проблемы науки и образования. 2013, № 5;
URL: www.science-education.ru/111-10096. (дата обращения: 08.10.2015).
4. Кряжков В.А. Коренные малочисленные народы Севера в российском праве. М.: Норма, 2010.
5. Кулыгин В. В. Этнокультура уголовного права. Автореф. дисс...д-ра юрид. наук, Хабаровск, 2003.
6. Ломакина И. Б. Этническое обычное право: теоретико-правовой аспект. Автореф. дисс...д-ра юрид. наук. СПб., 2005.
7. Мурашко О. А. Этноэкологический рефугиум, как другой аспект проблемы правового статуса корен-
ных малочисленных народов. // Правовой статус коренных народов приполярных государств. Материалы международной конференции. Российский Университет дружбы народов. М.: 1997.
8. Национальная идентичность и будущее России. Доклад Международного дискуссионного клуба «Валдай». Авторы: А. Лихачёва, И. Макаров. М., февраль 2014.
9. Харючи С.Н. Правовые проблемы коренных малочисленных народов Севера России: Монография. - М.: Юнити-Дана, 2008.
_СМИРЕНИЕ КАК ОСНОВНАЯ ХРИСТИАНСКАЯ ДОБРОДЕТЕЛЬ
Ордина Ольга Николаевна
доцент, кандидат культурологи, Волго-Вятский институт (филиал) Московского государственного юридического университета
имени О.Е. Кутафина (МГЮА) г. Киров
HUMILITYAS A BASIC CHRISTIAN VIRTUES Ordina Olga
docent, candidate of Culturology,
Volgo-Vyatsky Institute (branch) of the Moscow State legal University (MSLA) АННОТАЦИЯ
Оптинские старцы понимали, что смирение делает человека духовно совершенным, поэтому они стремились к его достижению, а также призывали своих учеников следовать этой добродетели. Смирение для оптинских подвижников было самым важным жизненным принципом. Оно помогло старцам вытерпеть все лишения и страдания, которые сопутствовали им в течение жизни. ABSTRACT
Optinskie elders understood that humility makes a person spiritually perfect, so they sought to achieve it, and also urged his disciples to follow this virtue. Humility for devotees of optinskih was the most important life principle. It helped elderly endure all hardships and sufferings which accompanied them during their lifetime. Ключевые слова: смирение, оптинские старцы, добродетель, православие. Keywords: humility, optinskie elders, virtue, orthodoxy.
В основу нравственного учения христианства и духовного пути человека положено смирение. В Евангелии сказано: «Бог гордым противится, смиренным же дает благодать» (1 Петр. 5,5.).
Смирение - это та добродетель, без которой невозможно духовно-нравственное совершенство человека. Христос свои новозаветные заповеди начинает заповедью о смирении: «Блаженны нищие духом, оно тех есть Царство Небесное» (Лк. 6, 20). Без смирения невозможно следование другим заповедям, т.к. следуя им без смирения, человек обязательно впадает в гордыню и отдаляется от благодати. По слову Иоанна Златоуста: «Смиренный и людям приятен и Богу угоден», «ибо тот высок кто смирен истинно, а не мнимо, притворно» [5, с.36]. Смирение, полагал авва Доро-фей, обладает огромной силой: «смиренномудрием сокрушаются все стрелы врага и сопротивника», «велико смирение» [2, с.54,56]. Паисий Величковский считал: «Смирение сердечное без труда спасает человека ... и оно укореняет жизнь духовную и соблюдает от падения» [3, с.257].
Онтологический смысл смирения заключается в победе над человеческой самостью, над греховной склонностью человека полагать центр тяжести и источник жизни в самом себе, в победе над гордыней.
Смысл смирения - в преображении человеческой природы, в господстве духовного человека над душевным и плотским человеком. Антоний Великий писал: «Познай, как прекрасно смиренномудрие и его избери себе; потому что оно возводит к небу. Добрая награда предложена тебе за смиренномудрие - Царство небесное: не вознеради о нем!» [11, с.44]. Авва Дорофей учил смирению: «Само же состояние смирения никто не мог объяснить. постигнуть чрез одни слова; разве только от дел душа научится сему несколько» [2, с.51].
Смирение есть не внешнее подчинение, послушание, оставляющее природу человека неизменной, а есть внутреннее изменение ее, одухотворение. Человек может быть очень дисциплинирован, очень послушен, покорен и не иметь никакого смирения. В смирении утверждается истинная иерархия бытия, духовный человек получает преобладание над плотским человеком.
В христианском учении о смирении можно выделить три аспекта: аскетический, этический и духовный.
В аскетическом аспекте смирение - это путь самоочищения. Смирение не уничтожает человеческую волю, а помогает свободно самоопределиться, освобождает духовного человека от самости. Смирение -это один из методов перехода от состояния господства
«низшей природы», к состоянию, в котором господствует «высшая природа». Смирение, по мнению Иоанна Лествичника, предполагает духовно-нравственное «возрастание» человека: «умерщвление всем ... страстям есть смиренномудрие; и кто приобрел сию добродетель, то все победил» [7, с.184].
Суть этического аспекта смирения заключается в том, чтобы считая себя грешным, переносить обиду с радостью, не стыдиться признаваться в своих недостатках. Иоанн Златоуст говорил: «Смиренномудрие состоит в том, когда человек, признавая в себе великие совершенства, нисколько не мечтает о себе» [4, с.92]. Человек, наделенный добродетелью смирения - это тот, кто о себе скромно думает, считает себя ниже всех.
Духовное начало смирения заключается в понимании, что человек может творить добро только с помощью Бога. Св. Варсонофий и Иоанн говорили: «Почитать надлежит себя грешником паче всех грешников, не сделавшим ничего хорошего перед богом, укорять себя во всякое время, на всяком месте, и за всякое дело, никого не хулить и не находить на земле человека, который был бы грешнее и нерадивее его самого» [11, с.44]. Иоанн Златоуст считал смирение главной добродетелью: «Нет ничего равного смирению: оно источник, корень, основание и союз всего доброго. Представь, если хочешь, что кто-нибудь воскрешает мертвых, исцеляет хромых, очищает прокаженных, но с гордостью: ничего не может быть хуже, нечестивее и виновнее его. Не считай ничего своим» [6, с.227].
И если даже человек замечает в себе что-то доброе, то должен знать, что это не от него произошло, а от Бога. Все, что он сумеет сделать хорошее и прекрасное, то должен присваивать это благодати, а о себе рассуждать смиренно. Только такие люди, по мнению старцев, могут победить зло. Однажды дьявол сказал святому Макарию: «Что ты делаешь, и я тоже делаю: ты постишься и я не ем; ты бодрствуешь, и я не сплю: и только одним ты меня превосходишь -смирением своим». Авва Дорофей писал: «Когда св. Антоний увидел распростертыми все сети диавола и, вздохнув, вопросил Бога: «Кто же избегает их? То Бог ответил ему: «Смирение избегает их» [11, с.46]
Оптинские старцы осознавали, что без смиренномудрия нельзя стать духовно совершенным и поэтому придавали ему огромное значение. Они полагали, что смирение, являясь способностью видеть истину, открывает духовное зрение, позволяет человеку замечать самые малые грехи. Смирение оптинских старцев было так велико, что каждый из них все приписывал благодати Божией. Оптинские старцы, в совершенстве изучившие святоотеческие творения, часто в своих рассуждениях обращались к ним, развивая и обогащая их описанием своего духовного опыта. В своих наставлениях оптинские старцы говорили о смирении, о сложностях и средствах его достижения и о значении этой добродетели в духовной жизни. Истинная и подлинная обращенность старцев к Богу привела к смирению, к сознанию ничтожества своих человеческих сил. Своим жизненным примером старцы являли образец добродетели смирения.
Письма старца Макария заключают в себе одну центральную мысль - главная добродетель, которой он хотел научить своих учеников - это смирение. Все письма пронизаны смиренномудрием: «Образ мона-
шеский есть образ смирения, а не достоинства возносящего» [8, с.194]. «Смирение - это великое сокровище, некрадомое врагами, но их погубляющее ... где нет света, там все тьма, где нет смирения, там все темно и мрачно» [8, с.192].
О. Амвросий, следуя преп. Исааку Сирину, понимает само совершенство человека как глубину смирения [8, с.83]. Старец Амвросий считал, что смирение должно проявляться в «повиновении не только высшим, но и равным, и меньшим. Смирение состоит в том, чтобы ни на что не роптать, не оказывать неблагодарности, недовольства и за все, что случается с человеком благодарить и хвалить Бога. Смирение состоит в том, чтобы никого не осуждать и не укорять и иметь одежду и обстановку простую. Бедность не порок, а главное средство к смирению» [3, с.381].
По мнению старца Макария, для того чтобы достичь смирения, необходимо скромно относиться к себе: «При наших недостатках и неисправлениях, будем снискивать смиренное мудрование, считая себя последними всех, и хотя сим приближаяся к блаженству нищих духом» [8, с.77]. Он также считал, что к смирению ведет и познание человеком своей немощи: «Дар смиренномудрия приобретается многим временем, опытом и различными искушениями и скорбями» [8, с.7].
Средствами к смирению, по мнению оптинских старцев, являются различные жизненные невзгоды: Бог посылает людям бедствия, притеснения от других, унижения, болезни. Старец Амвросий считал, что нужно благодарить Бога за все, что посылается нам, пусть даже это будут и страдания: «Человеку грешнику естественно и необходимо смиряться. Если же он не смирится, то смирят его обстоятельства, промыслительно устремляемые к его душевной пользе» [3, с.381].
Значение смирения старец Макарий видел в том, что оно составляет основу религиозного сознания, является средством борьбы с грехами: «Смирение все сети и козни вражия сокрушает» [10, с.225]. Он же писал: «Как гордость виновата во всех наших грехопадениях, зол и смущений, так напротив смирение губительно (для) всех страстей и грехов» [8, с.9].
О. Амвросий учил смирению примером собственной жизни. Старец был прикован болезнью к постели, но никто и никогда не слышал его жалоб на жизнь, раздражения или ропота. Наоборот, он удивлял всех приходивших к нему своим благодушием и тихой веселостью. Каким бы ни было его болезненное состояние, какие бы муки он не терпел, старец всегда принимал сотни посетителей, беседовал с каждым и каждого старался утешить. Когда старца Амвросия хвалили за его служение Церкви, он на это отвечал: «Нет, что я могу немощный? Я ничего не делаю, только лежу. Меня все хвалят понапрасну. Горе тому человеку, которого хвалят больше его дел» [1, ч.1, с.120].
Так же, как и Святые Отцы, оптинские старцы считали: для того, чтобы достичь добродетели смирения, нужно скромно думать о себе, считать себя ниже всех. Смиренномудрие было для них той добродетелью, которую они хотели воспитать в себе, в своих учениках, поэтому все их письма проникнуты призывами к смирению. Вместе с тем, смирение было для старцев и основным принципом жизнедеятельности. Все их дела и поступки говорят о том, что они не только рассужда-
ли и изучали смиренномудрие, но и поступали в соответствии с этим жизненным убеждением.
Список литературы:
1. Агапит (Беловидов), архим. Жизнеописание Оптинского старца иеросхимонаха Амвросия в двух частях. - М.: Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1992.
2. Дорофей, св. Преподобного отца нашего Аввы Дорофея душеполезные поучения и послания. - М.: Отчий дом, 2000.
3. Жития и творения русский святых: Жизнеописания и духовные наставления великих подвижников христианского благочестия, просиявших в земле Русской / Сост. С. Тимченко. - М.: Донской монастырь, Современник, 1993.
4. Иоанн Златоуст, свт. Собрание поучений в 2-х тт. - Т. 1. - М.: Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1993.
5. Иоанн Златоуст, свт. Собрание поучений в 2-х тт. - Т.2. - М.: Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1993.
6. Иоанн Златоуст, свт. Избранные творения. Бе-
седы на деяния апостольские. - Т. 2. - М., 1994.
7. Иоанн, игумен Синайской горы. Лествица. - Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1898.
8. Собрание писем блаженные памяти Оптинского старца Макария к монашествующим. - Ч. 1. - СПб.: Издательство Л.С. Яковлевой, 1994.
9. Собрание писем оптинского старца иеросхимона-ха Амвросия к монашествующим. - Вып. 1. - Сергиев Посад, 1908.
10. Собрание писем блаженные памяти Оптинского старца Макария к монашествующим. - Ч. 2. - СПб.: Издательство Л.С. Яковлевой, 1994.
11. Христианская жизнь по Добротолюбию. Избранные места из творений святых отцов и учителей Церкви. - М.: Московский Свято-Данилов монастырь, 1991.
КУЛЬТУРНАЯ ТРАНСГРЕССИЯ В МОЛОДЕЖНОЙ СРЕДЕ - УГРОЗА КУЛЬТУРНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ ИЛИ ПОИСК ГЕНДЕРНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ
Якушенкова Олеся Сергеевна
Кандидат философских наук, ассистент кафедры культурологии, Астраханский государственный университет,
г. Астрахань.
CULTURAL TRANSGRESSION AMONG YOUNG PEOPLE - THE THREAT TO CULTURAL SECURITY OR THE SEARCH FOR GENDER IDENTITY.
Yakushenkova Olesya, Ph.d. in philosophy, assistant professor of Astrakhan State University, Astrakhan АННОТАЦИЯ.
Статья посвящена вопросам культурной трансгрессии в молодежной среде. Используя фуконианский подход к трактовке трансгрессии, авторы рассматривают данное явление в соотношении с культурной безопасностью.
Распространённая трактовка такого понятия, как культурная безопасность зачастую предполагает консервацию традиций и обычаев, в то время как культура - это динамическая система, не поддающаяся консервации. Авторы обозначают проблему соотношения молодежного поиска идентичности и необходимости защищать изначальную культуру. ABSTRACT.
The article is devoted to cultural transgression in the youth environment. Using the approach of M. Foucault to the interpretation of the transgression, the authors consider this phenomenon in relation to cultural safety. A common interpretation of such concepts as cultural safety often involves the preservation of traditions and customs, while culture is a dynamic system, not amenable to preservation. The authors denote the ratio of the youth search for identity and the need to protect the original culture.
Ключевые слова: культурная безопасность, трансгрессия, молодежь, Фуко. Key words: cultural safety, transgression, youth, Foucault.
Сегодня он играет джаз, а завтра родину продаст.
Наверное, каждый из нас хоть раз в жизни слышал эту фразу, обозначающую достаточно важную проблему современного мира - проблему культурной идентичности в размывания культурных границ. В данном случае новое западное течение воспринималось как угроза национальной и культурной безопасности, и, хотя само по себе будучи весьма безобидным, оно удостоилось официального запрета. Распространившееся по СССР почти одновременно с джазом молодежное движение стиляг, хотя и было изначально подчёркнуто аполитичным, так же подверглось давлению со стороны государства, и воспринималось зачастую негативно. Против стиляг велась активная пропаганда и реальная физическая борьба, а трактовка самого
термина вышла за пределы обозначения определенного молодежного движения, и со временем стилягами уничижительно стали обозначаться любые молодые люди, не следующие общему идеологическому курсу или культурному стандарту моды.
Почему же столь негативно государство и общество воспринимает, казалось бы, безобидные молодежные движения, и почему здесь молодежная мода или какие-то молодежные увлечения увязываются с вопросом культурной или национальной безопасности? Для начала, необходимо разобраться с возможными трактовками такого термина, как культурная безопасность.
Придя из анлоязычной научной литературы, этот термин в русском переводе объединил в себе два различных понятия, существовавшие в литературе