IN MEMORIAM
Labyrinth: теории и практики культуры. 2021. № 3. С. 63—67. Labyrinth: Theories and practices of culture. 2021. No. 3. P. 63—67.
Эссе
УДК 821.163.2
DOI: 10.54347/Lab.2021.3.8
СМЕХ ТОНИ ФИЛИППОВА, Д-РА
Марин Бодаков
Для цитирования: Бодаков М.Смех Тони Филиппова, д-ра // Labyrinth: теории и практики культуры. 2021. № 3. С. 63—67.
Essay
LAUGHTER OF TONY FILIPPOV, DR.
Marin Bodakov
For citation: Bodakov, M. Smekh Toni Filippova, d-ra [Laughter of Tony Filippov, Dr.], Labyrinth: Teorii ipraktiki kul 'tury [Labyrinth: Theories and practices of culture], no. 3, pp. 63—67.
29.06.2021 г.
Второго июня с. г. правительство Соединенных Штатов Америки применило санкции согласно закону Магнитского (Global Magnitsky Act) против троих болгарских граждан. Один из них — олигарх Делян Пеевски, до недавнего времени депутат из партии Движение за права и свободи (Движение за права и свободы, известное как партия болгарских турок) и крупный владелец СМИ. Санкции предусматривают замораживание активов, находящихся в американских банках и под контролем американских лиц. Попавшие под санкции практически не в состоянии развивать бизнес на западных рынках.
В 2013 г. 32-летнего тогда Деляна Пеевского правительство социалистов неожиданно предложило, а болгарский парламент выбрал председателем Государственного агентства национальной безопасности. День спустя он был вынужден подать в отставку как из-за гражданских протестов, так и из-за недвусмысленных возражений со стороны евроатлантических партнеров Республики Болгария. Протесты привели к падению правительства, но и к возвращению к власти ГЕРБ (Граждани за европейско развитие на България — Граждане за европейское развитие Болгарии), партии правоцентриста, по его собственным утверждениям, Бойко Борисова. Широко подозреваемый в близких связях с мафией
© Бодаков М., 2021
© Люцканов Й., перевод на русский язык, 2021
LABYRINTH. Теории и практики культуры. 2021. № 3
Борисов был премьер-министом страны до парламентских выборов 4 апреля с. г., когда ГЕРБ снова выиграла голоса избирателей, но голосов не хватило для составления самостоятельного правительства, тогда как ни «партии статус-кво», ни «партии перемен» не пожелали вступить в коалицию с людьми Борисова.
Сегодня Делян Пеевски один из мощнейших символов коррупции в Болгарии. В течение ряда лет, однако, его имя было полностью табуировано.
***
Начнем сначала.
На протяжении почти двух десятилетий, по понедельникам под вечер, когда кончалась редакционная работа над новым номером еженедельной либеральной газеты «Култура» (Культура), заместитель главного редактора, Христо Буцев, открывал публицистический сайт Редута1 и сначала кряхтел от удовольствия, а потом разражался смехом. Не спрашивая, я знал, что он читает очередной недельный обзор автора Тони Филиппова, д-ра2. Сегодня и газеты «Култура» (и ее наследника «К»), и сайта Редута уже нет. Логичный результат для страны, занимающей 112-е место по свободе СМИ в мире. Нет среди нас и Христо Буцева и Тони Филиппова, д-ра (псевдоним Стойко Тонева), этих ненавязчивых легенд в болгарской журналистике. Оба ушли с этого света в начале нынешнего года.
Чему смеялся Христо Буцев, читая «Из делниците на един луд» (Из будней одного сумасшедшего) Тони Филиппова, д-ра? Христо, конечно, располагал ключом к очередной колонке замечательного автора — это предложение «Я сегодня все утро читал газеты» из «Записок сумасшедшего» Гоголя. Поприщин обнаруживает, что в Испании происходят возмущения, потому что трон упразднен — и аристократия («чины». — Пер.) не в состоянии выбрать нового короля. И через какое-то число дней он узнает, что, видите-ли, король отыскался, король — это он. Люди еще не знают, но, несомненно, король — это он.
Тони Филиппов, д-р, был Анти-Поприщиным. «Из делниците на един луд» — дневниковые записи нормального человека, читаемые нормальными же людьми с целью облегчения своих болей и отвращений среди болгарского политического карнавала. Люди, в отличие от Поприщина, без мании величия. А Тони Филиппов, д-р, — сумасшедший ради алиби: чтобы мог писать то, что он хочет, — и это честно. («Этот помешанный оказался единственным человеком, который осмелился выразить протест» — это финальное предложение первого болгарского романа — «Под игом» Ивана Вазова — в одном из его переводов на русский... Предложение, о котором неустанно вспоминаем в буксовании нашей политической истории.)
Обычно сверхсерьезный Христо Буцев смеялся, потому что его коллега, совсем как в «Филебе» Платона, противопоставлял свое знание людям, которые отказывали себе в самопознании. Тони Филиппов, д-р, был сфокусирован на несоответствиях — как только персонаж из современной болгарской политики презентовал публике или на площади3 свое раздутое и фальшивое актуальное Эго, автор не упускал случая вернуть его в реальность, припоминая ему, кто он на самом деле, когда, где и что он говорил вразрез своим нынешним утверждениям. И объяснить почему для данного мегаломана это вовсе не составляет проблемы. Защищенных героев нашей
1 Форма с артиклем от «редут». Наименование одной из некогдашних окраин Софии, с сер. 19 в. там располагалось пригородное укрепление, в нач. 20 в. стала заселяться. Одна из двух возвышенностей в черте города (Примеч. пер.).
2 По смыслу — и «кандидат наук», и «врач» (Примеч. пер.).
3 Болг. — «на мегдана» (Примеч. пер.).
М. Бодаков
Смех Тони Филиппова, д-ра
публичности не было; под нож Тони Филиппова, д-ра, попадали все — и опытами ввести в заблуждение общество, и опытами ввести в заблуждение себя.
Христо Буцев был общественным моралистом. Он возмущался. Его позиция была позицией утомленного гнева. Я не мог бы сказать то же самое о Тони Филиппове, д-ре. Он скорее всего был по ту сторону морали — или по крайней мере не испытывал необходимости демонстрировать свое моральное превосходство. Он обладал исключительной способностью подавать современную новость в ее историческом контексте — и из страшной она становилась скорее всего смешной. От его слов лопались пузыри фальшивых Эго.
И Христо Буцев, и Тони Филиппов, д-р, были выдавлены из центра болгарской журналистики. И визионерские комментарии и интервью Буцева, и сверхэрудированные хамства Филиппова уже стали невозможными — у безличных и ничтожных героев нашего времени не было интеллектуального потенциала и читательского опыта, чтобы понять их. Провал болгарското образования и инфан-тилизация общества в целом внесли свою долю в крах болгарских СМИ.
И поэтому даже журналисты, с которыми они были по одну сторону медийных баррикад, впадали в раздражение перед непроницаемыми для них отсылками.
Все это предопределило судьбу «Из делниците на един луд». Рубрика существовала на протяжении 2002—2021 годов без особенных перерывов, но кочевала из издания в издание, становясь все менее желаемой издателями.
Мы знаем помпезные биографии политических лидеров и безнесменов — они одинаковы повсюду в мире. Как, однако, описывал самого себя Стойко Тонев? Он «д-р», потому что защитил диссертацию на тему: «Възрожденски политически дей-ци и следосвобожденските им републиканско-монархически "метаморфози"» (Политические деятели болгарского национального возрождения и их послеосво-божденческие республиканско-монархические «метаморфозы»). В период 1982— 1996 гг. он был научным сотрудником в «Лаборатория за политическия живот на българина» (Лаборатории [исследований] политической жизни болгар) в Софийском университете Климента Охридского. Лаборатория — первый центр политологических исследований в Болгарии. Стойко Тонев преподает на кафедрах социологии и политологии старейшего и самого престижното университета в Болгарии. В какой-то момент, однако, он отдает предпочтение журналистике. Ни слова об этом в его автобиографии: «Д-р Филиппов родился давно. И далеко. Учился кое-где. Закончил кое-что. Работал на разных местах. Написал немало статей и немного книг. В данный момент укрывается от своего последнего работодателя, который угрожает купить любое издание, которое возьмёт его на работу».
А вышеозначенный работодатель появляется уже в первом выпуске его колонки, когда Стойко Тонев работает заместителем главного редактора в газете «Монитор». Вот как:
«29 март (2002. — Авт.)
Какой-то ссыкун 21 -летнего возраста собирается, мол, становиться заместителем министра. С каких же щей? А с тех, что его мать — шеф национальной лотереи. Я не против давать дорогу молодым, но в Штатах этот молодой человек пил бы ныне свое первое законное пиво. Превратили государство в детский садик».
Вот что говорит в одном интервью Стойко Тонев про тот период:
«В начале 2009 г. Прыщ (кличка тогдашнего хозяина. — Авт.) продал "Екс-прес" (Экспресс) Пеефскому, а заодно и шерпов. Меня вернули снова в "Монитор", опять писать по странице. Ирене (вернее всего мать названного Пеевского. — Авт.) я очень нравился, но последнее слово было не за ней, она умирала от страха перед толстым мальчиком. И после выборов, когда она поискала политическое убежище в Брюсселе, медийную империю принял Делян. Его первым делом было приостановить "Будни". Без объяснений».
LABYRINTH. Теории и практики культуры. 2021. № 3
Поэтому Тони Филиппов, д-р начинает вести собственный блог, где публикует свою колонку каждый день, а ее републикуют в региональных изданиях (Варна, Враца, Плевен, Пазарджик, Хасково) весь год. «Но Пеефски начал рушить мой домик. Междувременно он занял и распространительскую сеть, и держал крепко и провинциальные издания. И те прервали отношения со мною без объяснений».
«Работать на Пеевского становится почти безальтернативным», — отмечает Стойко Тонев в интервью. «Представьте себе ситуацию, в которой Пеевски поставлен оператором Большого адронного коллайдера. Как думаете, он воспроизведет сотворение или разрушение? Потыкает сюда и туда, наконец "Большой взрыв" оторвёт ему клюв... И всем возле него».
Мне кажется, что газета «Култура» была единственной, опубликовавшей при жизни Стойко Тонева его портрет как журналиста. В нем Эвелина Гечева подчеркнула:
«"Будни" долгое время — единственный текст в болгарской печати, в котором можно прочесть что-нибудь негативное о Деляне Пеевском. Так называемый медийный магнат по каким-то причинам остается вне кругозора газет, сайтов и телевидений уже почти 10 лет».
Итак, вопреки огромному интересу читателей, побежденных нашим криминальным Переходом к демократии, местом, где мог публиковаться Тони Филиппов, д-р, был его собственный сайт Редута, а кроме того его републиковали на сайте Оффньюз. Так исчез его неподражаемый смех из этаблированной болгарской медийной среды. И так он вернулся к книгам — потому что статьи «Из делниците на един луд» были собраны в отдельную серию томиков. И переселились из медиа в литературу. Скоро мы не будем в состоянии узнавать кто есть кто из большинства упомянутых в обзорах публичных деятелей, потому что они пришли из ничего и справедливо вернутся в ничто, но у нас будет шанс насладиться художественным мастерством одного из последних бескомпромиссных сатириков в болгарской культурной истории, виртуозными ассоциативными прыжками, которые удерживают сознание читателя будным — и возвращают его к обыкновенному приличию.
Каждый, кто был автором газетной колонки, знает насколько трудно держать высокий уровень каждый раз. Тем более писать не поштучно, а связывать куски в осмысленную целостность исчезающего у нас журналистского жанра — обзора. Потому что не составляет особой смелости заняться конкретным фактом и конкретным симптомом болезни. Настоящая смелость — это войти в историю болезни. И лечить ее смехом.
Между первой и последней колонкой д-ра Тони Филиппова, написанных на протяжении 19 лет, нет ни стилистической, ни содержательной пропасти. Они одинаково живые и смешные, потому что автор обладает реальным жизненным и журналистским интегритетом. Потому что он свободный человек. В отличие от своих героев.
«Я удивляюсь, как могут некатарые4 люди жить жизнь без толики соли и перца.» — так заканчивается последняя колонка автора Тони Филиппова, д-ра, от 27 января с. г. Четыре дня спустя его не стало.
4 Буквализм в переводе. «Некои» на месте этимологического и нормативного до орфографической реформы 1945 г. «нЪкои» и вместо литературного с 1945 г. «някои». Отражает одну из фонетических особенностей западных болгарских диалектов, в том числе района Софии (тогда как литературная орфоэпия базируется на северовосточных). Отражает и запоминающуюся особенность публичной речи Симеона Сакскобургготского, премьер-министра в 2001—2005 гг. и царя (при регентах) в 1943—1946 гг., сына Бориса III, а также более или менее речи Тодора Живкова (уроженца западной диалектной области). Причины сходства, за вычетом одной, разные. Публичная речь Бойко Борисова, биографически и имагологически связанного как с Живковым, так и с Симеоном, и уроженца непосредственных окрестностей Софии, данной фонетической особенностью, однако, не выпячивается. (Примеч. пер.)
М. Бодаков
Смех Тони Филиппова, д-ра
***
Досрочные парламентские выборы — 11 июля.
Перевод с болгарского — Йордан Люцканов
Текст подготовлен в рамках проекта на тему «Преходът след 1989 г. — интерпретации на историческата промяна, социалния опит и културната памет в съвременната българска литература» (Переход после 1989 г. — интерпретации исторической перемены, социального опыта и культурной памяти в современной болгарской литературе; № договора КП-06-440/7 от 10.12.2019 г.), финансируемого государственной организацией Фонд «Научни изследвания», Республика Болгария (Конкурс для финансирования фундаментальных научных исследований, 2019 г.).