Научная статья на тему 'О становлении монгольского государства 1911 г'

О становлении монгольского государства 1911 г Текст научной статьи по специальности «История. Исторические науки»

CC BY
142
33
Поделиться
Ключевые слова
МОНГОЛИЯ / ЦИНСКАЯ ИМПЕРИЯ / НЕЗАВИСИМОСТЬ / ДОГОВОР / СОГЛАШЕНИЕ / СУВЕРЕНИТЕТ / СТАТУС / ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ / ПЕРЕГОВОРЫ

Аннотация научной статьи по истории и историческим наукам, автор научной работы — Батунаев Эдуард Владимирович

В статье рассматривается широкий круг вопросов становления Монгольского государства 1911 года: причины, характер борьбы за независимость, роль договоров и соглашений, позиции государств по монгольскому вопросу.

ON THE FORMATION OF THE MONGOLIAN STATE IN 19111IMBT SD of RAS

The article deals with a wide range of questions offormation of the Mongolian state in 1911: causes, the nature of the struggle for independence, the role of treaties and agreements, the position of States according to the Mongolian question.

Текст научной работы на тему «О становлении монгольского государства 1911 г»

5. Hsing Lawrence Fu-Chuan. Taiwanese Buddhism and Buddhist temples. Gonolulu, 2002.

6. Jones Charles B. Buddhist on Taiwan: Religion and state, 1660-1990. - Gonolulu: Gawaii Press University, 1999.

7. Jones B. Religions in the Republic of China on Taiwan. - Taibei, 2001.

8. Kiyoshi Ito. History of Taiwan. - Yokogama, 2007.

9. Lalyberte Andre. Buddhait organization and democracy on Taiwan. - Monreal, 2008.

10. Lamly Harry J. Taiwan under Japanese power, 1845-1945: the vicissitudes of colonialism. - New-York: Murrey, 1999.

11. Sheng Yen. Dharma Drum Mountain. - Taibei, 2007.

12. Shi Xingyun. Foguan Da Cidian. - Taibei, 1988.

13. Cang Zhengzong. Taiwan fojiao Yi Bai Nian. -Taibei: Dongda, 1999.

Интернет-ресурсы:

1) www.chinaportal.tw

2) http://www.2320.ru7b/buddizm_na_tayvane]

3) http://www.soto-zen.ru/xinyun.htm

4) http://buddhistinformatics.ddbc.edu.tw

5) www.ddm.org.tw

Базарова Лилия Чингисовна, аспирант кафедры истории, археологии и этнографии Бурятского государственного университета, 670025, г. Улан-Удэ, ул. Пушкина, 25 e-mail: liliabazarova@mail.ru

Bazarova Lilia Chingisovna, postgraduate student of department of history, archeology and ethnography of Buryat State University, 670025, Ulan-Ude, Pushkin str., 25 e-mail: liliabazarova@mail.ru

УДК 94 (517) © Э.В. Батунаев

О СТАНОВЛЕНИИ МОНГОЛЬСКОГО ГОСУДАРСТВА 1911 г.

В статье рассматривается широкий круг вопросов становления Монгольского государства 1911 года: причины, характер борьбы за независимость, роль договоров и соглашений, позиции государств по монгольскому вопросу.

Ключевые слова: Монголия, Цинская империя, независимость, договор, соглашение, независимость, суверенитет, статус, государственность, переговоры.

E.V. Batunaev

ON THE FORMATION OF THE MONGOLIAN STATE IN 1911

The article deals with a wide range of questions offormation of the Mongolian state in 1911: causes, the nature of the struggle for independence, the role of treaties and agreements, the position of States according to the Mongolian question.

Keywords: Mongolia, the Qing Empire, independence, contract, agreement, independence, sovereignty, status, statehood negotiations.

Процесс становления независимости Монгольского государства был долгим и сложным, происходил в непростой международной ситуации. В силу своего территориального положения Монголия оказалась в центре геополитических интересов великих держав, прежде всего своих соседей, образовав тем самым сложный треугольник взаимоотношений Россия-Монголия-Китай.

Особенно важно, на наш взгляд, проследить, в каких сложных политических, экономических и социальных условиях происходило становление и признание Монгольского государства.

В начале XX века Цинская империя стала проводить активную колонизационную политику по освоению и заселению монгольских земель ханьцами, что вызвало крайнее возмущение и противодействие коренного населения.

Монголы оказались перед выбором: смириться или оказать сопротивление, чтобы не потерять своей самобытности, не оказаться ассимилированным народом [2, с .45].

В этих условиях монгольские князья и ламы во главе с Богдо-гэгэном Джебцзун-Дамбой-Хутухтой проводят тайное собрание и принимают решение об отделении Монголии от Китая.

Вспыхнувшее 10 октября 1911 года Учанское восстание ознаменовало начало Синьхайской революции в Китае. Ургинский гарнизон, состоящий из ханьцев, ненавидящих маньчжуров, отказался защищать китайского наместника Сань До [2, с.45].

1 декабря 1911 г. было опубликовано обращение к монгольскому народу, в котором говорилось: «Наша Монголия с самого начала своего существования была самостоятельным государ-

ством, а потому, согласно древнему праву, Монголия объявляет себя независимым государством с новым правительством, с независимой от других властью в решении своих дел» [4, с. 265].

Двухвековое владычество маньчжурской династии было ликвидировано и провозглашено независимое Монгольское государство, образовано национальное правительство во главе с Бо-гдо-гэгэном, религиозным и общественным лидером Монголии [5, с.157].

Таким образом, через двести с лишним лет после ликвидации маньчжурами монгольской государственности она была восстановлена в виде неограниченной феодально-теократической монархии [4, с. 266].

Это знаменательное событие свидетельствует о стремлении монгольского народа к суверенитету. Монгольские представители во главе с министром иностранных дел монгольского правительства князем Ханда-Дорчжи выехали в российскую столицу 15 августа 1911 г., доставив личное послание ургинского хутухты с изложением причин, побудивших монголов на такой смелый шаг, и с предложением о союзе и сотрудничестве [3, с.45].

Россия в этот период не имела готовой стратегии решения монгольского вопроса, зато прибывшие делегаты предложили следующую внешнеполитическую программу: а) независимость Внешней Монголии от Китая (рассматривался также вариант протектората России); б) объединение Внутренней, Внешней Монголии, Барги, Урянхайского края и создание Великой Монголии; в) активная военная и политическая помощь со стороны России против Китая; г) постоянное представительство Урги в Петербурге и дальнейшее расширение российских торговых прав и привилегий [3, с. 48].

Российские представители в беседах с монгольскими уполномоченными, отмечая ценность «добрых отношений России с соседними монгольскими племенами, заверили их в твердом намерении России влиять на Китай» в плане прекращения усиленного переселения китайцев и посылки войск в пограничную с ними Монголию [3, с. 45].

В политическом плане Россия проводила ан-тикитайскую линию, поддерживая во Внешней Монголии как отдельных лидеров, боровшихся с цинским режимом в Монголии, так и в целом политику монгольской духовной и светской элиты, направленную на сохранение суверенитета и самобытности Монголии [3, с.48].

Широкая дискуссия в прессе и правительстве показала, что для российской общественности события в далекой Монголии далеко не безраз-

личны, что в России имелся целый спектр различных мнений и подходов к решению монгольского вопроса, отражающих как региональные, так и социально-политические особенности той или иной группы населения. Одновременно она обозначила место официальной политики, исключавшей крайности в подходах к вопросу о суверенитете Монголии [3, с. 48].

Вопреки надеждам халхаской верхушки Петербург был против ее планов создания не только Великой Монголии, но и независимости Внешней Монголии. Он выступал за ее широкую автономию [2, с. 45].

3 ноября 1912 г. между И.Я. Коростовцом и министрами правительства Богдо-гэгэна было подписано соглашение - первый международноправовой акт ургинского правительства после провозглашения независимости. В вводной части было записано: «Ввиду желания монголов сохранить исторически сложившийся самобытный строй своей страны китайские власти и войска удалены с Монгольской территории, повелителем монгольского народа провозглашен Джебцзун-Дамба-Хутухта. Прежние отношения Монголии и Китая, таким образом, прекратились» [2, с. 51].

По мнению Е.А. Белова, влиятельный монгольский политик, министр внутренних дел ур-гинского правительства Да лама Цырен-Чимид был недоволен русско-монгольским соглашением, не признавшим полной независимости Монголии». Этот факт свидетельствует о том, что монголы стремились полностью к независимости, а не к автономному статусу [2, с. 41]. В свою очередь Китайское правительство не признало русско-монгольского соглашения, посчитав это вмешательством во внутренние дела государства.

Русско-китайские переговоры шли безуспешно в течение года. Трудности были обусловлены не только противоположностью позиций российского и китайского правительств, но и острой борьбой в самом Китае по вопросам внешней политики между различными политическими группировками.

5 ноября 1913 г. состоялось подписание в Пекине декларации о Внешней Монголии. По декларации Россия признавала сюзеренитет Китая над Внешней Монголией, а китайское правительство - автономию Внешней Монголии и обязалось не содержать там гражданских и военных властей и не проводить колонизацию. Китай признавал все статьи русско-монгольского соглашения и протокола от 3 ноября 1912 г.

Специфика ситуации заключалась в том, что ни русско-монгольское соглашение 1912 г., ни русско-китайская декларация 1913г. не определили окончательно официальное положение Внешней Монголии. Китай продолжал считать ее частью своей территории, игнорируя положение Пекинской декларации, а монгольская сторона рассматривала Внешнюю Монголию как полностью независимое и политически самостоятельное государство. Таким образом, сложилась необходимость заключения соглашения с участием всех трех сторон.

Кяхтинское тройственное соглашение 25 мая 1915г. между Россией, Внешней Монголией и Китаем определило международно-правовое положение Монгольского государства как автономное в составе Китая. По форме Кяхтинское соглашение было компромиссом между Россией, Монголией и Китаем.

На наш взгляд, Монголии было навязано невыгодное для монголов соглашение, по которому она лишалась права заключать договоры с другими государствами, касающиеся политических и территориальных вопросов. Тем не менее она пользовалась самостоятельностью во внутренней политике, а также в своих торговых связях.

В первых двух статьях соглашения говорилось о признании Внешней Монголией сюзеренитета Китая, а России и Китая - ее автономии.

Автономная Монголия лишалась права заключать международные договоры, касающиеся политических и территориальных вопросов.

В статьях 5 и 6 соглашения Россия и Китай признают за автономным правительством Внешней Монголии исключительное право ведать всеми делами внутреннего управления, а также заключать международные договоры по вопросам, касающимся торговли и промышленности. Россия и Китай обязались не вмешиваться в дела внутреннего управления Автономной Монголии.

По мнению Ш. Б. Чимитдоржиева, Монголия в 1911-1915 гг. сохраняла свой суверенитет, хотя и официально не признанный державами. После Кяхтинского соглашения 1915 г. ее международно-правовой статус был сведен до уровня автономии. Вследствие грубого вмешательства извне достижения национально-

освободительного движения монгольского народа оказались сильно преуменьшены [5, с. 158].

Кяхтинская система, с одной стороны, отразила сложившийся баланс сил межу Россией и Китаем, а с другой - уровень возможной самостоятельности Внешней Монголии. Монгольское руководство, пойдя на подписание соглашения 1915г., рассчитывало в будущем пересмотреть некоторые статьи и добиться признания полной независимости Внешней Монголии.

Восстановление монгольской государственности, безусловно, явилось для монгольского народа историческим событием. Как пишет Ш.Б. Чимитдоржиев, «перед национальным, теократическим монгольским правительством стояли весьма сложные задачи: укрепить политические, военные и экономические устои новой власти; добиться международного признания независимости страны. Для решения этих задач монгольское правительство искало поддержки соседних государств, прежде всего России» [5, с. 158].

Литература

1. Белов Е.А. Россия и Монголия (1911-1919гг.). М.: Изд-во Института востоковедения РАН, 1999. -239 с.

2. Белов Е.А. Решающий период борьбы за независимость // Азия и Африка сегодня. - 2003. - №11. - С. 45-49.

3. Лузянин С.Г. Россия-Монголия-Китай в первой половине XX века. Политические взаимоотношения в 1911-1946 гг. - М.: Изд-во Института Дальнего Востока РАН, 2000. - 286с.

4. История Монгольской Народной Республики. -М.: Наука, 1983. - 661 с.

5. Чимитдоржиев Ш.Б. Монголия в эпоху средневековья и Новое время. Очерки. - Улан-Удэ, 2007. -212 с.

Батунаев Эдуард Владимирович - аспирант Института монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН, Улан-Удэ, ул. Сахьяновой, 6. e-mail: batunaevedyard@rambler.ru

Batunaev Eduard Vladimirovich, postgraduate student of IMBT SD of RAS, Ulan-Ude, Sakhyanova str. 6. e-mail batunaevedyard@rambler.ru