Научная статья на тему 'Тенденция заболеваемости и смертности от сердечно-сосудистых заболеваний у населения Сибири'

Тенденция заболеваемости и смертности от сердечно-сосудистых заболеваний у населения Сибири Текст научной статьи по специальности «Медицина и здравоохранение»

CC BY
82
7
Поделиться
Журнал
Клиническая медицина
Scopus
ВАК
CAS
RSCI
PubMed
Ключевые слова
ИНФАРКТ МИОКАРДА / ИНСУЛЬТ / ЖИЗНЕННОЕ ИСТОЩЕНИЕ / РИСК РАЗВИТИЯ / НАСЕЛЕНИЕ / MYOCARDIAL INFARCTION / STROKE / VITAL EXHAUSTION / RISK OF DEVELOPMENT / POPULATION

Аннотация научной статьи по медицине и здравоохранению, автор научной работы — Гафаров Валерий Васильевич, Громова Е.А., Гагулин И.В., Панов Д.О., Гафарова А.В.

Цель. Определить различия риска развития (РР) в течение 16 лет инфаркта миокарда (ИМ), инсульта в открытой популяции в возрасте от 25 до 64 лет в России/Сибири при наличии жизненного истощения (ЖИ). Материал и методы. В рамках скрининга III программы ВОЗ «MONICA-psychosocial» в 1994 г. обследована случайная репрезентативная выборка (657 мужчин и 870 женщин) населения Новосибирска в возрасте от 25 до 64 лет. Программа скринирующего обследования включала регистрацию социально-демографических данных, выявление ЖИ. За 16-летний период выявлено 15 случаев ИМ и 35 случаев инсульта у 30 женщин и 22 мужчин. результаты. Уровень ЖИ у мужчин составил 66,8% (высокий у 14,6%), у женщин 75,7%о (высокий у 44,4%). РР ИМ, оцениваемый по относительному риску (ОР), у мужчин с ЖИ (ОР = 2) был выше, чем у женщин. Среди лиц с жизненным истощением РР ИМ у разведенных женщин (ОР = 5,4) выше, чем у мужчин (ОР = 4,7). РР ИМ выше у мужчин с ЖИ (у людей с начальным образованием ОР = 2,2, у никогда не состоявших в браке ОР = 3,7, у овдовевших мужчин ОР = 7, в возрасте от 45 до 54 лет ОР = 3,8, в возрасте от 55 до 64 лет ОР = 5,9), чем у женщин. РР инсульта у лиц с ЖИ больших гендерных различий не имеет (у женщин ОР = 3,34, у мужчин ОР = 3,1). РР инсульта был выше у мужчин с ЖИ (у людей с незаконченным средним и начальным образованием ОР = 4,8, у разведенных ОР = 3,8, у овдовевших ОР = 3,6), чем у женщин. Заключение. Установлена более высокая распространенность ЖИ у населения в возрасте от 25 до 64 лет, причем у женщин показатели выше, чем у мужчин. ЖИ в большей мере является предиктором развития ИМ у мужчин, чем у женщин, и предиктором инсульта у людей обоего пола.

Похожие темы научных работ по медицине и здравоохранению , автор научной работы — Гафаров Валерий Васильевич, Громова Е.А., Гагулин И.В., Панов Д.О., Гафарова А.В.,

Tendencies in cardiovascular morbidity and mortality in the population of Siberia

Aim. To characterize differences in the risk of development (RD) of myocardial infarction (MI) and stroke during 16 years in an open Siberian population aged 25-64 years and suffering vital exhaustion (VE). Materials and methods. We examined a random representative sample of 657 men and 870 women from the Novosibirsk population in the framework of the WHO «MONICA-psychosocial» screening III program (1954). It included registration of socio-demographic data and cases of VE. A total of 15 episodes of MI and 35 strokes were documented in 30 women and 22 men. Results. The level of VE in men was 66,8% (high in 14,6%), in women75,7% (high in 44,4%). RD of MI estimated from the relative risk (RR) in men with VE(RR=2) was higher than in women. It was higher in divorced women (RR=5,4) than in men (RR=4,7). RD of MIwas higher in men with VE (OR=2,2 in subjects having elementary education, OR=3,7 in bachelors, OR = 7 in widowers;at the age from 45 to 54 years OR=3,8, at the age from 55 to 64 years OR=5,9) than in women. The overall RD of stroke in subjects of either sex with VE was not significantly different (OR=3,34 in women and 3,1). However, it was higher than in womenin men with VE having partially completed secondary-leveland elementary education RR=4.8), in divorcedand widowedmen (RR=3.8 and 3.6 respectively. Conclusion.The study showed that the prevalence of VE in the population aged 25-64yearsis higher than in other age groups and higher in women than in men. VE is a more reliable predictor of MI in men than in women; it is a predictor of stroke in either sexes.

Текст научной работы на тему «Тенденция заболеваемости и смертности от сердечно-сосудистых заболеваний у населения Сибири»

Оригинальные исследования

8. Johansson K., Ito M., Schophuizen C.M., Thengumtharayil M.S., Heuser V.D., Zhang J. et al. Characterization of new potential anticancer drugs designed to overcome glutathione transferase mediated resistance. Mol. Pharm. 2011; 8(5):1698—708.

9. Zielinska E., Zubowska M., Misiura K. Role of GSTM1, GSTP1, and GSTT1 gene polymorphism in ifosfamide metabolism affecting neurotoxicity and nephrotoxicity in children. J. Pediatr. Hematol. Oncol. 2005; 27(11): 582—9.

10. Gutowicz M., Kazmierczak B., Baranczyk-Kuzma A. The influence of heroin abuse on glutathione-dependent enzymes in human brain. Drug Alcohol. Depend. 2011; 113(1): 8—12.

11. Crofts F., Taioli E., Trachman J., Cosma G.N., Currie D., Toniolo P., Garte S.J. Functional significance of different human CYP1A1 genotypes. Carcinogenesis. 1994; 15(12): 2961—3.

12. Zimniak P., Nanduri B., Pikula S. Bandorowicz-Pikula J., Singhal S.S., Srivastava S.K. et al. Naturally occurring human glutathione S-transferase GSTP1-1 isoforms with isoleucine and valine in position 104 differ in enzymic properties. Eur. J. Biochem. 1994; 224(3): 893—9.

13. Watson M.A., Stewart R.K., Smith G.B., Massey T.E., Bell D.A. Human glutathione-S-transferase polymorphisms: relationship to lung tissue enzyme activity and population frequency distribution. Carcinogenesis. 1998; 19(2): 275—80.

14. Karchmer A.W. Infective endocarditis. Chapter 63. In.: Ed. by P. Lib-by, R.O. Bonow, D.L. Mann, D.P. Zipes. Braunwald's heart disease.

A textbook of cardiovascular medicine. V.4; Parts VIII, IX, X: Ch. 61—89. M.: Logosphera; 2015; 808. (in Russian)

15. Bustamante J., Tamayo E., Florez S., Telleria J.J., Bustamante E., Lopez J. et al. Toll-like receptor 2 R753Q polymorphisms are associated with an increased risk of infective endocarditis. Rev. Esp. Cardiol. 2011; 64(11): 1056—9.

16. Golovkin A.S., Ponasenko A.V., Yuzhalin A.E., Salakhov R.R., Kh-utornaya M.V., Kutikhin A.G. et al. An association between single nucleotide polymorphisms within TLR and TREM-1 genes and infective endocarditis. Cytokine. 2014; 71(1): 16—21.

17. Daga S., Shepherd J.G., Callaghan J.G., Hung R.K., Dawson D.K., Padfield G.J. et al. Platelet receptor polymorphisms do not influence Staphylococcus aureus-platelet interactions or infective endocarditis. Microbes Infect. 2011; 13(3): 216—25.

18. Weinstock M., Grimm I., Dreier J., Knabbe C., Vollmer T. Genetic Variants in Genes of the Inflammatory Response in Association with Infective Endocarditis. PLoS One. 2014; 9(10): e110151. Published online Oct 9, 2014.

19. Conklin D.J., Haberzettl P., Prough R.A., Bhatnagar A. Glutathiones-transferase P protects against endothelial dysfunction induced by exposure to tobacco smoke. Am. J. Physiol. Heart Circ. Physiol. 2009; 296(5): 1586-97.

20. Cornelis M.C., El-Sohemy A., Campos H. Genetic polymorphism of CYP1A2 increases the risk of myocardial infarction. J. Med. Genet. 2004; 41(10): 758—62.

Поступила 02.12.15 Принята в печать 19.04.16

© КОЛЛЕКТИВ АВТОРОВ, 2016

Удк 616.127-005.8 + 616.831-005-036.1/-058-07

Гафаров В.В.1,2, Громова Е.А.1,2, Гагулин и.В.1,2, Панов д. о.1,2, Гафарова А.В.1,2

тенденция заболеваемости и смертности от сердечно-сосудистых заболеваний у населения сибири

1 ФГБУ «Научно-исследовательский институт терапии и профилактической медицины», 630089, г. Новосибирск; Межведомственная лаборатория эпидемиологии сердечно-сосудистых заболеваний СО РАН, г. Новосибирск

для корреспонденции: Гафаров Валерий Васильевич — д-р мед. наук, проф. лаб. психологических и социологических проблем терапевтических заболеваний, рук. Межведомственной лаб. эпидемиологии сердечно-сосудистых заболеваний; e-mail: valery.gafarov@gmail.com

Цель. Определить различия риска развития (РР) в течение 16 лет инфаркта миокарда (ИМ), инсульта в открытой популяции в возрасте от 25 до 64 лет в России/Сибири при наличии жизненного истощения (ЖИ). Материал и методы. В рамках скрининга III программы ВОЗ «MONICA-psychosocial» в 1994 г. обследована случайная репрезентативная выборка (657 мужчин и 870 женщин) населения Новосибирска в возрасте от 25 до 64 лет. Программа скринирующего обследования включала регистрацию социально-демографических данных, выявление ЖИ. За 16-летний период выявлено 15 случаев ИМ и 35 случаев инсульта у 30 женщин и 22 мужчин.

результаты. Уровень ЖИ у мужчин составил 66,8% (высокий — у 14,6%), у женщин — 75,7% (высокий — у 44,4%). РР ИМ, оцениваемый по относительному риску (ОР), у мужчин с ЖИ (ОР = 2) был выше, чем у женщин. Среди лиц с жизненным истощением РР ИМ у разведенных женщин (ОР = 5,4) выше, чем у мужчин (ОР = 4,7). РР ИМ выше у мужчин с ЖИ (у людей с начальным образованием ОР = 2,2, у никогда не состоявших в браке ОР = 3,7, у овдовевших мужчин ОР = 7, в возрасте от 45 до 54 лет ОР = 3,8, в возрасте от 55 до 64 лет ОР = 5,9), чем у женщин. РР инсульта у лиц с ЖИ больших гендерных различий не имеет (у женщин ОР = 3,34, у мужчин ОР = 3,1). РР инсульта был выше у мужчин с ЖИ (у людей с незаконченным средним и начальным образованием ОР = 4,8, у разведенных ОР = 3,8, у овдовевших ОР = 3,6), чем у женщин.

Заключение. Установлена более высокая распространенность ЖИ у населения в возрасте от 25 до 64 лет, причем у женщин показатели выше, чем у мужчин. ЖИ в большей мере является предиктором развития ИМ у мужчин, чем у женщин, и предиктором инсульта у людей обоего пола.

К л юче вые слова: инфаркт миокарда; инсульт; жизненное истощение; риск развития; население.

для цитирования: Гафаров В.В., Громова Е.А., Гагулин И.В., Панов Д.О., Гафарова А.В. Тенденция заболеваемости и смертности от сердечно-сосудистых заболеваний у населения Сибири. Клин. мед. 2016; 94 (8): 601—608. DOI 10.18821/0023-2149-2016-94-8-601-608

Gafarov V.V.12, Gromova E.A.1-2, Gagulin I.V.12, Panov D.o.12, Gafarova A.V.1 2

TENDENCIES IN CARDIOVASCuLAR MORBIDITY AND MORTALITY IN THE pOpuLATION OF SIBERIA

'Research Institute of Therapy and Preventive Medicine, Novosibirsk;2Intersectoral Laboratory of Epidemiology of Cardiovascular Diseases, Novosibirsk, Russia

Aim. To characterize differences in the risk of development (RD) of myocardial infarction (MI) and stroke during 16 years in an open Siberian population aged 25—64 years and suffering vital exhaustion (VE). Materials and methods. We examined

Clinical Medicine, Russian journal. 2016; 94(8) DOI 10.18821/0023-2149-2016-94-8-601-608

Original investigations

a random representative sample of 657 men and 870 women from the Novosibirsk population in the framework of the WHO «MONICA-psychosocial» screening III program (1954). It included registration of socio-demographic data and cases of VE. A total of 15 episodes of MI and 35 strokes were documented in 30 women and 22 men. Results. The level of VE in men was 66,8% (high in 14,6%), in women75,7% (high in 44,4%). RD of MI estimated from the relative risk (RR) in men with VE(RR=2) was higher than in women. It was higher in divorced women (RR=5,4) than in men (RR=4,7). RD of MIwas higher in men with VE (OR=2,2 in subjects having elementary education, OR=3,7 in bachelors, OR = 7 in widowers;at the age from 45 to 54 years OR=3,8, at the age from 55 to 64 years OR=5,9) than in women. The overall RD of stroke in subjects of either sex with VE was not significantly different (OR=3,34 in women and 3,1). However, it was higher than in womenin men with VE having partially completed secondary-leveland elementary education (RR= 4.8), in divorcedand widowedmen (RR=3.8 and 3.6 respectively. Conclusion.The study showed that the prevalence of VE in the population aged 25—64yearsis higher than in other age groups and higher in women than in men. VE is a more reliable predictor of MI in men than in women; it is a predictor of stroke in either sexes.

Keywords: myocardial infarction; stroke; vital exhaustion; risk of development; population.

Citation: Gafarov V.V., Gromova E.A., Gagulin I.V., Panov D.O., Gafarova A.V. Tendencies in cardiovascular morbidity and mortality in the population of Siberia. Klin. Med. 2016; 94 (8): 601—608. DOI 10.18821/0023-2149-2016-94-8-601-608

Correspondence to: Valeriy V.Gafarov - MD, PhD,DSc, prof. of Laboratory of Psychological and Sociological Problems of Therapeutic Diseases; head of Intersectoral Laboratory of Epidemiology of Cardiovascular Diseases; e-mail: valery.gafarov@gmail.com

Received 30.11.15 Accepted 19.04.16

Жизненное истощение (ЖИ) имеет 3 главные составляющие: ощущение чрезмерной усталости и нехватки энергии, повышение раздражительности и чувство деморализации [1, 2].

Люди часто приписывают возникновение этих ощущений переутомлению, проблемам на работе или в каких-то других жизненно важных областях, которые человек не в состоянии решить из-за реальных или символических потерь [2, 3]. Высказано предположение, что ЖИ является психическим состоянием, в котором люди пребывают, когда их внутренние резервы для возможности адаптации к стрессу нарушены. Концепция ЖИ выросла из интереса в понимании психического состояния «чрезмерного переутомления» и «недостатка энергии», которое часто предшествует развитию инфаркта миокарда (ИМ) или внезапной коронарной смерти [1]. Распространенность ЖИ по разным оценкам варьирует от 30 до 60% у кардиологических пациентов перед возникновением острых коронарных событий [4].

Есть предположение, что ЖИ может оказывать патофизиологическое воздействие на сердечно-сосудистую систему через липидный обмен [5]. ЖИ также ассоциируется с повышением уровня инсулина и С-реактивного белка, нарушением толерантности к глюкозе у мужчин среднего возраста [6—10]. Кроме того, такие компоненты ЖИ, как чрезмерная усталость и деморализация, коррелируют с абдоминальным ожирением у мужчин, имеющих низкий индекс массы тела [6—10].

Представляется актуальным определить гендерные особенности распространенности ЖИ в популяции и оценить его влияние на риск возникновения сердечнососудистых заболеваний (ССЗ) у мужчин и женщин разных социальных групп в возрасте от 25 до 64 лет на примере открытой популяции России/Сибири.

Материал и методы

В рамках скрининга III программы ВОЗ «МОМСА-psychosocial» (мониторирование тенденций заболеваемости и смертности от ССЗ и определяющих их факторов) [11—14] в 1994 г. обследована в открытой попу-

ляции случайная репрезентативная выборка населения в возрасте от 25 до 64 лет в Октябрьском районе Новосибирска (657 мужчин, средний возраст 44,3 ± 0,4 года, респонс 82,1%; 870 женщин, средний возраст 45,4 ± 0,4 года, респонс 72,5%).

Выборка сформирована в соответствии с требовани -ями протокола ВОЗ «MONICA-psychosocial» [11—14].

Программа скринирующего обследования включала следующие разделы.

1. Регистрацию социально-демографических данных проводили в соответствии со стандартным эпидемиологическим протоколом программы ВОЗ «MO-NICA-psychosocial» [11, 12]: идентификационный номер, место жительства, фамилия, имя, отчество, дата рождения, дата регистрации. Пол: 1 — мужской, 2 — женский (распределение по возрастным группам представлено в табл. 1). Учитывались семейное положение (табл. 2), уровень образования (табл. 3), профессиональный уровень (табл. 4).

2. Тестирование по психосоциальным методикам: жизненное истощение (Vital exhaustion Scale). Для проведения оценки депрессии предлагался бланк шкалы жизненного истощения (тест MOPSY) [14]. Выраженность жизненного истощения оценивалась как нет жизненного истощения (НЖИ), средний уровень жизненного истощения (СЖИ), высокий уровень жизненного истощения (ВЖИ).

Испытуемым было предложено самостоятельно ответить на вопросы шкалы в соответствии с инструкциями, помещенными в опроснике. За анализируемый уровень фактора риска принимали значение его в исходном исследовании и не учитывали вклад временной динамики. Методики были строго стандартизованы и соответствовали требованиям протокола программы ВОЗ «MONICA-psychosocial» [11—14].

Обработка материала по программе ВОЗ «MONICA-psychosocial» выполнена в Центре сбора информации «MONICA» Хельсинки (Финляндия). Контроль качества проведен в центрах контроля качества «MONICA»: Данди (Шотландия), Прага (Чехия), Будапешт

Оригинальные исследования

таблица 1. Распределение по возрастным группам населения (III скрининг, 1994 г.)

Возраст, годы

Пол 25- -34 35- -44 45- -54 55- -64 Итого

n % n % n % n %

Мужской 169 50,8 136 45,9 177 47,7 175 50,6 657

Женский 164 49,2 160 54,1 194 52,3 171 49,4 689

Все го ... 333 100 296 100 371 100 346 100 1346

Примечание. х2 = 2,087 v = 3, p = 0,555.

таблица 2. Распределение по семейному положению (III скрининг, 1994 г.)

Семейное положение

Пол никогда не был(а) женат/ замужем женат/ замужем разведен (а) вдов/ вдова Итого

n % n % n % n %

Мужской 45 51,1 559 51,7 40 35,7 13 20 657

Женский 43 48,9 522 48,3 72 64,3 52 80 689

Все го ... 88 100 1081 100 112 100 65 100 1346

П римеча н ие. х2 = 33,113, v = 3, p = 0,0001. таблица 3. Распределение по образованию (скрининг III, 1994 г.)

Образование

Пол высшее незаконченное высшее, среднее специальное среднее незаконченное среднее и начальное Итого

n % n % n % n %

Мужской 186 49,2 178 44,3 150 49,2 143 55,6 657

Женский 192 50,8 224 55,7 155 50,8 114 44,4 685

Все го ... 378 100 402 100 305 100 257 100 1342

П римеча н ие. х2 = 8,133, v = 3, p = 0,043.

(Венгрия). Представленные результаты признаны удовлетворительными [11—14].

Из исследования были исключены все женщины и мужчины с выявленными ССЗ (ишемическая болезнь сердца — ИМ, сосудистые заболевания головного мозга, артериальная гипертензия, ИМ, сахарный диабет), развившимися до или в период проведения скринин-

га. В анализ были включены 384 женщины и 190 мужчин (исходный возраст от 25 до 64 лет). Срок проспективного наблюдения за участниками составил 16 лет.

В исследовании выделены следующие «конечные точки»: впервые возникшие случаи ИМ, инсульта. Регистрация всех случаев ИМ проводилась на основе программы ВОЗ «Регистр острого инфаркта миокарда»; впервые возникшие случаи инсульта регистрировались за период наблюдения. Источники, используемые для идентификации случаев инсульта: результаты ежегодного обследования популяционной когорты, истории болезни, стационарные отчеты о выписке, данные районных поликлиник, свидетельства о смерти, результаты собеседования с родственниками, патолого-анатомические и судебно-медицинские отчеты. За период наблюдения в когорте выявлено 15 случаев впервые возникшего ИМ у женщин и 30 — у мужчин, а также 35 случаев впервые возникшего инсульта у женщин и 22 — у мужчин.

Статистический анализ проводили с помощью пакета программ SPSS версия 11,5 [15]. Для проверки статистической значимости различий между группами использовали критерий х2 Пир -сона [16]. Для оценки относительного риска (ОР) коэффициента риска и его 95% доверительного интервала (ДИ) с учетом разного времени контроля использовали одно- и многофакторную регрессионную модель пропорциональных рисков Кокса (Cox-regression) [17]. Достоверность во всех видах анализа была принята при уровне значимости p < 0,05.

Результаты

По нашим данным, уровень жизненного истощения (ЖИ) у мужчин составил 66,8% (СЖИ — у 52,2%, ВЖИ — у 14,6%), у женщин — 74,9% (СЖИ — у 44,2%, ВЖИ — у 30,7%; х2 = 16,125, df = 1, p = 0,0001). Формирование ВЖИ у мужчин происходило в основном за счет старших возрастных групп от 45 до 54 лет (22,5%; х2 = 1,067, df2, p > 0,05) и от 55 до 64 лет (19,3%; х2 = 18,986, df = 2, p = 0,0001), в то время как у женщин наиболее высокие показатели ВЖИ отмече-

та б л и ца 4. Распределение по профессиональному уровню (скрининг III, 1994 г)

Профессиональный уровень

Пол РВЗ РСЗ Рук. ИТР РТФТ РСФТ РЛФТ учащиеся пенсионеры Итого

n % n % n % n % n % n % n % n % n %

Мужской Женский 28 5 84,8 15,2 55 44 55,6 44,4 65 63 50,8 49,2 84 116 42 58 144 18 88,9 11,1 167 97 63,3 36,7 21 102 17,1 82,9 9 2 81,8 18,2 84 158 34,7 65,3 657 605

Всего ... 33 100 99 100 128 100 200 100 162 100 264 100 123 100 11 100 242 100 1262

Примечание. х2 = 238,16, V = 8, р = 0,001. Здесь и в табл. 8: РВЗ — руководители высшего звена; РСЗ — руководители среднего звена; Рук. — руководители; ИТР —инженерно-технические работники; РТФТ — рабочие тяжелого физического труда; РСФТ — рабочие среднего физического труда; РЛФТ — рабочие легкого физического труда

Clinical Medicine, Russian journal. 2016; 94(8) DOI 10.18821/0023-2149-2016-94-8-601-608

Original investigations

таблица 5. Жизненное истощение у населения 25—64 лет

Показатель 25—34 года 35—44 года 45—54 года 55— 64 года 25—64 года

женщины мужчины женщины мужчины женщины мужчины женщины мужчины женщины мужчины

n % n % n % n % n % n % n % n % n % n %

НЖИ 31 30,4 77 46,7** 27 20 64 38,8 13 33,3 35 27,1 26 44,1 26 17,3*** 103 25,1 202 33

СЖИ 49 48 80 48,5 63 46,7 78 47,3 16 41 65 50,4 20 33,9 95 63,3 148 44,2 318 52,2

ВЖИ 22 21,6 8 4,8** 45 33,3 23 13,9 10 25,6 29 22,5* 13 22 29 19,3 84 30,7 89 14,6

Все го ... 102 100 165 100 135 100 165 100 39 100 129 100 59 100 150 100 335 100 609 100

Примечание. х2 = 19,813, V = 2, р = 0,0001. х2 = 20,967, V = 2, р = 0,0001. х2 = 1,067, V = 2, р>0,05. х2 = 18,986, V = 2,

р = 0,0001. х2 = 16,125, V = 1, р = 0,0001. НЖИ — нет жизненного истощения; СЖИ — среднее жизненное истощение; ВЖИ — высокое жизненное истощение.

ны в возрасте от 35 до 44 лет (33,3%; (х2 = 20,967, df2, р = 0,0001; табл. 5).

Показатели ЖИ в соответствии семейным положением у мужчин и женщин приведены в табл. 6.

Показатели ЖИ в соответствии с уровнем образования у мужчин и женщин приведены в табл. 7.

Показатели профессионального уровня у населения с ЖИ среди мужчин и женщин приведены в табл. 8.

Однофакторный регрессионный анализ Кокса показал повышение риска развития (РР) ИМ среди лиц с ЖИ в течение 16-летнего периода в 2 раза (95% ДИ 1,04—5,81; р < 0,05) по сравнению с теми мужчинами, у кого ЖИ не наблюдалось, однако мы не получили влияния ЖИ на риск развития Им у женщин (табл. 9).

В многофакторной модели регрессионного анализа Кокса с учетом социальных факторов (образования, профессиональной принадлежности, семейного положения) и возраста влияние ЖИ на РР ИМ у мужчин уменьшилось, однако осталось статистически достоверным (1,16, 95% ДИ 0,6—2; р < 0,05). Многофакторный анализ не выявил РР ИМ у женщин с ЖИ.

Огромное влияние на РР ИМ оказало семейное положение. РР ИМ у мужчин, никогда не состоявших в браке, был в 3,7 раза (95% ДИ 1,2—11; р < 0,01), у овдовевших мужчин — в 7 раз (95% ДИ 2,4—20; р < 0,001) выше. А среди разведенных РР ИМ оказался выше у

женщин (ОР = 5,4, 95% ДИ 1,9—32,9), чем у мужчин (ОР = 4,7, 95% ДИ 2,3—9,8; р < 0,001).

Только у мужчин с ЖИ, но не у женщин при сравнении по уровню образования оказалось, что при начальном уровне образования показатели РР ИМ выше в 2,2 раза (95% ДИ 1,1—4,5; р < 0,05) в сравнении с высшим образованием.

У мужчин, в сравнении с группой 23—34 лет, с возрастом РР ИМ повышался: в возрасте от 45 до 54 лет ОР = 3,8 (95% ДИ 1,2—12; р < 0,05), 55—64 лет ОР = 5,9 (95% ДИ 1,8—19; р < 0,01). У женщин наблюдалась лишь тенденция к повышению РР ИМ в старшей возрастной группе — от 55 до 64 лет (ОР = 2,38, 95% ДИ 1,1—6,8; р > 0,05; табл. 10).

В однофакторном регрессионном анализе Кокса в течение 16-летнего периода РР инсульта у лиц с ЖИ у мужчин ОР составлял 3,1 (95% ДИ 1,2—6,5; р < 0,05), а у женщин ОР был еще выше — 3,34 (95% ДИ 1,02— 10,93; р < 0,05; см. табл. 9).

В многофакторной регрессионной модели Кокса с учетом социального градиента, а также возраста РР инсульта у мужчин с ЖИ был выше (ОР = 2,6, 95% ДИ 1—6,8; р < 0,05), чем у женщин (ОР = 2,54, 95% ДИ 1,09—5,723; р < 0,05).

В нашем исследовании прослеживалась четкая связь между семейным положением и РР инсульта только у мужчин. По сравнению с женатыми мужчинами РР ин-

таблица 6. Жизненное истощение и семейное положение у населения 25—64 лет (III скрининг)

Пол

Семейное положение

НЖИ

n

%

СЖИ

n

%

ВЖИ

%

Итого

n

%

Мужской

Никогда не был женат

Женат

Разведён

Вдов

17 174 9

1

8,5 86,6 4,5 0,5

17 272

18 7

5,4 86,6 5,7 2,2

6

73 8 1

6,8 83 9,1 1,1

40 519 35 9

6,6 86,1 5,8 1,5

Женский

Всего... 201 100

Никогда не была замужем 3 3,6

Замужем 70 83,3

Разведена 7 8,3

Вдова 4 4,8

314

X2 = 6,663, V = 6, р = 0,356 15 117 11 5

100

10,1 79,1 7,4 3,4

88

11 68 15 9

100

10,7 66 14,6 8,7

603

29 255 33 18

100

8,7 76,1 9,9 5,4

Все го .

84

100

148

100

103

100

12,214, V = 6, р = 0,057

335

100

n

2

X

таблица 8. Жизненное истощение и профессиональный уровень у населения 25—64 лет (III скрининг)

Оригинальные исследования

таблица 7. Жизненное истощение и уровень образования у населения 25—64 лет (III скрининг)

Пол Образование НЖИ СЖИ ВЖИ Итого

n % n % n % n %

Мужской Высшее 78 39 86 27,4 19 21,6 183 30,4

Незаконченное высшее/ 58 29 86 27,4 27 30,7 171 28,4

среднеспециальное

Среднее 43 21,5 76 24,2 18 20,5 137 22,8

Незаконченное среднее-начальное 21 10,5 66 21 24 27,3 111 18,4

Все го ... 200 100 314 100 88 100 602 100

X2 = 22,655, v = 8, р = 0,004

Женский Высшее 25 29,8 41 27,7 30 28,8 96 28,6

Незаконченное высшее/ 32 38,1 57 38,5 36 34,6 125 37,2

среднеспециальное

Среднее 15 17,9 38 25,7 21 20,2 74 22

Незаконченное среднее-начальное 12 14,3 12 8,1 17 16,3 41 12,2

Все го ... 104 100 148 100 84 100 336 100

X2 = 5,869, v = 6, р = 0,438

Пол Профессиональная принадлежность НЖИ СЖИ ВЖИ Итого

n % n % n % n %

Мужчины РВЗ 10 5,3 12 4 5 6,2 27 4,8

РСЗ 25 13,3 26 8,7 5 6,2 56 9,9

Руководители 18 9,6 30 10 7 8,8 55 9,7

ИТР 28 14,9 35 11,7 6 7,5 69 12,2

РТФТ 34 18,1 75 25,1 12 15 121 21,3

РСФТ 49 26,1 81 27,1 22 27,5 152 26,8

РЛФТ 7 3,7 7 2,3 2 2,5 16 2,8

Учащиеся 3 1,6 1 0,3 3 3,8 7 1,2

Пенсионеры 14 7,4 32 10,7 18 22,5 64 11,3

Всего... 188 100 299 100 80 100 567 100

X2 = 30,307, v = 16, р = 0,016

Женщины РВЗ 1 1,4 2 1,5 0 0 3 1

РСЗ 3 4,3 14 10,4 6 6 23 7,6

Руководители 10 14,3 17 12,7 10 10 37 12,2

ИТР 17 24,3 25 18,7 17 17 59 19,4

РТФТ 1 1,4 4 3 4 4 9 3

РСФТ 10 14,3 27 20,1 19 19 56 18,4

РЛФТ 17 24,3 29 21,6 19 19 65 21,4

Учащиеся 0 0 1 0,7 0 0 1 0,3

Пенсионеры 11 15,7 15 11,2 25 25 51 16,8

Всего... 70 100 134 100 100 100 304 100

X2 = 16,32, v = 16, р = 0,431

сульта у мужчин, состоящих в разводе, был выше в 3,8 раза (95% ДИ 1,2—12,2; р < 0,02), а у овдовевших мужчин — в 3,6 раза (95% ДИ 0,7—16,7; р < 0,01).

РР инсульта у мужчин с незаконченным средним и начальным образованием по сравнению с лицами, имеющими высшее образование, был выше в 4,8 раза (95% ДИ 1,3—17,3;р < 0,01). У женщин подобная взаимосвязь не найдена.

В старшей возрастной группе (от 55 до 64 лет) в сравнении с оставшимися тремя возрастными группа-

ми (от 25 до 34 лет, от 35 до 44 лет и от 45 до 54 лет) РР инсульта у женщин был выше (ОР = 2,9, 95% ДИ 1,8— 4,7; р < 0,05), чем у мужчин (ОР = 2,4, 95% ДИ 0,9—6,2; р < 0,05; табл. 11).

Обсуждение

Уровень ЖИ у населения нашей популяции оказался довольно высок: он был выявлен практически у двух третей мужчин и женщин. Тем не менее у женщин ВЖИ встречался в 2 раза чаще, чем у мужчин. У муж-

606 Clinical Medicine, Russian journal. 2016; 94(8)

_DOI 10.18821/0023-2149-2016-94-8-601-608

Original investigations

таблица 9. Жизненное истощение и риск развития ООЗ в открытой популяции населения 25—64 лет (однофактор-ный регрессионный анализ кокса)

Мужчины Женщины

ССЗ Р ОР 95% ДИ для ОР Р ОР 95% ДИ для ОР

нижняя верхняя нижняя верхняя

Инфаркт миокарда 0,05 2 1,04 5,81 > 0,05 0,65 0,12 3,58

Инсульт 0,05 3,1 1,2 6,5 0,05 3,34 1,02 10, 93

Референсная группа Мужчины Женщины

Группа риска Р ОР 95% ДИ для ОР Р ОР 95% ДИ для ОР

нижняя верхняя нижняя верхняя

Нет ЖИ Жизненное истощение 0,05 1,16 0,6 2 > 0,05 0,6 0,1 3,4

Женат/ замужем Никогда не был(а) женат/замужем 0,01 3,7 1,2 11 — — — —

Разведен(а) 0,001 4,7 2,3 9,8 0,005 5,4 1,9 32,9

Вдов(а) 0,001 7 2,4 20 >0,05 5,3 0,5 52,2

Высшее образование Незаконченное высшее/ среднеспециальное образование > 0,05 0,7 0,3 1,8 > 0,05 0,6 0,1 3,6

Среднее образование 1,4 0,6 3,1 > 0,05 0,3 0,05 1,8

Незаконченное среднее/ начальное образование 0,05 2,2 1,1 4,5 >0,05 0,2 0,01 2,2

Рук. и ИТР Рабочие специальности > 0,05 3,7 0,9 28 > 0,05 0,6 0,06 7,3

24—34 лет 35—44 лет > 0,05 2,3 0,6 7,8 > 0,05 0,1 0,01 6,9

45—54 лет 0,05 3,8 1,2 12 > 0,05 0,4 0,8 12,9

55—64 лет 0,01 5,9 1,8 19 > 0,05 2,3 1,1 6,8

таблица 10. Жизненное истощение и риск развития им

чин в основном преобладал СЖИ. Т. Hoekstra_ и соавт. [18] проанализировали распространенность ЖИ. Оказалось, что только 16,9% мужчин и 25,1% женщин никогда не испытывали ЖИ, постоянное доклиническое ЖИ встречалось у 51,7% мужчин и 68,1% женщин, хроническое ЖИ — у 31,5% мужчин и 6,7% женщин, что согласуется с результатами, полученными в нашей популяции.

Мы не нашли существенных различий между мужчинами и женщинами по уровню ЖИ в группах, различающихся по семейному положению.

При рассмотрении уровня образования оказалось, что как мужчины, так и женщины с ЖИ в основном относились к группе с незаконченным средним/ средним специальным образованием.

В профессиональном плане среди лиц с ЖИ наблюдалось следующее: мужчины занимались физическим трудом тяжелой и средней степени тяжести, а женщины — физическим трудом легкой и средней тяжести.

В нашем исследовании мы установили, что ЖИ повышает РР ИМ у мужчин в 2 раза. Это подтверждается данными других авторов, например связь ЖИ с сердечно-сосудистыми событиями хорошо отражена в крупном когортном исследовании на американской популяционной выборке. ВЖИ было предиктором заболеваемости острым ИМ и фатальной ишемической болезнью сердца (ИБС) в средневозрастной популяции независимо от конвенционных факторов риска [19].

Несмотря на то что мы не получили данных о влиянии ЖИ на РР ИМ у женщин, при включении в модель социальных параметров оказалось, что ЖИ в сочетании с неблагоприятным жизненным событием (развод) повышает РР ИМ у женщин в 5,4 раза. Среди мужчин неблагополучное семейное положение, включая развод, вдовство, одиночество, при наличии ЖИ повышает РР ИМ от 3,7 до 7 раз в сравнении с женатыми мужчинами без ЖИ. Высокий РР ИМ у женщин с ЖИ отметили в ретроспективном сравнительном исследовании A.Appels и соавт. [3]. В других крупных проспективных исследованиях, таких как как Copenhagen City Heart Study, Mierlo Project, также подтверждена высокая значимость ЖИ в генезе ИБС, как и фактора РР острого ИМ и смерти от ИБС [20, 21]. В нашем исследовании большему РР ИМ были подвержены мужчины с ЖИ, имеющие незаконченное среднее и начальное образование, и лица среднего возраста (45 лет и старше), испытывающие ЖИ. Объяснить это можно тем, что в развитии ЖИ большое место занимают межличностные взаимоотношения и стресс на работе. Поскольку ЖИ характеризуется не только усталостью, но ощущением крушения надежд, возрастанием раздражительности, чему в немалой степени способствуют конфликтные ситуации на работе, все это вкупе и объясняет причину столь высокого РР ИМ у этой категории лиц. Женщины оказались менее подверженными влиянию социального

Оригинальные исследования

таблица 11. Жизненное истощение и риск развития инсульта

Референсная группа Мужчины Женщины

Группа риска Р ОР 95% ДИ для ОР Р ОР 95% ДИ для ОР

нижняя верхняя нижняя верхняя

Нет ЖИ Жизненное истощение 0,05 2,6 1 6,8 0,05 2,54 1,09 5,723

Женат/ Никогда не был (а) женат/замужем > 0,05 1,9 0,2 15 > 0,05 1,08

замужем Разведен (а) 0,01 3,8 1,2 12,2 > 0,05 0,07

Вдов (а) > 0,01 3,6 0,7 16,7 > 0,05 1,6 1,03 6,96

Высшее образование Незаконченное высшее/ среднеспециальное образование > 0,05 1,8 0,4 7,6 > 0,05 0,9 0,5 4,8

Среднее образование > 0,05 1,4 0,3 6,6 > 0,05 0,6 0,03 2,9

Незаконченное среднее/ начальное образование 0,01 4,8 1,3 17,3 > 0,05 1,9 0,5 3,8

Рук. и ИТР Рабочие специальности > 0,05 5,4 0,5 57 > 0,05 1,7 0,4 6,2

55—64 лет 0,05 2,4 0,9 6,2 0,05 2,9 1,8 4,7

статуса (уровня образования, занимаемой должности), чем мужчины [22—24].

Вместе с тем у мужчин влияние социального статуса оказалось сильнее, чем у женщин. РР инсульта был выше у мужчин, имеющих начальное образование, а также у разведенных и овдовевших, испытывающих ЖИ. Кроме того, как у мужчин, так и у женщин РР инсульта был выше у лиц старше 55 лет.

В мировой литературе относительно мало исследований, которые посвящены изучению влияния ЖИ на заболеваемость ишемическим инсультом. Так, в проспективном исследовании Schuitemaker & Dinant выявили, что ЖИ ассоциировано с высоким РР инсульта [26].

В развитии ЖИ большое место занимает социальный градиент. При исследовании связи ЖИ с повышенными обязательствами к работе на репрезентативной выборке рабочих авиапредприятия сделан вывод о том, что повышенные обязательства показывают истощаю -щий стиль, связанный с работой, и являются независимо связанными с ЖИ. Важно, что личностные черты могут оказывать влияние на чувство ЖИ при повышении напряжения на работе [26], что согласуется с результатами нашего исследования, объясняя причины более высокого РР инсульта у мужчин с низким социальным уровнем и испытывающих ЖИ. Выводы

1. Определено, что распространенность жизненного истощения у женщин выше, чем у мужчин; это касается и высокого уровня жизненного истощения.

2. Установлено, что у мужчин и женщин с жизненным истощением имели место следующие характеристики социального градиента: структура семейного положения гендерно существенно не различалась; образование большинство мужчин и женщин имели незаконченное высшее/среднее специальное; профессиональный уровень — среди мужчин больше работников физического труда, тяжелого и средней тяжести, среди женщин — работниц среднетяжелого и легкого физического труда.

3. Жизненное истощение повышало риск развития инфаркта миокарда только у мужчин. Риск инсульта у женщин с жизненным истощением был выше, чем у мужчин.

4. При наличии жизненного истощения наибольшему риску развития инфаркта миокарда были подвержены мужчины в возрасте 45 лет и старше с неблагополучным семейным статусом и имеющие низкий уровень образования. Среди женщин риску развития инфаркта миокарда были больше подвержены женщины, состоящие в разводе. риск инсульта оказался выше у разведенных и овдовевших мужчин, среди лиц, имеющих низкий уровень образования, а также среди лиц старше 55 лет обоего пола.

ЛИТЕРАТУРА

(остальные источники см. в REFERENCES)

22. Гафаров В.В., Громова Е.А., Кабанов Ю.Н., и др. Личность и ее взаимодействие с социальной средой: непроторенная дорога. Новосибирск: Изд-во СО РАН: 2008.

23. Гафаров В.В., Пак В.А., Гагулин И.В. и др. Психология здоровья населения в России. Новосибирск; 2002.

24. Гафаров В.В., Пак В.А., Гагулин И.В., Гафарова А.В. Эпидемиология и профилактика хронических неинфекционных заболеваний в течение 2-х десятилетий и в период социально-экономического кризиса в России. Новосибирск; 2000.

REFERENCES

1. Appels A. Mental precursors of myocardial infarction. Br. J. Psychiatry. 1990; 156: 465—71. DOI: 10.1192/bjp.156.4.465

2. Appels A., Mulder P. Excess fatigue as a precursor of myocardial infarction. Eur Heart J. 1988; 9: 758—64. DOI: http://dx.doi. org/10.1093/eurheartj/9.7.758 First published online: 1 July 1988 (7 pages)

3. Appels A., Falger P.R.J., Schouten W.G.W. Vital exhaustion as a risk indicator for myocardial infarction in women. J. Psychosom. Res. 1993; 37: 881—90. doi:10.1016/0022-3999(93)90177-H

4. Appels A., Mulder P. A questionnaire to assess premonitory symptoms of myocardial infarction. Int. J. Cardiol. 1987; 17 (1): 15—24. DOI: http://dx.doi.org/10.1016/0167-5273(87)90029-5

5. van Doornen L.J.P., van Blokland R.W. The relation between type A behavior and vital exhaustion with physiological reactions with real life stress. J. Psychosom. Res. 1989; 33(6); 715—25. D0I:10.1016/0022-3999(89)90087-1

6. Raikkonen K., Hautanen A., Keltikangas-Jarvinen L. Association of stress and depression with regional fat distribution in healthy middle-aged men. J. Behav. Med. 1994; 17: 605—16. DOI 10.1007/ BF01857600

Clinical Medicine, Russian journal. 2016; 94(8) DOI 10.18821/0023-2149-2016-94-8-608-613

7. Raikkonen K., Lassila R., Keltikangas-Jarvinen L., Hautanen A. Association of chronic stress with plasminogen activator inhibitor-1 in healthy middle-aged men. Arterioscler. Thromb. Vasc. Biol. 1996; 16: 363—7. D0I:10.1161/01.ATV. 16.3.363

8. Raikkonen K., Keltikangas-Jarvinen L., Adlercreutz H., Hautanen A. Psychosocial stress and the insulin resistance syndrome. Metabolism. 1996; 45: 1533—8. DOI: http://dx.doi.org/10.1016/ S0026-0495(96)90184-5

9. Raikkonen K., Keltikangas-Jarvinen L., Hautanen A. The role of psychological coronary risk factors in insulin and glucose metabolism. J. Psychosom. Res. 1994; 38: 705—13. doi:10.1016/0022-3999(94)90023-X

10. Cole W.R., Kawachi I., Sesso H.D. Sense of exhaustion and coronary heart disease among college alumni. Am. J. Cardiol. 1999; 84:1401—5. DOI: 10.4236/ojpsych.2012.24040

11. WHO. MONICA. Project Prepared by Kuulasmaa K. et al. Baseline population .survey data book. MONICA Memo 178 A. Helsinki, 1990

12. WHO. Proposal for the Multinational Monitoring of Trends in Cardiovascular Disease. Geneva; 1985

13. World Health Organization. MONICA Psychosocial Optional Study. Suggested Measurement Instruments. Copenhagen: WHO Regional Office for Europe; 1988

14. Tunstall-Pedoe H. The World Health organization MONICA proj -ect (monitoring trends and determinants in cardiovascular disease): A major international collaboration. J. Clin. Epidemiol. 1988; 41: 105—14. DOI: 10.1016/0895-4356(88)90084-4

15. SPSS: искусство обработки информации. Анализ статистических данных и восстановление скрытых закономерностей: Пер. с нем. Ахим Бююль, Петер Цёфель. СПб.: ООО «DiaSofTOn»; 2002. [SPSS: Art Processing. Analysis of Statistical Data and Restore Hidden Patterns: Transl. by German Ahim Byuyul', Peter Czefel'. St. Petersburg: OOO «DiaSoftYuP»; 2002]. (in Russian)

16. Glants С. Biomedical Statistics: Transl. from Engl. Moscow: Prac-tika; 1998.

Original investigations

17. Cox D.R. Regression models and life tables. J. Roy. Stat. Soc. Ser. B. 1972; 34: 187—220. http://www.jstor.org/stable/2985181

18. Hoekstra T., Barbosa-Leiker C., Twisk J.W. Vital exhaustion and markers of low-grade inflammation in healthy adults: the Amsterdam Growth and Health Longitudinal Study. Stress Hlth. 2013; 29(5): 392—400. doi: 10.1002/smi.2485.

19. Williams J.E., Mosley T.H., Kop W.J. et al. Vital exhaustion as a risk factor for adverse cardiac events (from the Atherosclerosis Risk In Communities [ARIC] study). Am. J. Cardiol. 2010; 105(12): 1661— 5. doi: 10.1016/j.amjcard.2010.01.340.

20. Prescott E., Holst C., Gronbaek M. et al. Vital exhaustion as a risk factor for ischaemic heart disease and all-cause mortality in a community sample. A prospective study of 4084 men and 5479 women in the Copenhagen City Heart Study. Int. J. Epidemiol. 2003; 32: 990—7. doi:10.1093/ije/dyg235

21. Schuitemaker G.E., Dinant G.J., Van Der Pol G.A., Appels A. Assessment of vital exhaustion and identification of subjects at increased risk of myocardial infarction in general practice. Psychosomatics. 2004; 45: 414—8. DOI: http://dx.doi.org/10.1176/appi.psy.45.5414

22. Gafarov V.V., Gromova E.A., Kabanov Yu.N. et al. Personality and its Interaction with the Social Environment: Unbeaten Road. Novosibirsk: SB RAMS; 2008. (in Russian)

23. Gafarov V.V., Pak V.A., Gagulin I.V. et al. Psychology of Health in Russia. Novosibirsk; 2002. (in Russian)

24. Gafarov V.V., Pak V.A., Gagulin I.V., Gafarova A.V. Epidemiology and prevention of chronic noncommunicable diseases over 2 decades in period of social-economic crisis in Russia. Novosibirsk; 2000. (in Russian)

25. Schuitemaker G.E., Dinant G.J., Van Der Pol G.A. et al. Vital exhaustion as a risk indicator for first stroke. Psychosomatics. 2004; 45: 114—8. DOI: http://dx.doi.org/10.1176/appi.psy.45.2.114

26. Preckel D., von Kanel R., Kudielka B.M., Fischer J.E. Overcommitment to work is associated with vital exhaustion. Int. Arch. Occup. Environ. Hlth. 2005; 78(2):117—22. DOI 10.1007/s00420-004-0572-8

Поступила 30.11.15 Принята в печать 26.01.16

© ВОЛКОВ В.П., 2016 УДК 616.127-02:615.214]-091

Волков В.П.

ЭЛЕКТРОКАРДИОГРАФИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ МОРФОГЕНЕЗА НЕЙРОЛЕПТИЧЕСКОЙ КАРДИОПАТИИ

ООО «Тверской центр судебных экспертиз», 170008, г. Тверь

для корреспонденции: Волков Владимир Петрович — канд. мед. наук, зав. отд. мед. экспертиз Тверского центра судебных экспертиз; е-таД: patowolf@yandex.ru

Нейролептическая кардиомиопатия (НКМП) является следствием побочного кардиотоксического действия антипсихотических препаратов. Изменения ЭКГ при этом заболевании изучены недостаточно.

Цель. Проследить в динамике изменения ЭКГ в разных клинических стадиях НКМП и определить их диагностическую ценность.

Методы. Определены частота и информативность восьми различных ЭКГ-признаков, в том числе корригированного по формуле Базетта интервала QT ^Тс). Информативность признака оценивали по формуле Кульбака. Полученные результаты обработаны методами параметрической и непараметрической статистики.

результаты. Выявленные при НКМП патологические сдвиги показателей ЭКГ отражают процессы структурных изменений сердца на разных уровнях его организации. Информационный анализ показал, что почти все ЭКГ-признаки являются высокоинформативными. Они имеют следующие показатели рангов (частота/информативность): нарушения ритма — 1/8, удлинение интервала QTc — 4/3, нарушения проводимости — 2/2, диффузные мышечные изменения — 3/1, перегрузка правых отделов сердца — 5/6, гипертрофия левого желудочка — 7—8/5, снижение электрической активности миокарда — 7—8/5, отклонение электрической оси сердца влево — 6/4.

Целесообразно особо выделить 3 максимально информативных и, следовательно, наиболее важных ЭКГ-признака, свидетельствующих о развивающейся НКМП: 1) диффузные мышечные изменения; 2) нарушения проводимости; 3) удлинение интервала QTc.

Заключение. Информационный анализ позволяет по-новому взглянуть на динамику изменений ЭКГ, наблюдающихся при развитии НКМП, и оценить диагностическое значение обнаруженных патологических сдвигов для ее раннего выявления.

Ключевые слова: антипсихотические препараты; побочное кардиотоксическое действие; нейролептическая кардиомиопатия; изменения ЭКГ; информационный анализ.

для цитирования: Волков В.П. Электрокардиографические аспекты морфогенеза нейролептической кардиомиопатии. Клин. мед. 2016; 94 (8): 608—613. DOI 10.18821/0023-2149-2016-94-8-608-613