Особенности теневого банкинга в Китае Features of shadow banking in China
Казанцев Антон Андреевич
Студент 2 курса Факультет Экономический Санкт-Петербургский государственный университет
Санкт-Петербург e-mail: anton. kazantsev. spb @gmail.com
Kazantsev Anton
Student 2 term Faculty of Economics St Petersburg State University St Petersburg e-mail: anton. kazantsev. spb @gmail.com
Фидченко Александра Евгеньевна
Студент 1 курса Факультет Экономический Шаньдунский университет-Санкт-Петербург e-mail: st071614@student.spbu.ru
Fidchenko Alexandra
Student 1 term Faculty of Economics Shandong University St Petersburg e-mail: st071614@student.spbu.ru
Аннотация.
В данной статье была рассмотрена деятельность теневых банков. Для этого проведён анализ развития этого явления и его регулирования со стороны властей, а также текущее состояние теневого банкинга. Проведённое исследование показало снижение размеров теневой банковской деятельности благодаря рассмотренным действиям властей. Однако риски забалансовых операций теневого банкинга затрагивают другие отрасли, в частности, сектор недвижимости.
Annotation.
This paper has examined the activities of shadow banks. This was done by analysing the development of this phenomenon and its regulation by the authorities, as well as the current state of shadow banking. The study showed a reduction in the size of shadow banking activities due to the actions of the authorities. However, the risks of off-balance sheet shadow banking operations affect other sectors, in particular the real estate sector.
Ключевые слова: теневой банкинг, Китай, банковская система, кредит, регулирование.
Key words: shadow banking, China, banking system, credit, regulation.
В финансовой системе Китая доминируют государственные банки. Китайское правительство поддерживает государственный сектор гораздо больше, чем частный сектор, предоставляя крупные банковские кредиты через государственные банки. Ряд экспертов отмечает, что частный сектор, а особенно малые и средние предприятия, имели и продолжают иметь сложности с доступом к банковскому финансированию. Это породило развитие теневого банкинга в Китае. Теневой банкинг рассматривается самими китайцами как неформальное финансирование, основанное на доверии, отношениях и репутации, так называемых гуанси. Можно сказать, что именно теневой банкинг позволил в своё время активно развиваться частному сектору в КНР. Быстрый рост теневой банковской деятельности в Китае был в значительной степени обусловлен политикой ужесточения
кредитования, введенной в 2010 году, и уникальной системой банковского регулирования Китая. Чтобы обойти правила и удовлетворить потребности в финансировании в определенных секторах, резко возросла теневая банковская деятельность, что создало угрозу финансовой стабильности в Китае.
И наоборот, теневая банковская деятельность подрывает эффект денежно-кредитной политики. Эффективность некоторых регуляторных политик и инструментов была скомпрометирована или частично компенсирована теневой банковской системой. Например, китайское правительство установило кредитные ограничения, такие, как ограничения на кредиты от традиционных банков и соотношение собственного капитала застройщиков, в секторе недвижимости, чтобы предотвратить пузыри на рынке жилья, но теневые банки предоставляют альтернативный источник финансирования. Кроме того, требования к достаточности капитала для банков стали менее эффективными, поскольку теневая банковская деятельность позволила банкам перевести некоторые активы за баланс, такие как доверительные и трастовые кредиты, посредством сотрудничества с банками, которые рассмотрим ниже.
Теневой банкинг в широком смысле определяется как кредитное посредничество, осуществляемое благодаря деятельности организаций за пределами регулируемой финансовой системы. В Китае основными направлениями теневого банкинга являются: выпуск различными учреждениями продуктов управления капиталом (Wealth management product WMP;), продуктов управления активами (Asset management products AMP), доверительных кредитов, трастовых кредитов, недисконтированных банковских акцептов, кредитов финансовых компаний, микрокредитов, P2P кредитование и неформальное кредитование. Примерами теневых банковских организаций являются трастовые компании, брокерские компании, платформы P2P и так далее.
Банковское финансирование включает в себя банковские кредиты в местной и иностранной валюте через традиционную банковскую систему, теневое банковское финансирование, которое включает в себя доверительные кредиты, недисконтированные банковские акцепты, неформальное кредитование и другие; рыночное финансирование включает в себя капитал, привлеченный как через рынки акций, так и через рынки облигаций. С 2009 года теневой банковский сектор пережил огромный рост, достигнув своего пика и составляя 32% от общего объёма финансирования в 2016 году. В настоящее время размер теневого банковского сектора сократился на 20 трлн. юаней за последние 5 лет и, по оценке властей КНР и составляет 29 трлн. юаней, о причинах сокращения его размеров будет написано несколько ниже.
Говоря же о причинах быстрого роста теневого банкинга выделяют регулирование ликвидности, план стимулирования, запущенный в 2008 году, а также кредитные ограничения в некоторых отраслях. Эксперты считают, что одной из основных причин роста теневой банковской деятельности в Китае был регулятивный арбитраж правил ликвидности, в частности, предел отношения кредита к депозиту в размере 75% (LDR). Данные действия привели к тому, что банки не смогли привлекать столько наличных денег, как раньше. Несколько других исследований также связывают рост теневой банковской деятельности с Планом фискального стимулирования на 4 трлн. юаней в 2008 году. Банки, столкнувшиеся с нехваткой депозитов, особенно малые и средние банки, начали выпускать больше WMP для привлечения финансирования. Кроме того, в дополнение к традиционным инструментам денежно-кредитной политики Народный банк Китая (НБК), центральный банк Китая, ввёл кредитные квоты для коммерческих банков в некоторых областях (например, в сфере недвижимости). Также примечательно, что значительная часть средств, привлеченных за счет неаффилированных доверенных займов и трастовых продуктов, была направлена в отрасли недвижимости и инфраструктуры, что видно на Рис. 1.
Продукты трастовых фондов по видам инвестиций (2020 год) ■ Финансовые институты
■ Инфраструктура
■ Недвижимость
■ Прочее
■ Облигации
■ Акции
Рисунок 1. Продукты трастовых фондов по видам инвестиций (2020 год)
Источник: Bloomberg. (2020). Trust fund products by type of investment [Graph]. In Bloomberg. Retrieved May 11, 2022, from https://www.bloomberg.com/news/articles/2020-04-14/key-part-of-china-s-shadow-banking-faces-doubling-of-defaults
Далее стоит подробнее рассмотреть структуру теневого банкинга. Одни из основных составляющих -это активы, финансируемые банковскими WMP или AMP, составляющие по разным оценкам порядка трети от общего объёма теневых банковских активов. Далее подробнее раскроем основные элементы. Банковские WMP -это забалансовые инвестиционные продукты, выпускаемые банками как альтернативу депозитов. Это позволяет обойти правила регулирования ликвидности, привлечь средства и увеличить прибыль организации. Размер банковских WMP начал расти в 2011 году, а достиг пика также, как и в целом теневой банкинг в 2015 -2016 годах. Примечательно, что далее началось снижение, и в 2021 году их размер составил примерно 28 трлн. юаней.
Недисконтированные банковские акцепты - это краткосрочные долговые инструменты, выпущенные компанией с товарным кредитом, гарантированным банком. Пока компании не нужно обращаться к этой гарантии, эти инструменты не учитываются и, следовательно, учитываются как внебалансовые статьи банка-эмитента. Если компания не может расплатиться с третьей стороной и этой стороне необходимо обналичить гарантию банка, то гарантия дисконтируется и появляется на балансе банка-эмитента. Возможный риск заключается в экстремальных ситуациях, когда все эти гарантии могут быть обесценены одновременно. К 2020 году размер недисконтированных банковских акцептов превышал 11 трлн. юаней.
В Китае фондовые биржи требуют от компаний, зарегистрированных на бирже, раскрывать детали доверенных кредитов, которые они выдают. Аффилированные ссуды - это ссуды, предоставленные материнской фирмой дочерней компании или между покупателем и поставщиком или между деловыми партнёрами по совместному предприятию, а неаффилированные ссуды - между двумя сторонами без таких предшествующих отношений. Оба типа доверенных кредитов являются реакцией рынка на нехватку финансирования, позволяя крупным публичным или государственным компаниям с дешевым доступом к капиталу направлять средства в малые и средние предприятия.
Одной из главных особенностей теневого банковского сектора Китая является преобладание так называемых неявных гарантий. Неявные гарантии со стороны небанковских финансовых учреждений в условиях системных рисков могут быть в том числе и механизмом финансирования рискованных проектов. Ключевым предположением здесь является то, что небанковский финансовый посредник имеет возможность выявлять специфические риски, связанные с проектом, и отсеивать плохие проекты, в то время как инвесторы, имеющие капитал, не владеют технологией отбора. Неявные гарантии также позволяют посреднику сохранять гибкость и не платить в плохих экономических условиях. Когда будущее небанковского посредника неясно в условиях плохой экономической ситуации, такая гибкость чрезвычайно ценна по сравнению с явными гарантиями, так как последнее может привести даже к несостоятельности лица, предоставляющего гарантию. Наличие посредника,
несущего убытки в эти крайне тяжелые времена, также может усилить нагрузку на финансовую систему, еще больше создавая системные риски. Такие неявные гарантии исходят либо от трастовой компании-эмитента, либо от акционера трастовой компании (как правило, центрального или местного правительства).
В случае неисполнения гарантий, которое может вызвать шоки на рынке или дополнительные системные риски, правительство может вмешаться. Одним из недавних примеров в Китае является кризис банка Baoshang, небольшого городского коммерческого банка в провинции Внутренняя Монголия в 2019 году. С началом кризисной ситуации Народный Банк Китая и CBRC взяли на себя операции банка Baoshang. Это событие показывает, как правительство Китая играет важную, хотя и неявную, роль в поддержании стабильности финансовой системы. Также естественно ожидать, что во время рыночных потрясений участники рынка, находящиеся «ближе» к правительству, с большей вероятностью получат поддержку за счет государственного вмешательства. Ожидание государственного вмешательства также может привести к действиям кредиторов, стремящихся к риску, чтобы продолжать предоставлять кредиты по более низким ценам организациям, более близким к правительству. Это может привести к еще большему риску в финансовой системе, так как может способствовать возникновению финансовых «пузырей» и спекуляций в Китае.
Если выделять конкретные риски, то теневая банковская система, во-первых, увеличивает подверженность риску в целом у банков. Долговые обязательства предприятий значительно возрастали, о чем свидетельствует рост отношения корпоративного долга к ВВП, а также общий риск сектора недвижимости увеличивается, что мы рассмотрим в этой главе, и подверженность местных органов власти риску также увеличивается из-за LGFV (Local government financing vehicle), механизма финансирования местных органов власти в Китае. Обычно он существует в форме инвестиционной компании, которая продает облигации для финансирования строительства и других местных инфраструктурных проектов.
Во-вторых, теневая банковская система может спровоцировать масштабные невозвраты кредитов. Несмотря на отсутствие каких-либо явных гарантий, китайские инвесторы обычно ожидают, что банки или правительство покроют любые убытки, что мы рассмотрели выше. Как только это доверие будет подорвано, инвесторы могут запаниковать, что приведет к бегству из теневого банковского сектора, а также вызовет системные риски.
В-третьих, теневая банковская система увеличивает прямые и косвенные риски в деятельности банков, может увеличить количество банкротств банков. Реальных забалансовых обязательств у банков нет, а по сравнению с традиционными банками теневая банковская система менее прозрачна и менее регулируема, но сопряжена с высокими рисками. Таким образом, теневой банкинг угрожает стабильности всей финансовой системы.
Говоря о мерах государственного регулирования теневого банкинга. В 2017 году CBRC включил оборотные депозитные сертификаты в состав межбанковского кредитования и заимствования и потребовал от банков обеспечить соблюдение ограничений по межбанковским обязательствам. В частности, межбанковские обязательства не должны превышать одной трети общих обязательств, а общий баланс межбанковского кредитования (включая НКО) не должен превышать 50% капитала банков первого уровня. Китай ужесточил свои финансовые правила с 2017 года. Банкам запрещено предоставлять гарантии по основному долгу или процентам по WMP, и они должны открывать отдельные счета для каждого продукта. Кроме того, центральное правительство запретило местным органам власти постоянно увеличивать свой долг. В результате в 2018 году рост сберегательных депозитов ускорился, в то время как активы теневого финансирования начали сокращаться, что отражаем светло-розовая линия на графике ниже, в то время как фиолетовая линия показывает рост депозитов (см. Рис. 2).
Deposits and Shadow Financing
Year-ended growth
%
%
Shadow finance
40
40
20
0
20
0
-20
-20
2012 2014 2016 2018 2020
* Three-month moving average Source: СЕ С Data
Риснок 2. Годовой рост депозитов и продуктов теневого банкинга Источник: Shadow banking in China Bulletin. Reserve Bank of Australia, 2020.
Часть новых правил направлена на ограничение теневого банковского кредитования через содействие упрощению и стандартизации доступа к официальному финансированию, а также сокращение левериджа (отношение заёмного капитала к собственным средствам) и неявных гарантий, связанных с некоторыми продуктами теневого банкинга. Также правила опубликованные в июне 2021, запретили банкам и финансовым компаниям использовать деньги, полученные от WMP для инвестиций в акции, конвертируемые облигации, ценные бумаги, обеспеченные активами, и корпоративные облигации с низким рейтингом, такие ограничения были наложены непосредственно Китайской комиссии по регулированию банковской и страховой деятельности (CBIRC). Кроме того, финансовые учреждения должны будут проводить стресс-тесты (один из методов анализа риска) и инвестировать не менее 5% чистой стоимости своих денежных средств WMP в активы с низким уровнем риска, такие как государственные облигации и векселя центрального банка.
Комплекс финансовой политики правительства Китая в последние годы позволил достичь двух целей: снизить финансовые риски и обеспечить сильную финансовую поддержку реальной экономики, что позволило несколько облегчить доступ к финансированию для бизнеса. Таким образом, можно сказать, что это негативно влияет на теневой банкинг, так как одной из причин его развития был трудный доступ к кредитам для малых и средних предприятий. Новые финансовые положения о теневой банковской деятельности, в том числе так называемые Новые положения о деятельности по управлению активами, предназначены главным образом для смягчения чрезмерного финансового риска, связанного с теневой банковской деятельностью. Снижение этого риска, по мнению властей, должно способствовать долгосрочному стабильному росту китайской экономики. Параллельно китайские финансовые власти стремились поддерживать экономику в виде займов в юанях и выпуска облигаций. Кроме того, НБК развернул несколько новых инструментов политики для увеличения финансовой поддержки сельскохозяйственного сектора, МСП и частного сектора, таких как Целевое сокращение обязательных резервов, Целевое среднесрочное кредитование и другие структурные инициативы денежно -кредитной политики, что также уменьшает роль теневого банкинга в финансировании сельских предприятий и
МСП.
Список используемой литературы:
1. Acharya V., Qian J., Yang Z. «China's Shadow Banking Sector: Wealth Management Products and Issuing Banks» / VoxChina, 2017. [Электронный ресурс] URL: http://voxchina.org/show-3-31.html
2. Allen F., Gu X., Qian J., Qian I. «Implicit Guarantees and the Rise of Shadow Banking: The Case of Trust Products», 2018. [Электронный ресурс] URL:
https://cfrc.pbcsf.tsinghua.edu.cn/Public/Uploads/upload/CFRC2019_1864.pdf
3. Assessing shadow banking - non-bank financial intermediation in Europe / European Systemic Risk Board, 2016. [Электронный ресурс] URL:
https://www.esrb.europa.eu/pub/pdf/occasional/20160727_occasional_paper_10.en.pdf
4. Chen Z. «The financing of local government in China: Stimulus loan wanes and shadow banking waxes» / Journal of Financial Economics Volume 137, Issue 1, 2020. pp. 42-71.
5. Chinese WMPs' Growth Moderates, Contagion Risks Ease / Fitch Ratings, 2022. [Электронный ресурс] URL: https://www.fitchratings.com/research/banks/chinese-wmps-growth-moderates-contagion-risks-ease-16-03-2022#:~:text=Fitch%20Ratings%2DShanghai%2D16%20March,growth%20slowed%2C%20Fitch%20Ratings%20says
6. Ferrarini B., Hinojales M. «State-owned enterprises leverage as a contingency in public debt sustainability analysis: The case of the People's Republic of China» ADB Economics Working Paper Series, No. 534, Asian Development Bank (ADB), Manila, 2019.
7. Huang J. «China's new shadow banking rules signal fresh push to clamp down systemic risk» / S&P Global, 2021. [Электронный ресурс] URL: https://www.spglobal.com/marketintelligence/en/news-insights/latest-news-headlines/china-s-new-shadow-banking-rules-signal-fresh-push-to-clamp-down-systemic-risk-65022047
8. Huang J., Huang Z., Shao X. «The Risk of Implicit Guarantees: Evidence from Shadow Banks in China», 2019. [Электронный ресурс] URL: http://cfrc.pbcsf.tsinghua.edu.cn/Public/Uploads/upload/CFRC2019_1696.pdf
9. Huang Y., Pagano M., Panizza U. «The Dark Side of the Chinese Fiscal Stimulus: Evidence from Local Government Debt» / VoxChina, 2017. [Электронный ресурс] URL: http://voxchina.org
10. Liu K. «Chinese banking failure: the case of Baoshang Bank and its implications» / Journal of Financial Economic Policy Volume 13 Issue 4, 2021. [Электронный ресурс] URL: https://www.emerald.com/insight/conten^doi/10.1108/JFEP-01-2020-0013/full/html
11. Molnar M., Lu J. «State-owned firms behind China's corporate dept» / OECD, 2019. [Электронный ресурс] URL:
https://www.oecd.org/officialdocuments/publicdisplaydocumentpdf/?cote=ECO/WKP(2019)5&docLanguage=En
12. Sender H. «Why China's smaller businesses are struggling to access credit» / Financial Times, 2020. [Электронный ресурс] URL: https://www.ft.com/content/3fc28bfd-8550-4a0a-85f5-dd7d0137976f
13. Shadow banking in China Bulletin / Reserve Bank of Australia, 2020. [Электронный ресурс] URL: https://www.rba.gov.au/
14. Sun. G. «BIS Working Papers No 822 China's Shadow Banking: Bank's Shadow and Traditional Shadow Banking» / Bank for International Settlements, 2019. [Электронный ресурс] URL: https://www.bis.org/publ/work822.pdf
15. Sun. G. «BIS Working Papers No 822 China's Shadow Banking: Bank's Shadow and Traditional Shadow Banking» / Bank for International Settlements, 2019. [Электронный ресурс] URL: https://www.bis.org/publ/work822.pdf
16. Wong C. «The Fiscal Stimulus Programme and Public Governance Issues in China» / OECD Journal on Budgeting, 2011. [Электронный ресурс] URL:
https://www.oecd.org/gov/budgeting/Public%20Governance%20Issues%20in%20China.pdf
17. Информационно-аналитическая база данных Bloomberg Business Intelligence
18. Ш^ШШ29 Ъ\ъ / [Электронный ресурс] URL: https://baijiahao.baidu.com/s?id=1726186273595895587&wfr=spider&for=pc