РАЗДЕЛ II. СОЕДИНЕННЫЕ ШТАТЫ АМЕРИКИ
Владимир Ошеров* ЦАРСТВО, РАЗДЕЛИВШЕЕСЯ В САМОМ СЕБЕ
Пытаясь как-то объяснить события, происходившие в США за последний год, автор хотел бы начать с цитаты тридцатилетней давности, из эссе, написанном в 1979 г. профессором Джин Кирк-патрик, когда-то занимавшей пост советника при Президенте США Рональде Рейгане - «Диктатуры и двойные стандарты» (Dictatorships & Double Standards).
Она писала: «Хотя большинство правительств в мире являются, как и прежде, автократиями того или иного рода, ни одна идея не имеет большего влияния на умы образованных американцев, чем вера в то, что возможно демократизировать правительства повсюду, в любое время, при любых обстоятельствах. Такое понимание опровергается огромным числом фактов из опыта десятков стран, которые пытались, с большим или меньшим (обычно меньшим) успехом перейти от автократического к демократическому образу правления... Демократические институты особенно трудно установить и поддерживать - поскольку они налагают тяжелое бремя на все слои общества, и зависят от сложных социальных, культурных и экономических условий».
Эта точка зрения разделялась и поддерживалась тогда не только республиканцами, но и многими членами Демократической партии США - вплоть до президентства Билла Клинтона. Начиная с Клинтона, а затем - и с Дж. Бушем-мл., и с Бараком Обамой в Белом доме - мы наблюдали полное пренебрежение к идеям, вы-
* Ошеров Владимир Михайлович (р. 22 апреля 1940), публицист, кинооператор и сценарист, писатель и переводчик статей для нашего издания «ЭОН»; автор исследования «Но вечный выше вас закон» (изд. «Летний сад», Москва-СПб., 2008). Живет и работает в Америке.
сказанным Джин Киркпатрик, и, как следствие, многолетнюю серию неудач и провалов американской внешней политики. Здесь, по-видимому, лежат отчасти причины того раскола, который мы наблюдаем в Америке сегодня, начиная с предвыборной кампании 2016 г. и особенно остро - с момента избрания Дональда Трампа президентом США.
Недавнее президентство афроамериканца Барака Обамы было поначалу с восторгом воспринято и черными, и многими белыми американцами, но иные из его предвыборных заявлений оказались обычной ложью (о полной его независимости от крупного капитала), а другие - насчет прекращения войны в дальних странах -так и не были выполнены. Фактическая неудача его правления и жалкая, антипатичная фигура Хилари Клинтон в качестве продолжателя дела Обамы определили победу Дональда Трампа. Голоса, поданные в его пользу, на самом деле были голосами против Хилари. Но американские негры, пережив эйфорию первого в истории чернокожего президента, сегодня (как и на протяжении всей истории США) вновь оказались маргинальной общественной группой, меньшинством, не имеющим никаких шансов на какие-то политические достижения в ближайшем будущем. Трамп недвусмысленно заявил о своих приоритетах («Америка - прежде всего»), и белая Америка проголосовала за него.
Отсюда - то остервенение, какое изумленный мир увидел в Шарлоттсвилле, и продолжающиеся по сей день акции протеста. Снос и осквернение исторических памятников, связанных с давней Гражданской войной, сразу поставили все точки над «1». Намечавшееся было примирение белых и черных ушло, как прекрасный сон, а за Шарлоттсвиллем последовали и другие акции: например, со стороны футболистов Национальной Футбольной Лиги (где большинство игроков - черные), вставших на колени во время исполнения национального гимна перед матчем - в знак протеста против избрания Трампа (правила требуют при этом стоять, приложив правую руку к сердцу).
Хочу привести здесь небольшое эссе, написанное по свежим следам безобразий в Шарлоттсвилле Патриком Дж. Бьюкененом, когда-то занимавшим видное место среди американских консерваторов и даже претендовавшим на президентский пост.
Что же нас до сих пор объединяет?
Десятки лет тому назад наше консервативное движение было взбудоражено дискуссиями о том, что собою представляет Америка как нация.
Неоконсерваторы утверждали, что Америка - «идеологическая нация», «нация символа веры», приверженная известному принципу, что «все люди созданы равными».
Позаимствовав библейский призыв «идти и учить все народы», они обожествили демократию, сделав обращение всего человечества в демократическую веру своей миссией на земле.
Джордж У. Буш с его глобальным крестовым походом во имя демократии, полностью уверовал в эту миссию. Результат: горький привкус во рту и серия провалов во внешней политике США, начиная с Афганистана и Ирака.
За трамповским предвыборным лозунгом: «Америка прежде всего» стояла убежденность в том, что с окончанием холодной войны, концом воистину идеологической державы - СССР - и распадом ее на отдельные этнические образования, наступило, наконец, время для Америки вернуться к себе домой.
В противовес неоконам, традиционалисты утверждали, что Америка, будучи уникально великой страной, объединяется своей культурой, языком, своей историей, героями, праздниками, нравственностью, обычаями и традициями. Общей чертой всех американцев, черных и белых, остается их принадлежность к народу, достигшему столь многого.
Мнение, приписываемое Алексису де Токвилю: «Америка -великая страна, потому что она знаменует добро, но если она перестанет знаменовать добро, она перестанет быть великой», - это мнение разделялось почти всеми.
Наше будущее сегодня проблематично, поскольку то, что когда-то объединяло нас, сегодня нас разделяет. Хотя наши президенты В. Уилсон и Г. Трумэн утверждали, что мы - «христианская нация», но христианство изгнано из нашей общественной жизни и число верующих с каждым годом сокращается. Атеизм и агностицизм распространяются все больше и больше, особенно среди молодежи.
Традиционная нравственность, основанная на христианстве, отвергается. Половина всех браков завершаются разводом. Из десяти рождающихся детей, четверо - внебрачные. Неограниченный доступ к абортам и однополые браки - еще лет десять назад счи-
тавшиеся знаками деградации и упадка - сегодня воспринимаются как права человека и служат знаком социального прогресса.
Десятки миллионов у нас не говорят по-английски. Там, где большая часть нашей музыки состояла из классической, популярной, «кантри и вестерн» и джаза, сегодня значительная часть содержит грязные слова, еще недавно считавшиеся нецензурными.
Там, где у нас было три общенациональных телекомпании, мы имеем три круглосуточных, 24-часовых кабельных новостных каналов и тысячи вебсайтов, усиливающих разнобой наших взглядов на мораль, культуру, политику и расовую принадлежность.
Вот, к примеру, всего несколько происшествий после событий в Шарлоттсвилле.
В Сан-Фернандо, на памятнике брата Хуниперо Серра, францисканского монаха, основавшего миссии, ставшие впоследствии городами Сан-Диего, Сан-Франциско, Сан-Хуан Капистрано и Санта-Клара, было намалевано слово «Убийца».
Один из самых наших старинных памятников в честь Колумба в Балтиморе подвергся актам вандализма. Сенатор от штата Вирджиния, Тим Кейн призвал убрать статую генерала Роберта Ли от Капитолия и заменить ее на статую Покахонтас. Согласно легенде, эта дочь индейского вождя Паухатана спасла капитана Джона Смита, бросившись ему на шею и тем самым защитив его от обезглавливания. Притом, что сам вождь имел непосредственное отношение к исчезновению так называемой «Пропавшей колонии» на острове Роаноук, британского поселения, одной из жительниц которого была Вирджиния Дэйр - первый ребенок европейского происхождения, родившийся в Британской Америке.
Почему Кейн не потребовал аналогичных почестей для самого Джона Смита, руководителя Джеймстаунской колонии, отразившего неоднократные набеги индейцев?
В Нью-Орлеане, на памятнике Жанне д'Арк, подаренном Францией в 1972 г., было написано с помощью краскопульта: «Снесите этот памятник!» Будучи не только канонизированной католической святой, но и легендарной героиней Франции - что такого сделала Орлеанская Дева, чтобы заслужить подобное отношение?
Если все это обобщить, мы сегодня наблюдаем то, как первооткрыватели, исследователи и миссионеры Северной Америки все вместе демонизируются в качестве расистов и виновников геноцида. Наши отцы-основатели выставляются либо рабовладельцами, либо покровителями работорговли. Утверждается, что они
были или соучастниками расовой «зачистки» коренных народов Северной Америки или одобрительно относились к ней. Чуть ли не до сегодняшнего дня мы, оказывается, были страной, где сторонникам сегрегации воздавались всяческие почести.
Для наших «левых» итог состоит в том, что мы, американцы, должны чувствовать себя виновными, стыдиться нашей истории, сделавшей нас ведущим народом в мире. И должны признать вину наших предков, разрушая и оскверняя любые сооружения и памятники, поставленные в их честь.
Этот разрастающийся сегмент нашего общества, движимый самоправедным гневом, полон решимости очернить память наших ушедших в мир иной предков.
Для другой части американского общества, многое из хваленого социального и морального «прогресса» последних десятилетий вызывает чувство отвращения, которое можно суммировать жалобой: «Это - не та страна, где мы выросли!»
Хилари Клинтон публично заклеймила эту часть Америки в качестве «сборища жалких людей... расистов, женоненавистников, гомофобов, ксенофобов и исламофобов», полностью «неисправимых».
Так что же нас по-прежнему объединяет? Что связывает нас перед лицом неведомого будущего? Что делает нас единой нацией и единым народом? Что можем мы предложить человечеству, между тем как народы, похоже, все более отвращаются от того, во что превращаемся мы, и вместо этого пытаются строить свое будущее на базе этнического национализма и фундаменталистской религии?
Если передовая демократия ведет за собой развал наций, наблюдаемый вокруг нас, - что же может говорить в ее пользу?
Прожив уже одну шестую часть XXI в., находим ли мы что-либо, подтверждающее, что он будет «Вторым Американским Веком»?
* * *
Проблема отчасти состоит в том, что некогда мощное консервативное движение в США, обеспечившее победу Рональда Рейгана, а затем и Джорджа Буша-ст., практически перестало существовать. Это началось еще в президентство Билла Клинтона, когда США стали рьяно заниматься «Nation-building» («строительством наций»), т.е. насаждением демократии по всему миру, неза-
висимо от истории и культуры. Последовали войны в Югославии, Косове, бомбежки Сербии. Консерваторы, невзирая на предупреждения Дж. Киркпатрик, никакого сопротивления этому не выказали, хотя политика была явно неудачной, затем они оказали полную поддержку Дж. Бушу-мл., продолжившему ту же политику, и наконец - Обаме (который обещал отказаться от «Nation-building», но не сделал этого). Скорее всего, это продолжится и при Трампе (в связи с его заявлениями об Афганистане) - несмотря на все его громкие заявления, что «Америка - прежде всего». Впечатление, что сегодня здравый смысл покинул внешнюю политику США.
В превратностях сегодняшней ситуации - особенно в бесстыдно откровенной травле Трампа со стороны СМИ - играет свою роль то, что американские консерваторы в значительной степени исчезли как со страниц влиятельных органов печати, так и с экранов телевизоров, - а не только из органов власти. Я прекрасно помню времена, когда на страницах ультра-либеральной «Нью-Йорк Таймс» можно было прочитать колонки Ирвинга Кристола, Пэта Бьюкенена и других консервативных публицистов. Консерваторы вроде Джорджа Уилла регулярно появлялись на телеэкране и вели дискуссии с либералами. Позорное, провальное президентство Дж. Буша-мл. явно поставило республиканскую партию и всех консерваторов в незавидную позицию, особенно потому, что внешняя политика Буша, как известно, во многом базировалась на мнении неоконсерваторов, «захвативших» тогда Белый дом.
Тем неожиданнее была победа Трампа. Консерваторы к этой победе не имеют никакого отношения. Сегодня их не слышно и не видно. Просто экономическое положение средних американцев настолько ухудшилось, что они вновь готовы поверить в республиканскую партию и отдать ей свои голоса. Особенно потому, что главные виновники экономического кризиса - банкиры УоллСтрита - так и не были наказаны Бараком Обамой. Тут даже никакой пропаганды или политтехнологии не требуется.
Но особым явлением последних (?) месяцев стала вновь расширяющаяся пропасть между черной и белой Америкой. Существует она давно, по сути еще до образования Соединенных Штатов Америки, до принятия Конституции США в 1789 г. Началась она, конечно, с XVII в., с начала работорговли, но остается, невзирая на все принятые с тех пор прогрессивные меры и на все попытки примирения, незаживающей раной на нравственном облике Америки.
Сегодня вся подоплека войны Юга и Севера полностью извращена и продолжает искажаться либеральными историками, преследующими откровенно партийные внутриполитические цели. В силу этого огромный сегмент населения Америки - цветной -стал игрушкой в руках демократической партии, особенно в избирательных кампаниях. И тем не менее позорная история рабства негров, с последующими неудачными попытками примирения, -ярчайшая иллюстрация морального фиаско всей Америки, никак не связанного с партийной политикой как таковой.
Стоит вспомнить, что президент США Томас Джефферсон -«святой» покровитель американского либерализма - в свое время предлагал организовать «репатриацию» негров назад в Африку. Расовая проблема уже тогда была понятна во всей своей масштабности и безвыходности. Наверняка, Джефферсон понимал, что даже отмена рабства в будущем повлечет за собой новые неразрешимые проблемы. Просто к тому моменту у государства на возврат рабов домой в Африку уже не было никаких средств.
Все попытки как-то по-иному решить эту проблему никак не облегчили, а скорее, усугубили ситуацию раскола и расовой непримиримости. Широкая кампания 1960-х годов по «десегрегации», «интеграции» негров, вместе с решениями тогдашнего Верховного суда, окончилась трагической, совсем уже неразрешимой проблемой нынешних негритянских гетто-трущоб, наркомании, миллионов матерей-одиночек, уличными бандами и ростом уголовщины. Негры с тех пор еще больше возненавидели белых, особенно евреев, хотя те в свое время, (в начале ХХ в.) на собственные деньги организовали негритянскую «борьбу за гражданские права». Как широко известно, представители тогдашней еврейской общины, особенно придерживавшиеся «левых» взглядов, долгие годы официально возглавляли КЛЛСР - главную и долгие годы единственную политическую организацию негров.
Трамп стал президентом США отнюдь не из-за вмешательства в американские выборы «хакеров» из России. Эти продолжающиеся до сих пор поиски улик мифического сотрудничества помощников Трампа с русскими агентами так ничего и не принесли. Кроме того, отвечая на вопрос Бьюкенена о главенстве, гегемонии США в мире, можно сразу ответить: с этим покончено! Появился мощный Китай, которому особенно не прикажешь, есть гигантская и растущая Индия и, наконец, Россия, впервые за последние годы начавшая проявлять признаки суверенитета.
Со старым мифом о том, что Америка является уникальным в истории человечества «плавильным котлом» («Melting Pot»), сплавляющим разные народы в единую нацию - американцев -сегодня тоже приходится распрощаться. Собственно, исчезновение «плавильного котла» началось давно, еще с тех пор, как либералы у власти (в Европе - раньше, чем в США) провозгласили и начали внедрять утопию «мультикультурализма» - и таким образом разрушили те основы (прежде всего, необходимость всем знать английский язык), на которых действовал этот «котел». Америка оказалась раздробленной на этнические гетто - со своими СМИ, телевидением, рекламой и т.д., делающими общность культуры и менталитета необязательным условием единства нации.
Недавние потрясения мировой экономики в результате полностью либерализованных условий деятельности крупнейших финансовых конгломератов мира (и прежде всего - американских, во время президентства Дж. Буша-мл.) - именно они послужили причиной нынешнего всемирного финансового кризиса. Стоит повторить, что преемник Буша в Белом доме, Барак Обама, вместо того чтобы наказать виновников финансового кризиса, начал свое президентство с гигантской подачки финансовым корпорациям -разумеется, за счет американских налогоплательщиков. С подачки как раз тем, кто должен был бы оказаться за решеткой. Насколько нам известно, лишь один из этих преступников был судим и отбывает ныне тюремный срок. Вот так выглядит «свободно-рыночная» экономика, не признающая никаких национальных интересов, независимо от страны пребывания - Америки, Англии, Швейцарии, России и т.д. За все расплачивается государство, т.е. налогоплательщик.
Когда мы пытаемся объяснить реальные причины победы Дональда Трампа на президентских выборах, следует помнить и этот фактор. Ведь Хилари Клинтон, без всякого сомнения, была бы продолжательницей обамовской политики поблажек крупному капиталу. Рабочий класс Америки, больше всех пострадавший от нынешнего кризиса, не задумываясь, отдал свои голоса Трампу -дельцу с сомнительной репутацией - в основном потому, что он пообещал вернуть домой, в Америку миллионы рабочих мест, уплывших за океан, в Китай, в Азию или в Латинскую Америку - с баснословными барышами для крупного бизнеса, - как это было в годы правления не только Демократической партии, но и республиканца Дж. Буша-мл.
Здесь, начав разговор о национальном единстве, национальных интересах и судьбах черных американцев, неплохо бы вспомнить слова, написанные больше ста лет назад судьей Верховного суда США Генри Брауном в своем заключении по делу «Плесси против Фергюсона» - того самого заключения, которое установило конституционность сегрегационного принципа «Separate but Equal», («раздельное равноправие»), впоследствии отвергнутого. Браун писал, что Верховный суд не согласен с тем, «что равные права не могут быть обеспечены негру иначе, как путем принудительного смешения двух рас». «Если обе расы когда-либо сойдутся на почве социального равенства, - продолжал он - это должно быть результатом естественных симпатий, взаимного уважения заслуг каждой из них и добровольного согласия индивидов». Разумеется, либеральные историки заклеймили Брауна как «расиста».
История же подтвердила правоту «реакционного» судьи: принудительная, судебным порядком навязанная всему обществу интеграция, меры «компенсации», денежные подачки «обиженным», обязательные квоты при приеме в вузы и на работу, внедрение черных школьников в «белые» школы, а белых - в «черные» и прочее - не только не сближают расы, но делают их еще более «раздельными». Белый средний класс в массовом порядке стал переселяться из центра больших городов в предместья, а оставшиеся в городах негры быстро превратили некогда благополучные районы в трущобы. За последние годы возросло число убийств черных американцев руками полицейских. Одновременно, черные используют любой повод для совершения актов грабежа и насилия против белых. Победа Трампа все это обострила.
Но на чем же могут основываться «естественные симпатии, взаимное уважение заслуг и добровольное согласие индивидов»? Только на одном: на христианской вере, на учении Христа о взаимном прощении, о любви к своим врагам. Когда вместо Христа нам подсовывают теории мультикультурализма, «инклюзивности» (т.е. всеядности), всеобщего равенства - родителей, взрослых и детей, женщин и мужчин, когда всячески умаляется роль семьи в воспитании детей, узакониваются однополые браки, когда вообще понятия Бога и церкви довольно решительно изгоняются из общества, тогда единство нации превращается в пустой звук.
Таким образом, Америка, наконец-то «догнала» Европу по степени секуляризации и расцерковления.
В Европе процесс обезбоживания начался намного раньше, чем в США: еще с Реформации, с «эпохи Просвещения», особенно
с Французской революции, - и успешно продолжился до наших дней. Америка в это время еще была подлинно христианской страной, хотя и не без противоречий, например, между верой во Христа и процветанием рабства и работорговли. Но еще совсем недавно - каких-нибудь тридцать лет назад - европейская интеллигенция подсмеивалась над «пуританской» Америкой, долгое время соблюдавшей у себя многие цензурные ограничения - например, в литературе, в кино, на телевидении. Сейчас для таких издевок уже нет оснований. Америка сравнялась с Европой всего за каких-нибудь 50 лет!
Кстати, Гражданская война между Севером и Югом в XIX в. только отчасти может быть оправдана заботой северян во главе с Линкольном об освобождении негров от рабства. Главной целью было сохранить единый рынок, не допустить сепаратистского движения южан, провозгласивших свою отдельную Конфедерацию. Война была развязана в самых кровных интересах бизнесменов и финансовых тузов Северных штатов. Мотивы северян и Линкольна никак не согласовались с провозглашением подлинной демократии и равенства для всех американцев, независимо от цвета кожи. Всё это было чистой воды демагогией и подтвердилось вскоре полным пренебрежением к интересам и демократическим правам побежденных южан.
Многие годы либералы рьяно и, надо сказать, весьма успешно внушали обществу свои догмы о всеобщем равенстве, вплоть до того, что взрослые и дети должны пользоваться одними и теми же правами. Не эти ли представления лежат в основе, например, законов, снизивших «возраст согласия» в половых отношениях с 16 до 14 лет? Но беда в том, что помимо эгалитаристов-либералов, из принципа считающих любые понятия об авторитете взрослых, о необходимости определенной субординации посягательством на идеалы равенства, есть немало тех, кто прямо заинтересован в том, чтобы оторвать детей, подростков от родителей, от их влияния и опеки.
Это, конечно, киноиндустрия, телевизионные каналы, индустрия поп-музыки, т.е. те, кто делает деньги прежде всего на молодежи. Понятно, что любой бизнес заботится о расширении клиентуры. Но «развлекательный» бизнес имеет свою специфику: люди взрослеют, у них остается все меньше времени на телевизор, кино, танцульки, в зрелом возрасте они уже не столь подвержены дешевому обаянию тинейджерской культуры. Значит, расширять рынок эффективнее всего в сторону более раннего, а не более
зрелого возраста. В привлечении несовершеннолетних потребителей, конечно же, заинтересована и гигантская рекламная индустрия, ориентирующаяся на рейтинги телевизионных программ. Это еще больше стимулирует молодежно-подростковое направление телевидения.
Если совсем не ограничивать погоню за прибылью, многие бизнесмены и компании могут перейти все границы здравого смысла. Это известно давным-давно, и даже в самых свободных и передовых странах существуют законы, например антимонопольные, или ограничивающие процент прибыли, или устанавливающие нормы охраны труда, или обязующие работодателей выделять определенную часть доходов на здравоохранение своих служащих. Законы эти возникли не спонтанно, а как нормальная реакция общества на злоупотребления жадных и бессовестных дельцов. Почему же не применить ту же логику в отношении дельцов от телевидения, кино, рекламы, поп-музыки?
Психология бизнеса одна и та же, будь то у торговцев спиртными напитками и сигаретами или у издателей журналов и кинопродюсеров. Но одних почему-то ограничили, а другим пока удается этого избежать. Стоит обратить внимание и на содержание массовой культуры, на то, чему она учит. Джин Эдвард Вейт, профессор университета Конкордия пишет, например, что «сегодняшняя популярная музыка, изготовляемая для молодежного рынка, в целом отвергает любой авторитет, прославляет внебрачные половые отношения и возводит физическое удовольствие в ранг единственного вида добра. Иногда эта музыка идет дальше, упиваясь откровенным изображением зла».
В течение многих десятилетий либеральное государство и либеральная культура - школы, университеты, литература, искусство, социальные науки - всеми возможными путями пытались разрешить расовую проблему. Но при этом расовые и национальные различия трактуются ими как нечто эфемерное, надуманное, просто как вредный предрассудок.
В противовес либерализму следует сказать (и это подтверждается ежедневно), что культурные различия между народами бывают настолько велики, что для устранения их отрицательного влияния могут понадобиться столетия. Даже Европа, как мы это видим воочию, никак не может прийти к подлинному единству, несмотря на всю добрую волю сторон и все несомненные выгоды, проистекающие от такого единства. Более того, в Европе сегодня на повестке дня оказался вопрос сепаратизма: Испания (Каталония),
Великобритания (Шотландия), Бельгия (Фландрия). Стоит упомянуть и Канаду с ее Квебеком. Да что там Европа - Соединенные Штаты, считающие себя единым обществом, единой нацией, до сих пор не могут изжить своих местных разногласий. Вопросы федерализма, требования большей автономии для штатов в решении внутренних проблем продолжают постоянно обсуждаться и постоянно вступают в противоречие со стремлением вашингтонских властей унифицировать Америку.
Уместное отступление от главной темы. Выдающийся русский мыслитель, православный консерватор и монархист, Константин Леонтьев, как известно, делил историю практически всех государств на три фазы: 1) первоначальная простота, 2) цветущая сложность и 3) вторичное, упрощающее всесмешение (то, что получило сегодня название «глобализация»). А затем - упадок и гибель. Самая оптимальная и плодотворная часть в истории всех государств - неравноправие, разделение общества на классы, наличие привилегированной аристократии в сочетании с монархией. Леонтьев категорически отвергал демократию, республиканский образ правления, свободные выборы, конституции и прочее в том же духе. Надежда на установление социального равенства как и идея финального благоденствия в корне противоречат тому, что говорится в Евангелии. Но люди никак не могут расстаться с идеей земного рая. Даже наш пророк Федор Достоевский, в своей Пушкинской речи не смог удержаться от этого соблазна (за что и критиковался Леонтьевым). А ведь в истории именно борьба за эту несбыточную надежду повлекла за собой столько невинных жертв.
Константин Леонтьев, кстати, анализируя современную ему Европу (XIX век), утверждал неприемлемость, вредоносность для России европейской «модели». Леонтьев провел полжизни в Европе и знал, о чем говорит. Вообще, уже вскоре после смерти Петра Первого, поклонника всего европейского, появились довольно резкие отзывы о Европе, как дурном примере. Тут надо упомянуть и князя Щербатова, и Карамзина, и графа Жозефа де Местра и даже такого убежденного республиканца и бунтаря, как А. Герцен. Причиной подобного отношения было прежде всего обмирщение, секуляризация Европы, опошление всей ее культуры.
Леонтьев, разделяя во многом взгляды славянофилов, присовокуплял к недостаткам европейской модели заметный рост влияния свободно-рыночных отношений. Он применял при этом термин «подвижной капитал» - вполне современное выражение. Здесь же следует сказать, что экономические теории, ставящие во главу
угла именно необходимость «свободы передвижения» капитала во всем мире и вообще полную свободу бизнесменов распоряжаться своими предприятиями и капиталами, находятся в вопиющем противоречии с христианским учением о греховности падшего человека, о том, можно ли вообще доверить человеку полную независимость от земных властей и норм. «Невидимая рука» рынка -идея, восходящая к Адаму Смиту, - могла возникнуть лишь тогда, когда Европа была еще полностью воцерковлена, и нравственные ограничения существовали в душе каждого верующего европейца. Так что «рука» была вполне осязаема в виде индивидуальной совести человека. Но современный неолиберализм, проповедуя рыночную свободу, делает вид, будто духовное состояние нынешнего человечества ничем не отличается от его духовного состояния в ХУ1-ХУ11 вв. Великая ложь!
Когда Америка была по преимуществу христианской страной, ассимилироваться, «переплавляться» было куда легче: ведь очень многое роднит иудаизм, христианство и ислам. Когда же под нажимом принудительной секуляризации произошло отделение религии от общества и государства, и религия была объявлена «частным делом» каждого индивида, тогда и были подорваны основы подлинной ассимиляции, «плавильный котел» уступил место мультикультурализму, этноцетризму и новой обособленности.
Между тем если не касаться катастрофических событий, усиливающих потоки беженцев и эмигрантов, если вспомнить статистику эмиграции в США и другие «новые» страны в XIX и начале XX в., то можно сказать, что масштаб эмиграции в пропорции к населению стран-реципиентов тогда был куда больше. Были трудности культурного характера, был расизм, была дискриминация, было разделение. Но уже во втором поколении эмигрантов наблюдалась почти полная ассимиляция. Не было ничего даже отдаленно похожего на то, что происходит сейчас - когда и второе, и даже третье поколение иммигрантов продолжают жить в изоляции, в гетто, придерживаясь привычных для них законов и правил поведения (например, шариата), самим этим фактом создавая социальные проблемы, которые общество не может разрешить иначе как путем ограничения эмиграции. И это притом, что сейчас, как и в прежние времена, приток свежей рабочей силы в западные государства, тем паче при их все более стареющем населении, с экономической точки зрения может расцениваться только положительно, особенно для таких малонаселенных стран, как Австралия или Канада.
Леонтьев гениально предвидел превращение Европы в единую федерацию, полное исчезновение национальных культур и суверенитета - все это как симптомы распада и гниения некогда великой европейской христианской культуры. И обезбоживание, де-христианизация Европы тогда же, в конце XIX в., тоже была ему ясна. Вся последующая история полностью подтвердила правоту Леонтьева.
Дело еще и в том, что под влиянием законодательства, направленного против дискриминации, законов, призванных как бы «исправить» прошлые грехи расизма, а также под воздействием широкой пропаганды мультикультурализма, второе поколение эмигрантов просто не считает нужным ассимилироваться. Доминирующая в университетах и особенно в средней школе система воспитания убеждает их, что сохранение своей культуры важнее, чем интересы всего остального общества - общества, принявшего их в свой состав.
Но страдают прежде всего их собственные интересы. Мексиканец, переселившийся в США и не желающий учить английский язык (а этот отказ поощряется всеми возможными способами), вредит самому себе, ограничивая собственные шансы и на образование, и на получение работы. Так обстоит дело не только в Америке. И главное, конечно, не в практически-материальной стороне. Стремление к самоизоляции, демонстративное неприятие преобладающей в стране культуры ведет к взаимному недоверию, расизму, ненависти. Отсюда - и многие межрасовые конфликты в США, Франции и Англии, и случаи насилия против эмигрантов и беженцев в таких странах, как Германия, и меры, применяемые против эмиграции в такой суперлиберальной стране, как Швеция.
Говоря об обществе, расколотом на отдельные, враждующие части, и о последствиях такого положения вещей, стоит иметь в виду не только Америку, о которой до сих пор шла в основном речь, но и прочие страны, испытывающие то же самое. Тут непременно нужно напомнить об американской внешнеполитической стратегии, оказывающей колоссальное влияние на весь мир, исключая, пожалуй, Китай, Вьетнам, Индию и несколько «стран-изгоев» вроде КНДР или Ирана. Речь пойдет о так называемой глобальной стратегии «управляемого хаоса», которой и руководствуется Америка в своей внешней политике уже по меньшей мере тридцать лет.
Идея относительно возможности насаждать западную демократию по всему миру (о чем говорилось выше) во многом стала
камуфляжем попыток сохранить и расширить мировую гегемонию Америки, особенно после распада СССР. Сегодня же в американских СМИ и даже в официальных документах про демократию почти никто и не вспоминает. Пишут об установлении «стабильности» в различных регионах мира, «помощи», «защите» от возможной агрессии (чаще всего со стороны России или так называемых «государств-изгоев»). Но вы не найдете ни слова о стратегии «управляемого хаоса», не прочитаете о ней даже в самых серьезных американских журналах, не услышите в телевизионных ток-шоу.
На этот термин наложено самое настоящее табу, хотя результаты «управляемого хаоса» до сих пор были более чем успешны во многих уголках мира, прежде всего - в России. Тем не менее ряд неофициальных источников информации, особенно интернетовских, уделяют анализу теории и практики «управляемого хаоса» все больше внимания. Например, информационный вебсайт «SouthFront», находящийся сегодня в ситуации, близкой российскому телеканалу и веб-сайту «RT news», т.е. фактически под пристальным вниманием американских служб безопасности (невзирая на Первую поправку к Конституции США).
Нам хотелось бы привести здесь фрагменты материала с интернет-сайта South Front, помещенного там в начале 2016 г. Автор -проф. Владимир Прав. Он считает, что одним из создателей новой стратегии, направленной на защиту глобальных интересов США, был некто Стивен Манн, американский дипломат, много лет занимавший различные посты в странах Третьего мира, в России и в бывших советских республиках и опубликовавший в 1992 г. статью под названием «Теория хаоса и стратегическая мысль». В этой статье Манн предлагает следующий тезис: «Мы можем многое понять, если будем рассматривать хаос и процессы реорганизации в качестве удобных факторов, вместо того, чтобы добиваться стабильности в качестве иллюзорной цели...»; «Мир обречен быть хаотичным, поскольку многие действующие в политической жизни лица имеют различные цели и ценности».
Главная задача, вытекающая из размышлений Манна, заключается в том, чтобы привести сокрушаемую систему в «политически кризисное» состояние. Тогда, при наличии определенных условий, система неизбежно придет к хаосу и «трансформации. Таким образом может быть обеспечена наша национальная безопасность...».
«В наше время используется целый набор средств для осуществления и продолжения политики "управляемого хаоса" в от-
дельных экономиках и обществах в процессе геополитической борьбы...», - считает В. Прав. И пишет далее:
«Согласно этой теории, разложение существующих национальных государств, традиционных культур и цивилизаций может быть достигнуто путем:
деидеологизации населения;
избавления от "балласта" уже существующих ценностей и замены их нашим собственным набором;
повышения материальных упований, особенно среди элит; утраты суверенного контроля над экономикой и его полного уничтожения;
незаконных действий якобы спонтанных движений, зачастую имеющих этнический или религиозный характер.
При успешном осуществлении данные ключевые меры ведут к "цветным революциям".
Теория "управляемого хаоса" основана на переформатировании массового сознания, мировоззрения и духовной сферы посредством современных методов манипулирования индивидами. Это, по сути, - глобальная психологическая операция, элемент глобализации, разрушающий культуру солидарности и подменяющий ее культом денег и социал-дарвинистских стереотипов в области общественной жизни. Таким путем способность масс оказывать организованное сопротивление внешнему давлению сводится на нет.
Эффект подобных технологий позволяет организаторам "управляемого хаоса" добиваться двух целей:
Уменьшать численность населения на территориях, не подчиняющихся архитекторам нового мирового порядка. Неолиберальные реформы приводят к демографической катастрофе путем снижения уровня рождаемости и увеличения смертности. Сексуальная революция, пропаганда гедонизма, индивидуализма и кон-сьюмеризма сокращают уровень рождаемости. Социал-дарвинизм с его безразличием к страданиям ближних увеличивает смертность. Множество бедных и бездомных людей становятся по существу жертвами скрытой эвтаназии, поскольку обречено на более раннюю смерть. И число таких людей растет.
Задача уничтожения национальных государств путем установления над ними власти переходит в руки транснациональных корпораций, криминальных синдикатов, наднациональных организаций и учреждений, находящихся в услужении тех, кто осуществляет технологии контролируемого хаоса. Цель достигается
комбинацией "мягкой власти" с варварской военной агрессией (Югославия, Ирак, Ливия). В целом облегчается контроль агрессора над финансовыми, военными и информационными ресурсами его жертв.
Следует отметить, что экономики США и Евросоюза растут не путем увеличения собственного уровня производства, но через перераспределение богатства между сильными и слабыми государствами. Это достигается ослаблением национальных государств (обычно путем втягивания их в долговую яму), приватизацией и покупкой всевозможных видов национальных авуаров, включая природные (яркий пример: Россия, страны бывшего «соцлагеря», прибалтийские страны, Сербия, Молдова, Грузия, Украина). Под давлением финансовых институтов национальное государство становится инструментом подобного типа глобализации, осуществляя неконтролируемую приватизацию, сокращение расходов на социальные нужды, на потребности науки и культуры. Соединенные Штаты также организуют массовые и нелегальные миграции, с неизбежным удешевлением рабочей силы и лишением мигрантов-рабочих всяких прав. Сочетание этих действий лишает заданное государство его способности функционировать в качестве международного действующего лица. Это - один из неправовых путей отделаться от экономической конкуренции.
В результате:
Государство-жертва перестает быть самоуправляемым, у него отсутствует стратегия развития и оно на может обеспечить пристойные условия жизни для своих граждан и гарантировать им конституционные права.
Коррумпированные чиновники играют ключевую роль в управлении экономикой и обществом.
Средний класс постепенно исчезает, он дезорганизован и отчужден.
От политических партий и движений остаются лишь фасады.
Общественные движения не имеют никакого влияния на политику.
Граждане становятся пассивными и начинают испытывать серьезные проблемы самоидентификации (государственные, этнические, семейные).
Рассмотрим несколько примеров осуществления управляемого хаоса, направленного на уничтожение основ национальной независимости.
1. Нейтрализация возможностей развития.
- Разрушение органов государственной политики путем насаждения агентов влияния.
- Инфицирование путем коррупции, поддержка культа денег.
- Бюрократизация государственных органов.
- Отстранение научного сообщества от всякого влияния на политику страны.
- Внедрение мифа: «рынок все поставит на свои места».
2. Блокировка сопротивляемости.
- Массовый экспорт религиозных культов.
- Применение политтехнологий в избирательных кампаниях.
- Превращение средств массовой информации в сектор рынка.
- Поощрение примитивной массовой культуры.
3. Разрушение коммуникативных связей.
- Культ индивидуализма в неолиберальном духе, атомизация общества.
- Разрушение транспортных систем.
- Поддержка этнических и религиозных конфликтов.
- Классовый барьер между богатыми и бедными.
- Конфликт между поколениями.
4. Снижение способности влиять на ход событий.
- Использование манипулятивных методов в избирательных кампаниях.
- Гонения на независимые СМИ.
- Поощрение коррупции и криминализации.
5. Непосредственные преграды к развитию.
- Разрушение собственного научного потенциала и системы образования.
- Поощрение деиндустриализации.
- Устранение любого контроля над капиталом.
- Кредитная зависимость от международной финансовой системы.
- Невозможность сопротивляться зависимости от импорта.
- Ликвидация активного участия общества в развитии страны.
В итоге:
США сегодня стоят во главе использования инструментов «управляемого хаоса» с целью контролировать страну или регион и не допустить их собственных рычагов развития. Управляемый хаос есть де-факто неоколониализм, превращающий страны в поставщиков сырья для Первого мира. Он насаждает хищнические отношения в торговле и приобретении собственности.
Использование управляемого хаоса противоречит международным нормам невмешательства во внутренние дела государств. Это значит, что существуют основания для запрета и международного контроля над этими геополитическими технологиями. На протяжении нескольких последних десятилетий целый ряд стран выступали в пользу обеспечения информационной безопасности посредством юридических соглашений. Теперь они могли бы принять схожие меры по отношению к технологиям «управляемого хаоса».