УДК 882-1
Матяш С.А.
Оренбургский государственный университет E-mail: klklsb@yandex.ru
О ТИПОЛОГИИ ФУНКЦИИЙ СТИХОТВОРНЫХ ПЕРЕНОСОВ (ENJAMBEMENTS) В РУССКОЙ ПОЭЗИИ
В большой литературе о стихотворных переносах (enjambements) немало суждений по поводу функций этого приема в художественных произведениях. Однако суждения эти, как правило, имеют характер отдельных наблюдений, а предлагаемые учеными классификации основываются на разных критериях. Работ, посвященных типологии функций переносов, нет.
В настоящей статье выявляются основные подходы к интерпретации семантики переносов и предлагается типология их функций, основанная на осмыслении работ отечественных и зарубежных стиховедов, а также на собственных исследованиях автора. На основании частотности переносов выделяется три типа функций: общие (универсальные), частные, эксклюзивные - с последующей классификацией каждого типа.
В итоге рассмотрения названных функций делаются выводы о том, что: 1) все переносы имеют общие функции (повышение эмоциональности текста, логическое или эмоциональное выделение слова/словосочетания, маркирование изобразительного/выразительного начала слова); общие функции имеют универсальный характер; 2) частные функции свойственны не всем переносам; критерий их частотности важен, но не является единственным; создание переносов с теми или иными частными функциями зависит от характера произведения (его метода, жанра, стиля и т. п.) и индивидуальности стихотворца; 3) частные функции не вступают в противоречие с общими: конкретный перенос, обладая всеми тремя общими функциями, может выполнять определенные частные функции; 4) частные функции переносов в реальных текстах могут совмещаться; 5) перечень частных функций не исчерпывается нашим списком и может пополняться, в том числе за счет растиражированных эксклюзивных функций.
Ключевые слова: стиховедение, стихосложение, стихотворный синтаксис, стихотворный перенос (enjambement), функции стихотворного переноса.
В большой литературе о стихотворных переносах (enjambements, далее enj), насколько нам известно, нет обобщающих работ, посвященных функциям этого ритмико-синтаксического явления. В настоящей статье делается попытка обозначить основные подходы к интерпретации семантики переносов и предложить типологию функций, основанную на осмыслении работ отечественных и зарубежных стиховедов и на собственных исследованиях.
На наш взгляд, можно выделить три принципиально разных подхода к интерпретации семантики enj. Первый принадлежит Л.И.Тимофееву, который в своем фундаментальном труде «Очерки теории и истории русского стиха (1958) многократно подчеркивал, что переносы имеют «бесчисленные вариации» [1, с. 48, 123 и др.] и провозгласил методологически заостренный вывод: «Функция переносов <.. .> различна в зависимости от всего стихотворного контекста» [1, с. 396].
Второй подход к интерпретации семантики переносов можно увидеть у М.Л. Гаспаро-ва, который привносит в вопрос о функциях количественный критерий, то есть связывает функции enj с их частотностью: «При редком
употреблении перенос служит резким выделительным средством повышенной эмоциональной напряженности (ритмический курсив), при частом - наоборот, средством создания небрежной разговорной интонации» [2, с. 274], [3, стб. 738].
Третьим подходом к интерпретации функций переносов мы считаем многочисленные попытки филологов выделить несколько наиболее значимых функций1 и в том числе дифференцировать общие и частные функции еп] с последующей классификацией тех и других.2 Последнее представляется плодотворным, однако в настоящий момент критерии для дифференциации общих и частных функций и (особенно) их дальнейшие классификации во всех работах - разные.
Полагаем, что обозначенные три подхода в исследованиях еп] могут быть вполне совместимы. Первый подход важен и ценен при анализе конкретных произведений или отдельных фраг-
1 См. [4, с. 10-15], [5, с. 256-283], [6, с. 240, 244], [7, с. 209] и др.
2 См., например, [8, с. 21-23], [9, с. 45-48], [10, с. 43-50]
и др.
ментов текста, второй и третий - при анализе больших массивов переносов.
Остановимся на третьем подходе и рассмотрим вопрос о типологии функций ещ. Мы считаем, что первая типология должна быть создана на основе критерия частотности функций (вопрос об эстетической ценности переносов в данном случае не учитывается). По этому критерию следует выделить три типа функций: 1) общие (универсальные); 2) частные (распространенные); 3) частные (эксклюзивные). Общие, или универсальные, функции - это те, которые имеют все без исключения переносы. К ним мы относим следующие функции:
- усиление эмоциональности текста;
- повышение семантической нагрузки (логической или эмоциональной) слов (или словосочетаний), попадающих в перенос;
- изобразительные и выразительные функции.
В приведенном перечне общих функций первая вытекает из самой, сегодня всем известной, природы стихотворной речи с ее «двойной сегментацией» (логико-синтаксической и ритмико-графической) и самой природы стихотворного переноса, возникающего в результате конфликта двух означенных сегментаций. Следствием этого конфликта является появление дополнительных пауз, создающих «экспрессивное членение высказывания» [8, с. 8], способствующих «повышению экспрессивности речи» [11, с. 218]. В качестве иллюстрации рассматриваемой функции мы в ранее опубликованной работе [9, 2003] приводили пример из октавы XXXV «Домика в Коломне», где Пушкин буквально демонстрирует эту функцию переноса: состояние взволнованной матери главной героини поэт сначала показывает с помощью механизма стихотворного переноса («<...> С паперти долой / Чуть-чуть моя старушка не слетела»3), а затем выражает состояние вербально: «В ней сердце билось, как перед бедой.»
Вторая общая функция - повышение семантической нагрузки слов, стоящих в переносе, так же, как и первая, определена природой стихотворной речи и природой переноса.
3 Здесь и далее слова, попадающие в перенос, подчеркнуты; курсивом маркированы слова, с которыми у оставленных или перенесенных слов образуется синтаксическая связь.
Ю.Н. Тынянов еще в 1924 году показал, что в стихе речь деформирована ритмом, за счет чего на строке возникает «выдвинутость слова» [12, с. 96]. Сегодня отечественные и зарубежные филологи единодушны во мнении, что переносы усиливают «обособленность слова», его «выпуклость», «выдвинутость».4 Именно поэтому переносы актуализируют эмоциональные и смысловые потенции текстов, в которых они функционируют. Фактически эта функция показана Тимофеевым [1, с. 85] на примере ещ из стихотворения А. Пушкина «В Сибирь» (Оковы тяжкие падут, / Темницы рухнут - и свобода / Вас примет радостно у входа <...>» и Л. Лосевым [15, с. 208] на примере переноса из стихотворения И. Бродского «На столетие Анны Ахматовой» («Бог сохраняет все; особенно - слова / прощенья и любви, как собственный свой голос»). Для сосланных декабристов главный смысл был в обретении маркированной переносом свободы, для настоящего поэта главный смысл - в сохранении маркированного переносом дара слова. Как видим, концепты поэтов разных эпох - разные, а способ их выделения - одинаковый.5
По поводу третьей универсальной функции - изобразительной и выразительной - отметим следующее. Среди современных стиховедов, кажется, самым большим энтузиастом и разработчиком дифференциации изобразительных и выразительных функций ещ является О.И. Федотов, давший образцы глубоких и тонких интерпретаций переносов Пушкина, Блока, Цветаевой, Пастернака, Заболоцкого именно под этим углом зрения.6 Мы в дифференциации изобразительных и выразительных функций следуем за О.И. Федотовым. Однако, в предлагаемой нами типологии отводим этим функциям другое место. О.И. Федотов считает изобразительные и выразительные функции «основными». Их появление, в частности, появление переносов выразительных, стиховед связывает с высокой частотностью («обильным употреблением») [6, с. 140]. Мы считаем изобразительные и выразительные функции не
4 См.: [12, с. 72-75], [1, с. 396], [8, с. 162-163], [13, р. 80-87], [14, р. 163] и др.
5 См. также интересный комментарий выделенных переносом слов в комедии А.С. Грибоедова «Горе от ума», сделанный Б.В. Томашевским [16, с. 167-169].
6 См.: [6, с. 140-161].
«основными», а общими, универсальными, так как каждый перенос, независимо от частотности и эффективности, выполняет функцию либо изобразительную («И вдруг пред ними на коне / Черкес, <...>»), либо выразительную («Оставь меня; но пожалей / О скорбной участи моей»), либо обе сразу («Она вздыхала, и не раз / Слезами очи наполнялись» - все примеры из «Кавказского пленника» А. Пушкина) - в зависимости от лексического наполнения перенесенных или оставленных частей фразы.
Частные функции - это функции не выдерживающие критерия всеобщности, но функционирующие достаточно широко, как правило, уже отмеченные исследователями у тех или иных поэтов, в тех или иных произведениях. К частным мы относим функции:
- прозаизации;
- создания и/или усиления иронии;
- маркирования противопоставленных тем, образов-персонажей;
- индивидуализации речи персонажей;
- создания и/или усиления психологизма;
- композиционные функции;
- миметические функции.
В приведенном перечне самой распространенной является функция прозаизации, во всяком случае, ее отмечают большинство стиховедов при констатации фактов появления еп] в художественном произведении. Под про-заизацией справедливо понимается «стилизация под прозаическую речь» [4, с. 10, 14], приближение языка лирического произведения к языку устной речи, разговорным интонациям» [17, с. 4]. Сегодня прозаизирующая функция
еп] отмечается у многих европейских и рос" 7
сийских поэтов;' у некоторых, как например, у Некрасова, она квалифицируется как самая важная [19, с. 84].8
Несмотря на широкое распространение функции прозаизации мы не можем ее отнести к числу названных выше общих (универсальных) функций, поскольку эффект прозаизации стиха
7 См., например: [18, с. 160], [19, с. 84], [20, с. 78], [7, с. 209] и др.
8 Функцию прозаизации: у стихотворного переноса решительно отклоняет Л.В. Зубова [21, с. 422]. Ее исследования языковых сдвигов в позиции ей] М. Цветаевой отличаются глубиной и изяществом, но с отрицанием функции прозаизации переносов нам трудно согласиться.
возникает, по мнению ведущих стиховедов, при определенном скоплении переносов,9 тогда как в нашей типологии перечисленные выше общие функции - это функции любого, даже одиночного, переноса.
В списке частных функций вторая функция - создание и/или усиление иронии - по нашим наблюдениям, и менее распространена и - на сегодня - менее изучена. Однако филологам (и не только филологам) она знакома по кочующему примеру из пушкинского «Домика в Коломне» («В ней вкус был образованный. Она / Читала сочиненья Эмина»). В ранее опубликованной работе о переносах «Домика в Коломне» [9] в связи с констатацией рассматриваемой частной функцией мы писали, что она возникает за счет того, что углубленная переносом концевая пауза способствует «эффекту обманутого ожидания»: тезис, утвержденный в первой строке (как правило ироническую функцию имеет тип contre-rejet), опровергается тезисом второй строки. Виртуозно используя переносы, Пушкин иронизирует над литературными вкусами («В ней вкус был образованный. Она / Читала сочиненья Эмина»); высмеивает литературные штампы («<...> Сердце девы томной / Ей слышать было можно, как оно / В упругое толкалось полотно»), снижает ходульные и оттого фальшивые чувства («Об ней жалели в доме, всех же боле / Кот Васька <...>» и т. п. Переносы усиливают и ироническое отношение Пушкина к своим героям (старушке-матери, Параше, Маврушке).10 Г.А. Бокушева, исследуя функции переносов Н.А. Некрасова, указала на их роль в создании иронии в таких стихотворениях поэта как «Газетная», «Послание к другу (из-за границы)», «Княгиня», «Недавнее время». (См. [10, с. 75-76], [19, с. 84]).
Функция маркирования контраста тем и образов11 - это та функция, с которой в от-
9 На этом настаивал еще в начале 60-х годов К.Ф. Та-рановский [13]. Об этом, как мы уже отмечали, писал М.Л. Гаспаров [2]; [3], позднее - О.И. Федотов [6].
10 Из процитированных примеров с переносами первый и третий были приведены в монографии Л.И. Тимофеева [1, с. 47] для иллюстрации «иронического повествования» в «Домике в Коломне».
11 При рассмотрении данной функции переносов здесь и далее мы объединяем маркировку тем и образов,
руководствуясь двумя соображениями: 1) в теоретических исследованиях указывается, что «в эпике тематика ощутимее в персонажах и сюжетной структуре <...>»
ечественном стиховедении началась глубокая интерпретация семантики переносов. Начало было положено В.Я. Брюсовым, который в книге «Мой Пушкин» (1929) обратил внимание на высокую частотность переносов в поэме «Медный всадник» и их большую концентрацию «в стихах, рассказывающих о Евгении» [23, с. 5657]. Наблюдения Брюсова, поэта и стихотворца, были развиты в трудах стиховедов, показавших контраст двух ритмико-интонационных тем -темы Петра и темы Евгения - созданный рядом средств, в том числе - разной частотностью переносов. Поляризация образов Петра и Евгения (и тем Петра и Евгения) получила у стиховедов истолкование как поляризация составляющих большой проблемы, волновавшей Пушкина в
последней поэме, - «государство - маленький
12
человек».12
Подход наших замечательных предшественников мы попытались использовать при анализе функций еп] в других поэмах Пушкина. Оказалось, что аналогичную маркировку переносами образов и тем поэт применил в поэмах «Бахчисарайский фонтан» и «Домик в Коломне» для поляризации проблем «Запад-Восток», «провинциальное-столичное» (см. [25], [26]).
Рассмотренная функция маркировки поляризации тем и образов в связи с последними может быть интерпретирована и как характерологическая функция. Рядом с этой функцией, но, понятно, совершенно отдельно мы помещаем функцию индивидуализации речи персонажей. В исследованиях еп] эта функция предсказуемо была отмечена на материале драматических произведений. См. наблюдения Н.Е. Меднис и Г.А. Бокушевой над участием переносов в создании речевой индивидуализации персонажей в драме М. Лермонтова «Маскарад» [27, с. 19-20] и в пьесах Н. Некрасова «Юность Ломоносова», «Забракованные», «Сцены из лирической комедии «Медвежья охота» [10, с. 100-104]. Рассматриваемую функцию переносов исследователи выявляют также и в поэмах, включающих реплики, диалоги, монологи персонажей. См. анализ переносов Г.К. Волошиной при индивидуализации речи персонажей в поэмах
[22, с. 262]; 2) стиховеды при анализе переносов «Медного всадника» оперируют понятиями «тема», «образ», «герой» как близкими.
12 См.: [1, с. 397-404], [24, с. 112-118], [6, с. 241-243].
Ю.Словацкого [28, с. 20]. Г.К. Волошина применяет статистику при указании на разницу частотностей еп] Г.А. Бокушева - при указании на разницу в частотности и структуре еп].
Функция создания и/или усиления психологизма определяется объемом понятия психологизм в литературе, включающим повышенное внимание писателя к изображению внутреннего мира человека с помощью специальных форм и приемов. Считаем, что об отмеченной функции еп] можно говорить в двух случаях. Первый -когда в перенос попадает слово с семантикой
13
переживания,13 как, например, в пушкинском «Моцарте и Сальери»:
А ныне - сам скажу - я ныне Завистник. Я завидую, глубоко. Мучительно завидую. - О небо! За счет отмеченной выше «выпуклости», «выдвинутости» перенесенных слов с семантикой зависти («Завистник», «Мучительно завидую») в центре монолога рефлексирующего Сальери - его главная страсть и главное несчастье.
Второй случай возникновенья психологических функций переносов - когда за счет эмфатической паузы в конце строки создается психологический подтекст, восполняющий недосказанное в самом тексте. Показательной интерпретацией еп] с функцией психологического подтекста можно считать краткие, но глубоко проницательные замечания Б.В.Томашевского по поводу рассказа Софьи о ее сне в комедии Грибоедова «Горе от ума» («Позвольте ... видите ль ... сначала / Цветитый луг ...»). Эмфатические паузы до и после слова «сначала» квалифицируются ученым как «заминка», что позволяет ему, так сказать, заполнить эту заминку: «<...> Софья еще не знает, что именно ей сказать и подыскивает тему сна» [16, с. 169].
Вопрос о композиционных функциях переносов - это вопрос о распределении переносов в тексте произведения.14 Этот вопрос - простой
13 А.П. Скафтымов применительно к прозе писал о «вербальном обозначении чувств» как одной из форм психологизма [29, с. 175].
14 Иначе трактует композиционные функции Г.А. Ле-винтон. В большой статье, посвященной функциям переносов И. Бродского, он выделяет специальный раздел «Композиционные функции» [5, с. 278-283]. Эти функции, по мнению исследователя, состоят в том, что слова, попадающие в перенос, «образуют в данном
и одновременно сложный. Простой - потому что замечания по поводу скопления переносов в той или иной части произведения для стиховедческих работ можно считать традиционными. Сложный - потому что сам термин «композиционные функции» (по отношению к enj сравнительно недавно введенный в активное употребление) и объем понятия «композиционные функции» должен быть соотнесен с общим понятием «композиция произведения», имеющим несколько аспектов - в зависимости «от уровня (слоя) художественной формы» [30, с. 322]. По нашим наблюдениям, из всех аспектов композиционных функций наиболее разработанными оказались два аспекта - 1) участие enj в маркировании динамики сюжетного развертывания (скопление переносов в кульминационных моментах, в экспозиции или в финале произведения и т.п.); 2) участие enj в маркировании наиболее значимых фрагментов текста.15 Менее разработанными оказались аспекты, связанные со своеобразием системы образов (выделение одного персонажа, подчеркивание контраста двух персонажей и т.п.) и характером повествования (ретардация, смена ракурсов изображения, расширение пространства и т.п.).
Миметические функции мы ранее в своих работах не выделяли, теперь это делаем, следуя Г.А.Левинтону, который в статье, посвященной enj Бродского (Г.А.Левинтон пользуется аббревиатурой Е) назвал пушкинский строфический перенос «И задыхаясь на скамью // Упала...» «классическим примером миметического Е» [5, с.258]. Поскольку миметический - это в переводе с английского (mimetic) - умеющий подражать, «подражательный», мы можем уверенно считать, что подобную функцию имеют переносы в тех случаях, когда их структура вместе с лексическим наполнением дают имитацию определенных физических состояний, передают пластику тех или иных движений в пространстве и во времени. Яркие примеры имитации резкого изменения физического и духовного состояния мы видим в строфических переносах типа r (подобных приведенному пушкинскому)
стихе ту или иную традиционную композиционную конструкцию, например, лексическое или морфенное кольцо, анафору, стык и т. п.» [5, с. 278].
15 См., например: [1, с. 397-404], [27, с. 15-16], [6,
с. 245-252], [10, с. 94], [20, с. 78-79].
у М. Лермонтова в «Тамбовской казначейше» («Она на мужа посмотрела / И бросила ему в лицо / Свое венчальное кольцо - // И в обморок. <...>») и у Н.Некрасова в поэме «Мороз Красный нос» («Пошла, воротилась с иконой - / Больной уж безгласен лежал, / Одетый как в гроб, причащенный / Увидел жену, простонал // И умер... <...>». Миметиче скую функцию имеют переносы, имитирующие полет птицы с быстрым перемещением в вертикальном пространстве (вниз-вверх): «Летала ласточка - то вниз / То вверх под каменный карниз / Кидалась с дивной быстротой <...>» («Боярин Орша» М. Лермонтова).16 Миметическими функциями, очевидно, следует назвать и специфические функции «затяжных» переносов, создающих, как мы уже отмечали [32], механизмами стиха эффект медленного движения, длительности во времени и протяженности в пространстве.
Эксклюзивные функции в соответствии с семантикой определения - это функции редкие, возникающие у переносов отдельных авторов или даже отдельных произведений. К числу эксклюзивных, очевидно, следует отнести некоторые функции еп] позднего Бродского, выявленные Г.А. Левинтоном [5, с. 267-278] и А.Г. Степановым [33, с. 19-20], такие как функция маркирования интертекстуальных связей, автометоописательные функции и др. Как эксклюзивную можно квалифицировать функцию снижения ораторского пафоса, о которой применительно к стихотворениям Н. Некрасова писала Г.А. Бокушева [10, с. 80-81].
Одну из эксклюзивных функций мы представили в статье «О памяти стиховых формантов в поэзии Арсения Тарковского», в которой проанализировали переносы стихотворения «Как двадцать два года тому назад» (1963), созданные поэтом с явным воспроизведением структуры переносов М.Цветаевой с целью воскрешения памяти о Цветаевой-поэте [34].
Выделяя эксклюзивные функции еп] в особую группу, мы должны все же констатировать относительность их разграничения с функциями другой группы (частные - частотные), рассмотренной выше. Перенос - это ритмико-синтаксический прием, который может быть по-
16 Данная функция была подробно рассмотрена в нашей статье, посвященной «полетным» переносам в русской поэзии [31].
вторен с любым другим или близким лексическим наполнением. В связи с тиражированием приема статус эксклюзивных функций, понятно, изменится. Так, очевидно, «визитные» переносы, маркирующие появление героя в поэмах Пушкина [35], были эксклюзивными, но после повторения опыта Пушкина стали распространенными частными. Думается, что и пушкинский перенос «И, задыхаясь, на скамью // Упала... <...>» в момент его создания был эксклюзивным, но сегодня его уже таковым считать нельзя. Одновременно признание эксклюзивных функций означает и признание правомерности подхода Л.И. Тимофеева, утверждавшего, что функции переносов определяются всецело контекстом, и признание правомерности нашего заявления о целесообразности объединения разных подходов при интерпретации семантики еп].
Итак, следуя обозначенным подходам, можно сказанное по поводу типологии функций суммировать следующим образом.
1) Все переносы имеют общие функции (повышение эмоциональности текста, логическое или эмоциональное выделение слова/словосочетания, маркирование изобразительного/
выразительного начала слова); общие функции имеют универсальный характер.
2) Частные функции свойственны не всем переносам; критерий их частотности важен, но не являются единственным; создание еп] с теми или иными частными функциями зависит от характера произведения (его метода, жанра, стиля и т.п.) и индивидуальности стихотворца.
3) Частные функции не вступают в противоречие с общими: конкретный еп] обладая всеми тремя общими функциями, может выполнять определенные частные функции.
4) Частные функции переносов в реальных
17
текстах могут совмещаться.1'
5) перечень частных функций не исчерпывается нашим списком и может пополняться, в том числе за счет растиражированных эксклюзивных функций.
12.05.2017
17 Функцию прозаизации: у стихотворного переноса решительно отклоняет Л.В.Зубова [21, с. 422]. Ее исследования языковых сдвигов в позиции ещ М. Цветаевой отличаются глубиной и изяществом, но с отрицанием функции прозаизации переносов нам трудно согласиться.
Список литературы
1. Тимофеев, Л.И. Очерки теории и истории русского стиха / Л.И. Тимофеев. - М., 19SS. - 41S с.
2. Гаспаров, М.Л. Перенос / М.Л. Гаспаров // Литературный энциклопедический словарь. - М., 19S7. - С. 274.
3. Гаспаров, М.Л. Перенос / М.Л. Гаспаров // Литературная энциклопедия терминов и понятий / Гл. ред. и сост. А.Н. Николю-кин. - М.: Интелвак, 2001. - Стб. 73S.
4. Лобанова, М.С. Синтаксическая характеристика стихового переноса (на материале рус. поэзии XVIII — первой пол. XIX в.): автореф. дис. ... канд. филол. наук / М.С. Лобанова. - Л., 19S1. - 24 с.
5. Левинтон, Г.А. Три разговора о любви, поэзии и (анти) государственной службе. II. От всего человека вам остается часть / речи: (три заметки о Бродском) / Г.А. Левинтон // Россия / Russia. - М.-Венеция, 199S. - С. 2S6-2S4.
6. Федотов, О.И. Основы русского стихосложения: метрика и ритмика / О.И. Федотов. - М.: Флинта, 1997. - 33S с.
7. Абишева, С.Д. Поэтическая система Б.Кенжеева: стих и стиль / С.Д. Абишева // Отечественное стиховедение: 100-летние итоги и перспективы развития. - СПб.: Филологический факультет СПбУ 2010. - С. 20S-214.
S. Лузина, Л.Г. Лингвистическая природа стихотворного переноса и его спипистические функции (на материале английской поэзии XIX века) : автореф. дис. ... канд. филол. наук / Л.Г. Лузина. - М., 1972. - 2S с.
9. Матяш, С.А. Стихотворный перенос в поэме А.С.Пушкина «Домик в Коломне» / С.А. Матяш, А.А. Сутормина // Третьи международные Измайловские чтения, посвященные 170-летию приезда в Оренбург А.С.Пушкина, 9-10 октября 2000. Материалы. - Ч.1. - Оренбург: ОГПУ 2003. - С. 43-49.
10. Бокушева, Г.А. Стихотворный перенос (на материале поэзии Н.А.Некрасова): дис. ... канд. филол. наук / Г.А. Бокушева. -Караганда, 2001. - 1SS с.
11. Баевский, В.С. Синтаксический перенос (enjambement) от Шекспира до Бродского: Онтологический аргумент и статистические данные / В.С. Баевский, М.С. Новикова, И.В. Романова // Славянский стих. - VIII: Стих, язык, смысл. - М., 2009. -С.21S-232.
12. Тынянов, Ю.Н. Проблема стихотворного языка: статьи / Ю.Н. Тынянов. - Л., 196S. - 301 с.
13. Taranovsky, К. Some Problems of Enjambement in Slavic and Western European Verse / К. Taranovsky // JSLP (VII). - The Hague, 1963. - P. S0-S7.
14. Golomb, H. Enjambemenl in Poetry: Language and verse in Interaction / H. Golomb. - The Poriev Institute for Poetics and Semiotics Tel Aviv University, 1979. - 343 р.
15. Лосев, Л. «На столетие Анны Ахматовой» (19S9) / Л. Лосев // Как работает стихотворение Бродского: из исследований славистов на Западе. - М.: НЛО, 2002. - С. 202-222.
16. Томашевский, Б.В. Стих и язык: филологические очерки / Б.В. Томашевский. - М.; Л., 19S9. - 471 с.
17. Ивлева, Т.А. Проблема стиля Б. Слуцкого и особенность его версификационной системы: автореф. дис. ... канд. филол. наук / Т.А. Ивлева. - М., 1992. - 26 с.
18. Гардзонио, С. Семантика стиха и проблема поэтического перевода: (на материале итальянской пушкинианы) / С. Гардзонио // Славянский стих: стиховедение, лингвистика и поэтика. - М.: Наука, 1996. - С. 156-163.
19. Бокушева, Г.А. Функции переносов в лирике Н.А. Некрасова / Г.А. Бокушева // Проблемы поэтики и стиховедения. - Ч.1. -Алматы, 2003. - С. 80-85.
20. Скулачева, Т.В. Поэтический перенос в текстах разного стиля (поэмы Байрона «Корсар» и «Лара») / Т.В. Скулачева // Проблемы поэтики и стиховедения: материалы межднарод. науч. конф., посвященной 75-летию АУ им. Абая и памяти профессора А.Л. Жовтиса. - Алматы, 2003. - Ч. 1. - С. 77-80.
21. Тамарченко, Н.Д. Тема / Н.Д. Тамарченко // Поэтика: словарь актуальных терминов и понятий. - М.: Intrada, 2008. -С. 262.
22. Брюсов, В.Я. Собрание сочинений: в семи томах / В.Я. Брюсов; подгот. текста и прмеч. К.В. Айвазяна, М.В. Васильева, Э.А. Полоцкой, Г.А. Татосяна, Р.Л. Щербакова. - Т. 7. - М.: Худож. лит., 1975. - 528 с.
23. Холшевников, В.Е. Стиховедение и поэзия / В.Е. Холшевников. - Л., 1991. - 256 с.
24. Матяш, С.А. Структура и функции переносов (enjambement) в поэме А.С.Пушкина « Бахчисарайский фонтан» / С. А. Матяш // Онтология стиха / Памяти В.Е. Холшевникова. - СПб. - 2000. - С. 142-144.
25. Матяш, С.А. Оппозиция «провинциальное-столичное в поэме Пушкина «Домик в Коломне» / С.А. Матяш.
26. Меднис, Н.Е. Стихотворная поэтика М.Ю. Лермонтова: автореф. дис. ... канд. филол. наук / Н.Е. Меднис. - Л., 1971. -24 с.
27. Волошина, Г.К. Ритмико-синтаксическая структура романтических поэм Юлиуша Словацкого / Структурно-стилистический анализ переносов и повторов: автореф. дис. ... канд. филол. наук / Г.К. Волошина. - М., 1978. - 23 с.
28. Скафтымов
29. Чернец, Л.В. Аспекты композиции / Л.В. Чернец // Введение в литературоведение: учебное пособие / Под. ред. Л.В. Чернец. - М.: Высш шк., 2004. - С. 322-339.
30. Матяш, С.А. О памяти стиховых формантов в поэзии Арсения Тарковского / С.А. Матяш // Память как механизм культуры в русском литературном процессе (памяти Риммы Михайловны Лазарчук): материалы Всероссийской науч. конф. с международным участием 12-14 марта 2014. - Череповец, 2014. - С. 78-84.
31 Матяш, С.А. «Затяжной» перенос в русском стихотворном эпосе / С.А. Матяш // Славянский стих.УП Лингвистика и структура стиха. - М.: Языки славянской культуры, 2004. - С. 206-219.
Сведения об авторе:
Матяш Светлана Алексеевна, профессор кафедры русской филологии и методики преподавания русского языка Оренбургского государственного университета, доктор филологических наук, профессор 460018, г. Оренбург, пр-т Победы, 13, ауд. 1106б, e-mail: klklsb@yandex.ru