УДК 343 ББК 67
DOI 10.24411/2073-3313-2020-10225
УГОЛОВНАЯ ПОЛИТИКА СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ КАК СРЕДСТВО БОРЬБЫ
С ПРЕСТУПЛЕНИЯМИ КОРРУПЦИОННОЙ НАПРАВЛЕННОСТИ
Сергей Энгельсович МЕРЗЛЯКОВ, доцент кафедры правового обеспечения национальной безопасности Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ, кандидат юридических наук, доцент, Заслуженный юрист РФ E-mail: semel54@mail.ru
Руслан Вахабович БОРИСОВ, студент 5-го курса юридического факультета имени М.М. Сперанского Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ E-mail: ruslano@icloud.com
Научная специальность: 12.00.08 — уголовное право и криминология;
уголовно-исполнительное право
Аннотация. В статье дается определение современной российской уголовной политике и фиксируется ее место в системе социальной политики государства, в рамках которой и формируются основные направления борьбы с коррупционной преступностью. Определяется необходимость совершенствования институтов уголовного права страны в рамках внесения изменений в ряд статей, обеспечивающих борьбу с преступлениями коррупционной направленности.
Ключевые слова: уголовная политика, коррупция, взятка, коррупционная преступность, предупреждение коррупции.
Annotation. The article provides a definition of modern Russian criminal policy and fixes its place in the system of social policy of the state, within which the main directions for the fight against corruption crime are formed. The need to improve the institutions of criminal law of the country in the framework of amendments to a number of articles that ensure the fight against corruption-related crimes is fixed
Keywords: criminal policy, corruption, bribery, corruption crime, prevention of corruption.
Рецензент: М.А. Кауфман, доктор юридических наук, профессор кафедры уголовного права Российского государственного университета правосудия
Уяснение роли и места уголовной политики в системе борьбы с коррупционной преступностью необходимо начать с определения того, что же такое уголовная политика. В литературе встречаются разные определения данного феномена, но единой точки зрения у большинства исследователей мы не найдем.
Попытаемся определить ее через осознание того, что такое политика государства и система политики. Ряд исследователей под системой политики понимают совокупность взаимодействующих однородных структурных элементов, от-
ражающих и определяющих в единстве и целостности внутреннюю логику управленческих отношений, форм и методов деятельности по управлению государственными делами. При этом основными классификаторами данных отношений выступают их характер и сферы реализации1.
По мнению ряда авторов, уголовную политику следует рассматривать как вид социальной государственной политики. При этом структурирование политических отношений осуществляется в зависимости от их предмета и метода, а также специфики объекта и особенностей его функциональной составляющей.
ЗАКОН И ПРАВО • 05-2020
Таким образом, говоря о направлении политики, мы можем выделить ее исходя из комплекса характеристик, определяющих специфику однородных общественных отношений. Особенностью уголовной политики является то, что она выступает частью внутригосударственной политики и характеризуется своими социальными и правоохранительными свойствами и неразрывной связью с политикой правовой2.
Обобщая ранее изложенные в литературе точки зрения, определяющие особенности уголовной политики, мы можем отметить ряд ее специфических черт, выделяющих данный феномен из системы политики государственной.
Во-первых, хочется отметить, что уголовная политика имеет свои предмет, метод и объекты правового регулирования.
Во-вторых, уголовная политика характеризуется системой только ей присущих субъектов этих отношений, имеющих свой особый статус, обеспечивающих реализацию правоохранительных функций.
В-третьих, как уже отмечалось, специфической чертой уголовной политики государства выступают присущие только ей функции правоохранительной деятельности в рамках неразрывной связи норм материальных и процессуальных.
Таким образом, как представляется, уголовная политика является системным образованием, отражающим в модели своей реализации специфику управленческих отношений между субъектами, имеющими свой особый правовой статус в сфере обеспечения состояния защищенности личности, общества и государства от преступных посягательств.
Говоря об уголовном праве как о внешнем элементе уголовной политики, следует отметить его неразрывную связь с правом уголовно-процессуальным, так как уголовное право может быть реализовано лишь через его уголовно-процессуальную оправу. Соответственно, мы можем сделать вывод о том, что уголовная политика выступает средством навязывания своей воли правящей элитой остальным слоям общества через текст Уголовного кодекса и его интерпретацию в суде.
Мы присоединяемся к позиции авторов, считающих, что уголовная политика является структурным элементом не только социальной политики, но в целом политики государственной, в рамках которого формулируются исходные требования борьбы с преступностью3.
Анализ обозначенных норм отраслевого законодательства, входящего в систему правового
комплекса уголовной политики, позволяет сделать вывод о том, что ключевыми в нем являются нормы, связанные с установлением основания уголовной ответственности или условий освобождения от нее либо с ее пределами, а также порядком ее реализации. При этом от того, насколько убедительно определены в законе основание уголовной ответственности, ее объем и пределы, во многом зависит не только эффективность противодействия преступности, но и проведение в жизнь политической линии по дальнейшей демократизации и гуманизации российского общества, обеспечению прав и свобод личности и созданию правового государства.
Уголовная политика в рамках обозначенных элементов, ее характеризующих, призвана обеспечить реализацию одной из важнейших функций государства — функцию борьбы с преступностью.
Это, в свою очередь, предполагает обязанность государственных органов не только обеспечивать сформированный на основе Уголовного кодекса правопорядок, но и разрабатывать комплексы мер социально-экономического, правового, организационного и другого свойства по нейтрализации выявленных детерминант возникновения и существования преступности, в том числе и преступности коррупционной.
Об этом говорил и академик В.Н. Кудрявцев, который утверждал, что «кроме борьбы с преступностью есть и другие, не менее важные государственные и общественные интересы... Вот почему цели и средства уголовной политики (и уголовной юстиции как ее инструмента) должны формулироваться в известных рамках с учетом других задач государства, а также побочных последствий осуществления уголовной полити-ки»4.
Сказанное позволяет нам сделать вывод, что выделение в УК РФ в качестве привилегированных составов «мелкого коммерческого подкупа» и «мелкого взяточничества» (статьи 204.2 и 291.2) лишь по одному признаку — размеру подкупа или взятки, не превышающему десяти тыс. руб., — вряд ли криминологически обосновано и согласуется с таким важнейшим направлением уголовной политики, как усиление противодействия коррупции.
Кроме того, хотелось бы отметить и то обстоятельство, что качество борьбы с деяниями коррупционной направленности страдает и от отсутствия в современном уголовном праве страны формализованного определения коррупционного правонарушения и системы квалифици-
ЗАКОН И ПРАВО • 05-2020
рующих его признаков. Даже базовый Федеральный закон, регулирующий отношения в данной сфере (ФЗ № 273 от 27 декабря 2008 г.)5, не содержит легального определения коррупции, хотя международные документы прямо указывают на ее характерные черты.
К числу данных документов относятся: Глобальная программа ООН против коррупции, Декларация ООН о борьбе с коррупцией и взяточничеством в международных коммерческих операциях 1996 г., Конвенция ООН против коррупции 2003 г. (далее — Конвенция против коррупции), Резолюция Комитета министров Совета Европы от 6 ноября 1997 г. № (97) 24 «О двадцати принципах борьбы с коррупцией» Конвенции Совета Европы об уголовной ответственности за коррупцию 1999 г. (далее — Конвенция об уголовной ответственности за коррупцию), Конвенция о гражданско-правовой ответственности за коррупцию (БТБ №174) 1999 г.
К числу шагов, фиксирующих известное стремление преодолеть обозначенные ранее негативные тенденции, можно отнести и подписание Указа Президента РФ от 11 апреля 2014 г. № 226 «О Национальном плане противодействия коррупции на 2014 — 2019 годы»6.
В целом же совершенствование уголовной политики в сфере противодействия коррупции должно предполагать системную нормотворчес-кую работу по оптимизации отраслевого законодательства (административного, уголовного, уголовно-процессуального, гражданского и т.д.) с целью достижения результатов именно на уровне правоприменения7. Важнейшим структурным элементом данной политики должно стать уголовное законодательство.
Как отмечает Д.Ю. Кайгородов, провозглашение коррупции одной из основных угроз государственной и общественной безопасности предполагает принятие комплекса мер по противодействию данному негативному явлению, одним из элементов которого является совершенствование уголовного законодательства8.
Хотелось бы отметить, что изменения, внесенные в уголовное и уголовно-процессуальное законодательство в рамках реализации данного направления совершенствования уголовной по-литики9, вызывают далеко не однозначную оценку как ученых, так и работников, практически их реализующих.
Особую опасность данной группе преступлений придает то, что объектами преступных посягательств выступают основы государственной власти в стране и нормальное функционирова-
ние государственного аппарата в интересах всего общества.
Необходимо отметить, что Федеральный закон № 334-ф3 от 3 июля 2016 г. внес изменения в Уголовный кодекс страны в аспекте преступлений, имеющих коррупционную направленность.
В частности, речь идет о таких составах, как «Оказание противоправного влияния на результат официального спортивного соревнования или зрелищного коммерческого конкурса» (ст. 184), «Коммерческий подкуп» (ст. 204), «Получение взятки» (ст. 290), «Дача взятки» (ст. 291), «Посредничество во взяточничестве» (ст. 291.1), «Провокация взятки, коммерческого подкупа либо подкупа в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных или муниципальных нужд» (ст. 304), «Конфискация имущества» (ст. 104.1).
Кроме того, законодатель ввел новые составы:
1. Посредничество в коммерческом подкупе (ст. 204.1 УК РФ).
2. Мелкий коммерческий подкуп (ст. 204.2 УК РФ).
3. Мелкое взяточничество (ст. 291.2 УК РФ).
Анализируя данные изменения, хотелось бы
отметить, что содержание диспозиций таких статей, как 184, 204, 290 УК РФ, позволяет характеризовать в качестве преступных те деяния, которые могут определяться как прикосновенность к данным преступлениям, поскольку ценности передаются или услуги оказываются не должностному лицу организации, а другим физическим или юридическим лицам по его указанию.
Анализ состава преступления, предусмотренного ст. 290 УК РФ («Получение взятки»), позволил ряду авторов сделать вывод о том, что получение взятки посредством даваемых виновными лицами указаний о передаче ее иным физическим или юридическим лицам считается оконченным с момента зафиксированной просьбы или требования взяткодателю или посреднику о передаче третьим лицам определенной взятки или ее части.
При этом Верховный Суд РФ не связывает момент законченного преступления с возникшей у уполномоченного субъекта возможностью распоряжаться приобретенным имуществом. Следует отметить, что зафиксированный законодателем характер совершаемого деяния определяется не только фактом получения имущества, но и возможностью им распоряжаться10.
Думается, что позиция некоторых авторов позволяет нам справедливо сделать вывод о том,
ЗАКОН И ПРАВО • 05-2020
что рекомендация п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 24 не согласуется с новой редакцией уголовного закона и применяться не может, поскольку спонсорская помощь юридическому лицу (например, в виде ремонта здания прокуратуры) оказывается за совершение руководителем этого юридического лица действий по службе в пользу тех, кто оказал такую помощь11.
Таким образом, новые нормы в сфере борьбы с коррупционными преступлениями фиксируют устойчивую тенденцию к усилению за них уголовных наказаний и конкретизацию ряда диспозиций составов преступлений данной группы.
В частности, хочется отметить, что
1) диспозиции таких статей, как 184, 204, 290 УК РФ дополняются новыми способами совершения этих преступлений;
2) размер подкупа стал системообразующим элементом квалификации таких преступлений, как коммерческий подкуп и посредничество в нем;
3) виды наказаний, предусмотренных санкциями ст. 220.4 УК РФ, стали соответствовать наказаниям, предусмотренных статьями 290 и 291 УК РФ;
4) были внесены изменения в характеристики субъектов этих преступлений;
5) санкции в виде штрафов в статьях 291 и 291.1 были изменены и предусматривают возможность применения их в абсолютных величинах.
Анализ указанных ранее норм уголовного законодательства позволил нам определить и круг проблем, которые, но нашему мнению, на сегодняшний день законодательно не разрешены.
Первое. Статьи 291.2 и 204.2 в своих диспозициях не фиксируют систему признаков, отягчающих вину лиц, совершивших данное преступление, что не позволяет обеспечить привлечение к уголовной ответственности тех, кто осуществил вымогательство при совершении мелкого коммерческого подкупа или взятки.
Второе. Законодательно не зафиксированы концептуальные особенности реализации профилактических возможностей применяемых таких видов наказаний, как лишение права зани-
мать определенную должность или заниматься определенной деятельностью.
Решение указанных проблем предполагает необходимость проведения мероприятий по дополнению санкций ряда статей уголовного закона РФ (ст. 290, части 1—2; ст. 291.1, ч. 2; ст. 291.2, части 1—2) основным альтернативным видом наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, назначаемого на срок до пяти лет, а в санкциях частей 1—2 ст. 291.2 УК РФ к основным наказаниям в виде штрафа, исправительных работ, ограничения свободы, лишения свободы в качестве дополнительного факультативного вида наказания предусмотреть лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет.
1 Гришанин П.Ф. Уголовно-правовая борьба с преступностью как направление советской уголовной политики: Лекция. М.: Академия МВД СССР, 1989.
2 Артамонова Г.К., Мухортое A.A. Правовая политика Николая I и развитие правоохранительных органов // Юрид. наука: история и современность. 2012. № 10. С. 31—35.
3 Загородников Н.И., Стручков H.A. Направления изучения советского уголовного права // Сов. гос-во и право. 1981. № 7. С. 48—55.
4 Кудрявцев В.Н. Эффективность правовых норм. М., 1980.
5 СЗ РФ. 2008. № 52 (ч. 1). Ст. 6228.
6 Там же. 2014. № 15. Ст. 1729.
7 Авдеев В.А., Авдеева O.A. Новые тенденции уголовно-правовой политики РФ в сфере противодействия преступлениям коррупционной направленности // Рос. юстиция. 2017. № 5. С. 4.
8 Кайгородов Д.Ю. О запрете назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено законом, за преступления коррупционной направленности // Рос. следователь. 2017. № 11. С. 21.
9 О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Ф едерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 03.07.2016 г. № 324-ФЗ // СЗ РФ. 2016. № 27 (ч. II). Ст. 4257.
10 Борков В.Н. Новый способ получения взятки и реабилитации «мелких» взяточников // Совр. право. 2017. № 1. С. 83.
11 Михайлов В.Н. Коммерческий подкуп и взяточничество: направления развития законодательства // Lex Russica. 2017. № 6. С. 92.
ЗАКОН И ПРАВО • 05-2020