Научная статья на тему 'Уголовно-правовая защита недвижимых памятников истории и культуры: реалии и перспективы'

Уголовно-правовая защита недвижимых памятников истории и культуры: реалии и перспективы Текст научной статьи по специальности «Государство и право. Юридические науки»

CC BY
386
55
Поделиться
Ключевые слова
НЕДВИЖИМЫЕ ПАМЯТНИКИ ИСТОРИИ И КУЛЬТУРЫ / КУЛЬТУРНЫЕ ЦЕННОСТИ / УНИЧТОЖЕНИЕ ИЛИ ПОВРЕЖДЕНИЕ НЕДВИЖИМЫХ ПАМЯТНИКОВ ИСТОРИИ И КУЛЬТУРЫ / УГОЛОВНОЕ ПРАВО / СТАТЬЯ 243 УГОЛОВНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Аннотация научной статьи по государству и праву, юридическим наукам, автор научной работы — Клебанов Л. Р.

Недвижимые памятники истории и культуры подвергаются в настоящее время различному вредному воздействию со стороны человека, включая совершение преступлений. В статье говорится о недвижимых памятниках истории и культуры как о предмете преступления и как о виде культурных ценностей. Статья также повествует о различных видах уничтожения и повреждения таких памятников, об основных криминальных угрозах, о трудностях правоприменительной практики и о способах их решения.

Criminal law protection of immovable historical and cultural monuments: realities and perspectives

At present immovable historical and cultural monuments are influenced by various harmful activities of man including the committing crimes. The article carries material about immovable historical and cultural monuments as the object of crime and form of cultural values. The author describes various forms of damaging and destruction of such monuments, main criminal threats for them, difficulties appearing in the process of using norms of law and methods which resolve these problems

Текст научной работы на тему «Уголовно-правовая защита недвижимых памятников истории и культуры: реалии и перспективы»

Раздел 4. Уголовное законодательство и криминологическая наука

УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ зАщИТА НЕДВИЖИМЫХ ПАМЯТНИКОВ ИСТОРИИ И КУЛЬТУРы: РЕАЛИИ И ПЕРСПЕКТИВЬ!

Л.Р. Клебанов

(старший научный сотрудник Института государства и права Российской академии наук, кандидат юридических наук, доцент, г. Москва; leon_klb@stream.ru)

Недвижимые памятники истории и культуры подвергаются в настоящее время различному вредному воздействию со стороны человека, включая совершение преступлений. В статье говорится о недвижимых памятниках истории и культуры как о предмете преступления и как о виде культурных ценностей. Статья также повествует о различных видах уничтожения и повреждения таких памятников, об основных криминальных угрозах, о трудностях правоприменительной практики и о способах их решения.

Ключевые слова: недвижимые памятники истории и культуры, культурные ценности, уничтожение или повреждение недвижимых памятников истории и культуры, уголовное право, статья 243 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 44 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на участие в культурной жизни и пользование учреждениями культуры, на доступ к культурным ценностям.

Забота о сохранении исторического и культурного наследия и бережное отношение к памятникам истории и культуры является обязанностью, закрепленной все той же статьей российской Конституции. Согласно статье 12 Основ законодательства Российской Федерации о культуре «Право на приобщение к культурным ценностям» каждый человек имеет право на приобщение к культурным ценностям, на доступ к государственным библиотечным, музейным, архивным фондам, иным собраниям во всех областях культурной деятельности [1].

Только по официальным данным, в нашем Отечестве насчитывается более 2 500 музеев, где хранится почти 100 миллионов различных ценностей как материальной, так и духовной культуры народов России [2, с. 3]. Музеи только одного ведомства - Министерства культуры - содержат свыше 40 миллионов различных экспонатов, многие из которых являются подлинными раритетами российской и мировой культуры. Российские библиотеки хранят свыше 1 миллиарда томов [3, с. 3]. На сегодняшний день в 20 000 храмах, мечетях, синагогах, костелах и других религиозных учреждениях размещены культо-

вые культурные ценности, произведения искусства. Множество культурных ценностей сосредоточено более чем в 6 000 частных собраний, у членов 200 всевозможных объединений, в том числе обществ коллекционеров [2, с. 3].

По оценкам специалистов, в настоящее время на территории России находится примерно 140 тысяч всевозможных недвижимых памятников истории и культуры, из них 25 тысяч - памятники истории и культуры федерального значения [4], охрана которых должна стать одним из главных направлений деятельности государства, поскольку каждый третий памятник находится в неудовлетворительном состоянии, а каждый двенадцатый - в аварийном. Некоторые эксперты заявляют, что ежедневно с территории нашей страны исчезают по три памятника [5]. По другой информации, которую приводит министр культуры Российской Федерации А. Авдеев, за последние десять лет в России утрачено около двух тысяч памятников истории и культуры [6].

Президент РФ Д.А. Медведев, выступая на одном из заседаний Госсовета в Новгороде, уточнил эти данные: за последние 10 лет в России утрачено 2,5 тыс. памятников истории и культуры, а больше половины нуждаются в срочной реставрации [7]. По данным Генеральной прокуратуры РФ, ежегодно в результате воздействия различ-

ных негативных факторов (в первую очередь, из-за противоправных действий граждан и организаций) утрачивается около 200 памятников истории и культуры народов России [8]. В одной только Москве насчитывается 6 500 памятников культурного наследия, из них 2,5 тысячи - памятники федерального значения [9; 10], причем около трети всех московских памятников находится в частной собственности [11].

Охрана недвижимых памятников истории и культуры является на сегодняшний день одной из ключевых задач, стоящих перед государством. Ее актуальность обусловливается тем особым статусом, которым обладают недвижимые объекты культурного наследия.

С одной стороны, недвижимые памятники являются культурными ценностями, которые можно определить как материальные движимые и недвижимые предметы религиозного или светского характера, созданные человеком либо природой или человеком и природой, имеющие историческую, научную, архитектурную, художественную, археологическую, палеонтологическую, анатомическую, минералогическую, документальную, градостроительную, нумизматическую, филателистическую и иную культурную значимость для части общества, всего общества и государства независимо от формы собственности на них и времени их создания. Исходя из вышеизложенного, можно заключить, что значение недвижимых памятников как одного из видов культурных ценностей будет проявляться в следующем: они играют во многом определяющую роль при воспитании патриотизма и гражданской позиции; позволяют изучить и осознать тысячелетнюю историю России и ее народов; приобщают людей к пониманию выдающихся достижений мирового и отечественного художественного искусства; помогают сохранить самобытность и духовную неповторимость народов России в эпоху глобализации и не допустить культурной ассимиляции; укрепляют государственно-конфессиональные отношения и способствуют улучшению духовно-религиозного климата; положительно влияют

на душевное состояние человека; содействуют дружескому диалогу культур разных народов и стран; имеют важное значение для развития такой сферы национальной и международной экономики, как туризм [12, с. 10-11] (подчеркнуто нами. - Л. К.).

С другой стороны, согласно ст. 1 Федерального закона от 25 июня 2002 г. № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» данные памятники являются особым видом недвижимого имущества [13], что допускает в определенных случаях их коммерческий оборот. Кроме того, недвижимые памятники истории и культуры выступают важными градообразующими объектами, формирующими неповторимый облик многих российских городов, существенно ограничивая при этом возможность какой-либо хозяйственной деятельности в зонах их охраны [14].

В специальной литературе выделяются особые признаки недвижимых памятников истории и культуры, присущие только им. К таким признакам относят материальность, антропогенность и недвижимость.

Материальность означает, что памятники являются материальными объектами, находящимися в агрегатном состоянии «тело» (конкретнее, «твердое тело»). Тело имеет ограниченную, замкнутую поверхность, что определяет его форму в пространстве. Антропогенность означает тот факт, что памятники истории и культуры представляют собой результат деятельности людей. Человеческое общество преобразует или, во всяком случае, влияет на изменение естественной среды своего обитания в процессе любой деятельности. В результате этого появляются объекты, которые впоследствии становятся для общества памятниками военной или политической истории, архитектуры или искусства, науки или техники. Отсутствие признаков воздействия человека на объект природы лишает его возможности признаваться памятником истории и культуры. Под недвижимостью памятника, по оценке Е.В. Вагановой и В.В. Гапоненко, следует понимать его единство с окружающей средой (курсив наш. - Л. К.).

Как отмечают данные авторы, «недвижимость памятников истории и культуры

- это целесообразное, оправданное практикой их использования условие сохранения памятников, рекомендующее не отрывать их от своей естественной среды, места своего возникновения, где они являлись “участниками” или “свидетелями” событий. Сохранение материально-пространственной среды усиливает эмоциональное воздействие памятника, а перенесение в специальное место для музеефицирова-ния лишает его этого качества и превращает в обычный музейный экспонат» [15, с. 12-13]. Если первый и третий признаки недвижимых памятников не подвергаются сомнению, то признак антропогенности не является безупречным, хотя некоторые авторы твердо считают, что к недвижимым памятникам нельзя относить творения только природы, в которых не воплощен труд человека.

Так, Т.Р. Сабитов полагает, что «уничтожение или повреждение комплексов и объектов, имеющих природное происхождение, в отличие от тех же действий по отношению к культурным ценностям, которые могут быть созданы человеком, следует квалифицировать по ст. 262 УК РФ» [16, с. 15], а не по ст. 243 УК РФ «Уничтожение или повреждение памятников истории и культуры». Е.А. Лачина также указывает на то, что понятие предмета преступления, предусмотренного ст. 243 УК РФ, имеет существенные недостатки и что «природные комплексы и объекты, взятые под охрану государством», по своей сути являются памятниками природы и, соответственно, как предмет преступления должны быть закреплены в главе 26 УК, предусматривающей уголовную ответственность за экологические преступления [17, с. 25].

Однако следует подчеркнуть, что формулировка диспозиции ст. 243 УК РФ действительно, по нашему мнению, допускает расширительное толкование предмета преступления и, соответственно, возможность включения в его состав практически всех охраняемых правом объектов. При этом нельзя утверждать, что уничтожение

или повреждение объектов природного происхождения вообще не подпадает под действие ст. 243 УК РФ. Довольно большое их количество относится к культурным ценностям по своему характеру и на основании закона. Объектами данной категории, например, являются Валаамские острова на Ладоге с уникальными лесами и ансамблем бывшего монастыря, Соловецкий государственный историко-архитектурный и природный музей-заповедник, историко-культурный и природный музей-заповедник «Томская писаница» (Кемеровская область), историко-культурный и природный музей-заповедник «Парк Монрепо» (г. Выборг) и т.д. [18]. Нельзя в этом случае не привести слова Д.С. Лихачева: «Если убить человека биологически может несоблюдение законов биологической экологии, то убить человека нравственно может несоблюдение законов экологии культурной. Между ними нет пропасти, как нет четко обозначенной границы между природой и культурой» [19, с. 11]. Ф. Бэкон, размышляя о взаимодействии человека и природы, отметил, что «сама природа, испытывая воздействие человека, уже свободно не развивается своим обычным естественным путем, но, уступая труду и искусству человека, подчиняется его воле и как бы рождается вновь» [20, с. 158-159]. Существуют, однако, не только философские и культурологические, но и правовые аргументы в пользу нашей позиции.

Например, в статье 1 главы I Рекомендации ЮНЕСКО о сохранении культурных ценностей, подвергающихся опасности в результате проведения общественных или частных работ (1968 г.) установлено, что термин «культурные ценности» распространяется также на непосредственно окружающую их обстановку. Как подчеркивает С.Н. Молчанов, несмотря на четкую объективную дифференциацию понятий «культурное наследие» и «природное наследие», в частности, в Конвенции об охране Всемирного культурного и природного наследия 1972 г. и в Рекомендации об охране культурного и природного наследия в национальном плане 1972 г., уже сам факт объединения этих двух онтологи-

чески разных видов наследия в указанных нормативных актах свидетельствует об их близости как в методологически-правовом аспекте, так и с точки зрения организации практической охраны [21, с. 335]. В Рекомендации ЮНЕСКО о сохранении и современной роли исторических ансамблей 1976 г. под окружением подразумевается естественная или созданная руками человека окружающая среда, которая влияет на статичное или динамическое восприятие этих ансамблей либо непосредственно связана с ними в пространстве либо в социальном, экономическом или культурном отношении.

Согласно ст. 1 Федерального закона от 10 января 2002 г. № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» окружающая среда

- это совокупность компонентов природной среды, природных и природно-антропогенных объектов, а также антропогенных (созданных человеком) объектов. В п. 1 ст. 59 того же федерального закона сказано, что «правовой режим охраны природных объектов устанавливается законодательством в области охраны природной среды, законодательством о природном и культурном наследии, а также иным законодательством» [22]. В соответствии с Указом Президента РФ от 2 апреля 1997 г. № 975 «О включении в Государственный свод особо ценных объектов культурного наследия народов Российской Федерации» [23] в такой свод включен государственный мемориальный и природный музей-заповедник И.С. Тургенева «Спасское-Луто-виново», в том числе территория с расположенными на ней памятниками истории и культуры (Орловская область), и т.п. Более того, сам Федеральный закон «Об объектах культурного наследия...» относит к памятникам истории и культуры произведения садово-паркового искусства (сады, парки, скверы).

Как уже упоминалось, недвижимые памятники подвергаются многочисленным угрозам, большинство из которых связано с противоправной (а нередко преступной) деятельностью человека. «Нашествие» цивилизации предполагает строительство дорог, транспортных путей, разветвленной

инфраструктуры, нефте- и газопроводов, теплосетей, жилых домов, торговых центров, парковок и т.д. Поэтому не редки ситуации, когда к ответственности привлекаются лица, которые незаконными застройками разрушили или повредили памятники истории и культуры. Особенно ярко это проявляется в городах с богатой и самобытной культурой. По словам председателя Центрального совета Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры Г.И. Маланичевой, в исторических центрах крупных исторических городов (Ярославль, Самара, Воронеж, Казань, Калуга и др.) часто ведется несанкционированное специальными органами охраны памятников крупнообъемное, диссонан-сное по отношению к окружающей среде строительство, искажающее ценную, исторически сложившуюся градостроительную структуру этих городов. Развивается «архитектурный сепаратизм», местные архитектурные амбиции. Налицо повсеместное самовольное вторжение в заповедные исторические территории и зоны охраны памятников чужеродной коттеджной застройки [24].

Так, например, прокуратура г. Москвы провела проверку по факту уничтожения здания - выявленного объекта культурного наследия «Контора (административно-лабораторный корпус) пиво-медоваренного завода “Товарищество Калинкина - СПб-М”», 1892 г. по адресу: ул. Русаковская, 13, стр. 3. Согласно действующему законодательству данный объект также подлежит государственной охране до принятия решения о включении его в Единый государственный реестр памятников истории и культуры. Здание было принято в установленном законом порядке под государственную охрану в 2001 г. Собственником здания являлось ЗАО «МОНА». В конце 2007 г. здание приобрело ООО «Строительная компания “Бродино-Строй”», которое в соответствии с федеральным законодательством как новый собственник приняло на себя обязательство по сохранению вышеуказанного объекта. В сентябре 2008 г. Москомнаследием была проведена проверка сохранения и использования этого объ-

Юридическая наука и правоохранительная практика екта, в результате которой выяснилось, что здание отсутствует.

Как было установлено впоследствии, новый собственник начал на объекте самовольно, в нарушение действующего законодательства работы по ремонту кровли и фасада здания, в результате этого произошло его самообрушение. «Строительная компания “Бродино-Строй”» и ее руководитель были привлечены к административной ответственности, однако Москомнаследие направило письмо прокурору г. Москвы с просьбой рассмотреть возможность возбуждения уголовного дела по ст. 243 УК РФ [25].

В другом случае компания «Инвест-СтройКом» при проведении строительных работ в нарушение законодательства пыталась снести выявленный объект культурного наследия - беседку XIX века по адресу: г. Москва, Сивцев Вражек, 42, стр. 5. В связи с этим ОВД по району Арбат проводило проверку относительно возможности возбудить уголовное дело по ст. 243 УК РФ [25]. Тверская межрайонная прокуратура Москвы возбудила уголовное дело по факту сноса памятника истории и культуры «Дом-кузница 18-19 веков». Согласно сообщению, опубликованному на сайте Генеральной прокуратуры, в ходе доследствен-ной проверки установлено, что 14 октября

2006 г. в нарушение существующего законодательства был уничтожен памятник истории и культуры федерального значения в Оружейном переулке в центре столицы. Уголовное дело возбуждено по ч. 2 ст. 243 УК РФ, устанавливающей ответственность за уничтожение или повреждение особо ценных объектов и памятников общероссийского значения. Расследование велось следственным отделом при ОВД Тверского района и находилось на контроле прокуратуры Москвы [27].

Только в Москве за 2007 г. было проведено более тысячи проверок, которые осуществил Комитет по культурному наследию г. Москвы (Москомнаследие). По их итогам выписано более 400 предписаний на устранение нарушений законодательства об охране памятников истории и культуры; выдано более 230 уведомлений

о штрафах на сумму более 11 млн рублей. Зачастую Москомнаследие обращается в суд с исковыми требованиями об изъятии памятника у недобросовестного пользователя. Например, на территории исторической усадьбы конца XVIII века были проведены несанкционированные строительные и ремонтные работы, в результате которых памятнику нанесен значительный ущерб. Был подан иск об изъятии объекта, а также возбуждено уголовное дело. Выявление и принятие памятников под охрану

- процесс постоянный [9]. Следовательно, и контроль за соблюдением соответствующего законодательства должен быть весьма жестким, поскольку, по словам А. Комеча, возглавлявшего в свое время Институт искусствознания, за последнее десятилетие Москва утратила более сотни памятников, «значимых и бесценных» [28].

Не менее тревожная ситуация и в других регионах России. Так, например, прокуратура Кургана возбудила уголовное дело по факту уничтожения памятника культуры. В результате проверки было установлено, что в период с 24 по 26 апреля

2007 г. во время строительных работ был снесен памятник культуры регионального значения «Флигель усадьбы Соколова», расположенный на улице Советской. Собственником указанного объекта является некто С. Никитин, подписавший в декабре 2006 года обязательство о необходимости сохранения памятника культуры. Однако реконструкция объекта началась без соот-ветствующихразрешительных документов, в том числе согласия Комитета по культуре и искусству Курганской области. На месте реконструируемого памятника культуры началось строительство четырехэтажного здания. В результате строительных работ памятник был полностью уничтожен. По результатам проверки возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 243 УК РФ [29].

В Сыктывкаре (столица Республики Коми) по решению правительства снесено здание Республиканского театра драмы. Дом был построен в 1930 году. В 2003 г. театр был закрыт на реконструкцию, однако в начале 2006 г. года правительство республики приняло решение снести те-

атр, а на его месте построить новое здание. На защиту исторического дома вышли активисты комиссии «Мемориал», пытаясь привлечь внимание прокуратуры к тому, что проект сноса не прошел государственной экологической экспертизы. Прокурор отдела по надзору за соблюдением федерального законодательства заявил, что в разрушении здания усматриваются признаки преступления, предусмотренного ст. 243 УК РФ [30].

Четырнадцать зданий, представляющих культурную и историческую ценность, утратила столица Татарстана, Казань, в ходе выполнения Программы ликвидации ветхого жилья. По словам заместителя прокурора Татарстана, под угрозой находятся еще девятнадцать уникальных объектов, одиннадцать из которых - памятники истории и культуры. Все это происходит на фоне нарушений законодательства об охране памятников истории и культуры, градостроительного и земельного законодательства [31].

В Чечне, на территории Шелковского района, добывая сырье для производства кирпича, работники предприятия разрушили стену Мамаевского городища - памятника общероссийского значения, причем данные лица были осведомлены о статусе сооружения, и тем не менее работы, которые велись с использованием тяжелой техники, не прекратили. Разрушена часть стены памятника протяженностью до 80 метров. Добытый материал использовался как сырье для изготовления керамических кирпичей. Возбуждено уголовное дело по

ч. 2 ст. 243 УК РФ [32].

Прокуратурой установлены многочисленные факты разрушения, повреждения и уничтожения памятников истории и культуры, расположенных на земельных участках, обладающих высокой инвестиционной привлекательностью. С целью освобождения таких участков от объектов культурного наследия совершаются их поджоги, незаконный снос, нередко осуществляемый под видом переноса в иное место. К примеру, ОАО «РосФин-Строй-Холдинг» неправомерно осуществило перенос двух памятников истории и культу-

ры федерального значения в г. Иркутске: «Дома гражданского губернатора, в котором в период пребывания в ссылке бывали многие декабристы» и «Дома жилого», в результате этого старые конструкции зданий фактически утрачены [8]. Кроме того, практика прокурорского надзора свидетельствует о том, что памятники истории и культуры нередко становятся объектами рейдерских захватов [33].

Не секрет, что довольно печальная ситуация сложилась в сфере охраны памятников археологии. Как известно, объекты археологического наследия являются объектами культурного наследия федерального значения. В связи с этим возникает следующий вопрос: насколько эффективно используется статья 243 УК РФ в борьбе с «черными археологами (копателями)»? Специалисты-археологи и представители правоохранительной системы отвечают на этот вопрос отрицательно.

По словам директора Института археологии РАН Н.А. Макарова, «волна браконьерских раскопок буквально захлестнула Россию, выбросив на прилавки антикварных магазинов тысячи раритетов. Варварская добыча древностей превратилась в хорошо организованный промысел, в который вовлечены сотни людей. Объектами несанкционированных раскопок стали скифские курганы Юга России и городища железного века в Верхневолжье, финские могильники Прикамья и античные склепы Причерноморья. Нелегалы издают свой журнал «Древности и старина», создали в Интернете десятки «кладоискательских» сайтов, расширяющих возможности для кооперации и сбыта награбленного. Из единичных фактов складывается картина массового уничтожения памятников древности» [34, с. 4].

На сегодняшний день есть данные о производстве нелегальных раскопок на территории 36 субъектов Российской Федерации, от Калининградской области на западе до Приморского края на востоке [34, с. 4]. В Краснодарском крае добываются скифское и античное оружие, украшения, монеты, в Воронежской и Белгородской областях раскапываются

Юридическая наука и правоохранительная практика скифские курганы, в Прикамье - финские могильники, в Калининградской области ищут скандинавские украшения, оружие, древности римского времени и железного века, на Дальнем Востоке - бронзовое литье (зеркала, украшения, монеты, печати) чжурчженьской и бохайской средневековых культур. Набегам подвергаются места, имеющие поистине мировую известность, например Гнездовский археологический комплекс под Смоленском [35, с. 14]. Только за последние годы на антикварный рынок поступило примерно столько же предметов археологического наследия, сколько за 130 лет научных раскопок! [36, с. 6].

Статистика функционирования статьи 243 УК РФ такова: за 1997-2009 гг. было зарегистрировано следующее число преступлений, предусмотренных ст. 243 УК РФ:

Таблица 1

1997 1998 1999 2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008 2009

25 59 85 95 58 71 81 72 76 97 77 73 57

Количество выявленных лиц, совершивших преступления, составило:

Таблица 2

1997 1998 1999 2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008 2009

9 7 29 14 11 8 21 18 18 24 9 19 16

Очевидно, что вышеуказанные статистические данные не могут отражать истинное положение дел относительно эффективности уголовно-правовой охраны недвижимых памятников истории и культуры.

Невеселые реалии сегодняшних дней, касающиеся сохранения памятников истории и культуры, заставляют все заинтересованные стороны искать новые пути решения этой проблемы, в том числе в законодательной плоскости. Так, около года назад председатель Комитета по культурному наследию г. Москвы (Москомнасле-дие) В. Шевчук озвучил поправки к УК РФ, которые подготовило его ведомство с целью ужесточения ответственности недобросовестных собственников памятников. Суть предложений Москомнаследия по совершенствованию УК РФ заключается прежде всего в том, чтобы ввести

институт конфискации памятников у недобросовестных собственников, чьи действия или бездействие повредили объект культурного наследия. В. Шевчук отметил: «.мы выступаем не за введение института конфискации в целом, а за введение его в отношении памятников культурного наследия... этот вопрос необходимо ставить и эту норму необходимо в каком-то виде вводить. при этом многие скептики говорят, что законодатели могут встретить эту норму очень прохладно» [37; 38].

Речь идет, как можно сделать вывод, о дополнении санкции ст. 243 УК РФ «Уничтожение или повреждение памятников истории и культуры» конфискацией памятников. Анализ вышеназванных предложений на основе соответствующих положений уголовно-правовой доктрины и статей УК РФ свидетельствует о том, что они практически нереализуемы в действующем российском уголовном законодательстве, хотя в административном праве такие нововведения вполне могут иметь место.

Правоприменительная практика показывает, что правоохранительные органы зачастую отказываются возбуждать уголовные дела по ст. 243 УК РФ в случае повреждения памятников истории и культуры на том основании, что причиненный ущерб недостаточен для такого процессуального действия. В то же время закон предусматривает возможность уголовной ответственности за повреждение памятников истории и культуры независимо от размера причиненного ущерба - достаточно самого факта виновного повреждения [39, с. 78]. В связи с этим следует упомянуть довольно курьезный случай, который произошел на острове Пасхи. Финский турист отломал ухо у уникальной каменной статуи «моаи», благодаря которым знаменит этот остров. Всего на острове 997 таких статуй. Турист был задержан и, согласно чилийскому законодательству, незадачливому путешественнику грозило тюремное заключение и штраф в размере 19 тысяч долларов. Финн не отрицал своей вины и признался полиции, что был настолько очарован статуей, что не смог устоять перед искушением увезти сувенир на родину [40]. Такое «не-

вежливое» отношение к памятникам встречается и в нашей стране: туристы и экскурсанты при посещении исторического или культурного объекта отламывают от него «на память» отдельные детали, фрагменты или просто частицы кирпичной кладки [39, с. 78].

До сих пор остается дискуссионным вопрос о субъективной стороне преступления, предусмотренного ст. 243 УК РФ. Причина такого расхождения во взглядах кроется в законодательной конструкции соответствующей нормы. Напомним, что УК РСФСР 1960 г. содержал статью 230 «Умышленное уничтожение, разрушение или порча памятников истории и культуры», в которой прямо и недвусмысленно обозначалась умышленная форма вины. Нынешняя норма ст. 243 УК РФ форму вины прямо не указывает, что позволяет разделить ученых-юристов на два «лагеря»: одни авторы считают, что форма вины данного преступления может быть только умышленной, другие же полагают, что ответственность по ст. 243 УК РФ может наступать как за умышленные, так и за неосторожные деяния. Подобная «двойственность» могла бы быть устранена путем внесения соответствующих изменений и дополнений в действующее законодательство, одним из вариантов которых стало бы формулирование двух норм об ответственности за уничтожение или повреждение памятников в зависимости от формы вины, хотя, по нашему мнению, действующая норма предусматривает ответственность только за умышленные деяния.

Умышленная вина, в свою очередь, предполагает, что при посягательстве виновный осознает культурную ценность предмета преступления и, в частности, осознает, что посягает именно на памятник истории и культуры. Если интеллектуальный элемент умысла не включал осознания виновным особых свойств предмета преступления, то уголовная ответственность за умышленное преступление не наступает.

Так, в ОВД по Тверскому району г. Москвы из Тверской межрайонной прокуратуры поступил материал обращения

заместителя председателя Москомнасле-дия о нарушении законодательства об охране объектов культурного наследия при переустройстве в одной из квартир дома на Тверской улице, в котором жил и работал авиаконструктор С.А. Лавочкин. Этот дом является выявленным объектом культурного наследия. Собственницей квартиры М. были выполнены работы по перепланировке помещений, снесены перегородки с дверными проемами, демонтированы сантехприборы, полностью разрушен интерьер, сбита штукатурка до кирпичной кладки, изменена конструкция пола, сняты деревянные балки, выполнена бетонная стяжка с применением железной арматуры, деревянная столярка заменена на пластиковые стеклопакеты, снесена балюстрада балкона и витраж торцевого фасада. Разрешительной документации на выполнение работ не было. В адрес М. почтой было направлено предписание о приостановке всех работ и об оформлении охранного обязательства собственника. Как показала проверка, М., приобретая в собственность данную квартиру, не получала документально подтвержденную информацию о том, что данный адрес является памятником истории и культуры и не уведомлялась об этом, о чем свидетельствует отсутствие таких записей в полученных собственником жилья документов на квартиру. В итоге в возбуждении уголовного дела по ст. 243 УК РФ было отказано [41].

Как нетрудно заметить, проблем применения уголовного законодательства об ответственности за посягательства на недвижимые памятники истории и культуры предостаточно, что обязывает и ученых-юристов, и работников правоприменительных органов участвовать в их посильном решении.

1. Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г.) (с учетом поправок, внесенных законами Российской Федерации о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 № 6-ФКЗ, от 30.12.2008 № 7-ФКЗ) // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2009. № 4. Ст. 445.

2. Давлетшина О.В. Уголовно-правовая охрана культурных ценностей в Российской Федерации: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Ростов н/Д, 2003.

3. Долгов С.Г. Культурные ценности как объекты гражданских прав и их защита (гражданско-правовой и криминалистический аспекты): автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2000.

I. Информационно-справочные ресурсы Министерства культуры Российской Федерации. URL: http: //resursy.mkrf. ru/objekty_kult_naslediya/index.php?id_ menu=2 (дата обращения: 11 мая 2010 г.).

5. Шкель Т. Памятник под защитой закона // Рос. газ. 2008. 18 апр.

6. Сас И. Прекрасная жертва // Рос. газ. 2009. 2 апр.

7. Захаров И. Памятники растут в цене // АиФ-Москва. 2010. № 13.

8. Генеральная прокуратура Российской Федерации внесла представление руководству Росохранкультуры в связи с выявленными нарушениями законодательства об охране, использовании и сохранении объектов культурного наследия Российской Федерации. URL: http: www.genproc. gov.ru/news/news-9180/?print=1 (дата обращения: 2 июля 2010 г.).

9. Вертий В. Москва обновляется историей // Труд. 2008. 29 окт.

10. Логинова Н. Равнение на памятник. (Интервью с В.А. Шевчуком) // Рос. газ. 2007. 29 окт.

II. Одна треть всех памятников культурного наследия в Москве находится в частной собственности. URL: http: www. interfax.ru/print.asp?sec=1476&id=95027 (дата обращения: 15 апр. 2010 г.).

12. Вершков В.В. Уголовная ответственность за невозвращение на территорию Российской Федерации предметов художественного, исторического и археологического достояния народов Российской Федерации и зарубежных стран: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2005.

13. Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации Федеральный закон: федер. закон от 25 июня 2002 г. № 73-ФЗ: ред. от 23.07.2008 // Собр. зако-

нодательства Рос. Федерации. 2002. № 26. Ст. 2519; Рос. газ. 2008. 25 июля. № 158.

14. Об утверждении Положения о зо-

нах охраны объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации: постановление

Правительства РФ от 26 апр. 2008 г. № 315 // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2008. № 18. Ст. 2053.

15. Ваганова Е.В., Гапоненко В.В. Охрана памятников истории и культуры: памятники историко-культурного наследия (на примере Республики Бурятия). Улан-Удэ, 2006.

16. Сабитов Т.Р. Охрана культурных ценностей: уголовно-правовые и криминологические аспекты. Омск, 2003.

17. Лачина Е.А. Уголовно-правовая охрана памятников природы, истории и культуры: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Рязань, 2005.

18. Об утверждении Перечня объектов исторического и культурного наследия федерального (общероссийского) значения: указ Президента РФ от 20 февраля 1995 г. № 176 // Собр. законодательства Рос. Федерации. 1995. № 9. Ст. 734.

19. Лихачев Д.С. Экология культуры // Памятники Отечества. 1980. № 2.

20. Бэкон Ф. Соч.: в 2 т. Т. 1. М.,

1971.

21. Молчанов С.Н. О двух концептуальных подходах к сохранению культурных ценностей в международном праве // Российский ежегодник международного права. Российская ассоциация международного права. СПб.: РОССИЯ - НЕВА, 2002.

22. Об охране окружающей среды: федер. закон от 10 янв. 2002 г. № 7-ФЗ: ред. от 27.12.2009 // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2002. № 2. Ст. 133; Рос. газ. 2009. 29 дек. № 252.

23. О включении в Государственный свод особо ценных объектов культурного наследия народов Российской Федерации: указ Президента РФ от 2 апр. 1997 г. № 975 // Собр. законодательства Рос. Федерации. 1997. № 14. Ст. 1606.

2I. Кожемяко В. Погубят памятники - лишимся памяти // Правда. 2004. 2124 мая.

25. Расплата за вандализм в отношении памятников неотвратима. URL: http: www.mkn.com.mos.ru?action=news&id=181 (дата обращения: 12 марта 2009 г.).

26. Москомнаследие предотвратило разрушение беседки 19 века в переулке Сивцев Вражек. URL: http: www. interfax. ru/print.asp?sec=1461&id=29466 (дата обращения: 7 янв. 2009 г.).

27. URL: http: www.vesti.ru (дата обращения: 14 окт. 2007 г.).

28. Дадут ли «добро» таможням. В столице предлагают восстановить все заставы XVIII века // Рос. газ. 2006. 30 мая.

29. URL: http: www. domnakanune. ru/ news (дата обращения: 14 окт. 2007 г.).

30. Печенкин В. В Сыктывкаре разрушен памятник культуры // Новые известия. 2006. 14 июня.

31. Загидуллин Ф. Несносные памятники // Рос. газ. (Волга - Урал). 2005. 6 июля.

32. Якимова Н. Кирпичом по истории. URL: http: www.rg.ru/printable/2008/06/11/ reg-kavkaz/bashnya-zavod-chechnya.html (дата обращения: 10 сент. 2009 г.).

33. Генеральная прокуратура Российской Федерации взяла на контроль работу прокуроров субъектов Российской Федерации по противодействию незаконному

поглощению предприятий, их криминальным захватам. URL: http: www.genproc. gov.ru/news/news-5497/?print=1 (дата обращения: 6 июля 2010 г.).

34. Макаров Н.А. Грабительские раскопки как фактор уничтожения археологического наследия России / Институт археологии РАН. М., 2004.

35. Давыдова Н. Ограбление века // Огонек. 2004. № 50.

36. Сохранение археологического наследия. Материалы круглого стола. Издание Совета Федерации. М., 2004.

37. Собственники памятников культуры будут строже отвечать за их состояние. URL: http: www.rian.ru/moscow_ news/20090812/180625590.html (дата обращения: 3 сент. 2009 г.).

38. Глава Москомнаследия выступает за возвращение процедуры конфискации имущества в отношении памятников культурного наследия. URL: http: www.digm.ru/ News/obzor_press/index.php?ELEMENT_ ID=7363 (дата обращения: 3 сент. 2009 г.).

39. Яни С.А., Сырых В.М. Эффективность уголовного законодательства об охране памятников // Советское государство и право. 1990. № 3.

40. Сорокина Н. Попался на ушах // Рос. газ. 2008. 28 марта.

41. Архив Инспекции по контролю за соблюдением законодательства в области охраны и использования объектов наследия Комитета по культурному наследию г. Москвы за 2009 г.