УДК 347.65/.68
Харин Василий Иванович
Всероссийский государственный университет юстиции (РПА Минюста России) Институт магистратуры и подготовки кадров высшей квалификации
Россия, Москва vasiliy kharin@list.ru Kharin Vasiliy Ivanovich The All-Russian State University of Justice (RLA of the Ministry of Justice of Russia) The Institute of Graduate and Postgraduate education
Russia, Moscow
ПРОБЛЕМЫ ДОВЕРИТЕЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ДОЛЕЙ В УСТАВНОМ КАПИТАЛЕ ОБЩЕСТВА, ВХОДЯЩЕЙ В СОСТАВ
НАСЛЕДСТВЕННОЙ МАССЫ Аннотация: в настоящей статье автор рассматривает общий порядок наследования доли в уставном капитале общества, установленный в соответствии с Законом об обществах с ограниченной ответственностью, а также анализирует особый порядок наследования доли как наиболее часто встречаемый, при котором учреждается доверительное управление доли по правилам гл. 53 и 64 ГК РФ.
Ключевые слова: доверительное управление имуществом, доля в уставном капитале общества, объект доверительного управления, наследование имущества, нотариус.
PROBLEMS OF TRUST MANAGEMENT OF THE SHARE IN THE AUTHORIZED CAPITAL OF THE COMPANY, WHICH IS PART OF THE
HEREDITARY MASS Annotation: in this article, the author examines the general order of inheritance of a share in the authorized capital of the company, established in accordance with the Law on Limited Liability Companies, and also analyzes the special order of inheritance of a share as the most common, in which a trust management of a share is established according to the rules of Chapters 53 and 64 of the Civil Code of the Russian Federation.
Key words: trust management of property, share in the authorized capital of the company, object of trust management, inheritance of property, notary.
В рамках действующего законодательства предусматривается возможность передачи доли в уставном капитале общества в порядке наследования. Понятие наследования раскрыто в п. 1 ст. 1110 ГК РФ [3], из которого следует, что при наследовании имущество умершего переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, т.е. в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил ГК РФ не следует иное. Наследование является производным способом приобретения права собственности на имущество умершего по правилам ст. 1113 ГК РФ другими лицами согласно п. 2 ст. 218 ГК РФ [1]. В этой связи Е.Л. Сидорова отмечает, что иных оснований прекращения правоспособности закон не содержит [16, с. 112].
Термин «правопреемство» подчеркивает связь между наследственным имуществом и лицами, к которым оно переходит. Поскольку наследник (наследники) заменяет наследодателя во всех правоотношениях, за исключением неразрывно связанных с личностью умершего, то характер, объем и содержание соответствующих прав и обязанностей после открытия наследства не меняются, то есть правопреемство является универсальным, что влечет переход имущества
наследнику (наследникам) в неизменном виде, как отмечает данное обстоятельство С.А. Соменков [17, с. 14].
Переход имущества наследодателя к наследнику (наследникам) подразумевает переход не только имущественных прав, но и все обязанности, которые наследник обязан исполнить перед ставшими теперь его кредиторами в пределах стоимости наследуемого имущества. Соответственно, принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства (п. 2 ст. 1152 ГК РФ). Так, О.М. Роднова указывает, что наследство не является неделимой вещью, поскольку его целостность является временной и даже случайной и обусловлена правилами перехода прав и обязанностей наследодателя к наследникам [15, с. 75].
Правопреемство при наследовании осуществляется в один и тот же момент, а именно, со дня открытия наследства, независимо от времени его фактического принятия и от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации (п. 4 ст. 1152 ГК РФ). С помощью данного юридического приема обеспечивается непрерывность связи между прекращением прав наследодателя в связи со смертью и возникновением прав наследника на наследственное имущество, чем устраняется неопределенность в правовом режиме наследственной массы от момента открытия наследства до момента его принятия, в том числе в вопросах несения необходимых расходов на содержание имущества умершего, на уплату процентов, налогов, сборов и т.д.
Анализируя разъяснения Верховного суда Российской Федерации, А.В. Никифоров указывает, что в то же время законодательство содержит исключения из рассмотренных правил универсального правопреемства при наследовании имущества. При этом иной порядок наследования установлен только правилами ГК РФ (п. 1 ст. 1110 ГК РФ). Данные исключения касаются в
[7, с. 325].
основном изъятий из принципа неизменности имущественных прав и обязанностей при их переходе в порядке наследования и направлены на защиту прав и законных интересов третьих лиц. В качестве примера можно привести правила наследования долей в уставном капитале обществ с ограниченной ответственностью, членом которых был наследодатель (ст. 1176, 1179 ГК РФ) [13, с. 6].
Понятие «доля в уставном капитале» используется в гражданском праве для обозначения особого объекта гражданских правоотношений, который может являться объектом не только гражданско-правовых сделок, но и объектом наследования [15, с. 72].
Гражданское законодательство закрепляет возможность наследования доли в уставном капитале обществ с ограниченной ответственностью (п. 1 ст. 1176 ГК РФ). Аналогичное право наследования доли в уставном капитале обществ с ограниченной ответственностью предусмотрено в п. 8 ст. 21 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» [4]. Однако приведенные нормы оцениваются как вызывающие «ряд проблем из-за своей неоднозначности и законодательной неопределенности» [19, с. 147]. Наиболее распространенным заблуждением является утверждение о том, что «принятие наследственной доли является основание возникновения не только прав на доли общества, но и единственное основание возникновения прав участника хозяйственного общества» [10, с. 151]. Проблема носит комплексный характер и может быть разрешена с учетом основ как наследственного, так и корпоративного права.
К наследнику умершего участника общества с ограниченной ответственностью переходит лишь право требовать выплаты действительной стоимости доли в уставном капитале, а также имущественные корпоративные права, возникшие до смерти наследодателя. Право членства в обществе и иные корпоративные права не переходят к наследнику в порядке наследственного правопреемства, а возникают на основании иной совокупности юридических
фактов. Участнику корпорации, в том числе общества с ограниченной ответственностью, принадлежит право членства, также могут принадлежать иные имущественные и неимущественные корпоративные права.
Согласно ч. 3 ст. 1112 ГК РФ в состав наследства не включаются неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие наследодателю. Это правило не знает исключений. Наследники, принявшие наследство, не приобретают неимущественные корпоративные права (право на информацию, право на участие в управлении и др.) в порядке универсального правопреемства. Наследник лишь после принятия наследства и при наличии иных юридических фактов (волеизъявление наследника, согласие других участников на принятие наследника в число членов общества, внесение сведений о принятии наследника в общество в ЕГРЮЛ), став участником корпорации, приобретает неимущественные корпоративные права [9, с. 296].
В порядке универсального правопреемства к наследникам могут переходить только имущественные права (ч. 1 ст. 1112 ГК РФ). Право членства в корпорации является имущественным правом. В то же время оно тесно связано с личностью правообладателя, поэтому в состав наследства не может быть включено в силу абз. 2 ст. 1112 ГК РФ. Об этом указывает в своей статье С.А. Можилян [12, с. 27].
Подтверждением того, что наследники умершего участника общества не становятся участниками общества в порядке универсального правопреемства, является норма ст. 1152 ГК РФ. В то же время в соответствии с п. 8 ст. 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью уставом общества может быть предусмотрено, что переход доли в уставном капитале общества к наследникам допускаются только с согласия остальных участников общества. Так, С.Ю. Филлипова по данному вопросу пишет следующее: «способность объекта гражданского оборота быть унаследованным зависит от природы объекта, но не
от неких внешних обстоятельств (в рассматриваемом случае необходимости получения согласия третьих лиц)» [18, с. 22].
Право членства в силу своей природы не входит в состав наследства, не переходит к наследникам в порядке наследственного правопреемства. Подтверждением сделанного вывода является абз. 3 п. 66 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 №2 9 «О судебной практике по делам о наследовании» [6].
Таким образом, наследование доли в уставном капитале общества - это один из юридически значимых фактов, входящих в сложный юридический состав, с которым связано возникновение права членства в общество наследника умершего участника. Аналогичное мнение выражает в своей работе, посвященной наследованию корпоративных прав, К.Б. Ярошенко [20, с. 54].
Как указывает Л.А. Новоселова, иные корпоративные права, носящие имущественный характер (например, право на получение дивидендов, право на получение ликвидационной квоты), принадлежавшие наследодателю на день его смерти, то есть возникшие при жизни наследодателя и не реализованные им до смерти, переходят к наследникам умершего в силу прямого указания гражданского законодательства (п. 1 ст. 1112 ГК РФ) [14, с. 35].
Подтверждением сказанного также является правило, закрепленное в абз. 2 п. 12 ст. 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, согласно которому к приобретателю доли или части доли в уставном капитале общества переходят все права и обязанности участника общества, возникшие до совершения сделки, направленной на отчуждение указанной доли или части доли в уставном капитале общества, или до возникновения иного основания ее перехода, за исключением прав и обязанностей, предусмотренных соответственно абз. 2 п. 2 ст. 8 и абз. 2 п. 2 ст. 9 указанного Закона. В данном случае, как пишет С.Ю. Филиппова, речь идет о дополнительных правах и
обязанностях участников общества, которые могут возникнуть на основании решения общего собрания участников [18, с. 24].
Однако четко невозможно определить, чем является доля в уставном капитале общества, о наследовании которой указывается и в п. 1 ст. 1176 ГК РФ и в п. 8 ст. 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью. Из выше сказанного следует, что это не право членства в корпорации, это не неимущественные корпоративные права наследодателя. Доля в уставном капитале не может быть сведена только к имущественных корпоративным правам наследодателя, которые могут и не существовать на день его смерти.
Ответ на поставленный вопрос содержится в абз. 2 п. 1 ст. 1176 ГК РФ, согласно которой если в соответствии с гражданским законодательством, другими законами или учредительными документами общества для перехода к наследнику доли в уставном капитале хозяйственного общества требуется согласие остальных участников общества и в таком согласии наследнику отказано, он вправе получить от хозяйственного общества действительную стоимость унаследованной доли либо соответствующую ей часть имущества.
Очевидно, что аналогичные последствия наступают, если наследник умершего участника общества не желает вступать в состав корпорации [9, с. 299] либо в уставе общества предусмотрен запрет на принятие в общество новых участников, в том числе наследников. Необходимо признать, что наследник, не желающий быть участником общества, вправе получить от хозяйственного общества действительную стоимость унаследованной доли (см. пар. 2.2 настоящей работы).
Таким образом, природа доли в уставном капитале общества сводится к праву требования выплаты ее действительной стоимости. Учредитель, внесший имущество в оплату доли в уставном капитале общества, взамен получает право требования выплаты ее действительной стоимости на условиях и в порядке, предусмотренных законом и учредительными документами. Само же понятие
«доли» используется законодателем для определения размера, объема, стоимости права требования, принадлежащего участнику общества.
Наследник, унаследовавший долю в уставном капитале общества, становится обладателем права членства не в порядке универсального правопреемства, а на основании совокупности юридических фактов. В силу того, что право членства в корпорации является имущественным правом, тесно связанным с личностью правообладателя, оно не может быть объектом наследования. Соответственно, со смертью правообладателя его право членства прекращается.
Возникновение права членства у наследника умершего участника общества, как пишет М.О. Роднова, подчиняется трем постулатам [15, с. 79].
Во-первых, ни один субъект гражданского оборота не может стать участником какого-либо юридического лица, в том числе корпорации, помимо своей воли. Согласно п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Поэтому наследник, принявший наследство, в состав которого входит доля в уставном капитале общества, должен выразить свою волю на вступление в состав участников общества перед приобретением права членства [14, с. 34-35].
Во-вторых, так как корпоративные отношения в обществе с ограниченной ответственностью носят доверительный характер. Об этом указывает А.И. Каминка [8, с. 422]. Поэтому в уставе общества возникновение права членства у наследника может быть обусловлено необходимостью получения согласия участников общества.
В-третьих, согласно п. 12 ст. 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью доля или часть доли в уставном капитале общества переходит к ее приобретателю с момента внесения соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц, за исключением случаев,
предусмотренных п. 7 ст. 23 Закона об обществах с ограниченной ответственностью. Внесение в единый государственный реестр юридических лиц записи о переходе доли или части доли в уставном капитале общества в случаях, не требующих нотариального удостоверения сделки, направленной на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, осуществляется на основании правоустанавливающих документов.
Таким образом, право членства в обществах у наследника умершего участника общества возникает из совокупности юридических фактов. Либо для возникновения у наследника права членства в обществах необходимо приобретение права требования выплаты действительной доли в порядке наследственного правопреемства, волеизъявление наследника, согласие участников общества на принятие наследника в число членов корпорации, если соответствующее условие содержится в уставе общества, внесение записи в единый государственный реестр юридических лиц. Либо для возникновения у наследника права членства в обществе необходимы те же юридические факты за исключением согласия участников общества на принятие наследника в число членов, если в уставе общества данное требование отсутствует.
Наследник умершего участника общества приобретает иные корпоративные имущественные и неимущественные права на основании права членства и иных юридических фактов. Право членства, будучи самостоятельным субъективным правом, одновременно является необходимым юридическим фактом для возникновения иных корпоративных прав. Из названного правила следует обратная очевидная закономерность - при отсутствии права членства не могут возникнуть иные корпоративные права [15, с. 81]. Таким образом, наследник приобретает иные корпоративные права не в порядке наследственного правопреемства, они возникают у наследника заново. Обязательным условием возникновения корпоративных прав у наследника умершего участника, принявшего наследство и в том числе право требовать выплаты действительной
стоимости доли в уставном капитале, является принятие его в состав членов корпорации. Имущественные и неимущественные корпоративные права не переходят к наследнику умершего участника общества, а возникают у него на основании возникшего права членства и иных юридических фактов.
Таким образом, к наследнику умершего участника общества в порядке наследственного правопреемства переходит право требовать выплаты действительной стоимости доли и возникшие до смерти наследодателя имущественные права и обязанности. Право членства в обществе и иные корпоративные имущественные и неимущественные права могут возникнуть у наследника в будущем при наличии обязательной совокупности юридических фактов.
Представленный порядок перехода доли в уставном капитале общества является общим (наследственный порядок правопреемства), однако в теории и практике специальные случаи перехода доли в порядке наследования.
В частности, на практике нередки ситуации с необходимостью учреждения доверительного управления наследственным имуществом, в состав которого входит доля в уставном капитале. Поскольку промежуток времени между открытием наследства и реальным переходом прав и обязанностей наследникам не совпадает, а также не определен конкретный субъектный состав в указанный промежуток времени. Для того чтобы решить такую правовую неопределенность и произвести меры по охране наследственного имущества, законодательно предусмотрен механизм доверительного управления наследственными долями в уставном капитале. Хозяйственное общество является субъектом рыночных отношений, поэтому находится в постоянном изменении, в связи с чем охрана доли в уставном капитале является недостаточной мерой, необходимо управление хозяйственным обществом.
Действующим законодательством предусматривается субъектом принятия мер по охране наследственной доли в уставном капитале и управлению ею может
быть только нотариус (п. 2 ст. 1171 и ст. 1173 ГК РФ). Однако инициировать процедуру доверительного управления может наследник, который обратится с соответствующим заявлением к нотариусу или понудил нотариуса через суд, поскольку законодательно вопрос о самостоятельном учреждении нотариусом доверительного управления не раскрывается. Договор доверительного управления заключает на основании ст. 1026 ГК РФ [2], а доверительное управление осуществляется в соответствии с положениями норм гл. 53 ГК РФ.
Между тем автор отмечает, что в практике встречаются проблемы, связанные с доверительным управлением долей в уставном капитале общества, входящей в состав наследства.
Так, например, неоднозначность возникает в силу ст. 64 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате [5], в которой указывается, что нотариус может принять меры по охране наследственного имущества по собственной инициативе. С одной стороны, такие действия нотариуса могут выходить за пределы интересов наследников, а, с другой стороны, нотариус имеет особый статус, который позволяет ему совершать такие действия. Автор считает, что предусмотреть возможность нотариуса учреждать доверительное управление в особых случаях, когда имеется риск утраты доли.
На практике также возникают некоторые проблемы доверительного управления. Например, А.А. Максуров приводит следующие случаи [11, с. 154]:
1) наследники не обращаются к нотариусу (исполнителю завещания) с просьбой учредить доверительное управление и нотариус (исполнитель завещания) не предпринимает указанных мер по собственной инициативе, а другие участники общества (или само общество) хотели бы этого и имеются основания для учреждения доверительного управления.
А.А. Максуров указывает, что вопрос является достаточно спорный. В частости он отмечает, что, с одной стороны, интересы участников общества вроде бы не относятся к интересам, которые призваны охраняться в рамках
института охраны наследственного имущества, тем более путем такого достаточно затратного способа, как доверительное управление; а, с другой стороны, длительное отсутствие «полноценного» участника общества или доверительного управляющего может негативным образом сказаться на качестве корпоративного управления в части, например, отсутствия кворума для решения тех или иных важных неотложных вопросов, касающихся значимых сторон деятельности общества, что, в свою очередь, может привести к уменьшению реальной стоимости активов общества, а значит, и рыночной (действительной) стоимости доли наследника в уставном капитале общества [11, с. 155-156].
Например, ВАС РФ в Постановлении Президиума от 27.03.2012 № 12653/11 по делу № А36-3192/2010 суд указал, что такого рода обращение возможно и при наличии оснований подлежит удовлетворению.
2) наследники не обращаются к нотариусу (исполнителю завещания) с просьбой учредить доверительное управление и нотариус (исполнитель завещания) не предпринимает указанных мер по собственной инициативе, а другие участники общества (или само общество) хотели бы этого, но с учетом, что оснований для учреждения доверительного управления все-таки не усматривается.
Например, по указанному случаю ВАС РФ в Постановлении Президиума от 27.03.2012 № 12653/11 по делу № А36-3192/2010 было установлено, что общество вправе совершить необходимые для его дальнейшего функционирования действия без участия доверительного управляющего, но только в тех случаях, когда продолжению деятельности общества не препятствуют иные обстоятельства.
3) доверительный управляющий принимает участие в общем собрании участников общества и выражать свое мнение путем голосования.
Следует отметить, что суды различным образом решают этот вопрос и судебная практика по делам данной категории противоречива. В одних случаях,
например в Постановлении ФАС Волго-Вятского округа от 31.08.2010 по делу № А29-10522/2009 и Постановлении Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2008 № 18АП-4697/2008, 18АП-5508/2008 по делу № А07-16017/2007, указывается, что законодательно установлен однозначный запрет на голосование, который аргументируется положениями гл. 53 ГК РФ, определяющей, что доверительный управляющий не может осуществлять права участника общества по управлению долями, поскольку это не относится к задачам доверительного управления в формате охраны наследственного имущества; доверительный управляющий не может подменять волю лица, интересы которого он охраняет.
Другие суды, например в Постановлении ФАС Восточно-Сибирского округа от 06.05.2010 по делу №2 А74-1567/2009 и Постановлении ФАС ВосточноСибирского округа от 26.04.2010 по делу № А74-1566/2009, признают такие действия возможными и опираются при этом на расширенное толкование положений п. 2 ст. 1012 ГК РФ о свободе совершения доверительным управляющим любых юридических и фактических действий в интересах выгодоприобретателя, а также об осуществлении им правомочий собственника в отношении имущества, переданного в доверительное управление.
В том же случае, А.А. Максуров отмечает, что когда отсутствует у доверительного управляющего права голосовать на общем собрании может повлечь причинение вреда интересам наследника, то затрудняется функционирование общества и, как следствие, это приводит к снижению стоимости его активов (создает угрозу для такого снижения), а следовательно, уменьшает реальную рыночную стоимость доли в уставном капитале общества, причитающейся наследнику, интересы которого он представляет, то доверительный управляющий может и должен иметь право проголосовать в интересах своего доверителя [11, с. 157].
Доверительное управление долей призвано снизить правовую неопределенность в процессе наследования доли в уставном капитале общества. И хотя вопросы доверительного управления достаточно подробно урегулированы в гл. 53 ГК РФ, однако при их применении в рамках корпоративных и наследственных правоотношений может вызывать определенные сложности.
1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ // Российская газета. 1994. 8 декабря.
2. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая) от 26.01.1996 № 14-ФЗ // Российская газета. 1996. 6 февраля.
3. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть третья) от 26.11.2001 № 146-ФЗ // Российская газета. 2001. 28 ноября.
4. Федеральный закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» // Российская газета. 1998. 17 февраля.
5. Основы законодательства Российской Федерации о нотариате. утв. ВС РФ 11.02.1993 № 4462-1. Действ. в ред. от 02.07.2021, с изм. и доп., вступ. в силу с 29.12.2021 // Российская газета. 1993. 13 марта.
6. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» // Российская газета. 2012. 6 июня.
7. Гонгало Б.М. Гражданское право: учебник / под ред. Б.М. Гонгало. М.: Статут, 2016. 511 с.
8. Каминка А.И. Очерки торгового права / А.И. Каминка. М., 2002. 547 с.
9. Левшина Т.Л. Наследственное право / отв. ред. К.Б. Ярошенко. М., 2005.
10. Летута Т.В. Принятие наследства как основание возникновения прав участника хозяйственного общества / Т.В. Летута // Lex Russica. 2016. №2 9 (118).
Список литературы
448 с.
С. 146-154.
11. Максуров А.А. Актуальные проблемы отчуждения акций и долей в уставном капитале хозяйственных обществ: монография. М.: Юстицинформ, 2021. 176 с.
12. Можилян С.А. К вопросу о разграничении компетенции судов при рассмотрении споров, связанных с наследованием корпоративных прав // Арбитражный и гражданский процесс. 2020. № 6. С. 24-28.
13. Никифоров А.В. Разъяснение Верховным Судом Российской Федерации вопросов наследования // Наследственное право. 2013. № 4. С. 5-10.
14. Новоселова Н.А. Наследование доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью // Хозяйство и право. 2010. № 11. С. 26-47.
15. Роднова О.М. Доля в уставном капитале ООО как объект наследования // Проблемы гражданского права и процесса, 2018. № 8. С. 72-83.
16. Сидорова, Е.Л. Наследование имущества: от совершения завещания до приобретения наследства. М.: Редакция Российской газеты, 2019. Вып. 2. 160 с.
17. Соменков С.А. Общие положения о наследовании // Законы России: опыт, анализ, практика, 2006, № 10.
18. Филиппова С.Ю. Двойственность правовых последствий смерти участника общества с ограниченной ответственностью // Гражданское право. 2019. № 1. С. 20-24.
19. Черемных Г.Г. Наследственное право России. М., 2016. 327 с.
20. Ярошенко К.Б. Наследование прав, связанных с участием в хозяйственных товариществах, обществах и производственных кооперативах. М.: Контракт, 2017. Вып. 22. С. 50-60.