УДК: 376.2, 376.3
ББК 4430 ГСНТИ 14.29.41 Код ВАК 13.00.03
В. 3. Кантор
Санкт-Петербург, Россия
РЕАБИЛИТАЦИОННЫЙ ПОТЕНЦИАЛ ИНВАЛИДОВ:
К ПРОБЛЕМЕ СИСТЕМНОГО ПЕДАГОГИЧЕСКОГО АНАЛИЗА
Аннотация. В статье представлена педагогическая структура реабилитационного потенциала инвалидов, раскрываются сущностные педагогические характеристики его компонентов и системно определяются педагогические условия его реализации.
Ключевые слова: реабилитационный потенциал, инвалиды, компоненты реабилитационного потенциала, педагогическая реабилитация.
Сведения об авторе: Кантор Виталий Зорахович, доктор педагогических наук.
Место работы: проректор по учебной работе, профессор кафедры основ коррекционной педагогики Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена, Санкт-Петербург.
Контактная информация: 91186,
e-mail: kantor@herzen.spb.ru
В последние десятилетия в дефектологии формируется представление о педагогической реабилитации инвалидов как педагогической деятельности, предполагающей поэтапное повышение степени их социальной дееспособности в сферах труда, быта и культуры.
Это представление базируется на социально-политическом понимании реабилитации инвалидов в целом, т. е. на понимании ее в качестве особого компонента социаль-
© Кантор В. З., 2012
V. Z. Kantor
St. Petersburg, Russia
REHABILITATION POTENTIAL OF DISABLED:
TO THE PROBLEM OF SYSTEMIC
PEDAGOGICAL ANALYSIS
Abstract. Pedagogical structure of rehabilitation potential of disabled is presented in the article, essential pedagogical characteristics of its components are described, pedagogical conditions of its realization are found.
Key words: rehabilitation potential, disabled, rehabilitation potential components, pedagogical rehabilitation.
Kantor Vitaly Zorakhovich, Doctor of Pedagogy.
Place of employment: Vice-rector for Academic Activity, Professor of the Chair of the Basics of Special Education, A.I. Herzen State Pedagogical University of Russia, St. Petersburg.
Санкт-Петербург, наб. р. Мойки, д. 48
ной политики государства, «замкнутого» на инвалидах как специфической категорию граждан.
При таком понимании реабилитация инвалидов предстает как трехмерное явление, обнаруживая, во-первых, морфологическое измерение, при рассмотрении в котором определяются основные содержательные направления реабилитации — социально-трудовая, социально-бытовая и социально-культурная реабилитация, во-вторых,
динамическое измерение, при рассмотрении в котором различаются основные этапы или качественные уровни реабилитации — первоначальная, элементарная и полная реабилитация, и, наконец, в-третьих, технологическое измерение, при рассмотрении в котором четко дифференцируются основные виды реабилитационной деятельности — медицинская реабилитация, инженерная (техническая) реабилитация, психологическая реабилитация и педагогическая реабилитация.
Тем самым педагогическая реабилитация инвалидов представляет собой своего рода деятельностный педагогический «срез» всей их реабилитации в целом [8].
На этой концептуальной основе должен быть сделан следующий принципиально важный для дефектологии шаг — выработано педагогическое понимание реабилитационного потенциала инвалидов.
Реабилитационный потенциал инвалидов выступает как интегральная характеристика их реабилитационных возможностей, отражающая диалектическое единство интернального и экстернального начал, т.е. имеющегося у инвалидов внутреннего ресурса реабилитации и средовых условий жизнедеятельности инвалидов.
Именно такой взгляд на реабилитационный потенциал зафиксирован в существующих его дефинициях при всех различиях между ними [2; 11; 18 и др.].
Признание двуединства соответствующих внутренних и внешних детерминант реабилитационно-
го потенциала инвалидов, с одной стороны, отражает диссеминацию принципиально новой «философии» реабилитации инвалидов, в рамках которой соответствующие вопросы рассматриваются в контексте взаимосвязей в системе «человек с нарушениями в развитии — внешняя среда», а с другой — корреспондирует с тем основополагающим для дефектологии и восходящим еще к Л. С. Выготскому пониманием сущности дефекта, когда констатируется «неодинаковость» одного и того же психофизического нарушения в разной социальной среде и фактически признается, что «дефект — это прежде всего социальная, а не органическая ненормальность поведения. Телесный недостаток вызывает у окружающих определенную установку по отношению к человеку с дефектом. Именно она, а не сам по себе этот недостаток влияет на характер психологических отношений к ребенку с пораженными органами чувств» [22, с. 142].
Коль скоро педагогическая реабилитация инвалидов являет собой специфическую педагогическую деятельность, то перенос этих представлений о реабилитационном потенциале инвалидов в собственно педагогическую плоскость требует опоры на ту концептуальную педагогическую модель, которая бы, отражая сущность педагогической деятельности как таковой, позволила «свести воедино» внутренние и внешние педагогические детерминанты реабилитации лиц с ограниченными возможностями здоровья.
Именно такой моделью служит модель педагогической системы, построенная Н. В. Кузьминой в рамках осмысления сущностных характеристик педагогической деятельности. Предложенная уже несколько десятилетий назад и затем дорабатывавшаяся и корректировавшаяся данная модель, в полной мере сохраняя свою концептуальную значимость и для современной педагогики [3], описывает педагогическую систему как единство целевого, содержательного, объектного, субъектного и инструментального структурных компонентов, находящихся во взаимосвязи и взаимозависимости [12; 13 и др.].
На этой основе становится возможным сформировать целостное педагогическое представление о реабилитационном потенциале инвалидов. Исходной здесь является та логическая посылка, что в объектном компоненте, т.е. в объекте педагогической реабилитации, в «снятом виде» воплощается внутренний реабилитационный ресурс, а остальные компоненты — цель, содержание, субъект и средства — отражают внешние педагогические условия, определяющие возможность актуализации и реализации данного ресурса и достижения инвалидами максимального уровня социальной дееспособности.
И ключевое значение в данном контексте приобретает выработка адекватных позиций, прежде всего, в отношении объектного компонента.
Проблема состоит в том, что в рамках существующих подходов к определению реабилитационного
потенциала, и это четко фиксируется в соответствующих дефинициях, объект реабилитации рассматривается исключительно в индивидуальной плоскости, когда речь идет о «человеке», «больном» и т. п.
Между тем такая постановка вопроса не отражает реальное положение вещей.
Как известно, объектом социальной политики выступают не только отдельные индивиды, но и социальные общности и общество в целом [см., напр.: 4]. Исходя из этого ведется и разработка проблем социальной политики в отношении лиц с ограниченными возможностями здоровья [15]. Коль скоро же реабилитация лиц с ограниченными возможностями здоровья представляет собой явление социальной политики, то, следовательно, и в качестве ее объекта должны полагаться не только инвалиды, взятые в отдельности, но и их социальные группы.
Иначе говоря, как объект реабилитации инвалиды предстают в трех социально-уровневых измерениях.
Первое из них характеризует действительно индивидуальный уровень функционирования инвалида в основных сферах социальной практики — в социально-трудовой сфере, в социально-бытовой сфере (сфере домашнего и общественного быта) и в социально-культурной сфере (сфере культурного производства и потребления).
В то же время, однако, в качестве объекта реабилитации инвалиды закономерно оказываются пред-
ставленными и на уровне малой социальной группы, причем в каждой из основных сфер социальной практики инвалидов обнаруживается соответствующий вид коллектива: в социально-трудовой сфере таковым является производственный коллектив, в социальнобытовой сфере — семья инвалида, а в социально-культурной сфере — культурно-досуговый коллектив.
Наконец, в-третьих, как объект реабилитации инвалиды выступают и на еще более высоком уровне социальной организации — уровне большой социальной группы (групповой общности). В этом смысле весьма показательна, например, аргументированная постановка в реабилитационном контексте вопроса о художественной культуре социальной общности инвалидов по зрению [7, с. 73—133] или о сообществе неслышащих, причем применительно к последнему особо подчеркивается, что «сообщество глухих в принципе несводимо к сумме индивидов, хотя, разумеется, между сообществом и его членами существует самая тесная связь и зависимость» [16, с. 18].
Следовательно, и как объект педагогической реабилитации инвалиды со всей очевидностью предстают в трех аналогичных социально-уровневых измерениях, с учетом чего становится возможным выработать понимание соответствующих сущностных характеристик внутреннего реабилитационного ресурса инвалидов.
Что касается индивидуального уровня (микроуровня педагогиче-
ской реабилитации), то искомые характеристики должны комплексно отражать статус инвалида в единстве биологических и социальных начал. Речь — в соответствии с современными философско-психологическими взглядами [19, с. 5— 61] — идет о «параметрах» человека с инвалидностью и как биологического индивида, и как социального индивида, и как личности1.
Основой определения этих параметров в их системе могут служить сформированные К. К. Платоновым представления о так называемой динамической функциональной психологической структуре личности. В окончательном варианте ее описания в ней выделяются четыре подструктуры, дифференцируемые по критерию обратной пропорциональности градиентов их социальной и биологической обусловленности: подструктура
направленности (влечения, желания, интересы, склонности, идеалы, мировоззрение и убеждения личности), подструктура опыта (знания, навыки и умения, привычки), подструктура психического отражения (память, эмоции, ощущения, мышление, восприятие, чувства, воля) и, наконец, подструктура типологических свойств личности (особенности темперамента) [14, с. 138— 140].
Данная структурная модель еще на первых этапах разработки
1 В медико-социальной литературе соответствующий вопрос ставился внешне сходным образом, однако концептуальные основания и результаты его решения нуждаются в уточнении [5].
вызывала критику с точки зрения ее концептуального базиса, ибо сводила в одну плоскость с социально детерминированными качествами человека и чисто психологические, и биологически детерминированные его качества, в действительности отнюдь не рядоположенные с ними и, главное, заведомо не характеризующие человека как личность, т.е. как плод социализации [см., напр.: 6, с. 257].
Однако критика в адрес сконструированной К. К. Платоновым модели вполне может быть дезавуирована, если исходить из того, что последняя представляет собой не структурную модель личности, а структурную модель психики. Более того, эта модель отражает психическую организацию человека во всех его трех «ипостасях»: подструктура типологических свойств психологически характеризует человека как биологического индивида, подструктура отражения и в особенности подструктура опыта — как социального индивида, а подструктура направленности, бесспорно, — как личность.
И именно при таком ее понимании данная модель служит основой для выработки системного представления о внутреннем реабилитационном ресурсе инвалида в индивидуально-педагогическом его измерении, ибо становится очевидным, что он определятся:
- своеобразием темперамента инвалида1;
1 В частности, в плане социальнокультурной реабилитации принципиальное
- сохранностью отражательных способностей инвалида, «адресно» востребуемых в сферах труда, быта и культуры;
- возможностью формирования у инвалида специфических компенсаторных умений, навыков, а также знаний и привычек, необходимых для осуществления трудовой, социально-бытовой и социокультурной деятельности;
- спецификой ценностно-смысловых ориентаций инвалида применительно к труду, быту и культуре.
Что касается, далее, уровня малой социальной группы (мезо-уровня педагогической реабилитации), то сущностные педагогические характеристики реабилитационного потенциала инвалидов, отражающие интернальные детерминанты их реабилитации, уясняются в опоре на критерий зрелости такой группы, как коллектива.
И ключевое значение здесь приобретает параметрическая теория коллектива, разработанная в рамках научно-психологической школы Л. И. Уманского [см., напр.: 21] и востребованная современной педагогикой [17].
В русле этой теории в психологической структуре группы выделяются три блока: «общественный» блок с подструктурами социальной направленности, организованности и подготовленности,
«личностный» блок с подструкту-
значение приобретает то, относится ли инвалид по типу высшей нервной деятельности к «художникам» [см., напр.: 9, с. 257].
рами интеллектуальной, эмоциональной и волевой коммуникативности и блок общих качеств (инте-гративность, микроклимат, рефе-рентность, лидерство, интрагруп-повая активность, интергрупповая активность).
Качественные характеристики этих блоков, позволяя оценить степень социальной зрелости группы, и выступают, будучи рассмотренными применительно к производственному коллективу, семье и культурно-досуговому коллективу инвалидов, в качестве внутренних детерминант их реабилитационного потенциала на уровне малой социальной группы. Иными словами, в данном измерении реабилитационный потенциал инвалидов определяется:
- социальной ценностью актуальных для производственного коллектива, семьи и культурнодосугового коллектива инвалидов групповых целей, мотивов групповой деятельности и групповых норм, а также уровнем групповой самоуправляемости и групповой подготовленности к осуществлению трудовой, социально-бытовой и социокультурной деятельности;
- спецификой социальной перцепции, межличностных эмоциональных связей в производственном коллективе, семье и культурнодосуговом коллективе инвалидов и их групповой стрессоустойчиво-стью;
- мерой единства и общности инвалидов как членов производственного коллектива, семьи и культурно-досугового коллектива друг
с другом, оптимальностью самочувствия каждого инвалида в производственном коллективе, семье и культурно-досуговом коллективе, степенью принятия инвалидами группового эталона производственного коллектива, семьи и культурно-досугового коллектива, степенью влияния актива на производственный коллектив, семью и культурно-досуговый коллектив инвалидов в процессе реализации групповых задач, а также мерой активизации производственным коллективом, семьей и культурно-досуговым коллективом входящих в него инвалидов и степенью влияния данного коллектива на другие аналогичные группы в масштабах групповой общности инвалидов в целом.
Что же касается, наконец, уровня самой групповой общности (макроуровня педагогической реабилитации), то ключ к пониманию соответствующих сущностных педагогических характеристик внутреннего реабилитационного ресурса инвалидов содержится в представлениях о структуре психологии большой социальной группы как таковой.
В качестве основных элементов данной структуры выступают, во-первых, психический склад как более устойчивое образование и, во-вторых, эмоциональная сфера как более подвижное динамическое образование [1].
Значит, с учетом номенклатуры входящих в эти образования психологических субстанций [1] интернальный реабилитационный
ресурс групповой общности инвалидов в педагогическом плане определяется:
- спецификой социального характера групповой общности инвалидов, а также укорененных в ней нравов, обычаев, традиций, вкусов и т. п.;
- своеобразием потребностей, интересов, настроений, актуальных для групповой общности инвалидов в целом.
Между тем внесение ясности в вопросы, лежащие в объектной плоскости, позволяет выработать адекватные позиции и применительно к тем компонентам реабилитационного потенциала инвалидов, которые отражают соответствующие внешние педагогические условия.
Прежде всего это касается субъектного компонента, причем очевидно, что коль скоро объект педагогической реабилитации предстает на трех уровнях социальной организации, то «симметричную», трехуровневую, структуру должен иметь и ее субъект.
На микроуровне педагогической реабилитации в качестве субъекта выступает педагог-реаби-литолог, работающий с инвалидом в социально-трудовой, социальнобытовой и социально-культурной сферах. Следовательно, с этой точки зрения реабилитационный потенциал инвалидов определяется степенью сформированности у данного педагога и мерой реализации им специальных профессиональных компетенций в их комплексе [10].
На мезоуровне как субъект педагогической реабилитации пред-
стает актив тех основных групп, членами которых инвалиды являются в сферах труда, быта и культуры, и, таким образом, его действенностью здесь и детерминируется в педагогическом плане реабилитационный потенциал инвалидов. При этом актив в данном случае должен пониматься в контексте актуальных для современной педагогики идей А. С. Макаренко о групповом развитии, когда последнее по существу подразумевает разрастание актива до масштабов всей группы в процессе ее становления коллективом [17]. Тем самым применительно к педагогической реабилитации инвалидов отчетливо проявляются универсальные педагогические закономерности, касающиеся диалектики объект-субъ-ектных отношений.
Наконец, на макроуровне педагогической реабилитации инвалидов в качестве ее субъекта со всей очевидностью выступает общество в целом, которое через свои специальные институты должно реализовывать педагогически целесообразную политику в области трудоустройства и занятости, политику в области бытового обслуживания и культурную политику в отношении инвалидов. Широтой сети таких институтов и эффективностью их функционирования и определяется на данном уровне реабилитационный потенциал инвалидов в педагогическом его из-мерении1.
1 Настоящая структурная схема, бесспорно, содержит известную долю услов-
Что касается педагогического понимания целевого компонента реабилитационного потенциала инвалидов, то очевидно, что цель здесь должна представать как своего рода педагогический «срез» или аспект общей целевой установки реабилитации инвалидов.
Данная целевая установка, в свою очередь, может быть определена лишь в опоре на ту научную категорию, которая удовлетворяла бы следующим трем требованиям.
Во-первых, она должна носить общесоциологический характер,
обеспечивая тем самым рассмотрение специфических социальных проблем инвалидов в контексте задач социальной политики общества в целом. Во-вторых, необходимо, чтобы эта категория фиксировала и отражала всю совокупность освоенных и используемых инвалидами форм и способов социальной жизнедеятельности, типичные черты их поведения и общения в сферах труда, быта и культуры, а также особенности склада их мышления. И, наконец, искомая категория должна быть применимой ко всем трем социально-уровневым измерениям, в которых инвалиды предстают как объект реабилитации,
ности, ибо в реальности субъект-объектное взаимодействие осуществляется не только строго в горизонтальных плоскостях, т. е. между субъектом и объектом педагогической реабилитации, относящимися к одному уровню социальной организации, но и в «перекрестном» режиме. Однако для решения аналитических задач эта схема оказывается весьма продуктивной.
т. е. воплощать диалектику индивидуального и социально-группового.
Этим требованиям в их комплексе в полной мере удовлетворяет категория «образ жизни» [см., напр.: 20], что позволяет полагать в качестве цели реабилитации инвалидов в целом обеспечение их способности и готовности к реализации нормативного для конкретно-исторических условий образа жизни.
Коль скоро же «образ жизни имеет и свою экономическую сторону, охватываемую понятием
“уровень жизни”, и социально-психологическую, связанную с особенностями поведения и общения личности и социальных групп, фиксируемыми понятием “стиль жизни”» [20, с. 28], то именно категория «стиль жизни» и становится базовой для уяснения цели педагогической реабилитации инвалидов, ибо описываемые ею феномены как таковые — поведение и общение — могут и должны рассматриваться не только в социально-психологической, но и в педагогической плоскости.
Следовательно, с точки зрения целевого компонента реабилитационный потенциал инвалидов определяется мерой воплощения по отношению к ним целевой установки на обеспечение их способности и готовности к реализации в сферах труда, быта и культуры стиля жизни, адекватного стилю жизни остальных граждан общества.
В свою очередь, подобное понимание целевого компонента реабилитационного потенциала инвалидов в педагогическом его изме-
рении позволяет разрешить и вопрос о его содержательном компоненте: очевидно, что в качестве такового выступают актуальные для сфер труда, быта и культуры социальные нормы, интериориза-ция которых инвалидами и обеспечивает реализацию ими нормативного стиля жизни и которые соответственно должны транслироваться субъектом педагогической реабилитации ее объекту. Тем самым с данных позиций реабилитационный потенциал инвалидов определяется адекватностью номенклатуры социальных норм, служащих предметом реабилитационно-педагогического взаимодействия.
С учетом этого становится возможным выработать четкие позиции и в отношении инструментального компонента реабилитационного потенциала инвалидов, ибо фактически речь здесь идет о педагогических средствах трансляции требуемых социальных норм, т.е. о тех педагогически организуемых видах деятельности, в которые целенаправленно вовлекаются инвалиды для достижения соответствующего реабилитационного эффекта.
Применительно к сфере труда это профессиональное образование, применительно к сфере быта — социально-бытовое образование,
а применительно к сфере культуры — культурно-просветительная работа. Следовательно, с точки зрения инструментального компонента реабилитационный потенциал инвалидов в педагогическом плане определяется реабилитаци-
онной направленностью и взаимосвязью профессионального образования, социально-бытового образования и культурно-просветительной работы в процессе реабилитации.
Итак, опора на концептуальную модель педагогической системы позволяет комплексно осмыслить сущностные педагогические характеристики реабилитационного потенциала инвалидов.
Литература
1. Андреева, Г. М. Социальная психология / Г. М. Андреева. — М. : Аспект Пресс, 2006.
2. Белов, В. П. Реабилитационный потенциал хронически больного: анализ, содержание, оценка / В. П. Белов, В. А. Вечканов, И. Н. Ефимов // Врачебно-трудовая экспертиза. Социально-трудовая реабилитация инвалидов. — М., 1975. — Вып. 2.
3. Бордовская, Н. В. Педагогика : учеб. для вузов / Н. В. Бордовская,
А. А. Реан. — СПб. : Питер, 2000.
4. Быкова, Л. Д. Содержательная модель региональной социальной политики // Л. Д. Быкова // Вестник Ом. ун-та. — 1997. — Вып. 2.
5. Войтенко, Р. М. Основы реабили-тологии и социальная медицина: концепция и методология / Р. М. Войтен-ко. — СПб. : Медея, 2007.
6. Каган, М. С. Человеческая деятельность (Опыт системного анализа) / М. С. Каган. — М. : Политиздат, 1974.
7. Кантор, В. З. Художественное развитие слепых и слабовидящих как проблема теории и практики тифлопедагогики : дис. ... д-ра пед. наук : 13.00.03 : защищена 16.10.1997 : утв. 20.02.1998 / Кантор Виталий Зорахо-вич. — СПб., 1997.
8. Кантор, В. З. Педагогическая деятельность в системе реабилитации лиц
с нарушениями в развитии / В. З. Кантор // Изв. Рос. гос. пед. ун-та имени
A. И. Герцена. — 2002. — № 2 (3).
9. Кантор, В. З. Художественный потенциал инвалидов по зрению как проблема реабилитационной тифлопедагогики и тифлопсихологии (методологический аспект) / В. З. Кантор // Изв. Рос. гос. пед. ун-та им. А. И. Герцена. — 2009. — № 100.
10. Кантор, В. З. Подготовка кадров для психолого-педагогической реабилитации инвалидов в системе уровне-вого профессионального образования: концептуальные аспекты и опыт /
B. З. Кантор // Проблемы подготовки специалистов в области реабилитации, профессиональной реабилитации и образования инвалидов с использованием инновационных технологий / СПб. гос. ин-т психологии и соц. работы. — СПб., 2010.
11. Коробов, М. В. Реабилитационный потенциал: вопросы теории и применения в практике медико-социальной экспертизы и реабилитации инвалидов / М. В. Коробов // Врачебнотрудовая экспертиза. Социально-трудовая реабилитация инвалидов. — М., 1995. — Вып. 17.
12. Кузьмина, Н. В. Социально-педагогические основы политической работы в производственных коллективах / Н. В. Кузьмина // Научные основы политической работы в массах. — Лениз-дат. — Л., 1972.
13. Кузьмина, Н. В. Профессионализм личности преподавателя и мастера производственного обучения /
Н. В. Кузьмина. — М. : Высш. шк., 1990.
14. Платонов, К. К. Структура и развитие личности / К. К. Платонов. — М. : Наука, 1986.
15. Романов, П. В. Политика инвалидности: социальное гражданство инвалидов в современной России / П. В. Романов, Е. Р. Ярская-Смирно-ва. — Саратов: Научная книга, 2006.
16. Свердлов, А. З. Социально-культурная деятельность и процесс духовного развития сообщества глухих / А. З. Свердлов. — СПб. : СПб. гос. ун-т культуры и искусств, 1999.
17. Сластенин, В. А. Педагогика : учеб. пособие / В. А. Сластенин, И. Ф. Исаев, Е. Н. Шиянов. — М. : Академия, 2002.
18. Старобина, Е. М. Реабилитация инвалидов : слов. основных терминов и понятий / Е. М. Старобина, Е. О. Гор-диевская, К. А. Каменков, А. Г. Рябо-конь, С. А. Стеценко, К. К. Щербина / СПб. : Комитет по труду и соц. защите населения СПб., 2005.
19. Столин, В. В. Самосознание личности / В. В. Столин. — М. : Моск. ун-т, 1983.
20. Толстых, В. И. Образ жизни. Понятие. Реальность. Проблемы / В. И. Толстых. — М. : Политиздат, 1975.
21. Уманский, Л. И. Психология организаторской деятельности школьников / Л. И. Уманский. — М. : Просвещение, 1980.
22. Ярошевский, М. Г. Л. С. Выготский: в поисках новой психологии / М. Г. Ярошевский. — СПб. : Изд-во Междунар. фонда истории науки, 1993.