УДК 111.8; 141.32
Д. Н. Воропаев, кандидат философских наук, доцент кафедры философии, культурологии и религиоведения, ФГБОУ ВО «Оренбургский государственный педагогический университет» e-mail: div79@bk.ru
СТАТЬИ Ж.-П. САРТРА О ФЕНОМЕНОЛОГИИ И СВОБОДЕ КАК ВВЕДЕНИЕ В «БЫТИЕ И НИЧТО»
В данной работе рассматриваются две небольших статьи Ж.-П. Сартра. Одна из них написана до «Бытия и ничто», а другая - после. По мысли автора, эти статьи могут служить введением к главному философскому сочинению Сартра. Автор затрагивает один из ранних этапов становления Сартра как философа, уделяет внимание тем событиям, происходившим в Германии во время стажировки Сартра в Берлине и Фрайбурге, которые не могли не повлиять на отношение Сартра к политике, обществу и истории. В разбираемых статьях Сартр говорит о проблемах феноменологии и свободы, которые легли в основу его философского мышления. Автор отмечает, что эти проблемы уже в раннем периоде творчества Сартр с необходимостью связывает с понятием «ничто».
Ключевые слова: ничто, феноменология, Сартр, Хайдеггер, Гуссерль.
Фундаментальный труд Сартра «Бытие и ничто» неоднократно анализировался и интерпретировался. Интерес к этой работе вновь и вновь возникает по различным причинам, которые диктует время и задачи того или иного научного исследования. Неоднократно отмечалась и сложность работы с этим текстом. Сложность обусловлена необходимым багажом знаний, без которого текст читать бессмысленно, стилем изложения, трудностями перевода, возникающими для тех, кто не владеет французским языком, и т.п. Найти подходы к этому тексту - задача любого исследователя, и зависят они во многом от цели исследования. Специалисты не раз отмечали связь различных текстов Сартра, которая обусловлена сквозным развитием центральных идей его философии. Брюно Клеман отмечает, что в романе «Тошнота» «заключена сердцевина сартровского творчества; что последующие книги, даже и философские, представляют нам - всякий раз в обновлённых формах - вариации одной темы» [3, с. 26-27]. С этим мнением нельзя не согласиться, «Тошнота» вполне может использоваться в качестве ключа к пониманию «Бытия и ничто». Тем более, этот текст проще воспринимается, в отличие от чисто философских работ Сартра. Однако сам по себе роман «Тошнота» [12] совсем не прост и требует немало знаний и сил для проникновения в его смысл.
В качестве подступов к философии Сартра и конкретно к трактату «Бытие и ничто» [13] логично пользоваться более ранними текстами. Но также можно обнаружить и более поздние работы, в которых содержатся некоторые центральные идеи творчества автора и которые в силу этого способны стать некоторой опорой для более сложных текстов.
В данной работе предлагается обратить внимание на две небольшие статьи, одна из которых была написана до «Бытия и ничто», а другая -
после. Эти тексты, как представляется, вполне могут служить опорными точками для тех, кто принимается за исследование «Бытия и ничто» и творчества Сартра в целом. Первый текст получил название «Основополагающая идея Гуссреля: интенциональность» [10], а второй - «Картезианская свобода» [9]. Удобство работы с этими текстами определяется ещё и тем, что на русском языке они вышли под одной обложкой в качестве дополнения к работе «Проблемы метода» [11]. Связь этих статей с главным философским трудом Сартра отмечена и в предисловии переводчика [2, с. 5].
Также необходимо иметь представление, под влиянием каких идей и в какое время происходил поворот Сартра от Ницше к феноменологии. Поэтому в данной работе будет уделено немного места историческим фактам, сопровождавшим становление Сартра как философа.
Исследователи отмечают, что до того, как погрузиться в феноменологию, Сартр увлекался Ницше и его идеей «сверхчеловека» [5, с. 70-71]. Однако знакомство с немецкой философией начала XX века оказывает решающее влияние на него как на философа и писателя.
В 1933-1934 годах Сартр в качестве стипендиата Французского института в Берлине проходил стажировку в Германии. Первый год обучения прошёл в основном в Берлине. В это время Сартр изучал Гуссерля, Хайдеггера, Ясперса, Шелера. Второй год обучения Сартр провёл во Фрайбурге [4, с. 6].
К этому времени у Эдмунда Гуссерля были опубликованы «Лекции по феноменологии внутреннего сознания времени» (1928 г.), «Формальная и трансцендентальная логика» (1929 г.), на французском языке опубликованы в 1931 году «Картезианские размышления». Стоит отметить, что в феврале 1929 года Гуссерль читал в Париже два доклада, которые легли в основу «Картезиан-
ских размышлений». В этот же год (1929), после окончания Высшей нормальной школы, Сартр начинает преподавать философию.
К 1933 году Карл Ясперс опубликовал «Психологию мировоззрения» (1919), важнейшую работу раннего периода творчества - трёхтомную «Философию» (1931-1932) и «Духовную ситуацию эпохи» (1931).
Макс Шелер умер в 1928 году, следовательно, к моменту обучения Сартра в Германии были изданы все работы, которые Шелер подготовил к публикации, включая вышедшую в 1933 году «Zur Ethik und Erkenntnislehre».
Мартин Хайдеггер к 1933 году также уже является одной из крупнейших фигур немецкой философии. К этому времени были созданы и прозвучали в получивших известность во всей Германии лекционных курсах «Пролегомены к истории понятия времени» (1925), «Основные проблемы феноменологии» (1927 г.). «Кант и проблема метафизики» (1929 г.) и «Основные понятия метафизики. Мир - конечность - одиночество» (1929/1930 гг.). В 1929 году была прочитана его знаменитая лекция «Что такое метафизика?». В 1927 году была опубликована книга, ставшая культовой в XX веке, «Бытие и время».
Обучение Сартра в Германии пришлось на время стремительных преобразований, приведших в итоге ко второй мировой войне. Радикальных реформ ждали многие, и приход к власти национал-социалистов воспринимался как благо для Германии. Далеко не сразу было осознано, к какой катастрофе приведут эти события. Большие надежды возлагал на происходившее и Хай-деггер. Он мечтал о том, что произойдёт некий поворот истории, который изменит понимание бытия. Эти ожидания, как ему кажется, воплотились в жизнь с приходом к власти национал-социалистов. Долг философии, по мысли Хайдегге-ра, - овладеть временем, поэтому он не стремился остаться в стороне от происходящих событий, но решил действовать. Для него в 1933 году наступает «великий миг» в истории [15, с. 313], который способен изменить ход бытия.
Экономический кризис, в котором находилась Германия в это время, со всеми негативными явлениями, порождёнными кризисом, а также репарации и угроза коммунистического переворота заставляли смотреть на смену власти с большой надеждой. Хайдеггер надеялся, «что национал-социализм признает и вберёт в себя все созидательные и творческие силы» [15, с. 313]. Поэтому он считал, что новая власть открывает новую эпоху. Если он ранее не затрагивал вопросы политики, то теперь он «вверяет свою философию водовороту политической действительности ... в это мгновение действительность представляется ему воплотившейся философией» [15, с.
318]. Во время пребывания Сартра в Германии Хайдеггер занимает пост ректора Фрайбургского университета (1933 г.), вступает в ряды партии, а затем в 1934 году покидает пост ректора.
В 1933 году в Германии ведутся разговоры о необходимости внедрения «принципа фюрерства» в университетах и придания идеологической направленности процессу обучения [15, с. 323]. Сартр застал и процесс борьбы с книгами, не отвечающими идеологическим требованиям новой власти. 10 мая 1933 года в Берлине на площади Опернплац произошло публичное сожжение книг еврейских и социалистических авторов.
Вот та атмосфера, в которой проходит стажировка Сартра и знакомство с работами, которые окажут решающее влияние на него как философа. К этому времени относится и написание им небольшой по объёму статьи «Основополагающая идея Гуссреля: интенциональность» [2, с. 5]. В этой работе он пытается пояснить философию Гуссерля и дать критику предшествующей философии. Важно, что в этой статье обозначаются некоторые основные идеи, которые лягут в основу « Трансценденции Эго» [14], а затем и в «Бытие и ничто».
Сартр отвергает распространённую в традиционной философии идею, согласно которой «познавать - значит поглощать» [10, с. 177]. Подход к познанию, отвергаемый Сартром, строится на представлении о том, познание есть процесс, в результате которого информация о внешнем мире с помощью органов чувств проникает в сознание и усваивается им. Сартр довольно резок в отношении этого представления: «Желудочная философия!», - восклицает он [10, с. 177]. В результате этого «усвоения» сознание становится некой данностью, носителем информации. В таком подходе он обвиняет эмпириокритицизм, неокантианство и всякий «психологизм» [10, с. 177]. Противопоставлена этим подходам философия Гуссерля, в которой, как говорит Сартр, утверждается, что вещи не могут быть растворены в сознании [10, с. 177]. У вещи иная природа и, следовательно, она не может «войти» в сознание человека. Вещь также и не вступает в коммуникацию с сознанием.
Познание, по Гуссерлю, как говорит Сартр, есть некий «прорыв» к вещи. В качестве примера он приводит созерцание дерева и поясняет: «это значит быть там, возле дерева и, однако же, вне его, потому что оно ускользает от меня, отталкивает меня и я не могу исчезнуть в нём, так же как и оно не может раствориться во мне» [10, с. 178].
«Прорыв к вещи» - это прорыв за свои пределы, и получается, что познавать значит быть «вне дерева, вне меня самого» [10, с. 178]. Сознание «прозрачно», оно ускользает от себя, в нём, как говорит Сартр, больше ничего нет [10, с. 178].
В сознание проникнуть невозможно, т.к. у него нет никакого «внутри», «оно всегда лишь своё собственное "вовне"» [10, с. 178]. Сознание конституируется отказом от «быть субстанцией». Таким образом, человек уже в силу своей природы «вытолкнут» в «равнодушный, враждебный, непокорный мир». В этом и есть, говорит Сартр, главное открытие Гуссерля: «Всякое сознание есть сознание объекта».
Это и ляжет в основу дальнейшего развития философии Сартра. Уже в этой статье звучит следующая мысль: «Как бы не стремилось сознание обособиться и всё же совпасть с самим собой, ... - оно обращается в ничто» [10, с. 178]. Это свойство сознания или, точнее, сам принцип его бытия он соотносит с тем, что Гуссерль называл «интенциональностью» [10, с. 178].
Но знанием не ограничивается сознание, т.к. «интенциями» являются и любовь, страх, ненависть и т.д. Эти «интенции» позволяют прорваться к «другому», пережить его «объективные свойства». «Каждый из нас - вещь среди вещей, человек среди людей»[ 10, с. 180]. Эта мысль будет раскрыта не только в «Бытии и ничто», но станет основной и для романа Сартра «Тошнота».
Такое понимание феноменологии и поворота философии в целом становится отправной точкой развития сартровских идей. Отсюда вытекает и «Трансценденция Эго», и «Бытие и ничто», и многое другое, созданное Сартром.
Вторая статья - «Картезианская свобода» - была опубликована в качестве предисловия к сборнику текстов Декарта в 1946 году. По словам самого Сартра, Декарт был единственным французом, оказавшим на него влияние. Значение Декарта для философии Сартра хорошо характеризуют последние строки рассматриваемой статьи: «.надо восхищаться тем, что в авторитарную эпоху он заложил основы демократии, что он до конца следовал идее автономии и понял, задолго до Хайдеггера с его «Von Wesen des Grundes», что свобода - это единственное основание бытия» [9, с. 216]. Для сартровского экзистенциализма проблема свободы является одной из центральных. Она неразрывно связана с понятием «ничто». Эта связь, которая раскрыта в «Бытии и ничто», хорошо видна в «Картезианской свободе». И поэтому прежде, чем приступать к исследованию главного философского произведения Сартра, стоит обратить внимание на рассматриваемую здесь статью.
Сартр отмечает, что под влиянием Декарта французы понимают «свободу воли» как возможность независимой мысли и связывают её с «актом суждения», «актом понимания» [9, с. 197]. Источником понимания является умение не спешить, не отвлекаться, умение сосредоточиться и отвлечься от внешних воздействий. Здесь, по мнению Сар-
тра, кроется декартовская «первичная интуиция». Сартр утверждает, что уже Декарт осознал, что даже в простой мыслительной операции мысль вовлечена вся. Мысль «всегда обращена на некоторый предмет», но это значит, она имеет дело с уже установленным порядком вещей [9, с. 198]. Это означает, что свободе мысли противопоставлен тот путь, который она должна проделать. Тогда получается, что, следуя строгой системе идей, разворачивающихся перед человеком, когда он не порождает их, а лишь созерцает, у человека остаётся только свобода отрицания, т.е. способность «говорить нет всему, что не истинно» [9, с. 199]. По мысли Сартра, в этой ситуации вскрывается проблема свободы, которую пытается разрешить Декарт. Результатом этой попытки становятся две теории свободы. В одной раскрывается способность понимания и суждения, а в другой «он пытается спасти человека по отношению к строгой системе идей» [9, с. 199].
Вообще мысль о «спасении» человека - одна из основных для Сартра. Она связана с раскрытием и исследованием тех представлений о человеке, которые сложились в начале XX века. Под влиянием феноменологии Гуссерля и философии Хайдеггера Сартр пытался осознать последствия такого взгляда на человека. Так в романе «Тошнота» он разбирает ситуацию, когда человек «вброшен» в бытие, когда он тотально окружён «вещами», и из этого бытия нет выхода. В некотором смысле «выходом» из сложившейся ситуации стало развитие идеи «ничто» в главном философском труде Сартра. Человеку некуда деться из бытия, но его сознание - это «ничто» по отношению к бытию. И ни сознание не может быть захвачено бытием, ни бытие не может быть растворено в сознании. Идея трансцендентности сознания по отношению к бытию стала для Сартра, в некотором смысле, решением тех проблем, с которыми он столкнулся в феноменологии.
Согласно второй теории, до «суждения» человека идеи не являются ни истинными, ни ложными. Через человека нейтральные идеи приобретают «порядок истин». «Поэтому ... человек у Декарта предстаёт как "онтико-онтологическое" бытие, о котором впоследствии будет говорить Хайдег-гер» [9, с. 200]. В этом смысле «всякий человек есть свобода» [9, с. 201]. Только этой свободой и определяется человек. Но нет степени свободы, в каждом человеке она безгранична. У разных людей наблюдаются разные способности, но они не определяют понятие человека, «только свободное применение дарований характеризует нас как человеческие существа» [9, с. 201].
Расширить или ограничить свободу невозможно. «Свобода не в том, что я могу делать, что хочу, - свобода в том, чтобы хотеть того, что я могу» [9, с. 201-202]. Следовательно, человеку
не должно желать того, что он не может совершить. В этом, по мнению Сартра, есть «отрицательный» аспект свободы. «Положительность» и «конструктивность» свободы в том, что она не обладает «действенностью», возможностью изменить направление движения [9, с. 202]. Благодаря этой «действенности» возможно изобретение «метода» [9, с. 203]. Сартр называет созидательную свободу Декарта «гуманистической».
Говоря о соотношении свободы и божественной благодати в философии Декарта, Сартр утверждает, что теория свободы «выражает на языке своей эпохи то, что учёный осознавал во все времена: что он есть только чистое ничто, только взгляд, устремлённый на неподатливую, вечную, бесконечную истину» [9, с. 206].
В поисках «истины» и «блага» обнаруживается автономия человека, которая обусловлена тем, что человек есть «небытие» [9, с. 207]. Автономия вытекает из «отрицания». Порядок истин существует независимо от человека, но человек всегда свободен сказать «нет». «Именно в доведённом до предела отрицании мы оказываемся свободными» [9, с. 208].
Сомнение, о котором говорит Декарт, по мнению Сартра, также связано с «отрицанием». Он говорит, что сомнение является разрывом контакта с бытием [9, с. 208].0но может распространяться на всё внешнее по отношению к мышлению только при наличии свободы, а она в свою очередь возможна, когда я «сам пустота и ничто, ничтожу всё, что существует» [9, с. 208]. Человек как «чистое отрицание» обретает возможность отстраниться от всего, от природы, от тела, от памяти и воображения [9, с. 208-209]. В человеке обнаруживается даже возможность отстраниться от времени, «укрывшись в вечности мгновения» [9, с. 209]. Как отмечает Сартр, это становится доказательством того, что человек не «природное существо». Но в этой беспримерной независимости» человек осознаёт себя как «чистое ничто» [9, с. 209].
Декарт, по мнению Сартра, не довёл теорию «отрицательности» до логического конца, так как человек, встречая абсолютное и совершенное, то есть божественное, по Декарту, не может не принять его [9, с. 209]. Человек может сказать «нет» только небытию. В итоге Декарт, как отмечает Сартр, «не рассматривает отрицательность как нечто созидательное» [9, с. 210]. В «Бытии и ничто» Сартр развивал, в этом смысле, противоположную концепцию «отрицательности». Он пытался снять те ограничения «отрицательности», которые он увидел у Декарта.
Сартр критически воспринимает «двойной» подход Декарта к свободе, согласно которому сначала свобода является отрицательной и обладает автономией, но затем становится положительной и теряет свою автономию [9, с. 210]. Представление Декарта о подлинно свободном Боге, по мысли Сартра, есть сублимация и перенесение [9, с. 212], т.к. именно о собственной свободе вёл речь Декарт. Божественная свобода обладает созиданием, это «чистая продуктивность» [9, с. 214]. Следовательно, «корень всякого Разума следует искать в природе свободного акта» [9, с. 214]. По мнению Сартра, в абсолютной божественной свободе, о которой говорит Декарт, нет ничего «сверх того, что есть в человеческой свободе» [9, с. 215]. Сартр говорит: «Декарт приписал Богу то, что принадлежит нам самим» [9, с. 216]. Раскрытие человеческой свободы и станет одной из главных тем Сартра. Опираясь на Декарта и в то же время как бы «отталкиваясь» от него, он выстраивает собственную концепцию свободы.
Таким образом, в этих двух небольших статьях содержаться те основные посылки, на основании которых строится философия Сартра. Проблемы феноменологии и проблемы свободы Сартр с необходимостью связывает с понятием «ничто» как одной из опорных точек той понятийной среды, в которой разворачивается его мышление.
Литература
1. Великовский, С.И. В поисках утраченного смысла. Очерки литературы трагического гуманизма во Франции / С.И. Великовский - М., Худож. Лит., 1979. 295с.
2. Гайдамака, В.П. Предисловие / В.П. Гайдамака // Сартр Ж.П. Проблемы метода. Статьи- М.: Академический проект, 2008. - С. 5-6.
3. Клеман, Б. Мыслить, мыслить свою жизнь, свою жизнь описывать / Б. Клеман // Ж.-П. Сартр в настоящем времени: Автобиографизм в литературе, философии и политике: Материалы международной конференции в Санкт-Петербурге 8-9 июня 2005 года. - СПб.: Изд-во С.-Петерб. Ун-та, 2006. - С. 20-36.
4. Колядко, В.И. Предисловие / В.И. Колядко // Сартр Ж-П. Бытие и ничто. Опыт феноменологической онтологии. - М.: АСТ: Астрель, 2012 - С. 5-28.
5. Корманн Грегори. Письмо и работа над собой у Ж.-П. Сартра: от А.Жида к экзистенциальному психоанализу / Грегори Корманн // Ж.-П. Сартр в настоящем времени: Автобиографизм в литературе, философии и политике: Материалы международной конференции в Санкт-Петербурге 8-9 июня 2005 года. - СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2006. - С. 69-90.
6. Магун, А.В. К проблеме ничто у Хайдеггера и Сартра / А.В. Магун // Ж.-П. Сартр в настоящем времени: Автобиографизм в литературе, философии и политике: Материалы международной конференции в Санкт-Петербурге 8-9 июня 2005 года. - СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2006. - С.124-133
7. Нудельман, Ф. Сартр - автор своего времени? / Ф. Нудельман // Ж.-П. Сартр в настоящем времени: Автобиографизм в литературе, философии и политике: Материалы международной конференции в Санкт-Петербурге 8-9 июня 2005 года. - СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2006. - С.54-68.
8. Сартр, Ж.-П. Воображаемое. Феноменологическая психология восприятия / Ж.-П. Сартр - СПб. Наука, 2001. - 319 с.
9. Сартр, Ж.-П. Картезианская свобода / Ж.-П. Сартр // Сартр Ж.П. Проблемы метода. Статьи. - М.: Академический проект, 2008. - С. 197-218.
10. Сартр, Ж.-П. Основополагающая идея феноменологии Гуссерля: интенциональность / Ж.-П. Сартр // Сартр Ж.П. Проблемы метода. Статьи. - М.: Академический проект, 2008. - С. 177 - 180.
11. Сартр, Ж.-П. Проблемы метода. Статьи / Ж.-П. Сартр - М.: Академический проект, 2008. - 222 с.
12. Сартр, Ж.-П. Тошнота: Избр. произведения / Ж.-П. Сартр - М., Республика, 1994. - 496 с.
13. Сартр, Ж-П. Бытие и ничто. Опыт феноменологической онтологии. / Ж.-П. Сартр - М.: АСТ: Астрель, 2012 - 925, [3] с.
14. Сартр, Ж-П. Трансценденция Эго. Набросок феноменологического описания / Ж.-П. Сартр - М.: Модерн, 2011 - 160 с.
15. Сафрански, Р. Хайдеггер: германский автор и его время. . - 2-е изд. / Р. Сафрански - М.: Молодая гвардия, 2005. - 614 [10] с.
16. Силин, Я.А. На подступах к экзистенциализму: размышления Ж.-П. Сартра о воображении и воображаемом / Я.А. Силин // Сартр Ж.-П. Воображаемое. Феноменологическая психология восприятия. СПб. Наука, 2001. С. 5-48.