Научная статья на тему 'Профессор С. А. Венгеров* *статья публикуется по рукописи, хранящейся в государственном архиве Краснодарского края (гакк. Ф. Р-411. Оп. 2. Д. 18. Л. 10-21)'

Профессор С. А. Венгеров* *статья публикуется по рукописи, хранящейся в государственном архиве Краснодарского края (гакк. Ф. Р-411. Оп. 2. Д. 18. Л. 10-21) Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

CC BY
242
29
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «Профессор С. А. Венгеров* *статья публикуется по рукописи, хранящейся в государственном архиве Краснодарского края (гакк. Ф. Р-411. Оп. 2. Д. 18. Л. 10-21)»

№ 2 (40), 2011

жизнь Юга России"

Б. М. ГОРОДЕЦКИЙ

ПРОФЕССОР С. А. ВЕНГЕРОВ*

Впервые публикуется текст статьи Б. М. Городецкого, написанной в год смерти С. А. Венгерова. Ключевые слова: библиография, Русское библиологическое общество, библиографический указатель.

В скончавшемся в Петрограде 14 сентября 1920 г. профессоре Семене Афанасьевиче Венге-рове русская наука потеряла характерного писателя-восьмидесятника и ученого, пользовавшегося огромнейшею популярностью среди научно-литературных кругов и студенчества. В нем, в одном и том же лице, соединялись библиограф, историк литературы и «вольный» литератор.

Почти всю свою жизнь С. А. Венгеров посвятил литературной деятельности, начав ее 17-летним юношей в 1872 г. в качестве рецензента в журнале «Сияние» [1].

В 1876 году С. А. Венгеров вел литературный фельетон в «Новом времени» (О. К. Нотовича) под псевдонимом «Фауст Щигровского уезда»; в 1877-80 гг. писал критические статьи в «Неделе» (П. А. Гайдебурова) и «Русском Мире»; с 1879 г. деятельно сотрудничал в «Слове», где начал, между прочим, ряд обширных статей о «народных движениях славянского племени», продолжение их (о провозвестниках гуситского движения и о таборитах и их общественно-политических идеалах) напечатано в «Русской Мысли» и «Вестнике Европы» (1881-1882 гг.).

В «Русской Мысли» же он начал печатать большое обозрение русской литературы 1881 г. (1882, № 3), но окончание статьи не было пропущено цензурою. В 1882 г. С. А. Венгеров редактировал ежемесячный журнал «Устои», издававшийся ли-тературною артелью, в состав которой входили бывшие сотрудники «Отечественных записок» и «Слова» (в том числе Всев. Гаршин, Плещеев, Альбов, Минский, Скабичевский). Здесь С. А. Венгеров поместил несколько критических статей по русской и польской литературе. Журнал «Устои» много раз испытывал на себе строгость тогдашней цензуры.

Цензура вообще «любила» произведения С. А. Венгерова и, когда в 1885 г. он выпустил первую часть своей «Истории новейшей русской литературы», она по постановлению комитета министров немедленно была уничтожена. Из этой «Истории» увидела свет только глава о «Молодой редакции Москвитянина» (Вестник Европы, 1886, № 2). В 1883 г. С. А. Венгеров выпустил критико-биографический очерк об И. И. Лажечникове (при издании его сочинений), а в 1884 г. о А. Ф. Писемском (отдельное издание).

С этого же года начинаются усиленные работы С. А. Венгерова по библиографии из стремления составить и напечатать полный перечень всех

когда-либо изданных русских книг, свести в одно целое массу отдельных по этой части пособий, пополнить их и проверить.

Понять, какой это гигантский труд, может только тот, кому, как пишущему эти строки, удалось побывать в своеобразной лаборатории проф. С. А. Венгерова, впоследствии названной картотекой, и увидать сотни коробок и коробочек, наполненных листками всевозможных цветов, на которые занесены заглавия всех, даже самых ничтожных, книжонок и брошюр (о больших сочинениях и говорить нечего). Увидав эти комнаты, снизу и доверху заставленные такими коробками, взглянув на сотню тысяч карточек, испещренных поправками, заметками, ссылками, проверками; наблюдая, как составитель каталога глазами, утомленными после бессонных ночей, проведенных над этою работою, щепетильно сверял: верно ли занесено заглавие, формат, число страниц, имя автора, не ускользнула ли от его внимания какая-нибудь мелочь - увидав все это, вы невольно приходили к заключению, что нужна большая, безграничная любовь к книгам, чтобы приняться за подобный труд.

А между тем, на самом деле у С. А. Венгерова вовсе не было ни страсти к библиографии, ни даже любви к ней. По его собственному выражению, он считал библиографию «адским чернорабочим трудом». Он «терпеть ее не мог». Если же он все-таки принялся за составление полного перечня русских книг, то лишь потому, что сознавал необходимость для каждого ученого в таком перечне и больше, нежели кто-либо, испытывал неприятностей, когда, за отсутствием подобного перечня, при составлении своих критико-биографических трудов по русской литературе вынужден был перерабатывать десятки библиографических указателей и тратить на это совершенно непроизводительно огромное количество времени. И вот он решился для себя свести в одно целое все указания множества отдельных пособий, проверить их, сличить, пополнить и составить первый полный перечень русских книг. Это была трудная и очень сложная работа, но С. А. Венгеров не испугался ее. Ценою многолетних усилий и значительных денежных затрат он собрал около двух миллионов записей (на отдельных карточках), совокупность которых представляет собой полный каталог русских книг, и не только каталог, но и готовый материал для словаря русских писателей и ученых и их трудов.

Из этих карточек можно узнать: 1) перечень трудов каждого писателя в виде отдельных книг

*Статья публикуется по рукописи, хранящейся в Государственном архиве Краснодарского Края (ГАКК. Ф. Р-411. Оп. 2. Д. 18. Л. 10-21).

"Культурная жизнь Юга России"

№ 2 (40), 2011

и брошюр, 2) где и когда появились о данном писателе какие-либо биографические сведения, 3) где и когда появились критические отзывы о его произведениях, 4) что данный писатель напечатал в периодических изданиях.

На радость всем интересующимся судьбою русских книг в лице Г. В. Юдина нашелся человек, который не пожалел крупного капитала, чтобы сделать часть собранного С. А. Венгеровым своего рода библиографического сокровища общим достоянием и издать полный перечень русских книг за все время печатного дела в России. Плохо как-то верилось, чтобы одной человеческой жизни хватило на доведение такого гигантского труда до конца. Но если С. А. Венгерову и не удалось его закончить, то его почин и его блестящее начало в виде вышедших в 1896-98 гг. трех обширных томов «Русских книг» создали ему славу замечательного деятеля на поприще русского библиографического дела.

Главнейшую же библиографическую историко-литературную заслугу проф. С. А. Венгерова составляет его «Критико-биографический словарь русских писателей и ученых от начала образованности и до наших дней» [здесь и далее подчеркнуто Б. М. Городецким. - И. З.]. Этот труд, вышедший в 1886-1904 гг., является единственным в своем роде по плану и исполнению не только у нас в России. Сгруппировав вокруг себя ряд выдающихся ученых, С. А. Венгеров в этом «Словаре» дал не сухие статьи по обычным шаблонным образцам, но цельные, законченные критические и литературные монографии. Из них многие являются поистине академическими исследованиями, бросающими совершенно новый, яркий свет на того или другого деятеля литературы и науки [2]. Но особенное достоинство венгеровского словаря составляет то, что редактор не ограничился в своем словаре статьями о корифеях русской литературы и науки (сведения о которых найти не трудно и помимо словаря), но дал также подробные данные обо всех, мало-мальски достойных внимания мелких тружениках, имена которых так легко предаются забвению.

В этой работе сказалась огромнейшая трудоспособность проф. С. А. Венгерова. Вся тяжесть этого колоссально трудного дела лежала на нем почти исключительно. Он прибегал только к сотрудничеству специалистов по разным отраслям наук, по преимуществу, точных. Весь же литературно-критический отдел и значительную часть отдела исторических наук писал и составлял он сам.

Словарь издавался исключительно на личные средства С. А. Венгерова и, когда они иссякли, он должен был прекратиться. Хотя в общем словарь был встречен критикой сочувственно, но все-таки это был тот успех, который французы тонко-иронически называют succès d'estime, т. е. успех такого рода, который не дает прочного обоснования. Сочувствия было много, а покупали мало, и материальный успех словаря был более чем скромный. Словарь прекратил свое существование на 6-м томе. В вышедших томах имеются статьи и документальные справки более чем о 2000 писателях на все буквы алфавита и несколько сот автобиографических сообщений. Несмотря на

свою незаконченность, словарь имеет известное историко-литературное значение и не потерял его даже после выхода в свет 2-го переработанного издания (1915-1916 гг.), которому суждено было оборваться на 4-м выпуске, на имени А. А. Монсе.

Третье ценное библиографическое пособие, созданное инициативой и трудом С. А. Венгеро-ва, - это «Источники словаря русских писателей», вышедшие в 1900-1917 гг. в четырех объемистых томах.

«Источники словаря», изданные Вторым отделением академии наук, - совершенно новый тип библиографического издания. До того издания эти представляли собою либо пространные каталоги, т. е. голый перечень книг, расположенных в какой-нибудь системе, либо биографические словари с небольшими биографиями. Исключениями служили: часть изданий Межова, «Обзор» Языкова и «Словарь» Геннади, где иногда под заглавием книги встречались ссылки на отзывы о ней, и «Критико-биографический словарь» С. А. Венгерова, включавший в себя разнообразный и ценный материал.

Распределение материалов в «Источниках» совсем иное. В них имеются расположенные в алфавитном порядке очень краткие биографические даты о писателе и затем, что представляет главную ценность книги, указания на издания, где появились о писателе какие-либо сведения и критические отзывы о его произведениях. Такая систематизация материала сразу выясняет цель издания: оно служит необходимым пособием при изучении какого-либо писателя. Обыкновенный читатель нужды в такой книге не встретит, для людей же занимающихся литературой или наукой она будет большим подспорьем. Первые три тома «Источников» охватывают фамилии до Некрасова включительно.

Профессорская деятельность С. А. Венгерова началась в 1897 г. Получив кафедру в Петербургском университете, он начал свой курс истории русской литературы со вступительной лекции, озаглавленной им «Основные черты истории новейшей русской литературы» [3]. Лекция эта произвела большой фурор и, будучи потом выпущена в нескольких изданиях отдельной брошюрой, вызвала оживленный обмен мнений на столбцах прогрессивной журнальной прессы. Под именем «новейшей» С. А. Венгеров разумел литературу 40-х годов, и этим как бы отрезывал всякие попытки возникновения чего-либо противоречащего законодательным пунктам, изданным более полувека тому назад. Произведения этой литературной эпохи, которую автор назвал эпохой Белинского, «были самым замечательным явлением русского духа». «Без всякого национального хвастовства можно сказать, - писал С. А. Венгеров, - что по индивидуальному гению своих высших проявлений, а главное, по основным течениям своим русская литература новейшего времени стоит в некотором отношении выше новейшей западноевропейской литературы». «Разве то, что так недавно в Европе являлось последним словом художественного прогресса, - реализм? - восклицает С. А. Венгеров. - Разве он не господствует у нас

№ 2 (40), 2011

"Культурная жизнь Юга России"

уже около 70 лет?» «И притом какой же человек с развитым эстетическим пониманием не чувствует, насколько мельче позднейший европейский реализм 70-х и 80-х годов, так близко граничащий с порнографией и отсутствием идеалов, в сравнении с реализмом некоторых русских писателей?» Европейские реалисты, по мнению С. А. Венгеро-ва, в своем анализе жизни дошли до предела, где трезвость и правда изображения переходят в невольный апофеоз грубейших инстинктов животной природы человека. В этом различии русского и европейского реализма и лежит тайна огромного успеха новейших русских писателей в публике и критике западной Европы.

Мировое значение новейшей русской литературы С. А. Венгеров видел в ее особенности, резко отличающей ее от литератур других европейских народов: «Наша литература, - писал он, - никогда не замыкалась в сфере чисто художественных интересов и всегда была кафедрой, с которой раздавалось учительское слово. Все крупные деятели нашей литературы в той или другой форме отзывались на потребности времени и были художниками-проповедниками. Такой характер русская литература приняла еще со времен Кантемира, и чем дальше, тем шире развивалась эта особенность ее».

Другой характерной чертой нашей литературы, по определению проф. С. А. Венгерова, является стремление примкнуть к интересам текущей жизни: «Никто не довольствуется простым воспроизведением, а всякий стремится к воспроизведению непременно тех явлений, в которых он усматривает гений времени, и каждому хочется воздействовать на общественное сознание в пользу того миропонимания, к которому он примкнул». Это то, что называется термином русской критики - «ловить момент». Своеобразный утилитаризм русской литературы не привел ее, однако, к сухому дидактизму, к тенденциозности, за исключением второстепенных писателей. «Сила новейшей русской литературы, - утверждает С. А. Венгеров, -в ее крупных представителях, именно в том, что в ней идейность не есть абстрактное теоретизирование, а вполне художественное претворение. Писатель, как сын своего времени, пропитывался идеями, которые носились в воздухе, были предметом жарких споров в кружках, обсуждались в журналах, а в сороковых годах составляли предмет обширнейшей переписки между друзьями. В значительном большинстве случаев сила этого усвоения идей времени была очень велика, переходила в прямой энтузиазм и сообщала необыкновенную глубину и твердость убеждения. Данная идея органически проникала все существо писателя, становилась собственностью его духа, приходила на помощь его духовному взору и как бы давала ему двойное зрение. Но, став второю натурою, идея могла выразиться только в тех формах, в которых всегда выражаются глубокие настроения всякой художественной организации, - в художественных образах». Как [на] наиболее яркий образец, подтверждающий его положения, С. А. Венгеров чаще всего указывал на Тургенева.

Основное же значение для обрисовки взгляда

проф. С. А. Венгерова на своеобразие литературы русской принадлежит его книге «Героический характер русской литературы» (СПб., 1911). В ней С. А. Венгеров раскрывает особенности русской литературы не подробной характеристикой отдельных писателей, а анализом - необыкновенно глубоким и тонким - внутренней сущности всего общественно-литературного движения, как оно выражалось в художественном творчестве, в публицистике, в настроениях общественных кружков. Автор определяет русскую литературу в ее цело-купности, в ее внеисторической основе, в ее вневременной сущности. Он - вдумчивый исследователь-психолог. Ему всегда хочется уловить душу, основной «психологический рисунок» как человека, так и явления, и благодаря этому вполне понять. Он всегда стоит над тем, что анализирует, и смотрит на него со стороны, хотя и очень внимательными, восторженными, благодарными очами. Проф. С. А. Венгеров - большой ценитель и поклонник русской литературы, ее искренний панегирист.

Весьма своеобразна статья проф. С. А. Венге-рова, посвященная Белинскому. Она напечатана в февральской и мартовской книжках «Русского богатства» за 1898 г. под заголовком «Великое сердце». В ней автор характеризует известного критика как основу, первоисточник, краеугольный камень всей новой литературной и общественной мысли, живое воплощение всех тех новых начал, которые сделал литературу важнейшим фактором нового направления русской гражданственности. В этой статье С. А. Венгеров, между прочим, делает тонкое замечание о неудачности термина «Гоголевский период» в применении его к нашей литературе. Термин «Гоголевский период» создан был Чернышевским случайно. «Можно, разумеется, спорить о том, - говорит С. А. Венгеров, - создал ли Гоголь какую-либо художественную школу (и многое говорит за то, что нашу художественную школу создал не он, а Пушкин), но не может быть спору о том, что учителем литературы и жизни был не он, а Белинский и другие, менее видные люди его духа... »

Щепетильно строгое редакторское отношение к своим работам сказалось у проф. С. А. Венге-рова особенно ярко в вышедшем под его редакцией «Полном собрании сочинений» В. Г. Белинского (в 1900-1917 гг.). Покойный историк литературы поставил себе целью дать «полное и удовлетворяющее требованиям историко-литературной обстоятельности издание сочинений В. Г. Белинского, с проверенным и полным текстом, с историко-литературными комментариями, с объяснениями непонятных уже теперь намеков и неясностей, с указанием литературы предмета и т[ому] п[одобными] подробностями. Можно себе представить, сколько труда и внимания требовало от редактора такое пополнение прежних изданий: ему приходилось раскрывать псевдонимы, руководствоваться данными переписки Белинского, косвенными указаниями, разными догадками и различными редкими материалами.

С этой задачей С. А. Венгеров справился блистательно. Ни один автор не издан с такими

"Культурная жизнь Юга России"

№ 2 (40), 2011

комментариями, как его «Белинский». Ко всем произведениям его приложены всюду, где это требуется, объяснительные замечания, причем некоторые из них выросли в целые критико-библио-графические статьи (А. А. Орлов, М. А. Марков, В. С. Филимонов, Н. В. Неведомский, В. Н. Олин, Н. А. Коровкин и др.). В этом «Собрании сочинений» Белинского С. А. Венгеров дал еще и нечто необычное для наших издателей и редакторов -эволюцию идей Белинского, причем целые периоды в настроении освещены особыми статьями. Так например, в IV томе, помимо подчеркнутых в примечаниях изменений во взглядах Белинского, есть целая статья «Бакунинско-гегельянский период жизни Белинского» (стр. 547-572). Из этой краткой характеристики венгеровского «Белинского» видно, какую ценность и прямо необходимость представляет он для занимающихся русской литературой. К сожалению, это издание, рассчитанное на 12 томов, полностью не увидало свет. Проф. С. А. Венгеров успел выпустить всего лишь 11 томов.

Из других изданий проф. С. А. Венгерова нужно отметить «Русскую поэзию». В основание положена широкая программа. Это объемистая хрестоматия с собраниями стихотворений русских поэтов (с XVIII века до наших дней), не только корифеев и второстепенных, но даже и таких, которые пользуются исключительно отрицательною известностью. Собрания стихотворений для большинства авторов даются полные и сопровождаются биографиями, критическими оценками и ценными примечаниями, где, помимо разнообразных биобиблиографических дат, приводятся еще выдержки из многих ранее появившихся в печати критических статей. Такою историко-литературною полнотою и объясняется популярность «Русской поэзии» среди лиц, серьезно занимающихся русскою литературою, педагогов и студентов-словесников. Для многих из них она является настольной книгой.

Делая перечень трудов С. А. Венгерова, мы должны выделить в особую группу предпринятое по его инициативе в 1900-х годах известной фирмой Брокгауз-Эфрона издание «Библиотеки великих писателей». В эту серию вошли собрания сочинений Шиллера (4 тома), Шекспира (5 томов), Байрона (3 тома), Мольера (2 тома) и Пушкина (6 томов). Издание осталось незаконченным: не вышел VII том - «История Пушкинского текста». Вся эта серия авторов, изданных замечательно полно и красиво, представляет собою редкую гар-

монию научного содержания с художественной внешностью.

Часть своих историко-литературных работ проф. С. А. Венгеров издал в I томе «Очерков по истории русской литературы» (СПб., 1907, два издания), а с 1911 г. начало выходить, в издании «Прометея», «Собрание сочинений С. А. Венгеро-ва», куда вошли:

том I - «Героический характер русской литературы»,

том II - «Писатель-гражданин Гоголь», том III - «Передовой боец славянофильства. Константин Аксаков»,

том IV - «Дружинин. Гончаров. Писемский». Последние годы жизни С. А. Венгеров занимался почти исключительно Пушкиным и вел особый семинарий в Санкт-Петербургском университете.

Трудами С. А. Венгерова созданы два крупных учреждения - Российская Книжная Палата и Русский историко-библиографический институт.

Скончался С. А. Венгеров 14 сентября текущего года в Петрограде на шестьдесят пятом году жизни.

Комментарии

1. Первой его самостоятельной литературной работой следует считать книжку, выпущенную в Петербурге в 1875 г. (повторно изд. в 1877) под заголовком «Русская литература в ее современных представителях», посвященную И. С. Тургеневу. Впоследствии сам С. А. Венгеров считал эту работу слабой и не любил, когда делали ссылки на нее.

2. Некоторые из очерков («К. Аксаков», «А. Дружинин» и др.) в переработанном виде вошли в «Собрание сочинений» С. А. Венгерова.

3. «Основные черты истории новейшей русской литературы» изданы первоначально в виде литографированных лекций, потом напечатаны в «Вестнике Европы» (1898, № 3) и дважды отдельной брошюрой (1899, 1909, причем второй раз с прибавлением этюда «Победители или побежденные?»). Кроме того, они позже появились в двух изданиях «Очерков по истории русской литературы» (СПб., 1907). Первый том собрания сочинений проф. С. А. Венгерова (1911) вышел в свет с подзаголовком «Героический характер русской литературы». В него включены вступительная лекция («Основные черты истории новейшей русской литературы»), «Победители или побежденные?» и этюд «Героический характер русской литературы».

Публикация и комментарии И. Д. Золотаревой

b. м. gorodetskiy. professor s. A. vengerov

This is the first publication of B. M. Gorodetskiy's article, written in the year S. A. Key words: bibliography, Russian bibliological society, bibliography index.

Vengerov's death.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.