УДК 347.632: 342.723 (470+570) (09)
Д.В. Потепалов,
Российский государственный профессионально-педагогический университет
Права внебрачных детей в царской России
Представлена эволюция российского законодательства и социума по отношению к незаконнорожденным детям в царской России. Рассматриваются возможности выплаты алиментов на внебрачного ребенка, его социальный статус в российском обществе, обращение матерей со своими внебрачными детьми, наследственные права таких детей.
Ключевые слова: внебрачные дети; незаконнорожденные дети; детоубийство
The paper presents the evolution of Russian law and society in relation to illegitimate children in Tsarist Russia. In this paper we consider the possibility of paying alimony for the birth of an illegitimate child, his social status in Russian society, the treatment of mothers with their children born out of wedlock, the inheritance rights of children.
Key words: born out of wedlock; illegitimate children; infanticide.
Во времена языческой Руси существовало многобрачие. После принятия христианства церковь боролась с институтом многоженства и резко отрицательно относилась к внебрачным детям. Уже в XI веке в киевских христианских кругах была крепка мысль, что «от греховного бо корени зол плод бывает» [6, с. 184]. Светское законодательство, находившееся под значительным влиянием взглядов духовенства, также насаждало негативное отношение к внебрачным детям. Эта позиция сохранялась и развивалась на протяжении столетий.
Происхождение вне брака считалось зазорным, т.е. заслуживающим осуждения. За наименование кого-нибудь «незаконнорожденным» полагалось «бесчестье», т.е. денежное вознаграждение, которое взыскивалось обиженным с обидчика [10; 12, с. 48]. Так, в Судебнике Федора Ивановича (1589 г.) в 69 статье зафиксировано: «А выбляткам, которые не у венчальные жены родился, тому безчестия 2 денги для материнских промыслов» [9, с. 421]. Однако денежную компенсацию с отца ребенка на практике мог получить представитель привилегированного сословия (женщина боярского или дворянского рода), а у тяглых и низших сословий, составлявших подавляющее большинство населения, действовали нормы так называемого обычного права. Согласно ему если в общине появлялись люди, совершавшие безнравственные поступки, будь то воровство, прелюбодеяние, нарушение взятых обязательств, то мир пытался сначала воздейство-
вать на них увещеваниями и наказаниями. Если это не удавалось, то принимался общинный приговор — ходатайство перед властями о выселении такого человека из деревни [7, с. 152].
В древнерусском обществе сформировалось твердое убеждение, что из «незаконных» детей могут вырасти только тати (воры, разбойники) и блуди (гулящие, проститутки). Часто именно так и случалось, поскольку настороженное и презрительное отношение общества формировало и усиливало асоциальность «незаконнорожденных» детей, толкало их в среду антиобщественных элементов.
Б.Н. Миронов небезосновательно пишет, что русские крестьяне резко отрицательно относились к внебрачной рождаемости. Внебрачные дети, не узаконенные через последующий брак, считались «незаконнорожденными». Рождение вне брака сурово осуждалось. Женщине, в особенности девушке, родившей ребенка вне брака, и ее семье грозили позор, презрение односельчан, а без помощи родителей и нищета. Нередко она была вынуждена покидать деревню, переезжать в город, становиться
проституткой, подкидывать ребенка или в отчаянии убивать его. Незавидна была и судьба «незаконнорожденных» детей, так как родители «согрешившей» матери часто отворачивались от нее и от ее ребенка. Ни отец, ни государство, ни община по закону не обязаны были содержать внебрачных детей [3, с. 166].
Наказание за внебрачную связь максимально ужесточилось в XVII веке, в правление царя Алексея Михайловича. По Соборному уложению 1649 г. «незаконнорожденные» не наследовали поместье и вотчину своего отца, но они наследовали имущество матери за исключением ее родового имущества, которое должно было оставаться в пределах рода, а «незаконнорожденные» не считались принадлежащими к роду [2, с. 58]. В их появлении виделась угроза нарушения интересов законных наследников.
Существующее правовое положение вынуждало женщин зачастую убивать внебрачных детей и в утробе, и после рождения. После образования государства и крещения Руси разбор дел об убийствах детей долгое время входил
© Потепалов Д.В., 2015
74
в компетенцию исключительно духовных судов. Стоглавый собор 1551 г. снова подтвердил изъятие из подсудности светских судов данных дел. Лишь Соборное уложение царя Алексея Михайловича (1629-1676 гг.) отчасти передало рассмотрение этих дел в руки светских властей. При этом светское правосудие, в отличие от церковного, рассматривало детоубийство как привилегированный вид убийства, т.е. не представлявший большой общественной опасности. В этом законодательном памятнике проведено глубокое различие между убийством, совершенным законными родителями и внебрачной матерью. О первом говорит 3 статья XII главы Уложения: «А будет отец, или мать сына, или дочь убьет до смерти, и их за то посадить в тюрьму на год, а отсидев в тюрьме год, приходить им к Церкви Божии, и у Церкви Божии объявля-ти тот свой грех всем людям вслух. А смертию отца и матери за сына и дочь не казнить». На фоне мрачной жестокости Уложения 1649 г., где обычным наказанием за убийство являлась смертная казнь, детоубийство, как видим, влекло за собой очень дешевую расплату. Иной вид наказания существовал для женщин-детоубийц, не состоящих в браке: «а будет которая жена учнет житии блудно и скверно, и в блуде приживет с кем детей, и тех детей сама или иной кто по ее веленью погубит, а сыщеца про то до-пряма, и таких беззаконных жен, и кто по ее велению детей ее погубит казнить смертью безо всякия пощады, чтоб на то смотря, иные такова беззаконного и скверного дела не делали, и от блуда уняли-ся» [8, с. 797]. Уложение не определяло способа смертной казни. Однако, по свидетельству подъячего Посольского приказа Г.К. Котоши-хина (ок. 1630-1667), бежавшего за границу и опубликовавшего в Швеции книгу «О России в царствование Алексея Михайловича», виновную обычно живьем закапывали в землю [1, с. 28]. Тяжесть наказа-
ния в данном случае диктовалась скорее не стремлением защитить жизнь внебрачных детей, а заботой
0 женском целомудрии.
С начала XVIII века начинается более подробное регулирование взаимоотношений родителей и внебрачных детей в порядке светского законодательства. Петр
1 в Уставе воинском (1716 г.) и Морском уставе (1720 г.) специальным артикулом [статьей — Д.П.] определил меры наказания тем, кто «пребудет с девкою и она от него родит». Виновный «для содержания матери и младенца» должен был заплатить штраф «по содержанию его» и «сверх того тюрьмою и церковным покаянием <...> наказан, разве что он потом на ней жениться» [13, с. 373; 4, с. 78]. Эти документы дали юридические основания для алиментных притязаний к отцу ребенка. Внебрачные связи в них рассматриваются как преступления, за которые положено уголовное и церковное наказание, алименты — платой за убытки, причиненные преступлением. Преемники Петра I — Петр II (1727-1730), Анна Иоанновна (1730-1740), Елизавета Петровна (1741-1761), Петр III (1761-1762) и др. - не издавали законов, которые определяли статус «зазорных младенцев» и расширяли их права.
В XIX веке законодательство по отношению к внебрачным детям оставалось во многом негативным. В 1820-х гг. был опубликован ряд указов, в соответствии с которыми они распределялись по различным ведомствам в зависимости от состояния и сословной принадлежности их матери: одних приписывали в посады и цехи, других прикрепляли к помещикам, к фабрикам, заводам, третьи отбывали рекрутскую повинность — зачислялись в кантонисты или солдаты.
По существу, их положение было полностью бесправным. По этому поводу Государственный совет в 1880 г. писал: «Незаконнорожденные дети, будучи лишены не только всех преимуществ, ко-
торые могли бы перейти к ним от родителей, но не имея даже семьи и родного крова и сохраняя на всю жизнь неизгладимое пятно своего происхождения, должны с особой силой чувствовать всю горечь отчужденного от всех положения своего, нисколько ими не заслуженного. Тяготясь своей участью, они, естественно, способны умножать число недовольных существующим общественным строем, а следовательно, и правительством» [5, с. 12].
С этого времени начали намечаться изменения в лучшую сторону в российском дореволюционном законодательстве по отношению к внебрачным детям. В результате работы юристов был опубликован закон 12 марта 1891 г., а затем новелла 3 июня 1902 г., улучшавшая права положение несчастнорожденных.
Закон 3 июня 1902 г. «Об улучшении положения незаконнорожденных детей», принятый под давлением общественности, в некоторой степени облегчал их положение. Термин «незаконнорожденный» подчеркивал мысль, что рожденные вне брака дети находились вне закона и лишены его защиты. Новый закон установил в отношении незаконнорожденных детей более мягкий термин — «внебрачный» ребенок. Отменялась статья 994 Уложения о наказаниях уголовных и исправительных от 1845 года, которая повторяла положение Артикула воинского (1716 г.), возложившего на отца обязанность содержать незаконнорожденных детей вместе с матерью. С отменой статьи 994 Уложения о наказаниях уголовных и исправительных стало допускаться судебное установление отцовства и материнства в гражданском порядке [1, с. 29]. В порядке статьи 1460 Устава гражданского судопроизводства делами об узаконении детей ведали окружные суды. Узаконенные дети считались законными со дня вступления их родителей в брак и с этого же момента пользовались всеми правами законных
детей (ст. 144, п.3). Лица, желавшие узаконить ребенка, обязаны были подать в окружной суд заявление о том, что ребенок рожден ими. Первоначально узаконение не распространялось на детей, происшедших от прелюбодеяния, но с появлением этого закона узаконению подлежали и эти дети [12, с. 49].
Замена термина «незаконнорожденный» на «внебрачный» сохраняла действующее в то время социальное и материальное положение ребенка. Он, согласно законодательству, мог жить в доме отца, т.е. получать от него жилище и содержание, но не пользоваться фамилией отца. Юридическая связь с матерью признавалась, но она распространялась только на получение алиментов. Дети имели права носить фамилию матери, не могли наследовать ее родовое имущество, не имели никаких прав по отношению к родственникам матери (ст. 136 п. 12 Законов гражданских). Они наследовали только имущество матери, приобретенное ей при жизни. Выморочное имущество поступало государству, дворянству, губернии, городу или сельскому обществу в зависимости от сословия умершего. Такие дети, независимо от фактического и от сословного положения матери, приписывались к податному сословию. Запрещалось принимать их на гражданскую службу с присвоением права на получение классных чинов, даже если они и получили воспитание в гимназии или другом учебном заведении.
Сохранявшееся бедственное правовое положение внебрачных детей приводило к убийствам зазорных младенцев. По подсчетам С. Максимова, в XIX веке убийство детей было вообще самым распространенным женским преступлением в России [14, с. 51]. Дореволюционное право по-прежнему признавало детоубийство привилегированным видом лишения жизни и относило к нему умышленное убийство матерью своего незакон-
норожденного ребенка при самом его рождении [11, с. 159]. Уложение 1845 г. строго зафиксировало наказание женщин за убийство своих детей и выделило 4 положения: 1) неосторожное детоубийство — лишение всех имущественных и личных прав и ссылка в Сибирь либо заключение в работный дом на срок от 1,5 до 2,5 лет; 2) убийство умышленное, но и не совершенное по заранее обдуманному намерению, а по внезапному умыслу — лишение всех прав состояния и ссылка в отдаленные места Сибири; 3) детоубийство умышленное и совершенное с заранее обдуманным умыслом — лишение всех прав состояния и ссылка на каторгу на срок от 10 до 12 лет; 4) повторно доказанное детоубийство женщины своего «незаконно-прижитого» ребенка — лишение всех прав состояния и пожизненные каторжные работы на заводах [11, с. 207, 209, 211]. Уголовное уложение 1903 г. значительно упрощало механизм действующего права о детоубийстве, ограничиваясь следующим положением: «Мать, виновная в убийстве своего "незаконно-прижитого" ребенка при его рождении, наказывается исправительным домом». Таким правовое положение внебрачных детей оставалось до прихода к власти в 1917 г. большевиков.
Итак, самой бесправной категорией несовершеннолетних были «незаконнорожденные» дети, так как церковь и государство поощряли негативное отношение к ним. Абсолютное юридическое бесправие таких детей, отделявшее их от детей, рожденных в браке, отрицательно сказывалось на их жизнедеятельности. У них было очень мало шансов выжить, а если они выживали, то оказывались в маргинальной среде.
На протяжении изучаемого периода изменялась законодательная база по защите интересов незаконного ребенка. «Незаконнорожденных» детей стали именовать внебрачными, что позволяло в порядке гражданского судопро-
изводства при вступлении родителей в брак их узаконить. Вместе с тем разделение детей на законных и внебрачных в дореволюционном законодательстве культивировало в российском обществе негативное отношение к последним и практически не улучшало их материальное положение.
Литература
1. Азарова Е. Правовое положение детей одиноких матерей в царской России // Социальное обеспечение. 1974. № 4. С. 28-29.
2. Максимов Е.Д. Начало государственного призрения в России // Трудовая помощь. 1900. № 1. С. 40-58.
3. Миронов Б.Н. Социальная история России периода империи (XVIII — начало XX вв.): Генезис личности, демократической семьи, гражданского общества и правового государства: в 2 т. СПб.: «Дмитрий Буланин», 2000. Т. 1.
4. Морской устав / ПСЗРИ: в 45 т. Т. 5. СПб., 1830.
5. Ошанин М.А. О призрении покинутых детей. Ярославль, 1912.
6. Романов Б.А. Люди и нравы Древней Руси. Л.: Изд-во и тип. Ле-нингр. гос. ордена Ленина ун-та, 1947.
7. Российская повседневность: от истоков до середины XIX века: учеб. пособие / под ред. Л.И. Семенниковой. М.: КДУ, 2009.
8. ПСЗРИ: в 45 т. Т. 1. № 111.
9. Судебник 1589 года // Памятники русского права. Вып. 4. Памятники права периода укрепления Русского централизованного государства XV-XVII вв. М., 1956.
10. Судебник 1589 г Текст. Краткая редакция // Судебники XV-XVI веков / под ред. Б.Д. Грекова. М.; Л.: Изд-во Акад. наук СССР, 1952.
11. Таганцев Н.С. О преступлениях против жизни по русскому праву: Ис-след. СПб.: Б.и., 1870. Т. 2.
12. Туманова Л.И. Правовое регулирование положения внебрачных детей и установление отцовства // Закон и право. 2004. № 6. С. 48-51.
13. Устав воинский / ПСЗРИ: в 45 т. 5.
14. Щербинин П. Плод страсти роковой // Родина. 2003. № 8. С. 47-51.