Т.Г. Биткова
ПАРЛАМЕНТАРИЗМ И ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПАРТИИ
В РУМЫНИИ
(Обзор)
Радикальная реструктурализация политической системы Румынии, начавшаяся после декабря 1989 г., ориентирована на конституционные принципы западной демократии. Однако на этом пути общество сталкивается со многими трудностями. Как отмечают и румынские аналитики, традиции политической культуры в стране очень слабы. Румыния поздно сформировалась как национальное государство и поздно вступила на путь капиталистической модернизации. Даже в межвоенный период, который многие историки сегодня видят в романтическом свете, еще не были заложены прочные основы демократии. Ситуация усугубилась и тем, что в социалистический период румынское общество испытало наиболее жесткие, авторитарные способы правления.
После свержения режима Чаушеску вся полнота власти перешла к Фронту национального спасения, который образовался на волне протестных выступлений и не был органом легитимным. К тому же, как писал политолог В.Пасти, это был «Фронт» без фронта. Он не имел никаких организаций на местах, а представлял лишь группу лиц, захвативших власть под лозунгами демократизации общества. В этот момент в стране не было абсолютно никаких демократических институтов. Лидер этого Фронта Ион Илиеску, бывший партийный функционер, в последние годы находившийся в опале из-за критики режима, стал харизматической фигурой, выразившей общенациональную потребность вывести страну из экономического убожества и культурного застоя, покончить с полицейскими методами управления государством.
Однако в первые послереволюционные годы попытки заимствова-ния образцов западных демократий наталкивались на особенно трудно преодолимые препятствия. Реальности политической жизни были иными, нежели на Западе, поэтому система функционировала с трудом. Политические преобразования не способствовали экономическим реформам, и их двигателем неизбежно становилась малая правящая элита. Как и в других странах Восточной Европы, руководитель этой элиты ввиду неразвитости политической системы был вынужден обращаться к более или менее скрытым формам авторитаризма. Тем не менее общество неуклонно продвигалось по пути политических реформ, хотя партии находились еще в зачаточном состоянии и представляли собой скорее группы противостояния новой администрации, также претендующие на власть.
В результате давления оппозиционных лидеров на Илиеску еще до первых парламентских выборов, которые проходили в мае 1990 г., был образован Временный совет национального единства (ВСНЕ) — орган, призванный сыграть роль своеобразного парламента, где партии могли бы найти взаимопонимание по поводу способа управления государством. Включив в свой состав представителей всех основных партий, ВСНЕ играл роль амортизатора давления на власть со стороны оппозиции. Посредством ВСНЕ оппозиция, которая для международного сообщества, как считал В.Пасти, обладала большим авторитетом, нежели ФНС, по существу придавала легитимность власти (13, с. 151).
Создание ВСНЕ, по оценке того же Пасти, оказалось огромной победой Илиеску, ибо было выражением его доктрины «национального единства», вытекавшей из концепции «оригинальной демократии», подразумевавшей способ управления обществом посредством административной технократии, мощной и централизованной. «Ясно, что эта концепция не была сформулирована таким образом, и, может быть, даже Илиеску полностью не осознает
этого» (13, с. 152). Тем не менее вскоре состоялись первые президентские и парламентские выборы на основе всеобщего и свободного голосования. Уверенно победив на них, Илиеску стал легитимно избранным руководителем государства.
В 1992 г. проходили вторые президентские и парламентские выборы, уже на основе представительства вполне сформировавшихся к этому времени партий.
Образование нового парламента как высшего законодательного органа страны стало важной частью демократизации. Согласно Конституции, принятой в декабре 1991 г., парламент в Румынии был объявлен единственным законодательным органом власти. Он состоит из двух палат: сената и палаты депутатов, и избирается на 4 года. Этот срок может быть продлен в случае войны или катастрофы. В соответствии с Конституцией и избирательным Законом N68/1992 депутаты и сенаторы избираются на основе списков независимых кандидатов, но представляющих партии и политические движения. Члены обеих палат выдвигаются от 42 округов. Для избрания в палату депутатов норма представительства - 70 тыс. жителей, в Сенат -150 тыс. жителей (15).
Для избрания в парламент партии должны преодолеть 5%-ный порог, а политические объединения - 10%-ный.
Структура и работа парламента определяются не только конституцией, но и другими нормативными актами - Регламентом палаты депутатов, Регламентом сената и Регламентом общих заседаний палаты депутатов и сената.
Парламент издает как конституционные законы, так и «органические». Первые направлены на изменение конституции, а вторые определяют законодательную базу избирательной системы, деятельности политических партий, организации правительства, Высшего совета обороны, Верховного совета магистратуры, судебных инстанций, прокуратуры, Счетной палаты, местной администрации, общего режима трудовых соглашений и др. Издание ординарных законов, регулирующих другие социальные отношения, кроме парламента, осуществляет правительство, которому делегируются некоторые законотворческие функции. Парламент принимает государственный бюджет, объявляет военное положение, всеобщую или частичную мобилизацию (1).
Работа парламента осуществляется в форме очередных и чрезвычайных сессий. Очередные сессии проводятся 2 раза в год. Созываются они председателями палат. Чрезвычайные сессии созываются по инициативе президента, постоянных бюро любой из палат или 1/з сенаторов или депутатов.
Важнейшую роль в работе парламента играют парламентские группы, постоянные бюро и комиссии, которые образуются отдельно в сенате и палате депутатов. Каждая палата избирает свое постоянное бюро. Постоянное бюро палаты депутатов состоит из председателя, четырех заместителей и четырех помощников. Аналогичную структуру имеет и постоянное бюро сената, только там - два помощника. Председатель постоянного бюро является и председателем палаты. Он избирается тайным голосованием соответствующей палаты на весь срок мандата палаты, другие члены постоянного бюро избираются в начале каждой парламентской сессии (15).
Парламентские комиссии - это рабочие органы, в которых анализируются проекты законов и законодательных инициатив перед представлением их на обсуждение в палате. В одну комиссию могут входить представители разных партий.
В палате депутатов в настоящее время действуют следующие парламентские комиссии:
1) по экономической политике, реформе и приватизации;
2) по бюджету, финансам и банкам;
3) по промышленности и сфере обслуживания;
4) по сельскому и лесному хозяйству, пищевой промышленности и обслуживанию;
5) по правам человека, культам и национальным меньшинствам;
6) по местной администрации, территориальному благоустройству и экологии;
7) по труду и социальной защите;
8) по здравоохранению и семье;
9) по образованию, науке, молодежи и спорту;
10) по культуре, искусству и СМИ;
11) по юридическим вопросам, дисциплине и иммунитету депутатов;
12) по обороне, общественному порядку и национальной безопасности;
13) по внешней политике;
14) по информационным технологиям и коммуникациям;
15) по изучению злоупотреблений и коррупции, по жалобам;
16) по регламенту;
В сенате - 14 комиссий, но по тематике они аналогичны.
Особого внимания при изучении функционирования румынского парламента заслуживают способы взаимодействия обеих палат, которые призваны координировать законодательную деятельность. Важнейшим инструментом такого взаимодействия выступает общее заседание обеих палат, на котором решаются наиболее сложные, конфликтные вопросы. Кроме этого функционируют постоянные совместные комиссии обеих палат:
1) по европейской интеграции;
2) по осуществлению парламентского контроля над РСИ (Румынская служба информации - служба национальной безопасности).
В настоящее время действуют и три специальных совместных комиссии:
1) по контролю над выполнением Закона 42/1990 об участниках Революции 1989 г. и предоставлении льгот им и родственникам погибших;
2) по осуществлению парламентского контроля над СВИ (Служба внешней информации -служба внешней разведки);
3) по выработке проекта решения об изменениях и дополнениях в Регламенте общих заседаний палаты депутатов и сената.
Парламентские группы отражают политическую конфигурацию парламента. Обычно они включают депутатов, которые выдвигались от одной партии или политического объединения. Парламентская группа должна иметь не менее 10 членов (15).
Статус депутата и сенатора определяется регламентами соответствующих палат. Согласно ст. 68 Конституции никто не может быть одновременно членом палаты депутатов и сената. Статус депутата и сенатора не совместим также с исполнением каких-либо функций государственной службы. Парламентарии не могут быть членами правительства. В соответствии с Конституцией другие виды несовместимой деятельности устанавливаются органическими законами. Депутат или сенатор, который оказывается в такой ситуации, должен в течение 10 дней оставить должность, не совместимую со статусом парламентария. Если депутат или сенатор слагает с себя парламентские полномочия, то его место занимает следующий по списку партии или политического объединения. Полномочия нового парламентария должны быть письменно подтверждены соответствующей партией или политическим объединением.
Депутаты и сенаторы пользуются парламентским иммунитетом, который направлен на обеспечение защиты от уголовного преследования и гарантирует свободу действия и выражения мнения (15).
Как уже отмечалось, первые после свержения режима Чаушеску парламентские и президентские выборы состоялись в мае 1990 г., а безусловную победу на этих выборах одержали Ион Илиеску и возглавляемый им Фронт национального спасения — общественно-политическая организация, взявшая на себя ответственность за демократизацию румынского общества. Одновременно с этим в стране проходил бурный рост всевозможных партий и объединений, многие из которых были оппозиционно настроены к Фронту национального спасения.
Ведущее место среди них все более занимали возрожденные «исторические» партии, которые играли ведущую роль в политической жизни страны в довоенный период, и наиболее влиятельная - Национал-цэрэнистская (крестьянская) христианско-демократическая партия. Однако в тот период оппозиция еще была настолько слаба, что и на следующих президентских выборах в 1992 г. без труда победил Илиеску и поддерживавший его Демократический фронт национального спасения, который образовался после раскола ФНС. Именно эта часть ФНС преобразуется в Партию социальной демократии Румынии, которая до 1996 г. будет ведущей парламентской партией. Другая часть ФНС во главе с ушедшим в отставку премьером В.Романом образует Демократическую партию. Она выступала за более радикальные реформы в экономике.
Несмотря на всенародно избранный парламент и внешне демократическую систему принятия решений, румынское общество, по оценкам некоторых авторов, функционирует на основе неформальных связей между влиятельными людьми. Любая реформа или проект должны учитывать этот механизм. Действительные группы влияния представлены руководителями крупных государственных и частных компаний, в руках которых сосредоточились рычаги экономической власти. Лоббированию решений со стороны действительных групп влияния способствует и то, что вся система партийного строительства построена по административно-командному принципу: подчиненные назначаются по признаку
преданности независимо от степени компетентности, нижестоящий полностью подчиняется вышестоящему. Такая специфически румынская система власти, писал еще до выборов 1996 г. Б.Пасти, не изменится и в случае победы на выборах оппозиции (13). «Политический симбиоз государства и партии времен Чаушеску сменился экономическим симбиозом государства и частного сектора. Этот переход был стремительным и легким по той причине, что люди, представлявшие государство, были одни и те же», - отмечал С.Брукан (5, с. 104).
В 1996 г. после нескольких лет оппозиционной деятельности большинство в парламенте получили партии праволиберального толка, а их представитель Эмиль Константинеску стал президентом (согласно конституции президент в Румынии не может быть членом какой-либо партии). Эта победа далась нелегко. Константинеску победил во втором туре с небольшим перевесом Иона Илиеску. Праволиберальная пресса постоянно упрекала Илиеску в скрытых прокоммунистических и пророссийских симпатиях, которые и являлись якобы главной причиной медленного темпа реформ, следствием чего стали снижение жизненного уровня населения, резкое социальное расслоение, упадок основных областей народного хозяйства (14, с. 15-121).
Основная часть электората Константинеску была протестной, а не сознательно придерживающейся либеральных взглядов. Это доказала и расстановка сил в румынском парламенте: Партия социальной демократии, отцом-основателем которой был Илиеску, сохранила за собой значительное число мест. Социал-демократические взгляды левого толка, которые выражала программа этой партии, по-прежнему были близкими значительной части румынского общества.
Главной оппозиционной силе - Национал-цэрэнистской христианско-демократической партии — для победы на выборах пришлось пойти на альянс с другими правыми партиями, образовав Демократическую конвенцию Румынии. Важнейшими партнерами НЦХДП стали Демократическая партия во главе с Петру Романом и Национал-либеральная партия. Однако этого оказалось недостаточно ни для образования устойчивого правительства, ни для большинства в парламенте, необходимого для принятия решений. Поэтому было образовано коалиционное правительство, в котором приняли участие представители Демократического альянса, а также партии Демократический союз венгров Румынии.
1996 год был годом больших ожиданий для либерально настроенной общественности. Казалось, что приход к власти правой оппозиции сдвинет с мертвой точки буксовавшие реформы, жизненный уровень населения начнет, наконец, повышаться, оживится парламентская деятельность, правительство, используя свои полномочия, уже не будет колебаться. Однако противоречия между партнерами коалиции, а также внутри самой Демократической конвенции так и не позволили создать на протяжении четырех лет эффективное и жизнеспособное правительство. Кабинеты сменялись один за другим, что к тому же сопровождалось многочисленными политическими скандалами, обвинениями в продажности и коррупции. Политическая элита не могла прийти в течение этого времени к консенсусу относительно четко сформулированного курса реформ. Экономика продолжала балансировать на грани срыва, что давало основания для неутешительных прогнозов. Цели внешней политики, о которых говорил Константинеску при вступлении в должность, также не были достигнуты. Присоединение Румынии к НАТО отодвигалось на неопределенное время, среди самых последних Румыния была включена в переговорный процесс для вступления в Европейский союз.
Важнейшим инструментом для решения как внутренних социально-экономических проблем, так и внешнеполитических задач должна была стать парламентская деятельность. Однако медлительность и неэффективность работы румынского парламента вызывали беспокойство и неудовлетворенность в румынском обществе. Как отмечал О.Майкан, это вело к компрометации в глазах общественного мнения самой идеи парламентаризма. Отсюда один шаг до ностальгии по авторитарному режиму (12).
Согласно данным опроса, проводившегося Центром социологии городской и региональной среды в 1997 г., 59% румынских граждан плохо или очень плохо оценивали деятельность румынского парламента и только 34% давали положительную оценку. «Чтобы восполнить пробелы из-за медленной работы парламента, а также предотвратить нежелательные сюрпризы, правительство вынуждено брать на себя ответственность, издавая целые пакеты указов и срочные постановления, касающиеся реформ, которые должны были лишь утверждаться палатами парламента» (16, с.48).
Как провидчески заявлял в 1997 г. С.Цэра, «реформа может быть окончательно скомпрометирована, если темп работы парламентариев не усилится, ибо реформа не может
быть результатом чрезвычайных указов» (там же). Учитывая, что к тому же и правительства не представляли собой сплоченных команд, трудно было ожидать каких-то согласованных действий по выведению румынской экономики из кризисного состояния.
Накануне парламентских выборов 2000 г. продолжалось снижение доверия граждан к государственным институтам в целом, но наименьшим доверием пользовался парламент: согласно данным, приведенным в статье С.Акима, 88% опрошенных мало либо очень мало доверяли парламенту (2).
Работу румынского парламента созыва 1996 г. О.Майкан оценивает как парламентский хаос, основы которого были заложены еще Конституцией 1991 г., содержащей некоторые черты авторитаризма и тоталитаризма. Самой опасной, по убеждению автора, является статья, которая предоставляет законодательные прерогативы правительству, что является слепым, неоправданным и неполным копированием французской модели. В случае, если правительство злоупотребляет своими законодательными компетенциями, как это происходит в Румынии, можно легко нарушить конституционное равновесие и привести страну к «просвещенному деспотизму». Именно это характеризует страны «третьего мира» и значительную часть постсоветского пространства, пишет О.Майкан. Подобные модели не могут быть предметом для подражания, если Румыния серьезно стремится войти в евроатлантическое пространство (12).
Причины кризисного состояния румынского парламентаризма, как считает тот же автор, кроются и в системе процедур парламента, которая определяется нормативными актами. Конституция в ст. ст. 73-79 определяет, что такое законодательная процедура, а ее детали описаны в регламентах (7).
Регламент палаты депутатов в ст. 86 предусматривает, что законодательные проекты обсуждаются постатейно вместе с изменениями, предлагаемыми соответствующими комиссиями, которые предварительно анализируют документ. Таким образом, считает О.Майкан, процедура превращается в неэффективную и длительную работу, ибо каждый депутат имеет возможность формулировать свое мнение по любому пункту, хотя документ уже обсуждался в рамках специальной комиссии. Неудивительно, что многие из замечаний депутатов — неспециалистов в данной области зачастую находятся за пределами реальности. Ситуацию усугубляет ст. 97, которая допускает устные замечания по редактированию текстов. Еще более усложняют процедуру ст. ст. 96 и 97, которые допускают обсуждение поправок, внесенных комиссиями. Все это открывает дорогу непрофессионализму и закулисным играм.
Подобными недостатками страдает и регламент сената. В случае, когда палаты парламента представляют разные редакции одного и того же законопроекта или законодательной инициативы, создается согласительная комиссия, состоящая из равного числа депутатов и сенаторов. Эта комиссия составляет доклад, который должен быть принят обеими палатами. Если комиссия не приходит к соглашению или ее доклад отвергается одной из палат, оба текста могут обсуждаться на общем заседании обеих палат. По мнению О. Майкана, длительность и неповоротливость законодательной процедуры ставит перед румынскими законодателями задачу изучения опыта развитых стран, в первую очередь, США, Великобритании, Франции и Германии.
Как подчеркивает исследователь, наименее эффективна законода-тельная процедура Франции, но именно ее копирует Румыния в силу традиционной франкофонии, которой уже полтора века. В то же время Конституция 1923 г., которую некоторые специалисты считают самой совершенной румынской конституцией, составлялась под влиянием бельгийского опыта, впрочем, как и Конституция 1866 г. Французская модель, пишет О.Майкан, является централистской по определению и традиции. Этот законотворческий стиль прекрасно сочетается с характером «президентской монархии» и атмосферой «демократического цезаризма» в политической жизни Франции. Румыния же после 50 лет чрезмерного централизма должна ориентироваться на образцы более эффективные и гибкие.
Характерной чертой парламентской деятельности является то, что мнения специалистов при принятии решений не учитываются. Так, многие проекты законов, профессионально составленные Законодатель-ным советом, полностью отвергались парламентскими комиссиями, «ибо многие депутаты считают, что представительская функция, которой они обладают, дает им право на абсолютную истину» (12, № 73-74, с.55).
Отсутствие Закона о представительской деятельности сдерживает совершенствование профессионализма парламентариев, их деятельность зачастую характеризуется политической продажностью и направлена лишь на собственное обогащение. Однако негативные аспекты — следствие не только личной вины парламентариев, но и тяжеловесности, неэффективности
самой организации этой работы. В передовых парламентских демократиях каждый депутат имеет по крайней мере по пять помощников-экспертов, в Румынии же эксперты работают при парламентских группах, что, по мнению аналитиков, является существенным недостатком.
О.Майкан считает, что положение усугубляется тем, что кандидаты в парламент избираются в соответствии с партийными списками, причем в обе палаты. Это ведет к снижению ответственности перед избирателями, благоприятствуя «парламентскому коллективизму, что очень напоминает стиль работы Великого национального собрания Румынии до 1989 г.» (12, № 73-74, с.55). Сегодня это способствует продажности и политиканству в «типично балканской манере», ибо руководство партий имеет возможность продвигать некомпетентных кандидатов, используя непотизм и продажность. А поскольку внутренняя жизнь румынских политических партий имеет черты авторитарности и диктаторства (что также отмечал Пасти), то существует опасность распространения таких моделей руководства на всю общественную жизнь в целом (12, 13). Поименное голосование заставило бы депутатов осознать, что они являются представителями избирателей, а не «дисциплинированными солдатами партий» (12, № 73-74, с.58).
Что касается личных привелегий, то анализ голосования, замечает А. Иоргован, показывает: независимо от политической ориентации парламентарии с самого начала стали проявлять признаки корпоративной сплоченности политической элиты, которой прежде всего важно сохранить власть (10).
Негативным фактором для утверждения демократических принципов в румынском парламентаризме является и то, что члены обеих палат избираются одновременно и на один и тот же срок (4 года). Это среди прочего делает их очень склонными к популизму, пишет О.Майкан.
Результаты президентских и парламентских выборов 2000 г. показали, что избиратели полностью отказали в доверии праволиберальному курсу в его отечественном варианте. К власти снова приходит Ион Илиеску. Партия социальной демократии Румынии из парламентской оппозиции возвращается на арену политической жизни как самая влиятельная партия социал-демократической направленности левоцентристского толка. При этом Демократическая конвенция Румынии и ее основная сила, Национал-цэрэнистская христианско-демократическая партия, покидают парламент и приобретают статус непарламентской оппозиции. Бывшие партнеры НЦХДП Демократичес-кая партия и Национал-либеральная партия участвуют в выборах отдельно и проходят около 9% голосов каждая.
Новая политическая конфигурация румынского парламента-2000 отражает не только крах праволиберальной политики, но и неожиданно мощную для большинства аналитиков поддержку националистической идеологии в обществе. Одиозный политик Корнелиу Вадим Тудор, глава националистической Партии «Великая Румыния», к удивлению либеральной интеллигенции и зарубежных наблюдателей, вышел во второй тур президентских выборов вместе с Илиеску. Его партия по итогам парламентских выборов заняла второе место после Партии социальной демократии Румынии как в палате депутатов, так и в сенате.
Уже накануне выборов 2000 г. социологические опросы показывали резкий скачок симпатий к Тудору и его партии. Однако действительность превзошла все прогнозы. Тогда в преддверии второго тура президентских выборов Партия социальной демократии Румынии, уже получив около 45% голосов в парламенте, призвала демократически ориентированные партии подписать Меморадум о совместной деятельности против угрозы крайнего национализма. Меморандум подписан не был, но и Тудор, несмотря на всю демагогию, не смог улучшить результаты первого тура.
Выборы 2000 г., писал В.Бабюк, вызвали сильную реструктурали-зацию всей политической системы. Румыния за 1996-2000 гг. прошла путь от биполярной системы, при которой две большие партии могут править альтернативно путем привлечения ключевых союзников, к системе с единой громадной партией (ПСДР), не имеющей легитимных союзников и вынужденной править в меньшинстве. Эта политическая система, полагает автор, нестабильна. Она будет изменяться и вести за собой внутреннюю реструктурализацию политических партий, в первую очередь парламентских.
Главным уроком, который дал электорат румынскому политическому классу, считает В.Бабюк, является не усиление левой ориентации, а потеря веры в способность политиков решать проблемы страны в пользу простых граждан. Ведь именно с партиями, которые находились у власти в 1996-2000 гг., были связаны большие надежды. Подъем Партии «Великая Румыния» был хотя и «потрясающим, но конъюнктурным» (4). Он явился результатом не
столько деятельности самой ПВР, «сколько невольным следствием политического разложения Демократической конвенции Румынии и отсутствия ясной политической альтернативы у населения» (там же).
Расстановка сил в румынском парламенте-2000 выглядит следующим образом:
Палата депутатов Сенат
Партия социальной демократии Румынии 155 мест 44,93% 65 мест 46,43%
Партия «Великая Румыния» 84 24,35% 37 26,43%
Демократическая партия 31 8,99% 13 9,29%
Национал-либеральная партия 30 8,70% 13 9,29%
Демократический союз венгров Румынии 27 7,83% 12 8,57%
Нацменьшинства (кроме венгров) 18 5,22% - -
В соответствии с этим образованы и парламентские группы (3).
Несмотря на то что ПСДР оказалась в парламенте в преобладающем большинстве, она, как видно выше, не получила большинства, необходимого для принятия законов. Положение усугубилось тем, что все другие партии (за исключением ПВР) считают себя праволиберальными. Тем не менее ПСДР удалось подписать протоколы о сотрудничестве с Демократическим союзом венгров Румынии и Национал-либеральной партией. Договоренности эти - весьма хрупкие, ибо, как отмечалось в печати, союзники - неестественные.
Действительно, уже в апреле 2001 г. Национал-либеральная партия выступила против принятия бюджета и фактически отказалась от своих обязательств перед ПСДР. Бюджет был принят только потому, что его поддержала Партия «Великая Румыния», оказавшись в парадоксальном союзе с Демократическим союзом венгров Румынии и ПСДР. Чтобы пресечь возможные кривотолки относительно такого сотрудничества в будущем, председатель ПСДР А.Нэстасе (он же премьер) заявил, что в случае потери парламентского большинства Партия социальной демократии Румынии ни в коем случае не пойдет на альянс с Партией «Великая Румыния», а предпочтет этому внеочередные выборы. Вместе с тем, признал он, руководство ПСДР озабочено, что в условиях, когда единственным партнером остается Демократический союз венгров Румынии, придется идти на очень большие уступки ему (9).
Как комментировал политолог Р.Чобан, сложившаяся ситуация небезболезненна для ПСДР. При принятии органических законов и особенно при внесении изменений в конституцию она не может использовать голоса только ДСВР и ПВР. Ведь взаимоотношения с венграми легко разрушить из-за проблем венгерского университета в Клуже, восстановления которого добиваются венгры. Для сохранения взаимопонимания с ДСВР Партия социальной демократии Румынии «должна пойти на компромиссы, немыслимые в предыдущие 6-7 лет, но из-за них от нее отшатнется более националистическая часть электората» (6). С другой стороны, какими бы тесными ни были связи с ПВР, Партия социальной демократии Румынии не пойдет на видимый альянс с теми, кто нанесет вред ее пока еще чистой репутации, репутации европейской партии. «Братство с дьяволом» непростительно (там же). В сложившейся ситуации, полагает Р.Чобан, ПСДР вынуждена будет использовать голоса то тех, то других, то обоих, сохраняя свою стабильность.
Оценивая изменения в расстановке политических сил в парламенте весной 2001 г., румынские аналитики делали вывод: парламентские группы НЛП и ДП, несмотря на противоречия, придут к соглашению о создании реальной и конструктивной оппозиции (6, 8). Национал-либеральная партия, писал Р.Чобан, потеряла в имидже из-за своего двойственного статуса: ни у власти, ни в оппозиции. Действуя поодиночке, ни НЛП, ни ДП не могут быть эффективными. Пока они рядом, но вежливо игнорируют друг друга. Тем не менее политическая сцена становится более упорядоченной. «При возвращении НЛП на скамью оппозиции демаркационная линия между ней и властью обретает контуры» (6).
Однако внутри Национал-либеральной партии отношение к ДП оставалось неоднозначным. Как настаивал В.Бабюк, Демократическая партия не может быть союзником или перспективным партнером НЛП, ибо является партией социал-демократической направленности. Она является конкурентом ПСДР по привлечению левого электората (4).
Политические потрясения в румынском парламенте не снимают с повестки дня текущую законодательную деятельность. Громоздкость законодательной процедуры по-прежнему мешает оперативной работе. К маю 2001 г. в парламенте уже скопилось около 700 проектов ординарных законов. Именно поэтому президент выступил с инициативой объединить их в пакеты по 10, 20,
50, 100 законов для быстрейшего прохождения, чем вызвал ехидные замечания в прессе. «Это новая перспектива для властей, к тому же меньше работы "избранникам суверенного народа". Правда, при этом нарушаются Конституция и законы функционирования обеих палат и правительства» (11).
Как бы то ни было, но жизнь диктует срочную необходимость принятия поправок в Конституцию и те законы, которые определяют сами законодательные процедуры. Однако возможность эта затрудняется расстановкой политических сил внутри парламента, ибо ведущая партия, как уже отмечалось, не имеет устойчивого большинства для принятия кардинальных решений.
Список литературы
1. Довженко Н. Политическая трансформация в Румынии // Политическая трансформация стран Центральной и
Восточной Европы. - М., 1997. - С. 84-115.
2. Achim S. Romanilor nu le place nici nationalismul, nici comunismul // Adevarul. - Buc., 2000. - 17 noiem.
3. Alegeri 2000. Rezultate oficíale // www.politics.ra
4. Babiuc V. Partidul National Liberal - incontro? // Rom. libera. - Buc., 2001. — 25apr.
5. Brucan S. Stalpii noii puteri in Romania. — Buc., 1996. — 153 p.
6. Cioban R. Opozitia prinde contur // Rom. libera. - Buc., 2001. — 14 apr.
7. Constitutia Romaniei. - Buc., 1992.
8. Daniciuc R. PD si PNL spun ca strang randurile impotriva PDSR // Rom. libera. - Buc., 2001. — 18 apr.
9. Dragotescu C., Bogdan A. PDSR prefera alegeri anticipate unei aliante cu PRM // Adevarul. - Buc., 2001. - 24 apr.
10. Iorgovan A. Golgota tranzitiei. - Buc., 1998. -142 p.
11. Lucaciu I. Ion Iliescu vegheaza la raportul Guvern-Parlament // Rom. libera. - Buc., 2001. — 2 mai.
12. Maican O. Stilul parlamentar // Sfera politicii. - Buc., 1999. - N 71-72. - P. 58-63; N 73-74. - P. 52-58
13. Pasti V. Romania in tranzitie. — Buc.,1995. — 331 p.
14. Pasti V., Miroiu M., Codita C. Romania - starea de fapt. - Buc., 1997. -218 p.
15. Sistemul parlamentar // www.parlament.ra
16. Tara S. «Schimbarea in bine» a Parlamentului // Sfera polit. - Buc., 1997. - N 50. - P.47-49.