Научная статья на тему 'Советская Башкирия: страницы недавнего прошлого (к выходу 6 тома «Истории башкирского народа»)'

Советская Башкирия: страницы недавнего прошлого (к выходу 6 тома «Истории башкирского народа») Текст научной статьи по специальности «История. Исторические науки»

CC BY
80
16
Поделиться
Ключевые слова
ИСТОРИЯ УРАЛА ХХ В / ЮЖНЫЙ УРАЛ / БАШКИРЫ / ИСТОРИЯ БАШКИРСКОГО НАРОДА / БАССР / ЭТНОДЕМОГРАФИЯ БАШКИР / БАШКИРСКИЙ ЯЗЫК / А.-З. ВАЛИДИ ТОГАН / ГАЛИМЬЯН ТАГАН / АБДУЛКАДИР ИНАН / ХАМИТ ЗЮБЕИР КУШАЙ

Аннотация научной статьи по истории и историческим наукам, автор научной работы — Пасс Андрей Аркадьевич, Назыров Павел Флорович

Рассматривается содержание шестого тома «Истории башкирского народа» (Уфа, 2011). Охарактеризован круг основных вопросов региональной этнической, демографической и социально-экономической истории, обозначены спорные исторические оценки и вопросы, требующие дополнительной разработки.

Soviet Bashkiria: pages of the recent past (on the publishing of the VI Volume of “History of the Bashkir people”)

The article considers the contents of the VIth volume of “History of the Bashkir people”, issued in Ufa in 2011. The authors research a circle of main issues of regional ethnic, demographic and socioe-conomic history, and mark controversial historical assessment and issues requiring further efforts.

Текст научной работы на тему «Советская Башкирия: страницы недавнего прошлого (к выходу 6 тома «Истории башкирского народа»)»

Вестник Челябинского государственного университета. 2013. № 36 (327).

История. Вып. 58. С. 117-120.

РЕЦЕНЗИЯ

А. А. Пасс,П. Ф. Назыров

СОВЕТСКАЯ БАШКИРИЯ: СТРАНИЦЫ НЕДАВНЕГО ПРОШЛОГО (К ВЫХОДУ 6 ТОМА «ИСТОРИИ БАШКИРСКОГО НАРОДА»)1

Рассматривается содержание шестого тома «Истории башкирского народа» (Уфа, 2011). Охарактеризован круг основных вопросов региональной этнической, демографической и социально-экономической истории, обозначены спорные исторические оценки и вопросы, требующие дополнительной разработки.

Ключевые слова: история Урала ХХ в., Южный Урал, башкиры, история башкирского народа, БАССР, этнодемография башкир, башкирский язык, А.-З. Валиди Тоган, Галимьян Таган, Абдулкадир Инан, Хамит Зюбеир Кушай.

2013 год отмечен завершением крупного регионального научного проекта - многотомной «Истории башкирского народа». Проект, в котором тесно переплелись научные и общественно-политические мотивы, стал попыткой осуществить системный анализ экономического, политического и социокультурного развития башкирского народа. В результате многолетней работы систематизирован и обобщён значительный материал, и предложена масштабная картина национально-региональной истории, частью которой стало теперь сравнительно недавнее советское прошлое.

Особая роль в этом плане принадлежит 6 тому «Истории», опубликованному на рубеже 2011-2012 годов. Его материалы охватывают военный и послевоенный (доперестроечный) период советской истории. О важности изучения этого времени говорит хотя бы тот факт, что целый ряд авторитетных ученых

- Р. Г. Кузеев, Н. Н. Моисеев, В. Я. Бабенко -именно к послевоенному периоду относили завершение формирования «башкирской социалистической нации».

Редакционной коллегией

(Р. Н. Сулейманова, М. А. Бикмеев, Р. Г. Буканова, Ф. Г. Хисамитдинова) к сбору материалов и написанию книги был привлечён широкий круг авторов из Башкирии и сопредельных регионов. Том получился весьма разнообразным по своему содержанию

- вопросы экономической, политической и военной истории рассматриваются в нём наряду с сюжетами культурно-общественного и демографического характера. Особо надо отметить историографический и источниковед-

ческий очерк, написанный научным редактором рецензируемого издания, доктором исторических наук Р. Н. Сулеймановой, дающий представление об изученности различных аспектов истории этого периода.

Существенная часть тома посвящена военному времени, ставшему суровым испытанием. В короткие сроки экономика республики была перестроена на военный лад. Многие мужчины ушли в армию, в том числе и в составе «национальных» и «именных» частей и соединений. В работе скрупулезно, с привлечением широкой историографической и источниковой базы, прослежен процесс развертывания и боевой путь кавалерийских, пехотных, артиллерийских, танковых и авиационных формирований, приводятся примеры боевого героизма воинов-баш-кир, среди которых такие известные имена, как А. Матросов (Ш. Мухамедьянов), М. Шаймуратов, М. Губайдуллин, М. Гареев и другие уроженцы края. То же самое можно сказать о героическом труде башкирского народа в тылу в составе многонационального населения Башкортостана. При этом отмечается, что мобилизация башкирского населения в промышленность обеспечивалась принудительными мерами.

Авторы не обошли стороной и такие аспекты, как литературное творчество, музыкальное, театральное и художественное искусство. Это и понятно, поскольку, с одной стороны, они тоже были подчинены задаче скорейшего разгрома врага, а с другой -именно в этих сферах с набольшей полнотой проявило себя национальное самосознание башкир.

Так, ярким и интересным получился раздел, посвящённый творчеству башкирских сэсэнов в годы войны. Мироощущение башкир на войне очень точно передают баиты, собранные и опубликованные после войны. Вообще, особое внимание вопросам культуры - в т. ч. музыкальной, устной (фольклора), народного театра - составляет важную особенность 6 тома и позволяет, действительно, увидеть преломление и переосмысление чувств советских людей через призму башкирских национальных образов. Именно в рамках этих сюжетов наиболее корректно работает концепт ‘история народа’, применение которого к экономической и политической истории порой выглядит несколько искусственным.

Послевоенный восстановительный период оказался для республики весьма противоречивым. Дальнейшая урбанизация, вызванная вводом в строй новых предприятий, объективно вела к разрушению башкирского традиционного общества. В сельском хозяйстве явочным порядком действовала продразверстка по отношению к передовым колхозам, вынужденным рассчитываться с государством и за отстающие сельхозартели. Повсеместно продолжалась интенсификация труда сельчан, подхлёстываемая административно-командными методами. Так, отмечается уникальный для изучаемого периода рост урожайности, достигшей уровня предвоенных лет. Башкирия оставалась крупнейшим аграрным регионом - за 1946-1950 годы здесь вырастили 5,9 млн т хлеба, или 20 % от его сбора на Урале. При этом денежные доходы колхозников республики были самыми низкими в крае. Среднестатистический колхозник Башкирии получал за год работы в колхозе в 1946 году 5 р., в 1950 году - 16 р., тогда как в Свердловской области - соответственно 98 и 80 р., в Оренбургской области -54 и 61 р. (с. 133).

Как следствие, башкирские колхозники, особенно молодежь, в массовом порядке уходили в города, используя имевшиеся возможности горизонтального социального лифта. например, целевые оргнаборы рабочей силы в промышленность. Ослабление налогового пресса в 1953-1956 годах несколько смягчило напряженность и, по мнению авторов книги, «изменило картину взаимоотношений государства и крестьянства в сторону позитивных перемен». Однако в целом уро-

вень удовлетворения материально-бытовых потребностей селян в конце 1940-х - начале 1950-х годов был в БАССР недопустимо низким, в том числе и по причине «наступления» центральных властей на личное подсобное хозяйство. Приведенные факты заставляют в этом убедиться.

Не обошли республику послевоенные репрессии. Под видом борьбы с национализмом преследованию необоснованно подверглись многие представители башкирской интеллигенции, а сами процессы оживления национального самосознания, происходившие в годы войны (и коснувшиеся не только башкирского, но и других народов страны), были взяты под жёсткий политический и цензурный контроль.

В издании справедливо обращается внимание на усиление религиозных настроений, на которое государство отвечало активизацией антирелигиозной пропаганды. Попутно заметим, что вряд ли правомерно сводить религиозную жизнь послевоенного общества к исполнению обрядов, возрождению мистицизма, суеверий, паломничества в «святые места», оживлению и активизации деятельности священнослужителей, а сами обряды трактовать, вслед за официальными документами тех лет, как отвлекающие людей от производственной сферы (с. 138).

Чрезвычайно интересны сюжетные линии

о продолжении постепенной «коренизации» партийно-государственного аппарата и номенклатуры, развитии национальной культуры в 1950-е годы. При этом настроения и «духовная энергетика», которые по причине тотального идеологического контроля не находили себе применения в базовых сферах жизни, реализовывались в профессиональном и народном творчестве. Репрезентативен материал о развитии науки и образования, где, наряду с успехами (увеличение числа вузов и научных учреждений, развитие школьной сети), проявлялись и неоднозначные для «титульного народа» тенденции. Так, при росте общего количества школ сокращалось число башкирских (при увеличении числа «русских» и «татарских»), что отражало специфику интегративных культурных процессов, а также сложную этнодемографическую ситуацию на северо-западе республики. В то же время расширение сферы русского языка, по нашему мнению, было тогда важным объективным фактором социалистической модер-

низации, оказывавшим существенное влияние на развитие национальных культур.

Справедливо отмечается, что перемены в период «оттепели» послужили толчком к оживлению и демократизации общественно-политической жизни. За 1954-1957 годы только по Башкирии реабилитировали 3138 человек, среди которых было немало башкир - видных представителей партийногосударственных органов, культуры, искусства, образования и науки.

Материалы тома свидетельствуют об ускорении темпов развития региона в 19501960-е годы. Так, в июне 1955 года республика по добыче нефти вышла на первое место в СССР, появилась и нефтехимическая промышленность. Мощный импульс развитию науки, образования и культуры дали организация Башкирского филиала академии наук и Башкирского университета, формирование сети отраслевых научно-исследовательских центров. В аграрном секторе был взят курс на специализацию в соответствии с природно-климатическими условиями районов, и он оправдал себя. Однако, несмотря на активное участие Башкирии в целинной эпопее, здравоохранение, сфера бытового обслуживания, торговля на селе по-прежнему находились в довольно запущенном состоянии.

Заслуживает одобрения стремление определить и проанализировать характер социально-культурных сдвигов, происходивших в республике в 1960-1980-е годы, описать национальные особенности башкир в условиях зрелого индустриального общества. Как отмечается в книге, в силу ряда причин в производственной сфере сложилась определённая дифференциация по национальному признаку - башкиры были заняты преимущественно физическим трудом и более всего были задействованы в сельском хозяйстве, оставаясь самым крупным «сельским» народом республики (более трети населения деревни). Значительный рост специалистов из башкир произошёл в 1980-е годы, и к концу десятилетия их удельный вес вплотную приблизился к удельному весу в составе населения. Одновременно продолжался отток молодых и квалифицированных кадров - прежде всего сельчан - за пределы республики в Сибирь, Казахстан, другие регионы Урала. Вместе с урбанизацией это способствовало культурной и языковой ассимиляции башкир, а сам башкирский язык, по мнению авторов тома,

так и не стал языком города и городской культуры.

Заключительные разделы посвящены развитию языка и демографии башкир во второй половине 20 века. По сложившейся традиции значительное внимание уделяется освещению жизни и деятельности выдающихся представителей башкирского народа, оказавшихся за рубежом: А.-З. ВалидиТогана, Галимьяна Тагана и Абдулкадира Инана, Хамита Зюбеира Кушая. Этот материал логично продолжает собой соответствующие разделы 5 тома, показывая их вклад в развитие культуры и науки Турецкой республики, где группа башкирских эмигрантов играла важную роль в развитии ряда научных направлений.

Авторский коллектив обработал и обобщил огромный массив источников: опубликованных и архивных, снабдил текст многочисленными таблицами, диаграммами, фотодокументами. Приведённые цифры, факты, суждения помогают понять этно-по-литические и культурные процессы, развернувшиеся в регионе в годы «перестройки» и последующих либеральных реформ, увидеть преемственность многих явлений позднесоветского и постсоветского времени. Так, в школах республики обучение велось на семи языках: русском, башкирском, татарском, чувашском, марийском, удмуртском и мордовском, что предвосхищает проводимый в современном Башкортостане курс на «образовательный плюрализм».

Вместе с тем авторы 6 тома в значительной степени оказались ограничены рамками БАССР, а материал по другим районам компактного проживания башкир привлекается эпизодически и носит иллюстративный характер. Вряд ли можно говорить и о повсеместном, без учёта поколенческой дифференциации, отходе башкирского населения от религиозных обрядов в сторону «общесоветских канонов», особенно в семейно-бытовой сфере. Если это в значительной степени верно для городских жителей, то на селе имел место своеобразный культурный синкретизм, подтверждаемый сохранением традиционного башкирского ономастикона.

Трудно согласиться и с тем, что политика «коренизации» и «огосударствления» языков народов СССР была лишь «тактическим приемом» партийно-государственных органов, направленным на привлечение на свою

сторону национальных меньшинств страны. По нашему мнению, она являлась важным инструментом модернизации нерусских народов, «советизации» их культуры. Вместе с тем, процессы формирования «новой исторической общности» - советского народа, разновидности «политической нации», - уже в послевоенный период привели к формированию противоречивой ситуации, верно подмеченной авторами рецензируемого издания. С одной стороны, язык коренного башкирского народа постепенно вытеснялся из сфер образования и делопроизводства, с другой - материально поддерживались его отдельные области применения, в частности наука, культура и, частично, образование.

Рецензируемая книга ставит и другие вопросы, одним из которых является сам жанр «национальной истории», предполагающий

возможность вычленения и выделения истории одного конкретного народа, который развивался в условиях сложного многонационального государства - «федеративного по форме», но «унитарного по содержанию». Представленная работа показывает, что, несмотря на значительные трудности, это всё же возможно: 6 том истории башкирского народа является серьезным и глубоким научным исследованием, отражающим определенную веху в изучении исторического опыта башкир второй половины 20 века.

Примечание

1 История башкирского народа : в 7 т. / гл. ред. М. М. Кульшарипов ; Ин-т истории, языка и лит. УНЦ РАН. Т. VI. Уфа, 2011.