Научная статья на тему 'Россия и Великобритания: проблемы взаимовосприятия в политико-историческом контексте'

Россия и Великобритания: проблемы взаимовосприятия в политико-историческом контексте Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
509
65
Поделиться
Ключевые слова
ПОЛИТИЧЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯ РОССИИ И АНГЛИИ / ПОЛИТИЧЕСКИЕ СТЕРЕОТИПЫ / ВОСПРИЯТИЕ РУССКИМИ ЗАПАДА

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Борискин Владимир Владимирович

Данная статья о влиянии российско британских отношениях на геополитическое сознание граждан двух стран.

Похожие темы научных работ по истории и археологии , автор научной работы — Борискин Владимир Владимирович

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Текст научной работы на тему «Россия и Великобритания: проблемы взаимовосприятия в политико-историческом контексте»

УДК 327(47+410)

Борискин В.В. Россия и Великобритания:

проблемы взаимовосприятия в политико-историческом контексте

Данная статья - о влиянии российско-британских отношений на геополитическое сознание граждан.

Ключевые слова: политические отношения России и Англии; политические стереотипы; восприятие русскими Запада.

Boriskin V.V. Russia and Great Britain:

the problems of interperception in political-historical context

The article is about the influence of russian-british relations on the geopolitical sense.

Keywords: political relations of Russia and Britain, political stereotypes, perception of West by Russians.

В современном мире, охваченном многоликим и неоднозначным процессом глобализации, неисчерпаемый потенциал несут согласованные контакты между народами, культурами, государствами. Сегодня многоуровневый диалог - это единственная альтернатива силовому сценарию. В этой связи огромное значение приобретает создание благоприятных условий и эффективных механизмов для реализации долгосрочного межнационального и межгосударственного сотрудничества, а также целенаправленное управление данными процессами.

Известно, что «процесс межкультурной коммуникации может варьироваться по глубине проникновения общающихся людей в контактирующие культуры: от полного отвержения, незамечания и игнорирования - к толерантности, признанию, восхищению и,наконец, кдостижению полного уважения»1. Поэтому особое внимание

необходимо уделить оптимизации процесса взаимовосприятия наций и культур -преодолению негативных стереотипов и пропаганде положительных традиций. Похвально, что отдельные аспекты этой задачи возведены в Российской Федерации на государственный уровень. Так, содействие «позитивному восприятию России в мире, популяризации русского языка и культуры народов России в иностранных государствах» официально провозглашено одной из важнейших задач российской внешней политики2. Однако, на наш взгляд, не меньший статус следует придать и другой стороне этого процесса - содействию адекватному восприятию иностранных государств и граждан в российском обществе, культивированию толерантности и уважительного отношения к людям иной национальности, религии, цвета кожи и т.п. Причем подобные меры необходимо предпринимать уже сегодня. Рассмотрим эту

Владимир Владимирович Борискин - старший преподаватель кафедры геополитики и внешнеполитической деятельности Орловской региональной академии государственной службы.

проблему на конкретном историческом материале.

В истории международных отношений двусторонние связи России и Великобритании всегда занимали одно из центральных мест. Порой полная противоречивых коллизий эволюция российско-британских отношений оказывала непосредственное влияние на расстановку политических сил на мировой арене и во многом определяла ход истории. Начало XXI в. давало мировому сообществу надежду, что благоприятные моменты во взаимоотношениях двух великих держав будут впредь превалировать. Это наглядно подтвердилось в ходе мероприятий 2003 г, посвященных 450-летию установления дипломатических связей между Россией и Британией. Многочисленные обмены визитами, выставки, конференции, публикации выявили богатые традиции и высокий потенциал взаимоотношений. В тот памятный на торжества год было модным декларировать неуклонный рост взаимопонимания, прогнозировать его дальнейшее продолжение3. В потоке восторженных речей особенно запомнились слова академика А.О.Чубарьяна, оптимистично отметившего «особый дух взаимного расположения», который исторически сложился между русскими и англичанами. Во всяком случае, заверил он, в российском обществе «антибританские настроения не имеют базы, они малоустойчивы»4. Тогда хотелось верить, что так и есть, а главное -надеяться, что так и будет.

Время показало, что и интеллектуалы, и широкая общественность явно поторопились в своих прогнозах. Проявления обоюдной нетерпимости не были изжиты в новом столетии, а в чем-то и усилились. Это становилось очевидным с каждым последующим за юбилейным годом. Наиболее выпукло тревожную тенденцию подтвердила англофобская истерия 2007 г., развернувшаяся в центральных СМИ и широких кругах российского общества по поводу так называемого «дела А. Литви-ненко». К сожалению, волны этой истерии прокатились и по отдельным публикациям ведущих научных изданий, казалось бы, в первую очередь призванных сохранять беспристрастность оценок5.

Нельзя не отметить, что всплывшие из глубины веков негативные стереотипы восприятия незамедлительно сказались на понижении градуса официальных отношений между Москвой и Лондоном. Причем взаимные претензии, высылки дипломатов, закрытие региональных представительств культурных организаций явились лишь верхушкой айсберга непонимания, обид, предвзятости и ксенофобии, реально существующих между двумя странами и народами. От «особого духа взаимного расположения» до «образа врага» оказался один шаг.

Однако и в этот крайне сложный для русских и англичан период двусторонних отношений нейтрализовать и предупредить эксцессы взаимной нетерпимости вполне возможно. Здесь на помощь могут прийти научные и культурные сообщества России и Великобритании: не петь дифирамбы временным успехам, а попытаться изучить, понять и тем самым преодолеть непонимание, которое складывалось на протяжении многих веков.

На наш взгляд, конкретно-историческим исследованиям особенностей формирования представлений об Англии и англичанах в российском обществе (и наоборот) вполне по силам выявить истоки и механизмы образования негативных этнических стереотипов и тем самым поспособствовать их разоблачению, а значит - и преодолению. Как верно заметил отечественный ученый С.В. Чугров, «чтобы избавиться от стереотипов... необходимо тщательное изучение механизмов взаимовосприятия наций и государств»6. В свою очередь, изучение и пропаганда исторических примеров позитивного взаимопроникновения двух культур приведут к улучшению взаимопонимания на современном этапе, помогут выработке прочных основ толерантного общения в будущем.

Стоит добавить, что об актуальности исследования различных аспектов данной проблемы говорят и насущные внешнеполитические потребности современной России: необходимость ее интеграции в европейское сообщество, установления и развития конструктивного диалога с Западом в целом. Здесь одной из важнейших предпосылок выступает фактор отноше-

ния российского общества к западной цивилизации, ее институтам и ценностям.

По мнению отечественного политолога Г.Г. Дилигенского, этот фактор является «культурным феноменом» и «отражает не только актуальный, но и прошлый опыт»7. Поэтому его конкретная реализация во многом будет зависеть от изучения и извлечения полезных уроков из исторического наследия восприятия русскими Запада.

Не секрет, что обозначенная проблема неоднократно возникала на горизонте российской общественно-политической мысли. Например, крайне остро она проявилась в середине XIX в., когда в результате Крымской войны обнажился глубокий системный кризис Российской империи и перед каждым мыслящим русским встал вопрос о возможных путях выхода из сложившейся ситуации. В ходе дискуссий был выработан ряд моделей преобразования страны: демократическая, либеральная (она, в свою очередь, делилась на западническую и славянофильскую), официальная (правительственная). Несмотря на непримиримые разногласия по целому спектру стратегических и тактических моментов, большинство моделей сходилось в одном пункте - признании необходимости обновления Российского государства и общества на основе западных образцов. На деле это означало, что в 1850-1860-е гг. изучение опыта развитых стран Запада стало повсеместно рассматриваться как необходимая предпосылка, а сам опыт -как потенциальный образец реформирования страны. Известный публицист и цензор А.В. Никитенко, отмечая восторжествовавшие в середине XIX в. настроения, так записал в своем дневнике: «Теперь все видят, как поверхностно наше образование... А мы думали столкнуть с земного шара гниющий Запад! Немалому еще предстоит нам у него поучиться!»8.

Особенно ярко и выпукло данная мысль проявилась в высказываниях деятелей наиболее прогрессивных на тот момент общественно-политических течений: демократов и либералов. Так, публицист-демократ и литературный критик Н.А. Добролюбов в одной из статей отмечал, что «в половине 1856 г. стали говорить о необхо-

димости общения нашего с Европой», и сам считал: «Нам теперь нужно заимствовать многое от просвещенного Запада»9. Эта идея активно проводилась им и его коллегой Н.Г. Чернышевским на страницах главного печатного органа демократической мысли России рассматриваемого времени - журнала «Современник». В специальных статьях, критических и политических обзорах авторы регулярно помещали информацию о специфике развития основных стран Западной Европы и Соединенных Штатов Америки. Несмотря на общий критический тон «зарубежных» публикаций журнала, разоблачавших негативные явления капитализма и буржуазной демократии, подспудно пропагандировались культурные, научные, общественно-политические и экономические ценности западной цивилизации (например, идеи демократии, народного представительства, необходимость развития машинной техники, промышленности и пр.).

В эмиграции демократ и западник 1840-х гг. А.И. Герцен, частично перешедший после 1848 г. на славянофильские позиции, несмотря на резкое неприятие «мещанских» плодов западной цивилизации, полагал, что «одна мощная мысль Запада в состоянии оплодотворить зародыши, дремлющие в патриархальном быту славянском. ...Без западной мысли наш будущий собор остался бы при одном фунда-менте»10. Широко известно и другое изречение этого видного представителя российской общественно-политической мысли: «Европа нам нужна как идеал, как упрек, как благой пример»11. Таким образом, даже с учетом своих негативных проявлений Западная Европа оставалась для Герцена не только жизненной пристанью, но и главным историческим ориентиром, а ее опыт - важным идеологическим аргументом в общественно-политической борьбе.

Взгляды либерального лагеря, на наш взгляд, наиболее емко выразил известный предприниматель и публицист В.А. Кокорев. В программной статье «Взгляд русского на европейскую торговлю» он писал: «Мы понимаем ясно, что Россия во многом отстала от Европы на огромное расстояние. Мы понимаем, что нам нужно догонять

Европу... Но это стремление не должно идти путем бессознательным; ему должно предшествовать исследование и изучение всех событий в жизни европейских народов, чтобы .перейти к благоустройству путем хладнокровных рассуждений и сооб-ражений».12 В рассматриваемые годы подобные идеи активно разрабатывались в публикациях ведущих журналов либералов-западников: «Атенее», «Вестнике Европы», «Русском вестнике», «Отечественных записках». Западный опыт настойчиво преподносился ими как главный ориентир для российских реформаторов.

«Европейскую» позицию славянофильской общественности озвучил А.И. Коше-лев. Он еще в 1852 г. призывал учиться у Запада - «не бросаться на плоды его образованности, но вникать в самую эту образованность с тем, чтобы отделять все доброе от худого, пользоваться первым и устраняться от последнего»13. В 1850-е гг. Кошелев лично посетил ряд европейских стран с целью изучения промышленности и агрономии и впоследствии активно пропагандировал новейшие достижения западной научной и технической мысли. В этом он не был одинок. Его коллега по славянофильскому лагерю и журналу «Русская беседа» князь В.А. Черкасский также писал «о важности изучения истории Запада как источника, из которого можно узнать много полезного для России»14.

Правительство, деятели промышленности и сельского хозяйства практически откликались на призывы представителей либеральной и демократической мысли. С целью ознакомления с передовым опытом в ведущие страны Западной Европы ехали русские ученые, юристы, аграрии, промышленники (например, мануфактуристы Коншины и Прохоровы в 1850-1860-е гг регулярно посещали фабричные заведения Англии, Франции, Швейцарии, Германии, где изучали новшества своей профессии); выписывалась и переводилась научная литература; приглашались иностранные специалисты.

Из всех западных государств Великобритания, ее учреждения, порядки и обычаи наиболее часто выступали в качестве объекта для изучения и дискуссий в либеральных и демократических кругах России 50-60-х гг.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

XIX в. Можно утверждать, что именно на рассматриваемые годы приходится ближайшее знакомство русских с английскими порядками (даже несмотря на то, что внешнеполитические условия не были благоприятны для сближения!). Интерес российского общества к особенностям развития викторианской Англии, на наш взгляд, определялся несколькими причинами. Прежде всего, он имел исторические корни. Многовековой опыт активного русско-английского общения породил стабильную традицию заинтересованности россиян в познании Британии и ее жителей. Эта традиция была воспринята и современниками 1850-1860-х гг.

Немаловажным фактором являлась специфика экономических и политических взаимоотношений двух государств в рассматриваемый период. Великобритания выступала основным торговым партнером и кредитором императорской России. Доля Англии составляла в середине XIX в. около одной трети импорта и до половины экспорта России, а английский капитал участвовал в семи внешних займах из десяти, заключенных царским правительством в 1840-1860-х гг. На лондонском денежном рынке проводились валютные и другие операции министерства финансов. Одновременно Великобритания считалась главным внешнеполитическим соперником Российской империи: рассматриваемые годы ознаменовались военным столкновением двух государств в ходе Крымской (Восточной) войны и последующим обострением российско-английских противоречий на Балканах, в Афганистане, Персии и Средней Азии. Все эти события значительно активизировали интерес русских к своему главному партнеру и конкуренту.

Помимо отмеченных причин большую, а на наш взгляд, определяющую роль сыграли специфические черты внутриполитического развития как Британии, так и России. 50-60-е гг. XIX в. составили особый период в истории обеих стран. В это время Англия достигла вершин своего развития, заняв лидирующие позиции в мировой экономике и политике. Она демонстрировала высокие показатели в промышленности, торговле и сельском хозяйстве, практиковала прогрессивные формы политических и об-

щественных институтов, проявляла успехи в науке и технике. В России же в условиях отмеченного общественного подъема, когда проблема внутреннего реформирования выдвигалась на передний план, а поиск, изучение и пропаганда позитивных западных примеров становились одной из приоритетных задач лидеров передовой научной и публицистической мысли, английские успехи являлись дополнительным стимулом пристального внимания россиян к особенностям развития этой страны.

Бесспорно, в глазах значительной части прогрессивной общественности России пример Великобритании являлся наиболее показательным среди всех западных государств. Либеральный публицист и ученый, профессор права Б.И. Утин в одной из лекций отмечал: «Мы глубоко чтим Англию, убеждены в превосходстве некоторых ее учреждений и в необходимости их изучения...»15. А в своем известном сочинении «Государственный быт Англии» он неоднократно напоминал, что «образовательная сила, которая заключается в изучении английских учреждений, весьма значительна»16.

Либеральный журнал «Русский вестник» не раз призывал российских читателей активно внимать примерам Британии. Публицистика этого журнала строилась в основном на поучительной антитезе негативного опыта Франции периода авторитарной империи Наполеона III и позитивных уроков либеральной викторианской Англии. Например, в одном из номеров 1861 г. «Русский вестник» писал о Великобритании: «Ни одна страна Европы не представляет более обширного и любопытного поприща для наблюдений и размышлений. Здесь вы видите самую высокую степень развития цивилизации, общественный и политический быт, вызывающий всеобщее сочувствие и уважение, неисчислимое богатство капиталов, самые поразительные создания человеческой деятельности, наконец, удивительное своеобразие общественной и домашней жизни, резко отличающееся от характера прочих стран Европы. Здесь всякая мысль, всякое стремление, всякое знание находит себе осуществление и применение, и самые

трудные задачи, не находящие себе разрешения на материке Европы, решаются здесь практически с удивительным искусством и уменьем»17.

Среди русских демократических сил своего сторонника Великобритания нашла в А.И. Герцене, более двенадцати лет прожившего на ее берегах. На деле его отношение к английским учреждениям и порядкам было сложным, противоречивым, эволюционировавшим с годами. И все же в программной статье «Франция или Англия?» Герцен прямо определил, что «самая живая, самая живучая страна в Европе - Англия», поэтому «это единственная годная для нас школа»18. В свою очередь, Н.Г. Чернышевский искренне восхищался Британией за «прочный законный порядок», «мирное владычество закона и справедливости», которыми «порождено и внешнее могущество, и честность отдельного лица в каждом звании, от министра до мелкого лавочника, от герцога до поденщика; и неутомимое трудолюбие, и прочное доверие к своим силам, основа всякой предприимчивости, отсюда же и развитие городов, и фабрики, и торговля, и вследствие всего этого возможность с выгодою прилагать капитал к земледелию»19.

Причем подобные благожелательные отзывы были характерны и для отдельных представителей славянофильского лагеря российской общественно-политической мысли. Их привлекал опыт Англии как образец мирного, поступательного движения по пути прогресса при одновременном сохранении «народныхтрадиций». Например, А.И. Кошелев отмечал, что «пребывание в Англии располагает вас к настоящей оценке мудрости, жизненности и силы этой нации»; «исполняешься высокого мнения о нравственном и умственном ее величии»20. Ю.Ф. Самарин писал, что «пример англичан внушил уважение к народному быту, к правам жизни, к свободе и своеобразности»21. А газета «День», издававшаяся И.С. Аксаковым, признавала, что «Англия все-таки стоит впереди нас во многих отношениях»22.

Конечно, признание преимуществ Великобритании и необходимости ее изучения отнюдь не означало, что у русских современников 1850-1860-х гг. формировался исключительно идеалистический взгляд

на британскую действительность. Представители различных течений общественно-политической мысли Российской империи довольно неоднозначно, порой критически воспринимали ее основные политические, социально-экономические, культурные ценности и институты. В условиях подцензурной печати Англия не раз становилась тем нейтральным «полигоном», на котором российские либералы и демократы пытались моделировать и теоретически решать актуальные проблемы своей собственной страны. Но позитивные тенденции в восприятии Британии тогда явно преобладали. Причем обусловливалось это не только отмеченным доминированием западнических настроений в российском обществе рубежа 50-60-х гг. XIX в. Необходимо подчеркнуть, что залогом благожелательной заинтересованности россиян в восприятии и изучении Британии являлись потребности самой России в социально-экономических, политических и иных примерах. Именно поэтому здесь схожие позиции занимали непримиримые в других вопросах западники и славянофилы, либералы и демократы.

Причина доминирования положительных оценок видится еще и в том, что образованные россияне XIX в., в отличие от многих наших современников, не стыдились признавать успехи и преимущества других народов и государств, не боялись учиться у них перспективным образцам экономического, политического, социального развития, а главное - не уставали вещать об этом с любой доступной общественной трибуны, будь то университетская кафедра, журнальная статья или путевой дневник путешественника. Они прекрасно понимали, что только на этом пути можно преодолеть внутренние проблемы своей страны и тем самым ввести ее в ранг ведущих держав Европы. Творческое общение наций и культур - залог процветания любого государства. Этот вывод передовой общественности России середины XIX в., несомненно, актуален и сегодня.

1 Мартынова М. Диалог культур - основа воспитания толерантной личности // ЭТНОсфера. 2003. № 2. С. 3.

2 Концепция внешней политики Российской Федерации // Международная жизнь. 2000. № 8-9.

3 См.: Козин В. От Ивана IV и Эдуарда VI измеряются 450 лет дипотношений двух стран // Международная жизнь. 2003. № 1. С. 88-96; Лайн Р. Разделенные стеклянной стеной? Некоторые размышления по поводу 450-летия британско-российских отношений // Международная жизнь. 2003. № 6. С. 104-115.

4 Особый дух взаимного расположения. На вопросы «Родины» отвечает член редколлегии журнала, директор Института всеобщей истории РАН академик А.О. Чубарьян // Родина. 2003. № 5/6. С. 16.

5 См., например: Ананьева Е. «Броуновское движение» // Международная жизнь. 2007. № 7-8. С. 17-28.

6 Чугров С.В. Идеологемы и внешнеполитическое сознание // Мировая экономика и международные отношения. 1993. № 2. С. 48.

7 Дилигенский Г.Г. «Запад» в российском общественном сознании // Общественные науки и современность. 2000. № 5. С. 5.

8 Никитенко А.В. Дневник. В 3-х т. Т. 1. Л., 1955. С. 421.

9 Добролюбов Н.А. Литературные мелочи прошлого года // Собр. соч. в 9-ти т. Т. 4. М.; Л., 1962. С. 82.

10 Герцен А.И. Былое и думы. Ч. 4-5 // Соч. в 4-х т. Т. 2. М., 1988. С. 135.

11 Герцен А.И. Былое и думы. Ч. 6-8 // Соч. в 4-х т. Т. 3. М., 1988. С. 57.

12 Кокорев В.А. Взгляд русского на европейскую торговлю // Русский вестник. 1858. Т. 14. № 3. С. 30.

13 Кошелев А.И. Поездка русского земледельца в Англию на Всемирную выставку. М., 1852. С. 98.

14 Черкасский В.А. О сочинениях Монталам-бера и Токвиля // Русская беседа. 1857. Т. 2. № 6. Критика. С. 23.

15 Утин Б.И. Вступительная лекция по кафедре истории положительных законодательств, читанная в Императорском Санкт-Петербургском университете // Отечественные записки. 1860. Т. 128. № 1-2. Отд. 1. С. 98.

16 Утин Б.И. Государственный быт Англии // Отечественные записки. 1862. Т. 143. № 7-8. Отд. 1. С. 422.

17 Русский вестник. 1861. Т. 31. № 2. С. 544.

18 Герцен А.И. Франция или Англия? Русские вариации на тему 14 января 1858 г. // Собр. соч. в 30-ти т. Т. 13. М., 1958. С. 242, 243-244.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

19 Чернышевский Н.Г. О поземельной собственности // Полн. собр. соч. в 15-ти т. Т. 4. М., 1948. С. 404.

20 Кошелев А.И. Указ. соч. С. 93.

21 Самарин Ю.Ф. Избранные произведения. М., 1996. С. 549.

22 День. 1864. № 18. С. 3.