Российский кардиологический журнал 2024;29(2):5674
doi: 10.15829/1560-4071-2024-5674 https://russjcardiol.elpub.ru
ОРИГИНАЛЬНЫЕ СТАТЬИ ISSN 1560-4071 (print) ISSN 2618-7620 (online)
Психосоциальные факторы риска сердечно-сосудистых заболеваний: жизненное истощение и его ассоциации с биохимическими маркерами воспаления среди лиц 25-44 лет
Гафаров В. В., Громова Е. А., Каштанова Е. В., Денисова Д. В., Гагулин И. В., Полонская Я. В., Гафарова А. В., Рагино Ю. И.
Цель. Изучить ассоциацию уровней интерлейкина-6 (IL-6), фактора некроза опухоли-альфа (TNF-a), моноцитарного хемоаттрактантного белка-1 (MCP-1) с жизненным истощением (ЖИ) среди мужчин и женщин 25-44 лет г. Новосибирска.
Материал и методы. На базе "Научно-исследовательского института терапии и профилактической медицины" (Новосибирск) в течение 2013-2016гг проводилось одномоментное обследование случайной репрезентативной выборки лиц 25-44 лет одного из типичных районов г. Новосибирска. Всего было обследовано 975 лиц (403 мужчины, 530 женщин), ответ составил 71%. Общее обследование и сбор анамнеза проводились по стандартным методикам, включенным в программу ВОЗ "MONICA-психосоциальная (MOPSY)". Все участники исследования самостоятельно заполнили анкету "Maastricht Vital Exhaustion Questionnaire (MQ)".
Результаты. Высокий (ВЖИ) и средний (СЖИ) уровни ЖИ преобладали среди женщин (15,7% и 40,6%), в сравнении с мужчинами (5,5% и 32,8%) (p<0,001). Медианные уровни IL-6 в сыворотке были выше при ВЖИ как среди лиц обоего пола 1,41 [0,70;4,60] пг/мл, в сравнении с СЖИ 1,20 [0,65;2,90] пг/мл и отсутствием (НЖИ) 1,12 [0,58;2,32] пг/мл (p<0,01), так и среди женщин с ВЖИ 1,53 [0,72;4,33] пг/мл, в сравнении с СЖИ 1,14 [0,63;2,36] пг/мл и НЖИ 0,95 [0,50;1,98] пг/мл (p<0,05). Сывороточный TNF-a был выше среди женщин с ВЖИ 6,01±3,23 пг/мл, чем с СЖИ 5,63±4,16 пг/мл и НЖИ (4,95±2,85 пг/мл) (p=0,025). Средние уровни сывороточного MCP-1, среди лиц обоего пола, мужчин и женщин, были выше с ВЖИ (324,55±161,89 пг/мл, 270,75±107,92 пг/мл и 338,81±171,1 пг/мл), чем с СЖИ (251,78±123,4 пг/мл, 262,46±134,9 пг/мл и 245,22±115,61 пг/мл) и НЖИ (227,59±101,03 пг/мл, 234,51±104,53 пг/мл и 220,17±96,81 пг/мл) (p<0,001). Заключение. Установлено повышение средних уровней биохимических маркеров воспаления IL-6, TNF-a, MCP-1 у лиц 25-44 лет с ВЖИ.
Ключевые слова: жизненное истощение, интерлейкин-6, фактор некроза опухоли-альфа, моноцитарный хемоаттрактантный белок-1, мужчины, женщины.
Отношения и деятельность: нет.
гических проблем терапевтических заболеваний, ORCID: 0000-0001-57017856, Громова Е.А. — д.м.н., в.н.с. лаборатории психологических и социологических проблем терапевтических заболеваний, ORCID: 0000-00018313-3893, Каштанова Е. В. — д.б.н., доцент, зав. лаборатории клинических биохимических и гормональных исследований терапевтических заболеваний, ORCID: 0000-0003-2268-4186, Денисова Д. В. — д.м.н., г.н.с. лаборатории профилактической медицины заболеваний, ORCID: 0000-0002-24702133, Гагулин И. В. — с.н.с. лаборатории психологических и социологических проблем терапевтических заболеваний, ORCID: 0000-0001-5255-5647, Полонская Я. В. — д.б.н., с.н.с. лаборатории клинических биохимических и гормональных исследований терапевтических заболеваний, ORCID: 00000002-3538-0280, Гафарова А. В. — к.м.н., с.н.с. лаборатории психологических и социологических проблем терапевтических заболеваний, ORCID: 00000001-5380-9434, Рагино Ю. И. — д.м.н., профессор, член-корр. РАН, руководитель, ORCID: 0000-0002-4936-8362.
*Автор, ответственный за переписку (Corresponding author): valery.gafarov@gmail.com
ВЖИ — высокий уровень жизненного истощения, ВОЗ — Всемирная организация здравоохранения, ДИ — доверительный интервал, ЖИ — жизненное истощение, ИБС — ишемическая болезнь сердца, НЖИ — нет жизненного истощения, ось HPA — ось гипоталамус-гипофиз-надпочечники, СЖИ — средний уровень жизненного истощения, IL — интерлейкин, MCP-1 — моноцитарный хемоаттрактантный белок-1, MONICA — Мониторирование тенденций заболеваемости и смертности от сердечно-сосудистых заболеваний и факторов, их определяющих, SE — ошибка среднего, TNF-a — фактор некроза опухоли-альфа.
Рукопись получена 02.11.2023 Рецензия получена 29.11.2023 Принята к публикации 30.11.2023
Научно-исследовательский институт терапии и профилактической медицины — филиал ФГБНУ Федеральный исследовательский центр Институт цитологии и генетики Сибирского отделения РАН, Новосибирск, Россия.
Гафаров В. В.* — д.м.н., профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации, г.н.с., руководитель лаборатории психологических и социоло-
Для цитирования: Гафаров В. В., Громова Е. А.,Каштанова Е. В., Денисова Д. В., Гагулин И. В., Полонская Я. В., Гафарова А. В., Рагино Ю. И. Психосоциальные факторы риска сердечно-сосудистых заболеваний: жизненное истощение и его ассоциации с биохимическими маркерами воспаления среди лиц 25-44 лет. Российский кардиологический журнал. 2024;29(2):5674. doi: 10.15829/1560-4071-2024-5674. EDN \WTZHFZ
Psychosocial risk factors for cardiovascular disease: vital exhaustion and its associations with biochemical markers of inflammation among persons 25-44 years old
Gafarov V. V., Gromova E. A., Kashtanova E. V., Denisova D. V., Gagulin I. V., Polonskaya Y. V., Gafarova A. V., Ragino Yu. I.
Aim. To study the association of interleukin-6 (IL-6), tumor necrosis factor-alpha (TNF-a), and monocyte chemoattractant protein-1 (MCP-1) levels with vital exhaustion (VE) among men and women aged 25-44 years in Novosibirsk. Material and methods. At the Research Institute of Internal and Preventive Medicine (Novosibirsk), during 2013-2016, a cross-sectional survey of a random representative sample of people aged 25-44 years in one of the typical districts of Novosibirsk was carried out. A total of 975 individuals were examined (403 men, 530 women). The response rate was 71%. General examination and history collection were carried out according to standard methods included in the WHO
program "MONICA-psychosocial (MOPSY)". All study participants completed the Maastricht Vital Exhaustion Questionnaire (MQ).
Results. High and medium VE prevailed among women (15,7% and 40,6%) than among men (5,5% and 32,8%) (p<0,001). Median serum levels of IL-6 were high VE among both sexes 1,41 [0,70;4,60] pg/ml, compared with medium VE 1,20 [0,65;2,90] pg/ml, and low VE 1,12 [0,58;2,32] pg/ml (p<0,01), and among women with high VE 1,53 [0,72;4,33] pg/ml, compared with medium VE 1,14 [0,63;2,36] pg/ml and low VE 0,95 [0,50;1,98] pg/ml (p<0,05). Serum TNF-a was higher among women with high VE (6,01±3,23 pg/ml) than with medium VE (5,63±4,16 pg/ml) and low VE
(4,95±2,85 pg/ml) (p=0,025). Mean serum MCP-1 levels among both sexes, men and women, were higher with high VE (324,55±161,89 pg/ml, 270,75±107,92 pg/ml and 338,81±171,1 pg/ml) than with medium (251,78±123,4 pg/ml, 262,46±134,9 pg/ml and 245,22±115,61 pg/ml), and low VE (227,59±101,03 pg/ml, 234,51±104,53 pg/ml and 220,17±96,81 pg/ml) (p<0,001).
Conclusion. An increase in the average levels of inflammation biochemical markers (IL-6, TNF-a, MCP-1) was established in individuals 25-44 years old with a high VE.
Keywords: vital exhaustion, interleukin-6, tumor necrosis factor-alpha, monocyte chemoattractant protein-1, men, women.
Relationships and Activities: none.
Research Institute of Internal and Preventive Medicine — branch of the Institute of Cytology and Genetics, Novosibirsk, Russia.
Gafarov V. V.* ORCID: 0000-0001-5701-7856, Gromova E.A. ORCID: 0000-00018313-3893, Kashtanova E. V. ORCID: 0000-0003-2268-4186, Denisova D. V. ORCID: 0000-0002-2470-2133, Gagulin I. V. ORCID: 0000-0001-5255-5647, Polonskaya Y V. ORCID: 0000-0002-3538-0280, Gafarova A. V. ORCID: 0000-00015380-9434, Ragino Yu. I. ORCID: 0000-0002-4936-8362.
'Corresponding author: valery.gafarov@gmail.com
Received: 02.11.2023 Revision Received: 29.11.2023 Accepted: 30.11.2023
For citation: Gafarov V. V., Gromova E. A., Kashtanova E.V., Denisova D. V., Gagulin I. V., Polonskaya Y V., Gafarova A. V., Ragino Yu. I. Psychosocial risk factors for cardiovascular disease: vital exhaustion and its associations with biochemical markers of inflammation among persons 25-44 years old. Russian Journal of Cardiology. 2024;29(2):5674. doi: 10.15829/1560-4071-2024-5674. EDN WTZHFZ
Ключевые моменты
Что известно о предмете исследования?
• Провоспалительные цитокины ТКБ-а, 1Ь-6, МСР-1, участвующие в атерогенезе, имеют независимую прогностическую ценность для будущих сердечных событий.
Что добавляют результаты исследования?
• Результаты исследования указывают, что высокий и средний уровни жизненного истощения (ЖИ) чаще встречались среди женщин, чем среди мужчин.
• Зафиксированы достоверные ассоциативные связи высоких уровней ЖИ с повышением средних уровней ТКБ-а, 1Ь-6, МСР-1 среди лиц 25-44 лет.
• Повышение средних уровней ТКБ-а, 1Ь-6, МСР-1 со средним уровнем ЖИ ниже, чем при высоких уровнях ЖИ, а со средним уровнем ЖИ выше, чем при низком.
Жизненное истощение (ЖИ) характеризуется необычной утомляемостью, общим недомоганием, раздражительностью и деморализацией, и предсказывает долгосрочный риск возникновения инфаркта миокарда и фатальной ишемической болезни сердца (ИБС) [1]. Все больше данных свидетельствует о том, что ЖИ — это сложное состояние, включающее иммунологическую дисрегуляцию [2], и встречается среди людей, демонстрирующих неспособность справляться с длительным стрессом [3].
Биологические последствия хронического стресса, приводящие к психическим расстройствам, таким как ЖИ, до сих пор недостаточно изучены. Многие исследования сосредоточены на оси гипоталамус -гипофиз-надпочечники (ось НРА) и различных измерениях уровня кортизола [4], и остается вопрос, как могут быть затронуты другие биологические си-
Key messages
What is already known about the subject?
♦ Pro-inflammatory cytokines TNF-a, IL-6, MCP-1, involved in atherogenesis, have independent prognostic value for future cardiac events.
What might this study add?
♦ The study results indicate that high and medium levels of vital exhaustion (VE) were more common among women than among men.
♦ Significant associations have been recorded between high VE and an increase in the average levels of TNF-a, IL-6, MCP-1 among persons 2544 years old.
♦ An increase in the average levels of TNF-a, IL-6, MCP-1 with a medium VE is lower than with high VE, and with a medium VE — higher than with a low VE.
стемы. Одним из интересных аспектов биологических последствий длительного стресса является вялотекущее воспаление [5].
Воспалительные механизмы, лежащие в основе ИБС, также признаны способствующими патогенезу ЖИ [2]. Как известно, вирусные инфекции, воспаление и эндотелиальная дисфункция участвуют в атерогенезе. Присутствие пожизненных латентных вирусов герпеса в атеросклеротических бляшках может оказывать патогенетическое действие, проникая через артериальную стенку, модифицируя липидный обмен и стимулируя выработку провоспалительных цитокинов и факторов роста [6]. Кумулятивная подверженность множественным инфекционным патогенам, известная как патогенная нагрузка, связана с повышением риска ИБС, воспаления и эндотелиальной дисфункции. Хроническое воспаление, вызванное патогенами, может быть ключевым процессом, посредством которого патогенная нагрузка связана с про-
грессированием атеросклеротического заболевания и повышенным риском будущей сердечной смерти [7].
Среди провоспалительных цитокинов многочисленные исследования были сосредоточены на том, что фактор некроза опухоли-альфа (TNF-a) является эндогенным пирогеном, который может вызывать воспаление, апоптотическую гибель клеток и опосредовать высвобождение различных цитокинов, таких как интерлейкин (IL)-6, IL-8 и IL-1ß, путем стимулирования. Нарушение регуляции, особенно, перепроизводство TNF-a, обнаружено при различных заболеваниях человека, включая атеросклероз [8]. IL-6 представляет собой плейотропный цито-кин, участвующий в атерогенезе и имеющий независимую прогностическую ценность для будущих сердечных событий [9]. Среди цитокинов моноци-тарный хемоаттрактантный белок-1 (MCP-1), CC-хемокин, играет очень важную роль в сборе моноцитов и Т-лимфоцитов, регулируя как Т-хелпер-1, так и Т-хелпер-2 [10]. MCP-1 представляет собой хемо-кин с важными иммунными функциями, такими как способствующий атеросклерозу рекрутинг моноцитов в артериальную стенку [11].
Таким образом, целью нашего исследования стало изучение ассоциаций биохимических маркеров (IL-6, TNF-a, MCP-1) с ЖИ у лиц молодого возраста.
Материал и методы
В течение 2013-2016гг на базе "НИИТПМ" проводилось обследование случайной репрезентативной выборки лиц 25-44 лет одного из типичных районов г. Новосибирска в рамках бюджетной темы FWNR-2024-0002. Всего было обследовано 975 лиц (403 мужчины, 530 женщин), респонс составил 71%. Общее обследование и сбор анамнеза проводились по стандартным методикам, включенным в программу Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) "MONICA-психосоциальная (MOPSY)"1. Все участники исследования самостоятельно заполнили шкалу оценки ЖИ (Maastricht Vital Exhaustion Questionnaire (MQ)) [12], включенную в программу ВОЗ "MONICA-психосоциальная (MOPSY)1. Уровень ЖИ расценивался как: нет ЖИ (НЖИ), среднее ЖИ (СЖИ), высокое ЖИ (ВЖИ).
Биохимическое исследование выполнено в НИИТПМ Лаборатории клинических биохимических и гормональных исследований терапевтических заболеваний (зав. лабораторией, д. б. н. Каштанова Е. В.). У всех участников исследования кровь для биохимического анализа брали утром натощак из локтевой вены не ранее, чем через 12 ч после последнего приема пищи. Сыворотку отделяли центрифугированием (1000 об. 15 мин), аликвотировали
1 World Health Organization. MONICA Psychosocial Optional Study. Suggested
Measurement Instruments. Copenhagen: WHO Regional Office for Europe; 1988.
(чтобы избежать цикла оттаивания/замораживания) и хранили при температуре -70° C до проведения исследования. Методом мультиплексного анализа с использованием панели NMHEMAG-34K-13 на проточном флуориметре Luminex MAGPIX определяли уровни IL-6, TNF-a, MCP-1. В работе использованы материалы биоколлекции НИИТПМ — филиал ИЦиГ СО РАН.
Критериями исключения из исследования послужило выявление на скрининге следующих состояний:
1. Беременность (на момент прохождения скрининга женщин).
2. Инфекционные заболевания любой степени тяжести.
3. Аутоиммунные заболевания в анамнезе (ревматоидный артрит, системная красная волчанка, псориаз, заболевания щитовидной железы и т.п.).
4. Заболевания желудочно-кишечного тракта в анамнезе (острый панкреатит, неспецифический язвенный колит, болезнь Крона).
5. Заболевания печени в анамнезе (алкогольный цирроз, вирусный гепатит, первичный билиарный цирроз).
6. Онкологические заболевания любой локализации.
7. Обширные травмы, произошедшие в течение 1 мес. до скрининга.
8. Постоянный прием селективных ингибиторов обратного захвата серотонина.
Статистический анализ был проведен с помощью программы SPSS версия 20. Данные в таблицах представлены в виде абсолютного и относительного значений (n, %), а также как M±a, доверительный интервал (ДИ), ошибка среднего (SE). Нормальность распределения анализируемых количественных данных определялась по тесту Колмогорова-Смирнова. Переменные, с распределением, отличным от нормального, представлены медианой (Me[Q25;Q75]), где Me — медиана выборки. При ненормальном распределении проводили трансформацию параметров (натуральное логарифмирование) с дальнейшим сравнением логарифмированных показателей параметрическими тестами. Применялся критерий х2 для одной выборки. Следующим шагом проводилось сравнение средних значений выборок с помощью однофакторного дисперсионного анализа (ANOVA) и апостериорного теста Шеффе. Различия считались значимыми при уровне р<0,05 [12].
Результаты
Характеристики исследуемой популяции приведены в таблице 1. Различий в среднем возрасте между мужчинами (35,1 ±5,8 лет) и женщинами (35,5±6,1 лет) не было: p>0,05. Анализ был основан на разделении участников исследования на 3 категории: субъекты с НЖИ (51,6%), субъекты с СЖИ
Характеристика выборки мужчин и женщин 25-44 лет, г. Новосибирска
Таблица 1
Параметры Оба пола Мужчины Женщины р
Возраст, лет, М±о 35,37±6 35,1±5,8 35,5±6,1 >0,05
НЖИ, п (%) 481 (51,6) || 249 (61,8) | 232 (43,8) <0,001
СЖИ, п (%) 347 (372) 132 (32,8) 215 (40,6)
ВЖИ, п (%) 105 (11,2) || 22 (5,4) | 83 (15,6)
ИЛ-6, пг/мл, Ме [025:075] 1,24 [0,63:2,7] 1,4 [0,72:3,5] 1,08 [0,55:2,22] <0,05
Фактор некроза опухоли-альфа, пг/мл, М±о 5,53±3,5 || 5,71±3,6 | 5,39±3,5 >0,05
Моноцитарный хемотаксический белок 1, пг/мл, М±о 241,19±107,6 242,45±106,2 240,22±108,8 >0,05
Сокращения: ВЖИ — высокий уровень жизненного истощения, НЖИ — нет жизненного истощения, СЖИ — средний уровень жизненного истощения.
(37,2%), с ВЖИ (11,3%). Как с ВЖИ (15,7% уя 5,5%), так и с СЖИ (40,6% уя 32,8%) преобладали женщины в сравнении с мужчинами (р<0,001) (табл. 1).
Мы не установили статистических различий средних уровней провоспалительных цитоки-нов между мужчинами и женщинами. Медиана ИЛ-6 плазмы крови среди участников составила 1,24 [0,63;2,7] пг/мл, и среди мужчин — 1,4 [0,72;3,5] пг/мл была выше, чем среди женщин — 1,08 [0,55;2,22] пг/мл (р<0,05). Средние показатели в сыворотке ТКБ-а среди респондентов составили 5,53±3,5 пг/мл, среди мужчин 5,71±3,6 пг/мл, среди женщин 5,39±3,5 (р>0,05). Средние показатели сывороточного МСР-1 составили среди обследуемых лиц 241,19±107,6 пг/мл, у мужчин 242,45±106,2 пг/мл, у женщин 240,22±108,8 пг/мл (р>0,05) (табл. 1).
Оценка содержания медианного уровня сывороточного 1Ь-6 (пг/мл), в зависимости от показателя уровня ЖИ, среди лиц молодого возраста выявила, что медианные уровни 1Ь-6 значимо выше при ВЖИ как среди лиц обоего пола 1,41 [0,70;4,60] пг/мл, в сравнении с СЖИ 1,20[0,65;2,90] пг/мл, и НЖИ 1,12 [0,58;2,32] пг/мл (р<0,01), так и среди женщин с ВЖИ 1,53 [0,72;4,33] пг/мл, в сравнении с СЖИ 1,14 [0,63;2,36] пг/мл и НЖИ 0,95 [0,50;1,98] пг/мл (р<0,05) (табл. 2).
При сравнении средних уровней ТКБ-а у молодых женщин было установлено, что сывороточный ТКБ-а выше среди женщин с ВЖИ 6,01±3,23 пг/мл, чем с СЖИ 5,63±4,16 пг/мл и НЖИ 4,95±2,85 пг/мл (р=0,025) (табл. 2).
Средние уровни сывороточного МСР-1 среди лиц обоего пола выше с ВЖИ 324,55±161,89 пг/мл, чем с СЖИ 251,78±123,4 пг/мл и НЖИ 227,59±101,03 пг/мл (р<0,001) (табл. 2). Различия средних уровней сывороточного МСР-1 между лицами с ВЖИ и СЖИ составили 72,77 пг/мл (8Е=13,1152; р<0,0001, 95% ДИ: 40,6170-104,9259), между ВЖИ и НЖИ — 96,96 пг/мл (8Е=12,6837; р<0,0001, 95% ДИ: 65,8651-128,0583).
Среди молодых мужчин средние уровни МСР-1 в сыворотке были выше у лиц с ВЖИ 270,75±107,92 пг/мл, чем с СЖИ 262,46± 134,9 пг/мл и НЖИ 234,51±104,53 пг/мл (р=0,047) (табл. 2).
Таблица 2
Содержание сывороточных провоспалительных цитокинов (И-б, ТМР-а и МСР-1, пг/мл), в зависимости от показателя ЖИ, среди лиц молодого возраста
Параметры !1_-6, пг/мл, Ме[025;075]
Оба пола Мужчины Женщины
НЖИ || 112 [0,58:2,32] 1,41 [0,7:3,24] 0,95 [0,50:1,98]
СЖИ 1,20 [0,65:2,90] 1,41 [0,75:4,60] 114 [0,63:2,36]
ВЖИ Ц 1,41 [0,70:4,60] 114 [0,62:5,39] 1,53 [0,72:4,33]
Р=3,836, р<0,05 Р=0,244, р=0,783 Р=5,621, р<0,01
Параметры ТИР-а, пг/мл, М±о, Ме[025:075]
Оба пола Мужчины Женщины
НЖИ Ц 5,32±2,93 5,23 [3,24:774] 4,95±2,85
СЖИ 5,64±4,05 5,31 [314:7,6] 5,63±416
ВЖИ Ц 6,12±4,27 4,74 [3,39:6,59] 6,01±3,23
Р=2,479, р=0,084 Р=0142, р=0,868 Р=3,699, р=0,025
Параметры МСР-1, пг/мл, М±о
Оба пола Мужчины Женщины
НЖИ Ц 227,59±101,03 234,51±104,53 22017±96,81
СЖИ 251,78±123,4 262,46±134,9 245,22±115,61
ВЖИ Ц 324,55±161,89 270,75±10792 338,81±1711
Р=29,585, р<0,001 Р=3,075, р=0,047 Р=30,706, р<0,001
Сокращения: ВЖИ — высокий уровень жизненного истощения, НЖИ — нет жизненного истощения, СЖИ — средний уровень жизненного истощения, 11_ — интерлейкин, МСР-1 — моноцитарный хемоаттрактантный белок-1, ТИР-а — фактор некроза опухоли-альфа.
Среди женщин 25-44 лет сывороточный уровень МСР-1 был выше у женщин с ВЖИ 338,81± 171,1пг/мл, чем с СЖИ 245,22±115,61 пг/мл и с НЖИ 220,17±96,81 пг/мл (р<0,001) (табл. 2). Различия средних уровней МСР-1 между женщинами с ВЖИ и СЖИ составили 93,59 пг/мл (8Е=15,3406; р<0,001, 95% ДИ: 55,9324-131,2464) и более выраженные между ВЖИ и НЖИ — 118,64 (8Е=15,1832; р<0,001, 95% ДИ: 81,3755-155,9170).
Обсуждение
В нашем исследовании мы проанализировали взаимосвязь сывороточных уровней 1Ь-6, ТКБ-а и МСР-1 с показателем психосоциального стрес-
са — ЖИ среди молодых людей в возрасте от 25 до 44 лет. Среди обследуемых нами лиц как высокий, так и средний уровни ЖИ чаще встречались среди женщин (15,7% и 40,6%), чем среди мужчин (5,5% и 32,8%). Наши результаты согласуются с результатами предыдущих исследований, показавших, что ЖИ обычно наблюдается среди женщин [13], а также с теми, в которых женщины сообщали о более высоком уровне ЖИ, чем мужчины [14].
В последнее время растет понимание того, что психосоциальные факторы могут играть важную роль в развитии и прогнозе ИБС. И одним из таких факторов является относительно новая концепция — ЖИ, которое характеризуется состоянием необычной усталости, потерей энергии, повышенной раздражительности и чувством деморализации [15]. Мало что известно о механизмах, ответственных за эту связь, но иммунная активность, по-видимому, является потенциальным путем связующем ЖИ с неблагоприятными сердечно-сосудистыми исходами [16].
В нашем исследовании как среди лиц обоего пола, так и наиболее значимо среди женщин была установлена связь IL-6 с высокими уровнями ЖИ. Среди цитокинов IL-6 известен как главный регулятор синтеза белка острой фазы, что четко продемонстрировано в гепатоцитах человека [17]. IL-6 является одним из основных цитокинов, которые стимулируют ось HPA во время воспалительного стресса [18]. Также предполагается, что IL-6 играет роль в механизмах, связывающих психосоциальный стресс с повышенным риском таких заболеваний, как сердечнососудистые заболевания [19].
В нашем исследовании среди молодых женщин было установлено, что сывороточный TNF-a выше среди женщин с ВЖИ, чем с СЖИ и НЖИ. Возможная причина в том, что влияние цитокиновой системы, частью которой является TNF-a, оказывает на метаболизм серотонина, а также на ось HPA, и может вызывать изменения в структуре и функции головного мозга, что, возможно, приводит к развитию ЖИ [2]. Существует три ведущих механизма, которые могут связать систему TNF-a с патофизиологией ЖИ. Периферический TNF-a, стимулируемый инфекцией и повреждением тканей, проникает через гематоэнцефалический барьер по быстрому пути передачи, включающему первичные афферентные нервы, медленный путь передачи или насыщаемую транспортную систему. Кроме того, однонуклео-тидные полиморфизмы в промоторной области гена TNF-a могут индуцировать высокую аффинность связывания ядерных факторов с промотором TNF, что может повышать уровень транскрипционной
активности и секреции TNF-a. TNF-a может вызывать ЖИ посредством активации оси HPA, активации нейронального переносчика серотонина и мотивации индоламин-2,3-диоксигеназы, что приводит к истощению триптофана [8].
Мы установили, что средние уровни MCP-1 в сыворотке были выше среди лиц с ВЖИ как среди лиц обоего пола, так и отдельно среди мужчин и женщин, что согласуется с результатами Asberg M, et al., 2009 [20]. Исследователи показали, что MCP-1 может быть маркером длительного психосоциального стресса, поскольку пороговые значения 243 пг/мл для MCP-1 можно использовать для прогнозирования вероятности того, что человек будет классифицирован как больной из-за долговременных реакций на стресс, кроме того, установлено, что повышенный уровень MCP-1 связан с депрессией [21].
Подводя итоги, мы можем заключить, что повышенные уровни провоспалительных цитокинов ассоциированы с ВЖИ. Конкретное понимание причинного механизма развития ЖИ является предпосылкой разработки стратегий первичной, вторичной профилактики, лечения не только в отношении психоэмоционального стресса, но и сердечнососудистых событий.
Заключение
1. ВЖИ и СЖИ чаще встречались среди женщин (15,7% и 40,6%), чем среди мужчин (5,5% и 32,8%) (p<0,001).
2. Медианные уровни IL-6 в сыворотке выше при ВЖИ как среди лиц обоего пола 1,41 [0,70;4,60] пг/мл, так и среди женщин 1,53 [0,72;4,33] пг/мл, в сравнении с СЖИ 1,20 [0,65;2,90] пг/мл и 1,14 [0,63;2,36] пг/мл, соответственно), а при СЖИ выше, чем при низком 1,12 [0,58;2,32] пг/мл и 0,95 [0,50;1,98] пг/мл, соответственно) (p<0,05).
3. Сывороточный TNF-a был выше среди женщин с ВЖИ (6,01 ±3,23 пг/мл), чем со средним (5,63±4,16 пг/мл), а при СЖИ выше, чем при НЖИ (4,95±2,85 пг/мл) (p=0,025).
4. Средние уровни сывороточного MCP-1, среди лиц обоего пола, мужчин и женщин, были выше с ВЖИ (324,55± 161,89 пг/мл, 270,75± 107,92 пг/мл и 338,81±171,1 пг/мл), чем с СЖИ (251,78±123,4 пг/мл, 262,46±134,9 пг/мл и 245,22±115,61 пг/мл, соответственно), и низким уровнем ЖИ (227,59±101,03 пг/мл, 234,51±104,53 пг/мл и 220,17±96,81 пг/мл) (p<0,001).
Отношения и деятельность: все авторы заявляют об отсутствии потенциального конфликта интересов, требующего раскрытия в данной статье.
Литература/References
1. Gafarov V, Voevoda M, Gromova E, et al. Cardiovascular diseases and vital exhaustion: longitudinal study in Russia/Siberia (WHO MONICA-Psychosocial Program). Russian Journal of Cardiology. 2016;(4-Eng):115-23. (In Russ.) Gafarov V, Voevoda M, Gromova E, et al. Сердечно-сосудистые заболевания и жизненное истощение: проспективное исследование в России/Сибири (программа ВОЗ МОНИКА-психосоциальная). Российский кардиологический журнал. 2016;(4-Eng):115-23. doi :10.15829/1560-4071-2016-4-Eng-115-123.
2. Meyer T, Stanske B, Kochen MM, et al. Elevated serum levels of interleukin-10 and tumor necrosis factor a [corrected] are both associated with vital exhaustion in patients with cardiovascular risk factors. Psychosomatics. 2010;51(3):248-56. doi:101176/appi. psy.51.3.248.
3. Wekenborg MK, Künzel RG, Rothe N, et al. Exhaustion and cardiovascular risk factors: the role of vagally-mediated heart rate variability. Ann Epidemiol. 2023;S1047-2797(23)00182-5. doi:101016/j.annepidem.2023.09.008.
4. Schneider S, Wettstein A, Tschacher W, et al. Longitudinal Associations Between Core Self-Evaluation, Vital Exhaustion and Hair Cortisol in Teachers and the Mediating Effects of Resignation Tendency. Front Psychol. 2022;13:907056. doi:10.3389/fpsyg.2022.907056.
5. Wallensten J, Asberg M, Nygren Á, et al. Possible Biomarkers of Chronic Stress Induced Exhaustion — A Longitudinal Study. PLoS One. 2016;11(5):e0153924. doi:101371/journal. pone.0153924.
6. Altamura M, D'Andrea G, Angelini E, et al. Psychosomatic syndromes are associated with IL-6 pro-inflammatory cytokine in heart failure patients. PLoS One. 2022;17(3):e0265282. doi:101371/journal.pone.0265282.
7. Caldeira D, Nogueira-Garcia B. Myocardial infarction and viral triggers: what do we know by now? Eur Heart J Suppl. 2023;25(Suppl A):A12-A16. doi:101093/eurheartjsupp/suac122.
8. Ma K, Zhang H, Baloch Z. Pathogenetic and Therapeutic Applications of Tumor Necrosis Factor-a (TNF-a) in Major Depressive Disorder: A Systematic Review. Int J Mol Sci. 2016;17(5):733. doi:10.3390/ijms17050733.
9. Feng Y, Ye D, Wang Z, et al. The Role of Interleukin-6 Family Members in Cardiovascular Diseases. Front Cardiovasc Med. 2022;9:818890. doi:10.3389/fcvm.2022.818890.
10. Proma MA, Daria S, Nahar Z, et al. Monocyte chemoattractant protein-1 levels are associated with major depressive disorder. J Basic Clin Physiol Pharmacol. 2022;33(6):735-41. doi:10.1515/jbcpp-2021-0132.
11. Jonsdottir IH, Hägg DA, Glise K, Ekman R. Monocyte chemotactic protein-1 (MCP-1) and growth factors called into question as markers of prolonged psychosocial stress. PLoS One. 2009;4(11):e7659. doi:101371/journal.pone.0007659.
12. Bühl A, Zöfel P. SPSS Version 10. Einführung in die moderne Datenanalyse unter Windows. Addison-Wesley, 2000. 734 p. ISBN 3827316731, 9783827316738.
13. Williams JE, Mosley TH Jr, Kop WJ, et al. Vital exhaustion as a risk factor for adverse cardiac events (from the Atherosclerosis Risk In Communities [ARIC] study). Am J Cardiol. 2010;105(12):1661-5. doi:10.1016/j.amjcard.2010.01.340.
14. Miller PS, Evangelista LS, Giger JN, et al. Clinical and socio-demographic predictors of postoperative vital exhaustion in patients after cardiac surgery. Heart Lung. 2013;42(2):98-104. doi:101016/j.hrtlng.2013.01.002.
15. Gafarov VV, Gromova EA, Gagulin IV, et al. Myocardial infarction, stroke and life exhaustion: the risk of development in Russia/Siberia (WHO international program "MONICA-psychosocial"). Eurasian heart journal. 2019;(2S):33. (In Russ.) Гафаров В. В., Громова Е. А., Гагулин И. В. и др. Инфаркт миокарда, инсульт и жизненное истощение: риск развития в России/Сибири (международная программа ВОЗ "MONICA-психосоциальная"). Евразийский Кардиологический Журнал. 2019;(2S):33.
16. Eckerle W, Koldhekar A, Muldoon M, et al. Independent Associations Between Trait-Anger, Depressive Symptoms and Preclinical Atherosclerotic Progression. Ann Behav Med. 2023;57(5):409-17. doi:101093/abm/kaac076.
17. Prescott E, Holst C, Gronbaek M, et al. Vital exhaustion as a risk factor for ischaemic heart disease and all-cause mortality in a community sample. A prospective study of 4084 men and 5479 women in the Copenhagen City Heart Study. Int J Epidemiol. 2003;32(6):990-7. doi:10.1093/ije/dyg235.
18. Sjögren E, Leanderson P, Kristenson M, Ernerudh J. Interleukin-6 levels in relation to psychosocial factors: Studies on serum, saliva, and in vitro production by blood mononuclear cells. Brain, Behavior, and Immunity. 2006;20(3):270-8. doi:101016/ j.bbi.2005.08.001.
19. Nikbakhtzadeh M, Ranjbar H, Moradbeygi K, et al. Cross-talk between the HPA axis and addiction-related regions in stressful situations. Heliyon. 2023;9(4):e15525. doi:101016/ j.heliyon.2023.e15525.
20. Asberg M, Nygren A, Leopardi R, et al. Novel biochemical markers of psychosocial stress in women. PLoS One. 2009;4(1):e3590. doi:10.1371/journal.pone.0003590.
21. Rajagopalan S, Brook R, Rubenfire M, et al. Abnormal brachial artery flow-mediated vasodilation in young adults with major depression. Am J Cardiol. 2001;88(2):196-8,A7. doi:10.1016/s0002-9149(01)01623-x.