ДИАГНОСТИКА СОЦИУМА
Ценности и смыслы. 2022. № 5 (81). С. 93-111 Values and Meanings/Tsennosti I Smysly 2022. No.5 (81). P. 93-111 (In Rus)
Научная статья УДК 37.017.92
https://doi.org/10.24412/2071-6427-2022-5-93-111
Ценностные ориентиры российского музыкального образования в XXI веке: эпоха межцивилизационного противостояния
А. А. Ивахненко
Александр Анатольевич Ивахненко
МБУДО «Пушкинская ДМШ», Московская область, г. Пушкино, Россия E-mail: ivaksasha@yandex.ru http://orcid.org/0000-0003-2964-8567
Аннотация. Поиск ценностных ориентиров как духовно-нравственных устоев и векторов развития музыкального образования в России стал ещё более актуален с 2022 года — времени начала нового витка русофобской агрессии западного мира. Культурно-образовательный диалог в сфере искусства, сопровождающий многовековые взаимоотношения России и стран Запада, жестоко страдает от попыток его уничтожения со стороны последних. В данной ситуации требуется тщательное осмысление парадигмальныхустановок, принятых российской музыкально-образовательной наукой из стран Запада в конце XX — начале XXI века, входящих в противоречие с традиционными духовно-нравственными ценностями русской культуры. Параллельно необходимым является выработка собственных парадигмальных устоев, основанных
© Ивахненко А. А., 2022
93
на традициях отечественной культуры и образования.
Автором проведён теоретический анализ деаксиологизациироссийского музыкального образования в начале XXI века, указано на её исторические предпосылки. Установлено, что основным механизмом данного процесса стало внедрение псевдогуманистических парадигмальных установок, чуждых традициям отечественной педагогики. Основной из них стала толерантность, выступающая в роли антагониста человеколюбия в его евангельском (православном) понимании как важнейшей основы отечественной культуры и педагогики. С помощью раскрытия социально-педагогического значения толерантности и человеколюбия как мировоззренческих и педагогических основ в условиях детской музыкальной школы доказана ущербность первой и перспективность второй для определения ценностных ориентиров российского музыкального образования. Особый акцент сделан на происхождении «русской евро-пейскости» и «<всемирной отзывчивости» от православного понятия «<человеколюбие». Противовесом этого выступает связка «толерантность ^ мифологизация общественного сознания», способствующая формированию ложных представлений, препятствующих воспитанию учащихся детской музыкальной школы, усвоению ими творческих навыков и профессиональному развитию педагогов-музыкантов.
Ключевые слова: ценностные ориентиры, российское музыкальное образование, детская музыкальная школа, толерантность, человеколюбие, мифологизация массового сознания, православная культура, межцивилизационное противостояние.
Для цитирования: Ивахненко А. А. Ценностные ориентиры российского музыкального образования в XXI веке: эпоха межцивилизационного противостояния // Ценности и смыслы. 2022. № 5 (81). С. 93-111. https:// doi.org/10.24412/2071-6427-2022-5-93-lll
Original article
VALUE ORIENTATIONS OF RUSSIAN MUSICAL EDUCATION IN THE 21ST CENTURY: THE ERA OF INTERCIVILIZATIONAL CONFRONTATION
Aleksandr A. Ivahnenko
Municipal budgetary institution of additional education of the City district Pushkinsky of the Moscow region, «Pushkino children's music school», Russia E-mail: ivaksasha@yandex.ru; http://orcid.org/0000-0003-2964-8567
Abstract. The search for value orientations as spiritual and moral foundations and vectors for the development of music education in Russia has become
even more relevant since 2022 — the time of the beginning of a new round of Russophobic aggression from the Western world. The cultural and educational dialogue in the field of art, which accompanies Russia's centuries-old relations with the Western countries, suffers greatly from attempts to destroy it by the latter.. In this situation, it is necessary to carefully comprehend the paradigmatic attitudes adopted by Russian musical and educational science from Western countries at the end of the 20th — beginning of the 21st century, which conflict with the traditional spiritual and moral values of Russian culture. In parallel, it is necessary to develop our own paradigm foundations based on the traditions of national culture and education.
The author carries out a theoretical analysis of the deaxiologization of Russian music education at the beginning of the 21st century, points to its historical background. It has been established that the main mechanism of this process was the introduction of pseudo-humanistic paradigm settings that are alien to the traditions of Russian pedagogy. The main one was tolerance, which acts as an antagonist to philanthropy in its evangelical (Orthodox) meaning as the most important foundation of national culture and pedagogy. By dint of revealing the socio-pedagogical meaning of tolerance and philanthropy as ideological and pedagogical foundations in the conditions of a children's music school, the inferiority of the first and the prospects of the second for determining the value orientations of Russian music education are proved. Particular emphasis is placed on the origin of "Russian Europeanness" and "worldwide responsiveness" from the Orthodox concept of "philanthropy". A counterbalance to this is the link "tolerance ^ mythologization of public consciousness", which contributes to the formation of false ideas that impede the upbringing of children's music school pupils, their assimilation of creative skills and the professional development of music teachers.
Keywords: value orientations, Russian music education, children's music school, tolerance, philanthropy, mythologization of public consciousness, Orthodox culture, intercivilizational confrontation.
For citation: Ivahnenko A. A. Value orientations of Russian musical education in the XXI century: the era of intercivilizational confrontation // Values and Meanings/Tsennosti I Smysly. 2022. No.5 (81). P. 93-111 (In Rus). https:// doi.org/10.24412/2071-6427-2022-5-93-111
Введение
Новый виток глобальной русофобской агрессии, началом которого справедливо считать февраль 2022 года, открыл новую эпоху межцивили-зационного противостояния России и западного мира. Среди основных целей, выбранных зарубежными авантюристами для уничтожения, русская национально-культурная идентичность, православные духовно-нравствен-
ные ценности, патриотизм, человеколюбие в его евангельском понимании, служащие основами для развития российского общества и образования. Деградация международного научно-образовательного сотрудничества, сегрегация российских студентов и деятелей культуры за рубежом, попытки насаждения внутри страны социальных шаблонов, разлагающих общество, свидетельствуют о необходимости определения в нашей стране актуальных времени национально-культурных ориентиров музыкального образования, основанных на фундаментальных духовно-нравственных ценностях.
По В. А. Сластёнину и Г. И. Чижаковой, «ценности — специфические образования в структуре индивидуального сознания, являющиеся идеальными образцами и ориентирами деятельности личности и общества» [13, с. 100]. За последние 30 лет российское образование занималось активными поисками тех самых образцов, которые могли бы помочь организовать его деятельность и сформировать эффективные механизмы развития. При всём различии современных научных позиций, понимании необходимости быстро достигать новых практических результатов, универсальных принципов, сочетающих национально-культурные и ценностные основы российской науки, достижения учёных XX и XXI веков, создано не было. Яркими свидетельствами этого стала зависимость современной российской науки от зарубежных представлений о сущности гуманитарного начала в образовании, подмена христианского понятия «человеколюбие» на духовно и нравственно чуждую русской культуре «толерантность», снизившую значение традиционных ценностей как формирующей основы процесса обучения и воспитания.
Обучение в детской музыкальной школе (далее по тексту — ДМШ), значительно пострадало от псевдогуманизации и перевода в разряд «образовательных услуг». Была поставлена под удар самоценность академической музыки для подрастающего поколения как универсального средства художественно-эмоционального познания себя в окружающем мире. Взаимодействие «педагог-ученик» стало лишаться творческого начала, превращаясь в гонку за изменениями образовательных программ и требований по их исполнению. Параллельно многие родители учащихся отказывались от ответственности за обучение детей, практически полностью (!) возлагая её на преподавателя. Таким образом, толерантность, не позволяющая с ценностных и духовно-нравственных позиций формировать образовательный процесс, но провозглашённая в качестве неотъемлемого профессионального качества педагога, закрыла возмож-
ность воспитания учащихся. В результате этого стало снижаться качество обучения и возросла угроза деквалификации преподавателей ДМШ.
Рассуждая о процессе дехристианизации российского общества в начале XX века, С. А. Нилус замечал: «Богооткровенное и некогда опытное знание христианского разума...отнимается...у простого народа» [6, с. 478]. В настоящее время этот процесс происходит путём подмены понятий, созданием систем ложных ценностей, возбуждением ненависти к Православию как мировоззрению. Это препятствует обращению «к истокам понимания духовности и её религиозным смыслам в педагогике музыкального образования» [10, с. 17].
Постановка проблемы, цель статьи, обзор научной литературы
по проблеме
Противоположные мировоззренческие и методологические позиции относительно содержания музыкального образования, наличие контрадикторных мнений относительно его аксиологических основ, снижение качества обучения позволили выявить противоречия между:
1) необходимостью определения национально-культурных и духовно-нравственных ориентиров российской музыкальной и педагогической науки, и агрессивной русофобией западного мира, имеющей целями снижение качества обучения и внутреннее разложение отечественной системы образования;
2) толерантностью как идеологическим проявлением западной псевдогуманистической идеи в искусстве и педагогике, не позволяющей рассматривать национально-культурные традиции российского общества как важнейший источник развития музыкального образования в условиях межцивилизационного противостояния, и человеколюбием как ценностной основой духовно-нравственного воспитания музыканта.
Данные противоречия позволили сформулировать проблему исследования: как определить ценностные ориентиры российского музыкального образования в XXI веке в эпоху межцивилизационного противостояния.
Цель исследования — определение и теоретико-методическое обоснование ценностных национально-культурных и духовно-нравственных ориентиров музыкального образования в России в условиях межцивилизационного противостояния в XXI веке.
Основами нашей работы послужили исследования, осуществлявшиеся в четырёх направлениях: религиозно-этическом, философ-
ско-методологическом, историко-культурологическом и психолого-педагогическом. К первому относятся труды Святителя Игнатия Кавказского и Черноморского (Д. А. Брянчанинова), Святителя Луки Крымского (В. Ф. Войно-Ясенецкого), И. А. Ильина, Н. О. Лосского,
B. В. Розанова, В. С. Соловьёва и др. Второе направление — Дж. Локк, А. Маслоу, Дж. Милль, К. Поппер, П. А. Сорокин, А. Тойнби и др. В число работ по третьему направлению входят труды Н. А. Бердяева, Н. Я. Данилевского, Б. А. Евреинова, С. А. Нилуса, А. И. Солженицына,
C. Л. Франка и др. К четвёртой категории следует отнести работы Э. Б. Абдуллина, Л. Г. Арчажниковой, В. В. Зеньковского, Н. В. Маслова, А. А. Мелик-Пашаева, В. А. Снегирёва, Г. М. Цыпина, архимандрита Георгия (Е. В. Шестуна) и др. Неоценимый вклад в изучение духовно-нравственных проблем музыкального образования в наши дни внесла Л. А. Рапацкая и представители её научной школы, исследования которых сочетают в себе искусствоведческую, психолого-педагогическую и культурологическую составляющие.
Методология и методы исследования
В ходе исследовательской работы использовался метод теоретического анализа, позволивший выделить подходы в обучении музыке (на примере ДМШ), оказавшиеся в зависимости от толерантности как идеологического проявления западной псевдогуманистической идеи, не позволяющей с ценностных позиций определять национально-культурные и духовно-нравственные ориентиры российского музыкального образования. С помощью сравнительного анализа выявлены аксиологические особенности толерантности как социально-педагогического явления современности и его противоречия с христианским понятием «человеколюбие» как основой обучения, воспитания и творчества в целом. В ходе педагогического наблюдения, выявлено различие результатов применения педагогических подходов, основанных на толерантности и человеколюбии. Обобщён творческий опыт педагогов по музыкальному воспитанию учащихся ДМШ разного возраста.
Результаты исследования, обсуждение
Толерантность. Родившийся в средние века в Западной Европе «термин "окгапйа"...ассоциировался с такими понятиями как "боль","зло" и т.п.» [7, с. 75]. Такая «наследственность» привела к тому, что уже
к XIX веку толерантность представляла собой этико-методологическую основу либеральной философии. Толерантность оправдывала опровержение духовно-нравственных ценностей, присущих христианской культуре как Запада, так и Востока, утверждая в качестве императива терпимость к инакомыслию и диалог с его носителями. В результате этого к концу XX — началу XXI века в западном образовании толерантность стала трактоваться как безусловное принятие педагогом позиций и действий учащегося, подразумевающее отсутствие или даже запрет на их нравственную оценку с точки зрения духовности.
Активное изучение понятия «толерантность» в отечественной педагогике началось с конца XX — начала XXI века на фоне демократизации общественной жизни и системы образования. Особую актуальность подобные исследования приобрели с момента присоединения России к болонскому процессу в 2003 году. Объективная потребность в научных работах на эту тему обуславливалась необходимостью приведения отечественных образовательных стандартов к европейским нормам, изменением внутренних условий обучения, миграционными процессами.
Основными темами психолого-педагогических исследований, проведённых в эти годы и связанных с понятием толерантности, стали: содержание педагогической толерантности как профессионально важного качества учителя (О. Б. Нурлигаянова (Полушина)), формирование толерантности у детей различных возрастов (Е. В. Брянцева, Е. С. Гребенец, Е. А. Ильинская, П. В. Степанов, М. К. Оксузян), этнокультурная компетентность учащихся в полиэтнической образовательной среде (Т. В. Поштарева), социально-психологические особенности общения детей из семей мигрантов и немигрантов с учителями, одноклассниками, родителями (Л. А. Гейденрих), межэтническая толерантность молодёжи (Е. Н. Воробьёва) и другие. В приведённых исследованиях доминируют социально-этнический, конфликтологический и культурологический аспекты.
Параллельно происходило осмысление толерантности с философско-ми-ровоззренческих позиций, доказывающее её неоднозначность и дискусси-онность, в том числе в качестве педагогической доктрины (М. Б. Хомяков, И. Г. Арцыбашев и др.). Опора в практической педагогике преимущественно на западноевропейские мировоззренческие основы, понимание приоритетов развития личности вне духовных ценностей православного христианства, снижение значения нравственно-воспитательной и национально-культур-
ной составляющих учебного процесса, непропорциональное увеличение субъектности учащегося в ущерб преподавателю отдаляли возможность формирования прочной научной основы, отражающей реалии российского общества и защищающей субъектов музыкально-образовательного процесса от конфликтов. При этом зачастую обходились вниманием отечественные представления о терпимости в её православно-христианском толковании, отражённом в русской классической литературе, философии, теологии и неразрывно связанным с понятием человеколюбия. «Диалог» пришедшей с Запада толерантности с характерным для русской культуры человеколюбием превращался в диктаторский монолог первой.
Результатами этого стало фактическое принуждение преподавателя ДМШ к нездоровой толерантности по отношению к тому, что снижает качество учебного процесса, создаёт опасность профессиональной деквалификации специалиста, препятствует музыкальному и духовно-нравственному воспитанию учащихся, провоцирует конфликты с ними и их родителями (родственниками). Фактически, ставится под удар субъектность педагога-музыканта в образовательном процессе. Важно отметить, что такое принуждение является, фактически, перевёрнутым отражением так называемого «парадокса терпимости», в соответствии с которым если толерантные «не готовы защищать терпимое общество от атак нетерпимых, терпимые будут разгромлены» [8, с. 328]. Подобного разгрома, но уже вызванного «диктатом толерантности», необходимо избежать для нахождения ценностных национально-культурных и духовно-нравственных ориентиров российского музыкального образования в условиях межцивилизационного противостояния в XXI веке.
Особенно остро последствия такого диктата ощущают на себе преподаватели ДМШ, сознающие происхождение духовно-нравственного воспитания от культурных основ христианства [9].
К проявлениям «диктата толерантности» в ДМШ относятся:
— принцип предоставления «образовательных услуг», принуждающий преподавателя терпимо относиться к потребительскому отношению к обучению в ДМШ со стороны учащегося и его родителей;
— лишение преподавателя ДМШ возможности воспитывать в ученике духовно-нравственные и практические качества личности музыканта, развивать эмоциональный интеллект, прививать навыки преобразования чувственного восприятия мира с помощью музыки академического направления;
— отсутствие требований обязательного соответствия практических успехов учащегося той образовательной программе, по которой он учится, для всех субъектов Российской Федерации.
К числу последствий «диктата толерантности» в ДМШ следует отнести:
— дефицит заинтересованности родителей в формировании высокой культуры ребёнка;
— снижение качества обучения в ДМШ;
— профессиональная деквалификация преподавателя ДМШ.
Наличие подобных проблем, социальная уязвимость толерантности
как общественно-коммуникационной доктрины («парадокс толерантности»), отсутствие культуросообразного морально-этического основания, конфликт с традиционным для русской христианской культуры понятием «человеколюбие» не позволяют рассматривать её в качестве перспективной основы для поиска и определения ценностных национально-культурных и духовно-нравственных ориентиров музыкального-педагогического образования в России в условиях межцивилизационного противостояния в XXI веке. Решение Министерства науки и высшего образования Российской Федерации о выходе из болонской системы, принятое в 2022 году, позволяет иначе взглянуть на педагогическую проблематику, обычно связываемую с толерантностью. Основой для этого служит в первую очередь человеколюбие как характерный для российской культуры морально-этический и духовный принцип межличностных взаимоотношений, широко развитый в русской классической литературе, философии, теологии, педагогике.
Человеколюбие. Святитель Игнатий (Д. А. Брянчанинов) даёт определение человеколюбия, по которому «правильная любовь к ближнему заключается в исполнении относительно его евангельских заповедей, а отнюдь не в исполнении прихотей ближнего.» [12, с. 275]. Оно несёт в себе глубокий педагогический смысл и указывает преподавателю на важность духовного развития учащегося, воспитания в нём трудолюбия по отношению к музыке, оказания помощи ребёнку в преодолении тех качеств его личности, которые препятствуют движению вперёд и достижению целей обучения в ДМШ. В процессе привития ребёнку нетерпимости к тому, что препятствует его успехам в обучении, обнаруживается ущербность толерантности западного образца, фактически, допускающей игнорирование учащимися, их родителями норм освоения учебных программ ДМШ и усилий преподавателя.
При этом важно отметить, что педагогический пример нетерпимости к лени, безразличию и невежеству учащегося, препятствующим его общему, духовному и музыкальному развитию, невозможен без глубокого сочувствия, сострадания и уважения к личности ребёнка. Возможность для этого открывается лишь при наличии у преподавателя ДМШ чуткого сердца, искреннего стремления помочь ребёнку, которое реализуется в постановке перед ним реалистичных учебных целей и совместном их достижении.
Основной задачей, выполняемой педагогом-музыкантом при обучении учащегося нетерпимости ко всему препятствующему его творческому развитию, является воспитание воли ребёнка. Святитель Феофан Затворник (Г. В. Говоров) указывает на необходимость «образовать волю. напечатлеть в ней добрые расположения.. .смирение, кротость, терпение, воздержание, уступчивость.. .чтоб они.. .сросшись с нею, составили как бы её природу» [11, с. 371]. Данная мысль вполне согласуется с научным определением воли, в котором она рассматривается как «способность человека к саморегуляции, заключающаяся в умении выбирать значимые цели и направлять физические и психические усилия на их достижения» [5, с. 510]. Именно совместное с ребёнком созидание его творческой воли, проявляющееся в овладении им знаниями, умениями и навыками, становится основным внутренним содержанием обучения в ДМШ.
При этом следует заметить, что обрести учащимся такое качество личности, как терпение, практически невозможно в условиях толерантности со стороны педагога к тем особенностям характера ребёнка, которые препятствуют ему это сделать. Здесь открывается противостояние между чуждой русской педагогической традиции толерантностью с одной стороны и целенаправленностью любящего участия педагога-музыканта — с другой.
Говоря о таких качествах характера, как смирение, кротость, воздержание, уступчивость, следует заметить, что данные качества личности наряду с терпением являются важнейшими духовными составляющими личности ребёнка. Стремление многих родителей воспитать в своих детях только «лидерские качества», игнорирование духовно-нравственных ценностей приводит к плачевному результату: ребёнок не получает внутренней основы, необходимой для полноценного восприятия музыки, которой он обучается, овладения навыками домашней работы, построения творческих и доброжелательных отношений с преподавателями
ДМШ. Лидерство путается со своеволием и ощущением превосходства над окружающими, что препятствует социализации учащегося. Это забирает силы у родителей и преподавателей ДМШ для воспитания в учащихся целеустремлённости и способности к самокритике, необходимых для настоящих творческих достижений.
«Неразрешёнными диссонансами» подобные проблемы начинают звучать при наступлении переходного возраста у учащегося ДМШ. Зачастую требование родителей учащегося к преподавателю ДМШ повысить порог толерантности по отношению к ребёнку вместо предложения согласованно воздействовать на него в трудной ситуации не только не помогает решить накопившиеся проблемы, но и провоцирует конфликты с педагогом-музыкантом. Потребительское отношение родителей учащихся к преподавателю ДМШ вкупе с пренебрежением регулярными домашними занятиями детей значительно снижает скорость развития у них музыкальных и когнитивных способностей.
В данной ситуации учащийся ДМШ рискует утратить внутреннюю мотивацию к обучению музыке в целом, что в свою очередь может вызвать апатию и повысить конфликтность подростка. Это же в свою очередь — снизить успеваемость в общеобразовательной школе, нарушить процессы самореализации учащегося.
Отличительной чертой русского музыкального образования является «переживание красоты духовной, переходящее в поиски красоты Божьего мира и гармонии всего сущего» [14, с. 56]. Переживание евангельской красоты утверждает любовь к ближнему (человеколюбие) в качестве наивысшей духовной ценности не только в рамках музыкального искусства, но и во всей русской культуры в целом [4]. Одновременно человеколюбие как ценность становится ключом к пониманию русской классической музыки и педагогических традиций. При попытке заменить его на суррогатную толерантность теряются пути не только к глубокой интерпретации русской классической музыки, но и открываемая через них её духовная сущность.
Отечественное музыкальное образование, формировавшееся в единстве с композиторской и исполнительской школами, вобрало в себя всё то, чем духовно обогатилась русская классическая музыка в целом. Одним из важнейших проявлений его человеколюбия, объединяющего культуры разных народов, явилась «всемирная отзывчивость», важнейшая «способность нашей национальности» [1, с. 145]. Именно она позволила
объединить в русском музыкальном образовании передовые западноевропейские достижения и характерные для православной культуры ценности, в частности, человеколюбие. Через духовный диалог с Европой в России создалось уникальное представление о западной музыкальной культуре, не противоречащее традициям Православия. В дальнейшем это позволило активно развиваться отечественной музыкальной культуре и образованию, сохраняя и развивая свою уникальную идентичность, параллельно осваивая достижения европейских мастеров.
Толерантность против человеколюбия, мифологизация массового сознания. «Русская европейскость» — уникальное явление отечественной культуры, основы которой в музыке были заложены М. И. Глинкой,— гением, творчество которого в настоящее время более рассматривается как памятник основанию русской национальной композиторской школы, нежели как её живая творческая основа. Именно творчество М. И. Глинки стало доказательством того, что «всемирная отзывчивость», а не слепое подражание западноевропейским образцам является генетической особенностью русской музыкальной культуры, воплощающей христианское человеколюбие [3].
В современных условиях межцивилизационного противостояния именно западная толерантность образца первой четверти XXI века становится тем токсином, который используется при попытках искусственной мутации духовно-нравственных ценностей русской культуры и парализации извне её естественного развития. В попытках подмены исконно русской «всемирной отзывчивости» западными образцами терпимости, относительно которой «не существует общего согласия ученых и политических деятелей ни в отношении того, что вообще представляет собою толерантность, ни относительно ее роли в развитии современной культуры и общества» [16, с. 4], обнаруживается искусственное противопоставление общечеловеческих ценностей русской культуре, аксиологическую нагрузку которой несёт в себе Православие, находящееся в постоянном социальном диалоге с представителями традиционных для России религий. Таким образом через навязывание толерантности осуществляется пропаганда агрессивной русофобии, экстремизма и нетерпимости к Русской Православной Церкви как носительнице ценностно-культурного кода России. При этом под удар ставятся основные достижения русской композиторской и музыкально-педагогической школ, навязывается псевдогуманистическая идеология, противоречащая
традиционным национально-культурным ценностям [2].
Мифологизация массового сознания путём представления толерантности как критерия человекоориентированности (гуманности) «отвечает за формирование любого неадекватного либо неверного представления о реальности и связях, происходящих в ней, благодаря неким прагматическим установкам» [15, с. 130]. К подобным установкам, характерным для массового сознания и распространённого среди членов родительского сообщества, следует отнести:
— восприятие обучения в ДМШ исключительно как развития способностей и удовлетворения интереса ребёнка к музыке;
— игнорирование духовной основы академической музыки и необходимости стремления к её пониманию как залога творческих успехов обучающегося;
— потребительское отношение к преподавателям ДМШ как к бесправным «агентам» по предоставлению «образовательных услуг», пренебрежение к их требованиям и рекомендациям по организации обучения детей;
— завышенные требования к преподавателям ДМШ по качеству обучения в сочетании со снятием с себя ответственности за воспитание внутренних ценностных ориентиров у детей при участии педагога-музыканта.
Путём развития в обществе подобных социально-психологических клише, основанных на требовании толерантности к беспринципности, невежеству, лени, невоспитанности, отсутствию ценностей, понимания целей и задач обучения в ДМШ, ставится под сомнение возможность полномерной реализации образовательных программ ДМШ, прежде всего, предпрофессиональной. Из-за этого снижается качество обучения, нарастает угроза профессиональной деквалификации преподавателей ДМШ. Также закрывается возможность познания субъектами образовательного процесса человеколюбия как стержня воспитания и обучения музыке, её духовных основ.
Толерантность в социуме: источники «заражения». Основными источниками толерантности, несущей угрозу российскому обществу, тормозящей поиск ценностных ориентиров как образования в целом, так и его музыкальной составляющей в частности, являются:
— массовая музыкальная индустрия развлечений;
— «вирусные» медиа-проекты;
— международная телекоммуникационная сеть «Интернет».
Массовая музыкальная индустрия развлечений в России за последние
15 лет сделала стремительный рывок, фактически выйдя из «тени» музыки как таковой. Хрупкий и неоднородный баланс музыкального содержания и сценической эффектности, сформированный к концу 90-х — началу «нулевых» годов XXI века и демонстрировавший новые социальные стандарты постсоветской России, оказался неактуален. Последовала смена приоритетов: значение музыки, её качество, выразительность и образные характеристики стали резко снижаться. При этом возросло значение скандальности исполнителя, его актуальность потребительским трендам. Характерной особенностью последних 10-15 лет стало проникновение рэпа и хип-хопа в массовую молодёжную среду и их утверждение в ней как способа самовыражения подростков. Разделение рэпа на сценический и андеграундный явило собой появление «нового декаданса» в российской массовой музыкальной культуре. Последние же 7-10 лет ознаменовались выходом из «подполья» рэп-декаданса, началом активной концертной деятельности его представителей. Эти же изменения просматриваются и в деятельности фронтменов других направлений, в частности поп-музыки, для которых своеобразным андеграундом стали социальные сети, в которых они дебютировали перед публикой. Важнейшей чертой многих представителей данных музыкальных стилей стало грубое оскорбление этических и религиозных ценностей, норм морали и нравственности, выражаемое в неприкрытом презрении к ним и унижении их носителей. Осуществляемая таким образом пропаганда морального ничтожества и потребительского отношения к жизни формирует модель общества, свободного от ценностей, навязывая его членам толерантность к этому.
К числу «вирусных» медиа-проектов следует отнести, прежде всего, юмористические и реалити-шоу, деятельность «стендап-комиков», сознательно освободивших себя от этических ограничений. Их «вирусность» заключается, прежде всего, в постановке актуальных для общества вопросов в малой группе и демонстрации отсутствия вразумительного ответа на них в грубой и неэтичной манере. Парадокс популярности подобных шоумэнов объясняется тем, что потребитель «с головой» погружается в актуальную проблему, отвергает духовный поиск её решения, тем самым усугубляя положение вещей. Существенную роль при этом играет иллюзорная «избранность» той малой группы, в которой первоначально распространяется информация: такое положение вещей формирует в социуме представление о некой альтернативной псевдоэлите, к которой возникает желание при-
соединиться по причине отсутствия прочных духовных ценностей бытия. В результате вырабатывается не только беспомощность общества перед актуальными духовными угрозами, «приметами времени», но и формируется толерантное отношение как к причинам их возникновения, так и к отсутствию возможностей для устранения опасностей. Созидательная сила общества, фактически, блокируется толерантностью.
За последние 20 лет именно международная телекоммуникационная сеть «Интернет» взяла на себя функцию коллективного модератора понимания физической реальности. Эта функция сочетается с дополнением действительности объектами виртуальной реальности, определением их значения и смысла для человека. Активное создание новых виртуальных объектов в сети «Интернет», их «очеловечивание», стирание граней между физической реальностью и искусственным интеллектом приводит к созданию псевдоуниверсальных ценностей, препятствующих нахождению ориентиров духовного развития общества.
Отечественному образованию в целом и его музыкальному сегменту в частности в данной глобальной диспозиции выпадает миссия определения «красных линий», разделяющих технологический прогресс и де-аксиологизацию общества, ведущуюся путём подмены ценностей, в том числе, через международную телекоммуникационную сеть «Интернет». Критерием при определении полезности того или иного цифрового образовательного продукта является его воспитательное значение, наличие в нём аксиологической составляющей, основанной на традиционных для России духовно-нравственных ценностях. Аксиологический фактор в условиях нарастания межцивилизационного противостояния, частью которого является информационная война противРоссии, становится решающим, поэтому именно он отвечает за обеспечение развивающего потенциала как традиционных, так и цифровых образовательных продуктов (программ, методик и т.п.). Залогом выполнения данной миссии является опора на человеколюбие как живой стержень христианского миропонимания в противовес толерантности, предполагающей «отмену» традиционных ценностей, мифологизацию массового сознания путём внедрения бивалентной реальности. Нарастающая активность в обществе перечисленных «источников заражения» толерантностью закрывает возможность нахождения ценностных национально-культурных и духовно-нравственных ориентиров музыкального образования в России в условиях межцивилизационного противостояния в XXI веке.
Заключение
Проведён анализ понятий «толерантность» и «человеколюбие» в контексте традиционных ценностей русской культуры, достижений отечественной музыкально-педагогической школы. Исследована специфика межцивилизационного противостояния западного мира и России в области музыкального образования на примере ДМШ. Подтверждена необходимость определения ценностных национально-культурных ориентиров отечественного музыкального образования на основе духовно-нравственных достижений русской православной культуры. Это позволило сделать следующие выводы:
— толерантность в её современном западном понимании как одна из формирующих основ обучения и воспитания доказала свою несостоятельность для музыкального образования в России;
— выявлен вредоносный потенциал толерантности, препятствующий воспитанию традиционных для русской культуры ценностей у подрастающего поколения, необходимых для полноценного личностного и творческого саморазвития в области музыкального искусства;
— толерантность как позиция терпимости к социальным моделям развития личности, внедряемым извне с целью разложения российского общества и государства, уничтожения его духовно-нравственных и культурных основ не позволяет определять ценностные национально-культурные ориентиры музыкального образования в России.
При этом:
— человеколюбие как внутреннее качество личности педагога-музыканта позволяет прививать ребёнку в процессе обучения важнейшие нравственные ценности, активно развивать его талант, открывать ему духовный смысл музыки, формировать осознанное отношение к работе над ней;
— человеколюбие в его евангельском понимании является важнейшей парадигмой русской культуры, позволяющей определять ориентиры развития российского музыкального образования в целом и творческой личности в частности;
— человеколюбие, являясь одной из историко-мировоззренческих основ, объединяющих российское общество, защищает его от вносимых извне вирусов разложения, внедрения ложных и псеводогуманистических моделей развития, уничтожения духовно-нравственных и культурных традиций.
Авторский вклад
Подводя итог данного исследования, автор приходит к выводу о том, что человеколюбие как одна из важнейших парадигм православной культуры кроме вектора поисков, само по себе должно служить основой музыкального образования в России для его развития на всех уровнях.
Литература
1. Достоевский Ф. М. Полное собрание сочинений в тридцати томах. Том двадцать шестой. Дневник писателя 1877 сентябрь-декабрь. 1880 август. Л.: Издательство «Наука». Ленинградское отделение, 1984. 512 с.
2. Ивахненко А. А. Развитие духовной культуры педагога-музыканта как основа преодоления профессиональной деквалификации // Традиции и инновации в современном культурно-образовательном пространстве: материалы VIII Международной научно-практической конференции (г. Москва, 19 апреля 2017 г.) / под ред. Л. А. Рапацкой; ред. кол. В. В. Гетьман, И. Н. Немыкина. Москва: МПГУ, 2017. 378 с. С. 188-191.
3. Лобанкова Е. В. Глинка: Жизнь в эпохе. Эпоха в жизни. М.: Молодая гвардия, 2019. 591[1] е.: ил. (Жизнь замечательных людей: сер. биогр.; вып. 1713).
4. Медушевский В. В. Духовный анализ музыки. Учебное пособие в двух частях. 2-е изд. М.: КОМПОЗИТОР, 2016. 632 с., нотн. пр.
5. Никандров В. В. Психология: учебник. М.: Волтерс Клувер, 2009. 1008 с.: ил., табл.
6. Нилус С. А. Собрание сочинений в шести томах. Том второй. Сила Божия и немощь человеческая. Записки игумена Феодосия и другие повести. М.: Паломникъ, 2005. 847 с.
7. Новая философская энциклопедия: В 4 т./Ин-т философии РАН, Нац. общ.-научн. фонд; Научно-ред. совет: предс. В. С. Степин, заместители предс.: А. А. Гусейнов, Г. Ю. Семигин, уч. секр. А. П. Огурцов. М.: Мысль, 2010. Т. IV. 2010. 736 с.
8. Поппер Карл Раймунд. Открытое общество и его враги. Т. 1.: Чары Платона. Пер. с англ. под ред. В. Н. Садовского. М.: Феникс, Международный фонд «Культурная инициатива», 1992. 448 с.
9. РапацкаяЛ. А. Духовность как категория музыкального искусства и образования //Музыкальное искусство и образование. 2020. Т. 8. № 2. С. 34-53.
10. Рапацкая Л. А. Цивилизационный подход в педагогике музыкального образования: методологические основания и перспективы развития //Музыкальное искусство и образование. 2021. Т. 9. № 4. С. 9-28.
11. Святитель Феофан Затворник. Путь ко спасению. М.: Сибирская бла-гозвонница, 2013. 494, [2] с.
12. Симфония по творениям Святителя Игнатия (Брянчанинова). М.: ДАРЪ, 2008. 776 с.
13. Сластенин В. А., Чижакова Г. И. Введение в педагогическую аксиологию: Учеб. пособие для студ. высш. пед. учеб. заведений. М.: Издательский центр «Академия», 2003. 192 с.
14. Теория и методика общего и профессионального образования: музыка и изобразительное искусство: монография / [Авт. коллектив: А. А. Коновалов,
Т. Г. Мариупольская, Л. А. Рапацкая и др. Москва: МПГУ, 2021. 256 с.: ил.
15. Хабибуллина З. Н. Мифологизация массового сознания [Электронный ресурс] // Манускрипт. 2018. № 12 (98). Ч. 1. С. 129-133. URL: https://doi.org/10.30853/ manuscript.2018-12-1.28 (дата обращения 14.09.2022).
16. Хомяков М. Б. Проблема толерантности в христианской философии [Текст] / М. Б. Хомяков: дис. ... докт. филос. наук: 09.00.03. Екатеринбург, 2000. 334 с.
References
• Dostoevskij F. M. Polnoe sobranie sochinenij v tridcati tomah. Tom dvadcat' shestoj. Dnevnik pisatelya 1877 sentyabr'-dekabr'. 1880 avgust.— L.: Izdatel'stvo «Nauka». Leningradskoe otdelenie, 1984. 512 s.[In Rus].
• Ivahnenko A. A. Razvitie duhovnoj kul'tury pedagoga-muzykanta kak osnova preodo-leniya professional'noj dekvalifikacii // Tradicii i innovacii v sovremennom kul'turno-obrazovatel'nom prostranstve: materialy VIII Mezhdunarodnoj nauchno-praktiches-koj konferencii (g. Moskva, 19 aprelya 2017 g.) / pod red. L. A. Rapackoj; red. kol. V. V. Get'man, I. N. Nemykina. Moskva: MPGU, 2017. 378 s. S. 188-191. [In Rus].
• Lobankova E. V. Glinka: Zhizn' v epohe. Epoha v zhizni. M.: Molodaya gvardiya, 2019. 591[1] c.: il. (Zhizn' zamechatel'nyh lyudej: ser. biogr.; vyp. 1713). [In Rus].
• Medushevskij V. V. Duhovnyj analiz muzyki. Uchebnoe posobie v dvuh chastyah. 2-e izd. M.: KOMPOZITOR, 2016. 632 s., notn. pr. [In Rus].
• Nikandrov V V Psihologiya: uchebnik. M.: Volters Kluver, 2009. 1008 s.: il., tabl. [In Rus].
• Nilus S. A. Sobranie sochinenij v shesti tomah. Tom vtoroj. Sila Bozhiya i nemoshch' che-lovecheskaya. Zapiski igumena Feodosiya i drugie povesti. M.: Palomnik", 2005. 847 s. [In Rus].
• Novaya filosofskaya enciklopediya: V 4 t./In-t filosofii RAN, Nac. obshch.-nauchn. fond; Nauchno-red. sovet: preds. V. S. Stepin, zamestiteli preds.: A. A. Gusejnov, G. Yu. Semigin, uch. sekr. A. P. Ogurcov. M.: Mysl', 2010. T. IV. 2010. 736 s. [In Rus].
• Popper Karl Rajmund. Otkrytoe obshchestvo i ego vragi. T.1.: Chary Platona. Per. s angl. pod red. V. N. Sadovskogo. M.: Feniks, Mezhdunarodnyj fond «Kul'turnaya iniciativa», 1992. 448 s. [In Rus].
• Rapackaya L. A. Duhovnost' kak kategoriya muzykal'nogo iskusstva i obrazovaniya // Muzykal'noe iskusstvo i obrazovanie. 2020. T.8. № 2. S. 34-53. [In Rus].
• Rapackaya L. A. Civilizacionnyj podhod v pedagogike muzykal'nogo obrazovaniya: metodologicheskie osnovaniya i perspektivy razvitiya //Muzykal'noe iskusstvo i obra-zovanie. 2021. T.9. № 4. S. 9-28. [In Rus].
• Svyatitel' Feofan Zatvornik. Put' ko spaseniyu. M.: Sibirskaya blagozvonnica, 2013. 494, [2] s. [In Rus].
• Simfoniya po tvoreniyam Svyatitelya Ignatiya (Bryanchaninova). M.: DAR", 2008. 776 s. [In Rus].
• Slastenin V. A., Chizhakova G. I. Vvedenie v pedagogicheskuyu aksiologiyu: Ucheb. posobie dlya stud. vyssh. ped. ucheb. zavedenij. M.: Izdatel'skij centr «Akademiya», 2003. 192 s. [In Rus].
• Teoriya i metodika obshchego i professional'nogo obrazovaniya: muzyka i izobrazitel'noe iskusstvo: monografiya / [Avt. kollektiv: A. A. Konovalov, T. G. Mariupol'skaya, L. A. Rapackaya, A. P. Yudin, M. S. Osenneva, N. M. Sokol'nikova, S. P. Lomov, S. E. Ignat'ev]; otv. red. L. A. Rapackaya; redkollegiya: A. A. Konovalov, S. P. Lomov, A. V. Toropova; otv. tekhn. red. E. A. Shkapa. Moskva: MPGU, 2021. 256 s.: il. [In Rus].
• Habibullina Z. N. Mifologizaciya massovogo soznaniya [Elektronnyj resurs] // Manuskript. 2018. № 12 (98). Ch. 1. S. 129-133. URL: https://doi.org/10.30853/manu-script.2018-12-1.28 (data obrashcheniya 14.09.2022). [In Rus].
• Homyakov M. B. Problema tolerantnosti v hristianskoj filosofii [Tekst] / M. B. Homyakov: dis. ... dokt. filos. nauk: 09.00.03. Ekaterinburg, 2000. 334 s. [In Rus].
Информация об авторе
А. А. Ивахненко — кандидат педагогических наук, преподаватель высшей категории Муниципального бюджетного учреждения дополнительного образования Городского округа Пушкинский Московской области «Пушкинская детская музыкальная школа».
Information about the author
Aleksandr A. Ivahnenko — Ph.D. (Pedagogy), teacher of the highest category of the Municipal budgetary institution of additional education of the City district Pushkinsky of the Moscow oblast "Pushkino children's music school".
Статья поступила в редакцию 13.10.2022; одобрена после рецензирования 23.10.2022; принята к публикации 28.10.2022. The article was submitted 13.10.2022; approved after reviewing 23.10.2022; accepted for publication 28.10.2022.