DOI: 10.24412/2076-1503-2023-1-422-425 NIION: 2018-0076-1/23-71 MOSURED: 77/27-023-2023-1-71
МАЛКОВ Никита Геннадьевич,
аспирант 3 курса, ФГБОУ ВО «Тамбовский государственный университет имени Г.Р. Державина», Россия, Тамбов, e-mail: malkoff.ukropchik@yandex.ru
ПОНИМАНИЕ ПРАВОВОЙ РЕАЛЬНОСТИ В КОНТЕКСТЕ ИНТЕРПРЕТАТИВНОЙ ТЕОРИИ ПРАВА Р. ДВОРКИНА
Аннотация. Для поддержания современной дискуссии о феномене правовой реальности и обогащения общей аргументации в отношении философско-правового представление о содержании правовой реальности автор обращается к интерпретативной теории права Рональда Дворкина, положения которой способны расширить, как уже устоявшиеся тезисы, так и на общетеоретическом уровне обобщить существующие представления о правовой реальности.
Ключевые слова: правовая реальность, философия права, общая теория права, ин-терпретативная теория права, право как целостность, Рональд Дворкин, социальная реальность, социальный порядок.
MALKOV Nikita Gennadevich,
third-year postgraduate student, Derzhavin Tambov State University, Tambov, Russia
UNDERSTANDING LEGAL REALITY IN THE CONTEXT OF R. DVORKIN'S INTERPRETIVE THEORY OF LAW
Annotation. In order to support the current debate on the phenomenon of legal reality and to enrich the general argumentation on the philosophical and legal understanding of the content of legal reality, the author turns to Ronald Dworkin's interpretative theory of law, whose provisions can expand both the already established thesis and generalise the existing ideas on a general theoretical level.
Key words: legal reality, philosophy of law, general theory of law, interpretive theory of law, law as integrity, Ronald Dworkin, social reality, social order.
Современная дискуссия относительно категории «правовая реальность» в своем многообразии неоднородна и находится стадии формирования консенсуса в понимании общих теоретико-правовых и фило-софско-правовых представлений. При этом применительно к существующим взглядам для формирования такого подхода преимущественно используются непозитивистские типы правопони-мания или акцент смещен на более абстрактные представления о данном феномене.
В свою очередь постановка проблематики концепта правовой реальности в значительной степени зависит от интеграции права в контекст социальной реальности, как более общей категории, что допускает особую роль правоприменителей, выступающих в качестве специальных что немаловажно - легитимных представителей
общества, оформляющих правовую реальность в ее конечном содержании и состоянии.
В данном аспекте крайне показательной и референтной выступает интерпретативная теория права Рональда Дворкина, как пример общей теории права, явно учитывающей важные проявления социальной реальности, и особым образом ее интерпретирующей применительно к дальнейшему построению правовой реальности.
Идеи Дворкина [5, 6], в ретроспективном аспекте, позволяют дополнить и расширить существующую аргументацию о сущности правовой реальности, отраженную как разрозненно в рамках современных представлений о праве, (исходя из того или иного типа правопонимания), так и в комплексных теориях о правовой реальности, которые принято относить к конкретным примерам постклассических теорий права (например,
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 1 • 2023
концепция онтологической структуры права А. Кауфмана, концепция правовой реальности С.И. Максимова) [7, с. 28].
Немаловажным выступает то, обстоятельство, что интерпретативная теория права Рональда Дворкина [8], с точки зрения, категоризации по отношению тому или иному типу право-понимания занимает промежуточное положение. Формально, выступая в качестве непозитивистской концепции права, выстраивая последовательную критику англо-американского позитивизма Дж. Остина и Г. Харта [4], интерпретативная теория права не отрицает роль позитивистских представлений о праве, но подразумевает, что действительный смысл властных правовых норм обнаруживается через их встраивание в общую логику повседневной деятельности [1, с. 225-226].
В общем виде под интерпретацией Дворкин недвусмысленно понимает осмысление текста [9, с. 91], но только важно, как и в каком виде, данный текст интерпретируется - как репрезентация общественных традиции и практик в виде «целого», «целостности» («integrity»).
При этом немаловажно и то, что Дворкин, критикуя в его понимании «классические теории права» (в контексте проблематики «семантического жала») указывает на то, что интерпретатив-ный подход позволяет толковать те или иные общественные традиции [2, с. 101], что контексте социальной реальности соединяет правовой и социальный контекст, в чем и проявляется основной тезис Дворкина о праве как целостности/честности» (law as integrity) [3].
Для понимания данного положения следует обратиться мысленному эксперименту Дворкина о закономерной трансформации социальных правил и регуляторов общественных отношений в вымышленном обществе от «учтивости» к «праву»: предполагается, что члены общества следуют ряду правил (rules), именуемых «правилами учтивости». Данные правила, как регуляторы общественных отношений имеют четкий и недвусмысленный контекст, направленный на регулирование общественных отношений и, по своему характеру, походят на табу - правила существуют, никто не пытается их осмыслить, изменить и руководствуются члены общества во взаимодействии друг с другом без лишних вопросов.
Вместе с тем, по прошествии времени формируется, по мнению Дворкина, «интерпретатив-ное отношение» к этим правилам - они из простых формальных «учтивостей» наделяются своим содержанием в двух аспектах: 1) правила учтивости не просто «данность» или «реальность» - они имманентно выступают ценностью и служит отдельным интересам и приводит в социальную
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 1 • 2023
реальность какой-то принцип, существующий безотносительно формальности данных правил; 2) правила учтивости в зависимости от контекста видоизменяются и дополняются, а содержание может быть совершенно отличным от простой формулировки данных правил.
В таком случае в отдаленном и максимальном абстрактном примере обнаруживается важный по содержанию для понимания специфики правовой реальности тезис - социальный контекст, как часть интерпретации коренным образом влияет на право и дополняет его, формируя совершенно иную парадигму регулирования общественных отношений. Через абстракцию «учтивости» наглядно видно, как социальный контекст влияет на представления о правилах поведения членов общества и того, как развивается данный порядок.
Стоит также отметить, что одним из самых существенных аспектов интерпретативной теории выступает тезис о том, что результат интерпретации - интерпретативное утверждение не представляет собой только сумму всех утверждений интерпретаторов или какой-либо анализ данных утверждений [2, с. 94], или представлять собой попытку уяснить, что думают участники практики (члены социума) о требованиях социальной практики, такого рода утверждения должны отвечать на вопрос, что требует сама социальная практика [2, с. 95]. В таком случае, представляется, что сама социальная реальность диктует акторам (участникам социальной интеракции) требования социальной практики, которые они должны сформировать.
Указанные предпосылки важны для уяснения сущности правовой реальности, как конкретного результата осмысления социальной практики, в указанной ранее парадигме мышления, и по большому счету она и представляет собой то самое интерпретативное утверждение.
В общем виде на основе вышеописанных представлений Дворкин подходит к вопросу формирования концепций права отличных от классических предлагая в качестве компонентов для их формирования три вопроса: 1) является ли предполагаемая связь между правом и принуждением обоснованной и есть ли смысл в том, чтобы сила общественного принуждения применялась только в ситуации, когда это соответствует правам и обязанностям, также находящимся во взаимной связи с предыдущим опытом социально-политических решений - явно производен от них; 2) есть ли вообще вышеописанный смысл и что он из себя представляет; 3) как интерпретация-понимание соответствия с предыдущими решениями лучше всего этому смыслу служит [2, с. 134].
Ответы на данные вопросы, в конечном итоге, выступят в качестве некоего «конструктора» для, предложенных Дворкиным концепций: «конвенционализма», «правового прагматизма» и «права как целостности». Все они сформированы исходя из комбинаций ответов в рамках интерпретации социальных практик и также могут выступать элементами правовой реальности в виду их общей абстрактности по отношению к вопросу регулирования социальных отношений.
Следует отметить универсальность и максимальную абстрактность отражённых нами ранее тезисов Дворкина, что позволяет даже за рамками англо-американской правовой традиции, упор на которую был сделан с его стороны, допустить возможность интерпретации, что для вопроса о правовой реальности включает в контекст не только право, как исключительно правовые нормы, но и в соотношении с понятием справедливости и прав человека [7, с. 44, 10, с. 314].
В таком случае, интерпретативная теория права Рональда Дворкина, занимая промежуточное положение между позитивистским и непозитивистским типом правопонимания, позволяет комплексно рассмотреть то или иное правовое явление с учетом особо понимания права как акта интерпретации/толкования в рамках сложно социально-политического контекста. Отмеченные ранее положительные стороны интерпретативной теории для расширения дискурса о правовой реальности, в целом, применимы для общей теории права, безотносительно специфики правопо-рядков и типов правопонимания и интерпретатив-ная теория должна использоваться в качестве дополнений к существующей философско-право-вой концепции социальной реальности, но никак не полностью заменять уже сформированные представления.
Таким образом, понимание правовой реальности в рамках интерпретативной теории права Рональда Дворкина позволяет дополнить методологический и теоретический инструментарий изучения правовой реальности, а также расширяет масштаб существующей философско-правовой концепции правовой реальности, как составляющей социальной реальности. В общем и целом, это отражает общий тон и настрой всех теоретико-правовых изысканий Дворкина, которые он самостоятельно любезно проиллюстрировал в названии одной из своих значимых работ [11, р. 1] - в ценности одной большой «концепции» («вещи»).
Список литературы:
[1] Антонов М.В. Теория государства и права : учебник и практикум для академического бака-
лавриата / М. В. Антонов. - Москва : Издательство Юрайт, 2019. 497 с.
[2] Дворкин Р. Империя права / пер. с англ. С. Моисеева; под науч. Ред. С. Коваль, А. Павлова.
- 2-е изд.- М. : Издательство Института Гайдара, 2021. 592 с.
[3] Дворкин Р. О правах всерьез / Пер. с англ.; Ред. Л. Б. Макеева. - М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2004. 392 с.
[4] Ершов В. В. Спор между Хартом и Дворкиным: анализ концептуальных положений и связанных с ними актуальных дискуссионных проблем современной теории права / В. В. Ершов // Российское правосудие. - 2009. - № 3. -С. 4-22.
[5] Касаткин С. Н. In memoriam. Рональд Дворкин, философ права (1931— 2013): очерк биографии и творчества / С. Н. Касаткин // Известия вузов. Правоведение. - 2013. - № 3. - С. 169194.
[6] Коттеррелл, Р. Правоведы и философы: Радбрух и Дворкин / Р. Коттеррелл // Известия вузов. Правоведение. - 2014. - № 2. - С. 225-239.
[7] Постклассическая онтология права [Текст] / под общей редакцией И. Л. Честнова. -Санкт-Петербург : Алетейя, 2016. 684 с.
[8] Релятивизм в праве: коллективная монография / под ред. И.И. Осветимской, Е.Н. Тонкова.
- СПб.: Алетейя, 2021. 348 с.
[9] Чурносов И.М. Правовая концепция Рональда Дворкина: Дисс. ... канд. юрид. наук: 12.00.01. М., 2014. 254 с.
[10] Честнов И.Л. Постклассическая теория права. Монография. СПб. : Издательский Дом «Алеф-Пресс», 2012. 650с .
[11] Dworkin R. Justice for hedgehogs / Ronald Dworkin. - Cambridge, Mass. ; London : The Belknap press of Harvard univ. press, 2013. - XI, 506 p.
Spisok literatury:
[1] Antonov M.V. Teoriya gosudarstva i prava : uchebnik i praktikum dlya akademicheskogo bakalavriata / M. V. Antonov. - Moskva : Izdatel'stvo YUrajt, 2019. 497 s.
[2] Dvorkin R. Imperiya prava / per. s angl. S. Moiseeva; pod nauch. Red. S. Koval', A. Pavlova. -2-e izd.- M. : Izdatel'stvo Instituta Gajdara, 2021. 592 c.
[3] Dvorkin R. O pravah vser'ez / Per. s angl.; Red. L. B. Makeeva. - M.: «Rossijskaya politicheskaya enciklopediya» (ROSSPEN), 2004. 392 s.
[4] Ershov V. V. Spor mezhdu Hartom i Dvorkinym: analiz konceptual'nyh polozhenij i svyazannyh s nimi aktual'nyh diskussionnyh problem sovremennoj teorii prava / V. V. Ershov // Rossijskoe pravosudie. - 2009. - № 3. - S. 4-22.
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 1 • 2023
[5] Kasatkin S. N. In memoriam. Ronal'd Dvorkin, filosof prava (1931— 2013): ocherk biografii i tvorchestva / S. N. Kasatkin // Izvestiya vuzov. Pravovedenie. - 2013. - № 3. - S. 169-194.
[6] Kotterrell, R. Pravovedy i filosofy: Radbruh i Dvorkin / R. Kotterrell // Izvestiya vuzov. Pravovedenie. - 2014. - № 2. - S. 225-239.
[7] Postklassicheskaya ontologiya prava [Tekst] / pod obshchej redakciej I. L. CHestnova. - Sankt-Peterburg : Aletejya, 2016. 684 s.
[8] Relyativizm v prave: kollektivnaya monografiya / pod red. I.I. Osvetimskoj, E.N. Tonkova. - SPb.: Aletejya, 2021. 348 s.
[9] CHurnosov I.M. Pravovaya koncepciya Ronal'da Dvorkina: Diss. ... kand. yurid. nauk: 12.00.01. M., 2014. 254 s.
[10] CHestnov I.L. Postklassicheskaya teoriya prava. Monografiya. SPb. : Izdatel'skij Dom «Alef-Press», 2012. 650s .
[11] Dworkin R. Justice for hedgehogs / Ronald Dworkin. - Cambridge, Mass. ; London : The Belknap press of Harvard univ. press, 2013. - XI, 506 p.
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 1 • 2023