ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 27. ГЛОБАЛИСТИКА И ГЕОПОЛИТИКА. 2019. № 4
Гончарова Дарья Андреевна
аспирант 1-го года обучения факультета глобальных процессов МГУ имени М.В. Ломоносова goncharovadaa@gmail.com
ТРАНСФОРМАЦИЯ ОТРАСЛИ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА В РЕЗУЛЬТАТЕ ЦИФРОВИЗАЦИИ
Goncharova D.A.
1st year postgraduate, Faculty of Global Studies Lomonosov Moscow State University goncharovadaa@gmail.com
TRANSFORMATION OF THE ARGICULTURE SECTOR AS A RESULT OF DIGITALIZATION
Введение. Для современной эпохи характерны глобальные изменения во всех сферах жизни и деятельности социума. Среди большого количества факторов, ключевым нужно признать масштабное внедрение информационных технологий. Цифровая революция, которая охватила мировую экономику, стала масштабным явлением, поражающим темпами и географией, но в то же время переход общества к цифровой экономике — одна из ключевых проблем современности. В данной работе рассмотрено влияние цифровой экономики на отрасль сельского хозяйства в Российской Федерации.
Материалы и методы. Методологическую основу исследования составляют общенаучные методы, такие как синтез, анализ, сравнение, a также специальный метод — контент-анализ официальных документов.
Результаты исследования. Доказывается, что цифровизация несет в себе как выгоды, так и риски для мировой экономики, a также оказывает непосредственное влияние на структуру отраслей, в связи с чем необходимо взаимодействие компаний агропромышленного комплекса и государства с целью разработки концепции перехода на цифровую экономику.
Обсуждение. Принимая во внимание тот факт, что в Российской Федерации цифровая экономика только зарождается, проблема перехода разных отраслей экономики на цифровой путь развития является наиболее актуальной. Пока что по уровню цифровизации российская экономика отстает от уровня ЕС и США, тем не менее внедрение цифровых технологий позволит решить ряд проблем и выйти на новый уровень экономического развития.
Заключение. Внедрение цифровых технологий в отрасль сельского хозяйства может способствовать тому, что наша страна совершить своего рода «прорыв» в экономическом плане. Решения в области цифровых платформ, а также IT-решения могут принести Российской Федерации экономический
эффект, оценивающийся в размере 4,8 трлн рублей ежегодно, или 5,6% прироста ВВП.
Ключевые слова: цифровая экономика, цифровые технологии, цифровиза-ция, вызовы, национальная безопасность, цифровая трансформация, блокчейн, облачные технологии, Интернет вещей.
Introduction. The modern era is characterized by global changes in all spheres of life and society. Among the large number of factors that determine these processes, the key factor we need to recognize is the large-scale implementation of information technologies. The digital revolution that has embraced the global economy is a large-scale phenomenon that is striking in pace and geography, but at the same time, the transition of society to the digital economy is one of the key problems of our time. This paper considers the impact of the digital economy on the agricultural industry in the Russian Federation.
Materials and methods. The research methodology is based on general scientific research methods, such as synthesis, analysis, comparison, as well as a special research method, such as content analysis of official documents.
Results of the study. The study proves that digitalization carries both benefits and risks for the global economy, and also has a direct impact on the structure of industries, which requires interaction between agricultural companies and the state in order to develop a concept for the transition to a digital economy.
Discussion. Taking into account the fact, that the emergence of the digital economy is in its infancy in the Russian Federation, therefore, the problem of the transition of various sectors of the economy to the digital path of development is the most relevant for the Russian Federation. So far, in terms of digitalization, the Russian economy lags behind the level of the EU and the USA, nevertheless, the introduction of digital technologies will solve a number of problems and will help to reach a new level of economic development.
Conclusion. All in all we can come to the conclusion, that the introduction of digital technologies in the agricultural sector can help our country make a kind of "breakthrough" in economic terms. Decisions in the field of digital platforms, as well as IoT-solutions, can bring an overall economic effect, estimated at 4.8 trillion rubles annually or 5.6% of the GDP growth of the Russian Federation.
Key words: digital economy, digital technology, digital transformation, digitalization, cybercrime, national security, blockchain, clouds, Internet of Things.
Введение
На протяжении существования человечества технологический прогресс не стоял на месте, общество развивалось и в своем развитии прошло три этапа: аграрный с преобладанием ручного труда и сельского хозяйства, индустриальный, который предполагает доминирование промышленности, и постиндустриальный.
Для современной эпохи характерны глобальные изменения во всех сферах жизни и деятельности социума. Среди большого количества факторов, которые обусловливают эти процессы, ключевым нужно признать масштабное внедрение как информационных, так и телекоммуникационных технологий, которые в значительной степени изменяют нашу жизнь. Цифровая революция, которая охватила мировую экономику, стала мас-
штабным явлением, которое поражает темпами и географией, но в то же время переход общества к цифровой экономике — одна из ключевых проблем современности.
В отечественной литературе можно выделить ряд авторов, которые занимаются данной проблематикой, а именно: В.И. Лойко, Е.В. Луценко, В.М. Бондаренко, А.В. Кешелава, Д.И. Городецкий, Н.Л. Красюкова. В своих исследованиях они затрагивают такие вопросы, как определение и основы цифровой экономики, особенности влияния НТП на деятельность компаний в различных отраслях экономики, а также стратегии построения цифровой экономики в Российской Федерации. В числе зарубежных можно отметить таких авторов, как Т. Мезенбург, Д.Тэпскотт, Н.Ахмад, Д. Вест, З. Фанг, Д. Эрнст, Н. Колин и др. Они уделяют большое внимание рискам и проблемам построения цифровой экономики, а также построению социально-управленческих концепций развития цифровой экономики и методикам измерения влияния цифровизации на общество в целом. Тем не менее на данный момент мало внимания уделяется таким вопросам, как государственная безопасность, a также проблемам построения модели государственного управления в условиях цифровой экономики.
Основная цель — выявить влияние цифровых технологий на современную экономику, в частности отрасль сельского хозяйства. К задачам можно отнести обозначение основных подходов к определению цифровой экономики, выявление рисков и угроз ее имплементации, выявление влияния цифровизации на отрасль сельского хозяйства России.
Материалы и методы
В работе использованы зарубежные и международные исследования в области построения модели цифровой экономики, a также официальная статистика. Особое внимание уделяется докладу ЮНКТАД «Digital economy report 2019» [15].
Автором используются общенаучные методы познания — синтез, анализ, сравнение, a также специальные методы исследования, такие как контент-анализ официальных документов.
Результаты исследования
Сама идея «цифровой экономики» берет свое начало из концепций, известных в литературе еще с 1960-х гг. Изначально это была теория Д. Белла об «информационной экономике», которая затем трансформировалась в понятие «сетевое общество» («сетевая экономика») М. Кастеллза [8].
В результате развития экономических отношений между разными странами, появлением Интернета и информационных технологий, а также роста инновационной деятельности возник новый термин — «цифровая экономика» (digital economy). Он был введен в 1995 г. ученым из США Н. Негропонте (Массачусетский университет) в целях разъяснения коллегам преимуществ новой экономики по сравнению со старой в связи с активным развитием информационно-коммуникационных технологий [10].
Цифровая экономика — это автоматизированное управление хозяйством на основе передовых информационных технологий; новый экономический уклад, который основан на эффективном информационном управлении системой производства.
До сих пор в мире нет единого понимания этого явления, как нет и однозначного определения данного термина. Как справедливо отмечает М.Л. Калужский, «цифровая экономика — это коммуникационная среда экономической деятельности в сети Интернет, а также формы, методы, инструменты и результаты ее реализации» [9] А. Энговатова дает следующее определение: «цифровая экономика — это экономика, основанная на новых методах генерирования, обработки, хранения, передачи данных, а также цифровых компьютерных технологиях» [10]. В.М. Бондаренко отмечает, что «цифровая экономика — это целостная, системная, комплексная проблема нахождения той модели отношений между людьми, которая совместима с технологиями четвертой промышленной революции, то есть с цифровыми технологиями и др. высокими технологиями XXI в. и в своем формировании, развитии и реализации должна обеспечивать достижение объективно заданной цели» [3, с. 16].
В своих трудах Р.В. Мещеряков справедливо пишет о том, что есть два подхода к определению данного понятия [8]. Согласно классическому подходу «цифровая экономика — это экономика, которая основана на цифровых технологиях» [8, с. 54]. В данном случае речь идет не столько о разработке и продаже программного обеспечения, сколько об электронном бизнесе и электронной коммерции — электронных товарах, сервисах и услугах. Это так называемый чистый, или прямой, онлайн-бизнес, например, телемедицина, дистанционное обучение, продажа медиаконтента (кино, ТВ, книги) и др.
Расширенный подход предполагает, что «цифровая экономика — это экономическое производство с использованием цифровых технологий» [8, с. 48], т.е. в состав также включают всю цепочку товаров и услуг, которые могут быть оказаны при помощи цифровых технологий. Сюда можно отнести Интернет вещей, сети связи пятого поколения, квантовые технологии, робототехнику, Индустрию 4.0., системы распределения реестра (блокчейн), «умный дом», искусственный интеллект и др.
По определению Всемирного банка, цифровая экономика (в широком смысле слова) — это система экономических, социальных и культурных отношений, которые основаны на использовании цифровых информационно-коммуникационных технологий, т.е. это экономика плюс ИКТ [16]. Из исследований, которые были проведены в рамках «Цифровой трансформации» Европейского союза [18], можно заключить, что в понятие «цифровой экономики» входит не только цифровой сектор (ИКТ, контент и СМИ) и цифровая инфраструктура и технологии, но и совместно используемые цифровые платформы и сервисы, цифровая трансформация бизнеса, государственного сектора и «цифровые» потребители (граждане).
В Указе Президента РФ от 9 мая 2017 г. № 203 ФЗ «О стратегии развития информационного общества в Российской Федерации на 2017—2030 годы» приведено следующее определение данного термина: «цифровая экономика — хозяйственная деятельность, в которой ключевым фактором производства являются данные в цифровом виде, обработка больших объемов и использование результатов анализа которых по сравнению с традиционными формами хозяйствования позволяют существенно повысить эффективность различных видов производства, технологий, оборудования, хранения, продажи, доставки товаров и услуг» [1].
Согласно исследованию Т. Мезенбурга [2], можно выделить три ключевых компонента цифровой экономики:
• электронная коммерция (дистрибуция товаров через интернет);
• электронный бизнес (осуществление хозяйственной деятельности и любого другого бизнеса через сети);
• поддерживающая инфраструктура (аппаратное и программное обеспечение, сети, телекоммуникации).
На сегодняшний день существуют разные взгляды на то, что входит в понятие «цифровая экономика». Если обобщить мнения разных экспертов [2, с. 39—40], то можно сказать, что это:
• тип экономики, который характеризуется интенсивным внедрением и практическим использованием цифровых технологий сбора, хранения, обработки, преобразования и передачи информации во всех сферах человеческой деятельности»;
• система социально-экономических и организационно-технических элементов, которые основаны на использовании цифровых информационно-телекоммуникационных технологий»;
• сложная организационно-техническая система в виде совокупности различных элементов (программных, технических, организационных, нормативных, инфраструктурных, законодательных и др.) с распределенным взаимодействием и взаимным использованием экономическими агентами в целях обмена знаниями в условиях постоянного развития.
Таким образом, можно сформулировать наиболее функциональное определение «цифровой экономики» — экономика, характерной особенностью которой является максимальное удовлетворение потребностей всех ее участников за счет использования информации, в том числе персональной. Это становится возможным благодаря не только развитию информационно-коммуникационных и финансовых технологий, но и доступности инфраструктуры, которые вместе обеспечивают возможность полноценного взаимодействия в реальном и виртуальном мире участников экономической деятельности, как субъектов, так и объектов процесса создания, распределения, обмена и потребления товаров и услуг [8].
В развитии цифровой экономики, как правило, выделяют три этапа. На первом этапе (вторая половина XX в. — середина 1990-х гг.) зарожда-
лась база электронной экономики, была создана сеть Интернет, развивались телекоммуникационные технологии и средства связи. Для второго этапа (середина 1990-х гг. — 2005 г.) характерно проникновение Интернета во все сферы деятельности человека; отраслями цифровой экономики становятся электронная торговля, страхование, развиваются виртуальные банки, магазины, в которых нет товаров и услуг в физическом плане. На третьем этапе (с 2005 г. — по настоящее время) в массовом доступе появляются виртуальные товары и электронно-денежные средства, развитие получает товарооборот, в том числе и в сфере услуг. Постепенно закладываются основы отделения цифровой экономики от реального сектора.
Основными чертами «цифровой экономики» являются [9] :
• осуществление экономической деятельности на платформах «цифровой экономики»;
• значительная роль вклада индивидуальных участников;
• персонофицированные сервисные модели;
• непосредственное взаимодействие производителей и потребителей;
• распространение экономики совместного пользования.
Под цифровой платформой понимают обеспеченную высокими технологиями бизнес-модель, которая создает стоимость, упрощает взаимодействие между двумя и более участниками. Платформы ведут к снижению издержек и предоставляют дополнительные возможности не только для поставщиков, но и для потребителей. Они могут различаться по функциональному признаку и масштабам. По функциональному признаку по классификации Center for Global Enterprise выделяют операционные (Yandex, Gett, Uber), инновационные (Android, IOS), интегрированные (Apple: AppStore, iCloud), инвестиционные (Kickstarter) платформы. Согласно классификации Deloitte University можно выделить агрегированные (Alibaba), мобилизационные (CRM-системы, ex. Bitrix 24), обучающие (YouTu-be, Coursera), социальные (Facebook, Instagram) платформы. По масштабу эксперты выделяют следующие платформы [11]: глобальные (PayPall, Facebook, Instagram), региональные (Yandex Taxi, ГЛОНАСС), национальные (Qiwi).
Кроме того, появляются новые типы взаимодействия, не только B2B, B2C, B2G, но также C2B и C2C. Как пример взаимодействия C2B можно назвать фрилансеров, которые осуществляют обязательства по контракту на аутсорсинге; C2C — это Crowd Funding стартапы (например, в США — kickstarter.com, а в России — planeta.ru).
Персонифицированные сервисные модели означают, что благодаря таким технологиям, как Big Data, 3D-печать, таргетированный маркетинг, можно производить товары и предоставлять услуги, соответствующие в полной мере индивидуальному потребителю. Кроме того, сокращаются цепочки посредников, и клиенты и производители могут вступать в непосредственное взаимодействие.
Еще одной чертой цифровой экономики является распространение экономики совместного пользования, что подразумевает либо плату за пре-
доставление информации, либо совместное владение какими-то вещами. Например, совместное владение транспортным средством для двух семей может быть выгоднее, чем услуги такси или содержание личного автомобиля.
В 2017 г. ОЭСР были выделены четыре ключевые технологии, которые необходимы для развития цифровой трансформации нашего общества, а именно: интернет вещей, искусственный интеллект, технология анализа больших данных и технология блокчейн [5].
Интернет вещей (Internet of Things, IoT) — это концепция подключения к Интернету бытовых предметов, которые взаимодействуют друг с другом или с внешней средой, собирают полезные данные и совершают операции без участия человека. Данная технология может быть использована в быту («умный дом»), в промышленности (выполнение удаленных заказов, автоматизированные системы мониторинга), в транспортной отрасли (автоматические системы сбора штрафов и оповещений об авариях и пробках). Согласно прогнозам аналитиков Ovum, Nokia, Machina Research [6], число промышленных подключений устройств составит к 2019 г. более 530 млн единиц, а к 2025 г. — от 20 до 200 млрд ед.
Под искусственным интеллектом понимают машины, которые способны выполнять человекоподобные когнитивные функции. Эта технология играет большую роль в процессе цифровизации экономики, так как ведет к сокращению затрат, оптимизации и автоматизации процессов, росту объемов и эффективности продаж, сокращению времени принятия решений и обладает синергетическим эффектом. Развиваются и улучшаются методы и алгоритмы машинного обучения. Одним из ключевых направлений здесь стало создание глубоких нейронных сетей, при помощи которых технологии искусственного интеллекта развиваются в таких направлениях, как распознавание речи и системы автоматизированного перевода на разные языки, компьютерное зрение (распознавание образов), а также алгоритмы роботизированного управления. Прототипы искусственного интеллекта используются уже сегодня, например, электронный помощник Siri, понимающий голосовые команды, или беспилотные автомобили [13].
По прогнозам международной исследовательской компании Markets and Markets [19], к 2020 г. рынок искусственного интеллекта вырастет до 5 млрд долларов за счет применения технологий машинного обучения и распознавания естественного языка в здравоохранении, рекламе, финансах и розничной торговле. В компании Gartner полагают, что порядка 40% взаимодействий с виртуальными помощниками будет основываться на данных, которые обработаны при помощи нейронных сетей.
Технология анализа больших данных (Big Data) подразумевает работу с информацией значительного объема и разнообразного состава, которая находится в различных источниках и часто обновляется с целью увеличения эффективности работы, повышения конкурентоспособности, создания новых продуктов. Сегодня существует много методов и комплексных программ, позволяющих обрабатывать большие данные, например, от IBM,
Hewlett-Packard, Apache Software Foundation, Microsoft. Так, за счет применения данной технологии логистическая компания UPS каждый год экономит примерно 8,5 млн литров топлива, оптимизируя маршруты и сокращая тем самым время доставки, а около 200 сенсоров, установленных на Renault Formula 1, передают информацию о состоянии автомобиля во время гонок и позволяют изменять действия пилота.
Как сказано в программе Еврокомиссии «Горизонт 2020», Big Data является «топливом для новой цифровой экономики» [17]. В IDS посчитали, что в 2017 г. мировой доход на рынке Big Data и бизнес-аналитики составил 150,8 млрд долларов, что на 12,4% больше, чем в 2016 г. Кроме того, более 72 млрд долларов будет инвестировано в развитие данной технологии банковским сектором, сектором сферы производства и услуг и органами государственной власти. Согласно прогнозам BSA, применение Big Data даст толчок к созданию к 2030 г. мирового ВВП, эквивалентного 15 трлн долларов.
Децентрализованная и дезинтегрированная технология блокчейн упрощает взаимодействие и транзакции между контрагентами в экономике. Если говорить кратко, то под блокчейном понимают выстроенную по определенным правилам непрерывную последовательную цепочку блоков, которые содержат информацию и не подключены к общему серверу. Крипто-валюта — это средство обмена, которое создается и хранится в электронном виде в блокчейне, используя при этом методы шифрования в целях управления созданием денежных единиц и подтверждения перевода средств. К особенностям криптовалюты можно отнести невозможность фальсификации и кражи, открытый программный код, трансграничность, отсутствие единого эмиссионного центра, отсутствие внешнего регулирования.
Особенно популярна данная технология в финансовой отрасли, что связано с возможностью осуществления операций без посредников. Тем не менее на сегодняшний день уже есть много примеров практического применения технологии блокчейн в разнообразных отраслях. Например, на биржах труда создан Verbatm-протокол, который позволяет подтверждать квалификацию пользователей на основании документов без участия третьих лиц. Appii применяет для работы реестр децентрализованного характера в целях достоверности и сохранности данных об образовании, аттестатах, сертификатах и истории трудоустройства. На основе технологии блокчейн также построена система голосования. Так, Follow My Vote проектирует приложение для анонимного голосования, использующее технологию блокчейн в целях гарантии достоверности и корректности выборов [5].
Еще одной технологией, которая лежит в основе цифровизации экономики, являются облачные технологии. «Облачные вычисления (cloud computing) — технология распределенной обработки данных, в которой компьютерные ресурсы и мощности предоставляются пользователю как интернет-сервис» [14]. Пятью основными характеристиками облачных вычислений, согласно NIST (Национальный институт стандартов и техно-
логий США), являются: самообслуживание по требованию (on-demand), возможность быстрой перенастройки или расширения оборудования, широкополосный сетевой доступ, учет потребления (measured service) и наличие пула вычислительных ресурсов [21].
Облака можно разделить по модели развертывания на частные (в интересах и под контролем одной организации), публичные (свободный доступ) и гибридные. В качестве элементарного примера облачной технологии можно привести «облачные хранилища» Apple, Google, Yandex. Более сложные разрабатываются для нужд бизнеса. Так, проект ManuCloud, придуманный в ЕС в рамках European Commission's Seventh Framework Program for Research (Седьмая рамочная программа ЕС по исследованиям), направлен на создание интегрированных производственных сетей, которые соединяют большое число предприятий в ряде специфических отраслей энергетики [20].
Согласно данным IDC, в 2017 г. объем мирового рынка публичных облачных сервисов вырос на 29% и составил в денежном выражении порядка 117 млрд долларов. Благодаря развитию Интернета к 2021 г. 94% задач и виртуальных вычислений будут выполняться в облачных центрах обработки данных, а мировой хранящихся в них объем данных вырастет в 4,6 раза и будет составлять 1,3 зетабайт к 2021 г.
В 2016 г. Всемирный банк представил доклад о состоянии цифровой экономики «Цифровые дивиденды» [22], в котором были обоснованы выгоды ее развития, а именно:
• рост производительности труда;
• снижение издержек производства;
• преодоление бедности и социального неравенства;
• создание новых рабочих мест;
• повышение конкурентоспособности компаний;
• более полное удовлетворение потребностей людей.
В числе рисков перехода к цифровой экономике можно выделить:
• риски, связанные с кибербезопасностью (угроза «цифровому суверенитету»);
• сокращение числа рабочих мест средней и низкой квалификации;
• рост уровня сложности бизнес моделей и схем взаимодействия;
• рост «цифрового разрыва» (разрыв в цифровом образовании, условиях доступа к цифровым продуктам и услугам, и, как следствие, в уровне благосостояния) между гражданами и бизнесом как внутри, так и между странами.
В контексте вызовов и угроз важно подчеркнуть, что формирование и дальнейшее развитие цифровой экономики — вопрос национальной безопасности и независимости Российской Федерации. Одной из отличительных черт цифровизации является открытый и глобальный характер. С одной стороны, хозяйствующие субъекты могут взаимодействовать вне пределов национальных границ, с другой — наблюдается высокий
уровень открытости рынков не только с экономической, но и с технологической точки зрения. Открытость технологического характера выражается в присутствии на рынке своего рода стандартизации (когда оборудование или программное обеспечение становятся де-факто стандартом), соответственно, обладатели этой технологии могут регулировать доступ к ней, например, ограничивая или злонамеренно влияя на деятельность других хозяйствующих субъектов. Именно данный аспект представляет собой угрозу национальной безопасности [7].
Введенные в отношении Российской Федерации санкции (ограничение доступа к финансированию, технологиям) не позволяют в полной мере использовать открытость мировых рынков и мировой экономики в своих интересах. Прослеживается зависимость технологического характера от зарубежных поставщиков и технологий, что может способствовать снижению конкурентоспособности российских компаний на мировых рынках, а также ослаблять национальную безопасность страны в целом.
Обсуждение
В отрасли сельского хозяйства Российской Федерации есть ряд проблем и барьеров, которые можно решить путем использования цифровых технологий. Ключевая проблема — низкая эффективность и высокие издержки. В структуре расходов домохозяйств России доля затрат на продукты питания равна примерно 50%, в связи с чем уровень потребления продукции сельского хозяйства является ограниченным. Кроме того, закупочная цена на сельхозпродукцию составляет менее 20% от розничной, что ограничивает возможности хозяйств автоматизировать производство. В результате получаем низкий уровень производительности и высокую стоимость единицы продукции.
По оценкам экспертов и на основе опыта ЕС и США, облачные технологии могут стать выходом из сложившейся ситуации [21]. Например, в мире популярностью пользуется так называемая уберизация, т.е. применение сельскохозяйственной техники из общего пула, причем оплате подлежит только потребленная по факту мощность. Значительный рост загрузки оборудования сокращает стоимость произведенной продукции в расчете на единицу времени. Данная облачная технология позволит решить еще одну проблему российского АПК, а именно устаревание сельскохозяйственного оборудования, износ которого чаще всего составляет более 50% [12].
Еще одной из важнейших проблем является то, что порядка 95% маржинальности забирают кредиты и длинные цепочки поставок. Высокие логистические издержки и издержки, связанные с неточным определением уровня спроса, приводят к росту торговых наценок для каждого звена, а общая наценка может вырасти вплоть до 85%. При помощи цифровых технологий можно установить автоматизированную систему сбыта, которая обеспечит прямую связь между производителем и продавцом, что
позволит существенным образом сократить транзакционные издержки и уменьшить совокупную торговую наценку до 25—30%. Предиктивное управление полной цепочкой создания добавленной стоимости, когда все могут предсказать спрос на продукцию с точностью почти до 90%, позволит сократить риски кредитования, а также ставки по кредитам [4].
Существенные изменения и возможность решить ряд проблем предоставляет внедрение блокчейн-технологии. Записи данных на блоках, в которые нельзя внести изменения, помогут осуществлять проверку происхождения товара, характеристику его качества и технологии производства. Данная технология позволит повысить прозрачность производственной цепочки: система блокчейн осуществляет запись всех данных в общий реестр, и каждый участник может получить доступ к информации о времени или месте покупки, спросе и предпочтениях потребителей. Производители смогут быстро реагировать на любые колебания спроса, что повысит их финансовую устойчивость и позволит сократить издержки [12].
Страны ЕС, Канада, Австралия и США активно используют оцифрованный производственный цикл. Так, в 2018 г. инвестиции в агропромышленные проекты на основе технологии блокчейн в США составили 479,5 млн долларов, во Франции — 17,5, в Германии — 53,5, в Великобритании — почти 27 млн долларов. Российская Федерация пока существенно отстает по уровню внедрения данной технологии: в 2018 г. инвестиции составили всего 1,3 млн долларов.
Среди проблем российского АПК также можно выделить рост стоимости удобрений: в течение последнего года стоимость минеральных удобрений выросла более чем на 30%. Заимствуя опыт ЕС и США в данной сфере, российским стартапом был разработан пилотный проект внесения удобрений с учетом объективной оценки состояния почвы. Согласно подсчетам аналитиков, экономический эффект от применения данной технологии может составить порядка 50 млн рублей ежегодно [12].
Заключение
Внедрение цифровых технологий в отрасль сельского хозяйства может способствовать тому, что наша страна совершит своего рода «прорыв» в экономическом плане. По данным аналитиков, неиспользование цифровых технологий приводит к потере до 40% урожая [4]. Решения в области цифровых платформ, а также 1оТ-решения могут принести общий экономический эффект, оценивающийся в размере 4,8 трлн рублей ежегодно, или 5,6% прироста ВВП Российской Федерации. А цифровизация сельского хозяйства может повысить объем потребления информационных технологий до 22%, в связи с чем данная отрасль должна оставаться в приоритете у государства.
Таким образом, подтверждается гипотеза о том, что цифровая экономика несет в себе серьезные вызовы и изменения для всей архитектуры
мировой экономики. Российской Федерации необходимо разработать полноценную концепцию перехода на цифровые технологии, чтобы повысить уровень экономического развития и национальной безопасности страны.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Акаткин Ю.М., Карпов О.Э., Конявский В. А., Ясиновская Е.Д. Цифровая экономика: Концептуальная архитектура экосистемы цифровой отрасли // Бизнес-информатика. 2017. № 4(42). С. 17—25.
2. Апалькова В. Развитие цифровой экономики в Европейском союзе и перспективы Украины // Мосты. 2016. Т. 9. № 4. С. 39—40.
3. Бабкин А.В., Буркальцева Д.Д., Костень Д.Г. Формирование цифровой экономики в России: Сущность, особенности, техническая нормализация, проблемы развития // Научно-технические ведомости СПбГПУ. Экономические науки. 2017. Т.10, № 3. С. 15—18.
4. Вартанова М.Л., Дробот Е.В. Перспективы цифровизации сельского хозяйства как приоритетного направления импортозамещения // Экономические отношения. 2018. Т. 8. № 1. С. 1—18.
5. Верещак А.Г. Технология блокчейн как нефинансовый инструмент // Достижения естественных и технических наук в XXI веке. 2017. Т. 4. С. 141—144.
6. Волкова А. А., Плотников В. А., Рукинов М.В. Цифровая экономика: Сущность явления, проблемы и риски формирования и развития // Управленческое консультирование. 2019. Т. 18 . С. 38—49.
7. Дробот Г. А. Лидерский потенциал России в глобальной политике // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 27. Глобалистика и геополитика. 2018. № 2. С. 28—40.
8. Калинин Н.В. Цифровая экономика // Современные инновации: Достижения и перспективы III тысячелетия: Сб. статей по Материалам науч.-практ. конф. 2017. М.: МГТУ им. Н.Э. Баумана, 2017. С. 48—54.
9. Калужский М.Л. Маркетинговые сети в электронной коммерции: Институциональный подход. М.; Берлин: Директ-Медиа. 2014.
10. Кешелава А.В. Введение в «Цифровую» экономику. М.: ВНИИГеосистем,
2017.
11. Месропян В. Цифровые платформы новая рыночная реальность. URL: https://www.econ.msu.ru/sys/raw.php?o=46781&p=attachment (дата обращения: 10.03.2020).
12. Смагин А. Интеграция цифровой экономики в сельское хозяйство: Международный опыт и его применение в Российской Федерации // Экономика сельского хозяйства России. 2018. № 6. С. 92—96.
13. Цветкова Л.А. Технологии искусственного интеллекта как фактор цифровизации экономики России и мира // Экономика науки. 2017. Т. 3, № 2. С. 126—132.
14. Competing in the digital age. Policy implications for the Russian Fédération. URL: http://documents.worldbank.org/curated/en/860291539115402187/pdf/ Competing-in-the-Digital-Age-Policy-Implications-for-the-Russian-Federation-Russia-Digital-Economy-Report.pdf (дата обращения: 10.03.2020).
15.Digitaleconomy report 2019.URL: https://unctad.org/en/PublicationsLibrary/ der2019_overview_en.pdf (дата обращения: 10.03.2020).
16. Digital economy: How is digitalization changing global competitiveness and economic prosperity. URL: https://ged-project.de/blogpostsen/digital-economy-how-
is-digitalization-changing-global-competitiveness-and-economic-prosperity/ (дата обращения: 10.03.2020).
17. Horizon 2020. URL: https://ec.europa.eu/programmes/horizon2020/en (дата обращения: 10.03.2020).
18. Fair Taxation of the Digital Economy. URL: https://ec.europa.eu/taxation_ customs/business/company-tax/fair-taxation-digital-economy_en (дата обращения: 10.03.2020).
19. Kuznetsov N.I., Ukolova N.V., Monakhov S.V Development of the digital economy in modern agriculture of Russia: Opportunities, drivers and trends // Scientific Papers Series Management, Economic Engineering in Agriculture and Rural Development. 2018. Vol. 18, Iss. 1. P. 29—33.
20. Seventh Framework programme. Available at: https://ec.europa.eu/research/ fp7/index_en.cfm (дата обращения: 10.03.2020).
21. Unleashing the Potential of Cloud Computing in Europe. URL: https://eur-lex. europa.eu/LexUriServ/LexUriServ.do?uri=C0M:2012:0529:FIN:EN:PDF (дата обра-щения:10.03.2020).
22.World Development Report 2016: Digital Dividends. URL: https://www. worldbank.org/en/publication/wdr2016 (дата обращения: 10.03.2020).
REFERENCES
1.Akatkin Ju.M., Karpov O.Je., Konjavskij V.A., Jasinovskaja E.D. 2017. Digital economy: conceptual architecture of the digital industry. Business ICT, no 4(42), pp. 17—25.
2. Apalkova V. 2016. Development of the digital economy in the UE and prospectives of Ukraine. Bridges, vol. 9, no 4, pp. 39—40.
3.Babkin A.V., Burkal'ceva D.D., Kosten' D.G. 2017. Formation of the digital economy in Russia: essence, features, technical normalization, development problems. Scientific and technical statements of SPbGPU. Economic science, vol. 10, no 3, pp. 15—18.
4.Vartanova M.L., Drobot E.V. 2018. Prospects for digitalization of agriculture as a priority area of import substitution. Economic relations, vol. 8, no 1, pp. 1—18.
5. Vereshhak A.G. 2017. Blockchain technology as a non-financial tool. Achievements of natural and technical sciences in the XXI century, no 4, pp. 141—144.
6.Volkova A.A., Plotnikov V.A., Rukinov M.V. 2019. Digital economy: essence, problemas and risks of formation and development. Management consulting, no 18, pp. 38—49.
7. Drobot G.A. 2018. Leadership potential of Russia in global politics. Bulletin of Moscow University. Series 27, Globalistics and geopolitics, no 2, pp. 28—40.
8. Kalinin N.V. 2017. Digital economy. Modern innovations: achievements and prospects of the II millennium. Moscow, Bauman Moscow state technical University, pp. 48—54.
9. Kaluzhsky M.L. 2014. Marketing networks in e-Commerce: an institutional approach. Moscow, Berlin, DirectMedia.
10. Keshelava A.V. 2017. Introduction to the digital economy. Moscow, VNIIGeo-sistem.
11. Mesropyan V. Digital platforms — a new market reality. Available at: https:// www.econ.msu.ru/sys/raw.php?o=46781&p=attachment (accessed: 10.03.2020).
12. Smagin A. 2018. Integration of the digital economy in agriculture: international experience and its application in the Russian Federation. Agricultural Economics ofRussia, no 6, pp. 92—96.
13.Cvetkova L.A. 2017. Artificial intelligence technologies as a factor of digita-lization of the economy of Russia and the world. Economics of science, vol. 3, no. 2, pp. 126—132.
14. Competing in the digital age. Policy implications for the Russian Federation. Available at: http://documents.worldbank.org/curated/en/860291539115402187/pdf/ Competing-in-the-Digital-Age-Policy-Implications-for-the-Russian-Federation-Russia-Digital-Economy-Report.pdf (accessed: 10.03.2020).
15. Digital economy report 2019. Available at: https://unctad.org/en/Publications Library/der2019_overview_en.pdf (accessed: 10.03.2020).
16. Digital economy: how is digitalization changing global competitiveness and economic prosperity.Available at: https://ged-project.de/blogpostsen/digital-economy-how-is-digitalization-changing-global-competitiveness-and-economic-prosperity/(ac-cessed: 10.03.2020).
17. Horizon 2020. URL: https://ec.europa.eu/programmes/horizon2020/en (accessed: 10.03.2020).
18. Fair Taxation of the Digital Economy. Available at: https://ec.europa.eu/ taxation_customs/business/company-tax/fair-taxation-digital-economy_en (accessed: 10.03.2020).
19. Kuznetsov N.I., Ukolova N.V., Monakhov S.V. 2018. Development of the digital economy in modern agriculture of Russia: Opportunities, drivers and trends. Scientific Papers Series Management, Economic Engineering in Agriculture and Rural Development, vol. 18, iss. 1, pp. 29—33.
20. Seventh Framework programme. Available at: https://ec.europa.eu/research/ fp7/index_en.cfm (accessed: 10.03.2020).
21. Unleashing the Potential of Cloud Computing in Europe. Available at: https:// eur-lex.europa.eu/LexUriServ/LexUriServ.do?uri=C0M:2012:0529:FIN:EN:PDF (accessed: 10.03.2020).
22. World Development Report 2016: Digital Dividends. URL: https://www. worldbank.org/en/publication/wdr2016 (accessed: 10.03.2020).
ТРАНСЛИТЕРАЦИЯ
1. Akatkin Ju.M, Karpov O.Je, Konjavskij V.A., Jasinovskaja E.D. Cifrovaja jeko-nomika: Konceptual'naja arhitektura jekosistemy cifrovoj otrasli // Biznes-informatika. 2017. № 4(42). S. 17—25.
2. Apal'kova V. Razvitie cifrovoj ekonomiki v Evropejskom soyuze i perspektivy Ukrainy // Mosty. 2016. Т. 9. № 4. S. 39—40.
3. Babkin A.V., Burkal'ceva D.D., Kosten' D.G. Formirovanie cifrovoj jekonomiki v Rossii: Sushhnost', osobennosti, tehnicheskaja normalizacija, problemy razvitija // Nauchno-tehnicheskie vedomosti SPbGPU. Jekonomicheskaja nauki. 2017. T. 10. № 3. S. 15—18.
4. Vartanova M.L., Drobot E.V. Perspektivy cifrovizacii sel'skogo hozjajstva kak prioritetnogo napravlenija importozameshhenija // Jekonomicheskie otnoshenija. 2018. T.8,№ 1. S. 1—18.
5. Vereshhak A.G. Tehnologija blokchejn kak nefinansovyj instrument // Dostizhe-nija estestvennyh i tehnicheskih nauk v XXI veke. 2017. № 4. S. 141—144.
6. Volkova A.A., Plotnikov V.A., Rukinov M.V. Cifrovaja jekonomika: Sushhnost' javlenija, problemy i riski formirovanija i razvitija // Upravlencheskoe konsul'tirovanie. 2019. № 18. С. 38—49.
7. Drobot G.A. Liderskij potencial Rossii v global'noj politike //Vestn. Mosk. un-ta. Ser. 27. Globalistika i geopolitika. 2018. № 2. S. 28—40.
8. KalininN.V. Cifrovajajekonomika// Sovremennyeinnovacii: Dostizhenijai per-spektivy III tysjacheletija. 2017. M., 2017. S. 48—54.
9. Kaluzhskij M.L. Marketingovye seti v elektronnoj kommercii: Institucional'nyj podhod. M.; Berlin: Direkt-Media. 2014.
10. Keshelava A.V. Vvedeniev«Cifrovuju»jekonomiku. M.: VNIIGeosistem. 2017.
11. Mesropyan V. Cifrovye platformy — novaya rynochnaya real'nost'. URL: https:// www.econ.msu.ru/sys/raw.php?o=46781&p=attachment (data obrashcheniya: 10.03.2020).
12. Smagin A. Integracija cifrovoj jekonomiki v sel'skoe hozjajstvo: Mezhdunarodnyj opyt i ego primenenie v Rossijskoj Federacii // Jekonomika sel'skogo hozjajstva Rossii. 2018. № 6. S. 92—96.
13. Cvetkova L.A. Tehnologii iskusstvennogo intellekta kak faktor cifrovizacii jekonomiki Rossii i mira // Jekonomika nauki. 2017. T. 3. № 2. S. 126—132.