С.В. Маланов
О двух исходных основаниях выделения предмета исследования и построения общепсихологической теории
Сведения об авторе
Аннотация. Обсуждаются направления поиска предмета исследования психологии и возможные связи между психическими и физиологическими функциями. Первое направление сосредоточено на поиске психики внутри организма. Второе направление рассматривает психику как процессы (функции) реализующиеся между организмом и предметными условиями окружающей среды (окружающего мира) - в качестве ориентировочной основы (способов ориентировки), обеспечивающей избирательность предметных взаимодействий организма с окружающей средой (окружающим миром). Если развитие психики (психических функций) в контексте первого направления ставится в зависимость от функций отдельных органов или системы органов внутри организма, то в контексте другого - в зависимость от взаимодействий целостного организма (субъекта) с предметными условиями окружающей среды под которые подстраиваются физиологические процессы внутри организма. Развивается, предложенная в работах П.Я. Гальперина исходная теоретическая позиция: предметом эмпирического анализа психологии, последующего построения научно-психологических объяснений и построения общенаучной теории выступают способности живых организмов опираться на избирательную ориентировку и строить целенаправленные формы предметной активности в составе взаимодействий с окружающей средой.
Ключевые слова: психические и физиологические функции, предмет исследования психологии, психофизиологическая проблема, психика как ориентировочная основа предметной активности.
Цитирование: Маланов С.В. О двух исходных основаниях выделения предмета исследования и построения общепсихологической теории // Теоретичш дослщження у психологи: монограф1чна сер1я / Сост. В.О. Медшцев. Том X. 2020. С. 27-38. doi:
10.24411/2616-6860-2020-10007.
Стремление построить единые теоретические основания для объяснения психических явлений в начале ХХ века привело к дифференциации множества альтернативных направлений психологии, каждое из которых намечало свой путь построения теории. Во второй половине ХХ века реализуется попытка «великого объединения» всех достигнутых результатов в рамках информационного подхода к анализу и объяснению психических явлений. Зарождается когнитивная психология, а затем когнитивная наука. Несмотря на множество публичных заявлений об открытиях и успехах в создании «искусственного интеллекта» внешняя простота определений психики как процессов переработки информации, не разрешила центральную проблему психологии -определение предмета исследования и выделение материального субстрата, на котором строятся и воспроизводятся психические процессы (функции).
Сохраняющаяся неопределенность предмета исследования неизбежно ведет к широкому распространению принципов методологического плюрализма и взаимной дополнительности разных теоретических подходов к анализу и объяснению психических явлений, что предопределяет соскальзывание с одной теоретической позиции на другую, а значит и постоянную
скрытую подмену предмета анализа и объяснения (Юревич, 2008; Соколова, 2008; Мазилов, 2019). Пока относительно строго не определен исходный эмпирически регистрируемый предмет анализа, такие принципы будут неизбежно воспроизводиться, модифицируясь и изменяя свои наименования. При этом в качестве предмета исследования психологии будут сохраняться гипотетические представления, «анализ» которых будет неизбежно порождать новые гипотезы, подобно тому, как гипотетические или интуитивные представления о сознании (мышлении, личности, воле и т.д.) порождают выдвижение других гипотез. Получается, что гипотезы по поводу гипотез порождают (и будут порождать) бесконечные логические круги в определениях и объяснениях! В результате исследоваться начинают не явления, за которыми скрываются объективные закономерности, а субъективно-гипотетические представления о психических явлениях. Характерной иллюстрацией таких подходов выступают тезисы, подобные следующим: «...целесообразно рассматривать внутренний мир человека как предмет психологии. продуктивен тот подход, который видит источник активности психики в ней самой. трактовка внутреннего мира как сложного образования создает возможности для использования
разных видов объяснения» (Мазилов, 2019). Субъективно-рефлексивное выделение предмета исследования психологии не может получить ясного предметно отнесенного определения, а результаты интуитивного построения субъективных представлений о «внутреннем мире» неизбежно потребуют последующего ответа на вопрос, что же лежит в основе «внутреннего мира»? Аналогичные вопросы ставились и по отношению к другим подобным вариантам выделения «предмета исследования» - сознания, феноменального поля, процессов оперирования информацией и/или репрезентациями... Умозрительно-теоретическое или феноменологическое определение предмета исследования без строгой эмпирически выделяемой и регистрируемой предметной отнесенности будет неизбежно порождать круги в определениях и объяснениях.
Вслед за изложенными обстоятельствами, полезно поставить вопрос и о том, на какой опытной основе строятся «подтверждения или опровержения» подобных определений и гипотез при организации исследований в психологии (Поппер, 2004)? Во-первых, на основе регистрации субъективных самоотчетов и методов субъективного шкалирования, которые не обеспечи-
вают прямую регистрацию психических явлений, поскольку содержание самоотчетов или результаты субъективного выбора сами требуют объяснения на основе выделения нерегистрируемых (гипотетически вводимых) психических процессов (функций). Во-вторых, на основе объективной эмпирической регистрации и измерений/подсчетов: а) физиологических процессов; б) локомоторных, манипулятивных и эксперессивных движений; в) результатов выполнения различных действий и решения задач. Очевидно, что такие данные также не могут считаться прямыми способами регистрации психических явлений. Подобные способы феноменологической и эмпирической регистрации данных, а также их обобщений, как правило, и используются для косвенных подтверждений или опровержений умозрительно-теоретических определений и гипотез о психических явлениях. Существует ли выход из подобной логики?
Так же, как и любое достаточно развитое направление научных исследований, психология придет к реализации принципа монизма, что неизбежно потребует «сокращения сущностей», которых становится все больше, по мере появления новых направлений психологии. Предмет исследования психологии следует искать не в
методах, умозрительно-теоретического «конструирования психической реальности», а в самой объективной реальности материальных процессов, которые реализуются на материальном субстрате (Науменко, 1968; Сур-мава, 2012). Возможно ли это?
Сначала отметим, что в обыденном сознании и в рефлексивных представлениях людей преобладает склонность опираться на гипотезы о локализации психических процессов (функций, явлений) внутри организма. Можно полагать, что это следствие исходных представлений (гипотез) о психических явлениях (душе, сознании), которые зарождались в далеком прошлом в связи с тем, что требовалось дать объяснение необъятному диапазону различий между людьми в выполнении разнообразных действий, обеспечивающих получение различных результатов, а также в особенностях включения в межличностные взаимодействия и социальные отношения. Это приводит к тому, что зарождающиеся научно ориентированные направления психологии первоначально строятся на подобных гипотезах. Например, это гипотезы об ассоциативных связях между образами и представлениями в сознании, о функционально-структурных «элементах сознания», о психических функциях и межфункциональных связях
между психическими функциями, об избирательном структурировании феноменального поля, и т. д. В результате внутри организма начинается поиск возможного материального субстрата - органов и процессов, которые порождают психику. Это неизбежно приводит к гипотезам, что главным органом, порождающим психику, выступает мозг и мозговые физиологические, электрохимические и биохимические функции. Опираясь на такие исходные гипотезы, невозможно избавиться от следствия, что должно быть хоть «немного врожденной (наследуемой) психики в мозге». А это «немного» неизбежно приводит к мистическому тезису, что «мозг внутри мозга с помощью мозга должен каким-то чудесным способом психику порождать». При этом мозг становится органом интеграции и регуляции физиологических процессов в организме и одновременно органом, порождающим психические явления (Швырков, 1995; Маланов, 2019).
Совсем на другие исходные позиции начинает опираться советская психология в первой трети ХХ века, когда Л.С. Выготский выдвигает гипотезу о формировании высших психических функций как следствия включения ребенка во внешние совместные с людьми практические
действия и в речевые формы общения. Позднее в работах А.Н. Леонтьева обосновываются тезисы о том, что и процессы построения «психического образа» (известная «гипотеза уподобления»), и эволюционное происхождение психических функций следует рассматривать в составе внешних активных взаимодействий животных организмов с предметными условиями окружающей среды (Леонтьев, 1965). Еще позднее в работах П.Я. Гальперина в качестве предмета исследования психологии выделяется две стороны таких взаимодействий -предметно направленная ориентировочно-исследовательская активность и строящиеся на такой основе способы организации предметных действий (ориентировочная основа деятельности) (Гальперин, 1998; Маланов, 2018). Так выделяемый предмет исследования в психологии становится доступен для прямого объективного анализа и эмпирической регистрации. В результате гипотезы о том, что главные причины психики следует искать в анатомии и физиологии организма, оборачиваются. Психические функции, как новые способы ориентировки, строящиеся в составе активных взаимодействий целостного живого организма с внешней предметной средой (с предметными условиями окружающего мира), становятся причиной, обусловливающей
подстройку поведения и различных физиологических функций организма (включая и нейрофизиологические функции) под реализацию таких взаимодействий (Анохин, 1978; Бернштейн, 1991, 1997).
При этом эволюционное формирование и развитие психических функций тесно связано с относительным разделением функционально-физиологических процессов в организме обеспечивающих, с одной стороны, поддержание динамического постоянства внутренней среды, с другой стороны - функциональную подстройку под активные взаимодействия с предметными условиями окружающей среды. У способных к научению высших животных такие процессы приобретают индивидуализированный характер. Между такими процессами на протяжении индивидуальной жизни выстраивается сложная функциональная динамика, которая может гибко и избирательно совершенствоваться. Например, в условиях спортивных соревнований, где двигательная активность подчинена достижению высочайших результатов, функционально-физиологическое состояние организма может выходить далеко за границами параметров, которые рассматриваются как совместимые с нормой (и даже с жизнью). Во взаимодействиях с пред-
метными условиями окружающей среды за каждым новым строящимся способом целеполагания, ориентировки и организации исполнения действия скрывается сложная функционально-физиологическая система, гибко подстраивающаяся под новые формы предметной активности.
Если подобным образом анализировать динамику физиологических процессов и соответствующих им функциональных состояний организма, то процессы индивидуальной подстройки физиологических функций организма под разные способы реальных или возможных (потенциальных) целенаправленных взаимодействий с окружающим миром (формирование «функциональных систем» по П.К. Анохину) выступают основой развития не только познавательно-ориентировочных психических функций, но и эмоциональных пе-
реживаний (Анохин, 1978). Такой подход позволяет рассматривать эмоции как результат гибкой системной функциональной подстройки физиологических процессов в организме под определенные взаимодействия с окружающим миром (реальные и потенциальные), которые строятся и воспроизводятся как в составе ориентировочной, так и исполнительной активности - в составе практических и умственных действий.
Поэтому центральным заблуждением когнитивной нейропсихологии и психологии является «метафора обработки информации», в рамках которой поведение рассматривается как последовательность процессов: «обработка сенсорной информации» ^ конструирование «репрезентации» объекта и ситуации в мозге ^ «генерация поведения» (Анохин, 1978; Смирнов, 1985; Александров, 2014).
Что лежит в основе актуализации представлений и умственных действий?
Предметно направленные действия субъекта детерминируют формирование новых и совершенствование сложившихся функциональных систем физиологических и нейрофизиологических процессов, которые в последующем обеспечивают организацию и выполнение аналогичных действий (аналогичных ориентировочных
и исполнительных составляющих действие операций) в подобных ситуациях (Гальперин, 1998, 2002). Поэтому можно полагать, что материальным субстратом психического образа/представления выступает динамическая функциональная структура (система), которая строится
и воспроизводится на различных тканях, органах и физиологических функциях организма, а исходно формируется как результат избирательной подстройки физиологических функций под взаимодействия субъекта с предметными условиями окружающего мира.
У людей в период антропогенеза по мере совершенствования способов использования знаково-символи-ческих и языковых средств такие функциональные структуры начинают актуализироваться на соответствующих тканях, органах и физиологических функциях организма в отсутствие объектов и предметных ситуаций. С помощью использования знаково-симво-
лических и языковых средств наши предки в совместных взаимодействиях совершенствуют человеческие способности, позволяющие все в более редуцированных формах актуализировать физиологические (психофизиологические) функциональные системы возможных способов ориентировки и возможных взаимодействий с возможными предметными ситуациями, направленные на получение возможных результатов. Гибкая и избирательная актуализация с помощью знаково-символиче-ских средств таких физиологических (психофизиологических) функциональных систем и регистрируются в качестве содержания представлений и умственных дей-
ствий (Маланов, 2018).
Каковы основания постановки проблемы «единства интеллекта и аффекта»?
Если у животных отсутствуют возможности ориентироваться в собственных органических состояниях, то у людей в период антропогенеза и последующего культурно-исторического развития в составе совершенствующейся общественной деятельности необходимо выделяются внешние средства, позволяющие регулировать межсубъектные отношения во взаимодействиях с предметными условиями окружающего мира. Для выделения, регуляции и описания таких состояний, которые
могут позитивно или негативно отражаться на межсубъектных взаимодействиях и (или) на организации предметных действий, начинают использоваться соответствующие предметно отнесенные языковые средства. В речевых формах общения наряду с организацией совместной ориентировки в предметных условиях, с помощью языковых средств начинают выделяться и совершенствоваться различные способы
совместной ориентировки в функционально-физиологических состояниях организма. В последующем для объяснения таких состояний, получивших обозначения, начинается поиск их причин, которые и связываются с гипотетическими представлениями об особых эмоциональных психических процессах, «порождающихся» в организме наряду с физиологическими процессами и органическими состояниями. Выделив эту проблему, Л.С. Выготский не предложил свой способ ее разрешения (Выготский, 1982, 1984). С тех пор складывается традиция выделять внутри организма наряду с физиологическими процессами особые эмоциональные процессы и состояния. Это ведет к поиску внутри организма связей между познавательными и эмоциональными психическими процессами (функциями), с одной стороны, и связей между психическими и физиологическими процессами (функциями) - с другой. На таких основаниях проблема «единства интеллекта и аффекта» может решаться только в диапазоне гипотез о том, как физиологические функции внутри организма порождают два типа психических процессов (функций) - познавательных и эмоциональных. Это тупиковый путь выдвижения гипотез, который постоянно приводит к дуализму и скрытой мистике (Ильенков,1991; Сурмава, 2012). Если
же рассматривать психику как «активное движение организма по форме предмета», то за строящимися и воспроизводимыми во взаимодействиях с окружающей средой (окружающим миром) способами ориентировки и организуемыми предметными действиями скрывается: а) выделяемое предметное содержание, соответствующее познавательным процессам; б) функциональная актуализация, переструктурирование и гибкая подстройка различных физиологических систем организма, соответствующая феноменологически выделяемым эмоциональным процессам.
Если вернутся к поставленной проблеме поиска оснований для построения общепсихологической теории, то исходным предметом эмпирического анализа и последующего построения научно-психологических объяснений выступают способности живых организмов опираться на избирательную ориентировку и направлять (строить, организовывать) целенаправленные формы предметной активности в составе взаимодействий с окружающей средой.
В контексте изложенных выше подходов психология может выделяться как наука о законах порождения и функционирования в жизнедеятельности живых орга-
низмов способов ориентировки в предметном мире, которые обеспечивают избирательную организацию и регуляцию взаимодействий с окружающим миром и позволяют реализовать направления жизненной активности.
Такие формы активности могут эмпирически выделяться, анализироваться и получать обобщенное эмпирическое описание у любых популяций живых организмов. Вслед за этим могут выдвигаться объяснительные гипотезы. Именно этот путь анализа и объясннеия психических явлений в ХХ веке намечается в работах Л.С. Выготского, А.Р. Лурия, А.Н. Леонтьева, П.Я. Гальперина и других психологов в СССР. Именно этот путь обеспечивает построение теоретических оснований системно-деятельностной культурно-исторической психологии.
Становится ясно, что в качестве основных линий генезиса психических функций у живых организмов (и соответствующих направлений исследования их развития) выступают формирующиеся избирательные отношения к предметным условиям окружающего мира (мотивационные отношения, мотивы) и способы активной избирательной целенаправленной реализации таких отношений. Мотив - это активное избирательное
отношение организма к чему-то в окружающем мире. Если мотивационные отношения характеризуются относительно высокой устойчивостью, задают основные направления жизненной активности и опираются на самые обобщенные формы избирательной ориентировки, то реализация мотивационных отношений в изменчивых предметных условиях зависит от последовательно реализуемой целенаправленности, что требует постоянного совершенствования конкретных форм избирательной предметной ориентировки (Вилюнас, 1990; Иванников, 2010). Если опираться на подобные основания, то открывается перспектива построения монистической общепсихологической теории (Маланов, 2018). Теории, в основаниях которой лежат закономерности эволюционного развития психических функций у животных организмов, а «вершину» образуют закономерности формирования и транслирования совместных форм ориентировки и способов организации действий/взаимодействий в сообществах людей, формирующиеся по мере накопления культурно-исторического (общественно-исторического) опыта и лежащие в основе сознание и личностные особенности.
Литература
Александров Ю.И. Системная психофизиология. // Психофизиология: Учебник для вузов. -
СПб.: Питер, 2014. С. 252-308. Анохин П.К. Философские аспекты теории функциональных систем. М.: Наука, 1978. 400 с. Бернштейн Н.А. О ловкости и ее развитии. М.: Физкультура и спорт, 1991. 288 с. Бернштейн Н.А. Биомеханика и физиология движений. Издательство «Институт практической психологии»; Воронеж: НПО «Модэк», 1997. 608 с. Вилюнас В.К. Психологические механизмы мотивации человека М.: Изд-во МГУ, 1990. 288 с. Выготский Л.С. Собрание сочинений. Том 2. Проблемы общей психологии. М.: «Педагогика», 1982. 504 с.
Выготский Л.С. Собрание сочинений. Том 6. Научное наследство. М.: «Педагогика», 1984. 400с. Гальперин П.Я. Психология как объективная наука / П.Я. Гальперин. М.: Московский психолого-социальный институт, Воронеж: НПО «МОДЭК», 1998. 480 с. Гальперин, П.Я. Лекции по психологии / П.Я. Гальперин М.: Книжный дом «Университет»:
Высшая школа, 2002. 400 с. Иванников В.А. Основы психологии. Курс лекций. СПб.: Питер, 2010. 336 с. Ильенков Э.В. Философия и культура. М.: Издательство политической литературы, 1991. 464 с.
Леонтьев А.Н. Проблемы развития психики М.: Мысль, 1965 574 с.
Маланов С.В. О двух исходных основаниях выделения предмета исследования и построения общепсихологической теории
Науменко Л.К. Монизм как принцип диалектической логики. Алма-Ата: «Наука», 1968.
Мазилов В.А. Объяснение в психологии // Теоретичш дослщження у психологи: монограф1чна сер1я / Сост. В.О. Медшцев. Том VI. 2019. С. 2-34.
Маланов С.В. Генетический анализ психических явлений в теоретическом контексте си-стемно-деятельностной культурно-исторической психологии. // Теоретичш дослщження у психологи / Зб1рник статей. Том. III. / Сост. В.О. Медшцев. Х.: Монограф, 2018 С. 120-146.
Поппер. К.Р. Предположения и опровержения: Рост научного знания. М.: ООО «Издательство АСТ»: ЗАО НПП «Ермак», 2004 638 с.
Смирнов С.Д. Психология образа: проблема активности психического отражения / С.Д. Смирнов М.: Издательство Московского университета, 1985. 232 с.
Соколова Е.Е. Психологи на распутье: какая методология нужна современной психологии? // Методология и история психологии. 2008. Вып. 3. С. 25-42.
Сурмава А.М. Мышление и деятельность. М.: НИУ МИЭТ, 2012. 264 с.
Швырков В.Б. Введение в объективную психологию. Нейрональные основы психики. М.: Институт психологии РАН, 1995. 162 с.
Юревич А.В. Объяснение в психологии // Методология и история психологии. 2008. Том 3. Выпуск 1, с.74-87.
S.V. Malanov
On the two initial bases for the allocation of the subject of research and the construction of a general
psychological theory
Annotation. The directions of searching for the subject of psychology research and possible connections between mental and physiological functions are discussed. The first direction is focused on the search for the psyche within the body. The second direction considers the psyche as processes (functions) implemented between the organism and the subject conditions of the environment (the surrounding world) - as an indicative basis (methods of orientation), which ensures the selectivity of the subject interactions of the organism with the environment (the surrounding world). If the development of the psyche (mental functions) in the context of the first direction is dependent on the functions of individual organs or organ systems within the body, in the context of another - dependent on the interactions of the whole organism (subject) with subject environmental conditions which are adjusted to the physiological processes inside the body. The theory proposed in the works of P. Ya. Galperin's initial theoretical position: the subject of empirical analysis of psychology, the subsequent construction of scientific and psychological explanations and the construction of a General scientific theory are the ability of living organisms to rely on selective orientation and build purposeful forms of object activity as part of interactions with the environment.
Keywords: mental and physiological functions, subject of psychology research, psychophysiological problem, psyche as an approximate basis of subject activity.