ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА ИСПОЛНИТЕЛЬСКОГО искусства
Поэтическое слово и методы его воплощения в искусстве актера
W
2
Мюрисеп Раида Леонидовна
профессор кафедры оперной подготовки, оркестрового и оперно-симфонического дирижирования Нижегородской
государственной консерватории имени М. И. Глинки E-mail: myurisep@yandex.ru
В статье рассматриваются
проблемы освоения
начинающими актерами
ценностей культуры в работе
над поэтическим словом.
Одна из главных задач их
воспитания состоит в том,
чтобы научить не только
глубокому постижению
психологии образа, но и
экзистенциально-личностному
проживанию текста.
Раскрывается методика
овладения поэтическим
текстом в процессе работы
со студентами на занятиях по
предмету «Сценическая речь».
Ключевые слова:
актерское искусство,
сценическая речь, воспитание
Хорошо известно, что одним из важнейших качеств искусства и, в частности, искусства театрального является его эмоциональность. В первую очередь, происходит восприятие поэтических эмоций того или иного произведения, и только затем следует осмысление увиденного и услышанного. Чтобы это прои-
зошло, исполнитель должен глубоко проникнуться и наполниться тем, что волновало автора литературного творения. Владимир Даль в своем великом словаре определяет поэтическое творчество как изящество в письменности, как все художественное, духовно и нравственно прекрасное, выраженное словами, и притом мерною речью...
Михаил Бахтин писал: «Язык, слово — это почти все в человеческой жизни» [1, 297]. Осип Мандельштам обмолвился: «Истинный и праведный путь к театральному осязанию лежит через слово. В строении речи, стиха или прозы дана высшая выразительность» [9, 101].
Очень важно восхищаться и наслаждаться творениями гениев. Валерий Брюсов отмечал: «Наслаждение произведением искусства состоит в общении с душою (курсив мой — Р. Мюрисеп) художника... Сущность в произведении искусства — это личность художника; краски, звуки, слова — материал; сюжет и идея — форма. Кто дерзает быть художником, должен быть искренним — всегда до предела» [2, 44].
Известный театральный педагог, ведущий специалист в области сценической речи, доктор искусствоведения, профессор В. Н. Галендеев писал: «...больше чем через тридцать лет после начала педагогической работы, я окончательно убедился в том, что актер говорит не речевым аппаратом, дикцией, резонаторами, а всем существом: телом, жестом, мимикой, аурой, которую он создает вокруг себя» [4, 116].
Не люблю точек... в высказываниях, суждениях, определениях, размышлениях... Во многом сомневаюсь... Но есть нечто, о чем могу сказать со всей определенностью: актерам — будь то оперный артист или драматический (у оперных артистов те же поэтические строки, монологи, только «одухотворенные» музыкой) — нельзя просто читать стихи наизусть. Задали — «вызубрил»... Важно, в какую почву попадут семена Слова — поэтического слова! — и что произрастет на ней.
Замечательный пушкиновед Валентин Непомнящий говорит: «В России еще живо понимание культуры как «служения». Связано это с верой наших дедов и прадедов. Вере этой тысяча лет, и благодаря ей Россия стала великой нацией и ее культура до сих пор поражает весь мир» [11, 562-563].
Вспомним, что культура, в переводе с латинского, — возделывание. В России это понимается как возделывание человеческой души.
Нынешние времена — времена цивилизации. А цивилизация — возделывание внешних условий обитания человека, его удобств и утех. Мировой культуре грозит превращение из культуры в цивилизацию, в предмет потребления, в добычу толпы. Справедливо отмечает В. А. Фортунатова: «Образы мировой литературы можно сравнить с элитными семенами для духовного посева, не забывая только, что для высокого урожая следует хорошо обрабатывать почву — внутренний мир человека» [13, 126].
Вот здесь — корень проблемы. Воспитание, возделывание души человека, посвятившего себя служению искусству — архиважная задача, одна из фундаментальных в воспитании молодого художника. Я уверена, что возделывание души происходит и через общение с классикой, с великой русской литературой, великой русской поэзией. Известный театральный педагог и оперный режиссер Г. В. Кристи говорил: «Донесите до публики каждое слово гениального пушкинского текста, и это одно уже будет революцией в оперном искусстве» [7, 153].
На первом, да и на втором, курсах прошу студентов выбрать стихи А. С. Пушкина — обязательно. И обязательно — М. Ю. Лермонтова. Многие спрашивают: «Почему именно Пушкин? Почему — Лермонтов?». Отвечаю: «Творчество этих поэтов — не просто отражение моих интересов и пристрастий. Это — моя система ценностей в практическом приложении, это ворота в мой духовный мир, это моя вера. Хочу, чтобы вы вошли и приняли этот мир, приняли эту веру».
А. С. Пушкин удивительно сказал: «Блажен, кто крепко словом правит / и держит мысль на привязи свою» [12, 237]. Нужно помочь молодому человеку определить свою жизненную и художественную траекторию, помочь услышать «голос более ранней истины» через творчество гениев поэтической мысли, русского поэтического слова, через их письма, заметки, дневники, и, конечно же, через поэзию.
Вот что говорит авторитетнейший деятель русского театра — искусствовед и режиссер, директор императорских театров, автор известной книги
«Выразительное слово» князь С. М. Волконский: «Человек, не испытывавший горячего увлечения литературой, поэзией, музыкой, живописью, не прошедший через эту эмоциональную выучку, навсегда останется душевным уродом, как бы не преуспевал он в науке и технике. При первом же знакомстве с такими людьми, я всегда замечаю их страшный изъян — убожество их психики, их "тупосердие" (по выражению Герцена)» [3, 57].
Данную мысль продолжают слова замечательного исследователя русской литературы и культуры XIX века Юрия Лотмана: «... "культуру речи" и "культуру цели" определяет человек, который сможет разглядеть в поэзии "не рифмованные прописи", а плод творческого гения их автора. Его надо не только понять — им надо насладиться, пережить, перечувствовать, полюбить. Любовь — чувство личное (курсив мой — Р. Мюрисеп). Чтобы полюбить то или иное поэтическое произведение, надо почувствовать стоящую за ним личность автора. Его судьбу, его радости и страдания, цели и надежды» [8, 97].
Сейчас порой уникальность вытесняется стереотипом и массовостью. Тирания массовости подавляет интуицию, тонкость восприятия и другие качества в человеке, то есть «понижает и трансформирует общий культурный уровень». Поэтому, какая может быть культура цели, если внимание человека сосредоточивается не на понимании культуры, а лишь на ее технологиях. Человек становится не интересен человеку и потому теряет стремление к постижению жизни, утрачивает способность постичь суть собственных ошибок,
найти выход к высшим точкам бытия. «Сегодня человек завис в точке невозврата и пребывает в состоянии насыщенной пустоты. Это означает, что он до предела загружен, многое успевает, все осознает, имеет множество планов и намерений, но все это упирается в тупик его собственного Я»... [13, 8].
Кратчайший путь возвращения к человеку — через образную сферу на самых различных уровнях — психологическом, философском, художественном, социологическом и т. д. Как же мною реализуется то, что называется возделыванием «почвы», воспитанием души?
Я понимаю и чувствую, что 3 только через себя, через свое творчество и убеждение возможен сей акт, что смогу передать, привить ученику то, что исповедую через свою — эмоциональную и смысловую — трактовку произведения поэта. Я сама становлюсь исполнителем и чтецом, сама проживаю произведения любимых авторов, организую встречи с мастерами художественного слова, во время которых после прозвучавших стихов происходят беседы с большими артистами. Наконец, мы слушаем великие литературные произведения замечательных мастеров в записи.
Красивое и глубокое определение искусства слова содержится в высказывании французского поэта: «Поэзия — это воспламененное сознание». Передать молодым это — моя задача!
Звучащее слово! Сколько смыслов тут сосредоточено!
В учении В. И. Немировича-Данченко о сценическом слове нашла отображение его сквозная методологическая идея — «мысль о трех правдах»
ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА ИСПОЛНИТЕЛЬСКОГО ИСКУССТВА
или «о трех волнах» или «о трех путях»: жизненной, социальной и театральной. Если не соблюдалась мера всех «трех правд» — произведение театрального искусства для него не могло быть полноценным. Отсутствовала художественная правда.
«Правда социальная» — актер должен быть сам по себе социально воспитанным человеком, независимо от материала, с которым ему приходится иметь дело. Когда он начинает работу, он и как художник, и как гражданин, и просто как член человеческого семейства должен обладать чуткостью в вопросах этики, идейности, политической устрем-4 ленности — именно это и составляет сущность социальности.
«Жизненная правда» совпадает с «правдой быта», т. е. фактическое самочувствие соотносится с логикой действия. Жизненное можно определить как правду — человеческую правду. Отсюда — психология, психофизика, бури человеческих страстей, столкновение этих страстей в сюжете, содержащем драматический конфликт.
И, наконец, правда «театральная» охватывает стиль автора, жанр пьесы, сценическую выразительность, безошибочность сценических приемов.
По мнению В. И. Немерови-ча-Данченко, «самое глубокое проникновение в психологию образа становилось бесплодным, если актер не находил нужной сценической формы и не чувствовал стиля автора, бурного ритма комедии или яркости бытовой драмы» [10, 180].
Поэтическое слово — это слово с живой и яркой внутренней формой, основой словесного образа. Как же обращаться с поэтическим текстом? Какие
методологические действия надо совершить, чтобы поэтическое слово сделать своим? Я предлагаю следующий алгоритм:
1. Медленное чтение, филологическое вчитывание, погружение в текст.
2. Перевод поэтического слова в прозу, в котором нужно стремиться максимально полно развернуть, раскрыть, объяснить содержания произведения.
3. Обращение к словарям, которые окажут помощь в исто-рико-языковом комментарии образности.
4. Анализ и интерпретация подтекста (уточнение значений слово-образа в смысловом контексте стихотворения).
(Например, «Серебро и колыханье / Сонного ручья» (А. Фет) — летняя ночь, луна, цвет, который отражается в воде и т. д ... двигаться от детали к образу.)
5. Энциклопедический комментарий.
6. Компонентный анализ. Определение основных и второстепенных признаков в структуре фразы.
7. Определение смыслового ядра.
«Устанавливать сквозь всю морскую гущу
Твой вздох животворящ
Душой, дыханием твоим живущей
Как дуновением — плащ» (М. Цветаева, «Ученик», апрель 1921 г.)
8. Экзистенционально-лич-ностное «поступление»1.
Экзистенциально-личностное «поступление»... Вот это самое главное... Известный театральный педагог — профессор В. Н. Галендеев говорил мне как-то на занятиях: «Все хорошо разобрано по смыслу, дикцион-
но и орфоэпически — точно, а теперь излучай». И вот это самое трудное...
Отсюда делаем вывод: «Слово становится венцом творчества, оно же должно быть и источником всех задач — и психологических, и пластических. Если оно с самого начала неверно понято, неглубоко психологически, не метко в определении характерности или эпохи, или быта, или стиля автора, актерская мысль пойдет не по верному пути» [10, 213].
Приведем и слова Валерия Брюсова, русского поэта начала XX века и автора многих критических, теоретических статей, литературоведческих и историко-культурных исследований, очерков, переводов: «Кто дерзает быть художником, должен найти себя, стать самим собой. Необходимо освободиться от всего чужого, хотя бы то были заветы великих учителей. Под наносными красками надо усмотреть свет души своей... Кто дерзает быть художником, должен быть искренним всегда без предела».
И еще. «Единственный признак истинного искусства — своеобразие. Искусство всегда создает нечто новое. Постоянный признак лжеискусства, что оно подражательно. Так, не понявший себя принимает свое чувство за одно из запечатленных раньше другими; вместо исповеди он дает пересказ, не творит, а переделывает. так неискренний и не хочет быть самим собой, откуда узнает он чувство которое не испытывал как не от людей?» [2, 45-46].
И далее .
«Искусство в частности поэзия — есть акт познания; конечная цель искусства, так же как и науки — познание. Если по-
эзия, как и наука — есть форма познания, то чем же различаются познания научные и познания через поэтическое творчество. Исключительно — методом. Метод науки анализ — метод поэзии синтез. Наука апеллирует понятиями, поэзия чувственными представлениями. Наука апеллирует к рассудку, поэзия к эмоциям и разуму» [2, 560].
Наконец, он завершает: «Где нет синтетического мышления, где нет конечного синтеза двух или нескольких образов, это — не поэзия. Произведение само по себе может быть ценным, значительным, может нравиться, увлекать, может иметь влияние, но оно будет влиять средствами иными, а не средствами искусства, будет нравиться иначе, чем художественные создания, будет ценно, как что-то другое, а не поэзия. Поэтическое произведение всегда приводит к синтетическому суждению, которое может быть вскрыто из его образов; в подлинном создании поэзии, в создании «великого» поэта, это суждение всегда — широкая новая мысль, равноценная лучшим завоеваниям науки, так как сущность поэзии — идеи, а не что иное» [2, 570].
А дальше — творите и удивляйте, ИЗЛУЧАЙТЕ!
5.
Примечания 1 Экзистенциализм (фр. existentialisme от лат. exsistentia — существование), также филосо- 6. фия существования — направление в философии XX века, акцентирующее свое внимание 7. на уникальности иррационального бытия человека. Отличается от других родственных 8. направлений (персонализм, философская антропология), прежде всего, идеей преодоления (а не раскрытия) человеком 9. собственной сущности и большим акцентом на глубине эмоциональной природы. 10.
Литература
1. Бахтин М. М. Эстетика словесного творчества. М.: «Ис- 11. кусство», 1979. 423 с.
2. Брюсов В. Собрание сочинений в 7 томах. Т. 6. М.: Художественная литература, 12. 1973. 590 с.
3. Волконский С. М. Выразительное слово. СПБ, 1913.
215 с. 13.
4. Галендеев В. Н. 50 лет в театральной педагогике // Сценическая речь. Теория. История. Практика. СПб.: Изда-
тельство СПбГАТИ, 2013. С. 81-137.
Галендеев В. Н. Не только о сценической речи. СПб.: Издательство СПбГАТИ, 2006. 384 с.
Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка в 4 томах. М., 1956. 2176 с. Кристи Г. В. Работа Станиславского в оперном театре. М.: Искусство, 1952. 282 с. Лотман Ю. М. В школе поэтического слова: Пушкин. Лермонтов, Гоголь. М.: Просвещение, 1988. 352 с. Мандельштам О. Э. Собрание сочинений в 4 томах. М.: Терра, 1991.
Немирович-Данченко В. И. 5 Театральное наследие в 2 томах. Т.1. М.: Искусство, 1952. 442 с.
Непомнящий В. С. Пушкин. Русская картина мира. М.: Книжный клуб книговек, 2019. 688 с.
Пушкин А. С. Полное собрание сочинений в 10 томах. Т. 1. Л.: «Наука» Ленинградское отделение, 1977. 482 с. Фортунатова В. А. Антропология образных состояний. Саарбрюкен: LAP (Lambert Academic Publsh-ing), 2017. 228 с.