КОРПОРАТИВНОЕ ПРАВО
DOI: 10.24412/2224-9133-2023-9-139-147 NIION: 2021-0079-9/23-516 MOSURED: 77/27-025-2023-09-516
НАДЕЕВ Игорь Юрьевич,
аспирант,
Российский университет кооперации, e-mail: mail@law-books.ru
Научный руководитель: БОГДАНОВ Дмитрий Евгеньевич,
доктор юридических наук, доцент, e-mail: mail@law-books.ru
ПРАВОВАЯ ПРИРОДА ОТВЕТСТВЕННОСТИ ИСПОЛНИТЕЛЬНОГО ДИРЕКТОРА ЗА УБЫТКИ ПРИЧИНЕННЫЕ КОРПОРАЦИИ В КИТАЙСКОЙ НАРОДНОЙ РЕСПУБЛИКЕ
Аннотация. Вопрос о правовой природе ответственности директора за убытки, причиненные корпорации, остается актуальным в научной доктрине и судебной практике в Китайской Народной Республике. Это связано с продолжающейся реформой корпоративного законодательства. В ходе реформы в законодательство были включены фидуциарные обязанности, являющиеся аналогом соответствующих обязанностей в корпоративном праве США. Проведенное исследование позволяет утверждать, что законодательная реформа не повлекла за собой тотальную вестернизацию китайского корпоративного права. Рецепция иностранного опыта, связанная с внедрением в текст закона фидуциарных обязанностей, не повлекла за собой возникновение концепции «корпоративной ответственности», как самостоятельного вида гражданско-правовой ответственности. Ответственность за нарушение фидуциарных обязанностей в научной и судебной доктрине Китая трактуется с традиционных позиций деликтной ответственности.
Ключевые слова: исполнительный директор, корпорация, корпоративное право КНР, ответственность, фидуциарные обязанности, деликт.
Annotation. The question of the legal nature of a director's liability for damages caused to a corporation remains relevant in scientific doctrine and jurisprudence in the People's Republic of China. This is due to the ongoing reform of corporate law. During the reform, fiduciary duties were included in the legislation, which are analogous to the relevant duties in US corporate law. The study suggests that the legislative reform did not entail the total westernization of Chinese corporate law. The reception of foreign experience related to the introduction of fiduciary duties into the text of the law did not entail the emergence of the concept of "corporate responsibility" as an independent type of civil liability. Liability for violation of fiduciary duties in the scientific and judicial doctrine of China is interpreted from the traditional positions of tort liability.
Key words: executive director, corporation, corporate law of the PRC, liability, fiduciary duties, tort.
ytmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmmжжшшшшшюжжжжжжшшшшшшюжжжжжжшшшшшж.
NADEEV Igor Yuryevich,
graduate student, Russian University of Cooperation
Supervisor: Dmitry BOGDANOV,
Doctor of Law, Associate Professor
LEGAL NATURE OF THE CHIEF EXECUTIVE'S LIABILITY FOR LOSSES CAUSED TO CORPORATIONS IN THE PEOPLE'S REPUBLIC OF CHINA
о;
кдним из основных вопросов в сфере 'корпоративного права является создание эффективного механизма, позволяющего стимулировать директоров и руководителей1 к осуществлению ими управленческой деятельности в интересах корпораций и их участников (акционеров).
В Китайской Народной Республике (далее -КНР) для решения данной задачи в 2005 году была проведена реформа корпоративного законодательства. Однако реформа приобрела перманентный характер, поскольку в настоящее время в КНР идет работа над очередным блоком поправок в Закон о компаниях2.
После реформы 2005 года в Законе КНР «О компаниях»3 (далее - Закон о компаниях) были установлены правовые стандарты поведения директоров и руководителей корпораций. Так, были законодательно закреплены аналоги фидуциарных обязанностей («fiduciary duty»), характерных для североамериканской традиции корпоративного права. Речь идет о так называемых обязанностях по лояльности по отношению к корпорации (duty of loyalty), а также обязанности по заботе об интересах корпорации (duty of care). Нарушение данных обязанностей является основанием для привлечения директора к ответственности за убытки, причиненные корпорации [13].
Как отмечает Роберт Кларк в своей классической работе по корпоративному праву, обязанность по заботе (duty of care) означает, что директор или должностное лицо корпорации обязаны добросовестно исполнять свои должностные обязанности разумно полагая, что действуют в наилучших интересах корпорации и с заботливостью, которую проявило бы разумное лицо, занимающее аналогичную должность при схожих обстоятельствах. Обязанность по лояльности (duty of loyalty) устанавливает запрет директорам
1 В данной статье рассматривается вопрос об ответственности исполнительного директора (руководителя) корпорации. Вопросы ответственности члена совета директоров (директора) не являются предметом настоящего исследования. Необходимо отметить, что в корпоративном законодательстве Китая, как и в США, выделяют собственно директоров, руководителей (исполнительных директоров) и высший управленческий персонал корпорации. Это прямо предусмотрено в Главе 6 (ст. 146 и след.) действующей редакции Закона КНР «О компаниях». Аналогичные правила предусмотрены в Главе 8 Проекта изменений в Закон КНР «О компаниях». Раздел так и обозначен: «Глава 8. Директора, руководители и высшее руководство компании» - ШАЖ ^Ш ^ШМШШАшЙ Ж
2 http://www.npc.gov.cn/npc/c30834/202212/ff81 158c27a042dfa97f43b3d63f4ef0.shtml
3 https://www.chinajustice0bserver.c0m/law/x/ company-law-china-20181026
и должностным лицам извлекать выгоду за счет бенефициаров путем с совершения мошеннических или недобросовестных сделок [8, 123-141]. Установление фидуциарных обязанностей обусловлено уязвимостью положения бенефициаров (акционеров) по отношению к управленцам в сфере корпоративного управления [11, 3-7].
Итоги проведенной реформы в корпоративном праве позволило ряду авторов утверждать о «вестернизации» правовой системы КНР, ее сближению с подходами, существующими в сфере Common Law. Поскольку, произошла трансплантация в правовую систему КНР институтов, разработанных корпоративном праве США. Вестер-низация правовой системы КНР является отражением глобальной тенденции в сфере корпоративного права. Данной тенденцией были затронуты многие юрисдикции, относящиеся к континентальной цивилистике, например, Германия, Польша, Колумбия, Республика Корея, Япония и др. В данных странах, как правило, фидуциарные обязанности включаются в текст законодательных актов [15].
Следует отметить, что некоторые компаративисты скептически высказывались относительно самой возможности «экспорта» корпоративных институтов из сферы Common Law в китайское право. Поскольку доктрина фидуциарных обязанностей в сфере американского корпоративного права прошла долгий эволюционный путь находясь в уникальных условиях, характерных для североамериканских штатов (например, Делавэра). Поэтому искусственное перенесение фидуциарных обязанностей не означает, что китайские суды смогут эффективно применять правила, связанные с привлечением директора к ответственности за нарушение своих обязанностей в сфере корпоративного управления [12]. Отдельные авторы даже указали на риск «трансплантационного шока» в результате заимствование правовых норм, эффективно работавших в одной стране, но отвергнутых в другой стране с иной политической и культурной традицией [17].
Действительно, корпоративное право США в целом и доктрина фидуциарных обязанностей в частности, являются результатом более чем двухсотлетней эволюции прецедентной практики. Именно в многолетней практике судов был сформулирован концепт фидуциарных обязанностей и наполнен соответствующим содержанием [8, 141]. Законодатель относительно недавно подключился к данному процессу, его деятельность, во многом, направлена на комплиментарную унификацию подходов в корпоративном праве, которые были выработаны в практике судов отдельных штатов.
Тем не менее, китайские авторы указывают, что правоприменительная практика демонстри-
рует множество примеров творческого подхода судов к решению вопросов, связанных с оценкой поведения директоров и привлечения их к ответственности [20]. По мнению Ван Цзяньюя, в Китае был избран третий путь, поскольку легально закрепленная модель фидуциарных обязанностей стала использоваться судами для возложения деликтной ответственности на директоров и должностных лиц корпораций. Таким образом, законодательная реформа позволила применять доктрину гражданско-правовых деликтов за правонарушения в сфере корпоративного управления. Ранее, до реформы, у китайских судов отсутствовала такая возможность. Однако автор констатирует, что трактовка китайскими судами фидуциарный обязанностей существенно отличается от их понимания в стране происхождения [21].
В качестве примера «деликтного» подхода к фидуциарным обязанностям в Китае можно указать на дело, по которому суд признал директора (ответчика) виновным за то, что он не смог обеспечить завершение аудита проекта в течение семидесяти дней, как того требовали условия договора. Установив наличие неосторожности в поведении директора на него была возложена обязанность возместить компании (истцу) 60% от ее убытков1. Таким образом, директор был привлечен к деликтной ответственности, поскольку была установлена его вина в причинении убытков компании [23].
В Законе о компаниях КНР имеются как общие нормы, так и специальные запреты, содержания которых определяют обязанности директора по отношению к корпорации. Следует отметить, что такой подход характерен как для континентальной цивилистики, так и для сферы Common Law [5].
Например, в ст. 147 действующей редакции Закона о компаниях КНР от 26.10.2018 предусмотрены общие правила, что директора и руководители обязаны действовать в соответствии с законодательством, административными регламентами и уставом компании, а также соблюдать фидуциарные обязанности по отношению к компании. Они не вправе извлекать незаконные доходы и посягать на имущество компании.
В статье 148 Закона о компаниях прямо установлен перечень специальных запретов. Так, директора и руководители компании не вправе присваивать средства компании; вносить денежные средства компании свой счет или счет, открытый на имя другого физического лица; предоставлять займы и гарантии в нарушение устава ком-
^ЦШШ^ЦШШШИШШ) [ Zhao et al. v. Jiangsu Sunan Tezhong Co., Ltd.], Suzhou Interm. People's Ct. No.0164, 2014.
пании и без согласия общего собрания или совета директоров; заключать договоры в нарушение устава компании или без согласия общего собрания; без согласия общего собрания пользоваться своим положением для изыскания в свою пользу или других лиц коммерческих преимуществ за счет компании или осуществлять аналогичную предпринимательскую деятельность в рамках другой компании; получать комиссионные по сделкам, совершенным компанией; разглашать секреты компании; совершать иные действия, направленные на нарушение фидуциарных обязанностей перед компаний.
На основании ст. 149 Закона о компаниях, если директор или руководитель компании при исполнении своих обязанностей нарушают законодательство, административные регламенты или устав компании при исполнении служебных обязанностей и тем самым причиняют убытки компании, то они несут ответственность по их возмещению.
В правоприменительной практике КНР имеется множество примеров привлечения директоров или руководителей компании к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков, например, в связи с тем, что их действия повлеки возложение на компанию административных штрафов в связи с незаконным предпринимательством или уклонение от уплаты налогов2, неисполнением решений общего собрания или совета директоров компании3, отзывом заявки на получение товарного знака [20] и др.
Данные случаи прямо не подпадают под предусмотренный в Законе о компаниях перечень специальных запретов. В подобных случаях суды ссылаются на общие нормы. Однако суды, как правило, предпочитают ссылаться не на нарушение директорами и должностными лицами абстрактных фидуциарных обязанностей, а на нарушение конкретных положений законодательства, административных регламентов или уставов компаний.
В Законе КНР о компаниях отсутствуют легальные определения фидуциарных обязанностей. В этой связи в правоприменительной практике предпринимаются попытки сформулировать такие определения. Так, по одному делу суд указал, что обязанность директора по лояльности в отношении компании основывается на том,
2 ZHANG Jianhua vs HUANG Jiawei, Shanghai NO. 2 Intermediate People's Court (2002), Decision NO. 333 by the Civil Court NO.3; LI Xiaozhong vs JIN Rong-zhong et al, Chongqing Nanchuan People's Court (2006), Civil Decision NO. 538.
3 Beijing International Yiyuan Co. vs XUE Wen, Beijing Dongcheng District People's Court (2006), Civil Decision NO. 8542.
директор должен соблюдать законодательство, устав компании и действовать в ее наилучших интересах. Следовательно, директор обязан защищать интересы компании, когда его собственные интересы вступают в противоречие с интересами компании, он не должен получать выгоду за счет компании, пользуясь преимуществами своего положения1.
Позиция окружного суда г. Пекина, по сути, воспроизводит трактовку обязанности по лояльности (duty of loyalty) в праве США. Как отмечается в литературе, данная фидуциарная обязанность раскрывается посредством двух правил:
- правило «не конфликтности» (non-conflict rule), согласно которому интересы агента (доверенного лица, директора) не должны вступать в противоречие с интересами принципала;
- правило «отсутствия выгоды», предполагающее, что доверенное лицо (агент, директор) не будут извлекать выгоду за счет принципала пользуясь своим особым положением (non-profit rule) [12].
Следует отметить, что фидуциарная обязанность по лояльности не является чужеродным явлением для китайской правовой системы. Поскольку центральное место в самосознании китайского общества занимает концепция «верности». Верность семье, родителям, руководству, стране - является нормой нравственности в семье и в обществе [1]. Как отмечает Вэйю Ян, основной ценностью конфуцианства является «доброжелательность», которая проистекает от «сыновнего благочестия», а «сыновнее благочестие» предшествует «верности», эта мысль пронизывает все сущее, закладывая основу для формирования последовательности в верности и сыновнему благочестию в традиционной картине китайского этноса [22].
На этом основании Ван Цзюнь констатирует, что трактовка основополагающей этической ценности «верности» в китайской традиции (действия в наилучших интересах своего господина) имеет смысл, аналогичный существующему в западной правовой культуре Common Law. Культурные различия между Востоком и Западом не создают серьезных препятствий для того, чтобы судьи давали схожие трактовки обязанности по лояльности [20].
Предпринимаются также попытки по выработке в судебной доктрине определения фидуциарной обязанности по заботе (duty of care). Так, один из окружных судов Пекина указал, что стар-
1 LIANG Baoshan vs Huayuan Shutong (Beijing) Co., Beijing Haidian District People's Court (2008), Civil Decision NO. 31934. See also Beijing Bailixing Co. vs Zhanghao, Beijing Pinggu District People's Court (2008), Civil Decision NO. 04521.
шие должностные лица компании помимо соблюдения законодательства, административных регламентов и устава компании, должны проявлять лояльность и заботу по отношению к компании, добросовестно исполнять свои обязанности и действовать в ее наилучших интересах. Они должны действовать с разумной степенью осторожности, которую проявило бы обычное лицо при схожих обстоятельствах. Если данные лица допустят нарушение законодательства, административных регламентов или устава компании, они могут быть привлечены к гражданско-правовой ответственности. Однако если причиной потерь компании будут предпринимательские риски или внешнее обстоятельства, не связанное с намеренными действиями или неосторожностью, старшие должностные лица не будут считаться нарушившими обязанность по заботе2.
По другому делу Окружной суд Шанхая также указал, что обязанность по заботе означает, что директора, руководители и старшие должностные лица должны действовать и принимать решения только в интересах компании, что является единственным стандартом их поведения. Они должны демонстрировать разумное усердие, навыки, способности и заботу. Должна отсутствовать вина в их действиях (умысел или неосторожность) При оценке действий директора (руководителя) следует принимать во внимание следующие обстоятельства: а) действовал ли он добросовестно; б) проявил ли заботу обычного разумного и осмотрительного лица при схожих обстоятельствах; г) исполнялись ли обязанности в наилучших интересах компании3.
В литературе отмечается, что рассмотренные позиции судов свидетельствуют об их знакомстве с североамериканской доктриной, поскольку они, по сути, воспроизводят первоначальную редакцию параграфа 8.30 Модельного закона о корпорациях4. В указанной модельном правиле был предусмотрен стандарт поведения директора (руководителя), который должен действовать с заботой обычного разумного человека, находящегося в подобном положении и при сравнимых обстоятельствах. Таким образом, иностранная правовая традиция использовалась для восполнения пробелов и толкования новелл в китайском законодательстве [20].
Вызывает интерес то, что данный поведенческий стандарт представляет собой заимствова-
2 Beijing Miaoding Co. vs WANG Dongchun, Beijing Mentougou District People's Court (2009), Civil Decision NO. 4.
3 See Shanghai Minhang District People's Court (2009), Decision NO. 1724 by Civil Court NO. 2.
4 Model Business Corporation Act (1998).
ния концепции неосторожного (небрежного) поведения, как специального деликта (negligence) в англо-саксонском деликтном праве. Как отмечается в литературе, фидуциарные обязанности директора эволюционировали из деликтного права [10, 945].
В этой связи некоторые авторы критикуют деликтный подход, поскольку, по их мнению, он не соответствует природе отношений, складывающихся в сфере корпоративного управления, а также возлагает чрезмерное бремя ответственности на директора (руководителя) компании [6, 299]. В литературе указывается также на то, что обязанность по заботе (duty of care) в деликтном праве имеет иную функциональную направленность чем в корпоративном праве. Поскольку деликт направлен на возмещение вреда, причиненного потерпевшему, а корпоративные фидуциарные обязанности направлены на защиту интересов акционеров (участников) путем воздействия на поведения директоров, сдерживание их недобросовестного и нелояльного поведения [19].
Необходимо указать, что правило параграфа 8.30 Модельного закона о корпорациях, впоследствии было предусмотрено. Согласно новой редакции данного модельного акта, директор при исполнении своих обязанностей должен действовать добросовестно и с разумным предположением, что его действия отвечают наилучшим интересам корпорации1. В комментарии отмечается, что указание на то, что директор должен действовать с заботой обычного разумного человека, находящегося в подобном положении и при сравнимых обстоятельствах было исключено, поскольку указанное правило было связано с доктриной деликтного права, что приводило к путанице, смешению стандартов поведения в корпоративном и деликтном праве [21].
Таким образом, пересмотр правила параграфа 8.30 MBCA было направлено на «объективизация» поведенческого стандарта для директора компании. Ранее, в первоначальной версии MBCA стандарт поведения директора был скорее «субъективным» (деликтным), поскольку был связан с концепцией неосторожной вины [9,175].
В этой связи китайские авторы указывают на доктринальные противоречия, которые обнаружились в связи с заимствованием фидуциарных обязанностей из корпоративного права США. В китайской судебной практике предполагается,
1 § 8.30 (A) MBCA (2007) Each member ofthe board of directors, when discharging the duties of a director, shall act: (1) in good faith, and (2) in a manner the director reasonably believes to be in the best interests of the corporation https://studylib.net/ doc/7476652/model-business-corporation-act--with-comments-?ysclid=llf4jpuhkn463597702
что директор или должностное лицо компании должно вести себя с осмотрительностью, которую проявил бы обычный разумный человек при данных обстоятельствах. Основным элементом китайской доктрины обязанности по заботе об интересах компании является то, что она трактуется через призму традиционного подхода о вине, как психическом отношении лица к совершенному им деянию (психологическая теория вины). Таким образом, рецепция доктрины фидуциарных обязанностей из корпоративного права США привела к применению традиционной доктрины деликтной ответственности к правонарушениям в сфере корпоративного управления [21].
Согласно научной и судебной доктрине Китая для привлечения деликвента к ответственности необходимо установить наличие следующих условий (элементов состава правонарушения): 1) противоправность поведения (незаконного деяние, причиняющее вред потерпевшему); 2) наличие вреда (как имущественного, так и неимущественного); 3) наличие установленной причинно-следственной связи между деянием деликвента и возникновением вреда у потерпевшего; 4) вину правонарушителя, которая трактуется как его психическое отношение (умысел или неосторожность) к совершенному деянию и наступившим последствиям [14, 415].
Таким образом, в российской и китайской научной доктрине существует идентичный подход в понимании основания и условий деликтной ответственности. Данное обстоятельство обусловлено как принадлежностью правовых систем обеих стран к континентальной цивилистической традиции, так и влиянием советской (отечественной) цивилистики на китайскую научную доктрину [2].
Заслуживает внимание то, что в научных исследованиях, в том числе подготовленными авторитетными представителями судейского сообщества, отмечается, что для возложения на директора (должностного лица) обязанности возместить вред, причиненный компании, необходимо установить следующие обстоятельства (условия):
- нарушение ими законодательства, административных регламентов или устава компании;
- наличие вины в виде умысла или неосторожности (психическое отношение к деянию);
- наличие финансовых потерь у компании (как прямые, так и косвенные убытки);
-возникшие убытки должны быть последствием нарушения обязанности по заботе об интересах компании [21].
Буквальное толкование данного научного положения позволяет констатировать, что идет речь о некотором изменении традиционных фор-
мулировок при сохранении в неизменности содержания концепции основания и условий деликтной ответственности (четырехэлементный состав гражданского правонарушения).
Данная научная позиция имеет соответствующую апробацию в судебной практике [21]. Так, по одному из дел суд указал на то, что при решении вопроса о допустимости возложения на директора обязанности по возмещения корпорации убытков, необходимо установить все указанные выше условия деликтной ответственности. По данному делу ответчик, действуя в интересах своей компании, заключил с другим юридическим лицом (Baiqiang Ltd) договор купли-продажи товара, который был передан покупателю, но им не оплачен. Со стороны покупателя действовал представитель, однако, на договоре не была проставлена печать покупателя.
Компания обратилась с иском о взыскании убытков к своему бывшему директору. Судом было установлено, что компания не обращалась с иском о взыскании с покупателя задолженности за поставленные товары. Суд в удовлетворении иска отказал, поскольку директор не допустил нарушения законодательства, административных регламентов или положений устава корпорации. Он добросовестно действовал в интересах компании, заключил договор в надлежащей форме с правосубъектной организацией, рассчитывая на получение его компанией прибыли от его исполнения. Исполнение покупателем своей обязанности по оплате товара было в некоторой степени гарантированно. На этом основании суд констатировал, что директор проявил должную степень осторожности, требуемую от обычного разумного человека, при подписании и исполнении договора купли-продажи.
Суд указал, что экономические потери истца вызваны не упущениями ответчика, а тем, что истец не обратился с требованием о взыскании долга с покупателя. На этом основании суд констатировал, что отсутствует причинно-следственная связь между потерями истца и поведением ответчика1.
По другому делу суд установил, что исполнительным директором была нарушена обязанность по заботе, поскольку после своего ухода из компании он не выполнил процедуру по передаче дел, что повлияло на деятельность компании. Однако суд указал, что уход из компании не является нарушением закона или подзаконных актов и сам по себе не является причиной убытков компании2.
1 Xiangjia Ltd. vs. Tai Jianying (2007).
2 Guangdong Pinhongzhuangshigongcheng Youxian Gongsi, Zhoujiangen Sunliai Gongsi Liyizeren
Jiufen Ershen Minshipanjueshu
Таким образом, и в данном деле судом был избран выраженный деликтный подход в оценке поведения директора. При отсутствии условий для возложения деликтной ответственности само по себе нарушение абстрактной фидуциарной обязанности показалось суду недостаточным для возложения на директора обязанности по возмещению потерь компании.
В правоприменительной практике КНР сформировалась судебная доктрина «разумных и допустимых деловых действий». Одним из первых примеров проявления данной судебной доктрины стала позиция Высшего народного суда Шанхая. По данному делу акционер обратился к генеральному директору девелоперской компании. Истец считал, что ответчиком были допущены нарушения устава компании при отчуждении ее имущества (недвижимость). Истец ссылался на то, что цена, по которой была продана недвижимость, была настолько низкой, что имущественным интереса компании был причинен серьезный ущерб. Суд признал факт нарушения директоров устава организации и то, что в некоторой степени был виновен (неосторожность). Однако суд отказался привлечь директора к ответственности, поскольку посчитал, что им не был причинен ущерб интересам компании. Было установлено, что компания фактически получила имущественную выгоду от реализации имущества, улучшилось ее финансовое положение и она получила возможность для продолжения своей деятельности. Судом было учтено то обстоятельства, что компания остро нуждалась в денежных средствах.
Таким образом, несмотря на процедурные нарушения материальный эффект от действий директора имел позитивное значение для деятельности компании. Были совершены разумные, допустимые действия в наилучших интересах компании3. Следует отметить, что данный пример также связан с деликтным подходом. Поскольку суд констатировал, что в деятельности директора отсутствовала противоправность. Отсутствовали негативные последствия (вред). Следовательно, нельзя было ставить вопрос о наличии причинно-следственной связи между поведением директора и убытками компании.
Комментируя позицию суда по данному делу, Ван Цзюнь задается вопросом о том, вправе ли суд давать оценку материальным (субстантивным) последствиям управленческих решений,
i) [Guangdong Pinhong Decoration Engineering Co. v. Zhou], Guangzhou Intenn. People's Ct. No. 19538, Dec 8, 2020.
3 Shanghai Yaoguo Co. vs GAO Baoquan, Shanghai High People's Court (2005), Decision No. 188 by Civil Court NO. 2.
предпринятых директоров. Обладает ли суд соответствующими познаниями, опытом для того, чтобы оценивать бизнес-решения директоров, а также их трактовку акционерами [20].
Таким образом, автор начинает издалека подводить смысловую канву под «правило делового решения» (business judgment rule). Согласно североамериканской доктрине «правила делового решения», суды исходят из презумпции целесообразности любого управленческих решений директора [4, 109]. Даже в том случае, если оно стало причиной возникновения потерь у ком-пании1.
На этом основании автор дифференцирует последствия нарушения фидуциарных обязанностей по лояльности и по заботе. По мнению автора, нарушение обязанности по лояльности должно быть основанием для вмешательства суда в вопросы корпоративного управления. Тогда как при нарушении обязанности по заботе суды должны ограничиться вопросами оценки соблюдения процедуры принятия делового решение и не вторгаться в сферу корпоративного управления, не вправе оценивать материальные последствия принятия управленческих решений [16, 216].
Необходимо отметить, что уже многие североамериканские авторы со скепсисом относятся к «правилу делового решения». Поскольку оно, фактически, устанавливает режим «безответственности» для директоров и руководителей корпораций. Так, в одном исследовании с юмором отмечается, что статистически существует большая вероятность, что директор подвергнется нападению пчел-убийц чем вероятность того, что
1 Согласно данному правилу, суд не вправе подвергать сомнению целесообразность деловых решений, принятых органами корпорации, в частности, ее директором. Данная доктрина применяется судом при соблюдении следующих условий: добросовестность директора при принятии решения; отсутствие конфликта интересов; наличие у директора необходимой информации; принятие решения в наилучших интересах корпорации. Суды штата Делавэр последовательно занимают позицию, что «при отсутствии признаков мошенничества, незаконных действий или конфликта интересов, суд должен воздержаться от оценки решения директора».
он будет вынужден возместить компании убытки, причиненные нарушением им обязанности по заботе [17].
Рассмотрение проблемы применения североамериканского «правила делового решения» в правовой системе КНР заслуживает отдельного исследования. В рамках данной статьи можно указать, что многие китайские ученые со скепсисом относятся к возможности применения данного правила. При этом отмечают, что проблема дифференциация обязанности по заботе и обязанности по лояльности в корпоративном праве Китая не столь принципиальна по сравнению с корпоративным правом США. Поскольку нарушения данных обязанностей влекут одинаковые правовые последствия [7]. Это означает, что возможным последствием нарушения любой фидуциарной обязанностей будет привлечение директора (руководителя) компании к деликтной ответственности (при наличии соответствующих условий)
Проведенное исследование позволяет констатировать, что законодательная реформа не повлекла за собой тотальную вестернизацию китайского корпоративного права. Рецепция иностранного опыта, связанная с внедрением в текст закона фидуциарных обязанностей, не повлекла за собой возникновение дискуссии относительно феномена «корпоративной ответственности», как самостоятельного вида гражданско-правовой ответственности. Ответственность за нарушение фидуциарных обязанностей в научной и судебной доктрине трактуется с традиционных позиций деликтной ответственности. Таким образом, следуя «бритве Оккама» китайская правовая система не стала «преумножать сущности сверх необходимости» [3].
Рецепция в Китае иностранного (англо-американского) опыта регулирования корпоративных отношений представляет интерес для российской науки, поскольку в отечественной доктрине остается дискуссионным вопрос о правовой природе ответственности лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа корпорации.
Список литературы
[1] Ван Мэняо. Категория верности в китайской теории перевода // Вестник Московского университета. Серия 22. Теория перевода. 2014. №1. С. 5-13.
[2] Ван Чжихуа. Путь кодификации гражданского законодательства в Китае // Lex Russica. 2020. №3 (160). С. 135-139.
[3] Эпштейн М. Н. Бритва Оккама и аксиоматика человеческого опыта. Проблема сокращения/ умножения сущностей в современном контексте // Философский полилог: Журнал Международного центра изучения русской философии. 2020. №2 (8). С. 139-142.
[4] Bainbridge, Stephen M. Corporate Law. 3d ed. Foundation Press, 2015.
•vmmmmmmmmmmmmtimmmmmimmmm^
[5] Baums, Theodor & Scott, Kenneth E. Taking. Shareholder Protection Seriously? Corporate Governance in the United States and Germany // American Journal of Comparative Law. 2005. Vol. 53. Pp. 31-40.
[6] Charles, R. T. O'Kelley, M. E. Kilpatrick & Robert B. Thompson // Corporations and Other Business Associations: Cases and Materials (5th edition). Aspen Publishers (New York), 2006.
[7] Cheng, Jui-Chien. The Reform of the Corporate Duty of Care in China: From the Introspection of Delaware and Taiwan (2015). Maurer Theses and Dissertations. https://www.repository.law.indiana.edu/etd/24
[8] Clark, Robert C. Corporate Law. New York: Aspen Law & Business, 1986.
[9] Emanuel, Steven. Corporations and other Business Entities. 7th ed. New York: Wolters Kluwer Law & Business, 2013.
[10] Eisenberg, Melvin A. The Duty of Care of Corporate Directors and Officers // U. PITT. L. REV. 1990. Vol. 51. P. 945.
[11] Kelly, Daniel B. Fiduciary Principles in Fact-Based Fiduciary Relationships // The Oxford Handbook of Fiduciary Law / Evan J. Criddle, Paul B. Miller, & Robert H. Sitkoff eds. Oxford University Press 2019.
[12] Lee, Rebecca. Fiduciary Duty Without Equity: "Fiduciary Duties" of Directors Under the Revised Company Law of the PRC // Virginia Journal of International Law. 2007. Vol. 47. 897-909 pp.
[13] Lin, Shaowei and Lin, Lin, Directors' Duty of Care in China: Empirical and Comparative Perspective (July 2021). Tsinghua China Law Review, 2021 Forthcoming, NUS Law Working Paper No. 2021/015, EW Barker Centre for Law & Business Working Paper 21/04, Available at SSRN: https://ssrn.com/abstract=3891181
[14] Mo Zhang. Tort Liabilities and Torts Law: The New Frontier of Chinese Legal Horizon // Richmond Journal of Global Law & Business. 2011. Vol. 10. P.415.
[15] Pistor, Katharina and Xu, Chenggang. Fiduciary Duty in Transitional Civil Law Jurisdictions: Lessons from the Incomplete Law Theory // Global Markets, Domestic Institutions: Corporate Law and Governance in a New Era of Cross-Border Deals / Curtis J. Milhaupt ed. Columbia University Press, 2003. 77-106 pp.
[16] Rosenberg, David. Supplying the Adverb: The Future of Corporate Risk-Taking and the Business Judgment Rule // Berkeley Business. Law Journal. 2009. Vol. 6. P. 216.
[17] Stout, Lynn A. On the Export of U.S.-Style Corporate Fiduciary Duties to Other Cultures: Can a Transplant Take? // Global Markets, Domestic Institutions: Corporate Law and Governance in a New Era of Cross-Border Deals / Curtis J. Milhaupt ed. Columbia University Press, 2003. 46-76 pp.
[18] Stout, Lynn A. On the Proper Motives for Corporate Directors (or, Why You Don't Want to Invite Homo Economicus to Join Your Board) // Delaware Journal of Corporate Law. 2003. Vol. 28. Pp.1-7.
[19] Velasco, Julian. The Role of Aspiration in Corporate Fiduciary Duties // William Mitchell Law Review. 2012. Vol. 54. 519-586 pp.
[20] Wang, J. On cases against corporate managers for breaching their duty of loyalty and/or duty of diligence in China // Frontiers of Law in China. 2015. Vol. 10. 77-99 pp.
[21 ]Wang, J. Enforcing Fiduciary Duties as Tort Liability in Chinese Courts // Enforcement of Corporate and Securities Law: China and the World Cambridge / R. Huang & N. Howson (Eds.). Cambridge University Press, 2017. pp. 185-206.
[22] Weiyu Yang. The Sequence of Loyalty and Filial Piety and Its Ideological Origins in the Traditional Ethical Culture of China and Japan // Ethics in Progress .2019. Vol. 10. No. 2. Art. 13. pp. 155-164.
[23] Zhaoyi Li. Judicial Review of Directors' Duty of Care: A Comparison Between U.S. & China // University of Pittsburgh Law Review. 2022. Vol. 83. P. 597.
Spisok literatury:
[1] Van Menyao. Kategoriya vernosti v kitajskoj teorii perevoda // Vestnik Moskovskogo universiteta. Seriya 22. Teoriya perevoda. 2014. №1. S. 5-13.
[2] Van CHzhihua. Put' kodifikacii grazhdanskogo zakonodatel'stva v Kitae // Lex Russica. 2020. №3 (160). S. 135-139.
[3] Epshtejn M. N. Britva Okkama i aksiomatika chelovecheskogo opyta. Problema sokrashcheniya/ umnozheniya sushchnostej v sovremennom kontekste // Filosofskijpolilog: ZHurnal Mezhdunarodnogo centra izucheniya russkoj filosofii. 2020. №2 (8). S. 139-142.
[4] Bainbridge, Stephen M. Corporate Law. 3d ed. Foundation Press, 2015.
[5] Baums, Theodor & Scott, Kenneth E. Taking. Shareholder Protection Seriously? Corporate Governance in the United States and Germany // American Journal of Comparative Law. 2005. Vol. 53. Pp. 31-40.
[6] Charles, R. T. O'Kelley, M. E. Kilpatrick & Robert B. Thompson // Corporations and Other Business Associations: Cases and Materials (5th edition). Aspen Publishers (New York), 2006.
[7] Cheng, Jui-Chien. The Reform of the Corporate Duty of Care in China: From the Introspection of Delaware and Taiwan (2015). Maurer Theses and Dissertations. https://www.repository.law.indiana.edu/etd/24
[8] Clark, Robert C. Corporate Law. New York: Aspen Law & Business, 1986.
[9] Emanuel, Steven. Corporations and other Business Entities. 7th ed. New York: Wolters Kluwer Law & Business, 2013.
[10] Eisenberg, Melvin A. The Duty of Care of Corporate Directors and Officers // U. PITT. L. REV. 1990. Vol. 51. P. 945.
[11] Kelly, Daniel B. Fiduciary Principles in Fact-Based Fiduciary Relationships // The Oxford Handbook of Fiduciary Law / Evan J. Criddle, Paul B. Miller, & Robert H. Sitkoff eds. Oxford University Press 2019.
[12] Lee, Rebecca. Fiduciary Duty Without Equity: "Fiduciary Duties" of Directors Under the Revised Company Law of the PRC // Virginia Journal of International Law. 2007. Vol. 47. 897-909 pp.
[13] Lin, Shaowei and Lin, Lin, Directors' Duty of Care in China: Empirical and Comparative Perspective (July 2021). Tsinghua China Law Review, 2021 Forthcoming, NUS Law Working Paper No. 2021/015, EW Barker Centre for Law & Business Working Paper 21/04, Available at SSRN: https://ssrn.com/abstract=3891181
[14] Mo Zhang. Tort Liabilities and Torts Law: The New Frontier of Chinese Legal Horizon // Richmond Journal of Global Law & Business. 2011. Vol. 10. P.415.
[15] Pistor, Katharina and Xu, Chenggang. Fiduciary Duty in Transitional Civil Law Jurisdictions: Lessons from the Incomplete Law Theory // Global Markets, Domestic Institutions: Corporate Law and Governance in a New Era of Cross-Border Deals / Curtis J. Milhaupt ed. Columbia University Press, 2003. 77-106 pp.
[16] Rosenberg, David. Supplying the Adverb: The Future of Corporate Risk-Taking and the Business Judgment Rule // Berkeley Business. Law Journal. 2009. Vol. 6. P. 216.
[17] Stout, Lynn A. On the Export of U.S.-Style Corporate Fiduciary Duties to Other Cultures: Can a Transplant Take? // Global Markets, Domestic Institutions: Corporate Law and Governance in a New Era of Cross-Border Deals / Curtis J. Milhaupt ed. Columbia University Press, 2003. 46-76 pp.
[18] Stout, Lynn A. On the Proper Motives for Corporate Directors (or, Why You Don't Want to Invite Homo Economicus to Join Your Board) // Delaware Journal of Corporate Law. 2003. Vol. 28. Pp.1-7.
[19] Velasco, Julian. The Role of Aspiration in Corporate Fiduciary Duties // William Mitchell Law Review. 2012. Vol. 54. 519-586 pp.
[20] Wang, J. On cases against corporate managers for breaching their duty of loyalty and/or duty of diligence in China // Frontiers of Law in China. 2015. Vol. 10. 77-99 pp.
[21 ]Wang, J. Enforcing Fiduciary Duties as Tort Liability in Chinese Courts // Enforcement of Corporate and Securities Law: China and the World Cambridge / R. Huang & N. Howson (Eds.). Cambridge University Press, 2017. pp. 185-206.
[22] Weiyu Yang. The Sequence of Loyalty and Filial Piety and Its Ideological Origins in the Traditional Ethical Culture of China and Japan // Ethics in Progress .2019. Vol. 10. No. 2. Art. 13. pp. 155-164.
[23] Zhaoyi Li. Judicial Review of Directors' Duty of Care: A Comparison Between U.S. & China // University of Pittsburgh Law Review. 2022. Vol. 83. P. 597.