УДК 341.64
РЕШЕНИЯ, ПОСТАНОВЛЕНИЯ, ЗАКЛЮЧЕНИЯ СУДА ЕАЭС И СУДА ЕС: АНАЛОГИЧНЫЕ И РАЗЛИЧИТЕЛЬНЫЕ ЧЕРТЫ
Сарсембаев Марат Алдангорович
Главный научный сотрудник Института законодательства и правовой информации РК, д.ю.н., профессор, г. Нур-Султан, Республика Казахстан; e-mail: daneker@mail.ru
Ключевые слова: суд; решение; заключение; постановление; правосудие; судебный акт; договор; статут; особое мнение; судья; импичмент; адвокат; экзекватура;конвенция; интеграция.
Аннотация. В данной статье предлагается аналитическая проработка решений, постановлений, заключений, принимаемых Судом Евразийского экономического союза (ЕАЭС) и Судом Европейского союза (ЕС) на основе компаративистского правового анализа. Аналогичные черты в решениях обоих Судов проявились в том, что заинтересованные государства-члены, юридические и физические лица обоих интеграционных объединений вправе подавать заявления и иски о несоответствии решений институтов интеграций учредительным договорам этих объединений; в том, что оба Суда по ходатайству сторон уполномочены разъяснять суть принятых ими решений, а также в том, что обе международные судебные инстанции стремятся довести до сведения широкой общественности тексты принимаемых ими решений, размещая их в Бюллетени и Вестнике. Различительные черты решений обоих региональных международных органов правосудия видны в том, что решение Суда ЕАЭС обязательное для тех субъектов, к которым оно относится непосредственно, а решение Суда ЕС обязательно к исполнению не только для участников рассмотренного дела, но и для всех государств ЕС и иных субъектов по сходным делам в будущем; в том, что Суд ЕС выносит решения по достаточно большому кругу вопросов, в частности, решения по признанию неверных решений институтов и должностных лиц Союза недействительными, решения по отрешению высоких должностных лиц в порядке импичмента, в то время как Суд ЕАЭС выносит решения в рамках узко предоставленной компетенции. Рассмотрены различительные элементы в выносимых Судом ЕАЭС и Судом ЕС постановлениях и заключениях. По всей статье сформулированы предложения по улучшению деятельности Суда ЕАЭС по вопросам вынесения решений и иных судебных актов.
ЕАЭО СОТЫНЬЩ ЖЭНЕ ЕО СОТЫНЬЩ ШЕШ1МДЕР1, ЦАУЛЫЛАРЫ МЕН ЦОРЫТЫНДЫЛАРЫ: ¥ЦСАС ЖЭНЕ АЙЫРУ БЕЛГ1ЛЕР1
Марат Алдангор^лы Сарсембаев
КР Зацнама жэне цуцыцтыц ацпарат институтыныц бас гылыми цызметкерi, з.г.д., профессор, Нур-Султан ц., Казахстан Республикасы; e-mail: daneker@mail.ru
Tymh создер: сот; шеш\м; цорытынды; цаулы; сот тврелт; сот актШ; шарт; статут; ерекше птр; судья; импичмент; адвокат; экзекватура; конвенция; интеграция.
Аннотация. Бул мацалада Еуразиялыц экономикалыц одац (ЕАЭО) Соты мен Еуропалыц Одац (ЕО) Соты цабылдайтын шешiмдердi, цаулыларды, цорытындыларды аналитикалыц пысыцтауды компаративистж цуцыцтыц негiзiнде талдау усынылады. Ек соттыц шешiм-дершде уцсас белгтер: мYдделi мYше мемлекеттер, ею интеграциялыц бiрлестiктердiц зацды жэне жеке тулгалары интеграциялыц институттар шешiмдерiнiц ею бiрлестiктiц цурыл-тай шарттарына цайшылыгы туралы арыздар мен талап-арыздар беруге цуцылы; ею сот тараптардыц вттш бойынша вздерi цабылдаган шешмдердщ мэшн тYсiндiруге уэкiлеттi, сондай-ац ею халыцаралыц сот инстанциясы да олар цабылдайтын шешiмдердiц мэттдерм Бюллетень мен Хабаршыга орналастыра отырып, кец журтшылыцца жетюзуге умтылады. Сот тврелтшц ею аймацтыц халыцаралыц органдары шешiмдерiнiц айырымдыц ерекшелк терi ЕАЭО Сотыныц шешiмi тжелей жататын субъекттер ушт мтдеттi, ал ЕО Сотыныц
Хальщаральщ щщьщ жэне салыстырмалы цщьщпюну
шешгмг царалган 1ст1ц цатысушылары ушгн гана емес, сонымен цатар ЕО барлыц мемлекет-mepi жэне болашацта уцсас iстер бойынша взге де субъектшер ушт де орындауга м1ндетт1; ЕО Соты айтарлыцтай улкен мэселе бойынша шeшiмдeр, атап айтцанда, Одац институт-тары мен лауазымды тулгаларыныц дурыс емес шeшiмдeрiн жарамсыз деп тану жвнiндeгi шeшiмдeр, импичмент тэртiбiмeн жогары лауазымды адамдарды кeтiру жвнiндeгi шeшiм-дер шыгарады, ал ЕАЭО Соты усынылган цузырет тар шецбертде шeшiмдeр шыгарады. ЕАЭО Соты мен ЕО Соты шыгарган цаулылар мен цорытындылардагы айырмашылыц эле-мeнттeрi царалды. Мацаланыц шецбертде шeшiм шыгару жэне басца да сот актшерт шыга-ру мэсeлeлeрi бойынша ЕАЭО Сотыныц цызметт жацсарту бойынша усыныстар жасалды.
JUDGEMENTS, RESOLUTIONS, OPINIONS CONCLUSIONS) OF THE EAEU COURT AND THE EU COURT: SIMILAR AND DISTINCTIVE FEATURES
Sarsembayev Marat Aldangoruly
Chief researcher of the Institute of Legislation and Legal Information of the Republic of Kazakhstan, Doctor of law, Professor, Nur Sultan city, Republic of Kazakhstan; e-mail: daneker@mail.ru
Keywords: judgment; decision; conclusion; resolution; justice; judicial act; treaty; statute; personal opinion; judge; impeachment; attorney; exequatur; convention; integration.
Abstract. In this paper we present analytical studies of the decisions, resolutions, conclusions, adopted by the Court of the Eurasian Economic Union (EAEU) and the Court of justice of the European Union (EU) on the basis of comparative legal analysis. Similar features in the judgements of both Courts were manifested in the fact that the interested member States, legal entities and individuals of both integration associations have the right to file applications and claims for noncompliance of the decisions of the integration institutions with the constituent agreements of both associations; that both Courts, at the request of the parties, are authorized to explain the essence of their judgements; and that both international courts seek to bring to the attention of the General public the texts of their judgements by posting them in their Bulletins. The distinctive features of the judgements of both regional international justice bodies can be seen in the fact that the decision of the EAEU Court is binding on those entities to which it relates directly, and the judgement of the EU Court is binding not only for the participants in the case, but also for all EU States and other entities in similar cases in the future; in the fact that the EU Court takes judgements on a fairly large range of issues, in particular, judgements on the recognition of incorrect decisions of the institutions and officials of the Union as void, judgements on the removal of high officials by impeachment, while the EAEU Court takes judgements within the narrowly granted competence. The distinctive elements in the judgments and opinions issued by the court of the EAEU and the Court of the EU are considered. The proposals to improve the activities of the EAEU Court on the issuance of decisions and other judicial acts are formulated in the whole article.
Практически все органы универсального и регионального международного правосудия при поступлении заявлений, исков, по завершении каждого дела, рассмотрения каждого материала, запроса выносят соответствующие постановления, решения, консультативные и обычные заключения. Не является исключением деятельность суда Евразийского экономического союза (ЕАЭС) и Суда Европейского союза (ЕС). Тем не менееб мы должны подчеркнуть, что в их деятельности, в выносимых ими решениях и иных актах есть не только сходные, но и различительные аспекты. Причем в сходный аспект могут быть внесены различия и наоборот, в различительном аспекте могут проявляться сходные элементы.
К аналогичным чертам принимаемых Судами соответствующих документов относятся
то, что 1) и этот и другой региональные международные суды принимают такой судебный акт, как решение; 2) решение обоих Судов является обязательным к исполнению документом теми государствами, юридическими лицами, в чей адрес выносилось решение.
К некоторому сходству следует отнести то, что государства, хозяйствующие субъекты и граждане могут подавать заявления и иски о несоответствии решений органов интегра-ций учредительным договорам обоих интеграционных объединений. Но здесь следует подчеркнуть, что Суд Европейского суда идет дальше, поскольку ему предоставлено право на вынесение решений при обжаловании действий и решений органов и должностных лиц Европейского союза, В компетенцию данного Суда входит рассмотрение дел о соответствии
учредительному договору ЕС нормативных и иных актов, принятых институтами Союза, действий и решений его должностных лиц. У Суда есть право на осуществление «конституционного контроля» любого нормативного акта, решения институтов ЕС и если требования истца будут признаны обоснованными, то на основании статьи 264 консолидированной версии Договора о функционировании Европейского союза от 5 марта 1957 года он может объявить тот или иной акт недействительным 1. Нельзя не сказать о том, что у Суда ЕАЭС на основании пунктов 104-112 его Статута есть право констатировать факт соответствия или несоответствия того или иного решения учредительным документам ЕАЭС, в то время как Суд ЕС имеет право объявить несоответствующий учредительному договору ЕС акт ничтожным, что означает прекращение его действия на всей территории Европейского союза. К тому же, Суд ЕАЭС не вправе выносить решения по поводу обжалования действий должностных лиц, в то время как у Суда ЕС такое право есть. Было бы желательно такое полномочие предоставить Суду ЕАЭС.
Сходство в сфере принятия решений обоих Судов видно в следующем. Статья 43 Статута Суда Европейского Союза закрепляет: «В случае возникновения трудностей в понимании смысла или сферы действия решения Суд разъясняет его по ходатайству одной из сторон или по ходатайству института Союза, обосновавших свою заинтересованность в подобном разъяснении»2. Аналогичное положение заложено в пункте 117 Статута Суда ЕАЭС: «Решение Суда может быть разъяснено без изменения его сущности и содержания только самим Судом по обоснованному ходатайству сторон по делу».
Аналогичным является то, что оба Суда публикуют свои решения. Так, пункт 116 Статута Суда ЕАЭС говорит: «Акты Суда подлежат опубликованию в официальном бюллетене Суда и на официальном интернет-сайте Суда»3. Все решения Суда переводятся на официальные языки Европейского союза и публикуются в «Вестнике Европейского суда». Но и здесь есть некоторое различие. Если Суд ЕАЭС переводит лишь некоторые судебные акты на государственные языки государств-членов евразийской интеграции, то Суд ЕС, как видим, все свои размещаемые в Вестнике решения переводит на все офи-
циальные языки Европейского союза. Суду ЕАЭС есть смысл заимствовать этот языковой опыт, который стал бы одним из признаков равноправия государств-членов евразийского союза.
Есть и сходство, и отличие: Суд Европейского союза обладает правом предваряющего контроля всех не вступивших в силу для Европейского союза международных договоров. Как говорится в статье 275 Договора о функционировании Европейского союза, до заключения, ратификации, до официального присоединения ЕС к договорам, которые Европейский союз желает заключить с зарубежными странами или международными организациями, любое государство-член европейской интеграции, Совет или Комиссия Европейского союза вправе запросить заключение Суда Европейского союза по поводу соответствия или несоответствия норм планируемого к подписанию и (или) присоединению договора, соглашения положениям учредительных договоров европейского объединения. Такое же полномочие имеет Суд Евразийского союза: на основании пункта 104 Статута «по заявлению государства-члена о соответствии международного договора» он выносит решение о его соответствии или несоответствии Договору о ЕАЭС. И здесь отличие обоих Судов проявляется в следующем. Суд ЕС в своем заключении отразил: если планируемый к заключению договор имеет значительное число недочетов, то такой договор может быть заключен только после внесения соответствующих дополнений и изменений в тексты учредительных договоров Европейского союза. Поскольку вносить правки в тексты учредительных договоров крайне затруднительно, составители договора обеих сторон прилагают максимум усилий для внесения поправок в текст самого международного договора, после чего у договора появляются значительные шансы к подписанию. Таких положений в полномочиях Суда ЕАЭС нет.
К различительным чертам судебных актов как Суда ЕАЭС, так и Суда ЕС следует отнести то, что решение Суда ЕАЭС как обязательное, ограничивается кругом тех субъектов, к которым оно напрямую относится, в то время как решение Суда ЕС становится обязательным к исполнению не только для тех субъектов права, которые инициировали рассмотрение дела, по которому Суд ЕС вы-
1 Consolidated version of the Treaty on the Functioning of the European Union -https://en.wikisource.org/wiki/ Consolidated_version_of_the_Treaty_on_the_Functioning_of_the_European_Union/.
2 The consolidated version of Protocol (No 3) on the Statute of the Court of Justice of the European Union, annexed to the Treaties, as amended by Regulation (EU, Euratom) No 741/2012.
3 The consolidated version of Protocol (No 3) on the Statute of the Court of Justice of the European Union, annexed to the Treaties, as amended by Regulation (EU, Euratom) No 741/2012. - https://curia.europa.eu/jcms/upload/docs/ application/pdf/2016-08/tra-doc-en-div-c-0000-2016-201606984-05 00.pdf.
Халыцаралыц щцыц жэне салыстырмалы щцыцтану
нес соответствующее решение, но и для всех государств и иных субъектов по сходным делам в будущем. Говоря другими словами, Суд ЕС отличается от Суда ЕАЭС тем, что его решения представляют собой не только правоприменительный акт, но и нормотворческий документ. Это означает, что Суд ЕС, являясь международно-региональным органом евро-пейско-континентального правосудия, даже в результате случившегося Брексита продолжает именно в этом вопросе руководствоваться предписанием англо-саксонского права в формате прецедентного права.
Суд ЕАЭС, созданный государствами, относящимися к европейско-континентальной правовой семье, исходит из постулата данной правовой семьи о том, что судебные решения не являются нормотворческими документами, а являются документами, актами, претворяющими в жизнь соответствующие нормы национального и интеграционного права. Кроме того, законодатели государств ЕАЭС, СНГ исходят из того, что абсолютно похожих дел не бывает, даже очень похожие дела всегда имеют различия. К тому же, законодательство часто изменяется и дополняется, поэтому по последующим сходным делам выносятся решения, часто не похожие на предыдущие решения. Об этом свидетельствует пункт 102 Статута Суда ЕАЭС: «Решение Суда не изменяет и (или) не отменяет действующих норм права Союза, законодательства государств-членов и не создает новых». И вот здесь следует отметить, что в силу подобных и иных обстоятельств Суду ЕС предоставлено право пересматривать свои прецеденты.
Второй различительной чертой решений этих Судов является то, что при составлении и подписании судебного решения Судом ЕАЭС допускается написание судьей (судьями) особого мнения по отношению к решению, с которым он (они) полностью или частично не согласны. При завершении составления решения Судом ЕС все судьи без исключения должны подписать данный судебный акт, причем права на частное (особое) мнение не имеет ни один несогласный судья. Это вытекает из содержания статей 2 и 36 Статута Суда ЕС, которые предписывают сохранять в тайне совещания Суда, а судье запрещают разглашать эту тайну. С одной стороны, такой подход можно оценить положительно, если исходить из того, что Суд ЕС должен выступать в качестве интегратора Европейского союза: эту миссию он может выполнять в том случае, если он сам подает пример единого в своих решениях судебного органа. С другой стороны, такой подход трудно приветствовать, поскольку отсутствие
права у судьи международного органа правосудия на особое мнение указывает на недостаточное наличие демократических принципов в деятельности Суда Европейского союза. Но исследователь А. Ван ден Берг, американские государственные деятели У Тафт, О. Холмс и их современные последователи считают, что особые мнения при вынесении судебных решений бесполезны, поэтому их следует запретить [1]. Они полагают, что «с одной стороны, данное правило может показаться недемократичным», пытаясь далее оправдать такой подход тем, что, с другой стороны, «принцип «тайны совещательной комнаты» — это единственная реальная возможность «в корне» пресечь воздействие на судей и критику их за вынесенные решения». И далее выстраивают аргумент о том, что «когда Суд принимает решения «против» определенного государства-члена трудно представить, что судья, имеющий гражданство этой страны, осмелился бы проголосовать вопреки интересам своего правительства, не будь его мнение скрыто «тайной совещательной комнаты»4. И следует несколько неуклюжее оправдание поведения такого судьи под предлогом обеспечения «главной гарантии независимости судей, беспристрастности судебного разбирательства и объективности решений Суда». Но чтобы не ставить такого судью в неловкое положение, проще принять в регламентных документах Суда норму о целесообразности отсутствия судьи в совещательной комнате, где готовят решение с участием государства или представителей государства, гражданином которого данный судья является.
Между тем, право на индивидуальное суждение у судей Суда ЕАЭС есть. Причем судьям этого судебного органа предоставлено право на особое мнение не только на выносимые Судом решения, но и на выносимые также Судом консультативные заключения. За период существования Суда ЕАЭС с 2015 года по настоящее время судьи Суда ЕАЭС представили 31 особое мнение к вынесенным Судом ЕАЭС консультативным заключениям, к представленным жалобам и заявлениям участников процесса данного Суда. Особые мнения позволяют взглянуть на те или иные проблемы спора, запроса с разных точек зрения, содействуют той стороне дела, которая обжалует данное решение в Апелляционную палату Суда, которая, приняв во внимание изложенные в особом мнении аргументы, может вынести другое, более взвешенное решение.
Решения обоих Судов осуществляются на основе процессуальных норм того государства, в которой данное решение должно быть
4 Подробно см.: Судебная система Европейского союза. Доступно на: https://studme.org/247189/pravo/ evropeyskogo soyuza. Дата обращения: 22 июля 2019 года.
98
исполнено. Обязательность исполнения решений Суда ЕС восходит к Римскому договору о Европейском экономическом сообществе от 5 марта 1957 года, статья 280 которого заложила норму о том, что «решения Суда Европейского союза обладают исполнительной силой». При таком подходе решения Суда ЕС на всей территории европейского интеграционного пространства исполнялись и исполняются.
Как быть, если решение того и другого Суда не исполняется? Пункт 114 Статута Суда ЕАЭС в таких случаях предлагает, чтобы заинтересованное государство-член обратилось «в Высший Евразийский экономический совет с целью принятия необходимых мер, связанных с его исполнением». А пункт 115 в случае неисполнения Евразийской экономической комиссией решения Суда «хозяйствующий субъект вправе обратиться в Суд с ходатайством о принятии мер по его исполнению». На этом действие нормы евразийского права приостанавливается. В этой связи непонятно, каким образом можно добиться исполнения судебного решения, если руководящий орган ЕАЭС и сам Суд не могут этого сделать. А у Суда ЕС есть серьезное средство, которое побуждает недобросовестную сторону исполнить судебное решение. В соответствии со статьей 260 Договора о функционировании Европейского союза Суд ЕС имеет право оштрафовать государство за то, что оно не выполнило его решений. Если государство-член и после этого не выполнило решения Суда, оно рискует быть оштрафованным в виде единовременной суммы или неустойки. У Суда ЕАЭС такого полномочия нет, но оно должно быть предоставлено.
Есть еще одно различие, мимо которого нельзя пройти. Суд ЕС уполномочен выносить решения об отрешении от должности должностных лиц Европейского Союза. Другими словами, ему предоставлено исключительное право привлекать к ответственности высших и иных должностных лиц Союза в виде своеобразного «импичмента» за совершение ими грубых нарушений норм европейского права. В принудительную отставку Суд может отправлять членов этого же Суда, омбудсме-на, аудиторов Палаты аудиторов ЕС, членов исполнительного совета Европейского центрального банка. У Суда ЕАЭС полномочий по вынесению таких решений нет. Это можно назвать существенным различием в полномочиях по вынесению решений Судом Европейского союза и Судом Евразийского союза. Необходимо изучить данный европейский опыт на предмет его возможного заимствования [2].
В структуре Суда Европейского союза есть одна особенность, имеющая отношение к вынесению решения. В Суде ЕС работают 28 судей (по одному от каждого государства-чле-
на), а также 11 генеральных адвокатов. Термин «адвокат», «генеральный адвокат» в данном случае не имеет отношение к защитнику лица, совершившего преступление, а также к представителю интересов в гражданском процессе. Под генеральными адвокатами в Суде Европейского суда понимают профессионально подготовленных юристов, оказывающих содействие судьям в подготовке соответствующего текста решения по рассматриваемому делу. Это вытекает из содержания статьи 252 Договора о функционировании Европейского союза, в котором закреплена обязанность генерального адвоката действовать «беспристрастно и независимо, представить в открытом суде мотивированное заключение по делу, внесенному на рассмотрение Суда, с целью оказания содействия Суду в выполнении его задачи». Генеральному адвокату вменяется в обязанность в своем заключении более подробно по сравнению с объемом судебного решения аналитически излагать каждое обстоятельство дела. В заключении генеральный адвокат представляет Суду свои рекомендации по разрешению рассмотренного дела. При этом надо отметить, что судьи не обязаны следовать логике заключения генерального адвоката. Часто мнения адвокатов и судей совпадают, но нередко выводы судей оказываются другими. Бывают случаи, когда Суд принимает решение без участия генеральных адвокатов. Об этом говорит статья 20 Статута Суда Европейского союза. У Суда ЕАЭС такой особенности нет. В суде ЕАЭС по итогам рассмотрения дела решение принимают судьи сами в разных составах, общее количество которых составляет 10 человек (по 2 представителя от каждого государства-члена ЕАЭС).
Есть смысл выяснить, может ли Суд ЕС принимать такие же рекомендательные консультативные заключения, как это делает Суд ЕАЭС?
Суд евразийского объединения разработал и принял не менее 20 консультативных заключений. Хотя консультативные заключения международных судов носят рекомендательный характер, тем не менее они достаточно полезны как для инициаторов таких заключений, так и для всех государств-членов соответствующей интеграции. Практическая польза такого заключения состоит прежде всего в том, что приведенные в заключении законы, международные договоры и соглашения, их статьи и нормы, обоснованные с учетом вопросов, представленных в запросе, носят обязательный характер, не исполнить которые практически невозможно. Кроме того, юридические и физические лица государств-участников интеграции в аналогичных обстоятельствах в будущем будут сообразовывать свои действия, поведение с учетом предложений и рекомендаций этих консуль-
Хальщаральщ щщьщ жэне салыстырмалы цщьщпюну
тативных заключений. Что касается Суда ЕС, то ни в одной из 64-х статей его Статута, ни в одной из посвященных Суду ЕС 30 статей (251-281) Договора о функционировании Европейского союза не говорится о том, что данный Суд имеет право составлять и принимать консультативные заключения [3].
Теперь надо рассмотреть еще один судебный акт Судов ЕАЭС и ЕС под названием «постановление». Хотя этот и тот Суды принимают постановления, тем не менее каждый Суд вкладывает свое понимание этого судебного акта. Статут Суда ЕАЭС пунктом 95 установил, что в оговоренные Регламентом сроки Суд «принимает по процедурным вопросам деятельности Суда постановления, включая постановления: 1) о принятии либо об отказе в принятии заявления к производству; 2) о приостановлении или возобновлении производства по делу; 3) о прекращении производства по делу». Исходя из предписаний этого пункта, Суд ЕАЭС принял не менее 58 постановлений. Благодаря этим судебным актам суд вносил и вносит определенный порядок и дисциплинированность в работу данного органа правосудия. Суд Европейского союза принимает по запросам национальных судов стран-членов Европейского союза предварительные постановления о толковании учредительных документов европейской интеграции и нормативных правовых актов органов Европейского союза.
Суд Европейского союза отличается от Суда Евразийского союза еще и тем, что Суд ЕАЭС функционирует в рамках узкой компетенции: ему предписано заниматься только рассмотрением дел и вынесением по ним решений и консультативных заключений, в то время как Суд Европейского союза не ограничивается регулированием разногласий между государствами-членами интеграции, между государствами-членами и Европейским союзом, между Европейским союзом и юридическими, физическими лицами, в том числе сотрудниками его органов и подразделений, а выносит решение об импичменте в отношении высоких должностных лиц Союза, выносит решения, объединяющие национальные суды государств-членов ЕС, содействующие в осуществлении решений национальных судов на всей территории ЕС, сотрудничает с национальными судами. Суду ЕАЭС было бы желательно внимательно изучить этот опыт. Суд
ЕС выступает интегратором всех судов, создавая тем самым реальное единое судебное пространство. Этому содействует принятый 28 мая 2015 года Регламент Европейского союза о подсудности, признании и исполнении судебных решений по гражданским и коммерческим делам, который практически отменяет экзекватуру в Европе.
Это означает, что решение национального суда одного государства будет автоматически исполняться на территории всех других государств Европейского союза, поскольку теперь для исполнения решения национального суда не нужно будет ждать вынесения постановления национального суда других государств, чтобы признать решение национального суда первого государства и дать тем самым разрешение (экзекватуру) на его исполнение на территории других государств-членов ЕС. В силу своего статуса Суд Европейского союза осуществляет контроль за реализацией этого Регламента, содействуя тем самым исполнению судебных решений на всей территории ЕС. Похожий нормативный акт мог бы появиться и на пространстве ЕАЭС, который содействовал бы всем судам государств-членов ЕАЭС, Суду ЕАЭС в их сотрудничестве и в беспрепятственном исполнении их решений и иных судебных актов на всем едином пространстве ЕАЭС. Было бы также целесообразно в Казахстане принять нормативный акт, который детально регламентировал бы исполнение решений всех международных судов, в том числе международного регионального Суда Евразийского экономического союза на территории Казахстана.
В заключение, говоря о месте и роли Суда ЕАЭС и Суда ЕС каждого в своем интеграционном пространстве, следует подчеркнуть, что Суд ЕС является действительно независимым органом среди всех руководящих органов ЕС, играет судебно-интегрирующую роль в пространстве ЕС, при необходимости вправе на основе правовых актов ЕС корректировать деятельность руководящих органов ЕС. Суд ЕАЭС - практически подчиненный руководящим органам ЕАЭС судебный орган, не обладает правом коррекции деятельности органов ЕАЭС. Различие в статусе обоих судебных органов оказывает влияние на содержание решений, постановлений, заключений этих органов регионального международного правосудия.
ЛИТЕРАТУРА
1.Истлинов А.С. Orn6bie мжния в мeждунapодных cудaх: докmpuнa и npa^ma. Достуто Ha: https://www.hse.ru/data/2018/04/19/1150473740/%D0%B8%D1%81%D0% BF%D0%BE%D0%BB%D0 %B8%D0%BD%D0%BE%D0%B2.pdf. - С. 4, 6. Дama обpaщeнuя: 22 июля 2019 года.
2. Kомapовa Т.В. Суд Eвpоneйcкого cоюзa и eдuнcmво cудeбной npaкmuкu // Совpeмeнноe npaво. -2013. - № 11. - С. 143-148.
3. Heшamaeвa Т.Н., Дьячeнко E.Б., Мысливский П.П. Eвpaзuйcкaя uнmeгpaцuя: pоль Судa (моно-гpaфuя) /Подpeд. д.ю.н., npоф. Т.Н. Heшamaeвой. - Mоcквa: Сmamуm, 2015. - 304 с.
REFERENCES
1. Ispolinov A.S. Оsоbye mneniya v mezhdunarodnych sudach: dоktrina ipraktika. Dоstupnо na: https:// www.hse.ru/data/2018/04/19/1150473740/%D0%B8%D1%81%D0% BF%D0%BE%D0%BB%D0%B8%D 0%BD%D0%BE%D0%B2.pdf. - С. 4, 6. Data оbrascheniya: 22 iyulya 2019 goda.
2. Коmarüva Т. V. Sud Evrüpeyskogo süyuza i edinsШ sudebnüy praktiki // Sövremennae pravü. - 2013. - No 11. - S. 143-148.
3. Neshataeva T.N., Dyachento E.B., Myslivskiy P.P. Evraziyskaya integratsia: гоГ Suda (münügraphiya) / Pоd red. d.j.n., pwf. T.N. Neshataevоy. - Moskva: Statut, 2015. - 304 s.
УДК: 339.923 (075.8)
THE CORRELATION BETWEEN SOVEREIGNTY AND SUPRANATIONALITY IN THE CONTEXT OF INTEGRATION PROCESSES WITHIN THE EAEU AND THE EU
Menzyuk Galina Anatolyevna
Dean of the Faculty of Business, Law and Pedagogy Kazakh-American Free University, Ph.D., Associate Professor KKSON Ust-Kamenogorsk, Republic of Kazakhstan, e-mail: menzjuk@mail.ru
Gavrilova Julia Alexandrovna
Head of the Department of Law and International Relations Kazakh-American Free University, Ph.D. Ust-Kamenogorsk, Republic of Kazakhstan, e-mail: gavriloyuliya@yandex.kz
Umitchinova Botagoz Aspandiarovna
Doctoral student of the specialty «Jurisprudence» Kazakh-American Free University, Ust-Kamenogorsk, Republic of Kazakhstan, e-mail: umitchinova.botagoz@mail.ru
Keywords: sovereignty; supranational; acquis communautaire; integration processes; national security; international organization.
Abstract. The article provides a comparative analysis of the legal nature of the Eurasian Economic Union and the European Union in the context of the balance between state sovereignty and supranationality in the framework of integration processes. The relevance of the issue lies in the problem of limiting sovereignty when states join international organizations, which is not always in the national interests of these states. The conceptual basis for studying the issue was the principle of the functioning of the European Union - the acquis communautaire, the essence of which boils down to the fact that member states must adopt the norms of constituent acts, internal EU law, as well as EU international treaties with third countries. The authors concluded that the significant differences between the legal systems of the EU and the EAEU (including different degrees of supranationality, a strictly normative understanding of the content of constituent documents, enshrining in the constitutions of the transfer ofpart of the sovereign rights to an international organization) do not provide a basis for applying the concept of Acquis in relation to the EAEU in full. Taking into account the negative modern disintegration processes within the EU, the EAEU member states should maintain a balance in combination of the means of national and international legal regulation and develop internal mechanisms to protect the rights and interests of the member states.