ОРЛОВА О. В.
Образ Арктики в творчестве художников Республики Коми
O. ORLOVA
The image of the Arctic in the Visual arts of the Komi Republic
Сведения об авторе:
Орлова Ольга Владимировна, заведующая музейно-исследовательским отделом
Национальной галереи Республики Коми (Сыктывкар)
leka-orlova@mail.ru
Author:
Olga Vladimirovna Orlova, Head of the Department of Museum and Research Work of
the National Gallery of the Komi Republic (Syktyvkar)
leka-orlova@mail.ru
Аннотация
Статья посвящена трактовке мотивов северной природы современными художниками, посетившими Арктический регион в конце ХХ - начале XXI в.
Abstract
The article is dedicated to the interpretation of northern nature motives by contemporary artists who visited the Arctic region in the end of the 20th and the beginning of the 21th century.
Ключевые слова:
Арктика, современное искусство, образ Севера, Республика Коми, начало XXI в. Keywords:
the Arctic, Contemporary Art, images of the North, the Republic of Komi, the beginning of the 21th сentury.
Познание провинциальной художественной культуры приобретает глобальное значение в меняющемся геополитическом пространстве. Образ Севера, «как виртуальное культурное наследие»1, становится объективно востребован обществом.
Духовная особенность огромных северных пространств одухотворённого обитания неизменно привлекала художников. Богатейшие запасы минеральных ресурсов, романтика сделали Север интереснейшим объектом для живописного освоения. Основополагающей работой, посвящённой философии культуры Севера, является исследование Н.М. Теребихина, опубликованное в 2004 г.2 Вопрос формирования образа Севера в изобразительном искусстве остаётся открытым и требует специального исследования.
Художники, воспевая Русский Север, синтезировали прожитые впечатления, внутреннее зрение в изобразительные произведения. Живописные образы - результат многочисленных путешествий, работы в геологических партиях, экспедициях и северных наблюдений. Жанровые трансформации провинциальных художников, творческий взлёт которых пришёлся на период «застоя» - 1970-80-е гг. (живописец С.А. Торлопов, скульптор В.И. Смирнов, график-офортист Е.П. Борисевич и др.), помогают реконструировать образ Севера, вернуть и придать ему статус особого духовного пространства.
В статье рассматриваются отдельные персоналии и произведения, созданные в 1970-80-е гг. Привлекаются наиболее яркие и знаковые работы художников, расцвет которых пришёлся на период подъёма изобразительного искусства Республики Коми, и художников, эволюционирующих с точки зрения пластического языка. Соприкасаясь с живой интонацией северной природы, они отразили сущность времени, его «романтизированную» симптоматику. Сквозная задача художника обрела свою драматургию решения и разнообразие форм пластической выразительности 1970-80-х гг. Созданная ими художественная идея-образ в изобразительном пространстве выразила своё время, организуя новое пространство, воздействуя на действительность.
Раскрывая художественно-эстетическую специфику региона, необходимо отметить феноменальность такого регионального явления, как длительные путешествия художников (С.А. Торлопов, В.И. Смирнов, В.А. Ро-хин, В.В. Трофимов, С.С. Асташев, Г.А. Дмитриев, Ф.Б. Бурангулов и др.) на отдалённые северные территории. «Уход» с экспедициями на Север
Красовская Т.М. Образ Русского Севера: особенности формирования в современной географии и искусстве // Национальный психологический журнал. 2013. № 3 (11). С. 2.
Теребихин Н.М. Метафизика Севера: Монография. Архангельск, 2004. С. 272.
Рис. 1. Вениамин Смирнов. «Север». Батик. 1969 г. Воркутинский музейно-выставочный центр
сравним с монашеским уходом, подвижничеством. Только в подобном пребывании «за пределами человеческого жизненного пространства и достижении обетованной земли, локализованной в ином измерении», «в самом "пекле" потусторонней реальности»1 возможно художественное переживание Севера на некоем «острове спасения», в «уединённой молитве». «Духовное подвижничество», «движение на Север», его художественное освоение в 1970-80-е гг. воспринимались (осознанно или нет) как стремление к «началу». Путешествия-экспедиции художников - это своеобразное паломничество в «иной мир» (Приполярный Урал, арктическое побережье, тундра, арктические реки).
В творчестве акценты художественного романтизированного восприятия Севера смещаются, но не исчезают. Появляются образы мужественных и простых северных людей (В.И. Смирнов. Батик «Север» (рис. 1); объёмная пластика «Век Солнца», «Сын Севера», «Женщины Севера», «Отдых оленеводов», «Чёрная пурга», «Тундра»), активное освоение северных просторов (В.И. Смирнов. «Мыс Дежнёва») геологами, нефтяниками, шахтёрами (В.И. Смирнов. «Шахтёр»).
Провинциальная художественная культура Севера и такой существенный её феномен, как «Образ Севера», в изобразительном творчестве рассматриваются как метафизический «остров спасения», обладающий нравственной силой.
Теребихин Н.М. Метафизика Севера: Монография. Архангельск, 2004. С. 25.
В разножанровых произведениях живописи, скульптуры, графики художников Республики Коми (С.А. Торлопов1, В.Н. Мамченко2, В.И. Смир-нов3, В.А. Рохин4, Ю.Г. Борисов5, И.В. Пылаев6, В.В. Трофимов7, С.С. Аста-шев8, Г.А. Дмитриев9, Ф.Б. Бурангулов10 и др.), многие из которых сами побывали в Арктическом регионе в творческих поездках и в геологических партиях, нашло отражение «художественное» познание арктической территории.
Живописную «одухотворённую» провинцию невозможно жёстко структурировать. В тонкоколористических живописных полотнах С.А. Торлопова («Красная палатка» (рис. 2), «Дремлет северное море»,
Торлопов Станислав Анфимович (1936, Москва - 2015, Сыктывкар). Живописец. Народный художник Российской Федерации (2006), заслуженный художник РСФСР (1971), народный художник Коми АССР (1980), действительный член Петровской академии наук и искусств (1999), лауреат Государственной премии Коми АССР (1968).
Мамченко Владислав Никанорович (1929, д. Шугайлово Смоленской обл. - 2006, Сыктывкар). Скульптор. Заслуженный деятель искусств Коми АССР (1971), заслуженный художник РФ (2005), трижды лауреат Государственной премии Республики Коми, награждён орденом Дружбы, действительный член Петровской академии наук и искусств (1999).
Смирнов Вениамин Иванович (1937, Ленинград - 2006, Воркута). Скульптор. Поэт. Работал в области станковой, монументально-декоративной скульптуры, графики, в декоративно-прикладных формах искусства.
Рохин Владимир Афанасьевич (1939-2020, Сыктывкар). Скульптор. Работал в монументальной, монументально-декоративной и станковой скульптуре. Автор памятников, портретов и композиций. Лауреат премии Коми комсомола (1969), лауреат Государственной премии Коми АССР им. В.А. Савина (1990), заслуженный деятель искусств Коми АССР (1979), народный художник Республики Коми (1993), лауреат премии правительства Республики Коми (2003), член-корреспондент Петровской академии наук и искусств (2002).
Борисов Юрий Григорьевич (1928, с. Турья, Коми АССР - 1977, п. Ефимовский, Бок-ситогорский район Ленинградской обл.). Скульптор. Работал в станковой и монументальной скульптуре. Лауреат Государственной премии Коми АССР. Пылаев Игорь Валентинович (1935, г. Уссурийск Приморского края - 2015, Сыктывкар). Работал в станковой, монументальной, архитектурно-декоративной скульптуре, в скульптуре малых форм, в области театрально-декорационного искусства. Автор портретов, композиций, памятников. Заслуженный деятель искусств Республики Коми.
Трофимов Виталий Викторович (род. в 1943, с. Лебяжье Егорьевского района Алтайского края). График, акварелист. Заслуженный работник культуры Республики Коми.
Асташев Сергей Семёнович (род. в 1952, г. Ковров Владимирской обл.). Живописец. Дмитриев Геннадий Александрович (род. в 1946, с. Екатериновка Сальского района Ростовской обл.). Живописец. Заслуженный художник Российской Федерации, заслуженный работник Республики Коми, лауреат Государственной премии Республики Коми.
Бурангулов Фарук Бакирович (род. в 1958, д. Ново-Соболева Аргаяшского района Челябинской области). Живописец. Председатель Коми регионального отделения ВТОО «Союз художников России».
4
Рис. 2. Станислав Торлопов. «Красная палатка». Холст, темпера. 1991 г. Национальная галерея Республики Коми
«Вечное», «Полярные хребты», «Каменный ковёр») это «замирающее время» в непреодолимом пространстве Севера; в декоративно-станковых произведениях Вениамина Смирнова, естественно соединяющего выразительные средства разных видов пластических искусств («Кольцо Воркуты», «Синяя ночь», «Сын Севера», «Чёрная пурга», «Женщины Севера», «Тундровые озёра»), нет ограничения времени и пространства, всё «растворяется» в полярных белых ночах.
«В активных поисках своего неповторимого пути в искусстве художников сближала современная тема, в которой остро нуждалось время, положившее начало широкому освоению Севера, обладающего огромными природными богатствами»1.
В 1972 г. С.А. Торлопов в качестве рабочего (только так художник мог попасть в состав геологической экспедиции) с учёными Института геологии Коми филиала Академии наук СССР совершил поездку к арктическому побережью. В напряжённые месяцы вдохновенного творчества и созерцания художник преобразует «пейзаж-вечность» в художественное пространство. Его полотна - не внешний мир видимого ландшафта, стихии, а художественный облик мира внутреннего, «невыразимого», воздушно «волнующего душу». Художник по-новому увидел сам и заставил зрителя взглянуть на девственный северный пейзаж, преобразованный
Поповцева Э.К. Станислав Торлопов. Ветер дальних дорог. Сыктывкар, 2013. С. 7.
на полотне. «От корня - северянин, Севером воспитан, я не мыслю себя вне его. Он - мой наставник и судья»1, - писал С.А. Торлопов.
Эмоционально-импульсивные работы С.А. Торлопова, С.С. Асташе-ва («Голубые дали», триптих «Пай-Хой одного дня») - больше, чем живописные произведения, это «художественный текст», «изобразительная поэзия», музыкальное изображение. В образных пейзажах живописцев отразилось представление об идеальном мире. Художники с ярко выраженным поэтическим мышлением создали на своих полотнах новые миры, с новым временем и пространством. «[В пейзаже] должна быть история души. Он должен быть звуком, отвечающим сердечным чувствам. Это трудно выразить, это так похоже на музыку. <...> Как странно всё это и страшно, и как хорошо небо, никто не смотрит. Какая тайна мира - земля и небо. Нет конца, никто никогда не поймёт этой тайны, как не поймут и смерть. А искусство - в нём есть что-то небесное, музыка», - писал К.А. Коровин2.
Образный строй северных пейзажей С.А. Торлопова - берег с пустынными бухтами острова Вайгач, сухие каменистые скалы Югорского полуострова, омываемые водами Карского моря, с чертами индивидуального представления о природе. Цикл этюдов «Остров Вайгач» (1972-1973), на котором он провёл месяц, с изображением морского побережья - «Арктика. Мыс Андреева», «Вайгач. Мыс Гребень», «Вайгач. Бухта Утиная», «Вайгач. У Карских ворот», «Вайгач. В бухте Покоя», «Вайгач. Лазурный вечер» - воплощённое молчание, тишина. Образы земной бесконечности неба, моря, гор уводят от реального, несозданного.
Целая серия работ С.А. Торлопова с мотивами моря, гор («Холодное море», «Море и чайки», «У моря студёного», «Усталые чайки») составила единое гармоничное художественное целое. Выполненные в разное время суток, главным образом вечером и ночью («Песня северных ночей», «Летняя ночь», «С Большой земли»), полотна поэтически-эмоционально взаимодействуют друг с другом. Небо в работах С.А. Торлопова - отдельный пейзаж. Один из почитаемых им художников Николай Рерих восторженно относился к «небесной архитектуре». В полотнах Торлопова («Дремлет северное море» (1984), «С Большой земли» (1974), «Вечное» (1976)) северное небо совершенно в своей образности.
С.А. Торлопов открыл для себя новый свет, оттенки, воздушную среду первозданного арктического Севера. Поэтическое настроение Торлопов передал чистыми средствами пленэрной живописи. Холодные оттенки
Торлопов С.А. Мой Север - судьба, путь и выбор // Художник. 1987. № 1. С. 6. Гусарова А.П. Константин Коровин: Путь художника. Художник и время. М., 1990. С. 83, 108.
«типично небесной краски» - синей - придают, как писал В.В. Кандинский, «неизмеримую внутреннюю важность и значение»1. Далее у него же: «Склонность синего к углублению так велика, что его интенсивность растёт именно в более глубоких тонах и становится характернее внутренне. Чем глубже становится синее, тем больше зовёт оно человека к бесконечному, будит в нём голод к чистоте и, наконец, к сверхчувственному. Это - краска и цвет неба так, как мы себе его представляем при звучании слова "небо"»2. Станковые пейзажные работы тематического звучания С.А. Торлопова - «На краю Большой земли» (1973), «Полярные хребты» (1974), «Стожары» (1974), «Летняя ночь. Хребет Скальный» (1978). Триптих «Поэма о Северном море» (1976) - самое значительное произведение С.А. Торлопова 1970-х гг. - наполнен эпическим звучанием и смыслом. Центральное полотно «Вечное» передаёт беспредельный мир девственной природы Арктики с её сдержанным величием. В двух частях триптиха, «На дальних островах» и «У моря студёного», художник изобразил метеорологическую полярную станцию и рыболовецкие сети, развевающиеся под порывами морского ветра.
Удивительным образом С.А. Торлопов объединяет пейзаж и настоящее (человека и его деятельность) в одном контрапункте времени и пространства. Сюжетно-повествовательные композиции с воспроизведением кочевой жизни геологов, отдыхающих у костра на берегу залива, покрытого плывущими льдинами, - «Арктическое лето» (1974); рыбаков, ожидающих выхода в море, - «Перед путиной» (1974); встреча прилетевшего с материка самолёта - «С Большой земли» (1974). С.А. Торлопов обладал потрясающим созерцательным даром. Его земное пространство с небом, морем - самые совершенные пейзажи. Величественная возвышенность Пай-Хоя, протянувшаяся через весь Югорский полуостров, послужила поводом для создания пейзажных эпическо-романтических полотен - «Пай-Хой. Лебединое озеро» (1976). Автобиографичное, с философичным звучанием произведение - «Лето на Пай-Хое» (1985)3, где художник в величественном, панорамном пейзаже изобразил, едва обозначив, самого себя.
В 1980-е гг. арктический пейзаж в творчестве С.А. Торлопова получает новое развитие: от поэтических форм к философско-созерцатель-ным полотнам («Мирное море», «В мире вечных льдов» (1980), «Дремлет
Кандинский В.В. О духовном в искусстве (Живопись) // Кандинский В.В. Избранные труды по теории искусства: в 2 т. / Под ред. Н.Б. Автономовой, Д.В. Сарабьянова, В.С. Турчина. М., 2008. Т. 1. 1901-1914. С. 354. Там же. С. 128.
Работа экспонировалась на выставке «Советская Россия» и была приобретена Государственной Третьяковской галереей.
северное море» (1984), «Скалистые горы» (1989)). Запечатлён полярный ландшафт «единого прекрасного мироздания» с невероятно огромным диском луны, зависшим над морским побережьем в ночном арктическом небе, и мистическим строением исследовательской станции («Творения Неба и Земли» (1983)), солнца с кольцами гало вокруг («С Большой земли» (1974), «Песня северной ночи» (1985)).
Поэтическое вглядывание в небесную и морскую стихии рождает потаённые пейзажные образы. В полотнах С.А. Торлопова - картинах, этюдах с натуры - цельно выступает личность художника, его видение мира. В пейзаже «Песня северной ночи» художник запечатлел мир прекрасной девственной природы, величественную картину морского побережья с вырастающим из воды мощным скалистым массивом, с живописным ритмом гранёных форм, отражающихся в морских переливах, с лиричным оттенком расположившихся на скалах птиц. С.А. Торлопов, «как Нестеров, создал в своих картинах поэтическую легенду о Севере, стране, где человек и природа словно бы объединены единым молитвенным экстазом благоговеющего художника»1.
Соприкасаясь с живой интонацией северной природы, С.А. Торлопов, С.С. Асташев, Г.А. Дмитриев отражали сущность времени, его «романтизированную» симптоматику, заново проникали «в бытийные истоки своей личности»2.
Художники синтезировали прожитые впечатления, внутреннее зрение в цельное изобразительное произведение - творческий путь. С.А. Торлопов писал: «В жизни родных мест для художника всегда собраны воедино самые драгоценные свойства большой Жизни. Большого мира»3. Художники «обретали» себя в ландшафте Севера, находили своё пространство, свои визуальные эквиваленты переживания бесконечности.
Творческая команда пленэра визуальных искусств «Клюква. Берега» (Воркута, Вайгач, Приполярный Урал. Август 2016 г.) из живописцев, графиков, фотографов, обладающих поэтическим типом мышления, продолжила традиции арктических романтиков и создала пейзажную картину Севера. На просторах арктической тундры, побережьях Баренцева и Карского морей, Северного Ледовитого океана, в пустынных бухтах острова Вайгач, предгорьях и горах Полярного Урала сквозная задача участников пленэра обрела свою изобразительную драматургию в разнообразных формах пластической выразительности.
1 Гусарова А.П. Константин Коровин: Путь художника. Художник и время. М., 1990. С. 73.
2 Теребихин Н.М. Метафизика Севера. Архангельск, 2004. С. 9.
3 Торлопов С.А. Мой Север - судьба, путь и выбор // Художник. 1987. № 1. С. 10.
Именно пейзаж - одна из главных тем визуального творчества. Одни художники создавали в своих полотнах, листах, объективах миры с новым временем и пространством, другие - отображали действительность, симптомы времени.
Созданная художественная идея-образ выразила время, организуя новое пространство, воздействуя на реальность. В моменты путешествия, вдохновлённого творчества, поиска самих себя на ветрах свободы художники, независимо от творческих пристрастий и форм, создали образ художественного пространства территории.
Проступающая на полотне, бумаге, фотографии вечность северных пространств - это идеальные миры. Конкретные географические места, природные ландшафты стали для каждого устойчивыми пластическими образами территории. У каждого из художников свой образ Севера, свой молчаливый текст о вечном северном пейзаже. Пластическими средствами художники создали образ Арктики (исследуя её иконографические признаки), в которой жили и которая соответствовала их идеальному пространству, счастливому пространству. В этюдах, станковых работах -настоящий, физический Север. Главное в них - безграничность, необъятность, отсутствие пределов. Это Север, где человек не живёт, а появляется. В полевых этюдах царят законы простоты и ясности, в них крайне редки сложные формы и существа.
Одухотворённые работы Кристины Овсянкиной невозможно жёстко структурировать. В тонкоживописных холстах и листах («Подоблачная Нгетенапе», «Водопой», «Берег красных водорослей» (рис. 3), «Дом крикливой птицы», «Арктическая соль») колористика воды, ландшафтов тундры, скал, морского берега, неба, пространства передана акварельно-лирично. Индивидуальная способность видеть Кристины Овсянкиной заставляет искать образы, отличающиеся от стереотипов. Художница понимает окружающий мир звучно-гармонично. Будучи замеченной, природа послушно расступается. В листе «Ночной Варнек» туман («участник» всех пленэров «Клюква») покрывает всё таинственной пеленой: дома, мостки, людей, телевизионную тарелку, - создавая новое пространство-тайну. Варнек решил сделать подарок путешественникам - приоткрыть свой оберегаемый мир.
Преобразование художественного метода в работах Анжелы Разма-новой объясняется обрушительной эмоциональной бесконечностью пережитого. Пейзажные образы («Небо открыто. Варнек», «На Каре», «Берег») - это замирание в непреодолимом пространстве Севера, где нет ограничений времени и пространства, всё растворяется в вечной бесконечности. Остров Вайгач с высоты птичьего полёта видится в быстромёт-ных кучевых облаках во взбудораженном небе, с игрушечными домиками
Рис. 3. Кристина Овсянкина. «Берег красных водорослей». Пастель. 2016 г. Частное собрание
посёлка Варнек, с миражно проступающим на скале ликом одного из Хранителей острова. В северных пейзажах рисунок неважен. Цвет и свет вызывают восторг художника. Цветовая тональность работ Анжелы - от ко-бальтово-бирюзового до кадмиево-охристых оттенков. Холодные оттенки синей краски в работах живописца имеют «неизмеримую внутреннюю важность и значение». «Чем глубже становится синее, тем больше зовёт оно человека к бесконечному, будит в нём голод к чистоте и, наконец, к сверхчувственному»1. Всё сливается в беспредельное неумолимо-спокойное пространство вечности.
Олег Сизоненко не разбавляет пейзаж лишними подробностями своих собственных «незначительных» переживаний («Вайгач», «Карское море», «Коффердам. Карское море», «Летгей», «Суровый камень»). Благоговейно-почтительное созерцание переносит на холсты образы инобытия. Портретный ландшафт обобщается до фантастически-калейдоскопич-ного пространства, где отсутствует второстепенное: только цветоносная картина мира, пронизанная солнечным светом, оживлённая множеством
Кандинский В.В. О духовном в искусстве // Избранные труды по теории искусства. Т. 1. 1901-1914. М., 2001. С. 128.
радужных тонов и красок. Образы земной бесконечности неба, моря, гор уводят от реального. Красота рефлексов сравнима с драгоценными камнями, переливающимися на солнце каштаново-зеленоватым, багрово-фиолетовым, голубоватым, золотисто-желтоватым цветами.
Реалистическая направленность творчества Веры Петровской объясняется академической школой. Художница берёт видимое с натуры и делает изображение («Фотографы», «Ритмы Заполярья»). В листах, пронизанных светом («Полярный круговорот», «Свидание на камнях»), -не внешний мир видимого ландшафта, стихии, а художественный облик мира внутреннего, невыразимого, воздушно волнующего душу. Плавные, чистые силуэты фигур в состоянии трепетного движения пластически и образно вошли в скалистые пространства островного берега Вайгача. Пропуская белый цвет, разбрызганный, ложащийся пятнами-озёрами, через призму, художница заставляет зрителя взглянуть на девственный северный пейзаж, преобразованный снопом солнечных лучей на полотне, радужно-светло. Эмоционально-светоносные работы художницы («Вторжение света», «Белая насыпь», «Дыхание ветра») - художественный текст, изобразительная поэзия, музыкальное изображение. Внутренние поэтические мотивы художницы перешли в визуально-пластические решения.
Поэтическое настроение пленэрной живописи чистыми средствами передала в своих работах Людмила Горюнкова («Это видят люди», «Это видят птицы», «Летгей Яхо»). Для художницы важен естественный пейзаж, перенесённый из реального мира («День открытия Олимпиады в Рио. Вайгач», «Спящая полярная станция», «Апофеоз», «Кара. Уральская гряда»). Живопись (акварельная, масляная) - не выдуманная, не воображаемая. Скрупулёзное отношение к изображению скалистых структур, водных потоков (кристальный водопад, воды реки, озёр переливаются, журчат), флоры (стебельки, робко показывающие свои головки), фауны объединяет всё в единое целое.
Художница Анжела Разманова, углубляясь в арктическое пространство, преобразует пейзаж в сказочно-миражный, где реальный мир теряет свою кажущуюся ясность. Поэтическое начало, символическое видение растворены в её пейзажных композициях с особой, реверансной к началу XX в., силой («Карское море», «Священный олень», «Летгей»), где совершенно голые каменистые утёсы предстают бесконечной поэтической мелодией камня. Напряжённо-медитативная энергия художницы мыслится как сила, превышающая в своей выразительности содержательность.
Музыка работ Дмитрия Прокушева где-то аскетична, где-то откровенно декоративна («Чайка байдарацкая», «Каньон», «Тундра», «Клюква. Берега»). Ритмические формы, оригинальные формальные построения
в работе «Тундра» совершенны по передаче ощущений: винно-красная, болотно-зелёная тундра, с голубыми (иконный «голубец»), зеркальными островками-озёрами, с плавающими белильными кусочками облаков в них. Тундра повторяет то, что говорит небо, а небо устанавливает связь с земным, упираясь в линию, ограничивающую горизонт, с силуэтами Байдарацкой компрессорной станции. Ночной туман («Дом бабы Тани»), совершенно тихо укрывший остров, наполнил души всех разными чувствами и эмоциями.
Память северного ландшафта, сохранённая в сакральных объектах, антропологическом типе, излучающая мощную энергию, произвела на участников двойственное впечатление: пугающе-опасное, спасительно-духовное. Юрий Лисовский и Сергей Разманов почувствовали суть Русского Севера, рассматривая его как территорию, где сохранены древние традиции, которые остаются на протяжении столетий. Архетипиче-ские мотивы и мифологические образы являются для Лисовского направляющим вектором в творческом поиске целостности и единства человека и природы. Изобразительное исследование устройства иного мира, отличного от христианского, нашло своё воплощение в языческой графике художника-этнофутуриста («Красный олень», «Охранная собака Варне-ка», «Окаменевший герой»).
Ненцы чтут своих «хаев» и «сядэев», как и в былые времена. Угловатые, с неровными краями графические силуэты в работе Анастасии Юрьевой преломляются в рельефные формы двух камней-идолов острова Вайгач: «Вэсако» - Старик и «Ходако» - Старуха. Объёмы (несколько сантиметров глубиной) превращены в плоскости. Луноподобный женский силуэт с фрагментами включения синего цвета (стеклянные «небесные вставки») в стилизованные волосы-небеса, развевающиеся на морском ветру, пронизаны «пейзажами»-миниатюрами в междупрядьях. Работа выполнена из разборных металлических конструкций, найденных и сваренных на газокомпрессорной станции «Байдарацкая». Естественный цвет металла придал образу архаичное звучание.
В конструировании реальности Сергей Разманов использует архаичные, бессознательные приёмы, знаки и символы северных культур. Возвращение в прошлое в художественных формах - это проекция в будущее. Материал для своих работ художник привёз с морских берегов («Вайгачская птица», «Заполярный ангел» (рис. 4), «Деревянный олень»). Преобразованное водной стихией Карского, Баренцева морей, Ледовитого океана дерево стало соавтором художника. Когда-то сформированный подход к изображению эмоционально-чувственного восприятия в его объемных объектах нашёл особую выразительность, простоту, лёгкость, архаичность.
Рис. 4. Сергей Разманов. «Заполярный ангел». Дерево, кожа, металл. 2016 г. Собственность автора
В инсталляции «Без названия» Игоря Попова выражены скрытые метафизические смыслы. Особенность творческого высказывания художника - умение выйти за пределы себя, за границы данного мира, традиционных форм. «Мы были на острове два дня. На Вайгаче очень много капищ, и с этих мест запрещается что-либо забирать, уносить с собой... <...> Это напряжённое настроение - древние духи, запреты, священные места - вылилось в такие странные игрушки, которые я называю оберегами, тотемами. Я их собрал из того, что море "само отдавало": водоросли, челюсти и клешни крабов и т. д. Сначала шил игрушки, потом создавал образ»1, - так комментирует Игорь свои ощущения от посещения острова.
В устной беседе.
Игорь Попов опредметил свои взрослые фантазийные миры, в которые он погрузился, наделив игрушечные образы внутренней силой, тайной. Архаичное воображение, проектное мышление художника создало новые формы через переосмысление материала, который ему подарила природа. Модерность игрушечной инсталляции «Без названия» из восьми планшетов-образов - в мирах, которые Игорь Попов проектирует, восхищаясь дарами морской и океанской стихий, выбеленными до мраморного блеска. «Игрушки» воплощают собой то, из чего созданы: водоросли, выбеленные коряги, костяные останки морских обитателей - в сочетании с основой материального материкового мира человека (сшиты из лоскутов синей футболки художника). Инсталляция - попытка автора почувствовать, воплотить свои эмоции и выразить модернистское миропонимание в адекватных формах эстетики постмодерна.
В фотоинсталляции «Бесконечные пейзажи» Юрий Молодковец открыл новый свет, оттенки, воздушную среду первозданного арктического Севера, беспредельный мир девственной природы Арктики. Музейный взгляд, дар созерцания, художественное осмысление созданного природой помогли художнику прикоснуться к величественно-панорамной картине мира, в которой человек может обозначиться, прилетев и улетев на «взлётно-бумажном» самолётике. Полярный ландшафт единого прекрасного мироздания симфонических картин останется в хранилище вечности. Проект можно было бы назвать «Уединение. Арктика всегда»1. «Там, в Заполярье, пейзажи действительно бесконечны. Единственное, чем их можно ограничить, - это рамка видоискателя... <...> Для меня это время удивительного состояния, бесконечное рассматривание и поиск композиционных решений в сочетании неба, облаков, гор, тундры, воды и теней, которые ежесекундно предлагает природа... <... > Эти пейзажи убеждают меня, что человек здесь не нужен, его эпизодическое, фрагментарное присутствие и есть идеальный баланс взаимодействия с природой. И ещё, после нашего исчезновения из этих бесконечных пейзажей ничего не должно остаться, даже фантика», - написал в комментарии к своей инсталляции Юрий Молодковец. Фотополотна стали гармоничным сочетанием земной реальности, запредельного северного пространства и идеальной красоты с абсолютом простоты этического, эстетического, духовного.
Фотографы Марина Сивакова («Этнография», «Дневник», селфи-зо-на «Моржи»), Ольга Филиппова («Фотоэтюды»), Надежда Кожевникова
«Эрмитаж. Уединение» - авторский фотопроект Юрия Алексеевича Молодков-ца. 2006 г. // Сайт Государственного Эрмитажа [Электронный ресурс] URL: https:// www.hermitagemuseum.org/wps/portal/hermitage/what-s-on/temp_exh/1999_2013/ hm4_1_150?lng=ru (дата обращения: 16.06.2021).
(«Фотосерия»), Юрий Лисовский («Художественная миссия»), взаимодействуя с иконографией пространства, расставили собственные индивидуальные акценты в поиске образа Севера, его метафизической сущности через пейзаж, людей, обитателей. Однако наиболее устойчивыми пространственными воплощениями образа территории стали для фотографов необъятные просторы. Они визуализировали не только реальный пейзаж, но и, в некоторых случаях, метафизическое представление, ностальгическую тягу к творческой сущности времени (Юрий Молодко-вец, Игорь Попов).
Серии работ с чертами индивидуального представления о природе, созданные во время пленэра, с мотивами гор, моря, тундры составили единое гармоничное художественное целое. Живописцы, графики, фотографы открыли для себя новый свет, оттенки, воздушную среду первозданного арктического Севера, приобщились к арктической тайне, синтезировав прожитые впечатления, внутреннее зрение в цельное изобразительное произведение - творческий путь, путешествие-паломничество.