Отражения духа корпоративного единства в меню праздничных застолий
Reflections of the Spirit of Corporate Unity in the Menu ofFestive Feasts
АЛЕКСЕЕВ, Виктор Владимирович
кандидат исторических наук, доцент, доцент кафедры источниковедения, Исторический факультет, МГУ имени М.В. Ломоносова;
тел.: (499) 146 13 22, e-mail: morehod800@mail.ru
Одним из украшений стола при проведении праздничных или юбилейных торжеств являются художественно оформленные меню. При этом они выполняют следующие функции: 1) информационно-практическую, излагая названия и порядок предлагаемых кушаний; 2) художественно-эстетическую, служа украшением стола; 3) символическую, воплощая в визуальных образах идею и содержание празднества. В статье продемонстрировано, каким образом в содержании и изобразительном ряде меню отражается дух корпоративного единства, присущий конкретным коллективам людей, связанных между собой общими профессиональными или сословными интересами.
Ключевые слова: Праздники, застолье, обеденные меню, корпоративный дух.
One of the decorations of the table during the festive or anniversary celebrations are artistically decorated menu. At the same time, they perform the following functions: 1) information and practical, outlining the names and order of the proposed dishes; 2) artistic and aesthetic, serving as a decoration of the table; 3) symbolic, embodying in visual images the idea and content of the festival. The article demonstrates how the content and visual range of the menu reflects the spirit of corporate unity inherent in specific groups of people connected by common professional or social interests.
Keywords: Holidays, feast, lunch menu, corporate spirit.
Издревле различные торжества и памятные даты, помимо ритуальных церемоний или приуроченных обрядов, обычно сопровождаются праздничными застольями. В России в XVIII - начале
XX столетий установились самые различные типы парадных обедов: коронационные, дипломатические, юбилейные, свадебные, полковые, посвященные историческим датам, пасхальные, именинные, встречные, прощальные, приуроченные к знаменательным событиям общественной жизни, студенческие, частные и т.д. Во второй половине XIX века окончательно сложились правила этикета проведения парадных обедов, завтраков и ужинов. Они регламентировали порядок подачи блюд, размещения гостей за столом, и даже характер их туалетов [8, с. 4]. Непременным атрибутом званых трапез являлись красочные, нередко богато художественно оформленные карточки-меню. В руководстве-наставлении относительно манер светской жизни, изданном редакцией журнала «Вестник моды», специально подчёркивалось: «На званых и официальных обедах возле каждого прибора кладётся меню кушаний и вин» [1, с. 128]. Так или иначе, но с 60-70-х гг. XIX в. меню становятся неотъемлемым элементом праздничного застолья. Обычно они представляли собой отпечатанные типографским способом многоцветные бланки, орнаментированные виньетками, декорированные различными фигурами, изображениями каких-либо предметов, архитектурных сооружений, искусственных или природных объектов. Посредством художественного оформления лишний раз напоминали о том, что служило поводом для праздника. Непосредственно на карточке перечислялись подаваемые на стол блюда, а также часто обозначалась дата, к которой было приурочено торжественное застолье. Бывало, что гастрономическую часть меню дополняли меню музыкальным, т.е. списком музыкальных произведений, которые должны были исполняться во время трапезы. Таким образом, меню парадных обедов или аналогичных застолий одновременно выполняли троякую функцию: 1) информационно-практическую, излагая названия и порядок предлагаемых кушаний; 2) художественно-эстетическую, служа украшением стола; 3) символическую, воплощая в визуальных образах идею и содержание празднества.
Специалисты отмечают, что совместный приём пищи неизменно объединяет людей, создаёт дружескую связь с сотрапезниками, между которыми возникает ощущение некоей степени родства [3, с. 60]. В этом плане интерес представляют меню корпоративных застолий, особенно то, каким образом в них отображался дух корпоративного единства. Как известно, корпорация - это группа лиц, объединяемых общностью профессиональных или сословных интересов [6, с. 107]. Корпорации могут быть относительно замкнутыми по своему составу, что чётко регулируется посредством нормативно-законодатель-
ных актов, прочих юридических документов, или, напротив, открытыми для формирования извне, когда их членом становится любой человек, отвечающий негласно установленным параметрам. Нередко для своих членов корпорации устраивают коллективные пиршества, чтобы ещё больше обеспечить слитность своих рядов, способствовать созданию прочных профессиональных и личных связей. Меню конкретных застолий наглядно демонстрируют, посредством каких приёмов достигают данной цели.
Наиболее показательны в этом отношении меню полковых обедов, весьма распространённых в дореволюционное время. Иллюстративный ряд при этом наполнен военной атрибутикой и символикой. Через их посредство старались породить определённый ассоциативный ряд, чтобы напрямую влиять на самоидентификацию военнослужащих в рамках отдельно взятой части или подразделения, пробуждать в них чувства гордости за доблесть предков, воинской чести, боевого братства. Здесь тесно сочетаются два принципа построения композиции таких меню - символизм и историзм [8, с. 8].
Примечательно меню обеда в честь 200-летия 11-го гренадерского Фанагорийского генералиссимуса князя Суворова полка, состоявшегося 25 мая 1890 г. Не надо забывать, что то был один из любимейших великим полководцем армейских полков, одержавший немало славных побед. Поэтому в верхней части листа в обрамлении боевых знамён изображён довольно реалистично двуглавый орёл, увенчанный тремя коронами (явная аллюзия с российским гербом), который держит в лапах развёрнутую георгиевскую ленту с названием воинской части. Под лентой помещены две почётные серебряные георгиевские трубы, которыми полк был награждён «За разбитие и пленение турецкой армии под Плевною, 28 ноября 1877 г.». По бокам ленты приведены даты: 25 мая 1790 г. - день формирования полка, и 25 мая 1890 г. Ниже находится картинка с эпизодом взятия русской армией турецкой крепости Измаил 10 декабря 1790 г. с пояснительной надписью, взятой из донесения A.B. Суворова: «Фанагорийские гренадеры и Апшеронские стрелки дрались как львы». Картинку фланкируют две фигуры солдат, один из которых облачён в униформу екатерининских времён, а другой - уже в соответствующую царствованию Александра III, когда юбилейный обед состоялся. По левой стороне листа меню пущен стилизованный развёрнутый свиток, в котором столбцом перечислены имена наиболее отличившихся командиров полка (Золотухин, Жеребцов, Гельфрейх, Головин, Поляков 2-й, светлейший князь граф Суворов-Рымникский,
Кюстер, Вишневский)1 и названия географических мест, где состоялись крупные сражения, в которых полк участвовал: Измаил, Мачин, Дубенка, Прага, Берген, Аустерлиц, Браилов, Базарджик, Силистрия, Батин, Бродино, Малоярославец, Люцен, Лейпциг, Париж, Белолен-ка, Остроленка, Варшава, Плевна. В центре меню нарисованы предметы военного снаряжения: сабли, пистолеты, ружья, кивера, барабан, и окаймлённый ветвями лавра щит, в центре которого указаны даты, названия битв и пожалованные за победы в них почётные отличия, а именно: получение георгиевских знамён и серебряных труб за подвиги при взятии Базарджика 22 мая 1810 г., схваток при Остро-ленке 14 мая 1831 г. и под Плевной 28 ноября 1877 г. Во втором стилизованном свитке представлен список подаваемых на обеде блюд, причём каждое из них имеет символическое название, связанное с историей полка: Щи и каша по-Суворовски; Суп Кутузовский; Пирожки Гренадерские; Осетры Дунайские; Филе с гарниром - Остроленка; Соус - Базарджик; Жаркое: фазаны, каплуны, рябчики, перепела и цыплята - Плевненские; Салат и огурцы Болгарские; Спаржа Бородинская; Соус Голландский и Польский; Мороженое Балканы; Фрукты Рымникские; Кофе по-Турецки; Ликёры Парижские.
Думается, что применительно к данному, и подобным случаям, уместно будет употреблять предложенное В.В. Похлёбкиным [4, с. 15] понятие «кулинарный антураж», которое имеет историко-га-строномический характер, в коем преломляется реальная жизнь с её историческими, социальными и бытовыми подробностями и особенностями.
11 февраля 1889 г. произошёл так называемый «Севастопольский обед» в кают-компании 8-го Флотского экипажа Балтийского флота. В период Крымской войны он принимал участие в обороне Севастополя, что нашло отражение в оформлении меню. На одном из его разворотов изображена панорама осаждённого города и идущие под предводительством офицера в атаку нижние чины. Поскольку за
1 Полковник Василий Иванович Золотухин, являлся командиром полка в 1790-1792 гг.; бригадир Михаил Алексеевич Жеребцов, командир в 1792-1797 гг.; последовательно - подполковник, полковник, генерал-майор Богдан Борисович Гельфрейх, командир в 1806-1811 гг.; последовательно -подполковник, полковник, генерал-майор Евгений Александрович Головин 2-й, командир в 1811-1814 гг.; полковник светлейший князь граф Александр Аркадьевич Суворов, командир в 1839-1842 гг.; полковник Виктор Карлович Кюстер, командир в 1872-1878 гг.; Николай Николаевич Вишневский, командир в 1887-1891 гг.
Севастопольскую оборону экипажу были пожалованы георгиевские знамёна, то они тоже присутствуют, склоняясь над перечнем кушаний. Именования блюд также коррелируют с исторической действительностью: Щи Хрулевские с кашей; Бульон; Пирожки; Говядина по-Тотлебенски; Стерлядь; Пунш; Пулярды, рябчики и куропатки; Зелень из Южной бухты; Артишоки и горошек; Малахов курган; Чай, кофе, ликёры. На другом развороте изложено музыкальное сопровождение обеда, исполненное хором 8-го Флотского экипажа. Но если кулинарный антураж имел военную тематику, то репертуар музыки выполнял чисто развлекательную функцию. Это видно из подборки произведений: «Тихий марш» (комп. Кинд); Увертюра «Пиковая дама» (комп. Суппе); Попурри «Der Feldprediger» (комп. Миллекер); Попурри «Царь и плотник» (комп. Лорцинг); Вальс «Patience» (комп. Силливан); Хор и ария из оперы «Тангейзер» (комп. Вагнер); Попурри из оперетты «Цыганский барон» (комп. Штраус); Факел-танец (комп. Мейербер).
Меню обеда, имевшего место быть в Москве 25 июня 1900 г., в честь 200-летия 2-го гренадерского Ростовского полка, по сути, является краткой иллюстрированной историей армейской части. Прежде всего, это выражается в перечислении наименований полка на наиболее важных этапах его реорганизаций от момента создания 25 июня 1700 г. по начало XX в.2, а также крупных битв, в которых его солдаты и офицеры проливали кровь. По листам меню щедро разбросаны изображения воинской арматуры: оружие и другие элементы военной амуниции.
На первой странице в рамке орнамента, подражающего древнерусским образцам, помещены текущее название полка (выполненное шрифтом, напоминающим старинную вязь), начальная основания и современная даты, напоминание, что это 200-летний юбилей, портреты императоров Петра I и Николая II. На второй странице, вверху присутствует двуглавый орёл с тремя коронами над головами, сжимающий когтями георгиевскую ленту с названием полка. Тут же имеются флаги, лавровые ветви, наградные серебряные трубы, вручённые за сражение на Аладжинских высотах 3 октября 1877 г., обвитые лентой с Георгиевским крестом. Внизу листа воспроизведён рисунок, показывающий осаду шведской крепости Нотебурга в 1702 г., с пояснительной надписью, что это было первое крещение полка огнём. По правому и левому краю находятся фигуры гренадера Пехотного Кашпара Гулица полка 1700 г. (так часть именовалась
2 Всего полк 25 раз менял наименование.
первоначально), держащего гранату с зажжённым фитилём, и, на фоне полевой белой палатки, солдата 2-го гренадерского Ростовского полка в мундире, предписанным для ношения на момент 1900 г. В центре находится перечень обеденных блюд, правда, военная нотка тут почти отсутствует: Суп Багратион3 ; Консоме Барятинский; Пирожки; Лососина, соус омар; Филе Ренессанс, соус мадера; Жаркое: пулярды, рябчики, чирята и бекасы; Салат ромен; Малосольные огурцы; Цветная капуста, соуса Мусслин, Польский; Стручки по-английски; Бомб-панаше с буше; Десерт.
На третьей странице центробразующей композицией выступает «Программа музыки», фоном для которой служит карта Европы. Для прослушивания предназначались следующие сочинения исключительно русских композиторов: Торжественная увертюра «1812-й год» (Чайковского); Русская серенада (А. Рубинштейна); Полонез и краковяк из оперы «Жизнь за царя» (Глинки); Фантазия «Возвращение воинов» (Цезаря Кюи); Вальс из оперы «Евгений Онегин» (Чайковского); Славянский танец из оперы «Русалка» (Даргомыжского); Фантазия из оперы «Пиковая дама» (Чайковского); Юбилейный марш «Посвящение полку» (капельмейстера Павлова).
Обрамлением «Программе музыки» служат слова о доблести гренадер, сказанные A.B. Суворовым, Александром II и зафиксированные в «Высочайшем приказе»: «Вы богатыри, ростовцы, вы витязи! Я видал, как вы на Рымнике быстро, славно кололи басурманов. Помилуй Бог, знатно! Храбро! Один на десятерых! Все вы, все, все чудо-богатыри! Спаси Бог! Все вы молодцы, все русские!»; «Я унаследовал от родителя моего и дяди Михаила Павловича уважение к жёлтым погонам за боевые отличия»; «Успехи и счастливые события нынешней кампании явили новые опыты мужества храброго нашего воинства. Среди совокупных поражений неприятеля, по засвидетельствованию генерал-фельдмаршала князя Кутузова-Смоленского, особенно ознаменовали себя полки: Лейб-гренадерский, Павловский и графа Аракчеева. Твёрдые ряды их служили верным оплотом против сил неприятеля; храбрость и быстрота их предшествовали победам». Дополнительной деталью выступают вензеля императоров Александра I и Николая II. Посередине верхней части листа располагается портрет A.B. Суворова, подпись под которым поясняет: «Наш начальникдивизиис 1778-79, 1781, 1789-90».
3 После Наполеоновских войн и особенно Отечественной войны 1812 г. популярность генерала П.И. Багратиона была колоссальна. В его честь француз Антуан Карем, повар княгини Екатерины Павловны, вдовы легендарного генерала, придумал названный именем Багратиона крем-суп из телятины.
Наконец, на последней, четвёртой странице изображены места дислокации полка - село Грузино Новгородской губернии и Спасские казармы в Москве. Ниже - юбилейный знак полка, - нарисована горящая граната, наложенная на декоративную мантию под императорской короной и вензелями Петра I (1700) и Николая II (1900).
Чувство воинского товарищества воспитывалось не только во время юбилейных празднеств, но и на «обычных» парадных трапезах. Композиция меню обеда насыщена изображением лиц и мест, связанных с историей и современной жизнью легендарной части. Дважды в сценах военных манёвров встречается портрет высочайшего шефа полка Николая II: вверху в овале - в обрамлении горностаевой мантии под императорской короной царь восседает на коне; внизу по центру, в круге - он изображён спешенным. В средней части листа слева помещена фигура ветерана Преображенского полка со многочисленными медалями на груди и полковым знаменем в правой руке. Справа же на белом коне находится великий князь Константин Константинович, командир полка в 1891-1900 гг. В нижней части композиции помещены виды казарм полка на Миллионной улице в Санкт-Петербурге и панорама Красносельского лагеря. «Роспись блюд у стола Государева в Преображенском полку», как назван ассортимент кушаний, демонстрирует более скромный набор, нежели на юбилейных застольях: Рассольник; Пирожки; Вырезка с гарниром; Дичь разная и молодые цыплята; Салат; Мороженое.
Кстати, «роспись блюд» в то время было наиболее распространённым термином, означающим меню. Но в армейской среде иногда применяли другое название, чтобы подчеркнуть своё отличие от штатского общества и существование собственного военного лексикона. Так меню обеда (5 июля 1890 г.) и ужина (5 июля 1887 г.), данных в Красном селе в честь тезоименитства великого князя Сергея Александровича в лейб-гвардии Преображенском полку озаглавлено по-военному чётко - «Приказ по полку».
Иногда в меню реализовывался своеобразный юмор военных. Примером служит меню обеда, состоявшегося в Тифлисе 29 ноября 1908 г. На бланке изображены минарет, два глиняных винных кувшина, пара поясных портретов бородатых мужчин в чалмах. Главный акцент сделан на шуточных комментариях к названиям блюд, которые предположительно были сделаны офицерами Корпуса военных топографов, которые обыграли специфику своей профессии: Закуска -шифрованная; Суп-пюре - из полевых поездок; Рыба - Осетрина, мобилизованная по-русски; Индейка отчётная и дичь агентская; Салат сборный со всех отделений... огорода; Сладкое - пломбир с лед-
ников Сурпхача; Фрукты Эриванские; Кофе по-Эрзерумски; Вино сам знаэшь кахэтинскоэ.
Вместе с тем, перечень блюд в меню может выступать своего рода месседжем, обращенным не только к сидящим за столом, но и вовне. В начале XX века популярной была идея панславизма, особое звучание которой придала начавшаяся Первая мировая война. На этом фоне 11 января 1915 г. в Москве прошёл Общеславянский день со сбором средств в пользу Сербии и Черногории. Вечером в ресторане «Метрополь» состоялась очередная 14-я Торжественная общеславянская трапеза на 700 человек. На верху бланка меню было помещено изображение башен, стен и соборов Московского Кремля, под которым на распростёртой ленте начертан лозунг: «Москва объединила Русь - Русь объединит славянство». Ещё более выразительно звучали названия блюд: Суп из индейки по-московски; Борщок по-чешски; Пирожки хорватские; Стерлядь по-русски; Куры жареные; Рябчики сибирские; Куропатки карпатские; Соленье; Цветная капуста по-польски; Сладолёд сербо-черногорский.
Когда сербский министр-президент Никола Пашич (известный как ярый русофил) посетил с официальным визитом Россию, то на торжественном обеде, данном московскими городскими властями в честь высокопоставленного гостя 29 апреля 1916 г., меню банкета в «Метрополе» было также выдержано в духе внешнеполитической «манифестации»: Суп славянский; Бульон московский; Филе из судака по-чешски; Жаркое; Салат по-сербски; Соуса: польский и хорватский.
А вот в Петрограде Пашича в «Астории» угощали: «севрюгой по-английски» и «кремом шампиньон» [7, с. 72].
Стремление выразить корпоративное единство через состав кушаний, указанных в меню, порой присуще представителям деловых кругов и предпринимателей. В августе 1892 г. прошла 4-й сессия Международного конгресса железных дорог. Меню обеда для его участников представляет попытку выдержать линию международных связей [5, с. 72]. В названиях некоторых блюд4 как бы представлены различные страны. Например: Андалузский крем-суп; Потофе по-французски; Невская стерлядь по-русски; Стебли спаржи с голландским соусом; Тимбаль из фруктов по-парижски.
Ещё более чётко дух корпорации был явлен на торжестве по поводу 30-летия существования Общества взаимного кредита, отмечавшегося в 1914 г. В меню значились такие блюда: «Водка канце-
4 Непосредственно в карте меню названия даны на французском языке, но для удобства восприятия в статье они приводятся в переводе на русский.
лярская», «Навар из векселей», «Вырезка из бухгалтерской книги», «Трюфеля отчётные», пирожки «Биржевые зайцы», крем «Финан-сьер», закуска «Маклерская», салат «Банкрот» [2, с. 242]. Впрочем, к последнему, как утверждают, никто не притронулся.
Традиция обозначать профессиональную принадлежность через названия блюд довольно устойчива. Наглядно это демонстрирует меню памятного обеда 12 февраля 1887 г. в день основания Императорской Военно-медицинской академии (ранее - Военно-хирургической). На бланке изображены здание академии и её герб, а перечень подач пищи отсылает к латинской лексике врачей: Rp. Cremat. simpl. "amar.; Tinct. absinthii etc. aa uqs!; M.D.S. Принимать перед обедом usque ad effectum; Promulsis varia: pénicillium claucum, oidium lactis, boletus edulis, agaricus deliciosus etc.; Суп-пюре из рябчиков; Жульен (бульон стерилизованный); Placentae; Филе де беф с гарниром (но без bacterium termo); Лососина без птомаинов; Соус ревигот и тартар; Жаркое - дичь разная; Cucumis sativus, cichorium endivia; Плом-бьер (желатина не прозрачная, неудобная для культур); Infusa: coffea arabica et thea bohea.
В кинофильме режиссёра Калатозова «Мужество» (1939), по-свящённому труду советских лётчиков, можно разглядеть меню аэродромного буфета на 20 апреля 1936 г. В нём значатся: Суп «И.Т.Р.»5; Борщ «Аэрофлотский»; Котлеты «Иммельман»; Гуляш «Фюзеляж»; Беф «Пике».
Поскольку текст меню мелькает в одном из эпизодов лишь на мгновение и его содержание можно рассмотреть только на стоп-кадре, то оно, скорее всего, является подлинным, а не выдумкой кинематографистов.
Любят подчёркивать свою неординарность люди, занимающиеся творческой деятельностью: художники, писатели, артисты и т.д. В меню их застолий соотнесённость с направленностью интеллектуального и созидательного труда часто выражена прямо. Так обеденное меню в честь 25-летия Императорского Санкт-Петербургского Археологического института (16 января 1903 г.) было выполнено в виде свитка древней грамоты с прикреплённой вислой печатью из сургуча. Текст был написан шрифтом, имитирующим уставное письмо. Названия блюд в «Росписи явствам и питием» тоже стилизовались под старину: «овощь фряжска артишек зовомая», «зеленое вино» и т.п.
Меню «общественного» обеда по поводу 60-летнего юбилея художественной деятельности выдающегося живописца Ивана Кон-
5 ИТР - инженерно-технический работник.
стантиновича Айвазовского, данного 26 сентября 1897 г., внешне выглядит непритязательно. Единственным украшением служит изображение неких зданий на морской набережной. Но вся «изюминка» кроется в названиях блюд, указывающих, что мастер посвятил своё творчество морской тематике: Суп «Чёрное море»; Пирожки «Хаос»; Борщок «Средиземное море»; Осетрина «Посейдон»; Соус «Азовское море»; Филей «Синоп»; Соус «Наварин» и «Ниагара»; Зелень «Капри» (спаржа, брюссельская капуста, артишоки, арико и пр.); Пунш «Везувий»; Жаркие «От штиля до урагана» (рябчики, тетерева, каплуны, куропатки); Пломбир «Олимп»; Мороженое «Северное море»; Десерт «Штиль»; Фрукты, кофе, чай; Ликёры «Потоп».
Художникам вторили музыканты. 21 мая 1885 г. прошли торжества по случаю открытия памятника М.И. Глинке в г. Смоленске. Меню ресторанного обеда было оформлено роскошно. На многокрасочном бланке были представлены: сам памятник, нотный лист со знаками, на красной ленте написано «Смоленск» и даты жизни композитора - 1804-1857, красная бархатная подушка с вышитой лирой и лавровым венком, статуэтка музы музыки, некая архитектурная конструкция в стиле а-ля рус; по небу на квадриге летит Аполлон. Что касается подаваемых блюд, то в их названиях присутствовали громкие имена: Суп-пюре Барятинский; Консоме тортю; Тартолеты Долгоруковские; Крокеты Скобелевские; Буше Смоленск; Тимбали Пушкинские; Стерляди Паскевич; Филе Эрмитаж, соус Мадера; Гранит апельсинный; Жаркое: вальдшнепы, рябчики, бекасы, цыплята; Салат; Пломбир Глинка; Десерт.
Аналогично поступали литераторы. Когда в 1909 г. в Москве в ресторане П.Н. Мартьянова, что был в Верхних торговых рядах, праздновали 100-летний юбилей со дня рождения Н.В. Гоголя, то подали блюда, чьи названия в меню обозначили следующим образом: поросёнок с хреном «Чичиков», грудинка «Бульба», вареники «Пульхерии Ивановны», каша «Хутора Диканьки», бараний бок «От Собакевича», пампушечки «Хавроньи Никифоровны», бублик «Гоголевский» [2, с.241].
Приведённые выше примеры образцов меню не составляют труда для научного анализа в силу наличия в их оформлении и содержании общеизвестных реалий. Тем не менее, нельзя не согласиться с мнением Е.М. Юхименко, что: «При всей кажущейся простоте меню, на самом деле, - источник довольно сложный. Чтобы он "заговорил" надо порой приложить немалые усилия. Требуются архивные и газетно-книжные поиски, чтобы установить какому событию был посвящён конкретный обед. Для понимания художественного замыс-
ла листа необходимы полная расшифровка надписей и изображений, выяснение смысла отдельных сюжетов и всей композиции в целом» [8, с. 8]. Однако, иногда язык меню застолий обособленных коллективов бывает непонятным для стороннего наблюдателя, поскольку используются сленг и символика, которые могут уразуметь лишь посвященные адепты.
В этом отношении характерно меню ужина в честь 25-летия богемного кружка «Среда», состоявшегося 2 марта 1911 г. в Москве. В 1886 г. коллекционер и меценат Владимир Егорович Шмаровин создал художественный кружок для своих знакомых, просуществовавший 38 лет. Он был задуман как творческо-развлекательный клуб, для чего еженедельно проводились рисовальные вечера, музыкальные концерты, литературные чтения. Кружок объединял членов Товарищества передвижных художественных выставок, московского Товарищества художников и Союза русских художников -С.И. Ягужинского, H.H. Левитана, К.А. Коровина, A.C. Степанова, С.М. Волнухина, Н.В. Досекина, В.А. Симова, В.И. Сурикова и др. Ввиду того, что собрания происходили по средам, то за кружком закрепилось название «Шмаровинские среды». Сценарий собраний был следующим. В семь часов вечера в особняк Шмаровина на углу Большой Молчановки и Борисоглебского переулка приходили художники, где работали над этюдами и рисунками за одним столом, на котором заранее приготавливались все необходимые для рисования материалы. К десяти часам прибывали другие гости, после чего устраивалась выставка сделанных рисунков с лотереей и распродажей работ. В полночь с рабочего стола убирали ненужное, сервировали ужин, и начиналось пиршество. На упомянутом выше меню сверху изображены два столкнувшиеся друг с другом молодых парня в простонародной одежде. Один держит в обеих руках огромный ковш, из которого расплёскивается какой-то напиток. У другого, из блюда, прижатого от столкновения к груди, рассыпаются яблоки. Заголовок поясняет повод для застолья: «Среда. XXV». Ниже прописан «репертуар» застолья в юморном ключе, с изрядной долей балагурства: Вина. 1) Совсем чистое: горилка, брыкаловка, сногшибаловка; 2) Помутней-настойки: нитовка, сургучная, трынтравная, марганцевая на зелёном горошке; 3) С подкраской на манер наливки «шмаров-ка», настоянная на молчановке, «декадентская» на разных валетах, «аукционная» на не проданных этюдах; 4) ренская виноградное а может и так, двух колеров с прикисью. Собственных садов «Среды». На берегу моря житейского для женского пола, особо сладкое с изюмом; Закуски: Колбасы: жёваная, дегтярная трафаретная, собачья
радость черепаховая, пятки пилигрима, медвежье ушко с жирком, моржовые разварные молодые клыки; Рыбы: Лабардан с присолью и копотью, вроде лабардана, сама пила, китовые плавники в нефти; Сыр-бор, сыр Дарья, слезогон дырявый; Ужин: 1. Рыбное без головизны на всех парах, взвар фуза сквозная. 2. Телесы птичьи тяпаные на кости; приправа: 3. Холодец сладимой, разноколерный. Завершает меню, подобно финальной резолюции, шуточный девиз кружка -«Недурно пущено».
Подводя итоги, следует сказать, что меню парадных или праздничных застолий - это не просто специфический вид прикладной графики и утилитарный элемент оформления стола в процессе потребления пищи. В них преломляются духовные интенции своей эпохи и конкретной социальной среды, корпоративной группы. Названия подаваемых блюд (кулинарный антураж) предстают как знак приобщённости к особому кругу людей. Используемые для украшения меню визуальные образы несут смысловую нагрузку, выражая общую идею праздника, отсылая к соответствующим пластам исторической памяти. Тем самым они являются специфическими креолизованными текстами и выступают источником по истории кулинарии, социальных коммуникаций, обычаев жизненного уклада в конкретных ситуациях. Кроме того, можно увидеть, как согласно действующим правилам орфографии, писались названия блюд в тот или иной период. Например, «салад», «бульен», «разсольник», дес-серт» и т.д.
Список литературы:
1. Жизнь в свете, дома и при дворе. СПб.: Журнал «Вестник моды», 1890.
2. Мушкина Е.Р. Тайна курляндского пирога. М.: Северный паломник, 2008.
3. Павловская А. Кухня первобытного человека. Как еда сдела-лачеловекаразумным. М.: Ломоносовъ, 2015.
4. Похлёбкин В.В. Кушать подано! Репертуар кушаний и напитков в русской классической драматургии. М.: Эксмо, 2018.
5. Приглашение к обеду: поваренная книга Русского музея. Каталог. СПб.: Palace Editions, 2013.
6. Словарь русского языка. В 4 т. Т. 2. 2-е изд., испр. и доп. / под ред. А.П. Евгеньевой. М.: Русскийязык, 1981.
7. Шемякин А. С острова Корфу в Россию // Родина. 2014. № 12.
8. Юхименко Е.М. «На всех приборах лежало меню...» // Юхи-менко Е.М., Фалалеева М.В. Русский парадный обед. М.: Интер-биз-нес, 2002.