6. Смысл жизни и акме (из истории симпозиумов). Научно-документальный фильм / Карпова Н.Л., Шувиков А.И., Семенюкова Е.С., Брагинец Е.И. М.: ПИ РАО, 2015. https://www.pirao.ru
7. Школа В.Э. Чудновского: психология смысла жизни. Коллективная монография / Ред. Т А. Попова, Н.Л. Карпова, Г.А. Вайзер, К.В. Карпинский. М.: ПИ РАО, 2020. В печати.
УДК 159.9
РАЗВИТИЕ ЛИЧНОСТИ КАК АГЕНТИВНЫЙ ПРОЦЕСС: ФОРМЫ И УРОВНИ СУБЪЕКТНОЙ ДЕТЕРМИНАЦИИ
К.В. Карпинский, доктор психологических наук, профессор, заведующий кафедрой экспериментальной и прикладной психологии Гродненского государственного университета им. Я. Купалы, Республика Беларусь, г. Гродно, ул. Ожешко, 22, karpkostia@tut.by
Аннотация.
Изложены результаты теоретического анализа субъектной детерминации психического развития человека. Выделены три формы такой детерминации, каждой из которых соответствуют специфические механизмы и закономерности обусловливания психического развития субъектной активностью человека. Первая форма субъектной детерминации представлена деятельностью как процессом субъект-объектного взаимодействия человека с миром, которое непосредственно преобразует мир, а опосредованно - действующего субъекта. Вторая форма субъектной детерминации представлена саморегуляцией как процессом субъект-объектного взаимодействия человека с собственной деятельностью, которое изменяет не только структуру, динамику и продуктивность деятельности, но и регулирующего ее субъекта. Третья форма субъектной детерминации представлена самодетерминацией как процессом субъект-объектного взаимодействия субъекта с самим собой как носителем отдельных психических регуляторов и целостной системы саморегуляции деятельности. Эта последняя форма является функционально высшей и соответствует саморазвитию - целенаправленной и планомерной активности субъекта, направленной на формирование, сохранение, совершенствование одних индивидуально-психологических свойств, а также на ослабление и изживание других свойств.
Ключевые слова: психическое развитие, личность, субъектная детерминация, деятельность, саморегуляция, самодетерминация.
PERSONALITY DEVELOPMENT AS A SELF-DETERMINED PROCESS: FORMS AND LEVELS OF AGENTIVE DETERMINATION
K.V. Karpinski Doctor of Science (Psychology), Professor, Head of Experimental and Applied Psychology Department,Yanka Kupala State University of Grodno,Belarus, Grodno, Ozheshko str., 22 karpkostia@tut.by
Abstract.
The results of a theoretical analysis of the agentive determination of human development are presented. Three forms of such determination are distinguished, each of which corresponds to specific mechanisms and patterns of development conditioning by a person. The first form of determination is represented by activity as a process of subject-object interaction of a person with the world, which directly transforms the world, and indirectly - of the acting subject. The second form of determination is represented by self-regulation as a process of a subject-object interaction of a person with his own activity, which changes not only the structure, dynamics and productivity of the activity, but also the subject that regulates it. The third form of determination is represented
by self-determination as a process of subject-object interaction of the subject with himself as a carrier of individual regulators and a holistic system of self-regulation of activity. This last form is functionally higher and corresponds to self-development - purposeful and systematic activity of the subject, aimed at the formation, preservation, improvement of some personality traits, as well as the weakening and suppressing of other traits.
Keywords: mental development, personality, agentive determination, activity, self-regulation, self-determination.
Введение. Психическое развитие человека в онтогенезе является агентивным процессом ввиду того, что в существенной мере опосредуется и детерминируется его субъектной активностью. Идея человека как «агента» («креатора», «продуцента», «субъекта») развития издавна присутствует во многих отечественных и зарубежных концепциях, которые классической бинарной схеме детерминации психического развития («наследственность - среда») противопоставляют трехфакторную схему, учитывающую в качестве «третьей силы» собственную активность развивающегося субъекта. Несмотря на давность и популярность самой идеи, ее экспликация до уровня развернутых теоретических и эмпирических моделей саморегуляции, самодетерминации, самопричинности развития началась сравнительной недавно. Исторически объяснение источников, факторов и причин психического развития человека строилось в логике организмических (биологизаторских), механистических (социологизаторских) и диалектических (транзактных) подходов, и лишь в 1970-80-х гг. началось движение в сторону субъектных (агентивных) моделей, высвечивающих психические процессы, структуры, механизмы, а также формы активности, с помощью которых человек овладевает и управляет процессом собственного развития.
В зарубежной психологии одна из первых попыток систематической разработки данной идеи принадлежит авторам коллективного труда «Индивиды как продуценты собственного развития». В данной работе вклад субъекта в собственное психическое развитие раскрывается с точки зрения принципа реципрокного детерминизма: воздействуя на социальное окружение за счет своей активности (поведения и общения), человек предопределяет условия собственного развития. В конечном итоге, он оказывается субъектом развития в той мере, в какой является «архитектором среды развития» [Lerner, Busch-Rossnagel, 1981]. В последующие десятилетия в русле психологии всевозрастного развития (life span developmental psychology) сложились концепции, которые в качестве отдельной категории процессов саморегуляции выделяют т.н. «процессы регуляции развития» (developmental regulation processes): модель двойственного процесса ассимилятивного и аккомодативного копинга (dual-process model of assimilative and accommodative coping) [Brandtstadter, 1989, 2009; Brandtstadter, Rothermund, 2002]; мотивационная теория всевозрастного развития (motivational theory of life-span development) [Heckhausen et al., 2010]; модель селекции, оптимизации и компенсации (model of selection, optimization, and compensation) [Baltes, 1997; Freund, 2008; Lerner et al., 2001].
В отечественной психологии начало разработки проблемы субъектной детерминации психического развития приурочено к становлению методологии субъектного подхода. Здесь магистральная линия исследований заключается в выделении различных форм и уровней детерминации психического развития субъектной активностью человека [Карпинский, 2002; Низовских, 2008; Щукина, 2015 и др.].
Формы субъектной детерминации развития личности. Анализ существующих исследований позволяет утверждать, что субъектная детерминация личностного развития характеризуется множественностью форм, механизмов и уровней осуществления. Главными формами субъектной активности человека, движущими его личностным развитием, выступают:
- во-первых, разнообразные формы поведения и виды деятельности, которые он практикует в течение жизни. Они выражаются в познавательном и практическом
взаимодействии с природной и социальной средой, с материальной и нематериальной действительностью, которое направлено на реализацию субъект-объектных, субъект-субъектных, субъект-субъект-объектных и прочих жизненных отношений человека. Любая форма поведения и каждый вид деятельности производит прямой (основной) продукт, связанный с целенаправленными изменениями объекта деятельности, и косвенный (побочный) продукт, связанный с непреднамеренными изменениями самого действующего субъекта. Опыт активного взаимодействия с действительностью, приобретаемый и накапливаемый в деятельности, оседает и кристаллизуется в ментальных структурах и личностных свойствах субъекта, выступая источником его психического развития. Преобразуя в деятельности непосредственно окружающий мир, субъект опосредованно преобразует и самого себя, и в этом смысле его психическое развитие опосредствуется его собственной деятельностью. Данный механизм субъектной детерминации развития по-разному обозначается у отечественных и зарубежных психологов: у С.Л. Рубинштейна -«принцип творческой самодеятельности» («личность в деятельности не только проявляется, но и формируется»); у А.Н. Леонтьева - «принцип деятельностного опосредования»» («внутреннее (субъект) действует через внешнее и тем самым само себя изменяет»); у А. Бандуры - «принципреципрокного детерминизма» и т.д.
Личностные изменения, происходящие по обозначенному выше механизму, носят непреднамеренный характер, т.к. производя преобразования действительности, субъект зачастую не предвидит их косвенных последствий этих своего последующего развития, а мотивы и цели осуществляемой деятельности охватывают прямой, но не побочный продукт в виде изменения самого действующего субъекта. Это, тем не менее, не исключает возможности субъекта уже постфактум осознать причинно-следственную связь между изменениями действительности, которые он намеренно предпринял, и личностными изменениями, которые он ненамеренно претерпел. В дальнейшем такое осознание позволяет субъекту использовать раскрытую причинно-следственную связь для целенаправленной и планомерной инициации личностных изменений в себе, но здесь уже начинается самодетерминация личностного развития, о которой речь пойдет ниже;
- во-вторых, разнообразные формы саморегуляции поведения и деятельности. В отличие от деятельности, объектом которой служит определенный фрагмент действительности, саморегуляция - это форма субъектной активности, объектом которой выступает сама деятельность в качестве живого процесса. Назначение саморегуляции как субъектной активности состоит в организации нормального протекания деятельности и в обеспечении ее эффективности за счет сообразовании с внешними и внутренними условиями реализации. Будучи особой формой субъектной активности, саморегуляция упреждает начало деятельности, сопровождает ее по ходу протекания и подытоживает результаты по ее завершению. Ее объективное назначение тем самым заключается в подготовке, организации, инициации, поддержании, оптимизации и терминации деятельности [Абульханова, 1991; Карпинский, 2002, 2003; Моросанова, 2012]. Субъект вырабатывает и аккумулирует не только опыт выполнения деятельности, но и опыт ее саморегуляции (регуляторный опыт), который также конденсируется в виде психических новообразований. Наряду с поведенческим и деятельностным опытом, регуляторный опыт служит еще одним источником психического развития личности [Карпинский, 2002; Осницкий, 2007]. В структуре личности он фиксируется, например, в виде устойчивых регуляторно-личностных (субъектных) свойств, обусловливающих индивидуальный стиль саморегуляции различных форм поведения и видов деятельности [Моросанова, 2012].
Кроме того, на данном уровне субъектной детерминации личностного развития «в снятом виде» продолжает действовать механизм, присущий нижележащему уровню, который был обозначен выше как принцип деятельностного опосредования. Однако механизм деятельностного опосредования приобретает более сложный характер и описывается следующей формулой: «регуляторный опыт - оптимизация и повышение
эффективности деятельности - более продуктивное преобразование действительности -возрастание динамизма и продуктивности личностного развития»;
- в-третьих, разнообразные формы самодетерминации собственного развития (саморазвитие, самовоспитание, самосовершенствование и т.д.). Самодетерминация - это функционально высшая форма субъектной активности, которая заключается в осознанной произвольной регуляции человеком регуляторов (психических процессов, состояний, свойств) в самом себе, в том числе в целенаправленном и планомерном управлении процессом их развития [Карпинский, 2003]. Поскольку объектом самодетерминации выступают структуры, процессы и механизмы саморегуляции деятельности, она характеризуется как метарегуляция, или регуляция регуляторов. Если обратиться к известному различению саморегуляции деятельности и саморегуляции личности, то последняя и есть самодетерминация. В то время как с помощью саморегуляции деятельности субъект овладевает различными видами своей произвольной активности (поведения и деятельности), посредством самодетерминации он овладевает собственным внутренним миром [Карпинский, 2002; Осницкий, 2007].
Самодетерминация проявляется в сознательных и преднамеренных усилиях субъекта, направленных на изменение собственных психических свойств, процессов и состояний (их приобретение - отторжение, усиление - ослабление, актуализацию - нейтрализацию и т.д.) в зависимости от того, как эти регуляторы влияют на течение и результаты его деятельности. «Мишенью» самодетерминации становится любая индивидуально-психологическая особенность, которая, во-первых, представлена в самосознании как данность и принадлежность субъекта, во-вторых, оценивается субъектом как функционально значимая в контексте достижения успеха либо неуспеха поведения, деятельности и жизнедеятельности в целом. Ориентировочной основой самодетерминации выступают причинно-следственные схемы, в соответствии с которыми субъект атрибутирует причины успеха-неуспеха собственной деятельности различным психическим состояниям и свойствам, находимым в самом себе. В ходе самодетерминации субъект что-то в себе самом вырабатывает, сохраняет и совершенствует, а что-то - отторгает и изживает. На этом уровне субъектная детерминация отдельных изменений и целостного развития личности превращается в сознательный и произвольный процесс, ведущий к достижению заранее планируемых эффектов развития.
Опыт самодетерминации, равно как опыт деятельности и саморегуляции, откладывается в структуре личности в виде особых психических новообразований, например, таких личностных свойств как личностный динамизм [Личностный потенциал, 2011] и инициатива личностного роста ^оЬ^Лек, 1998]. Вместе с тем, в современной психологии конкретные процессы, механизмы и закономерности самодетерминации развития остаются малоизученными. На наш взгляд, основной вектор становления самодетерминации связан с овладением субъектом движущими силами развития -противоречиями и задачами развития. Это выражается в становлении способности не только разрешать стихийно назревающие противоречия и нормативно заданные задачи развития, но и сознательно, произвольно, собственными решениями и поступками порождать новые посильные для себя противоречия и полагать ненормативные задачи, движущие индивидуальным развитием [Карпинский, 2018, 2019].
Заключение. Теоретический анализ приводит к выделению трех форм активности человека, составляющих субъектную детерминацию психического развития: деятельность -субъектная активность, объектом которой выступают объекты и явления мира; саморегуляция - субъектная активность, объектом которой выступает деятельность как процесс взаимодействия субъекта с миром; самодетерминация - субъектная активность, объектом которой выступает сам субъект в совокупности свойственных ему индивидуально-психологических особенностей и в динамике собственного психического развития. Применительно к детерминации психического развития речь может идти не только о различных формах, но и о разных уровнях субъектного опосредования (участия субъекта) в собственном развитии, которые последовательно развертываются на протяжении онтогенеза.
При переходе от одного уровня к другому психические изменения (новообразования), детерминированные субъектной активностью, становятся все более осознанными и произвольными, т.е. целенаправлено проектируемыми и инициируемыми самим субъектом.
Литература
1. Карпинский К.В. Актуальные проблемы психологии субъекта / К.В. Карпинский // Вестник ГрГУ им. Я. Купалы. Серия 1. Гуманитарные науки. - 2003. - № 2 (20). - С. 59 - 70.
2. Карпинский К.В. Психология смысложизненного кризиса / К.В. Карпинский. -Гродно: ГрГУ, 2019. - 623 с.
3. Карпинский К.В. Субъектный подход к противоречиям и кризисам в развитии личности / К.В. Карпинский // Психология человека как субъекта познания, общения и деятельности / отв. ред. В. В. Знаков, А. Л. Журавлёв. - М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2018. - С. 292 - 300.
4. Карпинский К.В. Человек как субъект жизни / К.В. Карпинский.- Гродно: ГрГУ, 2002. - 280 с.
5. Личностный потенциал: структура и диагностика / под ред. Д.А. Леонтьева. - М.: Смысл, 2011. - 680 с.
6. Моросанова В.И. Саморегуляция и индивидуальность человека / В.И. Моросанова. -М.: Наука, 2012. - 519 с.
7. Низовских Н.А. Человек как автор самого себя: психосемантическое исследование жизненных принципов в структуре саморазвивающейся личности / Н.А. Низовских. - М.: Смысл, 2007. - 255 с.
8. Осницкий А. К. Структура и функции регуляторного опыта в развитии субъектности человека / А.К. Осницкий // Субъект и личность в психологии саморегуляции / под ред. В.И. Моросановой. - М. - Ставрополь: ПИ РАО, СевКав ГТУ, 2007. - С. 233 - 255.
9. Щукина М. А. Психология саморазвития личности / М. А. Щукина. - СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2015. - 348 с.
10.Baltes P.B. On the incomplete architecture of human ontogeny: Selection, optimization, and compensation as foundation of developmental theory / P.B. Baltes // American Psychologist. -1997. - Vol. 52. - P. 366 - 380.
11. Brandtstadter J. Goal pursuit and goal adjustment: Self-regulation and intentional self-development in changing developmental contexts / J. Brandtstadter // Advances in Life Course Research. - 2009. - Vol. 14. - P. 52 - 62.
12. Brandtstadter J. Personal self-regulation of development: Cross-sequential analyses of development-related control beliefs and emotions / J. Brandtstadter // Developmental Psychology. -1989. - Vol. 25. - P. 96 - 108.
13. Brandtstadter J. The life-course dynamics of goal pursuit and goal adjustment: A two-process framework / J. Brandtstadter, K. Rothermund // Developmental Review. - 2002. - Vol. 22. - P. 117 - 150.
14.Freund A. M. Successful aging as management of resources: The role of selection, optimization, and compensation / A. M. Freund // Research in Human Development. - 2008. - Vol. 5. - P. 94 - 106.
15. Heckhausen J. A motivational theory of life-span development / J. Heckhausen, C. Wrosch, R. Schulz // Psychological Review. - 2010. - Vol. 117. - P. 32 - 60.
16. Individuals as producers of their development: A life-span perspective / R.M. Lerner, N. Busch-Rossnagel (Eds.). - New York, NY: Academic Press, 1981. -
17. Lerner R.M. Understanding developmental regulation in adolescence: The use of the selection, optimization, and compensation model / R.M. Lerner, A. M. Freund, I. De Stefanis, T. Habermas // Human Development. - 2001. - Vol. 44. - P. 29 - 50.
18. Robitschek C. Personal growth initiative: The construct and its measure / С. Robitschek // Measurement and Evaluation in Counseling and Development. - 1998. - Vol. 30. - P. 183 - 198.