п.в. ШАМАРОВ,
кандидат военных наук, Министерство обороны РФ e-mail: shamarov@front.ru
P. SHAMAROV,
Candidate of Military Sciences, Ministry of Defence of the Russian Federation
Ключевые слова:
национальная безопасность, международная миротворческая деятельность, миротворческая операция,теория миротворческой деятельности
Keywords:
national security, international peacekeeping activities, peacekeeping operation, theory of peacekeeping activities
ПРАГМАТИЧНО-РАЦИОНАЛЬНЫЙ ПОДХОД
РОССИИ К МЕЖДУНАРОДНОЙ МИРОТВОРЧЕСКОЙ
ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
Статья посвящена практической деятельности стран - членов ООН и ведущих международных организаций в области миротворчества, что позволяет выделить в науке политологии ее новое направление - теорию миротворчества. Теория миротворчества, ее возможности в решении задач по обеспечению национальной безопасности России требует предметного научного осмысления.
PRAGMATIC RATIONAL APPROACH OF RUSSIA TO INTERNATIONAL PEACEKEEPING ACTIVITIES
The article deals with practical activities of UN countries-members and leading international organizations in peacekeeping sphere that give way to define in political science new field of research - theory of peacekeeping activities. theory of peacekeeping activities, its possibilities in dealing with providing of national security demands the scientific understanding of this phenomenon.
Ныне действующая Стратегия национальной безопасности Российской Федерации (СНБ РФ) утверждена
Указом Президента РФ № 683 от 31 декабря 2015 г. [1]. В ней декларативно и в достаточно общем виде определены
на долгосрочную перспективу национальные интересы и стратегические приоритеты России*.
Так, международная миротворческая деятельность в тексте Стратегии национальной безопасности РФ в прямом или косвенном виде упоминается лишь несколько раз, да и то лишь в контексте официально декларируемой цели российского участия в международных миротворческих операциях — намерении устранять угрозы и нарушения мира, а также акты агрессии [3].
Вместе с тем миротворческая деятельность, под которой понимается политическая, дипломатическая, правовая, военная, экономическая и иная деятельность гражданского и военного персонала, контингентов Вооруженных Сил (ВС), осуществляемая в соответствии с мандатом международной или региональной организации и направленная на предотвращение, разрешение или постконфликтное урегулирование межгосударственных или внутригосударственных споров (конфликтов) [4], в современных условиях оказывает все больше влияния на состояние национальной безопасности России. Это обусловлено тем, что такая деятельность способствует обес-
печению глобальной военно-политической стабильности, обеспечивает собственные национальные интересы и безопасность в странах и регионах, имеющих ключевое значение для Российской Федерации и поэтому без участия России в миротворческих операциях позитивного результата добиться практически невозможно [5].
Аналогичной точки зрения придерживается и военно-политический истеблишмент Великобритании, считающий , что реализация заложенных в Стратегии национальной безопасности положений должна способствовать достижению двух целей. Во-первых, обеспечить безопасность государства путем защиты населения, экономики, инфраструктуры, территории и образа жизни от всех рисков, которые могут воздействовать непосредственно. Во-вторых, создать условия по поддержанию стабильности в мире посредством снижения вероятности рисков, затрагивающих страну или ее интересы за рубежом в процессе формирования безопасной глобальной обстановки и заблаговременного устранения потенциальных источников угроз [2, с. 3].
Как известно, Россия стала принимать участие в миротворческих операциях ООН и ОБСЕ только с начала
* К примеру, Стратегия национальной безопасности Великобритании отражает взгляды военно-политического руководства страны на подходы к парированию вызовов и угроз нации в современных геополитических условиях, определяет формы и способы адекватного применения сил и средств, алгоритм межведомственного взаимодействия по всестороннему обеспечению осуществляемых ими действий. Документ определяет политико-правовую основу обеспечения национальной безопасности, которая, по оценкам английских аналитиков, представляет собой совокупность взаимосвязанных нормативных актов (концептуальных, идеологических, юридических) и методических документов, организационно-технологических и иных мероприятий, а также сопутствующих этим актам и мероприятиям сил и средств [2, с. 3].
1990-х годов, направляя отдельные группы своих военных наблюдателей в различные кризисные регионы и страны. При этом более или менее полноценные российские воинские контингента в рамках миротворческой деятельности ООН (без учета миротворческих операций РФ в Южной Осетии, Молдавии, Таджикистане и Абхазии) были отправлены только в бывшую Югославию (Косово, Босния и Герцеговина), Республику Чад и Центральноафриканскую Республику [6].
Не стоит забывать, что современная военно-политическая обстановка в мире характеризуется ростом числа кризисных регионов и вооруженных внутренних и внешних конфликтов (в настоящее время — более 40), вызванных обострением политических, экономических, межнациональных и межконфессиональных проблем на территориях пока еще единых государств.
Указанная тенденция предопределяет широкое использование мировым сообществом* новых форм установления миропорядка, прежде всего в виде международных миротворческих операций (в настоящее время в различных регионах планеты под эгидой ООН проводятся 16 операций по поддержанию мира, где задействовано до 125 тыс. сотрудников ООН) [7].
В этой связи необходимо подчеркнуть, что по линии ООН и ОБСЕ
разрешение в мире кризисных ситуаций происходит, главным образом, в рамках англосаксонской и рома-но-германской моделей. Так, первая модель — глобальная цивилизаторская миротворческая миссия США, несущая другим народам, так называемые, «универсальные ценности» — мировоззрение, культуру, политические нормы и стандарты англосаксонской цивилизации. Вторая — присуща ведущим странам ЕС. Квинтэссенция ее в том, что через миротворческий процесс по готовым шаблонам и рекомендациям меняются взгляды участников противоположных сторон на сам конфликт и отношение к нему [8].
Такая ситуация, по нашему мнению, в значительной степени, ограничивает миротворческие возможности ООН по управлению конфликтами в интересах их действительного (а не декларативного) разрешения.
Североатлантический союз уделяет значительное внимание миротворческой деятельности, как внутри географических границ НАТО, так и за его пределами. Именно поэтому в настоящее время до 140 тыс. военнослужащих альянса задействовано в наземных, воздушных и морских операциях на семи театрах военных действий [9].
Примечательно, что в соответствии с перспективными планами Министерства обороны Великобритании, группировка ее сухопутных войск к
* По нашему мнению, данный термин не эквивалентен понятию «Запад», хотя западноевропейские подходы и продолжают во многом доминировать в ООН и определять политику «цивилизованного мира».
2020 г. будет в готовности к участию в коалиционных (международных) акциях на Европейском театре и за его пределами; в операциях вмешательства (принуждения) к миру и стабилизации, а также к решению задач по ликвидации последствий конфликтов. Последнее, по их мнению, позволит внести значительные коррективы в процесс подготовки национальных вооруженных сил [2, с. 8].
Появление в нормативной базе НАТО стратегических доктрин, рассматривающих миротворческие операции в качестве одного из приоритетных направлений деятельности альянса, было вызвано обобщением практики участия контингентов вооруженных сил США и НАТО в конфликтах на территории Сомали и Боснии в 1990-х гг. Последнее, по нашему мнению, обусловило формирование у англосаксов радикального подхода к миротворчеству, основанного на активном и упреждающем применении военной силы [8].
Вместе с тем анализ современной миротворческой деятельности НАТО свидетельствует о том, что ведущие страны Запада в действительности не способствуют процессу мирного урегулирования, а заинтересованы в сохранении «замороженных конфликтов» с целью их последующего использования для достижения геополитического превосходства в кризисных регионах.
По нашей оценке, именно такая обстановка создана англосаксами на территории автономного края Косово, где с июня 1999 г. дислоцируется миротворческая группировка НАТО СДК
(Силы для Косово). Основу ее численного и боевого состава традиционно составляет национальный контингент ВС США, размещенный в базовом лагере Бондстил — втором по величине американском стационарном военном объекте в Европе.
Постоянное военное присутствие миротворческих сил НАТО в Косово гарантирует безопасное размещение на его территории дипломатических, коммерческих и финансовых представителей Запада, а также успешное продвижение на Балканах национальных интересов ведущих западноевропейских стран и корпораций, в первую очередь, США и Великобритании. К числу таких интересов, в частности, относятся: жесткий контроль краевой политической ситуации и работы правительства, сохранение для Вашингтона и Лондона режима наибольшего благоприятствования в экономической области, лоббирование англосаксов на ответственные посты в местных кампаниях и политических организациях, получение дивидендов в ходе разработки в крае минеральных и природных ресурсов. Особое внимание при этом уделяется активному противодействию экономическому, политическому и военному влиянию России на Балканах, переориентирование ее исторических союзников в регионе — Сербии, Черногории и Македонии — в страны, проводящие активную русофобскую политику.
С учетом вышесказанного, по нашему мнению, в большинстве современных конфликтов с участием США и их союзников по НАТО систематически затрагиваются те или иные
национальные интересы Российской Федерации.
Безусловно, Россия, в качестве постоянного члена Совета Безопасности ООН*, прилагает немало усилий для придания международной миротворческой деятельности статуса универсального механизма стратегической стабильности и коллективной безопасности в мире. При этом учет руководством страны прагматично-рациональных подходов в международном миротворчестве обеспечит серьезные преимущества России по эффективной защите за рубежом ее национальных интересов и будет способствовать реализации успешной внешней политики, ориентированной на закрепление за Российской Федерацией статуса одной из ведущих держав мира.
В этой связи, международная миротворческая деятельность приобретает в современных условиях для России особое значение. С политологической точки зрения данное обстоятельство вызвано целым рядом военно-политических аспектов:
— активное участие Российской Федерации в международном миротворчестве окажет самое непосредственное влияние на процесс политической модернизации мира, в ходе которого вырабатываются и апробируются перспективные формы, процедуры, концепции и доктрины кризисного урегулирования, а также механизмы
политического поведения в условиях распада сложившейся после Второй мировой войны системы мироустройства. При этом активное вовлечение России обеспечит стране определенные преимущества в процессе формирования на мировом уровне новых подходов по определению облика будущей глобальной политической системы и ее перспективной модели безопасности.
— в ходе проведения миротворческих операций под эгидой международного сообщества Россия получит возможности по воздействию на процесс выработки и практического внедрения перспективной системы региональной безопасности.
Таким образом, миротворческая деятельность важна не только с точки зрения успешного обеспечения внешнеполитических усилий России в рамках международного и регионального сотрудничества, но и для продвижения российских интересов, связанных с обеспечением в конфликтном регионе национальной и военной безопасности страны.
Намерение России вернуться на мировую сцену в качестве одного из ключевых международных субъектов многополярного мира немыслимо без укрепления российских позиций в стратегически значимых регионах земного шара, на территории которых в настоящее время протекают различные вооруженные конфликты.
* Совет Безопасности ООН — основной международный орган, уполномоченный принимать легитимные решения в отношении миротворческих операций.
Основой для продвижения российских национальных интересов на указанных территориях (главным образом, в странах «третьего мира») могли бы стать те обстоятельства, что накопившая значительный опыт миротворческой деятельности современная Россия является правопреемником СССР, который традиционно и исторически обладал в указанных государствах высоким авторитетом и значимым влиянием. Отсюда возвращение России в названные регионы в качестве основного миротворца значимо с точки зрения экономической и особенно политической целесообразности, с «реанимацией» в мировой политике особого международного статуса Российской Федерации.
Активное участие России в миротворческом процессе обусловит возможности целевого влияния на идеологию, мировоззрение и культуру сторон конфликта с целью внедрения в коллективное сознание участников вооруженного противостояния про-российских ценностных установок. Одновременно Российская Федерация получит весомые политические преференции в рамках послеконфликт-ного построения мира в проблемном регионе. Все это будет способствовать укреплению позиций Российской Федерации и защите ее важнейших национальных интересов.
По нашему мнению, своевременное, оперативное и легитимное превентивное размещение миротворческого воинского контингента России в конфликтном регионе также окажет стабилизирующее влияние на военно-политическую обстановку, снизит вероятность рас-
ширения масштабов силовых действий конфликтующих сторон и стимулирует международное сообщество на интенсивный поиск путей мирного разрешения кризиса с учетом российских национальных интересов.
Подобный подход прослеживается и в Стратегии национальной безопасности Великобритании. В нем особое внимание придается необходимости учета географического фактора, предполагающего заблаговременное размещение национальных воинских контингентов (в том числе, миротворческих) за пределами своей территории [2, с. 6].
Проблемным вопросом остается планирование и организация деятельности российских миротворцев. Это не только учет отечественного и международного опыта, расчет привлекаемого численного и боевого состава в зависимости от масштаба и интенсивности вооруженного конфликта, но и выработка специализированного алгоритма принятия политического решения об участии России в международной миротворческой операции.
Как правило, успехи Российской Федерации в миротворческой деятельности вызывают необъективную критику со стороны западных политических оппонентов и ряда, находящихся под их контролем международных и региональных организаций, а также становятся объектами воздействия специальных психологических операций.
Представляется, что создание специализированного органа, координирующего на государственном уровне работу всех ведомств и организаций по пропаганде за рубежом (в том
числе посредством возможностей иностранных неправительственных организаций, СМИ и медиа) российских миротворческих инициатив и формирования благоприятного общественного имиджа в отношении миротворческих операций России — неотложная задача в системе национальной безопасности страны.
Принимая во внимание ориентацию внешней политики Запада на политическую изоляцию России и односторонние силовые действия без учета ее позиции, национальным интересам последней отвечает всестороннее укрепление роли ООН в процессе миротворчества. Этому будет способствовать значительное расширение российского всеобъемлющего (на военном, полицейском и гражданском уровнях) участия в операциях по поддержанию мира, что предопределит существенное увеличение ее штатного представительства в основных органах управления и полевых миссиях ООН.
При этом достижение требуемой международной поддержки российских миротворческих инициатив возможно лишь в случае конструктивного сотрудничества со всеми членами ООН, а не только с «западным сегментом» организации.
Резюмируя вышеизложенное можно отметить, что современные военно-политические реалии обусловливают потребность в интенсификации проводимых на концептуальном и доктри-нальном уровне отечественных научных исследований деятельности международного сообщества по усовершенствованию механизма миротворчества. В этой связи представляется целесообразным выделение в рамках отечественной политической науки самостоятельного научного направления — исследование всеобщего опыта международной миротворческой деятельности. В частности, конкретным результатом успешной реализации указанных научных изысканий могла бы стать разработка национальной концепции международной миротворческой деятельности в рамках Стратегии национальной безопасности Российской Федерации.
Таким образом, интенсификация участия России в международной миротворческой деятельности на основе прагматично-рациональных подходов будет способствовать обеспечению защиты национальных интересов, повышению международного престижа страны, формированию перспективной мировой и региональной систем безопасности.
Список литературы
1. Указ Президента Российской Федерации от 31 декабря 2015 г. № 683 «О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации» [Электронный ресурс]. URL: http://www.rg.ru/2015/12/31/nac-bezopasnost-site-dok.html
[1. Ukaz Prezidenta Rossijskoj Federacii ot 31 dekabrja 2015 g. № 683 «O Strategii nacional'noj bezopasnosti Rossijskoj Federacii» [Jelektronnyj resurs]. URL: http://www. rg.ru/2015/12/31/nac-bezopasnost-site-dok.html]
2. Литвинов Ю. Стратегия национальной безопасности Великобритании // Зарубежное военное обозрение. 2011. № 4. С. 3—10.
[2. Litvinov Ju. Strategija nacional'noj bezopasnosti Velikobritanii // Zarubezhnoe voennoe obozrenie. 2011. № 4. S. 3—10.]
3. Федеральный закон «О порядке предоставления Российской Федерацией военного и гражданского персонала для участия в деятельности по поддержанию или восстановлению международного мира и безопасности» от 23 июня 1995 г. № 93-ФЭ (с изменениями от 7.02.2011 г. и 4.06.2014 г.) [Электронный ресурс]. URL: http://base. garant.ru/ /10118921/1/#block_100
[3. Federal'nyj zakon «О porjadke predostavlenija Rossijskoj Federaciej voennogo i grazhdanskogo personala dlja uchastija v dejatel'nosti po podderzhaniju ili vosstanovleniju mezhdunarodnogo mira i bezopasnosti» ot 23 ijunja 1995 g. № 93-FJe (s izmenenijami ot 7.02.2011 g. i 4.06.2014 g.) [Jelektronnyj resurs]. URL: http://base.garant.ru/ /10118921/1/#block_100]
4. Лутовинов В.И., Морозов Ю.В. Предотвращение и урегулирование конфликтов посредством миротворческой деятельности // Военная мысль. 2001. № 1. С. 12—18.
[4. Lutovinov V.I., Morozov Ju.V. Predotvrashhenie i uregulirovanie konfliktov posredstvom mirotvorcheskoj dejatel'nosti // Voennaja mysl'. 2001. № 1. S. 12—18.]
5. Горбачев А.Л. Правовые основы миротворческой деятельности России. Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2006.
[5. Gorbachev A.L. Pravovye osnovy mirotvorcheskoj dejatel'nosti Rossii. Avtoref. dis. ... kand. jurid. nauk. M., 2006.]
6. Операции ООН по поддержанию мира. История миротворческих операций [Электронный ресурс]. URL: http://www.un.org/ru/peacekeeping/operations/history.shtml
[6. Operacii OON po podderzhaniju mira. Istorija mirotvorcheskih operacij [Jelektronnyj resurs]. URL: http://www.un.org/ru/peacekeeping/operations/history.shtml]
7. Операции ООН по поддержанию мира. Цифры и факты [Электронный ресурс]. URL: http://www.un.org/ru/peacekeeping/resources/statistics/factsheet.shtml
[7. Operacii OON po podderzhaniju mira. Cifry i fakty [Jelektronnyj resurs]. URL: http:// www.un.org/ru/peacekeeping/resources/statistics/factsheet.shtml]
8. Карпович О.Г. Современные концепции управления международными конфликтами в миротворческих операциях. Автореф. дис. ... д-ра полит. наук. М., 2012.
[8. Karpovich O.G. Sovremennye koncepcii upravlenija mezhdunarodnymi konfliktami v mirotvorcheskih operacijah. Avtoref. dis. ... d-ra polit. nauk. M., 2012.]
9. Организация Североатлантического Договора. Операции и миссии НАТО [Электронный ресурс]. URL: http://www.nato.int/cps/ru/natohq/topics_52060.htm
[9. Organizacija Severoatlanticheskogo Dogovora. Operacii i missii NATO [Jelektronnyj resurs]. URL: http://www.nato.int/cps/ru/natohq/topics_52060.htm]