Научная статья на тему 'Протестное движение шахтеров Кузбасса во время перехода к рыночным отношениям: проблемы поиска союзников'

Протестное движение шахтеров Кузбасса во время перехода к рыночным отношениям: проблемы поиска союзников Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
243
70
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
ПЕРЕХОД К РЫНКУ / КУЗБАСС / ШАХТЕРЫ / ПРОТЕСТЫ / СОЮЗНИКИ / TRANSITION TO THE MARKET / KUZBASS / MINERS / PROTESTS / ALLIES

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Соловенко Игорь Сергеевич

Исследуется такое важное направление протестного движения шахтёров Кузбасса во время перехода к рыночным отношениям, как поиск союзников. Показана противоречивость взаимодействия рабочих и общественно-политических сил.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Kuzbass Miners Protest Movement during the Transition to a Market Economy: the Problem of Finding Allies

The article deals with such an important area of the protest movement of the Kuzbass miners during the transition to a market economy as the search for allies. It is shown that interaction of working, social and political forces was contradictory.

Текст научной работы на тему «Протестное движение шахтеров Кузбасса во время перехода к рыночным отношениям: проблемы поиска союзников»

ББК 60.524.251

И.С. Соловенко

Протестное движение шахтеров Кузбасса во время перехода к рыночным отношениям: проблемы поиска союзников*

I.S. Solovenko

Kuzbass Miners Protest Movement during the Transition to a Market Economy: the Problem of Finding Allies

Исследуется такое важное направление протестного движения шахтёров Кузбасса во время перехода к рыночным отношениям, как поиск союзников. Показана противоречивость взаимодействия рабочих и общественно-политических сил.

Ключевые слова: переход к рынку, Кузбасс, шахтеры, протесты, союзники.

Рабочие угольной отрасли Кузбасса в первые годы рыночных преобразований пытались собственными силами отстаивать свои трудовые права. Но вскоре они осознали невозможность самостоятельно решать поставленные задачи и стали выстраивать новую стратегию отстаивания своих социально-экономических и политических интересов. В течение рассматриваемого периода наблюдался переход от только экономических требований к политическим лозунгам, что указывает на трансформацию взглядов шахтеров в сторону поддержки решительных системных изменений на государственном уровне. Добиться этого было возможно благодаря привлечению к протестному движению широких слоев трудового народа, оппозиционных общественно-политических организаций и партий.

В условиях углубляющегося социально-экономического кризиса в стране протестное движение горняков, безусловно, было выгодно оппозиции. Однако она не выступила единым фронтом, и шахтерам приходилось, в зависимости от ситуации, определять взаимоотношения с тем или иным союзником. К тому же у шахтеров не имелось единого мнения о том, кому доверить свой протестный потенциал. Особенно это было заметно на региональном уровне. В течение 1990-х гг. приоритеты рабочих менялись как только становилось понятно, что та или иная общественно-политическая сила уже не способна выражать реальные интересы угольной отрасли Кузнецкого края.

Первое время многие шахтеры считали выразителем своих интересов рабочие комитеты (рабочкомы), созданные еще в 1989 г. Близость членов Совета рабочих комитетов Кузбасса к политическому руководству нового государства позволяла им быть реальным по-

The article deals with such an important area of the protest movement of the Kuzbass miners during the transition to a market economy as the search for allies. It is shown that interaction of working, social and political forces was contradictory.

Key words: transition to the market, Kuzbass, miners,

protests, allies.

средником между Кремлем и шахтерами, представлять интересы угольной отрасли края. Обозначившийся в 1992 г. рост проблем в угольной промышленности рабочие комитеты связывали не с провалами в ее реформировании, а с неэффективной деятельностью руководителей предприятий в новых рыночных условиях. Такая позиция, конечно, не могла не встретить поддержки со стороны рабочих, которые регулярно сталкивались с неумелыми действиями директоров шахт и разрезов.

Вместе с тем становился очевидным системный характер шахтерских проблем, их связь с неквалифицированными действиями Правительства РФ. Соответственно, абсолютная поддержка Советом рабочих комитетов Кузбасса курса федеральной исполнительной власти по форсированному реформированию угольной промышленности вызывала непонимание со стороны рабочих. Постепенно разделились и мнения самих членов рабочкомов по вопросу курса Кремля в отношении шахтерской отрасли. Региональные лидеры организации остались верны политике Правительства РФ и поддержали кандидатуру Б. Ельцина на выборах Президента в 1996 г. На местном уровне требования шахтеров становились все более радикальными, что отразилось на позиции рабочкомов. В 1997 г., в ходе подъема протестного движения шахтеров, руководство местных рабочих комитетов, например Анжеро-Судженска, «не считали членов Совета рабочих комитетов Кузбасса во главе со Строканевым и Голиковым законными представителями от рабочих» [1].

Деятельность рабочих комитетов в постсоветское время не была столь организованной и актив-

* Статья подготовлена при финансовой поддержке Российского гуманитарного научного фонда и Администрации Кемеровской области, проект №11-11-42009а/Т.

ной. Почти все лидеры «политической волны» ушли из рабочего движения во власть, предпринимательство, занялись профсоюзной работой и т. д. Даже некоторая активизация действий рабочих комитетов в конце 1990-х гг. не позволила данному представительному органу сохранить свое влияние на шахтеров.

Более энергично и последовательно, чем рабочие комитеты, права и интересы угледобытчиков во время перехода к рыночным отношениям отстаивали профсоюзы, в первую очередь шахтерские — Независимый профсоюз горняков России (НПГР) и Росуглепрофсоюз. Конкурентная борьба между ними подталкивала членов обоих профсоюзов быть всегда «на передовой» в борьбе за интересы шахтеров и угольной отрасли Кузнецкого края.

Несмотря на определенные принципиальные отличия между собой, оба шахтерских профсоюза имели общие цели и задачи, главные из которых — повышение экономической эффективности угледобывающих предприятий и защита социальных прав рабочих. Период жесткой конфронтации между НПГР и Росуглепрофсоюзом в 1992-1993 гг. показал, что ни один из них не обладает силой, способной быстро и эффективно решить значительный перечень шахтерских проблем. Поэтому с 1994 г. оба профсоюза стали чаще объединять свои усилия в борьбе за сохранение угольной отрасли, устраивать совместные акции протеста в Кузбассе, а затем и в Москве. Шахтерские профсоюзы принимали участие в разрешении фактически всех конфликтных ситуаций, их представители совместно с правительственными комиссиями подписывали многие ключевые протоколы по угольной промышленности края. Весной 1997 г. руководство обоих шахтерских профсоюзов открыто перешло в оппозицию Б. Ельцину. Именно в то время борьба приобрела политический тон, требование отставки Президента РФ стало одним из центральных лозунгов угледобытчиков.

Шахтерские профсоюзы искренне боролись за интересы рабочих, но в силу объективных причин не могли осуществлять свою деятельность полноценно. В новых политических условиях они обрели самостоятельность, но имели разные подходы к решению проблем горняков. Даже в моменты совместных акций протеста между НПГР и Росуглепрофсоюзом не утихала борьба за лидерство и контроль в шахтерском движении Кузбасса. Острая обоюдная критика снижала их авторитет и роль в разрешении социально-трудовых конфликтов.

В целом шахтерские профсоюзы Кузбасса выступали за более мирные и законные формы протеста, что сближало их с рабочими в периоды роста и спада протестной активности. Вместе с тем, когда эффективность мирных способов решения проблем угольной отрасли под флагами профсоюзов была низка, отношение к НПГР и Росуглепрофсоюзу среди куз-

басских шахтеров заметно ухудшалось, что особенно проявилось в период подъема протестного движения в 1997-1998 гг. Использование шахтерами радикальных форм борьбы стало, по их мнению, результатом неспособности защитить их интересы профсоюзными организациями. В июле 1998 г., когда Кузбасс вновь охватили «рельсовые войны», анже-росудженцы совместно с забастовщиками из Юрги, Осинников, Топок, Березовского, Новокузнецка, Кемерова, Киселевска и Гурьевска объявили недоверие действовавшим профсоюзным лидерам — председателю Федерации независимых профсоюзов Кузбасса А. В. Чекису и председателю Федерации тер-комов угольщиков А. И. Фомину [2].

Однако, несмотря на ряд проблем и неудач в отстаивании интересов горняков, профсоюзные организации Кузбасса даже в конце 1990-х гг. увеличивали свой численный состав [3, л. 3], что указывает на отсутствие серьезной институциональной альтернативы в решении шахтерских вопросов.

Шахтерские профсоюзы поддерживали различные формы и способы организации трудящихся с целью защиты предприятий от скоропостижного развала и ликвидации. Одним из результатов данной деятельности стало появление комитета спасения — коллективного органа самоуправления трудящихся. Первый такой орган был создан в 1996 г. по инициативе работников шахты «Центральная» (Прокопьевск). Комитет спасения старался по возможности сохранить рабочие места, обеспечить получение законных льгот, предотвратить разворовывание и бесконтрольную передачу руководством предприятия оборудования и материалов [4, с. 168]. На фоне малоэффективных забастовок и других форм протеста трудящиеся Прокопьевска решили создать городской комитет спасения.

Комитет спасения Прокопьевска был создан в августе 1996 г. Его председателем был избран электрослесарь шахты «Кыргайская» В. Зуев. В состав нового представительного органа вошли члены забастовочных комитетов предприятий города. Его целью был провозглашен общественный контроль за деятельностью городской администрации [5]. В целом задачи комитета спасения совпадали с планами администрации Прокопьевска, поэтому серьезных противоречий между ними не было.

С конца 1996 г. в Кемеровской области заметно увеличивается количество совместных митингов, демонстраций и пикетов. Возрастала их массовость, а требования приобретали политический характер. На этой волне в 1997 г. был создан Комитет спасения Кузбасса, в который входили лидеры общественных и профсоюзных организаций края. Одной из основных функций нового представительного органа была организация всекузбасских акций протеста [6].

Однако в том же году комитеты спасения стали сворачивать свою деятельность. В отличие от прежних ра-

бочкомов они не стали штабами шахтерского движения, прежде всего потому, что различались по своему составу. На две трети комитеты состояли из представителей бюджетных организаций. Подобная пестрота состава, некоторая разница в интересах не могли объединить их в прочный союз для борьбы за свои права [7, с. 78]. К тому же в данный орган входили противники политики М. Кислюка [8]. Как только губернатором стал А. Тулеев, акции протеста комитетов стали терять смысл. Новый руководитель области поддерживал комитетчиков и до прихода в кресло губернатора, и после [9, с. 81]. Высокая популярность А. Тулеева среди трудящихся позволила ему постепенно перевести про-тестный потенциал комитетов спасения в рамки официально действующих организаций.

В 1990-е гг. солидарность с шахтерами Кузбасса проявляли все оппозиционные политические партии. Среди российских партийных организаций не было единодушия в вопросе использования форм протеста, но все отмечали справедливость требований угледобытчиков и видели в протестном движении шахтеров возможность системных политических изменений. Наиболее заметными в общественно-политической жизни трудящихся Кемеровской области в 1990-е гг. были ЛДПР и КПРФ.

Первой крупной организацией, которая попыталась координировать протестную активность горняков края, являлась ЛДПР. Уже в октябре 1994 г. представители ЛДПР ярко проявили себя во время крупного трудового конфликта на шахте «Судженская». При их активном участии рабочими были выдвинуты политические требования: отставка Президента и Правительства РФ, главы областной администрации [10, с. 215]. В дальнейшем сторонники В. Жириновского неоднократно пытались «встать рядом» с рабочими Кузбасса, но повторить свой политический успех 1994 г. они уже не смогли даже во время всероссийских «рельсовых войн» 1998 г. Все попытки либерально-демократической партии России стать одним из регуляторов конфликта между пикетчиками и правительством фактически пресекались самими же шахтерами.

В начале 1990-х гг. популярность левых партий и движений как в стране, так и в угледобывающих регионах была низка. Однако по мере неудач «демократов» всех мастей интерес кузбасских шахтеров к левопатриотическим силам заметно возрос. Немаловажным фактором усиления данной тенденции была поддержка коммунистических сил со стороны авторитетных горняков [11, с. 36]. В середине 1990-х гг. лидеры левых партий и движений стали чаще посещать Кузбасс, призывать к участию во всероссийских стачках, что встречало поддержку рабочих, прежде всего наиболее депрессивных шахт.

Несмотря на появление в стране и Кузбассе разных коммунистических партий и движений, ключе-

вую роль в пропаганде социалистических идей играла КПРФ. Ее позиции в регионе на протяжении 1990-х гг. стабильно укреплялись. Представители КПРФ доминировали в Законодательном собрании области и городских Советах, что отразилось на безусловной поддержке с их стороны протестных действий угледобытчиков [12, с. 138]. КПРФ горячо поддерживала протестующих шахтеров, особенно при проведении массовых акций протеста. Многие рабочие не видели другой политической альтернативы в своей борьбе за экономические права и интересы, кроме компартии. В период подъема протестного движения (1997-1998 гг.) ради достижения поставленных задач шахтеры Кузбасса были готовы к более тесному сотрудничеству с КПРФ.

Понимали это и сами коммунисты. Они наращивали информационную борьбу, развивали в угледобывающих регионах политические связи с оппозиционно настроенными организациями и рабочими. Наиболее ярко компартия заявила о своей солидарности с протестующими угледобытчиками в 1998 г. Члены КПРФ, которые к тому же являлись и депутатами Государственной Думы от Кемеровской области, принимали непосредственное участие в организации массовых акций протестов в мае — июле 1998 г. Своей активностью выделялся прежде всего Ю. Чуньков. По мнению корреспондента «Коммерсантъ-Власть» Г. Пьяных, его пропагандистские способности оказались «более мощным протест-ным фактором, чем социально-экономические проблемы города Анжеро-Судженска» [13].

Коммунистическая партия РФ, безусловно, приложила много сил и средств по поддержанию протест-ного движения шахтеров Кузбасса. Вместе с тем ряд внутрипартийных противоречий, непоследовательный характер борьбы КПРФ с Кремлем, а также последствия сокрушительной потери коммунистами авторитета в конце 1980-х — начале 1990-х гг. не позволили ей стать политическим знаменем горняков. Разочаровавшись в «демократах», коммунистам доверяли далеко не все трудящиеся, некоторые из них отказывались от прямого контакта с ними. КПРФ как парламентская партия своей главной функцией считала борьбу за голоса избирателей. Поэтому, когда интересы шахтеров шли в разрез с партийными задачами, верх брали последние.

В 1997 г. на региональном и местном уровнях обозначился кризис деятельности КПРФ, результатом которого стал раскол на две параллельно действующие в Кемеровской области партийные организации [14, л. 54]. Соответственно, в годы подъема протестного движения шахтеров кузбасским коммунистам было не до авангарда рабочего класса. Внутрипартийная борьба ослабила позиции КПРФ среди трудящихся, привела к расколу по вопросу форм и методов поддержки горняков. Особенно был подорван авторитет КПРФ в 1998 г. невнятной позицией по отношению к пикетчикам на рельсах, а также несогласованными действи-

ями центрального руководства и областного комитета. На пленуме Кемеровского обкома КПРФ 11 июля 1998 г подчеркивалось: «Особенностью сегодняшних выступлений шахтеров становится то, что возглавить движение протеста некому — ни в области, ни в России. Не нашлось желающих возглавить акции протеста. Следовательно, такие акции обречены на провал и поражение» [15, л. 6].

Таким образом, несмотря на серьезный вклад членов КПРФ в организацию и проведение «рельсовых войн», данная партия оказалась неспособной возглавить протестное движение шахтеров Кузбасса и всей страны. В дальнейшем это привело к падению авторитета компартии в Кемеровской области.

Немаловажное место в протестном движении шахтеров Кузбасса во время перехода к рыночным отношениям занимал А. Г. Тулеев. Его популярность среди шахтеров объясняется многими причинами. Во-первых, он с первых дней осуждал «шоковую терапию» за ее антисоциальный характер, что встречало широкую поддержку трудящихся края. Во-вторых, оппозиционный характер политической деятельности Амана Гумировича соответствовал новой парадигме рабочего движения. В-третьих, начиная с советских времен А. Г. Тулеев критиковал рабочие комитеты, которые в рассматриваемое время быстро утратили доверие большинства шахтеров.

Авторитет А. Г. Тулеева складывался, в том числе, и благодаря его многочисленным обращениям в адрес Правительства и Президента России по вопросу о состоянии дел в угольной отрасли. Для этого он использовал свои должностные полномочия как председателя Законодательного собрания Кемеровской области, члена Совета Федерации, министра по делам СНГ, а с 1997 г. и губернатора. Сам факт назначения А. Г. Тулеева 2 июля 1997 г. на должность губернатора указывает на вынужденный компромисс Б. Н. Ельцина с политическим мнением кузбассовцев.

Возвращение А. Г. Тулеева в 1997 г. в Кемеровскую область, а также подавляющая поддержка кузбассовца-ми его кандидатуры во время выборов на должность губернатора во многом изменили политические приорите-

ты шахтеров. С того времени они напрямую в лозунгах и транспарантах обращались к А. Тулееву с просьбами о помощи в решении накопившихся проблем угледобывающей отрасли. Однако ни достаточных средств, ни необходимых полномочий у нового губернатора не было.

Роль губернатора А. Г. Тулеева в отстаивании социально-экономических интересов горняков стремительно возросла в ходе всекузбасских «рельсовых войн» 1998 г., которые показали слабость оппозиционных общественно-политических сил, участвовавших в развитии конфликта. Инициатива ведения переговоров с правительственными комиссиями перешла в руки А. Г. Тулеева. Он стал гарантом всех договоренностей пикетчиков с главным исполнительным органом страны. Такой переход соответствовал интересам кузбасских шахтеров, так как позволял в дальнейшем спросить за свои долги с губернатора, а не с далеких московских начальников. К тому же А. Г. Тулеев продолжал критику Президента и Правительства России, что добавляло уверенности в действенности его поступков в глазах угледобытчиков.

В 1999 г. основные претензии кузбасских рабочих были адресованы не Правительству РФ, а руководителям угледобывающих предприятий. При активной поддержке А. Г. Тулеева деятельностью администраций шахт и разрезов стали активно интересоваться правоохранительные органы, поэтому потребность в политических союзниках не являлась столь актуальной, как прежде. Процесс отстаивания социально-экономических интересов рабочих шахт и разрезов края приобрел более законный и цивилизованный характер.

В целом шахтеры проявили самонадеянность в достижении поставленных экономических и политических требований. Рабочие не получили мощной поддержки со стороны представителей власти, какую они, например, имели в 1989-1991 гг. В стране и Кузбассе не нашлось общественно-политической силы, которая могла бы аккумулировать протестные настроения горняков и трансформировать их в мощное движение против существующего режима. На оппозиционные политические силы давил груз противоречивых результатов шахтерского движения времен «перестройки».

Библиографический список

1. В совет рабочих комитетов Кузбасса Господину Строканеву В. В. // Текущий архив муниципального учреждения культуры «Городской краеведческий музей» г. Анжеро-Судженска.

2. Резолюция митинга трудящихся г. Анжеро-Судженска от 3 июля 1998 г. // Текущий архив муниципального учреждения культуры «Городской краеведческий музей» г. Анжеро-Судженска.

3. Архивный отдел администрации г. Прокопьевска. — Ф. 31. — Оп. 1. — Д. 342.

4. Гордон Л. А. Крутой пласт: шахтерская жизнь на фоне реструктуризации отрасли и общероссийских перемен. — М., 1999.

5. Михайлова Н. Раскачали лодку. Приступил к работе комитет спасения при городском профцентре // Шахтерская правда (Прокопьевск). — 1996. — 25 сент.

6. Завтра всекузбасская акция протеста // Кузнецкий рабочий (Новокузнецк). — 1997. — 10 июля.

7. Воронин Д. В. Влияние реструктуризации угольной промышленности на социально-политические процессы в Кузбассе в 1990-е гг. // Вестник Томского государственного университета. История. — 2008. — № 3 (4).

8. Максимов В. Восемь лет спустя // Кузнецкий рабочий. — 1997. — 10 июля.

9. Миловидова Ю. Н., Крестьянинова А. Н. Забастовки. Зарубежный и отечественный опыт. — М., 1998.

10. Угольная промышленность Кузбасса. 1721-1996. — Кемерово, 1997.

11. Бизюков П. В. Подземная шахтерская забастовка. — М., 1995.

12. Архивный отдел администрации г. Березовского Кемеровской области. — Ф. 55. — Оп. 1. — Д. 7.

13. Пьяных Г. Заговор пикетных жилетов // Коммерсантъ-Власть. — 1998. — 14 июля.

14. Государственный архив Кемеровской области (ГАКО). — Ф. 1311. — Оп. 2. — Д. 7.

15. ГАКО. — Ф. 1311. — Оп. 1. — Д. 76.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.