Научная статья на тему 'Вопросы соотношения категорий «Правовой режим», «Правовое состояние», «Правовой порядок»'

Вопросы соотношения категорий «Правовой режим», «Правовое состояние», «Правовой порядок» Текст научной статьи по специальности «Государство и право. Юридические науки»

CC BY
421
93
Поделиться
Ключевые слова
ПРАВОВОЙ РЕЖИМ / ПРАВОВОЕ СОСТОЯНИЕ / ПРАВОВОЙ ПОРЯДОК

Аннотация научной статьи по государству и праву, юридическим наукам, автор научной работы — Ситников Анатолий Петрович

Рассматриваются вопросы соотношения таких основных правовых категорий теории государства и права, как «правовой режим», «правовое состояние», «правовой порядок».

Текст научной работы на тему «Вопросы соотношения категорий «Правовой режим», «Правовое состояние», «Правовой порядок»»

Вестник Челябинского государственного университета. 2009. № 31 (169).

Право. Вып. 21. С. 9—11.

А. П. Ситников

вопросы соотношения категорий «правовой режим»,

«ПРАВОВОЕ СОСТОЯНИЕ», «ПРАВОВОй ПОРЯДОК»

Рассматриваются вопросы соотношения таких основных правовых категорий теории государства и права, как «правовой режим», «правовое состояние», «правовой порядок».

Ключевые слова: правовой режим, правовое состояние, правовой порядок.

Анализ общетеоретической и конституционно-правовой литературы позволяет сделать вывод о том, что зачастую понятия «правовой режим», «правовое состояние», «правовой порядок» употребляются как тождественные (как синонимы), в то же время между названными категориями существуют различия, выявить которые позволяет семантический и специальнонаучный анализ с привлечением наработок системы современных представлений о правовых режимах и правовых состояниях.

Важное значение имеет выявление соотношения категорий «правовой режим» и «правовой порядок». При этом следует отметить, что термин «порядок» имеет, прежде всего, социологическое значение. Так, например, Т. Парсонс понимает под порядком «неслучайность» социального взаимодействия индивидов, некую социальную систему, в которой индивиды, признавая определенные стандарты, ценности, подходящие и практичные способы поведения, действуют чаще всего упорядоченно. Склонность индивидов действовать одинаково в определенных обстоятельствах позволяет наблюдать существование весьма устойчивых «социальных регулярностей». По мнению Т. Парсонса, имеются два главных средства, при помощи которых поддерживается социальное равновесие, и в результате отказа от одного из них возникает нарушение такого равновесия. Первое средство — это социализация, второе — социальный контроль, под которым понимаются все способы поддержания порядка среди людей. Что же касается самого «порядка», то под ним подразумевается такое типичное действие, которое ожидается и одобряется в социальной системе1.

Несколько иного подхода придерживается Ч. Миллс, который называл «ценностные ориентиры» и «нормативную структуру» по Т. Парсонсу символами узаконения власти2, характеризующими тот или иной режим.

Ж. Падьоло определяет порядок в обществе как систему отношений, которые устанавливаются между индивидами и группами. Автор считает, что порядок всегда оказывается тем или иным образом организованным феноменом, в котором сплетаются предвидимое, ожидаемое и случайное. Именно такой организуемый характер порядка представляет собой ответ на разнообразные и непредвиденные ощущения неопределенности, характеризующие социальные отношения. Падьоло выделяет четыре фундаментальных процесса социального порядка: обмен, власть, консенсус и конфликт3.

Интерес для нас, в первую очередь, представляет нормативный аспект понимания категории «порядок». При этом, рассматривая нормативную составляющую указанной категории, исследователи принимают два допущения. Во-первых, общество не есть хаос; оно представляет собой относительно устойчивое целое, охватывающее совокупность жизненных функций, достаточных для самосохранения индивидов и групп, взаимодействующих между собой и со средой. Во-вторых, взаимодействие индивидуальных и коллективных членов общества, а также поведение среды поддаются определению и предвидению4.

Я. Щепаньский полагает, что о нормативном порядке речь идет в том случае, когда «целерационально» действующие индивиды и группы ориентируются на правила и ожидают, что их потребности и интересы будут удовлетворены в рамках существующих правил и социального контроля5.

Правовой порядок определяет субъективные права и обязанности людей и регулирует три сферы: 1) отношение людей по обмену ценностями; 2) отношение управления и подчинения; 3) охранительные отношения, возникающие в связи с нарушением правил в первых двух сферах координации и субординации действий.

Третью сферу отношений регулируют нормы правового контроля. «Охранительные правовые отношения возникают после правовых нарушений — поступков или преступлений», — пишет А. И. Бобылев6.

Т. Парсонс полагает, что правовые нормы не исчерпывают собой содержание нормативного порядка, который включает моральные нормы и поддерживается внеправовыми санкциями7. В свою очередь, Ф. Лерш, применяя комплексный критерий (происхождение, степень пред-писательного и связующего характера норм), предлагает более сложную классификацию норм порядка и различает конвенциональные, институциональные и идеальные нормы8. При этом конвенциональные нормы основываются на соглашении, их происхождение анонимно, а следование им происходит во многом бессознательно. К таким нормам относятся обычаи всех сфер общественной жизни. В отличие от конвенциональных норм, институциональные, то есть правовые нормы, характеризуются определенностью своего происхождения. Их проводником становится государственное законодательство, которое может институционализировать (наделять юридическим статусом) часть значимых обычаев. Институциональные нормы служат сознательно выдвигаемым целям и обосновываются ими. Идеальные нормы — это представления о должном поведении, которые находятся за пределами прагматизма, личной целесообразности. Содержание идеальных норм дедуцируется из идей (высших целей социальной жизни, и представление о свободе, справедливости, правде, добре, красоте зависит от господствующего в данную эпоху мировоззрения)8. Преимуществами данной классификации следует назвать то, что она позволяет различать источники правовых установлений, возможное несоответствие между сохранившими связующую силу обычаями и правовыми нормами, а также явления культурной легитимации правового порядка.

Сравнивая понятия «режим» и «управление», можно сделать ряд выводов. В российском праве и управление, и режим обладают государственновластной природой, являются способами влияния государства на процессы, протекающие в обществе, в частности, на публично-правовые процессы. При этом управление, как представляется, является понятием более широким, поскольку государство использует правовые режимы как один из его инструментов. Режимы как элементы

управления жестко устанавливаются либо санкционируются государством в исключительных случаях (режим чрезвычайного положения, режим военного положения), в отношении отдельных территорий (режим заповедных территорий и объектов), в отношении объектов (режим оборота наркотических средств), в отношении субъектов (режим наибольшего благоприятствования, национальный режим). Таким образом, понятия «режим» и «управление» взаимозависимы, но не являются одноплановыми, поскольку правовые режимы можно расценивать в качестве комплексного, сложносоставного средства в арсенале государственного управления, применяемого либо в исключительных случаях, когда обычные нормы права оказываются разрозненными и несостоятельными, либо в отношении субъектов, территорий и объектов, имеющих особое значение для государства.

При выявлении соотношения понятий «состояние» и «порядок» следует исходить из утверждения П. А. Цыганкова о том, что если состояние характеризуется общими параметрами системы, то режим обозначает специфические пути и средства, какими эти функции могут быть структурированы и встроены в институты и процедуры, а также возникающие в ходе этого специфические взаимоотношения9.

В правовом аспекте категории «порядок» и «режим» имеют весьма близкий смысл (содержание). Как отмечается в литературе, правовое состояние представляет собой особую разновидность социального состояния, которая выступает сложным, относительно самостоятельным элементом правовой системы, представляет собой закрепленное образование и выражает меру процесса движения субъектов либо объектов юридического бытия в соответствующих временных и пространственных отношениях10.

Такие авторы, как М. С. Строгович, Д. А. Керимов, И. С. Самощенко, Е. А. Лукашева, В. В. Борисов, П. М. Рабинович, придерживаются мнения о том, что правопорядок является всеобщим, универсальным, объективно необходимым для социально-правовых режимов или социальноправовых состояний. С точки зрения Н. И. Ма-тузова и А. В. Малько, особый порядок правового регулирования выражается в определенном сочетании юридических средств и создает желаемое социальное состояние и конкретную степень благоприятности либо неблагоприят-ности для удовлетворения интересов субъектов

права. По мнению Б. А. Кистяковского, правовое состояние является правоотношением общерегулятивного типа11.

Е. С. Ращевский полагает, что обеспечению надлежащего правового режима служат цели, которые преследует правовое регулирование общественного процесса в широком смысле, частью которого является в научном понимании и управление12.

По мнению А. В. Малько, правовым режимам присущи следующие основные признаки: 1) они устанавливаются законодательством и обеспечиваются государством; 2) имеют целью специфическим образом регламентировать конкретные области общественных отношений, выделяя во временных и пространственных границах те или иные субъекты и объекты права; 3) представляют собой особый порядок правового регулирования, состоящий из совокупности юридических средств и характеризующийся определенным их сочетанием; 4) создают конкретную степень благоприятности либо неблагоприятности для удовлетворения интересов субъектов и их объеди-

нений13.

Совокупность названных признаков, на наш взгляд, позволяет, во-первых, отграничить правовой режим от таких категорий, как правовой порядок, правовое состояние, и тем самым определить место специальных правовых режимов в системе правовых средств, используемых государством в целях обеспечения безопасности граждан и защиты конституционного строя Российской Федерации, а во-вторых, свидетельствует о самостоятельной юридической природе специальных правовых режимов, несмотря на наличие общих признаков с иными средствами, используемыми государством в целях обеспечения безопасности граждан и защиты конституционного строя Российской Федерации.

Таким образом, общеправовая категория «правовой режим» может быть определена как самостоятельное правовое средство государства, используемое в целях обеспечения безопасности граждан и защиты конституционного строя, как специализированный порядок деятельности субъектов права, предназначенный для решения специфических задач или функционирования публично-властных субъектов в особых обстоятельствах.

Примечания

1 См.: Парсонс, Т. Общий обзор. Американская социология. М., 1972.

2 См.: Миллс, Ч. Высокая теория. Американская социологическая мысль. М., 1994. С. 157.

3 См.: Трущенко, О. Е. Реферат книги Ж. Падьоло «Социальный порядок: принципы социологического анализа» // Современные социологические теории общества. М., 1996. С. 108-109.

4 См.: Агафонов, Ю. А. Социальный порядок в России (институциональный и нормативно-правовой аспекты). Ростов н/Д., 2000. С. 157.

5 См.: Щепаньский, Я. Элементарные понятия социологии. М., 1966. С. 112-113.

6 Бобылев, А. И. Механизм правового воздействия на общественные отношения // Государство и право. 1999. № 5. С. 108.

7 См.: Парсонс, Т. Указ. соч. С. 367.

8 См.: Лерш, Ф. Право как порядок. Мюнхен, 1972. С. 105107.

9 См.: Цыганков, П. А. Современные политические режимы. Структура, типология, динамика. М., 1995. С. 265.

10 См.: Байтин, М. И. О логико-гносеологической и юридической природе правового состояния / М. И. Байтин, В. М. Баранов // Вопросы теории государства и права. Саратов, 1991. С. 48.

11 См.: Кистяковский, Б. А. Социальные науки и право. М., 1916. С. 106.

12 См.: Ращевский, Е. С. Денежное обязательство в процедуре внешнего управления : дис. ... канд. юрид. наук. Хабаровск, 2002.

13 См.: Малько, А. В. Стимулы и ограничения в праве. М., 2004. С. 207.