5. Николина Н.А. Филологический анализ тек- 7. Скородумова Л.Г. Монгольский язык: обра-ста. - М.: Академия, 2007. - 269 с. зы мира. - Улан-Батор, 2004. - 328 с.
6. Петрова М.П. Нуудэлчний уран зохиолыг шинжлэхYЙ. - Улаанбаатар, 2011. - 198 с.
Дашибалова Дарима Владимировна, кандидат филологических наук, старший научный сотрудник Центра восточных рукописей и ксилографов Института монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН. Е-mail: dardash3 @gmail.com
Dashibalova Darima Vladimirovna, candidate of philological sciences, senior research worker at the Center of oriental manuscripts and xylography's, Institute of Mongolian, Buddhist and Tibetan studies, Russian Academy of Sciences, Siberian branch. E-mail: dardash3@gmail.com
УДК 82.09 © М.Ю. Дондокова
ТРАНСФОРМАЦИЯ ХУДОЖЕСТВЕННЫХ ОБРАЗОВ И ТЕНДЕНЦИИ СОВРЕМЕННОЙ КОМПАРАТИВИСТИКИ
В статье рассматриваются вопросы развития художественных образов в национальной поэзии, трансформация которых создает новые тенденции исследований в сравнительном литературоведении (на примере бурятской и китайской поэзии).
Ключевые слова: художественный образ, сравнительное литературоведение, бурятская поэзия, китайская поэзия.
M.Yu. Dondokova
TRANSFORMATION OF ARTISTIC IMAGE AND NEW TENDENCIES OF COMPARATIVE LITERATURE
The article describes some questions of artistic image in the national poetry, which transformation creates new tendencies of researches in comparative literary criticism are considered. The research is shown on the example of the Buryat and Chinese poetry as a result of which possibility of comparison of the specified national literatures is approved.
Keywords: image, comparative literature, Buryat poetry, Chinese poetry.
Художественный образ, являясь одной из основных категорий литературоведения, представляется как особый способ субъективного отражения действительности, «поскольку она всегда преобразуется писателем, поэтом в согласии с его индивидуальным видением мира и избранным методом творчества» [1, с. 25].
Поскольку традиционная система образов каждый раз переосмысливается, наполняется новым содержанием, складывается из особенностей художественного видения поэта, соответственно появляется необходимость определения в творчестве автора традиционных национальных символов и индивидуально авторских образов, которые составляют основу его мировидения. Согласно И.П. Смирнову, «историческая специфика различных картин мира определяется теми правилами, которыми руководствуется писатель, трансформируя универсальные смыслы в конкретные значения литературного текста» [2, с. 3].
Здесь на первый план выходит понимание символа как знаковости и многозначности, который раскрывается в определении С.С. Аве-ринцева: «Смысл символа объективно осущест-
вляет себя не как наличность, но как динамическая тенденция; он не дан, а задан. Этот смысл... нельзя разъяснить, сведя к однозначной логической формуле, а можно лишь пояснить, соотнеся его с дальнейшими символическими сцеплениями, которые подведут к большей рациональной ясности, но не достигнут чистых понятий» [3, с. 827].
Соотношение образа и понятия имеет принципиальное значение в истории поэтики Н.Д. Тамарченко [4], который вслед за Э.Р. Кур-циусом выделял три стадии. Для первой стадии синкретизма (от предыскусства до античности), где слово в эстетическом сознании не отделено от того, что оно обозначает, т.е. от предмета высказывания, характерно нерасчлененно-слитное восприятие предметов, предполагающее «не смешение, а отсутствие различий». Вторая стадия - эйдетическая поэтика (другие названия -рефлексивный традиционализм, традиционалистская, нормативная, риторическая поэтика), характеризуется нерасчлененностью идеи и образа, понятие и образ не исключают друг друга, они еще не автономны, хотя уже различны. Начинается эта стадия в У11-У1 вв. до н. э. в Гре-
ВЕСТНИК БУРЯТСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИВЕРСИТЕТА
8/2014
ции и в первые века н.э. на Востоке и длится до середины XVIII в. в Европе и до начала ХХ века на Востоке (курсив наш. - М.Д.). Третья стадия - поэтика художественной модальности (иные ее названия - эпоха прозы, неканоническая, нетрадиционалистская, историческая, индивидуально-творческая) - начинает складываться с середины XVIII в. в Европе и с начала ХХ в. на Востоке и длится по сегодняшний день (выделено нами. - М.Д.), на этой стадии образ и идея приобрели автономный статус и модальные отношения.
Особое значение имеет тот факт, что в восточной литературе стадия поэтики художественной модальности - качественно иное восприятие образа и понятия - начинает складываться позже, чем в Европе. Это, несомненно, связано с переменами в социальной и культурной жизни восточного общества. Кардинальные политические, социальные, экономические и другие изменения в обществе предшествовали каждой стадии в истории поэтики.
Известно, что влияние фольклора на литературу имеет свои особенности, обусловленные своеобразием каждого проживаемого этапа и уровнем развития литературы. В связи с этим в бурятской литературе выделяют две системы развития: литературно не определившаяся (в 2050-е гг. ХХ в.) и литературно определившаяся (в 60-90-е гг. ХХ в.) [5].
«В бурятской поэзии последних лет можно заметить довольно интересное явление: синтез традиций европейской и восточной поэзии. Если раньше ведущее положение занимала традиция европейская, в основном русская, то с середины 1960-х и 1970-х гг. ощущается интерес к восточной поэзии, к ее национальным традициям, таким как поэзия Японии, Монголии, Индии, Тибета» [6]. Появляются переводы стихов выдающихся японских поэтов, относившихся к «подлинной школе» - «Сефу» и писавших в жанре хайку (Басе, П. Бусон, К. Исса и других), а также стихи поэтов демократической Японии. Бурятским любителям поэзии стали доступны произведения индийского поэта Калидасына на русском и бурятском языке, четверостишия из тибетского сочинения «Эрдэниин сан Субашид» Сажи бандид Гунгажалцана, стихи арабского поэта Ибн-аль-Мутазз и др. Этот интерес явился одним из средств обогащения бурятской поэзии.
Как видно, новые подходы к поэтическому творчеству, художественный интерес к восточному началу культуры обусловили следующий этап развития поэзии, который на Востоке начинает складываться в середине ХХ в., что имеет немаловажное значение в определении сравни-
ваемых литератур, вводимых в качестве восточного контекста - бурятской и китайской. Основанием такого выбора является как общая типологическая близость традиционных культур, к которым относятся и бурятская, и китайская культуры, так и сходство переживаемого исторического периода: постперестроечный период в России и посткультурный в Китае, кроме того, в ХХ в. бурятская поэзия прошла такой же быстрый и стремительный путь развития, как и китайская в аналогичный период ХХ в. Так, в Китае за последние сто лет поэзия существенно изменилась под влиянием иностранных культур и их литератур, происходит масштабное движение за замену в литературе классического письменного языка вэньянь на разговорный язык байхуа.
Таким образом, проблема традиционализма в китайской литературе возникла в начале ХХ в., что было закономерно продиктовано реалиями того времени. Она знаменовала развитие третьей стадии - поэтики художественной модальности.
Бурятское общественное развитие к этому периоду тоже не соответствовало мировому уровню, однако не в силу стагнации, а по причине более позднего начала развития. Общественное развитие Китая к началу ХХ в., имея многовековой опыт в прошлом, отставало от общемирового процесса в силу исторических и политических причин. Бурятская литература, унаследовав традиции русской литературы, развивалась в русле социалистического реализма, являясь в прошлом литературой с зачатками раннего «просветительства». Китайская же литература, имея огромный опыт классицизма, не получившего дальнейшего развития, лишь после активных изменений в обществе и влияния зарубежных литератур в начале ХХ в. активизирует процесс ускоренного формирования китайской национальной литературы. Главным образом «ускоренное» развитие национальных литератур (к каковым Н.И. Конрад относит китайскую и советские национальные литературы) обусловлено историко-экономическими изменениями в обществе, поскольку активные изменения в стране не могут не сказаться на национальной литературе, - в Бурятии наблюдался расцвет литературы в 1960-1970-х гг. [9], в Китае такой расцвет приходился на конец 19701980-х гг. Расцвету бурятской поэзии, как и всей литературе страны, предшествовал национальный кризис - разоблачение культа личности И. Сталина и последовавший за ним процесс «зачистки» во второй половине 1950-х гг.; расцвету китайской поэзии - тяжелое десятилетие
«культурной революции» (1966-1976). Отсюда общий для бурятской и китайской поэзии современный литературный контекст, идентичность в понимании традиционного и авторского, сходный генетический - общевосточный код. Таким образом, есть возможность сравнивать литературы с учетом исторических и экономических процессов двух стран.
Таким образом, с начала ХХ в. и по сегодняшний день, к началу третьей стадии - поэтики художественной модальности, одновременно с тем, когда образ и идея приобрели автономный статус и модальные отношения, возникают активные изменения, о которых говорилось ранее, в бурятском и китайском обществе.
Символ как универсальный способ художественной образности способен связывать творчество разных поколений и разных народов. Это его свойство обусловлено сочетанием переживаний в их многозначности, однако каждое поколение, пополняя знания об окружающем мире, обновляет взгляд на традиционные образы. Такое свойство символа раскрывает проблему традиционализма и позволяет рассмотреть бурятскую поэзию в контексте китайской литературы как восточной, применяя принципы современной компаративистики. Ведь, как известно, компаративистика исследует связи, изменения, общее и различное между национальными литературами, те особенности литературного развития, которые охватывают языковые границы и определяют своеобразие сверхнациональных литературных феноменов, которые характерны не одной конкретной, а каждой национальной литературе (например, эволюция жанров, трансформация традиционных символов). В то же время каждое литературное произведение рассматривается как отражение в нем национально обусловленных психологических, языковых и ментальных структур народного сознания. «Компаративистика исследует такие межнациональные области мирового литературного процесса, как мотивы, топосы, эмблематика, вопросы воздействия и влияний "классических" авторов (Гомер, Данте, Шекспир, Мольер, Гете, Достоевский, Чехов и др.) на отдельные литературные произведения и на их авторов» [7, с. 83]. По мнению А.А. Смирнова, в современных исследованиях
по сравнительному литературоведению поднимаются проблемы литературных ценностей, истории идей и духовно-исторических эпох, литературной социологии и интернациональной рецепции классических текстов, международной литературной критики и даже взаимного освещения связей литературы и других видов искусств в пределах общей культурологии [8].
По словам ученого, проблемы перевода инонациональных текстов и их роли в национальной литературе также нередко выступают в качестве задач сравнительного литературоведения, вытесняя их из «рабочего поля» специалистов по мировой литературе. Такая тенденция возникла вследствие того, что процесс глобализации активно влияет на формирование национальных литератур, поэтому их сравнительное и сопоставительное изучение становится особенно актуальным. Современные подходы компаративистики позволяют отойти от «европоцентризма» и провести параллели между такими неблизкими национальными литературами, как бурятская и китайская.
Литература
1. Павлович Н.В. Словарь поэтических образов.
- Москва: Эдиториал УРСС, 2002. - Т. 1. - 249 с.
2. Смирнов А.А. Сравнительное литературоведение: Россия и Запад. XIX в. - М.: Высшая школа, 2008. - 352 с.
3. Аверинцев С. С. Символ художественный // Краткая литературная энциклопедия: в 9 т. - М.: Советская энциклопедия, 1971. - Т.6. - С. 826-831.
4. Теория литературы: в 2-х т. / Под ред. Н.Д. Тамарченко. - Москва: Академия, 2004. - Т.1, 2.
- 513, 360 с.
5. Балданмаксарова Е.Е. Бурятская поэзия ХХ в.: истоки, поэтика жанров: монография. - М.: Спут-ник+, 2002. - 363 с.
6. История бурятской литературы. Современная бурятская литература (1956-1995). - Улан-Удэ: Изд-во БНЦ СО РАН, 1997. - Т. III. - 298 с.
7. Жирмунский В.М. Сравнительное литературоведение: Восток и Запад. - Л.: Наука, 1979. - 495 с.
8. Смирнов А. А. Сравнительное литературоведение: Россия и Запад. XIX в. - М.: Высшая школа, 2008. - 352 с.
9. Найдаков В.Ц. Становление, развитие и распад бурятской литературы (1917-1995). - Улан-Удэ, 1996. - 106 с.
Дондокова Максара Юрьевна, кандидат филологических наук, преподаватель кафедры филологии стран Дальнего Востока Бурятского государственного университета. E-mail: sara746@vandex.ru
Dondokova Maksara Yurievna, Chinese language teacher, The chamber of Far East philology Buryat State University. E-mail: sara746@vandex.ru