых взаимодействий (Che and Sakovics, 2004; Anand, Chen and Goyal, 2011).

Разумеется, недоинвестирование на каждой стадии повторяемой игры может интерпретироваться как запаздывание5, но при этом, во-первых, следует иметь в виду, что подобный анализ, как правило, предполагает фиксацию составной игры (англ. a stage game), повторяемой на каждой стадии взаимодействия сторон6. Но наряду с традиционным анализом того, каким образом повторяемость игр между сторонами воздействует на исход происходящего взаимодействия, не меньший интерес представляет рассмотрение разовых (неповторяемых) взаимодействий, имеющих динамическую природу. Такого рода ситуации, например, типичны при реализации крупных проектов, которые затруднительно представить в виде повторяемой игры ввиду уникальности состава участников и характера взаимодействия между ними на каждой стадии реализации проекта, а также весьма неопределенных перспектив возобновления этих контактов в будущем7.

Во-вторых, рассмотрение взаимодействия сторон в качестве повторяемой игры накладывает определенные условия на то, какая информация становится доступна сторонам в ходе взаимодействия. Речь идет о непременном раскрытии информации о ходе партнера после окончания каждой составной игры.

И, наконец, в-третьих, поскольку термин dynamic hold-up был первоначально использован для обозначения некоей разновидности моделей недоинвестирования, его применение оказывается затруднительным в ситуациях, когда объем специфических инвестиций соответствует условиям первоначального контракта (а, возможно, даже превосходит его), но при этом происходит нарушение оговоренного графика их осуществления (запаздывание).

5 Особенно в тех случаях, когда модель предполагает возможность аккумуляции специфических инвестиций.

6 То, является ли эта информация доступной в ходе составной игры, зависит от её характера.

7 Возможные ссылки на репутационные эффекты не выглядят убедительными в свете неверифицируемости специфических инвестиций (о ней будет сказано несколько позже).

JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 7, № 3. 2015

JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 7, № 3. 2015

80

Дзагурова Н. Б., Невидомская М. А.

С учетом вышеизложенного в дальнейшем мы не будем прибегать к использованию термина «dynamic hold-up», ограничившись упоминанием «запаздывания».

Начнем с перечисления причин, порождающих запаздывание при осуществлении специфических инвестиций.

• Некоторую роль может играть стремление сторон получить экономию па издержках инвестирования за счет выбора более поздних сроков их осуществления, что, в свою очередь, обусловлено действием двух факторов. Во -первых, эта экономия может быть объяснена выигрышами от альтернативного использования финансовых ресурсов в период запаздывания (чем позднее сделаны инвестиции, тем меньше окажутся приведенные расходы). Во-вторых, сокращение издержек отложенного инвестирования может быть достигнуто за счет повышения степени информированности инвестора при сдвиге момента осуществления вложений.

• Стремление отложить момент инвестирования на более поздний период (по сравнению с инвестированием в условиях «первого наилучшего») может быть обусловлено более высокой рискованностью ранних вложений в свете возможного оппортунизма со стороны партнера. Фирмы могут стремиться оттянуть процесс инвестирования до того момента, пока партнер не инвестирует в проект или же станет очевидной (или же в достаточной степени вероятной) его готовность совершать ответные действия.

• Не менее существенным является то обстоятельство, что выбор момента

инвестирования может оказывать значимое воздействие не только на уровень издержек инвестирования, но и на уровень резервной (альтернативной) полезности инвестирующей стороны. А именно, она может быть тем выше, чем более поздний момент выбран для инвестирования. Это можно объяснить, в частности, тем обстоятельством, что ранняя ориентация на одного из потенциальных контрагентов, проявляющаяся в заблаговременном осуществлении специфических инвестиций, осложняет переключение на взаимодействие с альтернативным партнером. Особенно типичным является возникновение подобных ситуаций в тех случаях, когда инвестиции носят кооперативный характер: большие (или более ранние) специфические

инвестиции, осуществляемые одной из сторон, положительно сказываются на резервной полезности партнера, но, как правило, негативно влияют на резервную полезность самого инвестора8.

3. Запаздывание vs. недоинвестирование

Прежде чем перейти к сопоставлению недоинвестирования и запаздывания заметим, что при рассмотрении проблемы запаздывания ранее упоминавшаяся трактовка специфических инвестиций как результата вложений обладает некоторыми преимуществами по сравнению с их интерпретацией как затрат инвестирования. Необходимость приведения во времени, возможный выигрыш в уровне затрат за счет более полной информированности на поздних стадиях и прочие факторы, ведущие к возникновению зависимости уровня расходов на инвестирование от того, в какой момент времени эти инвестиции осуществляются, делает менее продуктивным отождествление специфических инвестиций с издержками инвестирования. Тем самым в дальнейшем, говоря о количестве (объеме) специфических инвестиций мы будем подразумевать достигаемый уровень специфичности физического/человеческого капитала или производимой продукции.

Переходя к обсуждению проблемы запаздывания (несвоевременности осуществления специфических инвестиций), мы в первую очередь обратимся к

8 Иная разновидность специфических инвестиций, а именно, эгоистические специфические инвестиции, являются менее рискованными, поскольку оказывают позитивное воздействие на уровень резервной полезности инвестора.

«Запаздывание» специфических инвестиций как временной ...

81

рассмотрению более простых моделей, в которых обе стороны (поставщик и покупатель единицы некоего промежуточного продукта) осуществляют специфические инвестиции во временном интервале [0, T] однократно.

Мы будем измерять момент инвестирования не от начального (нулевого) момента времени, а от момента времени Т. Тем самым более ранний момент инвестирования будет соответствовать более высоким значениям ts и Ьв.

Поставщик (Seller)

О ts Т

Покупатель (Buyer)

Н—:-----------------------1< I -

О tB т

Рис. 2. Специфические инвестиции поставщика и покупателя, которые однократно осуществляются в моменты времени ts и Ьв.

(отсчет ведется от момента времени Т)

Источник: составлено авторами.

Подобный подход в дальнейшем облегчит нам проведение аналогии с (количественным) недоинвестированием, поскольку более ранние инвестиции при подобном подходе будут соответствовать большим значениям ts и Ьв. Выигрыши, получаемые в результате осуществления специфических инвестиций, реализуются после наступления момента времени T, но (также, как и издержки инвестирования) приводятся к нему.

Стороны могут осуществлять инвестиции «одновременно» или же последовательно. В игровых постановках предпосылка «одновременности» действий партнеров традиционно трактуется не как буквальная одновременность (ts = Ьв), а всего лишь предполагает неинформированность сторон о времени осуществления специфических инвестиций их «основными партнерами». Именно к рассмотрению этой постановки мы обратимся в первую очередь, поскольку она представляет собой буквальный временной аналог проблемы количественного недоинвестирования (см. табл. 1).

Таблица 1

Запаздывание vs. недоинвестирование

Варьируемость специфических инвестиций при заданности момента инвестирования (i - variable, t - const) Фиксированность специфических инвестиций при варьируемом времени их осуществления (i - const, t - variable)

однократное инвестирование однократное инвестирование в некий момент времени, принадлежащий временному диапазону t е [0, T]

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

объем специфических инвестиций сторон варьируется объем специфических инвестиций сторон фиксирован

издержки инвестирования тем выше, чем больше их объем издержки инвестирования тем выше, чем в более ранний момент они осуществлены

Источник: составлено авторами.

Следует подчеркнуть, что при анализе проблемы запаздывания время инвестирования играет совершенно иную роль, чем, к примеру, в статических по своей природе моделях дуополии Курно или Бертрана (где участники также принимают решение «одновременно»), поскольку именно оно (а не объем выпуска или устанавливаемая производителем цена готовой продукции) является стратегией участника. Собственно, это позволяет характеризовать модель как динамическую даже при отсутствии у каждого игрока информации о том, какой ход сделал его

JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 7, № 3. 2015

JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 7, № 3. 2015

82

Дзагурова Н. Б., Невидомская М. А.

партнер.

Последствия запаздывания. Результат запаздывания при осуществлении специфических инвестиций по своей сути сходен с последствиями недоинвестирования. И в том и в другом случае происходит сокращение выигрыша B (англ. benefit), получаемого участниками сделки (см. табл. 2).

Таблица 2

Последствия запаздывания

Недоинвестирование

Запаздывание

SBQbJs)

diB

>0;

dB{iBJs)

dio

>0:

dB(tB,ts)

dt„

>0:

dB(tB, ts) dt?

>0:

В зависимости от рассматриваемой разновидности специфических инвестиций речь может идти об экономии на транспортных издержках (локальная специфичность), о выигрыше за счет того, что физические активы, подготовка наемных служащих или же характеристики производимого продукта в большей степени соответствуют запросам контрагента (специфичность физического, человеческого капитала и целевая специфичность), об экономии на складских помещениях (временная специфичность) и т.д.

Выигрыши от более раннего осуществления специфических инвестиций собственно не отличаются по форме своего проявления. Но в данном случае мы говорим не о том, что лучше инвестировать больше, а о том, что лучше инвестировать раньше. Это не значит, разумеется, что всегда следует инвестировать «как можно раньше». Речь идет о том, что следует инвестировать ранее, чем это готовы делать стороны, опасающиеся вымогательства со стороны партнера.

Источник: составлено авторами.

4. Независимость и комплементарность специфических инвестиций сторон

Логично предположить, что потери от более позднего инвестирования являются тем большими, чем более комплементарными по функции выигрыша являются инвестиции сторон.

Обратимся к определению характера взаимосвязи между специфическими инвестициями, которое опирается на применение подхода, сформулированного в (Milgrom and Roberts, 1990).

В зависимости от того, какому из двух описанных выше модельных подходов к определению специфических инвестиций («инвестиции — издержки» или «инвестиции — результат») отдается предпочтение, комплементарность двусторонних специфических инвестиций может трактоваться различным образом.

А. Специфические инвестиции как издержки инвестирования

(комплементарность по функции выигрыша)

В соответствии с определением, приведенном в (Lileeva and Biesebroeck, 2008; 2010), специфические инвестиции сторон полагаются комплементарными в том случае, если предельная продуктивность инвестиций одной из сторон повышается при наращивании инвестиций её партнера, что эквивалентно супермодулярности функции совокупного выигрыша (или - в случае дифференцируемости этой функции - положительности смешанной производной второго порядка функции

). Например, чем более интенсивными будут усилия дилера по ознакомлению его персонала со спецификой реализуемого продукта, тем более продуктивными будут консультации поставщика этого товара по вопросам его хранения и транспортировки.

Аналогичным образом можно подойти к определению комплементарности

Bvb^s ) ■ > ^

«Запаздывание» специфических инвестиций как временной ...

83

специфических инвестиций при обсуждении проблемы запаздывания, оговорив положительность смешанной производной второго порядка функции

. . d2B(tR,ts)

B(tB,ts):---- в s >0

dtBdts

. Тем самым мы предположим, что потери от запаздывания носят не только непосредственный (как это происходило бы при независимости инвестиций), но и опосредованный характер. Иначе говоря, запаздывание негативно сказывается не только на продуктивности инвестиций самой инвестирующей стороны, но и на продуктивности инвестиций её партнера: выигрыш от сокращения запаздывания инвестиций одной из сторон тем выше, чем более своевременными являются специфические инвестиции её партнера. Например, возвращаясь к ранее использованному примеру «количественной» комплементарности, можно видоизменить его следующим образом: выигрыш от более раннего проведения поставщиком консультаций по поводу особенностей транспортировки и хранения продукции будет тем выше, чем раньше дилер займется подготовкой своего персонала к предполагаемым продажам.

Б. Специфические инвестиции как результат вложений (комплементарность по функциям издержек инвестирования)

Наряду с обсуждением взаимосвязи инвестиций сторон по функции выигрыша некоторый интерес представляет собой и характер взаимосвязи между ними по функциям издержек инвестирования (см. табл. 3).

Таблица 3

Взаимосвязь инвестиций сторон по функциям издержек

Комплементарность функции издержек инвестирования

Независимость функции издержек инвестирования

Недоинвестирование Запаздывание

предельные издержки инвестирования одной фирмы тем ниже, чем более специфическими являются инвестиции её партнера 2 2 5 PsQbPs) , а. 5 PbQbPs) ,а предельные издержки более раннего инвестирования одной фирмой тем ниже, чем раньше инвестировал её партнер ^PS^bBs) ^.^Pb^bBs) ,n

8iBdis diB8is 8tB8ts ’ 8tB8ts

предельные издержки каждой из сторон не зависят от уровня специфических инвестиций её партнера 2 2 S PsQbPs) _Q.d pBQB,iS) _0 8iBdis ’ 8iB8is предельные издержки более раннего инвестирования каждой из сторон не зависят от момента, выбранного для инвестирования её партнером ^PsVbBs) _q. ^PbQbJs) _q 8tBdts ’ 8tB8ts

Источник: составлено авторами.

5. Неконтрактируемость времени осуществления специфических инвестиций

Условием возникновения проблемы недоинвестирования является неконтрактируемость специфических инвестиций, осуществляемых участниками сделки. В противном случае инвестор мог бы рассчитывать на получение компенсации за понесенные расходы, т.е. инвестиции не носили бы безвозвратного характера, не были бы столь рискованными.

Неконтрактируемость, в свою очередь, обусловлена неверифицируемостью специфических инвестиций, т.е. невозможностью подтвердить в суде уровень понесенных расходов, их нацеленность именно на данного партнера и пр.

Логично (по аналогии с недоинвестированием) предположить, что проблема

JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 7, № 3. 2015

JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 7, № 3. 2015

84

Дзагурова Н. Б., Невидомская М. А.

запаздывания порождается неконтрактируемостью времени осуществления специфических инвестиций. Это предположение является удобным упрощением при построении экономико-математических моделей. Разумеется, в реальности запаздывание специфических инвестиций, так же, как в базовой «количественной» версии, может быть обусловлено сложностями верификации их нацеленности именно на данного партнера, т.е. не сводится лишь к неверифицируемости сугубо временных характеристик.

В теории неполных контрактов Гроссмана-Харта-Мура предпосылка неверифицируемости и сопутствующей ей неконтрактируемости специфических инвестиций сопровождается предположением о наблюдаемости объемов этих инвестиций самими участниками сделки. Перенесение этой предпосылки в область анализа временных показателей (в отличие от допущения о неверифицируемости специфических инвестиций) требует отдельного комментария. Необходимость в нем обусловлена тем обстоятельством, что поведение участника сделки различается в зависимости от того, обладает ли он информацией о времени, выбранном для инвестирования его основным партнером. Если такого рода информация доступна участнику сделки, то он может обусловливать осуществление собственных специфических инвестиций тем, сделал ли специфические инвестиции его партнер.

Было бы ошибкой полагать, что чем более комплементарными являются инвестиции, тем выше стимулы дожидаться инвестиций партнера. Обсуждая допустимые стратегии поведения участников контракта в динамической постановке проблемы запаздывания, следует учитывать:

• возможное стремление участника сделки дождаться того момента, когда инвестиции сделает партнер;

• напротив, готовность участника сделки выступить в качестве лидера, побуждая партнера следовать его примеру (решаясь на более раннее инвестирование, игрок может отправлять тем самым партнеру сигнал о своей «качественности» - готовности произвести специфические инвестиции);

• различные комбинации этих двух стратегий (например, до определенного момента игрок может ожидать ход партнера, после чего он вынужден будет проявить инициативу сам).

При этом отправка сигнала (так же, как и запаздывание с осуществлением инвестиций) может быть результатом осознания высокой степени комплементарности специфических инвестиций сторон. Степень этой комплементарности воздействует не столько на стимулы дожидаться инвестиций партнера, сколько на то, в какой степени фирмы зависят от времени, избранного для инвестиций этим самым партнером (при независимости инвестиций такого рода зависимость отсутствует полностью). Осознание этой зависимости может проявляться различным образом, как увеличивая, так и сокращая время запаздывания.

Эти стратегии поведения невозможны при ненаблюдаемости момента инвестирования (отправка сигнала, равным образом, как и выжидательная позиция игрока, лишаются всякого смысла). Иначе говоря, отсрочка (запаздывание) в сроках осуществления специфических инвестиций может проявлять себя различным образом в зависимости от её наблюдаемости/ненаблюдаемости самими участниками сделки. Соответственно, необходимо обсудить два возможных варианта. Мы будем предполагать, что в первом случае (разд. 6) инвестиции осуществляются не только однократно, но и «одновременно» (стороны не могут оценить момент, избранный для вложений их партнерами); а во втором случае (разд. 7) - инвестиции носят последовательный характер (время их осуществления может быть отслежено обеими сторонами).

6. Ненаблюдаемость времени осуществления инвестиций самими участниками сделки

Запаздывание во времени осуществления специфических инвестиций

«Запаздывание» специфических инвестиций как временной ...

85

целесообразно анализировать по аналогии с количественным недоинвестированием. Для этого следует определиться с выбором модели недоинвестирования, которая может послужить отправной точкой для обсуждения проблемы запаздывания в условиях, когда стороны не обладают информацией о моменте, выбранном для инвестирования их партнерами.

На первый взгляд может показаться, что при этом следует обратиться к рассмотрению моделей, предполагающих ненаблюдаемость объемов специфических инвестиций сторон не только некоторой третьей стороной, но и их партнерами (например, (Gul, 2000)), зарезервировав модель О. Харта, в которой объемы специфических инвестиции сторон известны партнерам (но не третьей стороне), в качестве базы для построения моделей с наблюдаемым моментом инвестирования (см. табл. 4).

Таблица 4

Возможная (но кажущаяся нам ошибочной) аналогия между недоинвестированием и запаздыванием по критерию наблюдаемости/ ненаблюдаемости специфических инвестиций партнера

Объем специфических инвестиций

(i)

Момент

инвестирования

(t)

Наблюдаемость Ненаблюдаемость

Инвестиции партнера наблюдаемы (Hart, 1995) ? Инвестиции партнера ненаблюдаемы (Gul, 2000) ?

Время осуществления инвестиций партнером наблюдаемо Время осуществления инвестиций партнером не наблюдаемо

Источник: составлено авторами.

Нам представляется, что вопреки наблюдаемости объемов инвестиций в модели О. Харта, именно она и должна использоваться в качестве основы при построении временной модели запаздывания с ненаблюдаемым самими участниками временем инвестирования: в приведенной выше таблице ей

соответствует не северо-западная (aii), а северо-восточная ячейка (ai2). Этот вывод основан на том, что наблюдаемость инвестиций в модели О. Харта непосредственно не влияет на стратегии поведения участников в ходе инвестирования (выбор делается «одновременно»). Она проявляет себя лишь на более поздней стадии - в ходе торга между сторонами на стадии ex post. Объем ресурсов, инвестируемых одной из сторон, не может обусловливаться тем, насколько велики инвестиции, сделанные её партнером, подобно тому, как в модели запаздывания ненаблюдаемость момента инвестирования делает невозможной обусловленность выбора его одной из сторон тем, насколько сильно отклонился от предполагаемого времени инвестирования её контрагент.

Избрав модель О. Харта в качестве основы для построения модели запаздывания при ненаблюдаемости момента инвестирования, мы в то же самое время не будем следовать ей буквально в двух существенных моментах.

Во-первых, в отличие от О. Харта, отождествлявшего инвестиции с расходами, мы будем придерживаться интерпретации инвестиций как «уровня специфичности» вложений, что потребует введения функций издержек инвестирования, которые в общем виде полагаются зависящими от времени,

JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 7, № 3. 2015

JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 7, № 3. 2015

86

Дзагурова Н. Б., Невидомская М. А.

избранного для инвестирования обеими сторон q>s(ts, tB) и @B(ts, tB).

Во-вторых, мы откажемся от сопоставления дезагрегированного состояния партнеров с двумя вариантами их вертикальной интеграции (интеграции «вперед», при которой объектом поглощения становится покупатель, и интеграции «назад», в которой он выступает в качестве поглотителя), играющего важную роль в модели О. Харта. Мы ограничимся рассмотрением лишь дезинтегрированного состояния, при котором продавец и покупатель являются независимыми фирмами, полагая инструментом перераспределение контроля не вертикальную интеграцию/ дезинтеграцию, а вертикальные ограничивающие соглашения (ВОС).

С учетом вышесказанного можно перейти к построению простейшей модели запаздывания с ненаблюдаемым (в том числе и самими участниками сделки) временем инвестирования. Модификация исходной модели может быть проведена в результате простой замены переменных, а именно, количества на время: i—>t.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

В базовой модели О. Харта фиксированным полагался момент осуществления инвестиций, но варьировался их объем. Теперь мы переходим к рассмотрению ситуации, в которой фиксированным является объем инвестиций9 каждого участника, т.е. is=is* и Ib=Ib*, но момент инвестирования может варьироваться.

Первое наилучшее решение (first-best solution).

Предположим, что

• приведение во времени является единственным фактором, обусловливающим зависимость издержек инвестирования от момента инвестирования;

• партнеры имеют совпадающие нормы межвременных предпочтений (дисконты): Ss=Sb=S;

• специфические инвестиции сторон нейтральны относительно друг друга (функция издержек суммарных инвестиций сторон аддитивно-сепарабельна): @(ts+tB)=@s(ts)+@B(tB).

С учетом этого задача максимизации общественного благосостояния будет выглядеть следующим образом:

таxts.teB (ts, tB) - \<ps(ls)+<pi: (li:)\.

Как уже отмечалось, поиск первого наилучшего решения при переходе от количественной к временной постановке проблемы недоинвестирования предполагает сохранение прежней структуры модели. Изменения коснутся лишь переменных, определяющих выигрыш и издержки инвестирования. Выпишем задачу максимизации чистого выигрыша от взаимодействия сторон, т.е. разницы между приведенным во времени суммарным выигрышем сторон и издержками, величина которых зависит от времени вложения специфических средств:

maxts,tB.B (ts, tB) - (ps(ts, tB) - (pB(ts, tB).

Упрощающие предпосылки, сделанные выше, позволяют определить величины специфических вложений поставщика (B) и дилера (s), приведенные к одному и тому же моменту времени (в данном случае к периоду времени T), следующим образом:

@s(is*, ts) = is*lS; фв(1в*, tB) = iB*ld.

Подстановка этих выражений в целевую функцию и её последующее дифференцирование позволяют сформулировать условия первого порядка в рассматриваемой задаче максимизации чистого суммарного выигрыша:

* *

В, +^-h(5 = 0^R =-^ln S

s s s s

.* . *

Btn + l-2-\nS = 0^>Bt = --^-ln 8

tB 8 4 8

9 Это позволительно сделать, интерпретируя специфические инвестиции не как издержки инвестирования, а как результат этого инвестирования.

«Запаздывание» специфических инвестиций как временной ...

87

Второе наилучшее решение (second-best solution)

Теперь перейдем к рассмотрению ситуации, в которой участники контракта представляют собой две независимые фирмы, максимизирующие свою прибыль.

Соответственно, поиск второго наилучшего решения (выбор оптимального времени инвестирования) сводится к максимизации ожидаемых прибылей участников контрактного соглашения. При рассмотрении этих задач воспользуемся (вслед за О. Хартом) предпосылкой о фиксированности долей участников (сторон) при разделе квазиренты (Nash bargaining solution).

Поставщик (Seller): maxts а.В(1в. ts) - (ps(ts), где a — доля продавца в общем выигрыше, получаемом в результате осуществления специфических инвестиций.

Покупатель (Buyer): maxts (1 - а)ВЦв, ts) - (рвИв).

Условия первого порядка:

5:[аВ tBlts -qj(ts)]ts В: 1 — а В tB,ts — Ф £в [в

Следовательно, «второе наилучшее» решение предполагает запаздывание в осуществлении специфических инвестиций обоими контрагентами. Интуитивно это совершенно очевидно — понижение предельного выигрыша делает нецелесообразными высокие предельные издержки, соответствующие уровню «первого наилучшего», что приводит к «запаздыванию» (т.е. более низким значениям ts и ts). Эти выводы полностью совпадают с выводами, полученными О. Хартом при сопоставлении «первого наилучшего» решения с объемами инвестиций при дезинтегрированном существовании продавца и покупателя (см. рис. 3 и 4).

Рис. 3. «Первое наилучшее (FB)» и «второе наилучшее (SB)» в модели О. Харта

Рис. 4. «Первое наилучшее» и «второе наилучшее» в модели запаздывания

Логично предположить, что передача контроля одной из сторон должна сопровождаться ослаблением запаздывания её инвестиций при одновременном усилении запаздывания в осуществлении специфических инвестиций её партнером.

7. Наблюдаемость времени осуществления инвестиций самими участниками сделки

Если каждая из взаимодействующих сторон способна (возможно, с некоторым временным лагом) отследить момент, выбранный для инвестирования её партнером, то выбор момента инвестирования может быть обусловлен тем, каким образом ведет себя противоположная сторона, и тем, насколько быстро информация о её действиях становится известной её партнеру.

Существует ли исходный «количественный аналог» проблемы запаздывания при наблюдаемости моментов инвестирования (напомним, что последнее не предполагает их верифицируемости)? Может показаться, что в этой связи уместно обратиться к рассмотрению уже упоминавшихся моделей, основанных на анализе повторяемых игр, в которых уровень инвестиций игрока в составной игре

JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 7, № 3. 2015

JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 7, № 3. 2015

88

Дзагурова Н. Б., Невидомская М. А.

определяется объемами инвестиций его партнера в предшествующем периоде.

Существует несколько различных подходов, варьирующихся в зависимости

от

характера специфических инвестиций (кооперативного, либо эгоистического); того, одна или обе стороны осуществляют специфические инвестиции (см. табл. 5).

Таблица 5

Специфические инвестиции

Односторонние эгоистические инвестиции: (Ramey and Watson, 1997) (Halac, 2012)

Двусторонние эгоистические инвестиции: (Baker, Gibbons and Murphy, 2001; 2002) (Halonen, 2002) (Blonsky and Spagnolo, 2007)

Односторонние кооперативные инвестиции (Morita, 2001) (Itoh and Morita, 2006)

Эти модели также неоднородны с точки зрения того, каким образом распределены во времени как сами инвестиции, так и эффект, достигаемый в результате их осуществления.

Работы (Ramey and Watson, 1997; Halac, 2012) не могут послужить основой для построения модели запаздывания, поскольку они изначально построены на предположении, что инвестиции осуществляются в первом периоде повторяемой игры.

В некоторых из упомянутых публикаций (Baker, Gibbons and Murphy, 2002; Halonen, 2002; Blonsky and Spagnolo, 2007) уровень специфических инвестиций периода t влияет лишь на величину выигрыша, получаемого в рамках того же периода (ценность инвестиций ограничивается одним периодом). Тем самым накопления специфических инвестиций не происходит, и, соответственно, с точки зрения обсуждения проблемы запаздывания подобная постановка, заточенная под анализ проблемы недоинвестирования при множественных (повторяемых) контактах между сторонами, как уже отмечалось ранее, не представляет существенного интереса.

Нам представляется, что в отличие от предшествующей постановки проблемы запаздывания, допускающей построение прямых аналогий с «количественным» недоивестированием, динамическая постановка проблемы запаздывания, к обсуждению которой мы переходим, оговорив наблюдаемость времени инвестирования, не имеет прямых аналогов в исходной «количественной» постановке проблемы вымогательства. В сущности, взаимодействие между сторонами при наблюдаемости времени инвестирования является столь сложным, что затруднительно рассчитывать на то, что удастся найти ей некоторый аналог в области количественного недоинвестирования.

Типы игроков. Наблюдаемость инвестиций предполагает разделение экономических агентов на лидера и последователя. Лидер готов осуществлять инвестиции первым, в то время как последователь будет всегда дожидаться того момента, когда инвестиции осуществит его партнер. Интерес при этом представляет рассмотрение различных моделей поведения лидера:

• «запаздывающий лидер», затягивающий момент инвестирования;

• «сигнализирующего лидер», вынужденный инвестировать преждевременно, стремясь побудить к инвестированию своего партнера;

• «вынужденный лидер», вплоть до некоторого момента времени занимающий выжидательную позицию, рассчитывая на то, что первый ход сделает партнер, но, в сущности, готовый сам выступить в роли лидера.

Можно выделить и основные типы последователя:

• «поджидающий последователь», который начинает инвестирование

«Запаздывание» специфических инвестиций как временной ...

89

немедленно после того, как убедится в том, что их сделал его партнер;

• «запаздывающий последователь», выжидающий еще некоторое время после того, как свои инвестиции сделал лидер;

• «последователь последнего дня» (разновидность запаздывающего

последователя), который будет тянуть с инвестициями до последнего момента, подобен игроку, изначально отказывающемуся от инвестирования в специфические активы в «количественной» версии.

Особый интерес может вызвать рассмотрение стратегий, обусловленных меняющимися представлениями участника контракта о принадлежности контрагента к тому или иному типу субъектов отношений. При этом существенную роль играют вероятностные ожидания сторон - условные вероятности выбора экономическим агентом момента времени t'', при том, что партнер осуществит (или не осуществит) специфические вложения вплоть до момента времени t'.

Заключение

Рассмотрение проблемы вымогательства, традиционно сопровождающий анализ вертикальных взаимодействий в экономической литературе, сопровождается обсуждением потерь в общественном благосостоянии, сопряженных с недоинвестированием в специфические активы. Дальнейшим развитием этой темы, расширяющим привычные рамки исследования, может служить переход к анализу проблемы запаздывания, порождающей сходные негативные последствия.

При этом следует обратить внимание на существенную роль, которую играет то обстоятельство, становится ли время, выбранное для инвестирования одной фирмой, известным её партнеру. Соответственно этому можно выделить варианты «одновременного» и «последовательного» осуществления специфических вложений.

В статье показано, что при первом варианте основой для построения временного аналога модели недоинвестирования может служить модель О. Харта, в которой партнеры принимают решение о времени инвестирования независимо друг от друга, в то время как переход к рассмотрению второго варианта инвестирования предполагает значительно более сложное взаимодействие, для анализа которого целесообразно воспользоваться аппаратом теории игр с неполной информацией.

Проведенный анализ открывает возможности интерпретации вертикальных ограничивающих соглашений в качестве инструмента противодействия не только недоинвестированию, но и запаздыванию.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Агамирова М. Е. и Дзагурова Н. Б. (2014). Стимулы для осуществления кооперативных специфических инвестиций: от судебных решений к теоретическому анализу // Экономическая политика, № 4, с. 79-97.

Дзагурова Н. Б. (2012). Кооперативные инвестиции и причины недоинвестирования в специфические активы // Российский журнал менеджмента, Т. 10, № 4, с. 31-48.

Дзагурова Н. Б. и Агамирова М. Е. (2014). Критерии разграничения эгоистических и кооперативных специфических инвестиций // Journal of Institutional Studies (Журнал институциональных исследований), Т. 6, № 4, с. 65-76.

Anand K. S., Chen H. and Goyal M. (2011). Trembling into myopia: honesty in the dynamic hold-up problem. Snowbird UT: Utah operations conference. February 2011.

Che Y.-K. and Hausch D. B. (1999). Cooperative investments and the value of contracting // The American Economic Review, no. 89 (1), pp. 125-147.

Che Y.-K. and Sacovics J. (2004). A dynamic theory of holdup // Econometrica, no. 72 (4), pp. 1063-1103.

De Meza D. and Selvaggi M. (2007). Exclusive contracts foster relationship-specific investment // The RAND Journal of Economics, no. 38 (1), pp. 85-97.

Fumagalli C., Motta M. and Ronde T. (2009). Exclusive dealing: the interaction

JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 7, № 3. 2015

JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 7, № 3. 2015

90

Дзагурова Н. Б., Невидомская М. А.

between foreclosure and investment promotion // CEPR Discussion Papers, 7240.

Hart O. (1995). Firms, contracts and financial structure. Oxford University

Press.

Hart O. and Moore J. (1988). Incomplete contracts and renegotiation // Econometrica, no. 56, pp. 755-785.

Hart O. and Moore J. (1990). Property rights and the nature of the firm // Journal of Political Economy, no. 98 (6), pp. 1119-1158.

Hart O. and Moore J. (1999). Foundations of incomplete contracts // Review of Economic Studies, no. 66 (1), pp. 115-138.

Joscow P. (1985). Vertical integration and long-term contracts: the case of coalburning electric generating plants // Journal of Law, Economics, and Organization, no 11, pp. 33-80.

Joscow P. (1987). Contract duration and relationship-specific investments: empirical evidence from coal markets // The American Economic Review, no. 77 (1), pp. 168185.

Joscow P. (1988). Asset specificity and the structure of vertical relationships: empirical evidence // Journal of Law, Economics, and Organization, no. 4 (1), pp. 95117.

Lileeva A. and Biesebroeck J. V. (2008). outsourcing when investments are specific and complementary // NBER Working Paper, 14477.

Lileeva A. and Biesebroeck J. V. (2013). Outsourcing when investments are specific and interrelated // Journal of the European Economic Association, no. 11 (4), pp. 871-896.

Milgrom P. and Roberts J. (1990). The economics of modern manufacturing: technology, strategy, and organization // The American Economic Review, no. 80 (3), pp. 511-528.

Segal I. and Whinston M. (2000). Exclusive contracts and protection of investments. RAND // Journal of Economics, no. 31(4), pp. 603-633.

Smirnov V. and Wait A. (2003). Timing of investments, holdup and total welfare // International Journal of Industrial Organization, no. 22 (3), pp. 413-425.

Smirnov V. and Wait A. (2004). Hold-up and sequential specific investments // Rand Journal of Economics, no. 35, pp. 386-400.

Zhang J. and Zhang Y. (2014). Sequential investment, hold-up, and strategic delay // Research Collection School of Economics.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

REFERENCES

Agamirova M. E. and Dzagurova N. B. (2014). Incentives for cooperative specific investments: from antitrust cases to theoretical approaches. Economic Policy, no. 4, pp. 79-97. (In Russian).

Anand K. S., Chen H. and Goyal M. (2011). Trembling into myopia: honesty in the dynamic hold-up problem. Snowbird UT: Utah operations conference. February 2011.

Che Y.-K. and Hausch D. B. (1999). Cooperative investments and the value of contracting. The American Economic Review, no. 89 (1), pp. 125-147.

Che Y.-K. and Sacovics J. (2004). A dynamic theory of holdup. Econometrica, no. 72 (4), pp. 1063-1103.

De Meza D. and Selvaggi M. (2007). Exclusive contracts foster relationship-specific investment. The RAND Journal of Economics, no. 38 (1), pp. 85-97.

Dzagurova N. B. (2012). Specific investments protection through lens of negative impact of cooperative investments on the value of investor’s outside options. Russian Journal of Management, no. 5, pp. 31-48. (In Russian).

Dzagurova N. B. and Agamirova M. E. (2014). Criteria for selfish and cooperative relation-specific investments distinction. Journal of Institutional Studies, vol. 6, no. 4, pp. 65-76. (In Russian).

«Запаздывание» специфических инвестиций как временной ...

91

Fumagalli C., Motta M. and Ronde T. (2009). Exclusive dealing: the interaction between foreclosure and investment promotion // CEPR Discussion Papers, 7240.

Hart O. (1995). Firms, contracts and financial structure. Oxford University

Press.

Hart O. and Moore J. (1988). Incomplete contracts and renegotiation. Econometrica, no. 56, pp. 755-785.

Hart O. and Moore J. (1990). Property rights and the nature of the firm. Journal of Political Economy, no. 98 (6), pp. 1119-1158.

Hart O. and Moore J. (1999). Foundations of incomplete contracts. Review of Economic Studies, no. 66 (1), pp. 115-138.

Joscow P. (1985). Vertical integration and long-term contracts: the case of coalburning electric generating plants. Journal of Law, Economics, and Organization, no 11, pp. 33-80.

Joscow P. (1987). Contract duration and relationship-specific investments: empirical evidence from coal markets. The American Economic Review, no. 77 (1), pp. 168-185.

Joscow P. (1988). Asset specificity and the structure of vertical relationships: empirical evidence. Journal of Law, Economics, and Organization, no. 4 (1), pp. 95-117.

Lileeva A. and Biesebroeck J. V. (2008). outsourcing when investments are specific and complementary. NBER Working Paper, 14477.

Lileeva A. and Biesebroeck J. V. (2013). Outsourcing when investments are specific and interrelated. Journal of the European Economic Association, no. 11 (4), pp. 871-896.

Milgrom P. and Roberts J. (1990). The economics of modern manufacturing: technology, strategy, and organization. The American Economic Review, no. 80 (3), pp. 511-528.

Segal I. and Whinston M. (2000). Exclusive contracts and protection of investments. RAND. Journal of Economics, no. 31(4), pp. 603-633.

Smirnov V. and Wait A. (2003). Timing of investments, holdup and total welfare. International Journal of Industrial Organization, no. 22 (3), pp. 413-425.

Smirnov V. and Wait A. (2004). Hold-up and sequential specific investments // RAND. Journal of Economics, no. 35, pp. 386-400.

Zhang J. and Zhang Y. (2014). Sequential investment, hold-up, and strategic delay. Research Collection School of Economics.

JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 7, № 3. 2015

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.