Научная статья на тему 'Средства создания мнимых референтов в описательных текстах романа Ч. Диккенса «Домби и сын»'

Средства создания мнимых референтов в описательных текстах романа Ч. Диккенса «Домби и сын» Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

CC BY
324
70
Поделиться
Ключевые слова
СТИЛИСТИЧЕСКИЕ ПРИЕМЫ / ИРОНИЯ / МНИМЫЙ РЕФЕРЕНТ / СЕМАНТИЧЕСКАЯ ДЕКОНСТРУКЦИЯ / РЕПРЕЗЕНТАЦИЯ / МЕТАФОРА / СРАВНЕНИЕ / STYLISTIC DEVICES / IRONY / OSTENSIVE REFERENTS / SEMANTIC DECONSTRUCTION / REPRESENTATION / METAPHOR / COMPARISON

Аннотация научной статьи по языкознанию и литературоведению, автор научной работы — Смирнова Светлана Игоревна

Статья посвящена рассмотрению различных подходов к определению понятия иронии, а также изучению стилистических средств репрезентации мнимых референтов как одного из способов создания иронического смысла в описательном тексте.

Похожие темы научных работ по языкознанию и литературоведению , автор научной работы — Смирнова Светлана Игоревна

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Means of creating ostensive referents in descriptive texts of the novel by Ch. Dickens «Dombey and son»1

The article is devoted to the study of different definitions of the term «irony». It gives an analysis of stylistic devices representing ostensive referents, which turned out to be a technique of creating ironic meanings.

Текст научной работы на тему «Средства создания мнимых референтов в описательных текстах романа Ч. Диккенса «Домби и сын»»

■УДК 811. 111 «22»

С.И. Смирнова

Средства создания мнимых референтов в описательных текстах романа Ч. Диккенса «Домби и сын»

Статья посвящена рассмотрению различных подходов к определению понятия иронии, а также изучению стилистических средств репрезентации мнимых референтов как одного из способов создания иронического смысла в описательном тексте.

Ключевые слова: стилистические приемы, ирония, мнимый референт, семантическая деконструкция, репрезентация, метафора, сравнение.

S.I. Smirnova Means of creating ostensive referents in descriptive texts of the novel by Ch. Dickens «Dombey and son»

The article is devoted to the study of different definitions of the term «irony». It gives an analysis of stylistic devices representing ostensive referents, which turned out to be a technique of creating ironic meanings.

Keywords: Stylistic devices, irony, ostensive referents, semantic deconstruction, representation, metaphor, comparison.

Основной характеристикой знака является то, что он находится в плоскости существования, противоположной плоскости реальности, которую он обозначает. Это происходит потому, что «знак не имеет материальной ассимиляции с референтом, когда становится его репрезентацией» [11, с. 45]. Поэтому одни и те же смыслы могут быть выражены разными совокупностями знаков, так же как и одни и те же совокупности знаков могут выражать различные смыслы, при этом смыслы могут быть абсолютно противоположными. Знак, а значит и язык, имеет уникальное свойство, которое Эрик Ганс называет свойством «деконструкции своей формальной структуры» [11, с. 55]. Это означает, что мы можем оперировать подразумевающимся значением слов, которое противоположно их исконному смыслу. Именно благодаря данному свойству языка некоторые нейтральные языковые единицы могут приобретать эмоциональную окраску и становиться стилистическими приемами, придавая высказыванию дополнительный или второстепенный смысл. Иными словами, у нас появляется возможность выражать такие иронические смыслы (эмоции), как негодование, разочарование, насмешка, сожаление и т.п., знаками, имеющими противоположные значения.

Над определением понятия иронии и ее различными видами продолжают трудиться многие ученые. В соответствии с мнением таких авторов, как Ю.В. Каменская, С.И. Походня, Б.А. Гомлеш-ко, О.Г. Петрова, С.Р. Авраменко, К.М. Шилихи-на, можно утверждать, что необходимо различать

иронию-прием и иронию-результат. И.Р. Гальперин так трактует понятие иронии: «Это стилистический прием, посредством которого в каком-либо слове появляется взаимодействие двух типов лексических значений: предметно-логического и контекстуального, основанного на отношении противоположности (противоречивости)» [3, с. 133]. Такое рассмотрение иронии совпадает с ситуативной (Походня, 1989), контекстуальной (Каменская, 2001), вербальной (Шилихина, 2008), стилистической (Петрова, 2009) концепциями иронии. Данный тип иронии реализуется различными языковыми средствами: лексическими, синтаксическими, словообразовательными и др.

Другой тип иронии - иронии концептуальной (ассоциативной, текстообразующей) - связан с понятием образа автора, которое отражает его миропонимание и творческий замысел. По мнению О.Г. Петровой, если стилистическая ирония реализуется только языковыми средствами, то интегральная - преимущественно экстралингви-стическими, концептуальная выступает как обобщающая [7, с. 73].

С.И. Походня справедливо считает, что следует отказаться «от трактовки иронии лишь как техники создания комического» с целью утверждения «особого иронического смысла», создаваемого разноуровневыми языковыми средствами. По определению ученого, иронический смысл - это «смысл такого предложения, высказывания, СФЕ, предикативно-релятивного комплекса, текста в целом, в котором субъективно-оценочная модаль-

ность отрицательного характера содержится в подтексте и находится в отношениях противоречия, противопоставления с поверхностно выраженным содержанием, которое, в свою очередь, создается несоответствием традиционно и ситуативно обозначающего» [8, с. 60]. Иронический смысл может создавать самые разные образные ассоциации. Техникой создания этого смысла является антифразис - использование слов в противоположном смысле [8, с. 12-15].

Исходя из анализа работы Эрика Ганса «Signs of Paradox», иронии можно дать следующее определение: это иносказание, не имеющее референта. [11, с. 68]. Референт - «предмет мысли, отражающий предмет или явление объективной действительности и образующий то понятийное содержание, с которым соотносится данная языковая единица» [9, с. 155]. Рассмотрим, к примеру, следующее высказывание: «Какой замечательный стих - ни рифмы, ни смысла!». В данном случае речь идет о мнимом референте, так как сам замечательный стих отсутствует в реальности. Сочетание «замечательный стих» в прямом значении обозначает референт, не существующий и для говорящего. Можно сказать, что данный референт - мнимый, т.к. стих на самом деле плохой. Исходная семантика слова «замечательный» приобретает иной, противоположный смысл. В этом случае формальная структура знака претерпевает семантическую деконструкцию. И высказывание в результате такой деконструкции приобретает иронический оттенок значения, так как, аппели-руя к мнимому референту, говорящий выражает насмешку, неодобрение. Опираясь на типологическую классификацию семантики оценки В.В. Виноградова [2, с. 53-87], представляется необходимым отметить, что речь здесь идет и об особом типе лексического значения слов - переносном значении как одном из способов интерпретации языковой семантики оценки. Употребляя слово замечательный в переносном значении, субъект дает объекту (стиху) негативную оценку (смысловая доминанта высказывания: «какой замечательный стих!» имеет значение «плохой»). Можно отметить, что приведенные выше оттенки значений непосредственно вытекают из модальнооценочного отношения говорящего к ситуации. Говорящий, иронизируя, выражает свою оценку таким способом с целью смягчения негативного значения - эвфемизации высказывания. Это подтверждает тот факт, что ирония должна рассматриваться, прежде всего, как оттенок значе-

ния, передаваемый определенными языковыми средствами, реализующими мнимые референты, контекстуальной ситуацией и отношением к ней говорящего.

Такого рода феномены - сфера парадоксов, реализация которых возможна благодаря многообразной системе выразительных и стилистических средств языка, стилистических приемов. По мнению И.Р. Гальперина, стилистический прием

- это «обобщенное, типизированное воспроизведение нейтральных и выразительных фактов языка в различных литературных стилях речи» [3, с. 29-30]. Следовательно, попадая в определенное языковое окружение, в определенный контекст, СЛОВО, взаимодействуя С другими ЯЗЫКОВЫМИ единицами, может преобразоваться в стилистический прием, стать стилистическим средством, выполняя задуманную автором функцию.

И.В. Арнольд разделяет стилистические приемы на тропы и фигуры речи. Тропы - это изобразительные средства языка, создающие образы. Фигуры речи - выразительные средства языка, которые не создают образов, но добавляют эмоциональную окраску при помощи различных синтаксических конструкций. Большинство ученых (И.В. Арнольд., И.Б. Голуб., В.А. Кухаренко и др.) к тропам относят такие стилистические приемы, как метафора, метонимия, эпитет, оксюморон, олицетворение, гипербола, ирония. К фигурам речи относятся инверсия, риторический вопрос, повтор, эллипс, асиндетон, полисиндетон, зевгма, апозиопезис, анафора, эпифора и некоторые другие [1, с. 53]. В нашем исследовании вслед за такими учеными, как С.И. Походня, О.Г. Петрова, С Р. Авраменко, будем трактовать иронию как эмоционально-оценочный смысл.

Рассмотрим стилистические средства, репрезентующие мнимые референты в описательных текстах, выбранных из романа Ч. Диккенса «Домби и сын». По классическому определению О.А. Нечаевой, описание - один из функциональносмысловых типов речи, в котором констатируется наличие или отсутствие синхронных признаков в объекте [6, с. 18]. К основным разновидностям описания относятся описание-характеристика, описание-портрет, описание-пейзаж, описание-интерьер, описание предмета. Каждому виду соответствует значение синхронности признаков статичного объекта, своеобразное лексикограмматическое наполнение, различные средства образности.

Стилистический анализ описательных тек-

стов романа дал положительные результаты: в ходе исследования удалось выявить наличие в них многообразных стилистических приемов. Гипотеза о том, что вербализация признаков описываемого объекта действительности должна иметь некоторую эмоциональную окраску, подтвердилась. Эмоционально-окрашенная лексика, равно как и другие стилистические средства, явилась подтверждением того, что в спроецированной повествователем ситуации «всегда присутствует оценка, отношение говорящего к действительности, которые проявляются в выборе ЯЗЫКОВЫХ средств» [10, с. 144].

Изучение использования стилистических средств в описательных текстах романа «Домби и сын» позволило выявить наиболее частотные стилистические приемы: сравнение, олицетворение, метафору, антитезу. Более того, удалось обнаружить определенные стилистические средства, связанные с мнимыми референтами, имплицирующими различные иронические коннотации, которые обнаруживают себя в портретных описаниях, в характеристиках и реже - в описании-интерьере. В основном мнимые референты используются для характеристики персонажа:

1. Miss Blimber, too, although a slim and graceful maid did no soft violence to the gravity of the house. There was no light nonsense about Miss Blimber. She kept her hair short and crisp, and wore spectacles. She was dry and sandy with working in the graves of deceased languages. None of your live languages for Miss Blimber. They must be dead - stone dead

- and then Miss Blimber dug them up like a Ghoul. (Мисс Блимбер тоже, хотя и была стройной и грациозной девушой, никакими мягкими манерами не смягчала суровость дома. Никакого легкомыслия в адрес мисс Блимбер. Волосы ее всегда были коротко острижены и завиты, и она носила очки. От работы в могилах мертвых языков она сама покрылась песком и стала сухой. Никаких живых языков! Они должны быть мертвы - мертвы, как камень, - и тогда мисс Блимбер вырывала их, как вампир).

Мнимый референт в описании - могилы мертвых языков, в которых работала мисс Блимбер. Скорее всего, речь идет о работе в библиотеках, где мисс Блимбер изучала мертвые языки. Чтобы показать, насколько древним был материал изучения и насколько сильно мисс Блимбер увлекалась мертвыми языками, как глубоко она была погружена в работу, автор ввел мнимый референт

- the graves of deceased languages, с целью точ-

ного изображения не только внешности, но и характера героини. И языки она изучала не живые, а мертвые, и сама уже высохла и стала как эти языки - бестелесной и как будто неживой. Читателю легко представляется библиотека с рядами книжных полок и мисс Блимбер, не желающая ничего знать о «белом» свете, ищущая книги о мертвых языках, среди таких же мертвых, как камень, и пыльных книг. Мнимый референт в описании представлен метафорой - стилистическим средством, характеризующимся употреблением слов в переносном значении, основанном на перенесении свойств одного предмета на другой по принципу их сходства. Этот пример подтверждает мысль Дж. Лакоффа и М. Джонсона о том, что «сущность метафоры состоит в осмыслении и переживании явлений одного рода в терминах явлений другого рода [Лакофф, Джонсон 1990: 389]. И так как метафора «выражает устойчивое подобие, раскрывающее сущность предмета, и в конечном счете его постоянный признак» [Арутюнова 1990: 27], она является одним из компонентов описания, реализующим мнимые референты.

2. She was such a bitter old lady, that one was tempted to believe there had been some mistake in the application of the Peruvian machinery, and that all her waters of gladness and milk of human kindness had been pumped out dry, instead of the mines. (Она была такой жестокой женщиной, что можно было подумать, будто в применении перуанских насосов была допущена ошибка, и что это не из шахт, а из нее выкачали все воды радости и молоко человеческой доброты).

В описании речь идет о миссис Пипчин. О ее исключительной жестокости читатель узнает благодаря использованию метафоры, которая, в свою очередь, вводит два мнимых референта: waters of gladness and milk of human kindness (воды радости и молоко человеческой доброты). Эти мнимые референты помогают читателю понять, насколько жестокой и мрачной была миссис Пипчин. Вдумываясь в смысл, передаваемый мнимыми референтами, можно представить, каким должен быть человек, в котором не осталось ни капли доброты и ласки. Мнимые референты, как и в предыдущем описании, вводятся метафорой, которая, в свою очередь, привносит в описательный контекст шутливо-иронический оттенок значения и выполняет характерологическую функцию.

3. Mr. Brogley himself was a moist-eyed, pink-complexioned, crisp-haired man, of a bulky figure and an easy temper - for that class of Caius Marius who

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

sits upon the ruins of other people’s Carthages, can

keep up his spirits well enough. (Сам мистер Брог-ли был мужчиной с влажными глазами, розовым лицом, курчавыми волосами, плотной фигурой и непринужденным темпераментом - он относился к типу Гая Мария. Такие люди располагаются на развалинах Карфагенов других людей и чувствуют себя при этом великолепно).

Это пример описания привлекает к себе внимание, в первую очередь, аллюзией - автор упоминает историческую фигуру Гая Мария, одного из римских консулов, а также Карфаген - древний римский город-государство. Гай Марий был вынужден бежать из Рима и искал спасение в развалинах Карфагена. Прибегая к использованию мнимого референта, автор подчеркивает отличительную черту персонажа: ради своей выгоды он не остановится ни перед чьим горем. Чужое горе в данном случае выражено мнимым референтом

- the ruins of other people’s Carthages (развалины Карфагенов других людей), реализованным посредством аллюзии-метафоры, несущей в себе семантику осуждения, неодобрения.

4. «Mr. Toodle... A thorough contrast in all respect to Mr. Dombey, who was one of those close-shaved, close-cut, moneyed gentlemen who are glossy and crisp like new banknotes, and who seem to be artificially braced and tightened, as by the stimulating action of golden shower-baths». (Мистер Туддль ... был полной противоположностью мистера Домби, который был одним из тех гладко выбритых, гладко подстриженных, денежных джентльменов, которые сверкают и хрустят, как новые купюры, и выглядят искусственно подтянутыми и крепкими, как будто от стимулирующего действия золотых душевых ванн).

В данном описании мнимым референтом является оздоровительное действие золотых ванн, благодаря которым состоятельные люди, в частности, мистер Домби, выглядят такими подтянутыми и крепкими (braced and tightened). Мнимый референт выражен не противоположным, а прямым смыслом знаков, но этот смысл (золотые ванны дают человеку здоровье) - ложный. Более того, высказывание содержит семантику насмешки (неодобрительного отношения повествователя к мистеру Домби), которая является одним из показателей иронии. Иронический смысл в данном случае создается сравнительным оборотом as by the stimulating action of golden shower-baths (как будто от стимулирующего действия золотых душевых ванн), который, в свою очередь, репрезен-

тует мнимый референт. Автор вводит в описание мистера Домби мнимый референт для создания полноценного образа героя, а точнее, его внешнего вида, так отличающегося от вида несостоятельных людей, в противовес которым и описывается мистер Домби. Таким образом, мнимый референт может быть представлен сравнением - тропом, состоящим «в уподоблении одного предмета другому на основании общего у них признака» [9, с. 526].

Как показывает исследованный материал, существуют такие случаи, когда высказывания с несколькими мнимыми референтами указывают на наличие дополнительных имплицитных мнимых референтов:

5. «This celebrated Mrs. Pipchin was a marvelous ill-favoured, ill-conditioned old lady, of a stooping figure, with a mottled face, like bad marble, a hook nose, and a hard grey eye, that looked as if it might have been hammered at on an anvil without sustaining any injury». (Эта знаменитая миссис Пипчин была изумительно некрасивой, дурного нрава пожилой сутулой женщиной, с пятнистым лицом, как плохой мрамор, крючковатым носом и тяжелым серым глазом, который выглядел так, как будто по нему могли стучать молотком на наковальне, не причиняя никакого вреда).

Обнаруживаем прием сравнения, в котором присутствует сразу три мнимых референта, один из которых не выражен вербально, но о необходимости наличия которого свидетельствуют два других мнимых референта. Речь в описании идет о глазах миссис Пипчин, о ее тяжелом взгляде. Молоток и наковальня являются эксплицитными мнимыми референтами, но стучать молотком по наковальне должен кузнец, который и является в описании имплицитным мнимым референтом. Автор вводит в описание внешности такие мнимые референты, метафорическая реализация которых придает высказыванию иронический оттенок со значением неодобрения. Прием сравнения, как и метафора, реализует мнимые референты.

6. The doctor was a portly gentleman in a suit of black, with strings at his knees, and stockings below them. He had a bald head, highly polished; a deep voice; and a chin so very double, that it was a wonder how he ever managed to shave into the creases. He had likewise a pair of little eyes that were always half shut up, and a mouth that was always half expanded into a grin, as if he had, that moment, posed a boy, and were waiting to convict him from his own lips. (Доктор был представительным джентльменом в

черном костюме с тесемками на коленях и чулками под ними. У него была очень гладкая голова, низкий голос, и такой двойной подбородок, что было удивительно, как ему удавалось побрить в складках. У него также была пара маленьких глаз, которые были всегда наполовину закрыты, и рот, который всегда был растянут в такой гримасе, как будто он только что остановил мальчишку и собирался осыпать его обвинениями).

Данный описательный текст интересен наличием мнимого референта, являющегося второстепенным, вспомогательным и совершенно неожиданным. Этот референт - мальчик (a boy), которого будто бы остановил доктор Блимбер и собирался его осыпать обвинениями. Вначале автором вводится мнимое действие персонажа - as if he had, that moment, posed a boy (как будто он только что остановил мальчика), а вымышленный мальчик является лишь объектом, на которого направлено само действие. Мнимый референт снова реализован посредством придаточного сравнения с оборотом as if. Сравнение описывает рот доктора, а вернее, то, как он искривляется в пренебрежительной усмешке. Для того чтобы читатель мог «увидеть» эту гримасу, автором для сравнения приводится ситуация предполагаемого действия над мнимым референтом.

Пример 7. The Captain in his own apartment was sitting with his hands in his pockets and his legs drawn up under his chair, on a very small desolate island, lying about midway in an ocean of soap and water. The Captain’s windows had been cleaned, the stove had been cleaned, and everything, the stove excepted, was wet, and shining with soft soap and sand; the smell of which dry-saltery impregnated the air. In the midst of the dreary scene, the Captain, cast away upon his island, looked round on the waste of waters with a rueful countenance, and seemed waiting for some friendly bark to come that way and take him off.

(Капитан в своей собственной квартире сидел, с руками в карманах и ногами, закинутыми под стул, на очень маленьком необитаемом острове, расположенном посреди океана мыла и воды. Окна в квартире Капитана были помыты, печь почищена, и все, кроме печи, было мокрым и сверкало от песка и жидкого мыла, запах которого пропитал помещение. В самом центре этой безотрадной сцены Капитан, выброшенный на свой остров, оглядывал разлитые воды с удрученным выражением лица и, казалось, ждал, что какое-нибудь дружественное судно заберет его оттуда).

Описательный текст примечателен тем, что в нем представлен персонаж на фоне своего жилищного пространства - квартиры, где наличествует три различных мнимых референта, объединенных одной темой - вода. Необитаемый остров (desolate island) и океан воды и мыла (an ocean of soap and water) - первые два мнимых референта. Они показывают, в каком состоянии находится квартира после генеральной уборки. Мнимые референты связаны с профессией Капитана и, следовательно, введены автором неслучайно. Даже дома его окружает океан, пусть хоть и из мыла, и спасается он от воды на маленьком необитаемом острове - единственном сухом месте посередине комнаты. Введенные мнимые референты создают полноценную картину тщательной уборки помещения и помогают читателю представить уставшего от проделанной работы Капитана. Третий мнимый референт в описании - дружественное судно (some friendly bark), он свидетельствует о том, что Капитан был настолько измучен работой, что без чьей-либо помощи не мог покинуть свой «остров» - подняться со стула. Возможно, используя мнимые референты, связанные с морской тематикой, автор хочет показать, насколько чуждо капитану все то, что связано с сушей, как трудно ему справляться с мирскими делами по дому, и как легко он мог бы чувствовать себя в открытом море. Мнимые референты данного описательного текста репрезентованы метафорами, придающими описанию шутливо-иронический оттенок.

Результаты исследования показывают, что мнимые референты используются автором в описании для характеристики персонажей и привносят в описательный текст дополнительную семантику, стилистическую окраску и экспрессивность. Средствами реализации мнимых референтов в описательных текстах романа «Домби и сын» являются сравнение и метафора. При этом сравнение во всех случаях представлено придаточными сравнительными с союзами as и as if; метафоры, вводящие мнимые референты, являются как простыми, так и сложными, развернутыми. Следует предположить, что именно метафора и сравнение вводят в описательный контекст мнимые референты, так как основываются на аналогии, которая «является прекрасной иллюстрацией, способствующей объяснению предметов и идей» [Камы-шова 2006: 7].

Семантический компонент мнимых референтов содержит в себе ироническую коннотацию, способствующую созданию в воображении чи-

тающего некоторой образной ассоциации. Следовательно, мнимые референты, репрезентованные через стилистические приемы метафоры и сравнения, являются одним из способов выражения оценки. Более того, так как мнимые референты обнаруживают себя не в любой метафоре и не в каждом приеме сравнения, можно утверждать, что они вводятся в определенных случаях по замыслу автора для косвенной характеристики персонажа и, следовательно, имеют право существовать в качестве отдельных стилистических единиц.

Литература

1. Арнольд И.В. Стилистика современного английского языка. - М.: Просвещение, 1990.

2. Виноградов В.В. О категории модальности и модальных словах в русском языке // Избр. труды. Исследования по русской грамматике. М., 1975. - С.53-80.

3. Гальперин И.Р. Стилистика английского языка. - М.: Просвещение, 1981.

4. Кожина М.Н. Стилистика русского языка. -М., 1983. - С. 43-83.

5. Маркелова Т.В. Семантика оценки и средства ее выражения в русском языке: учеб. пособие по спецкурсу. - М., 1993. - 125с.

6. Нечаева О.А. Функционально-смысловые типы речи: авгореф. дис. ... д-ра филол. наук. - М., 1975.

7. Петрова О.Г. Ирония как способ создания образов персонажей в идиостилях Ч. Диккенса и У Тек-керея // Вестник Челябинского государственного уни-

верситета. 2009. Филология. Искусствоведение. № 34 (172). - С. 73-77.

8. Походня С.И. Языковые средства выражения иронии в англоязычной художественной прозе (на материале английской и американской художественной литературы конца XIX-XX веков): дис. ... канд. филол. наук. - Киев, 1984. - 218 с.

9. Справочник по русскому языку. Словарь лингвистических терминов / Д.Э. Розенталь, М.А. Теленко-ва. - М.: Оникс; Мир и Образование, 2008. - 624 с.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

10. Хамаганова В.М. Вербализация ситуации восприятия в повествовательном и описательном текстах // Русский язык: исторические судьбы и современность: Труды и материалы IV Междунар. конгр. исследователей русского языка. - М., 2010. - С. 143-144.

11. Eric Gans. Signs of Paradox. Oxford University Press. Stanford, California, 1997. - P. 13-74.

12. Kukharenko V.A. A Book of Practice in Stylistics.

- М., 1986.

Смирнова Светлана Игоревна - аспирант кафедры русского языка Бурятского государственного университета. 670000, г. Улан-Удэ, ул. Сухэ-Батора. 16, Факультет иностранных языков, Бурятский государственный университет. Тел. 89021659553. E-Mail: s.petenko@yandex.ru

Smirnova Svetlana Igorevna - a postgraduate of the Buryat State University, the chair of Russian Language, the Faculty of Philology. 670000, Ulan-Ude, Sukhe-Bator St., 16, Foreign Languages Faculty, Buryat State University, tel: 89021659553. E-Mail: s.petenko@yandex.ru

УДК 81'42

Н.Е. Тогошиева

Синергетический аспект лингвистической аксиологии

В статье рассматривается синергетический механизм развития процесса аксиологизации в дискурсе. Выделены два принципа построения дискурса по синергетическому аспекту: смысловой, структурно-смысловой.

Ключевые слова: лингвосинергетика, аксиологический аттрактор, дискурс, ценность, речевые стратегии.

N.E. Togoshieva Synergetic Aspect of Linguistic Axiology

The article deals with synergetic development of axiological process in discourse. It also focuses on two principles of discourse development concerning synergetic aspect - semantic and structural- semantic.

Keywords: lingvosynergetics, axiological attractor, discourse, value, speech strategies.

Современное состояние лингвистической ях определяется недостаточность существую-

науки требует нового осмысления вопросов, ка- щих исследовательских подходов для изучения

сающихся аксиологического аспекта языка. Это лингвистической аксиологии под особым углом

обусловлено насущной потребностью в более зрения, позволяющим на первый план вывести

глубоком изучении оценки, являющейся в совре- функционирование оценки в аспекте необрати-

менных условиях важным средством воздействия мых изменений в современном когнитивном про-

на общественное сознание. В данных услови- странстве. Изучение последнего, в свою очередь,