МИКРОЭКОНОМИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ: МЕТОДЫ И РЕЗУЛЬТАТЫ
УДК 33.07
И. А. Бондаренко
Армавирский государственный педагогический университет ул. Луначарского, 19, кв. 64, Армавир, 352931, Россия
E-mail: bonir55@mail.ru
О ПРИРОДЕ ХОЗЯЙСТВА, ДОМОХОЗЯЙСТВА И ЦЕННОСТИ ДОМОХОЗЯЙСТВЕННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В РОССИИ
В рыночном пространстве ожидания и мотивация участников домохозяйств кардинально преобразовались в меновые ценности, подменившие собой ценности социальные и нравственные. Ценность домохозяйственной деятельности состоит в ценности трудового начала. Ценность труда становится стоимостью блага. Обменные отношения «закрывают» отношения производственные, хозяйственные, основанные только на труде как знании и его материализации в полезности.
Ключевые слова: домохозяйственная деятельность, нравственная и меновая ценность труда, принципы русской модели экономики, внутренний потенциал домохозяйств, деформация трудового сознания.
Трансформация социально-экономической системы России не закончилась преобразованиями в финансово-экономической сфере. Она продолжается изменениями институциональной структуры общества. И эти изменения куда более глобальны и долговременны, так как сопровождаются смещением акцентов и перестройкой системы ценностей, лежащих в основе социальных институтов.
Домохозяйство как институциональный субъект изменило вектор своих традиционных предпочтений в качестве потребителя экономических и общественных благ. В рыночном пространстве ожидания и мотивация участников домохозяйств кардинально преобразовались в меновые ценности, подменившие собой ценности социальные и нравственные. В свою очередь, эти изменения повлияли на эффективность экономических реформ и качество жизни населения. Отчуждение от труда и собственности привело к коррозии глубинных социальных взаимосвязей, соединяющих общество в единое целое. Каковы причины этого отчуждения, и какие при этом возникают проблемы - мы попробовали рассмотреть в данной статье.
Хозяйство охватывает все виды производственно-созидательной деятельности и универсально в том смысле, что не несет в себе «гены» никакой конкретной экономической системы. Оно внесистемно, потому что производит продукты вообще и существует только и всегда для удовлетворения чьих-то потребностей. «Потребностей вообще» не бывает. Они всегда персонифицированы, историчны и производны от своего носителя. Поэтому удовлетворение конкретных потребностей как процесс постоянный, повторяющийся и обладающий собственными имманентными свойствами в силу формирующейся технологичности и производства и потребления благ, оказывается привязанным к носителям этих потребностей - дому, его жителям и одновременно участникам хозяйственной деятельности.
Техническая и иная деятельность в доме и потребности, удовлетворяющиеся при помощи этой деятельности, должны возрастать в течение долгого времени, прежде чем может начаться разделение труда в домохозяйственной деятельности. Так, например, только усложнение изготовления кожи и обуви вследствие принципиальных изменений в технологии производства и трудовых приемах приведет к тому, что сапожник поселится в деревне рядом с крестьянином. Появление воинов и жрецов, врачей и чиновников не преобразовывает в корне сущности домохозяйства как универсального хозяйственного комплекса. Только «отделение земледелия, промысла, торговли и производства захватывает семейное хозяйство в его основном, внутреннем ядре, ...предоставляя последнему лишь руководство потреблением» [1. С. 282].
Исходные пункты народнохозяйственного разделения труда лежат в особенностях хозяйства дома или в зачатках менового оборота последнего. «В больших домашних хозяйствах с многочисленным персоналом развиваются разные виды специализированной хозяйственной
ISSN 1818-7862. Вестник НГУ. Серия: Социально-экономические науки. 2009. Том 9, выпуск 3 © И. А. Бондаренко, 2009
деятельности, отделяющиеся, в конце концов, как самостоятельные отрасли хозяйственной организации и приходящие затем к дальнейшим делениям и разветвлениям» [Там же. С. 283].
Ценность домохозяйственной деятельности состоит в ценности трудового начала. Труда в домохозяйстве тратится ровно столько, сколько необходимо для удовлетворения текущих потребностей и потребностей обеспечения безопасности и выживания в будущем. В то же самое время в семейном фермерском хозяйстве России существовал феномен, описанный А. Чаяновым как эффект самоэксплуатации и представлявший собой функцию максимизации полезности - прибыль плюс свободное время.
Трудовая хозяйственная деятельность, по его мнению, отличается от всякой другой тем, что количество ценности, поступающей при ней в обладание домохозяйства, находится в соответствии с количеством затрачиваемого труда. Предельная полезность понижается по мере роста суммы ценности, поступающей в обладание хозяйствующего субъекта, поэтому на определенной высоте трудового дохода наступит момент, когда тягость предельной затраты труда будет равняться субъективной оценке предельной полезности получаемой суммы. Семейное трудовое хозяйство имеет естественный предел своей продукции, который определяется соразмерностью напряжения годового труда со степенью удовлетворения потребностей хозяйствующей семьи (см.: [2. С. 70-71]).
«Совершенно естественно также и то, - пишет Г. Шмоллер, - что всякое семейное хозяйство охотно удерживает в своих руках производство необходимых жизненных средств. Пропитание стоит во всяком хозяйстве на первом плане; его простейший и более надежный вид -собственное производство. Только высшая ступень менового хозяйства и долгое господство денежного могут заставить домохозяина (ред. наша - И. Б.) перейти к покупке всех жизненных продуктов. .. .Собственное производство необходимых жизненных средств дает независимость и обеспеченность, как никакая другая хозяйственная деятельность. Даже там, где высшее развитие оборота заставляет земледельца прежде всего производить для рынка, нельзя отрицать выгодности собственного производства всего необходимого для собственного дома» [1. С. 288].
Переход национального домохозяйства от дорыночных отношений к капиталистическим знаменует затрату ресурсов дома существенно большую, чем требуется для обеспечения текущих задач. Ценность труда становится стоимостью блага, потому что обмен трудом внутри домохозяйственной системы превращается в обмен продуктами как товарами между домохо-зяйствами и фирмами. В основе философии хозяйства лежит понятие блага (или благ) как философской категории ценности. С ценности труда начинается экономический момент блага. «Труд есть та ценность, которою приобретаются блага, поддерживающие жизнь» [3. С. 28].
До возникновения капиталистического товарного производства хозяйство отождествлялось с производством потребительной стоимости. Именно это производство Аристотель назвал экономией в противоположность хрематистике, которую впоследствии переименовали в политическую экономию, связав ее навечно с рыночной системой. По достоинству оценил Аристотеля Карл Поланьи: «Теперь, оглядываясь в прошлое с высот стремительно разрушающейся мировой рыночной экономики, мы должны признать, что сделанное им во вступительной главе "Политики" знаменитое различие между домашним хозяйством в собственном смысле и производством ради прибыли было, вероятно, самым блестящим пророчеством в области общественных наук, которое, несомненно, до сих пор остается самым глубоким анализом этого предмета» [4. С. 99].
Реальный базис экономики составляет производство потребительных стоимостей и труд, производящий эти стоимости. Что касается труда, выраженного в стоимости, и самой меновой стоимости, то они служат лишь для взвешивания потребительных стоимостей на рынке, выполняют функции «гирь» при обмене, и, хотя речь идет о «социально-экономических 'весах», они очень выгодны для прикрытия реального социального неравенства людей - их формальным равенством в оплате труда.
Но это не значит, что способ ведения хозяйства, основанный на меновых отношениях, единственно возможный. В реальной производственной и иной деятельности люди исходят не из стоимостной эквивалентности затрат и результатов, а из того, чтобы меньшими затратами добиваться больших результатов. Это превышение результатов над затратами и есть
основной закон труда. В хозяйстве человек не только наблюдает жизнь, но и творит ее, превращая омертвевший механизм (natura naturata) в живой организм (nature naturans).
Такая метаморфоза, по словам Булгакова, возможна благодаря тождеству производства и потребления. Это тождество исчезает, когда человечество переходит на машинный способ производства благ. Хозяйственная философия Булгакова направлена на «развеществление» мира, экономика, наоборот, стремится к «опредмечиванию» отношений между человеком и человеком, человеком и миром. Как утверждал Н. А. Бердяев, внешнее покорение природы меняет не только природу, но и самого человека радикальным образом. Происходит переход от органического типа жизни к механическому. Этот сдвиг к механическому, машинному складу жизни мыслитель считал величайшей революцией, какую только знала история, и прямо писал о кризисе рода человеческого [5. С. 118-120].
Труд в большинстве случаев в России оценивался положительно и исключительно высоко. Нравственная ценность труда в православной традиции не утрачивается и в том случае, если он не обещает богатства. Основные положения православной концепции труда состоят в следующем.
1. Человек самосовершенствуется через труд.
2. Трудолюбие есть выражение духовности.
3. Хозяйственная деятельность должна быть общественнополезной, т. е. работой как на себя, так и на общество.
Одним из принципов, вытекающих из православного вероучения, является нестрогая прибыльность рыночного обмена, недопустимость извлечения выгоды любым путем. Несомненно, что образ труда и хозяйственной деятельности сформировался в России под мощным влиянием православной религиозно-этической системы.
С. Булгаков в «Философии хозяйства» отмечал, что «признаком, установляющим хозяйственную деятельность, является наличность усилия, труда, направленного к определенной цели. Хозяйство есть трудовая деятельность. В этом смысле хозяйство можно определить как трудовую борьбу за жизнь и ее расширение. Жизнь возникает в рождении естественно, т. е. без сознательного приложения труда, дается даром, но в хозяйстве поддержание ее уже оплачивается трудом, она становится трудовою» [3. С. 28].
До XVIII в. в России не существовало понятия «экономика». Самобытный хозяйственный строй, господствовавший на Руси, носил название «домостроительство». Домостроительство в понимании русского человека - наука вести хозяйство для обеспечения достатка и изобилия на духовно-нравственных началах. Хозяйство в русской науке домостроительства - это, прежде всего, духовно-нравственная категория, в рамках которой исключена погоня за прибылью как самоцель, а хозяйственные отношения ориентируются на определенный нравственно-трудовой порядок, порицающий поклонение деньгам и несправедливую эксплуатацию. Нравственная ценность труда не утрачивается и в том случае, если он не обещает богатства. Согласно исследователю русской религиозной культуры Г. Федотову, именно Феодосий Печёрский заложил основы отношения к труду как к деятельности богоугодной, поставив труд в один ряд с молитвой [6. С. 4].
Многие основы этой науки выражены в замечательном памятнике экономической мысли и быта русского народа «Домострой». Главная идея «Домостроя» (XVI в.) - замкнутое саморегулируемое русское хозяйство, ориентированное на разумный достаток и самоограничение (нестяжательство), живущее по православным нравственным нормам.
Русское понимание труда хорошо иллюстрируют слова В. Розанова: «Не будь богат! Не стремись к богатству, довольству, избытку, обеспечению. Кормись около других, - кроха от стола их [7. С. 251]. С этой точки зрения нажить богатство, не обделяя при этом других людей, невозможно. На Западе издавна существует аналогичное воззрение: «никто не может разбогатеть, не нанося убытка другому» (Дж. Локк). Для Запада характерно отчетливое понимание конкурентных, соревновательных отношений между людьми. Поэтому, несмотря на то, что богатство невозможно без нанесения ущерба другому, оно не осуждается, поскольку является результатом не злого умысла по отношению к другим, а конкуренции, успеха, как конечной цели деятельности.
Русская модель экономики существовала как определенный национальный стереотип хозяйственного поведения. Это не была жесткая доктрина, а постоянно развивающаяся устой-
чивая система представлений, опиравшихся на традиционные народные взгляды. Изучение деятельности русской модели экономики, существовавшей как господствующий тип с Х-Х11 вв. вплоть до начала ХУШ в., а в усеченном виде даже до начала ХХ в., позволяет выявить ряд основополагающих принципов ее функционирования.
Хозяйство как преимущественно духовно-нравственная категория. Ориентированность на определенный духовно-нравственный миропорядок. В деревне долгое время доминировала так называемая моральная экономика. Нестрогая прибыльность рыночного обмена, недопустимость извлечения прибыли любым путем. Основные экономические категории - собственность, богатство, хозяйственный процесс, эффективность труда или хозяйства оцениваются с позиций праведности или неправедности их возникновения и использования.
Автаркия - ориентированность хозяйственных единиц на замкнутость, самодостаточность, самоудовлетворение. Основной поток эффективной хозяйственной деятельности направлен не вовне, а внутрь хозяйственной системы.
Способность к самоограничению. Направленность не на потребительскую экспансию (постоянное наращивание объемов и видов товаров и услуг как самоцель), а на обеспечение самодостаточности. В 20-е гг. А. В. Чаянов и его коллеги доказывали, что семейно-трудовое хозяйство в России было нацелено не на получение прибыли, а на доставление средств существования своим членам. Оно не было капиталистическим предприятием, так как основывалось на личном труде членов домохозяйства, сочетающих в себе и хозяев, и работников. Поэтому нормы «самоэксплуатации» или интенсивности, напряженности труда были существенно ниже возможностей полного использования потенциала домашнего хозяйства.
Трудовой характер хозяйственной деятельности. Взгляд на труд как на добродетель. Экономический процесс направлен не на максимизацию капитала и прибыли, а на обеспечение трудовой самодостаточности.
Собственность - функция труда, а не капитала. Капиталом является производительная часть собственности, направленная на производство; капитал, отдаваемый в рост, рассматривается как паразитический.
Самобытные особенности организации труда и производства. Особенности трудовой и хозяйственной мотивации выразились в преобладании моральных форм принуждения к труду над материальными.
В хозяйстве, вслед за славянофилами повторяли В. Соловьев, П. Флоренский, Д. Менделеев, выражается целостность бытия человека. Человек - субъект бытия - соединяется с природой, объектом бытия. Целостность этого процесса существует в сознании и имеет первостепенную духовно-нравственную и культурную значимость. Западная цивилизация несет в себе много элементов, разрушающих эту целостность, ведущих к отчуждению труда и разрушению личности человека. Цель органичного хозяйственного процесса - восстановить эту целостность, создать такое качество трудовой жизни, которое отвечает самым высоким требованиям человеческой личности.
Ценность домохозяйственной деятельности независимо от ее национально-специфических форм существования (германская, российская или японская) заключается в универсальной гибкости домашнего производства, которое, будучи основанным на естественном разделении труда домочадцев и помощников, позволяет воспитать трудовую мораль и устойчивые трудовые навыки к напряженному и продолжительному труду.
В то же время в существующих семейных и производственных организациях, в нравах и правах распределения собственности должна существовать некоторая подвижность и возможность преобразования, иначе формы жизнедеятельности останутся теми же самыми, и возросшее население будет втиснуто в старые формы, и воспроизведется «старый ход» хозяйственной жизни. Таким образом, развитие общественной организации производства, труда и институтов собственности стимулирует развитие внутреннего потенциала домохозяйства, его потребностей, интересов и форм реализации потребностей, заставляя изменяться стимулы и мотивы трудовой деятельности как отдельных членов домохозяйств, так и всего домохозяйства в целом.
Определяющей доминантой поведения домохозяйств в эпоху реформ и модернизаций выступает выживаемость любой ценой, пусть даже ценой сжатия собственных потребностей и отказа от сложившихся и привычных ценностных ориентаций на моральные и трудовые цен-
ности. Эти институциональные «подвижки» не остаются без последствий: домохозяйства запускают воспроизводство деформаций не только материального базиса своего благополучия, но и морально-ценностной основы собственного существования. «Выставлять своекорыстие или личный интерес как основное побуждение к труду, - писал В. Соловьев, - значит отнимать у самого труда значение всеобщей заповеди, делать его чем-то случайным. Если я тружусь только для благосостояния своего и своих, то раз имею возможность достигнуть этого благосостояния помимо труда, я тем самым теряю единственное (с этой точки зрения) побуждение к труду».
В России конца XX в., когда начался долгожданный подъем, выяснилось, что оставшийся на заводах и фабриках персонал оказался неспособным на интенсивный труд, ни тем более на инновации. Речь идет о подтверждаемой многочисленными исследованиями эрозии трудовой деятельности.
Так, проведенный в 2002 г. опрос населения пяти регионов показал, что большинство опрошенных считают: сейчас люди работают хуже, чем в советское время (см.: [8. С. 36]). «Это не просто стремительное падение трудовой дисциплины, что, естественно, вызывает огромное беспокойство, но это - мотивационная катастрофа, вполне осознанная переориентация с созидания на сугубо потребительское добывание, потеря активности, самодисциплины как нравственного стержня и как следствие - умения и желания самозабвенно работать. По данным обследований ВЦИОМа около 80 % работников в России имеют деградированное трудовое сознание, из которого вытеснено многое, что имеет отношение к общественно-полезному труду, профессиональному самосовершенствованию и даже к пониманию необходимости интенсивно работать ради приличного заработка» [9. С. 130-131].
Действительно, у части общества измененное трудовое сознание вследствие смещения ценностной ориентации приводит к утрате стремления работника к самовыражению в труде как индивидуальной (или коллективной) творческой деятельности. В то же время, и это нельзя не отметить, немалая часть общества и домохозяйств восприняла рыночные реформы как возможность и необходимость трансформации привычных, обыденных представлений в новые рациональные парадигмы трудового поведения. В первую очередь, это проявилось у той молодежи, которая будучи образованной высококвалифицированной рабочей силой, не считаясь со временем и физическими и интеллектуальными нагрузками, добивается своего благополучия упорным и напряженным трудом. Но рационализация мышления в обществе проявилась, в том числе и в использовании возможностей экономики создавать доходы за счет занятия «ниш» с монополизированным положением покупателя или продавца, явно не обремененного высокотехнологичными способами создания нового или традиционного продукта.
Размышления на тему состояния хозяйственного сознания и его развития у членов домо-хозяйств приводят к определенным умозаключениям: кажущаяся простота, легкость рыночного обмена создают иллюзию такого же легкого и быстрого обладания желаемыми благами. Домохозяйства обычно сталкиваются с такими видами ограничений оптимизирующего поведения, как масштабность и сложность информации. Поэтому потребление домохозяйств зачастую обусловлено процедурной рациональностью (т. е. рациональным сужением диапазона выбора благ), привычками и рутинами, а не оптимизацией. Сложность производства и доставки последних на рынок остается как бы «за кадром». Распространяется эффект товарного и денежного фетишизма. Обменные отношения «закрывают» отношения производственные, хозяйственные, основанные только на труде как знании и его материализации в полезности.
Такие первозданно «обнаженные» отношения хозяйствования существуют в рыночной экономике только в рамках домохозяйств. Поэтому только домохозяйствам под силу восстановить ценности труда как торжества человеческой сущности. Обществу не следует недооценивать домохозяйственной деятельности, но, напротив, всячески ей способствовать, даже если она приобретает форму натурального хозяйства.
Список литературы
1. Шмоллер Г. Народное хозяйство, наука о народном хозяйстве и его методы. Хозяйство, нравы и право. Разделение труда / Пер. В. М. Нечаева. М.: Типография В. Рихтера, 1902.
2. Чаянов А. В. Избранные произведения. М., 1989.
3. Булгаков С. Философия хозяйства. М., 1993.
4. «Великая трансформация» Карла Поланьи: прошлое, настоящее, будущее. Раздел 3 / Под ред. Р. М. Нуреева. М.: Изд. дом ГУ ВШЭ, 2006.
5. БердяевН. А. Смысл истории. М., 1990.
6. Федотов Г. Святые Древней Руси. М., 1990.
7. Розанов В. В. Среди художников. М., 1994.
8. Рывкина Р. Б. Социальная справедливость и общественное мнение // Свободная мысль-ХХ! 2005. № 10. С. 70-80.
9. Косьмина Е. А. Человеческий фактор реформ // ЭКО. 2008. № 7. С. 130-138.
Материал поступил в редколлегию 12.03.2009
I A. Bondarenko
ABOUT THE NATURE OF ENTERPRISE, DOMESTIC ENTERPRISE AND VALUE OF DOMESTIC ECONOMY IN RUSSIA
In market expanse, expectations and motivation of private household participants have drastically transformed into exchange values which replaced social and moral values. The value of private household activity is determined by the value of labor. Production and economy relations based on labor as knowledge materialized in usefulness «are hidden» by exchange relations. Value of labor becomes the cost of benefit.
Keywords: household activity, moral and changing value of labor, principles of the Russian economy model, inner household potential, deformation of labor consciousness.