Психологические особенности личности при формировании и развитии аддиктивного
пищевого поведения
Psychological personality traits in the formation and development of addictive eating behavior
Давыдова Е.В.
Студент 6 курса
Факультет социальной работы и клинической психологии Волгоградский государственный медицинский университет
Россия, г. Волгоград e-mail: Mirianor@mail.ru
Davydova E.
Student 6 term
Faculty of social work and clinical psychology Volgograd State Medical University Russia, Volgograd e-mail: Mirianor@mail.ru
Аннотация.
Статья посвящена проблеме нарушений пищевого поведения (анорексия и булимия) у женщин молодого возраста. На основе проведенного исследования выделены специфические психологические особенности лиц, страдающих пищевой аддикцией. Полученные данные свидетельствуют о том, что для данной категории людей характерно использование дезадаптивных психологических защит, наличие высокого уровня тревожности, низкая переносимость фрустраций.
Annotation.
The article is devoted to the problem of eating disorders (anorexia and bulimia) in young women. Based on the conducted research, the specific psychological characteristics of people suffering from food addiction are highlighted. The findings suggest that the use of maladaptive psychological defenses, the presence of a high level of anxiety, and low tolerance of frustration are characteristic of this category of people.
Ключевые слова: нарушения пищевого поведения, анорексия, булимия, механизм психологической защиты.
Key words: eating disorders, anorexia, bulimia, psychological defense mechanism.
Число заболевших, в анамнезе которых диагностируют признаки нарушений пищевого поведения, растет с каждым днем. В их числе анорексия и булимия. Однако, этимология этих заболеваний, как большинства других психосоматических расстройств остается малоизученной [3].
Согласно неофициальным данным, анорексией страдают около 5-8% подростков и молодых женщин. Еще 7,5 % страдают от булимии [4]. Нарушения пищевого поведения, как правило, сопровождают целый ряд иных расстройств, связанных с дисфункцией в работе сердечно-сосудистой системы, опорно-двигательного аппарата (снижение плотности костей) и пр. [7].
Проблема пищевой аддикции приковывает внимание врачей и психологов во всем мире, особенно в контексте ставшей в последнее десятилетие популярной тенденцией - борьба с лишним весом. Печатные и интернет-издания, телевидение, прочие СМИ навязывают «выгодные», но опасные для здоровья стандарты красоты. Человек находится в информационной ловушке, которая прямо или косвенно определяет его в группу риска по развитию либо анорексии, либо булимии [2,5]. Эти на первый взгляд, разноплановые по описательной характеристике расстройства, объединяют и квалифицируют как нарушение пищевого поведения, или аддиктивное пищевое поведение. Несмотря на то, что симптоматика и фармакотерапия этих расстройств различна, исследователи считают, что психологический «субстрат» подобных пищевых аддикций может иметь сходные черты, в виде стереотипов питания, непринятия образа собственного тела и результатов длительного пребывания в стрессе. В контексте данной проблемы, психологическое назначение пищи
превосходит ее изначальную функцию и перерастает в мнимую возможность «заедать» беспокоящие проблемы, ограждаться от реальности [3].
С позиции клинической психологии, нервная булимия представляет собой нарушение, в основе которого лежит синдром переедания с последующим очищением желудка. Она характеризуется неконтролируемыми приступами переедания и чрезмерной обеспокоенностью весом. Самое страшное в этом заболевании, что в попытках предупредить нежелательную полноту, женщины идут на губительные для своего организма меры: искусственно вызывают рвоту, бесконтрольно принимают слабительные средства, истязая себя физическими нагрузками и жесткими диетами. По некоторым данным количество приступов переедания варьируется от двух до сорока в неделю. Жизнь человека, страдающего булимией, полностью подчинена режиму питания, что автоматически переносит проблему в русло клинической психологии. Еда становится уже не источником энергии, а выходит на первый план существования человека [1].
Булимию контекстуально рассматривают в тандеме с анорексией, так как это нарушение, характеризующееся преднамеренным снижением веса, инициированное самим индивидом. Анорексия проявляется в резком изменении режима питания, вплоть до полного отказа от пищи. Внутренняя картина болезни анорексии строится на непринятии собственной внешности, которое выражено в нарушении восприятия своего тела [6].
Таким образом, должное внимание к подобным расстройствам продиктовано тем, что, на первый взгляд, безобидные игры с собственным телом, в реальности имеют серьезные последствия для организма, которые затрагивают деятельность пищеварительной системы и других жизненно важных систем, вызывают потерю зубов, почечные заболевания, сердечную недостаточность и нередко летальный исход.
В качестве цели данной научно-исследовательской работы стало изучение психологических особенностей лиц с нарушением пищевого поведения.
Выборку исследования составили 87 человек в возрасте от 18 до 35 лет, разделенных на 2 группы. В первую группу вошли 39 женщин с расстройствами пищевого поведения, находящиеся на момент исследования в условиях стационара медицинского учреждения (МУЗ ГКБ «Клиническая больница № 25»). Вторую группу составили 48 женщин, не страдающих данными нарушениями.
В работе применялся комплекс методических приемов, представленный личностным опросником Плутчика-Келлермана-Конте (Life Style Index, LSY), шкалой самооценки уровня тревожности Спилберга-Ханина, опросником Шмишека. Необходимость использования в исследовании данного блока методик обусловлена специфичной направленностью отдельных опросников, отвечающей изучаемой проблеме. Полученные в ходе исследования данные были подвержены статистической обработке с использованием программы «SPSS».
Рассмотрим результаты психологической диагностики.
Средние значения, полученные при помощи методики Плутчика-Келлермана-Конте, отражены в таблице 1.
Установлено, что достоверные различия между группой больных анорексией и булимией и группой здоровых при анализе психологических защит имеют такие шкалы как «отрицание» 8,5±1,0 балла у больных и 4,5±0,5 балла у здоровых, «проекция» и «рационализация». Это свидетельствует о том, что в группе больных, испытуемые склонны чаще использовать защитные механизмы первого порядка. Группе здоровых, свойственны психологические защиты второго порядка, более зрелые, например такие как «регрессия» и «вытеснение».
Таблица 1. Показатели средних значений по шкалам опросника Плутчика в обеих группах
Шкалы Баллы (группа больных) Баллы (группа здоровых)
Вытеснение 4,3±0,5 6±1,0
Регрессия 3,8±0,5* 8,1±1,4*
Замещение 5,2±0,8 7,1±0,5
Отрицание 8,5±1,0* 4,5±0,5*
Проекция 9,1±1,0* 3,5±0,7*
Компенсация 6,0±0,5 7,2±0,5
Гиперкомпенсация 7,5±1,0 8,6±0,2
Рационализация 9,2±0,4* 7,5±0,1*
Примечание: * различие статистически достоверно (р<0,05).
Шкала «рационализации» выражена интенсивнее в группе больных. Несмотря на то, что рационализация относится к зрелой защите, принцип ее работы заключается в осмысливании эмоций и чувств, т.е. не чистое переживание, а обосновании самому себе смысла своего состояния, а это, в свою очередь, может служить одним из факторов риска развития пищевой аддикции в данном случае.
Средние значения, полученные при помощи методики Спилберга-Ханина, представлены в таблице 2.
Таблица 2. Показатели средних значений по шкалам опросника Спилбергера в обеих группах
Шкалы Баллы (группа больных) Баллы (группа здоровых)
Личностная тревожность 3,3±0,4* 1,8±0,2*
Ситуативная тревожность 2,9±0,2* 1,9±0,4*
Примечание: * различие статистически достоверно (р<0,05).
При исследовании тревожности, также достоверно чаще выявлен высокий показатель у группы больных, как по шкале личностной, так и ситуативной тревожности. Однако преобладающая интенсивность отмечается по шкале личностной тревожности 3,3±0,4 балла в группе больных, это может быть связано с тем, что беспокойство, волнение и боязливость являются устойчивыми чертами данного склада личности. Так как средние значения всех ранее произведенных подсчетов указали на достоверность различий в показателях между группами больных и здоровых.
Средние значения по опроснику Шмишека (таблица 3), свидетельствуют о том, что для группы больных характерны два вида акцентуации: демонстративный и эмотивный.
Данные результаты означают, что люди, страдающие пищевой аддикцией стремятся первенствовать во всем, всегда быть на виду, пытаются привлечь к себе внимание, но в тоже время они впечатлительны и чувствительны, зависят от окружающих обстоятельств и людей.
Таблица 3. Показатели средних значений по шкалам опросника Шмишека в обеих группах
Акцентуация Среднее значение (баллы)
Демонстративный тип 19,33
Застревающий тип 14
Педантичный тип 10,67
Возбудимый тип 5,33
Гипертимный тип 12,67
Дистимный тип 6
Тревожный тип 10,67
Эмотивный тип 11,33
Экзальтированный тип 19
Циклотимный тип 14
Корреляционный анализ результатов основных методик исследования в группе больных (таблица 4) показал, что такие защитные механизмы как «отрицание» (0,3) и «проекция» (0,33), имеют прочную корреляционную связь с группой больных. Схожая тенденция обнаруживалась и при сравнительном анализе средних значений. В связи с этим, можно
полагать, что развитие симптомов аддикций пищевого поведения определенным образом соотносится с тем набором защитных механизмов, которые используют больные с данным типом пищевых нарушений.
Более того, корреляционный анализ дает понять, что преобладание в индивидуальном наборе примитивных механизмов, защит первого порядка, которые недифференцированы и сплавляют между собой когнитивные, аффективные и поведенческие параметры, может неким способом влиять на появление у человека признаков пищевой аддикции. Относительно «рационализации» корреляционный анализ указал отрицательный коэффициент, а именно (-0,27), что дает основания предполагать, что при увеличении данного показателя, риск проявления признаков нервной анорексии или булимии должен ниспадать, тем самым выбивая данный механизм из «портрета человека с аддиктивным пищевым поведением». Что касается прочих защит, то в результате статистических подсчетов не обнаружено иных, достаточно прочных связей. Впрочем, объяснением этого может служить и то, что не набравшие достаточно высокий коэффициент корреляции психологические защиты, большей частью своей относятся к защитам второго порядка (компенсация, вытеснение, замещение и т.д.), т.е. к более высокоорганизованным и эффективно действующим, что подтверждает наше предположение о предпочтительности людей с аддикциями пищевого поведения психологических защит первого порядка.
Анализируя данные корреляционного анализа опросника Шмишека, вырисовывается сочетание двух и более акцентуаций. Наиболее прочная связь наблюдается у гипертимного типа (0,25), который характеризуется уходом от болезни в работу, отрешенность от симптомов, игнорирование чувственных сигналов, как на уровне тела, так и на уровне психики. Ему свойственно пренебрежительное отношение к болезни и необоснованно повышенное настроение. Внутренняя картина болезни такого пациента может характеризоваться выраженным беспокойством по поводу принимаемых лекарств и процедур, а также сомнений по поводу компетентности врачей в отношении его болезни.
Таблица 4. Показатели корреляции в группе больных анорексией и булимией (опросники Плутчика и
Шмишека)
Опросник Плутчика-Келлермана-Конте Группа больных Опросник Шмишека Группа больных
Вытеснение Дистимиче ский
Регрессия Демонстративность
Замещение Гипертимный
Отрицание Педантичный
Проекция Эмотивный
Компенсация Экзальтированный
Гиперкомпенсация Возбудимый
Рационализация Застревающий
Тревожный
Не менее прочная связь обнаружилась и у тревожного типа (0,28) характеризующегося мнительностью и настороженностью в деталях, где в поисках новых эффективных методов лечения, больной совершенно игнорирует свои собственные ощущения, расценивая их как сомнительные и далёкие от объективности. Более слабая, но тем не менее, устойчивая корреляционная связь обнаружена и у таких типов как застревающий (0,18) и демонстративный (0,16). Застревающий тип помимо присущей ему сосредоточенности на своих болезненных ощущениях, которые он настолько детально пытается расписать, что больше о них думает, чем чувствует, ему также свойственны черты тревожного типа. Последнее стимулирует негативное отношение к лечению, что не позволяет ему отследить даже субъективно улучшения в самочувствии. Специфика демонстративного типа заключена в самом определении этой акцентуации, стремлении при помощи болезни привлечь внимание к себе, демонстративный отказ от еды, голодовки.
Отличительной особенностью эмоционального реагирования в фрустрирующих ситуациях больных анорексией и булимией является то, что они не в состоянии сами решить конфликтную ситуацию, проявляя пассивность, конформность и податливость, примиряясь с неудовлетворенностью. С детства они привыкли принимать ситуации фрустрации как должные, закономерные. Портрет такой личности вырисовывается мрачный: это люди, не склонные к проявлению выразительных эмоций, нет ни четко обозначенной агрессии, ни восторженной радости, всё в полутонах. Их социальная жизнь скудна на контакты, зачастую они пребывают в изоляции, что способствует еще большей дезадаптации.
Таким образом, полученные результаты указывают на то, что в развитии пищевых аддикций высокое значение имеют личностные, социальные и культурно-средовые аспекты (перенимаемые в процессе воспитания модели поведения). Также в ходе исследования отмечено явное предпочтение группой больных защитных механизмов первого порядка, т.е. примитивных, незрелых защит, которые обладают малой степенью адаптивности. В этой связи, недостаточная способность к адекватному выражению эмоций в поведении у таких пациентов ведет к значительному усилению вегетативной активации при возникновении эмоционального напряжений и тревоги и как следствие, ухудшению самочувствия и проявлению соответствующей симптоматики.
Список используемой литературы:
1. Глушкова К.Н., Егошина Е.К. Булимия - чума 21 века // XII Межрегиональная научно-практическая конференция «Здоровый образ жизни - веление времени». - 2017. - С. 68-75.
2. Келина М. Ю. Социокультурные факторы формирования неудовлетворенности телом и нарушений пищевого поведения // Вестник Московского государственного лингвистического университета. - 2012. - №.7 (640). - С. 123-141.
3. Кузнецова М.М. Теоретический анализ проблемы нарушения пищевого поведения. // Вестник Харьковского национального педагогического университета. - 2015. - №51. - С.141-149.
4. Медведев В.П., Лоскучерявая Т.Д. Нервная анорексия и нервная булимия у детей и подростков: диагностика и лечение // Российский семейный врач. - 2013. - Т. 17. - №. 1. - С. 71-76.
5. Николаева Н.О. История и современное состояние исследований нарушений пищевого поведения (культурные и психологические аспекты) // Журнал «Клиническая и специальная психология». -2012. - №1. - С.133-136.
6. Пырьева Е.А. и др. Современные подходы к ведению пациентов с нервной анорексией в условиях стационара // Педиатрия. - 2015. - Т. 94. - №. 5. - С. 56-62.
7. Халми К.А. Классификация, диагностика и заболевания, сопутствующие расстройствам пищевого поведения: обзор. - М.: 2015. - 430 с.