УДК 343.2/7 © А. А. Нечепуренко, 2020 001: 10.24411/1999-625Х-2020-11007
Законодательное регулирование негативных последствий для лиц, совершивших преступления
А. А. Нечепуренко, Омская академия МВД России И nechepurenko_oma@mail.ru
Предпринята попытка оценить законодательную ситуацию с регулированием многочисленных правоограничений для лиц, совершивших преступления. Выделяются и анализируются три группы негативных последствий: уголовно-правовые и общеправовые правоограничения, являющиеся содержанием судимости и аннулируемые после ее погашения или снятия; общеправовые последствия, действующие как в пределах, так и за пределами судимости; правоограничения, распространяющиеся на лиц, не только имеющих и имевших судимость, но и на освобожденных от уголовной ответственности по не-реабилитирующим основаниям. Отмечена тенденция к переводу бессрочных правоограничений в срочные. Делается вывод о противоречивости и юридической небрежности при формулировании в федеральных законах негативных последствий совершения преступлений и в связи с этим желательности их ревизии и унификации.
Ключевые слова:уголовная ответственность; наказание; испытание; судимость; правоограничения судимости; последствия судимости; освобождение от уголовной ответственности по нереабилитирующим основаниям.
Legislative regulation of negative consequences for persons who have committed crimes
А. А. Nechepurenko, the Omsk Academy of the Russian Ministry of Internal Affairs H nechepurenko_oma@mail.ru
The author attempts to estimate the legislative situation connected with the regulation of numerous legal restrictions for persons who have committed crimes. Three groups of negative consequences are specified and analyzed: criminal legal and general legal restrictions which constitute the content of a criminal record and which are abolished after cancellation of a criminal record or withdrawal of a conviction; general legal consequences valid both within and beyond the conviction; legal restrictions concerning not only persons with a current or previous conviction but also those exempted from criminal liability on non-rehabilitating grounds. It is noted that termless legal restrictions tend to become fixed-term. The conclusion made states that there is inconsistency and legal negligence in the federal laws regarding the formulation of negative consequences of crime commission, and in this respect, their revision and unification are advisable.
Keywords: criminal liability; punishment; trial; criminal record; legal restrictions due to the conviction; consequences of a criminal record; exemption from criminal liability on non-rehabilitating grounds.
Не вызывает сомнений, что наказание, испытание (ст. ст. 73, 79, 82, 821 УК РФ) и судимость как формы реализации уголовной ответственности являются типовой негативной реакцией государства в отношении лица, совершившего преступление. Все правоограничения, входящие в содержание видов наказания и испытания и распространяющиеся на осужденных к этим мерам, указаны в Уголовном кодексе Российской Федерации. Иная ситуация с правоограничениями судимости. Полемика по поводу негативных последствий для лица, совершившего преступление, продолжается уже не одно
десятилетие и концентрируется главным образом вокруг вопроса о том, считать или нет общеправовые ограничения последствиями судимости [подробнее см.: 1, с. 40-43; 2, с. 22-62; 3, с. 191-228]. В то же время очевидно, что во множестве федеральных законов предусмотрены разнородные и часто труднообъяснимые правоограничения не только для лиц, являющихся судимыми, но и для тех, чья судимость снята или погашена, либо тех, кто освобожден от уголовной ответственности по нереаби-литирующим основаниям. С учетом классического понимания механизма образования общественной
опасности необходимо подчеркнуть, что все эти правоограничения — следствие прецедентного поведения лица, выражающегося в «самозаявлении» о своей опасности для общества путем совершения преступления [4, с. 11]. Естественно, что общество предпринимает определенные ответные шаги, чтобы как можно дольше ограждать от таких лиц наиболее важные сферы своей жизнедеятельности. Другое дело, что эти шаги должны быть соразмерными и глубоко продуманными.
В целом можно констатировать, что права и свободы лиц, совершивших преступления, в соответствии со ст. 55 Конституции Российской Федерации ограничиваются только в том случае, если это установлено федеральным законодательством. Другое дело, что эти правоограничения не унифицированы и, как выясняется при их рассмотрении Конституционным судом, могут противоречить Конституции Российской Федерации, на что справедливо указывается в научных работах [5, с. 78-83; 6, с. 84-93]. Главным образом такие противоречия касаются сроков, на которые устанавливаются те или иные правоогра-ничения, затрагивающие основы правового статуса личности в Российской Федерации, закрепленные в статьях главы второй Конституции РФ. Речь идет о пассивном избирательном праве, равном доступе к государственной службе и свободе выбора рода деятельности и профессии.
Анализ многочисленных федеральных законов позволяет разделить все правоограничения в отношении лиц, совершивших преступление, на три группы:
1) распространяющиеся на лиц, имеющих судимость;
2) распространяющиеся на лиц, имеющих или имевших судимость;
3) распространяющиеся на лиц, имеющих или имевших судимость, а также на лиц, освободившихся от уголовной ответственности по нереабилитиру-ющим основаниям.
Первая группа правоограничений представляет собой содержание такой базовой формы реализации уголовной ответственности, как судимость [7, с. 3-8]. Эти правоограничения законодатель ошибочно именует в ч. 1 ст. 86 УК РФ «иными правовыми последствиями судимости», наряду с теми правоограничениями, которые предусмотрены
для лиц, имеющих неснятую и непогашенную судимость, в уголовном законодательстве применительно к рецидиву преступления и назначению наказаний. Данные правоограничения налагаются на осужденного по приговору суда, вступившему в законную силу, действуют только в пределах срока судимости и являются первичными негативными последствиями совершения лицом того или иного преступления. Зависимость продолжительности действия правоограничений судимости от тяжести совершенного преступления не слишком последовательно, но все же признает и сам законодатель, что выражается в дифференциации сроков погашения судимости. Группа правоограничений, налагаемых на лиц, совершивших преступления, только на период судимости, достаточно обширна и разнородна. Все указанные правоограничения можно разделить на две большие подгруппы: 1) распространяющиеся на судимых за совершение любого преступления; 2) распространяющиеся на отдельные категории судимых. Назовем несколько правоограничений из первой подгруппы. Сюда относятся, например, запреты на:
— занятие должностей государственной гражданской службы 1;
— призыв на военную службу, заключение контракта о прохождении военной службы 2;
— службу в таможенных органах 3;
— службу в ведомственной охране 4;
— право быть присяжным заседателем и кандидатом в присяжные заседатели 5.
Обращаясь ко второй подгруппе, отметим, что прежде всего это правоограничения административного надзора, устанавливаемого за совершеннолетними лицами, отбывавшими лишение свободы. Институт административного надзора, введенный Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 июля 1966 г. «Об административном надзоре органов милиции за лицами, освобожденными из мест лишения свободы» 6, фактически перестал применяться с распадом СССР. С введением в 1993 г. в действие Конституции Российской Федерации для этого отпали и юридические основания, поскольку право-ограничения, налагаемые на поднадзорных, регламентировались не федеральным законом, а Положением об административном надзоре, действовавшим на основании названного выше Указа. Администра-
1 О государственной гражданской службе Российской Федерации : федеральный закон от 27 июля 2004 г. № 79-ФЗ (ст. 16). Здесь и далее, если не указано иное, доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
2 О воинской обязанности и военной службе : федеральный закон от 28 марта 1998 г. № 53-ФЗ (ст. ст. 23, 34).
3 О службе в таможенных органах : федеральный закон от 21 февраля 1997 г. № 114-ФЗ (ст. 7).
4 О ведомственной охране : федеральный закон от 14 апреля 1999 г. № 77-ФЗ (ст. 7).
5 О присяжных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в Российской Федерации : федеральный закон от 20 августа 2004 г. № 11-ФЗ (ст. 3).
6 Ведомости Верховного Совета СССР. 1966. № 30, ст. 597.
тивный надзор вновь был введен в действие только в 2011 г. 7 О том, насколько важным является данный институт в деле контроля за лицами, которые своим поведением после совершения преступления демонстрируют готовность и в последующем вести асоциальный образ жизни, можно судить по весьма показательному факту. Группа ведущих советских ученых, в конце 1980-х гг. разработавших Теоретическую модель уголовного кодекса СССР и стоявших на позиции закрепления именно в уголовном законе всех последствий судимости, в ст. 96 («Правовое значение судимости») отдельной позицией (п. «д») своего проекта указали, что имеющаяся у лица судимость за совершение преступления учитывается «как основание применения административного надзора за лицами, отбывавшими наказание за совершение тяжкого и особо тяжкого преступлений» [8, с. 203].
Из правоограничений второй подгруппы, распространяющихся только на отдельные категории осужденных, можно отметить следующие запреты для лиц, имеющих судимость за умышленные преступления:
— на осуществление частной детективной и охранной деятельности 8;
— на занятие адвокатской деятельностью 9;
— на назначение арбитражным управляющим 10;
— на занятие должности специалистов авиационного персонала 11.
Устанавливаются и еще более узконаправленные правоограничения. Это, например, запрет на оформление опекунства и попечительства за совершеннолетними гражданами для лиц, имеющих судимость за умышленные преступления против жизни и здоровья 12; на продолжение воинской службы по контракту для лиц, осужденных за умышленные преступления к лишению свободы условно 13; на занятие должностей муниципальной службы для лиц, осужденных к наказанию, исключающему возможность исполнения должностных обязанностей по муници-
пальной службе 14. Почему в одних случаях законодатель установил более жесткие запреты, чем в других, остается только догадываться. Неужели требования к специалистам авиационного персонала, куда входят все лица, обеспечивающие безопасность полетов, должны быть менее строгими, чем к специалистам таможенной службы? Или в чем логика более мягкого подхода к судимым, занимающим должности муниципальной службы, по сравнению с государственными гражданскими служащими, учитывая, что и те и другие относятся к представителям публичной власти?
Применительно ко второй группе правоогра-ничений прежде всего следует обратить внимание на изменения, внесенные в ч. 6 ст. 86 УК РФ Федеральным законом от 29 июня 2015 г. № 144-ФЗ 1 5. В ранее действовавшей редакции указывалось, что погашение и снятие судимости аннулируют все правовые последствия, связанные с судимостью. Эта редакция с момента введения в действие УК РФ, т. е. с 1 января 1997 г., долгое время оставалась неизменной. Однако Федеральным законом от 6 апреля 2011 г. № 66-ФЗ редакция ч. 1 данной статьи была изменена и наряду с уголовно-правовыми право-ограничениями было указано на упомянутые выше общеправовые ограничения для судимых 16. С момента введения таких изменений в институт судимости возникли противоречия между категорическим требованием уголовного закона об аннулировании всех правоограничений, связанных с судимостью, после ее снятия или погашения и реальной ситуацией в ином федеральном законодательстве. Эту оплошность и исправил законодатель, внеся изменения в ч. 6 ст. 86 УК РФ, где закрепил, что аннулируются не все последствия, связанные с судимостью, а только те, которые предусмотрены в Уголовном кодексе. Тем самым было констатировано, что в иных федеральных законах и после погашения и снятия судимости могут сохраняться определенные правоограничения для лиц, когда-то совер-
7 Об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы : федеральный закон от 6 апреля 2011 г. № 64-ФЗ.
8 О частной детективной и охранной деятельности : закон Российской Федерации от 11 марта 1992 г. № 2487-1 (ст. ст. 6, 111).
9 Об адвокатской деятельности и адвокатуре Российской Федерации : федеральный закон от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ (ст. 9).
10 О несостоятельности (банкротстве) : федеральный закон от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ (ст. 20).
11 Воздушный кодекс Российской Федерации (ст. 52) : введен в действие федеральным законом от 19 марта 1997 г. № 60-ФЗ.
12 Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая (ст. 35) : введен в действие федеральным законом от 30 ноября 1994 г. № 51-ФЗ.
13 О воинской обязанности и военной службе : федеральный закон от 28 марта 1998 г. № 53-ФЗ (ст. 51).
14 О муниципальной службе в Российской Федерации : федеральный закон от 2 марта 2007 г. № 25-ФЗ (ст. 13)
15 О внесении изменения в статью 86 Уголовного кодекса Российской Федерации : федеральный закон от 29 июня 2015 г. № 194-ФЗ.
16 О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «Об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы» : федеральный закон от 6 апреля 2011 г. № 66-ФЗ.
шивших преступления. Вполне логично возникает вопрос о сроках действия таких правоограничений, поскольку человек, даже единожды преступивший уголовный закон, не должен на всю оставшуюся жизнь лишиться конституционно гарантированных прав.
В 2013 г. данная проблема стала предметом рассмотрения в Конституционном Суде Российской Федерации. Применительно к общеправовым последствиям судимости Конституционный суд указал, что они, по общему правилу, должны соответствовать срокам судимости, только в порядке исключения в целях защиты конституционных ценностей вопрос о сроках может быть решен в федеральном законе иным образом 1 7. При этом бессрочное и недифференцированное ограничение пассивного избирательного права в отношении граждан Российской Федерации, осужденных к лишению свободы, осужденных за совершение тяжких и (или) особо тяжких преступлений, было признано не соответствующим Конституции Российской Федерации 18. После данного решения законодатель скорректировал свою позицию, касающуюся ограничения лиц, ранее совершивших тяжкие или особо тяжкие преступления, в пассивном избирательном праве и праве выбора рода занятий. Были внесены изменения в ряд федеральных законов. Согласно этим изменениям введены определенные сроки, аннулирующие значение погашенной или снятой судимости. Теперь не все ранее когда-либо судимые за тяжкие и особо тяжкие преступления граждане не могут избираться Президентом Российской Федерации, в представительные органы власти Российской Федерации, на должность высшего должностного лица субъекта Российской Федерации, а только те из них, у которых после снятия или погашения судимости за совершение тяжкого преступления не прошло 10 лет, а за совершение особо тяжкого преступления — 15 лет 19. Таким же образом сформулированы данные правоограни-
чения и во вновь принятом федеральном законе в отношении лиц, которые не могут быть избраны депутатами Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации 20. Однако вряд ли можно считать такую линию на обеспечение избирательных прав граждан последовательной. Введя названные послабления применительно к ранее судимым за тяжкие и особо тяжкие преступления, законодатель спустя шесть лет пошел на ужесточение ограничений для лиц, имевших судимость за преступления средней тяжести. Если ранее они могли быть избраны в представительные органы власти сразу после погашения или снятия судимости, то теперь это право они получают только спустя пять лет нахождения в статусе лица, имевшего судимость 21.
К этой же группе правоограничений относится и запрет занимать должности в органах и организациях прокуратуры лицам, имеющим или имевшим судимость. Следует обратить внимание на избыточность в описании лица, совершившего преступление, которому установлен данный запрет. Как и в ряде других федеральных законов, наряду с имеющейся или имевшейся судимостью указывается и отбывание наказания в виде лишения права занимать должности на государственной службе на определенный срок. Но ведь и так ясно, что в период отбывания этого или какого-либо другого наказания лицо считается судимым, т. е. данная ситуация охватывается первым, более общим запретом и отдельного уточнения не требует 22.
Достаточно обширна третья группа правоогра-ничений, предусмотренных во многих федеральных законах, регулирующих прохождение различных видов правоохранительной государственной службы, т. е. деятельности, связанной с предъявлением к лицам, ее осуществляющим, особых нравственных требований. Эти правоограничения за редким исключением сформулированы как бессрочные. Так, лица, не только имеющие или имевшие судимость, но и освобожденные от уголовной ответственности по
17 В качестве примера вполне оправданного бессрочного правоограничения для обеспечения общественной безопасности, жизни и здоровья граждан можно указать на запрет выдавать лицензии на приобретение оружия лицам, имеющим снятую или погашенную судимость за тяжкое или особо тяжкое преступление, совершенное с применением оружия (Об оружии : федеральный закон от 13 декабря 1996 г. № 150-ФЗ (ст. 13)).
18 По делу о проверке конституционности подпункта «а» пункта 32 статьи 4 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации», части первой статьи 10 и части шестой статьи 86 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан Г. В. Егорова, А. Л. Казакова, И. Ю. Кравцова, А. В. Куприянова, А. С. Латыпова и В. Ю. Синькова : постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 10 октября 2013 г. № 20-П.
19 О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации : федеральный закон от 21 февраля 2014 г. № 19-ФЗ.
20 О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации : федеральный закон от 22 февраля 2014 г. № 20-ФЗ (ст. 4).
21 О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации : федеральный закон от 23 мая 2020 г. № 153-ФЗ.
22 О прокуратуре Российской Федерации : федеральный закон от 17 января 1992 г. № 2202-1 (ст. 401).
нереабилитирующим основаниям, перечисленным в соответствующих федеральных законах, не могут быть приняты на службу или продолжать ее:
— в органах внутренних дел 23;
— в органах принудительного исполнения 24;
— в уголовно-исполнительной системе 25;
— в Следственном комитете 26;
— в Федеральной службе безопасности 27.
В связи с этим удивляет разный подход к двум категориям должностных лиц, стоящих на страже закона. Лицо, когда-либо совершившее преступление, на тех же основаниях, что и в вышеуказанных случаях, не может претендовать на должность судьи 28, но в то же время закон не запрещает ему занимать должность прокурора в случае, если он был ранее освобожден от уголовной ответственности по нереабилитирующим основаниям.
Поскольку лица, ранее совершившие те или иные преступления, могут оказать отрицательное воздействие на нравственное и физическое развитие молодого поколения, особенно несовершеннолетних, им в случаях, предусмотренных в федеральном законодательстве, запрещается заниматься педагогической деятельностью, а также деятельностью в сфере образования, воспитания и развития несовершеннолетних, в том числе такие лица не могут быть усыновителями и опекунами (попечителями) несовершеннолетних. До недавнего времени этот запрет был бессрочным для всех лиц, совершивших перечисленные в соответствующем федеральном законе преступления. Однако Конституционный Суд РФ в своем постановлении от 18 июля 2013 г. № 19-П указал на неконституционность такого безусловного и бессрочного запрета без учета общественной опасности ранее совершенного преступления и лица, его совершившего 2 9. Во исполнение данного постановления законодатель внес изменения в ряд федеральных законов (Трудовой кодекс Российской Федерации, «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных
предпринимателей», Семейный кодекс Российской Федерации и др.), разрешив соответствующим органам допускать к указанным видам деятельности лиц, имеющих снятую или погашенную судимость и освобожденных от уголовной ответственности по нереабилитирующим основаниям, если ими совершены только те из перечисленных в этих законах преступления, которые относятся к категориям небольшой или средней тяжести 30.
В целом применительно к третьей группе пра-воограничений следует отметить, что законодатель пытается закрыть для лиц, продемонстрировавших совершением преступления пренебрежение к установленным нормам поведения в обществе, наиболее значимые для государства сферы деятельности, связанные с высокими репутационными требованиями или с оказанием воспитательного воздействия на молодое поколение. В некоторых случаях законодатель пошел на определенные послабления, установив механизм аннулирования общеправовых последствий совершения ряда нетяжких преступлений. Настораживает здесь другое. Достаточно сомнительный с конституционной точки зрения институт освобождения от уголовной ответственности [9, с. 493-497; 10, с. 22-26] имеет право на существование только в том случае, если государство презюмирует, что лицо признает свою вину в совершенном преступлении, раскаивается и производит какие-то действия по минимизации последствий своего деяния (ст. ст. 75-762 УК РФ) или длительное время не совершает новых преступлений (ст. 78 УК РФ). И то и другое воспринимается законодателем как свидетельство отпадения общественной опасности освобождаемого лица, о чем прямо говорится в ч. 1 ст. 75 УК РФ, или, по крайней мере, о существенном ее снижении. А если это так, логично устанавливать значительно большие послабления для лиц, чья меньшая общественная опасность для законодателя очевидна по сравнению с теми, кто ранее был привлечен к уголовной ответственности по обвинительному приговору суда. Бо-
23 О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации : федеральный закон от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ (ст. ст. 14, 17, 82).
24 О службе в органах принудительного исполнения Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации : федеральный закон от 1 октября 2019 г. № 328-ФЗ (ст. 14, 17).
25 О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» : федеральный закон от 19 июля 2018 г. №197-ФЗ (ст. ст. 14, 17).
26 О Следственном комитете Российской Федерации : федеральный закон от 28 декабря 2010 г. № 403-ФЗ (ст. ст. 16, 30).
27 О Федеральной службе безопасности : федеральный закон от 3 апреля 1995 г. № 40-ФЗ (ст. 16).
28 О статусе судей в Российской Федерации : федеральный закон от 26 июня 1992 г. № 3132-1 (ст. 4).
29 По делу о проверке конституционности пункта 13 части первой статьи 83, абзаца третьего части второй статьи 331 и статьи 3511 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан В. К. Барабаш, А. Н. Бекасова и других и запросом Мурманской областной Думы.
30 О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации : федеральный закон от 31 декабря 2014 г. № 489-ФЗ ; О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации : федеральный закон от 13 июля 2015 г. № 237-ФЗ.
лее того, согласно ч. 2 ст. 86 УК РФ лица, освобожденные от уголовного наказания, считаются несуди-мыми. Речь в данном случае идет о тех, кто освобожден от наказания в связи с изменением обстановки (ст. 801 УК РФ), по болезни (ч. 1 ст. 81), в связи с истечением сроков давности обвинительного приговора суда (ст. 83), с применением принудительных мер воспитательного характера (ст. 92) и по амнистии (ст. 84). На них за редким исключением 31 не распространяются многочисленные общеправовые ограничения, хотя фактически они также являются лицами, совершившими преступления, причем в ряде случаев представляют большую общественную опасность, чем освобожденные от уголовной ответственности по нереабилитирующим основаниям. Наконец, следует обратить внимание на то, что законодатель, установив правоограничения данной группы, не учитывает изменения, происходящие в институте освобождения от уголовной ответственности по не-реабилитирующим основаниям. Так, освобождение от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа введено более четырех лет назад, но ни в одном федеральном законе оно не указано в качестве препятствия для лиц, освобожденных по этому основанию, занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. Мотивы такой забывчивости законодателя неясны, но лица, освобожденные от уголовной ответственности по этому основанию, фактически оказываются в привилегированном положении.
Необходимо констатировать, что только часть негативных последствий для лица, совершившего
преступление, указаны в уголовном законодательстве в виде форм реализации уголовной ответственности, включая правоограничения наказания, испытания и судимости. Большая же их часть рассредоточена в десятках федеральных законов и касается многих сфер жизнедеятельности, в том числе и тех, которые в соответствии с Конституцией РФ являются основой правового статуса личности в Российской Федерации. Большое количество таких правоограничений бессрочно распространяется на лиц, которые совершили нетяжкие преступления и в силу меньшей общественной опасности по сравнению с другими преступниками признаны достойными освобождения от уголовной ответственности по нереабилитирующим основаниям. В настоящее время многие из правоограничений для лиц, совершивших преступления, сформулированы противоречиво, с ненужными повторами, юридически небрежно. Необходима ревизия всего объема данных правоограничений в федеральном законодательстве, а также выработка универсального подхода к их закреплению. Очевидно, что многие правоограниче-ния перейдут в статус хотя и долговременных, но все же срочных, а бессрочными останутся только те правоограничения, отмена которых связана с угрозой снижения уровня криминологической безопасности общества. Такая масштабная работа под силу лишь специальной экспертной группе из ведущих российских ученых-правоведов, которую можно создать под эгидой Комитета по безопасности и противодействию коррупции Государственной Думы Российской Федерации.
Список литературы
1. Горобцов В. И. Теоретические проблемы реализации мер постпенитенциарного воздействия. Орел, 1995.
2. Грамматчиков М. В. Судимость в уголовном праве России. Красноярск, 2003.
3. Гришко А. Я., Потапов А. М. Амнистия. Помилование. Судимость. М., 2009.
4. Марцев А. И. Преступление: социально-правовой анализ. Омск, 2012.
5. Елинский А. В. Неуголовно-правовые последствия прежней судимости в свете решений Конституционного Суда РФ // Журнал российского права. 2010. № 7.
6. Гравина А. А, Хромова Н. М. Институт судимости и ее правовые последствия // Журнал российского права. 2015. № 5.
7. Нечепуренко А. А. Разграничение содержания и последствий судимости // Научный вестник Омской академии МВД России. 2019. № 4.
8. Уголовный закон: Опыт теоретического моделирования / отв. ред. В. Н. Кудрявцев, С. Г. Келина. М., 1987.
31 Только в Федеральный закон от 27 мая 1996 г. № 57-ФЗ «О государственной охране» (подп. 4 п. 5 ст. 18) были внесены изменения, в соответствии с которыми не могут быть приняты на службу или на работу в органы государственной охраны как граждане Российской Федерации, имеющие или имевшие судимость или освобождавшиеся от уголовной ответственности по ряду нереабилитирующих оснований, так и освобождавшиеся от уголовного наказания (О внесении изменений в Федеральный закон «О государственной охране» и отдельные законодательные акты Российской Федерации : федеральный закон от
1 июля 2017 г. № 148-ФЗ).
9. Разгильдиев Б. Т. Конституционная «презумпция невиновности» и ее отражение в уголовном законодательстве России // Конституционные основы уголовного права : мат-лы I всерос. конгресса по уголовному праву, посвященного 10-летию Уголовного кодекса Российской Федерации. М., 2006.
10. Проценко С. В. О противоречии действующего института освобождения от уголовной ответственности основным положениям Конституции РФ // Российский следователь. 2010. № 19.