DOI 10.47576/2712-7559 2021 3 1 6
УДК 332.055.2
Ярлыченко Алла Александровна,
кандидат экономических наук, младший научный сотрудник кафедры логистики и управления, Казанский национальный исследовательский технологический университет, г. Казань, Россия, e -mail: alla.yarlychenko @mail. ru
ТРАНСФОРМАЦИЯ ПОЛЮСОВ РОСТА РОССИЙСКОЙ ЭКОНОМИКИ В ТЕРРИТОРИАЛЬНЫЕ ИННОВАЦИОННЫЕ СИСТЕМЫ1
В статье анализируется роль полюсов роста в обеспечении поступательной динамики макроэкономических индикаторов и предпосылки их трансформации в территориальные инновационные системы. В ходе исследования проведен анализ кумулятивных теорий экономического роста и определен их гносеологический потенциал для изучения процессов дерегионализации и реиндустриали-зации российской экономики. Анализируются положительные внешние эффекты функционирования локальных инновационных систем для территории размещения их участников, а также для национальной экономики в целом. Отмечается, что полюса роста формируются как следствие пространственной вариабельности факторов производства и особенностей функционирования предприятий пропульсивных отраслей промышленности. Анализ состояния российской экономики подтвердил, что зоны опережающего развития сформировались в условиях индустриальной экономики и требуют модернизации с учетом процессов сетевизации и информатизации экономического пространства, определяющих возможность внедрения моделей «тройной» или «четырехзвенной» спирали. Сделан вывод, что при условии государственного регулирования инновационных процессов, разработки и реализации промышленными предприятиями стратегий инновационного развития, а также при создании институциональных условий для производства и диффузии открытых инноваций полюса роста могут трансформироваться в локальные инновационные системы.
Ключевые слова: кумулятивные теории экономического роста; полюс роста; открытые инновации; модели «тройной» или «четырехзвенной» спирали; территориальные (локальные) инновационные системы; пропульсивная отрасль; региональная экономика.
The article analyzes the role of growth poles in ensuring the progressive dynamics of macroeconomic indicators and the prerequisites for their transformation into territorial innovation systems. The study analyzed the cumulative theories of economic growth and determined their epistemological potential for studying the processes of deregionalization and reindustrialization of the Russian economy. Analyzed are the positive external effects of the functioning of local innovation systems for the territory where their participants are located, as well as for the national economy as a whole. It is noted that growth poles are formed as a
1 Исследование выполнено в рамках гранта Президента Российской Федерации по государственной поддержке ведущих научных школ России № НШ-2600.2020.6. Тема научного исследования: «Методология организации процессов ресурсосбережения в условиях цифровизации инновационных экономических систем».
UDC 332.055.2
Yarlychenko Alla Alexandrovna,
TRANSFORMATION OF THE GROWTH POLES OF THE RUSSIAN ECONOMY INTO TERRITORIAL INNOVATION SYSTEMS
Candidate of Economic Sciences, Junior Researcher, Department of Logistics and Management, Kazan National Research Technological University, Kazan, Russia, e-mail: alla.yarlychenko@mail.ru
consequence of the spatial variability of production factors and the peculiarities of the functioning of enterprises in propulsive industries. The analysis of the state of the Russian economy confirmed that the zones of advanced development were formed in the conditions of the industrial economy and require modernization, taking into account the processes of networkization and informatization of the economic space, which determine the possibility of introducing models of a «triple» or «four-link» spiral. It is concluded that under the condition of state regulation of innovation processes, the development and implementation of innovative development strategies by industrial enterprises, as well as the creation of institutional conditions for the production and diffusion of open innovations, growth poles can be transformed into local innovation systems.
Keywords: cumulative theories of economic growth; growth pole; open innovation; «triple» or «four-link» helix models; territorial (local) innovation systems; propulsion industry; regional economy.
Мировой экономический кризис, вызванный распространением коронавирус-ной инфекции и ограничительными мерами правительств большинства современных государств, привел к реструктуризации глобальных производственно-сбытовых цепочек создания ценности и актуализировал процессы регионализации. Это, в свою очередь, инициировало совокупность организационных преобразований, способствующих созданию интегрированных образований с участим государства и субъектов предпринимательства. Подобные изменения свидетельствуют о дальнейшей трансформации постиндустриальной экономики на основе инкорпорирования в систему ее отношений различных форм сотрудничества и управленческих технологий, основанных на признании необходимости коллективных действиях. В этой связи в российском обществе возобновляется интерес к проблемам реин-дустриализации и повышения роли урбанизированных территорий, которые традиционно функционировали как полюса роста или зоны опережающего развития. Качественное изменение факторов внешней среды в условиях усиления макроэкономической нестабильности, изменение отраслевых пропорций национальной экономики, а также процессы сетевизации и информатизации экономического пространства вызвали необходимость наделения подобных зон новыми функциями, включающими стимулирование процессов диффузии инноваций и повышение конкурентоспособности национальной экономики. Указанные особенности развития индустриально развитых территорий присущи не только для российского экономического пространства, но и для целого ряда современных государств, осуществляющих переход к инновационно ориентированному типу развития. Необходимость осмысления
процессов превращения полюсов роста в территориальную (локальную) инновационную систему определяет выбор темы исследования, его теоретическую и практическую значимость.
Механизм реализации кумулятивного роста на протяжении длительного промежутка времени находится в центре внимания исследователей, которые исходят из признания тезиса П Мюрдаля о взаимной обусловленности [8]. Данное направление в экономической теории основано на рассмотрении развития как процесса, инициированного первоначальным импульсом и сопровождающегося постоянным взаимодействием разнородных участников (индивидуальных и агрегированных), что обеспечивает получение результата, многократно превосходящего первоначальное воздействие. Реализация данной модели приводит в равной степени к дифференциации уровней развития территорий размещения участников социально-экономических процессов при одновременном создании предпосылок для некоторого их сближения. К числу представителей теорий кумулятивного роста относятся Ж-Р. Будвиль [3] (положение об иерархии полюсов развития), Х. Р. Ласуэн [1] (идея о региональном характере полюсов роста), Ф. Перру [9] (теория полюсов роста, представленных ведущей отраслью, группой отраслей локального влияния, ретранслирующих импульсы развития, и пространственными агломерациями), П. Потье [10] (идея об осях развития), Т. Хагерстранд [5] (теория диффузии инноваций), А. Хиршман [6] (идея о несбалансированном росте как стимуле для реализации ресурсного потенциала территории) и др. При всем многообразии анализируемых в рамках данного направления развития экономической науки вопросов исследователей объединяет признание струк-
туры пространства и инноваций в качестве эндогенных факторов поступательной макроэкономической динамики, учет агломерационного эффекта при прогнозировании изменений социально-экономических индикаторов, определение экономического роста как неравномерного процесса, инициирующего пространственное неравенство. Методологическая платформа кумулятивных теорий роста основана на синтезе положений неокейнсианства и институционализма. Ее высокий познавательный потенциал объясняется использованием достижений смежных областей научного знания (прежде всего, экономической географии) [2, с. 174-177]. Структурная трансформация постиндустриального технико-экономического уклада под влиянием противоречивых процессов глобализации и регионализации, а также мировой экономический кризис и необходимость восстановления поступательной макроэкономической динамики предопределили обращение к принципам исследовательской программы представителей данного направления и их адаптацию к особенностям совре -менной экономики.
Теории кумулятивного роста сформировались в период, когда в организационной системе территориально локализованных образований (регионы, субрегиональные образования, включающие кластеры, территории опережающего развития и др.) доминировали иерархические структуры. Тем самым они могли рассматриваться как сложные иерархические системы, представленные преимущественно вертикальными отношениями между участниками. Внедрение информационно-коммуникационных технологий (ИКТ) во все сферы жизнедеятельности общества и активные процессы сетевизации экономического пространства приводят к формированию локальных (территориальных) инновационных систем, начало исследованию которых было положено в работах Б. Лунд-валла [7]. При этом результативность функционирования данных систем определяется инновационным потенциалом участников и состоянием институциональной среды.
Согласно теории Ф. Перру, неравномерность экономического развития приводит к формированию точек или полюсов роста, что выражается в различии его темпов в отдельных территориальных образованиях, а
также во временных различиях между эффектами [9]. При этом полюса роста выполняют двойственную функцию: с одной стороны, они накапливают ресурсный потенциал, с другой - инициируют экономическую и инновационную активность, характеризующуюся положительными экстерналиями локального и общенационального характера. При этом ключевыми участниками процессов генерации импульсов роста выступают крупные компании, которые характеризуются иерархической организационной структурой и выступают объектом активного государственного регулирования экономики. Важным является тезис о том, что данные компании и образуемая ими отрасль обладают необходимым потенциалом для изменения факторов внешней среды в соответствии с стратегическими ориентирами развития. Идея продуктивного влияния Ф. Перру объясняет, что асимметричные отношения, создаваемые пропульсивной отраслью, выступают источником эффектов притяжения, определяющих развитие локальной экономики. Подобный подход позволяет идентифицировать виды экономической деятельности, которые имеют ключевой значение для развития территории размещения субъектов данной отрасли. При этом выбор подобного вида деятельности зависит не только от масштабов производства и уровня производительности предприятий, но и от организационной структуры (внутренние факторы), а также от характера отношений с их участием и уровня локализации (внешние факторы).
Важным дополнением теории Ф. Перру выступают положения, сформулированные в работах Ж. Д. де Берниса, который вводит в экономическую науку понятие индустриализирующей промышленности. Последняя определяется как «промышленность или группа отраслей, основная экономическая функция которых заключается в том, чтобы вызвать в территориально локализованном образовании структурные изменения межотраслевых пропорций и преобразование производственных функций за счет поставок машин, которые повышают производительность одного из факторов производства и общую производительность в целом, а также способствуют росту уровня эффективности контроля» [4]. Данная концепция основана
на признании двойного эффекта, возникающего как следствие влияния пропульсивной отрасли на смежные виды деятельности через закупки (прямой эффект) и через продажи (обратный эффект). Предложенная им матрица межотраслевых обменов объясняет последующее развитие промышленности в территориально локализованном образовании и изменение производственных функций географически близких отраслей.
Территориально-производственные комплексы (ТПК), возникшие на территории России во второй половине XX в. в соответствии с целевыми ориентирами народнохозяйственных планов, выполняли функции центров роста благодаря наличию ключевой отрасли промышленности, генерирующей импульсы развития, а также наличия агломерации, созданной вокруг ведущих предприятий. В границах урбанизированной территории предприятия обеспечивали снижение транспортных издержек, получали доступ к рынкам высококвалифицированных работников, а также использовали имеющиеся объекты инженерной, производственной и социальной инфраструктуры. В условиях плановой экономики центры роста были объектом планирования и управления со стороны государства, а иерархическая организация и межотраслевые балансы служили инструментами, обеспечивавшими бесперебойную поставку ресурсов и распределение готовых товаров. Высокая концентрация предприятий основной и вспомогательных отраслей в границах ТПК при централизованном государственном управлении способствовали возникновению особой конфигурации замкнутого воспроизводственного цикла, который обеспечивал минимизацию транзакционных издержек в условиях плановой экономики, характеризуемой полным отсутствием у региональных органов власти и органов местного самоуправления самостоятельности в решении проблем социально-экономического развития территории размещения.
Начало структурной трансформации российской экономики привело в 1990-е гг. к банкротству ряда ключевых предприятий традиционных отраслей промышленности, деградации территории их размещения, что было связано с отсутствием бюджетного финансирования, высокой степенью из-
носа основного капитала, энергоемкостью производства, нерегулярностью поставок и падением спроса на конечную продукцию, высоким уровнем инфляции и разрушением системы планирования. Новые требования, предъявляемые к предприятиям в условиях рынка, и давление конкуренции предопределили необходимость диверсификации видов экономической деятельности, а также создания качественно новой системы отношений между экономическими агентами в границах территориально локализованных образований.
Мировой экономический кризис, вызванный распространением коронавирусной инфекции в 2020 г., актуализировал проблему дерегионализации и реиндустриализации национальных экономических систем. В этой связи представляется необходимым поиск новых источников повышения конкурентоспособности территорий с высокой концентрацией промышленных предприятий и обеспечения их реинтеграции в новые экономические условия. Информатизация и се-тевизация экономики, аутсорсинг некоторых видов деятельности и получение крупными предприятиями определенного набора товаров, услуг и работ от субъектов малого и среднего бизнеса способствовали децентрализации и формированию нового типа контрактных отношений, лежащих в основе локальных производственных систем. В рамках данной системы региональные органы государственного управления и органы местного самоуправления наделяются новыми полномочиями, что ведет к повышению качества публичных услуг и снижению издержек их предоставления. Важным следствием дере-гионализации промышленного производства выступает развитие рынка образовательных услуг с учетом потребностей рынка труда, что находит отражение в повышении качества человеческого капитала, а также в генерировании открытых инноваций участниками горизонтальных взаимодействий (стартапами, исследовательскими университетами). Снижение административных барьеров входа на отраслевой рынок и выхода с него, а также развитие конкуренции приводит к диверсификации деятельности ведущих предприятий тяжелой промышленности, что инициирует трансформацию традиционных полюсов роста, разработку инновационных стратегий
развития и адаптацию субъектов хозяйствования к изменяющимся факторам внешней среды. Важным фактором изменения механизмов функционирования полюсов роста выступает состояние финансового сектора экономики, который обеспечивает доступ для высокотехнологичных производителей к альтернативным банковскому кредитованию источникам финансовых ресурсов - грантам, венчурному капиталу, инструментарию фондовой биржи и др. В границах традиционных зон индустриализирующей промышленности создаются предпосылки для реализации модели «тройной» спирали (Г Ицковиц [11]), основанной на перманентном взаимодействии исследовательских университетов, субъектов предпринимательства и государства, что является источником производства и распространения инноваций. Таким образом, возникают предпосылки для трансформации зон опережающего развития индустриального типа в полюса роста постиндустриальной экономики, инициирующих производство и диффузию инноваций. Агломерационный эффект, вызванный экономией транспортных издержек, дополняется институциональными детерминантами (например, федеральные законы об особых экономических зонах и мерах по стимулированию их развития и др.), территориальными детерминантами (абсолютные и относительные преимущества территории размещения, превращающиеся в устойчивые конкурентные преимущества при учете особенностей локального пространства), организационными детерминантами (способность экономических агентов к осуществлению коллективных действий, дополнение конкуренции отношениями сотрудничества), технологическими детерминантами (непрерывное обучение, накопление человеческого капитала).
Сочетание географической, организационной и когнитивной близости способствует формированию «отношенческого капитала», субъектом которого выступают региональные органы государственного управления и пропульсивные промышленные предприятия, получающие возможность формировать и эффективно использовать локальный ресурсный потенциал. Стратегический выбор компаний в пользу сотрудничества, доверия, взаимности и чувства принадлежности способствует преобразованию зоны роста
в территориальную инновационную систему. Это приводит к снижению неопределенности, эффективной координации действий участников, коллективному обучению и накоплению нематериальных активов (результатов интеллектуальной деятельности). Отношения доверия и взаимности способствуют распространению знаний, сотрудничеству между экономическими агентами, обмену информацией и осуществлению коллективных действий, что является предпосылкой для формирования инновационного цикла нелинейного типа и производству открытых инноваций. Реципиентами синергетическо-го эффекта, производимого территориальной инновационной системой, выступают местное сообщество (инвестиции в человеческий капитал, результаты реализации программ охраны окружающей среды и др.) и государство в целом (ускорение темпов экономического роста, повышение уровня инновативности, интеграция в глобальные производственно-логистические цепочки в качестве конкурентоспособного участника и др.).
Анализ зон опережающего развития в современной российской экономике (кластеры, особые экономические зоны, территории опережающего социально-экономического развития, наукограды и др.) показывает, что положительная динамика индикаторов состояния экономики регионов их размещения в значительной степени определяется инновационным потенциалом резидентов полюсов роста, которые могут быть представлены предприятиями высокотехнологичного и традиционного секторов экономики. Развитие данных регионов в значительной степени зависит от распространения инноваций, что предполагает применение новых организационных схем на уровне как крупных предприятий, так и субрегиональных образований. Однако несмотря на положительную динамику показателей, в настоящее время трансформация зон опережающего развития в территориальные инновационные системы не произошла. Это подтверждается недостаточными темпами прироста показателей инновационности территорий размещения подобных зон.
Проведенное исследование показало, что решение проблемы реиндустриализации и дерегионализации российской экономики в
условиях мирового экономического кризиса, а также ее интеграции в глобальные производственно-сбытовые цепочки как конкурентоспособного участника предполагает необходимость переформатирования сложившихся в индустриальную эпоху полюсов роста в территориальные инновационные системы. Однако следует признать, что при наличии всей совокупности предпосылок технико-технологического и экономического характера необходимо создать условия, обеспечивающие сочетание частной инициативы с целенаправленными действиями государства в рамках модели «тройной» (университеты-государство-бизнес) или «четырехзвенной» (университеты-государство-бизнес-институты развития) моделей инноваций. Использование принципов функционирования территориальной инновационной системы при разработке программных документов государства (стратегий инновационного развития) обеспечит поступательное развитие регионов и повышение уровня конкурентоспособности российской экономики.
Список литературы
1. Ласуэн, Х. Р. Урбанизация и экономическое развитие: временное взаимодействие между географическими и отраслевыми кластерами / Х. Р. Ласуэн // Пространственная экономика. - 2010. - № 1. - С. 68-104.
2. Орчинский, В. Е. Основные концепции школы кумулятивного роста и их применение в территориальном планировании и региональном управлении / В. Е. Орчинский // Проблемы и перспективы социально-экономической географии (к 100-летию со дня рождения И. И. Трухана) : материалы международной научно-практической конференции, 12-14 ноября 2015 г., г. Минск. - Минск : БГУ, 2016. - 248 с.
3. Boudeville, J. R. Les espaces économiques / J. R. Boudeville. - Paris : Puf, 1970. - 126 p.
4. Destanne de Bernis, G. Industries industrialisantes et contenu d'une politique d'intégration régionale // Économie appliquée. - 1966. - Vol. XIX. - No. 3-4, Id. - P. 415-475.
5. Hagerstrand, T. Innovation Diffusion as a Spatial Process. Postscript and translation by A. Pred. Chicago and London: University of Chicago Press, 1967. - 334 pp.
6. Hirschman, A. O. The strategy of economic development / A. O. Hirschman. - New Haven, 1958.
7. Lundvall, V. A. National Innovation Systems - Analytical Concept and Development Tool / V. A. Lundvall // Industry and Innovation. - 2007. - Vol. 14, No 1. - P. 95-119.
8. Myrdal, G. Economic Theory and Underdeveloped Regions / G. Myrdal. - London : Duckworth, 1957.
9. Perroux F., 1969 L'Économie du XXe siècle, 3éme édition [1961], PUF.
10. Pottier, P. Axes de communication et développement économique / P. Pottier // Revue économique. - 1963. -T. 14. - C. 58-132.
11. Triple Helix. Universities - Enterprises - State. Innovation in Action / Henry Etzkowitz; tr. from English ed. A.F. Uvarova. Tomsk: Publishing house Tomsk. State Un. of Control Systems. and Radioelectronics, 2010. - 238 p.
References
1. Lasue'n X.R. Urbanizaciya i e'konomicheskoe razvitie: vremennoe vzaimodejstvie mezhdu geograficheskimi i otraslevy'mi klasterami, Prostranstvennaya e'konomika, 2010, № 1, S. 68-104.
2. Orchinskij V.E. Osnovny'e koncepcii shkoly' kumulyativnogo rosta i ix primenenie v territorial'nom planirovanii i regional'nom upravlenii, Problemy i perspektivy social'no-e' konomicheskoj geografii (k 100-letiyu so dnya rozhdeniya I.I. Truxana): materialy mezhdunarodnoj nauchno-prakticheskoj konferencii, 1214 noyabrya 2015 g., g. Minsk. Minsk: BGU, 2016, 248 p.
3. Boudeville J.R. Les espaces économiques, 1970, Puf, Paris, 126 p.
4. Destanne de Bernis, G. Industries industrialisantes et contenu d'une politique d'intégration régionale, Économie appliquée. 1966, t. XIX, n. 3-4, Id, pp. 415-475.
5. Hägerstrand T. Innovation Diffusion as a Spatial Process. Postscript and translation by A. Pred. Chicago and London: University of Chicago Press, 1967. 334 pp.
6. Hirschman A.O. The strategy of economic development. New Haven, 1958.
7. Lundvall V.A. National Innovation Systems -Analytical Concept and Development Tool, Industry and Innovation, 2007, vol. 14, no. 1, p. 95-119.
8. Myrdal G. Economic Theory and Underdeveloped Regions. London: Duckworth, 1957.
9. Perroux F., 1969 L'Économie du XXe siècle, 3éme édition [1961], PUF.
10. Pottier P. Axes de communication et développement économique, Revue économique, 1963, vol. 14, pp. 58-132.
11. Triple Helix. Universities - Enterprises - State. Innovation in Action / Henry Etzkowitz; tr. from English ed. A.F. Uvarova. Tomsk: Publishing house Tomsk. State Un. of Control Systems. and Radioelectronics, 2010, 238 p.