УДК 347.97/.99
ЗАХАРОВ С.С.
ОСОБЕННОСТИ ПРОЯВЛЕНИЯ ПРИНЦИПОВ САМОСТОЯТЕЛЬНОСТИ И НЕЗАВИСИМОСТИ В КОНСТИТУЦИОННОМ ПРАВОСУДИИ
Ключевые слова: конституционное правосудие, принципы, судебная власть, самостоятельность и независимость, контроль.
В работе представлена авторская позиция об особенностях проявления принципов самостоятельности и независимости в конституционном правосудии. Раскрыто содержание не только заявленных принципов правосудия, но также осуществлены статусные уточнения по поводу Конституционного Суда РФ и дискуссионных моментов его функционала. Автором предложены некоторые направления совершенствования специального законодательства, унифицирующие его положения с нормами Конституции Российской Федерации.
ZAKHAROV, S.S.
FEATURES OF MANIFESTATION OF THE PRINCIPLES OF AUTONOMY AND INDEPENDENCE
IN THE CONSTITUTIONAL JUSTICE
Keywords: constitutional justice, principles, judicial power, autonomy and independence, control.
In the paper presents the author's position on the features of the principles of autonomy and independence in the constitutional justice. It disclosed the content of not only the declared principles of justice, but also it carried out the status clarifications on the Constitutional Court of the Russian Federation and discussion points of its functionality. The author offers some directions of improvement of the special legislation unifying its provisions with norms of the Constitution of the Russian Federation.
Данная статья ориентирована на выявление особенностей формализации принципов самостоятельности и независимости в конституционном правосудии. Ключевым правовым актом для аналитики в данной связи выступил федеральный конституционный закон от 21.07.1994 г. № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» (далее - федеральный конституционный закон от 21.07.1994 г. № 1-ФКЗ) [1].
Отметим, что в его нормах непосредственно формулировка «принцип» представлена в двух статьях: ст. 5 с наименованием «Основные принципы деятельности Конституционного Суда Российской Федерации», в числе которых указан принцип независимости; ст. 29 с наименованием «Независимость», расположенная в Главе IV «Принципы конституционного судопроизводства». Таким образом, искомый принцип независимости сопоставлен со статусной характеристикой Конституционного Суда Российской Федерации, а также с процессуальным аспектом институционального проявления конституционного правосудия - судопроизводством. Полагаем, указанная статусная характеристика дает нам основания резюмировать закрепление в ст. 5 именно принципа независимости конституционного правосудия, так как из наименования статьи следует перечисление принципов деятельности Конституционного Суда РФ. Последнюю мы ассоциируем с непосредственным функционалом в рамках судебной власти - правосудием (ч. 1 ст. 118 Конституции России [2]), что и подтверждает тезис об оценке независимости в ст. 5 в качестве принципа правосудия.
Несмотря на исчерпывающих перечень норм, юридико-технически оперирующих термином принцип, искомые нами основополагающие начала обнаружены и в иных статьях. Так, в соответствии со ст. 1 федерального конституционного закона от 21.07.1994 г. № 1-ФКЗ, Конституционный Суд Российской Федерации - судебный орган конституционного контроля, самостоятельно и независимо осуществляющий судебную власть посредством конституционного судопроизводства. Таким образом, легальная дефиниция с конкретизацией статусных характеристик Конституционного Суда РФ совокупно предусмотрела его ключевой принцип -самостоятельности и независимости. По аналогии со ст. 5, придерживаясь изложенной логики, полагаем, справедливо говорить о формализации независимости и самостоятельности в ранге принципа конституционного правосудия в ст. 1 федерального конституционного закона от 21.07.1994 г. № 1-ФКЗ. Тем более, что в ее тексте непосредственно содержится конституционное определение функционала правосудия (ч. 1 ст. 118).
Подчеркнем, что тождественным является характеристика Конституционного Суда РФ в ст. 18 федерального конституционного закона от 31.12.1996 г. № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» [3]. Следовательно, можно утверждать о последовательности законодательного подхода, подчеркивающего парность самостоятельности и независимости как
единого принципа деятельности Конституционного Суда РФ. Подобного рода парность сохраняется при формализации в ст. 7 федерального конституционного закона от 21.07.1994 г. № 1-ФКЗ - самостоятельность и независимость Конституционного Суда РФ при осуществлении информационного и кадрового обеспечения своей деятельности. Таким образом, одной из особенностей является парность самостоятельности и независимости, как единого принципа Конституционного Суда РФ в его функциональной характеристике (фактически правосудии), а также при осуществлении информационного и кадрового обеспечения своей деятельности.
Далее отметим, что институциональный аспект принципа независимости отражен в ст. 5 федерального конституционного закона от 21.07.1994 г. № 1-ФКЗ в качестве указания независимости как основного принципа деятельности Конституционного Суда Российской Федерации. В ст. 7 данный аспект принципа независимости формализован в организационном, финансовом и материально-техническом отношениях от любых других органов.
Исходя из аналитики федерального конституционного закона от 21.07.1994 г. № 1-ФКЗ, нами также обособлен персональный аспект независимости, отраженный в ст.ст. 13 и 29.
Объективным видится и выделение процессуального аспекта независимости в ст.ст. 7 и 29 федерального конституционного закона от 21.07.1994 г. № 1-ФКЗ.
Принципы конституционного правосудия реализуются в судебном процессе с учетом статусных и компетенционных особенностей Конституционного Суда РФ.
Непосредственно реализация процессуального аспекта принципов конституционного правосудия его упорядочению, определяет способы и пределы участия сторон, влияет на объем прав и обязанностей его участников. Как итог заявленные принципы раскрывают направленность всех субъектов конституционного судебного процесса в целях достижения поставленных перед Конституционным Судом РФ задач по отправлению конституционного правосудия [4, с. 25].
Подобного рода тезисы опосредуют раскрытие содержания не только заявленных аспектов исследуемых принципов правосудия, но также статусных уточнений по поводу Конституционного Суда РФ и дискуссионных моментов его функционала.
Итак, на основе конституционных установлений в традиционном понимании Конституционный Суд РФ является судом и в этом качестве осуществляет правосудие посредством конституционного судопроизводства. Сделаем ремарку, что данный тезис соответствует смысловой нагрузке ст. 1 федерального конституционного закона от 21.07.1994 г. № 1 -ФКЗ. В доктринальном аспекте определение места конституционного суда как специализированного органа конституционного контроля в системе разделения властей остается предметом дискуссии: судебная власть [5, с. 8; 6, с. 23] или контрольная [7, с. 158-166; 8, с. 4445]. Конституционный Суд РФ, находясь в системе государственно-властных отношений, является прежде всего правоприменительным, юрисдикционным органом судебной власти. Одновременно, как особый орган государственной власти, осуществляющий функцию конституционно-судебного контроля, он активно вторгается в нормативную правовую сферу, влияет на нее своим специфическим государственно-властным инструментарием, чему способствует особая природа его решений. В рамках деятельности Конституционного Суда РФ на определенном этапе появляется функция нормоконтроля (оценка законности правового акта). Реализация нормоконтроля с неизбежностью обусловливает нормотворческую функцию суда, назначение которой состоит в оперативном и профессиональном снятии общественного противоречия с помощью аутентичного восполнения пробела, неизбежно образующегося в результате собственной нормоконтрольной деятельности суда [9, с. 154-170; 10, с. 118-149].
Таким образом, абстрактно Конституционный Суд РФ можно представить как специфический судебно-контрольный орган, деятельность которого связана с экспертно-аналитической оценкой как проверяемых норм права, так и состояния и динамики развития государственно-правовой системы в целом [11, с. 35-36]. На наш взгляд, не отрицая подобного рода доктринальных рассуждений, все-таки следует придерживаться базовых конституционных норм, согласно которым Конституционный Суд РФ является судом, функционал которого сопряжен не только с правосудием, но также специфической контрольной деятельностью. Кроме того, на основании ч. 1 ст. 118 Конституции Российской Федерации правосудие в Российской Федерации осуществляется только судом, но не зафиксировано, что судом может быть реализовано только правосудие. Поэтому контрольное направление деятельности
Конституционного Суда РФ, конечно, оказывает влияние на специфику его статуса, но не исключает его принадлежности судебной власти и осуществления правосудия.
Далее рассмотрим содержание искомого нами принципа независимости в рамках конституционного судопроизводства (ст. 29). Исследование данной нормы показало, что в большинстве своем установления нормы касаются независимости судей.
Независимость судей Конституционного Суда РФ выступает и как необходимый элемент их правового статуса (ст. 13 федерального конституционного закона от 21.07.1994 г. № 1-ФКЗ «Гарантии деятельности Конституционного Суда Российской Федерации»), и как один из основных процессуальных принципов в конституционном судопроизводстве. Наличие ст.ст. 13 и 29 в специальном федеральном конституционном законе объяснимо тем, что независимый статус судьи вне судопроизводства необходим именно для того, чтобы обеспечить независимость при принятии решений Судом. В то же время процессуальное положение судьи, как и вся законодательно установленная процедура конституционного судопроизводства, выступает в качестве гарантии независимости судей [12].
Федеральный конституционный закон от 21.07.1994 г. № 1-ФКЗ связывает запрет любого вмешательства в деятельность Конституционного Суда РФ с ответственностью за нарушение такого запрета. В отличие от иных гарантий независимости судей, предполагаемая ответственность устанавливается нормами отраслевого законодательства.
Действующие нормативные правовые акты не определяют специальные составы правонарушений, связанные с вмешательством в деятельность судей Конституционного Суда РФ. Такие нарушения преследуются на основании норм Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (ст.ст. 17.3, 17.4, 17.9) и Уголовного кодекса Российской Федерации (ст.ст. 294, 296, и 297).
Далее перейдем к содержательному уточнению принципа независимости в институциональном аспекте правосудия, изложенном в ст. 7 федерального конституционного закона от 21.07.1994 г. № 1-ФКЗ.
Построение системы независимых судов в современной России было невозможно без обеспечения организационной, а значит, и финансовой независимости судов от других ветвей власти, прежде всего исполнительной, поскольку согласно бюджетному законодательству составление проектов бюджетов - исключительная прерогатива Правительства РФ, непосредственное составление проектов бюджетов осуществляет Министерство финансов Российской Федерации (ч. 2 ст. 171 Бюджетного кодекса Российской Федерации [13]). Независимость Конституционного Суда РФ в финансовом аспекте обоснована ст. 124 Конституции, согласно которой финансирование судов производится только из федерального бюджета и должно обеспечивать возможность полного и независимого осуществления правосудия. Заметим, что в ст. 7 федерального конституционного закона от 21.07.1994 г. № 1-ФКЗ вместо термина «правосудия» использован термин «конституционное судопроизводство». Полагаем, подобного рода разночтение не критично, однако, уместнее было бы в специальном законе закрепить понятие «правосудие». Принцип организационной, финансовой и материально-технической независимости Конституционного Суда РФ, прежде всего, реализуется ежегодным установлением в федеральном бюджете отдельной статьи. Совокупно с установленным в этой же статье запретом уменьшения финансирования Конституционного Суда РФ, по сравнению с бюджетом предыдущего года, эта мера эффективно способствует финансовой независимости [14, с. 355-373].
Из федерального закона от 10.02.1999 г. № 30-ФЗ «О финансировании судов Российской Федерации» вытекает, что даже отсутствие утвержденного бюджета не должно негативно сказаться на деятельности судебной системы. Если федеральный бюджет на текущий финансовый год не утвержден, суды финансируются ежемесячно в размере одной двенадцатой суммы, предусмотренной на их содержание законом о федеральном бюджете за истекший год [15]. Независимость Конституционного Суда РФ обеспечивается имуществом, которое необходимо для реализации его деятельности. Имущество находится в оперативном управлении данной судебной инстанции, что свидетельствует о наделение Конституционного Суда РФ статусом юридического лица. Конституционный Суд РФ самостоятельно распоряжается выделяемыми денежными средствами, а контроль за их целевым использованием может
осуществлять только Счетная палата РФ. Никакие органы не вправе проводить проверку финансово-хозяйственной деятельности Конституционного Суда РФ, поскольку их полномочия определены федеральным законом либо актами нижестоящей юридической силы [16].
Далее обратим внимание на единство проявления принципа самостоятельности и независимости Конституционного Суда РФ при осуществлении информационного и кадрового обеспечения своей деятельности (ст. 7). Независимость в организационном отношении наряду с обозначением самостоятельности от законодательных и исполнительных органов государственной власти подчеркивает обособленность Конституционного Суда РФ от иных судов - общей и арбитражной юрисдикции, а также конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации. Что касается самостоятельности и независимости при реализации информационной деятельности, то данное направление обеспечивают автоматизированная информационная система «Делопроизводство» и информационная система «Судопроизводство». Выполняя требования федерального закона «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» [17] был создан официальный сайт Конституционного Суда РФ в сети Интернет (www.ksrf.ru).
Подводя итоги статьи, отметим доктринально обоснованную дуальность статуса Конституционного Суда РФ. С одной стороны, это суд, осуществляющий функционал правосудия, но с другой - это высший орган государственной власти в механизме конституционного контроля. При осуществлении правосудия посредством установленной формы судопроизводства Конституционный Суд РФ связан только Конституцией РФ и федеральным конституционным законом от 21.07.1994 г. № 1-ФКЗ. Основополагающие начала самостоятельности и независимости являются по праву обеспечивающими данный статус. В связи с чем и получили специфическую формализацию в специальном законодательстве. Последняя в рамках федерального конституционного закона от 21.07.1994 г. № 1-ФКЗ может быть сведена к следующим положениям:
- формализация самостоятельности и независимости Конституционного Суда РФ в качестве единого принципа при его статусной характеристике (ч. 1), а также при осуществлении информационного и кадрового обеспечения своей деятельности (ст. 7). В первом случае, исходя из доктринальных положений, а также интерпретации конституционно-законодательных установлений, надлежит говорить о самостоятельности и независимости как принципе конституционного правосудия;
- формализация принципа независимости как самостоятельного принципа конституционного правосудия в ст. 5 на основе доктринальных положений, а также интерпретации конституционно-законодательных установлений;
- формализация институционального (организационное, финансовое и материально-техническое отношение в ст. 7), процессуального (конституционное судопроизводство в ст. 29 и его финансирование в ст. 7) и персонального (судьи в ст. 29 и гарантирование в ст. 13) аспектов принципа независимости.
Литература и источники
1. Федеральный конституционный закон от 21.07.1994 г. № 1 -ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» (ред. от 29.07.2018 г.) // СЗ РФ. 1994. № 13. Ст. 1447; 2018. № 31. Ст. 4811.
2. Конституция Российской Федерации принята всенародным голосованием 12.12.1993 г. (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 5.02.2014 г. № 2-ФКЗ) // СЗ РФ. 2014. № 9. Ст. 851.
3. Федеральный конституционный закон от 31.12.1996 г. № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» (ред. от 30.10.2018 г.) // СЗ РФ. 1997. № 1. Ст. 1; 2018. № 45. Ст. 6823.
4. Конституционный судебный процесс / отв. ред. М.С. Саликов. М.: Норма, 2003.
5. Казаклиу А. Актуальные проблемы конституционной юрисдикции Республики Молдова // Конституционное право: Восточно-европейское обозрение. 2001. № 4(37).
6. Конституционное правосудие в странах СНГ и Балтии / сост. В.К. Боброва, М.А. Митюков. М., 1998.
7. Чиркин В.Е. Контрольная власть. М., 2008.
8. Шульженко Ю.Л. Конституционный контроль в России. М., 1995.
9. Витрук Н.В. Конституционное правосудие России (1991-2001 гг.): Очерки теории и практики. М., 2001.
10. Бондарь Н.С. Судебный конституционализм в России в свете конституционного правосудия. М., 2011.
11. Бондарь Н.С. Конституционное правосудие и развитие конституционной юриспруденции в России // Журнал российского права. 2011. № 10.
12. Комментарий к Федеральному конституционному закону «О Конституционном Суде Российской Федерации» (постатейный) / под ред. Г.А. Гаджиева. М.: Норма, Инфра-М, 2012.
13. Бюджетный кодекс Российской Федерации от 31.07.1998 г. № 145-ФЗ (ред. от 15.04.2019 г.) // СЗ РФ. 1998. № 31. Ст. 3823; 2019. № 16. Ст. 1825.
14. Фомин Д. Финансирование судебной системы в России // Отечественные записки. 2003. № 2.
15. Федеральный закон от 10.02.1999 г. № 30-Ф3 «О финансировании судов Российской Федерации» (ред. от 12.03.2014 г.) // СЗ РФ. 1999. № 7. Ст. 877; 2014. № 11. Ст. 1094.
16. Мазуров А.В. Комментарий к Федеральному конституционному закону «О Конституционном Суде Российской Федерации» (постатейный). М.: Частное право, 2009.
17. Федеральный закон от 22.12.2008 г. № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» (ред. от 28.12.2017 г.) // СЗ РФ. 2008. № 52 (ч. 1). Ст. 6217; 2018. № 1 (Часть I). Ст. 7.
References and Sources
1. Federal'nyj konstitucionnyj zakon ot 21.07.1994 g. № 1-FKZ «O Konstitucionnom Sude Rossijskoj Federacii» (red. ot 29.07.2018 g.) // SZ RF. 1994. № 13. St. 1447; 2018. № 31. St. 4811.
2. Konstituciya Rossijskoj Federacii prinyata vsenarodnym golosovaniem 12.12.1993 g. (s uchetom popravok, vnesennyh Zakonami RF o popravkah k Konstitucii RF ot 5.02.2014 g. № 2-FKZ) // SZ RF. 2014. № 9. St. 851.
3. Federal'nyj konstitucionnyj zakon ot 31.12.1996 g. № 1-FKZ «O sudebnoj sisteme Rossijskoj Federacii» (red. ot 30.10.2018 g.) // SZ RF. 1997. № 1. St. 1; 2018. № 45. St. 6823.
4. Konstitucionnyj sudebnyj process / otv. red. M.S. Salikov. M.: Norma, 2003.
5. Kazakliu A. Aktual'nye problemy konstitucionnoj yurisdikcii Respubliki Moldova // Konstitucionnoe pravo: Vostochno-evropejskoe obozrenie. 2001. № 4(37).
6. Konstitucionnoe pravosudie v stranah SNG i Baltii / sost. V.K. Bobrova, M.A. Mityukov. M., 1998.
7. CHirkin V.E. Kontrol'naya vlast'. M., 2008.
8. SHul'zhenko YU.L. Konstitucionnyj kontrol' v Rossii. M., 1995.
9. Vitruk N.V. Konstitucionnoe pravosudie Rossii (1991-2001 gg.): Ocherki teorii i praktiki. M., 2001.
10. Bondar' N.S. Sudebnyj konstitucionalizm v Rossii v svete konstitucionnogo pravosudiya. M., 2011.
11. Bondar' N.S. Konstitucionnoe pravosudie i razvitie konstitucionnoj yurisprudencii v Rossii // ZHurnal rossijskogo prava. 2011. № 10.
12. Kommentarij k Federal'nomu konstitucionnomu zakonu «O Konstitucionnom Sude Rossijskoj Federacii» (postatejnyj) / pod red. G.A. Gadzhieva. M.: Norma, Infra-M, 2012.
13. Byudzhetnyj kodeks Rossijskoj Federacii ot 31.07.1998 g. № 145-FZ (red. ot 15.04.2019 g.) // SZ RF. 1998. № 31. St. 3823; 2019. № 16. St. 1825.
14. Fomin D. Finansirovanie sudebnoj sistemy v Rossii // Otechestvennye zapiski. 2003. № 2.
15. Federal'nyj zakon ot 10.02.1999 g. № 30-FZ «O finansirovanii sudov Rossijskoj Federacii» (red. ot 12.03.2014 g.) // SZ RF. 1999. № 7. St. 877; 2014. № 11. St. 1094.
16. Mazurov A.V. Kommentarij k Federal'nomu konstitucionnomu zakonu «O Konstitucionnom Sude Rossijskoj Federacii» (postatejnyj). M.: CHastnoe pravo, 2009.
17. Federal'nyj zakon ot 22.12.2008 g. № 262-FZ «Ob obespechenii dostupa k informacii o deyatel'nosti sudov v Rossijskoj Federacii» (red. ot 28.12.2017 g.) // SZ RF. 2008. № 52 (ch. 1). St. 6217; 2018. № 1 (CHast' I). St. 7.
ЗАХАРОВ СЕРГЕЙ СЕРГЕЕВИЧ - начальник Управления судебного департамента в Белгородской области. ZAKHAROV, SERGEY - Head of the Judicial Department Directorate in the Belgorod Region (info@bel-usd.ru).
УДК 342.9.
ВОЛКОВА В.В.
ВНЕСУДЕБНАЯ ЗАЩИТА ПРАВ ГОСУДАРСТВЕННЫХ ГРАЖДАНСКИХ СЛУЖАЩИХ
ПРИ ПРИМЕНЕНИИ МЕР ПООЩРЕНИЯ
Ключевые слова: внесудебная защита, государственная гражданская служба, меры поощрения, безупречная и эффективная служба, третейское разбирательство, медиация, переговоры, комиссия по служебным спорам.
В статье рассматриваются основные виды юрисдикционной защиты нарушенных прав граждан. Основное внимание сконцентрировано на сущностно-содержательной характеристике и разновидностях внесудебной защиты права государственных служащих с учётом их особого статуса. На основании анализа действующего законодательства сделан вывод о том, что для решения конфликта при применении мер поощрения государственных гражданских служащих активно используются переговоры и обращение в комиссию по урегулированию служебных споров. В современных условиях особое значение приобретают третейские разбирательства (арбитраж) и медиация. Однако по факту третейское разбирательство не может применяться по отношению к государственным служащим, а к медиации на практике обращаются крайне редко. Автор выделил в общей структуре внесудебных способов защиты забастовку, прекращение исполнения трудовых обязанностей в целях урегулирования спора, самозащиту. Однако в отношении споров, возникших у государственного служащего и его нанимателя, данные методы применяться не могут. По результатам проведенного исследования сделан концептуальный вывод о том, что внесудебные способы защиты обладают рядом преимуществ, поскольку с их помощью можно разгрузить судебные органы, ускорить судебный процесс, а также повысить качественные характеристики правосудия.
VOLKOVA, V.V.
NON-JUDICIAL PROTECTION OF THE RIGHTS OF PUBLIC CIVIL SERVANTS AT THE APPLICATION
OF INCENTIVES
Keywords: non-judicial protection, public civil service, incentives, impeccable and effective service, arbitration, mediation, negotiations, Commission on official disputes.
In the article considered the main types of jurisdictional protection of violated rights of citizens. The main attention is focused on the essential-substantive characteristics and types of non-judicial protection of the rights of civil servants, taking into account their special status. Based on the analysis of the current legislation, it is concluded that negotiations and appeal to the Commission for the settlement of official disputes are actively used to resolve the conflict in the application of measures to encourage public civil servants. In modern conditions, arbitration (arbitration) and mediation are of particular importance. However, in fact, arbitration can